Исковая давность. Проблемы теории и правоприменительной практики (стр. 3 )

  7. Действующее гражданское законодательство предоставляет возможность лицу оспорить зарегистрированное право собственности, возникшее на основании сделки, по истечении трех лет со дня, когда началось ее исполнение, причем оспорить зарегистрированное право по основаниям ничтожности совершенной сделки.

  Это обусловливается тем, что в системе действующего законодательства РФ срок исковой давности по требованию об оспаривании зарегистрированного права исчисляется по общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, – то есть со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права1.

  Предлагается конкретизировать правило, связанное с определением начала течения срока исковой давности по требованию, связанному с оспариванием зарегистрированного права применительно к требованиям, когда оспаривание зарегистрированного права вытекает из недействительности ничтожной сделки, связав его с моментом начала исполнения сделки.

  8. Практика применения норм гражданского законодательства об определении начала течения срока исковой давности в отношении обязательств с неопределенным сроком исполнения свидетельствует о том, что правовое регулирование данного вопроса несовершенно, поскольку формулировка законодателя об исчислении давностного срока со дня, когда у кредитора возникает «право предъявить требование об исполнении обязательства» не позволяет однозначно истолковать закон, что приводит к возникновению противоречивой судебной практики. Это обусловливается тем, что суды по разному подходят к решению вопроса, следует ли исчислять исковую давность по истечении разумного срока со дня возникновения обстоятельства, указанного в законе.

  Представляется, что данный вопрос требует соответствующего правового регулирования в целях обеспечения единообразия в толковании судами норм права.

  9. Нормы действующего гражданского законодательства допускают различные правила определения начала течения исковой давности для «ничтожных договоров» и «незаключенных договоров», исполнение которых было произведено. Учитывая, что оба из указанных договоров не влекут правовых последствий для участников гражданского оборота, дифференцированный подход в исчислении исковой давности по требованиям, вытекающим из исполнения указанных договоров, негативно сказывается на правоприменительной практике. 

  Предлагается внести изменения в действующее гражданское законодательство в части исчисления исковой давности по требованиям о признании договора незаключенным, и по требованиям о взыскании неосновательного обогащения, вытекающего из исполнения незаключенного договора.

  Срок исковой давности по требованию о признании договора незаключенным, исполнение которого произведено, а также по требованию о взыскании неосновательного обогащения вследствие исполнения незаключенного договора рекомендуется исчислять со дня, когда началось исполнение договора, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной договора, - со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале его исполнения.  При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной договора, во всяком случае не должен превышать десять лет со дня начала исполнения договора.

  10. Действующее законодательство, регулирующее применение исковой давности к обязательствам, вытекающим из договора имущественного страхования, не позволяет однозначно определить момент начала течения исковой давности по данному виду обязательств, что приводит к противоречивой судебной практике, а также большому количеству точек зрения в цивилистической доктрине.

  Для устранения существующей проблемы предлагается внести изменения в нормы действующего гражданского законодательства, регулирующие отношения, вытекающие из договора имущественного страхования, исчисляя срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования со дня получения страхователем (выгодоприобретателем) отказа от страховщика в выплате страхового возмещения либо его выплате не в полном объеме.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Результаты диссертационного исследования формируют новый подход к пониманию правовой природы исковой давности. Автор называет единые критерии сроков, которые позволяют отнести их к срокам исковой давности. Это может способствовать внесению большей четкости в положения общей части гражданского законодательства в сфере правового регулирования сроков и исковой давности. Кроме того, предлагаемые автором механизмы устранения существующих недостатков в правовом регулировании исковой давности должны способствовать обеспечению прав и законных интересов субъектов гражданских правоотношений.

Сделанные в ходе исследования выводы и сформулированные на их основе предложения могут быть использованы для совершенствования российского гражданского законодательства. В случае если предложенные диссертантом критерии определения исковой давности будут введены законодателем, это существенным образом упростит правоприменение и положительно повлияет на законность осуществления правосудия по гражданским делам.

Материалы и выводы диссертации могут представить интерес для научных исследований по проблематике сроков и исковой давности и могут быть использованы при осуществлении преподавательской деятельности.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические выводы и положения диссертации опубликованы в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ, иных рецензируемых научных изданиях, сборниках материалов конференций. Результаты исследования были использованы автором в учебном процессе при проведении семинарских занятий по курсу «Гражданское право» в Московском государственном юридическом университете имени (МГЮА), а также неоднократно обсуждались на конференциях и научно-практических семинарах.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих восемь параграфов, заключения, и списка использованных источников (библиографии).

  ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.

Во введении обосновывается актуальность избранной темы; рассматривается степень ее научной разработанности; определяются объект, предмет, цели и задачи диссертационного исследования; теоретическая, методологическая, нормативная и эмпирическая основа исследования; формулируются основные положения, выносимые на защиту; показываются научная новизна и практическая значимость работы; приведены сведения об апробации полученных результатов исследования.

Глава 1. «Общие положения института исковой давности» объединяет три параграфа, в которых рассматриваются вопросы понятия и предмета исковой давности, ее правовой природы, а также места исковой давности в системе сроков.

Первый параграф – «Понятие и предмет исковой давности» - посвящен доктринальному анализу понятия и предмета исковой давности. Приводятся многочисленные точки зрения отдельных исследователей в области права на различных исторических этапах развития правовой науки (дореволюционный, советский и современный период), включая наиболее видных ученых в области исковой давности, в т. ч. , , и многих других. Автор соотносит их друг с другом, выявляет проблемные аспекты понятия исковой давности. Наряду с многочисленными доктринальными определениями, исследуется также понятие исковой давности, закрепленное в нормах действующего гражданского законодательства. Так, в частности автором ставится вопрос о корректности определения в понятии исковой давности круга субъектов, уполномоченных в соответствии с законом обращаться в суд с заявлением о применении исковой давности; вопрос о целесообразности расширения предмета исковой защиты, включив в него не только права, но и охраняемые законом интересы с учетом тенденций развития гражданского законодательства. Приводятся рекомендации по совершенствованию действующего законодательства в части легального определения исковой давности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Второй параграф – «Правовая природа и значение исковой давности» - посвящен исследованию  вопросов правовой природы исковой давности, а также выявлению ее значения для правовой науки и правоприменительной практики. Обращается внимание на то, что исковая давность обеспечивает стабильность гражданского оборота и определенность гражданских правоотношений, устойчивость гражданско-правовых сделок, своевременную защиту прав участников гражданских правоотношений, дисциплинируя их; не допускает злоупотребление управомоченным лицом правом на судебную защиту.

Автор анализирует правовую природу исковой давности, а также вопросы, является ли исковая давность исключительно институтом материального права либо выступает комплексным институтом как материального, так и процессуального права; является ли исковая давность исключительно институтом частного права и может ли содержать в себе элементы публично-правовой направленности; в системе норм частного права является ли исковая давность сугубо гражданско-правовым институтом либо она может быть применена к иным отраслям права. Рассматриваются вопросы применения исковой давности к различным отраслям права, приводится соответствующее обоснование со ссылкой на доктринальные источники, а также положения судебной правоприменительной практики. Исследуется вопрос применения исковой давности к комплексным имущественным отношениям.  В результате исследования делается вывод о том, что правовая природа исковой давности носит комплексный характер, сочетающий в себе как материально-правовые, так и процессуальные элементы, предлагается рекомендация по изменению подхода к традиционному пониманию исковой давности, рассматривая ее не как институт гражданского права, а как межотраслевой институт, содержащий нормы, регулирующие комплексные имущественные отношения.

Третий параграф – «Место исковой давности в системе сроков» - посвящен исследованию вопросов соотношения исковой давности со схожими сроками, выявлению ее места среди них. В данном параграфе  рассматривается вопрос о соотношении срока исковой давности и сроков различных категорий, имеющих особую направленность – реализацию права заинтересованного лица на защиту в судебном порядке; исследуются вопросы соотношения сроков исковой давности и сроков обращения в суд. Поднимается проблема о том, что юридическая сущность категории «срок обращения в суд» четко не определена, поскольку ни в нормах действующего законодательства, ни в судебной практике не регламентирован какой-либо перечень сроков, которые следует определять как сроки обращения в суд. В силу несовершенства правового регулирования по данному вопросу, сроки обращения в суд нередко относят к числу пресекательных сроков либо специальных сроков исковой давности, что приводит к применению закона, не подлежащего применению в конкретном деле как одной из форм нарушения норм материального права, и как следствие к вынесению незаконного судебного решения. Анализируя данный вопрос, автор указывает на важность разграничения данных категорий, существующих в нормах действующего законодательства, которая, в частности, состоит в различии круга субъектов, обладающих в соответствии с законом правом заявить в суде о применении соответствующего срока, различных подходах в восстановлении пропущенных сроков; указывается на недопустимость подмены понятий, которая имеет место в современной правоприменительной практике. Комплексное исследование обозначенной проблематики позволяет сделать вывод, что действующее законодательство, предусматривающее сроки обращения в суд, во многих своих положениях не является совершенным и вызывает серьезные затруднения в правоприменении.