1) История и дата создания
Стихотворение было написано в 1837 году.
2) Направление, род и жанр
Реализм. Лирика. Лирическое стихотворение.
3) Тематика
Тема единения человека с природой.
4) Идея
Большая часть стихотворения представляет собой пейзажную зарисовку. Показано единение человека с красотой природы.
5) Художественное своеобразие.
В трех первых строфах создается картины природной идиллии, а в четвертой – душевная идиллия лирического героя на фоне этой природы. Это обеспечивают эпитеты (желтеющая нива, свежий лес, малиновая слива, тенью сладостной, студеный ключ, смутный сон, таинственную сагу, мирный край), инверсия (Когда, росой обрызганный душистой, Румяным вечером иль утра в час златой, Из-под куста мне ландыш серебристый Приветливо кивает головой), развернутые метафоры, анафора (И свежий лес шумит при звуке ветерка, И прячется в саду малиновая слива, все три строфы начинаются с «когда», а четвертая – с «тогда»), олицетворение (нива волнуется, слива прячется).
6) Форма: размер, рифма, строфика
Шестистопный ямб. Чередование мужской и женской рифмы. Перекрестная рифмовка, в последней строфе – кольцевая.. 4 четырехстрочных строфы.
7) Текст произведения
Когда волнуется желтеющая нива,
И свежий лес шумит при звуке ветерка,
И прячется в саду малиновая слива
Под тенью сладостной зеленого листка;
Когда, росой обрызганный душистой,
Румяным вечером иль утра в час златой,
Из-под куста мне ландыш серебристый
Приветливо кивает головой;
Когда студеный ключ играет по оврагу
И, погружая мысль в какой-то смутный сон,
Лепечет мне таинственную сагу
Про мирный край, откуда мчится он, —
Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе, —
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу Бога...
Дума
1) История и дата создания
Стихотворение написано в 1838 году.
2) Направление, род и жанр
Реализм. Лирика. Элегия+сатира
3) Тематика
Анализ современного общества и его психологии
4) Идея
Лермонтов показывает нам поколение «лишних людей», его удел – состариться в бездействии. Поэт изображает современное ему поколение как внутренне опустошенное, заряженное духовной апатией, утратившее жизненное предназначение.
5) Художественное своеобразие.
Стихотворение имеет два смысловых центра: поэт и поколения. Сначала поэт противостоит поколению, а потом сливается с ним, вместе со своими сомнениями и противоречиями, признавая себя частью современного общества. В стихотворении много средств художественной выразительности, в частности тропы: метафоры (Богаты мы, едва из колыбели, Ошибками отцов и поздним их умом, Мы иссушили ум наукою бесплодной, И царствует в душе какой-то холод тайный, Когда огонь кипит в крови), эпитеты (постыдно равнодушны, пришлец осиротелый, наукою бесплодной, добросовестный, ребяческий разврат), сравнения (И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели, Как пир на празднике чужом, Так тощий плод, до времени созрелый, Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз, Висит между цветов, пришлец осиротелый, И час их красоты — его паденья час!), олицетворение (мечты, создания не шевелят); восклицания, инверсия, фразеологизм (как пир на празднике чужом), архаизмы (грядущее, поприще).
6) Форма: размер, рифма, строфика
Шестистопный ямб. Чередование мужской и женской рифмы. Перекрестная рифмовка. 5 строф: 8, 8, 8, 12 и 8 строк.
7) Текст произведения
Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее — иль пусто, иль темно,
Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
В бездействии состарится оно.
Богаты мы, едва из колыбели,
Ошибками отцов и поздним их умом,
И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели,
Как пир на празднике чужом.
К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы;
Перед опасностью позорно-малодушны,
И перед властию — презренные рабы.
Так тощий плод, до времени созрелый,
Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз,
Висит между цветов, пришлец осиротелый,
И час их красоты — его паденья час!
Мы иссушили ум наукою бесплодной,
Тая завистливо от ближних и друзей
Надежды лучшие и голос благородный
Неверием осмеянных страстей.
Едва касались мы до чаши наслажденья,
Но юных сил мы тем не сберегли;
Из каждой радости, бояся пресыщенья,
Мы лучший сок навеки извлекли.
Мечты поэзии, создания искусства
Восторгом сладостным наш ум не шевелят;
Мы жадно бережем в груди остаток чувства —
Зарытый скупостью и бесполезный клад.
И ненавидим мы, и любим мы случайно,
Ничем не жертвуя ни злобе, ни любви,
И царствует в душе какой-то холод тайный,
Когда огонь кипит в крови.
И предков скучны нам роскошные забавы,
Их добросовестный, ребяческий разврат;
И к гробу мы спешим без счастья и без славы,
Глядя насмешливо назад.
Толпой угрюмою и скоро позабытой,
Над миром мы пройдем без шума и следа,
Не бросивши векам ни мысли плодовитой,
Ни гением начатого труда.
И прах наш, с строгостью судьи и гражданина,
Потомок оскорбит презрительным стихом,
Насмешкой горькою обманутого сына
Над промотавшимся отцом.
Поэт
1) История и дата создания
Стихотворение написано в 1838 году.
2) Направление, род и жанр
Реализм. Лирика. Лирическое стихотворение.
3) Тематика
Тема поэта и его предназначения.
4) Идея
Данное стихотворение композиционно и по смыслу разделено на две части. Стихотворение начинается с описания кинжала. Он предназначался человеком для отважных битв, служил грозным боевым оружием. Боевому кинжалу совершенно не важны были какие-либо украшения. Он был прекрасен своей простотой, его украшали его деяния. Но отважный хозяин кинжала погибает, и судьба грозного оружия резко меняется. Он больше не выполняет своего предназначения. Теперь он, пыльный и заброшенный, валяется ненужной безделушкой «в походной лавке армянина». Затем кинжал перекочевывает на стену и становится простым и пустым украшением. Очевидно, что настроение первой части меняется. Мы понимаем, что кинжал был близок автору лишь тогда, когда он был боевым оружием. Лирический герой с горечью взирает на грозный кинжал, висящий на стене пустым украшением. Автор считает, что со смертью хозяина наступила и его смерть. Ведь он больше не мог исполнять своего долга. Вторая часть стихотворения представляет собой сравнение с первой частью. Здесь участь поэта, современника Лермонтова, сравнивается с участью кинжала.
5) Художественное своеобразие
Это стихотворение - итог размышлений о смысле и назначении поэзии, о месте поэта в обществе, построено на сравнении. Первая и бммольшая его часть (24 строки из 44) — описание кинжала, его в прошлом славной воинской судьбы и бесполезного настоящего, когда «игрушкой золотой он блещет на стене», — представляет собой параллель и своего рода ступень ко второй, главной части, где говорится об утрате поэзией ее обществ. роли. Такое построение стих. на основе развернутого сравнения вообще характерно для лирики Л. При этом описание кинжала имеет и самостоятельное. художественное. значение. Сочетая романтическую возвышенность («Булат его хранит таинственный закал») с правдой бытовых реалистических. подробностей («И долго он лежал заброшенный потом / В походной лавке армянина»), Л. создает образ высокой поэтической. убедительности, который благодаря этому и по отношению к основному. содержанию стих. выступает не как плоская аллегория, но как весьма емкий и содержат. символ. Лирический герой сурово осуждает современную поэзию, которая, утратив былую «власть», превратилась в «золотую игрушку», салонное развлечение. Резкое обличение такой поэзии, изменившей своему назначению, сочетается в стихотворении с требованием поэзии актуальной и гражданственной. Обычная для романтизма и для самого Л. антитеза «поэт и толпа» уступает здесь место совершенно иному повороту темы: его герой — не вдохновленный свыше поэт, чуждый толпе и не понимаемый ею, а выразитель народных дум, «могучие слова» которого жадно ловит толпа. В этом контексте понятие «толпа» тождественно понятию «народ», поэзия же выступает как форма ответственного и насущно-необходимого участия во всех событиях его многосторонней духовной жизни. Образный строй заключит. строф («ветхий мир» и т. п.) и интонация, с к-рой автор обращает к поэту свой требовательный вопрос («Проснешься ли опять, осмеянный пророк?...»), позволяют видеть в стих. не только выражение надежды на возрождение истинного иск-ва, но и прямой гражданств. призыв. Мысль, вложенная Л. в афористическое определение трагедии современного поэта — «осмеянный пророк», впоследствии получила развитие в стих. «Пророк». В стихотворении большое количество средств художественной выразительности. Тропы: метафоры (в общем, все стихотворение – одна развернутая метафора, одно объемное сравнение, сопоставляющее дар поэта с разящим кинжалом), эпитеты (таинственный закал, бранного востока, страшный след, наряд постыдный и пр.), олицетворения (в основном, относящиеся к самом кинжалу). Из синтаксических средств: риторические восклицания и вопросы, инверсия, недосказанность.
6) Форма: размер, рифма, строфика
4-6-стопный ямб. Чередование мужской и женской рифмы. Перекрестная рифмовка. 6 четырехстрочных строф.
7) Текст произведения.
Отделкой золотой блистает мой кинжал;
Клинок надежный, без порока;
Булат его хранит таинственный закал, —
Наследье бранного востока.
Наезднику в горах служил он много лет,
Не зная платы за услугу;
Не по одной груди провел он страшный след
И не одну прорвал кольчугу.
Забавы он делил послушнее раба,
Звенел в ответ речам обидным.
В те дни была б ему богатая резьба
Нарядом чуждым и постыдным.
Он взят за Тереком отважным казаком
На хладном трупе господина,
И долго он лежал заброшенный потом
В походной лавке армянина.
Теперь родных ножон, избитых на войне,
Лишен героя спутник бедный;
Игрушкой золотой он блещет на стене —
Увы, бесславный и безвредный!
Никто привычною, заботливой рукой
Его не чистит, не ласкает,
И надписи его, молясь перед зарей,
Никто с усердьем не читает…
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 |
