14. 14 июня 2005 г. Петропавловск-Камчатский городской суд признал заявителя виновным в покушении на кражу металлолома. Заявитель был приговорен к шести годам лишения свободы.

15. Выводы городского суда о виновности заявителя были основаны на показаниях Б., Вош. и Ем., которые были допрошены в суде. Суд также сослался на показания К. и Ер., данные при производстве предварительного расследования. Наконец, он сослался на показания М., данные при производстве предварительного расследования.

16. В тексте приговора не упоминались показания Г. относительно покушения на кражу металлолома. Было указано, что она признала себя виновной по этому обвинению.

17. Наконец, суд первой инстанции исследовал и принял в качестве доказательств следующие документы: (1) заявление Б. в милицию по поводу покушения на кражу металлолома, (2) финансовую отчетность его компании, (3) договор на вывоз металлолома, подписанный Г. и М., (4) записи телефонных разговоров Г., (5) показания М., полученные В., и (6) милицейский приказ о назначении В. на должность начальника отдела милиции.

18. В неустановленную дату заявитель обжаловал приговор от 01.01.01 г. Он жаловался, в частности, на отсутствие в суде М.

19. 27 сентября 2005 г. Камчатский краевой суд по существу оставил без изменения обвинительный приговор в отношении заявителя, но уменьшил срок его наказания до четырех лет лишения свободы.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

20. Статья 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) устанавливает, что при неявке в судебное заседание свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении показаний, данных свидетелем при производстве предварительного расследования. Он также может сделать это в случаях смерти свидетеля, тяжелой болезни, препятствующей явке свидетеля в суд, отказа свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда, стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд <1>.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

--------------------------------

<1> Европейский Суд не совсем точно изложил содержание частей первой и второй статьи 281 УПК РФ. В действительности часть первая допускает с согласия сторон оглашение ранее данных показаний при неявке свидетеля (при этом причины неявки значения не имеют). Часть вторая предусматривает, что при наличии описанных в ней обстоятельств (смерти свидетеля, тяжелой болезни, препятствующей явке свидетеля в суд, отказа свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда, стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд) оглашение ранее данных показаний допускается по ходатайству стороны или по инициативе суда, то есть согласие сторон в данном случае не требуется (примеч. переводчика).

21. В случае неявки свидетеля без уважительной причины суд может обязать милицию или судебных приставов подвергнуть его приводу (статья 113 УПК РФ).

22. При невозможности судебного разбирательства вследствие неявки в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц суд выносит определение или постановление о его отложении на определенный срок, одновременно принимаются меры по вызову или приводу неявившихся лиц (часть первая статьи 253 УПК РФ).

23. Статья 413 УПК РФ предусматривает возможность возобновления уголовного разбирательства в случае установления нарушения Конвенции Европейским Судом.

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

24. Заявитель жаловался на то, что суд первой инстанции не обеспечил явку свидетеля обвинения М. и свидетелей защиты К., О. и П. в нарушение статьи 6 Конвенции, которая предусматривает следующее:

"1. Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...

3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:

...d) допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него...".

25. Власти Российской Федерации оспорили этот довод. Они утверждали, что заявитель не просил суд первой инстанции вызвать свидетеля М., а лишь возражал против ходатайства обвинителя об оглашении ранее данных М. показаний в судебном заседании. По их мнению, уголовное разбирательство против заявителя являлось справедливым. не были единственным доказательством против заявителя. Что касается виновности заявителя, суд первой инстанции также основал свои выводы на показаниях Ер., который подтвердил, что заявитель и его соподсудимые В. и Г. вступили в сговор для совершения кражи и что Г. действовала по указаниям, полученным от В. и заявителя. Кроме того, суд первой инстанции принял все необходимые меры для обеспечения явки М. в суд. Он вручил повестку М. Ни обвинение, ни защита не просили суд о приводе М. Суд первой инстанции принял во внимание отсутствие М. в связи с командировкой, которая продолжалась на тот момент, и решил огласить его ранее данные показания. Власти Российской Федерации указали, что заявитель имел возможность настаивать на том, чтобы М. был допрошен лично, даже после того, как показания М. были приняты в качестве доказательства. Оставляя приговор без изменения, вышестоящий суд учел тот факт, что М. не присутствовал на заседании суда первой инстанции.

26. Заявитель настаивал на своей жалобе. Он утверждал, что показания М. были решающим доказательством против него и, соответственно, власти были обязаны принять все возможные меры для обеспечения присутствия М. в суде, чтобы предоставить заявителю возможность лично противостоять ему. Заявитель также полагал, что суд первой инстанции не проверил, действительно ли телефонный звонок был сделан женой М. и действительно ли М. был в отъезде. В любом случае суд первой инстанции не принял каких-либо мер для обеспечения явки М. в суд. Наконец, заявитель утверждал, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний М. противоречило внутригосударственным нормам уголовного процесса, которые ясно очерчивали чрезвычайные обстоятельства, позволяющие суду обойтись без допроса свидетеля и огласить вместо этого показания, данные им ранее.

A. Приемлемость жалобы

27. Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта "a" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

B. Существо жалобы

1. Неявка свидетеля обвинения М.

28. Европейский Суд напоминает, что гарантии, предусмотренные подпунктом "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции, являются специфическими аспектами права на справедливое судебное разбирательство, установленного пунктом 1 той же статьи, который должен быть принят во внимание при оценке справедливости разбирательства. Подпункт "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции отражает тот принцип, что до осуждения обвиняемого все доказательства против него должны быть представлены в его присутствии в открытом заседании с учетом требования состязательности. Исключения из этого принципа возможны, но они не должны нарушать прав защиты, которые, как правило, требуют, чтобы обвиняемый имел адекватную и надлежащую возможность оспорить показания и допросить свидетеля, показывающего против него, когда этот свидетель дает показания или на более поздней стадии разбирательства (см. Постановление Европейского Суда по делу "Лука против Италии" (Luca v. Italy), жалоба N 33354/96, §§ 39 - 40, ECHR 2001-II).

29. Исключения из вышеуказанных общих принципов требуют наличия уважительной причины неявки свидетеля. Вместе с тем обвинительный приговор не может быть основан исключительно или в решающей степени на показаниях лица, которого обвиняемый не имел возможности допросить или которое не было допрошено, на предварительном следствии или в суде, кроме случаев наличия достаточных уравновешивающих факторов, включая меры, позволяющие осуществить справедливую и надлежащую оценку достоверности этих доказательств. Обвинительный приговор может быть основан на таких доказательствах, только если они достаточно достоверны с учетом их значения для дела (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Аль-Хаваджа и Тахири против Соединенного Королевства" (Al-Khawaja and Tahery v. United Kingdom), жалобы N 26766/05 и 22228/06, §§ 119 и 147, ECHR 2011).

30. Соответственно, в настоящем деле Европейский Суд должен рассмотреть следующие вопросы: во-первых, приняли ли власти разумные меры для обеспечения явки свидетеля М. в суд, во-вторых, имели ли его показания исключительное или решающее значение для осуждения заявителя, и, в-третьих, имелись ли достаточные уравновешивающие факторы, включая прочные процессуальные гарантии, чтобы суд в целом мог считаться справедливым в значении пункта 1 и подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Салихов против Российской Федерации" (Salikhov v. Russia) от 3 мая 2012 г., жалоба N 23880/05 <1>, § 114).

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 4/2013.

31. Европейский Суд признает, что суд первой инстанции предпринял попытку обеспечить участие М. в судебном заседании. Он не может, однако, разделить мнение властей Российской Федерации о том, что решение суда первой инстанции, который счел допустимым отсутствие свидетеля, было достаточно убедительным и что власти приняли все разумные меры для обеспечения его явки в судебное заседание.

32. В этой связи Европейский Суд принимает к сведению тот факт, что суд первой инстанции направил повестку по известному адресу М. Но когда свидетель не явился в суд после телефонного звонка, предположительно сделанного его женой, сообщившей суду, что он находится в командировке, суд не приложил дополнительных усилий, чтобы выяснить обстоятельства его отсутствия, обошелся без его повторного вызова и огласил его показания.

33. Признавая обязанность внутригосударственных судов обеспечивать надлежащее ведение разбирательств и избегать ненадлежащих задержек в уголовных делах, Европейский Суд не находит, что задержка разбирательства в целях получения показаний свидетеля, а тем более для выяснения вопроса его явки в суд, в котором заявитель являлся обвиняемым в тяжком преступлении, и ему грозил длительный срок лишения свободы, составляла непреодолимое препятствие для разбирательства данного дела в разумный срок. Власти предпочли отсутствие задержки. В итоге свидетель не явился в суд для дачи показаний в присутствии заявителя (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Карпенко против Российской Федерации" (Karpenko v. Russia) от 01.01.01 г., жалоба N 5605/04 <1>, §§ 73 - 75).

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4