Проблемы ролевой психотерапии (стр. 3 )

Полезно начинать инсценизацию с роли, желанной для пациента, постепенно ликвидируя конфликт между реальным «я» и «я хотел бы», между «маской» и «подлинным я». пишет: «Маска — это не я. Это нечто, но имеющее ко мне отношения. Маску надевают, чтобы скрыть свое подлинное лицо, освободиться от социальных условностей, обрести анонимность или присвоить себе другое, но не свое обличье. Маска — свобода, веселье, непосредственность». В этих условиях участник приобретает большую свободу действий, непосредственность.

При названных нами принципах построения группы человек не чувствует себя присутствующим в ней формально или насильственно помещенным в нее. (Целесообразно напомнить идею Макаренко — не только коллектив должен вмещать в себя личность, но и личность должна добровольно вмещаться в данный коллектив.) В авторитарно назначаемом формальном курсе группового лечения нет духа истинного коллективизма, а формальность отношений мешает участнику адаптироваться к людям, он скован в своих творческих проявлениях и в результате еще больше укрепляется в нереальных невротических обоснование психотерапевтической и психопрофилактической практики при заикании.

Творческая атмосфера «свободы от шаблона», возникающая в игре, способствует раскрепощению творческих резервов человеческой психики, нейтрализует чувство тревоги, создает ощущение спокойствия и безмятежности, облегчает межличностное общение.

Приемы имагопсихотерапии в наибольшей степени разрабатывались старейшим ленинградским психотерапевтом . Суть метода — в использовании одного из приемов театральной практики — воображения и мысленного воспроизведения положительного образа. «Существенный лечебный эффект, — пишет Вольперт, — получается только при активном воспроизведении некоторого терапевтически показанного образа с вовлечением в этот процесс всей психомоторной сферы личности... устанавливая спокойный образ, тренируясь во внешне уравновешенном поведении, пациент-невротик вырабатывает у себя доминанту, затормаживающую невротические установки». Приемы имагопсихогигиепы, по Вольперту, заключаются в усвоении каждым человеком привычки к мысленному воспроизведению некоторого возвышенного образа или комплекса образов, способных служить опорой в жизни, источником воодушевления в большом деле. Этот метод некоторыми своими гранями соприкасается с аутогенной тренировкой, особенно с ее высшими «моделями воображения» и методами психотерапии «через миросозерцание».

Ленинградские ученые , , учитывая, что варианты психодрамы могут быть использованы как методические приемы адаптации к психотравме, стремятся к нозологической определенности и применяют ее в основном при лечении больных неврозами. По их мнению, этот вариант театрализованной психотерапии целесообразен в связи с тем, что он способствует изменению патологических личностных особенностей. Эти ученые видят механизм терапевтического действия лечебной драматизации в переделке «сложного динамического стереотипа путем замещения одних элементов поведения другими, более адекватными, в создании у личности с невротическими нарушениями более совершенного типа реагирования как на психотравму, так и на всю жизненную обстановку, в выработке новых стереотипов, характеризующихся новыми поведенческими реакциями, без патологических знаков реагирования в ответ на условно стрессорные ситуации и положения». Тренинг «актерской психотехники» и упражнения, применяемые с этой целью в школе , имеют не только большое значение в деле профессиональной подготовки актера, но оказываются полезными и в психогигиеническом смысле. При неврозах и астенических состояниях проводилась групповая тренировка в отработке упражнений «круг внимания» и «пишущая машинка». Психотерапевт распределяет между членами группы буквы в алфавитном порядке, затем — в порядке построения предлагаемой фразы, и по хлопку «печатается» строка. Упражнения формировались с учетом психотерапевтических установок, близких к принципам «театра для себя» (термин , который писал об «инстинкте театральности», присущем любому человеку и имеющем глубокие психологические и социальные корни).

Возможность применения театрализованных форм психотерапевтического воздействия связана с особым значением эмоциональных факторов и благотворным влиянием стенических позитивных переживаний в корректировке поведения и переживаний человека. При использовании ролевых игр благодаря возможной смене ролей человек может «отчуждаться» от реальной и непродуктивной роли, рефлексивно оценить себя «со стороны», аккумулируя лишь положительное. Театрализованные средства воздействия можно рассматривать как один из методов психотерапии, осуществляемой в бодрствующем состоянии пациента. Основу таких методов составляют негипнотические методы, например рассудочные, игровые, дискуссионные формы психотерапии, методы драматизации и инсценизации, воображения (имаготерапии). Коррекция поведения с помощью театрализованных средств психотерапии основана на использовании эффектов коллективной психологии. Отклонения в поведении, возникшие в определенных микросоциальных условиях, не могут быть выправлены вне коллектива, предоставляющего возможность тренировки группового взаимодействия и формирования адаптивного поведения у лиц с нарушениями и деформациями общения.

Возможно применение психотерапевтической драматизации с диагностической целью. В качестве примера укажем на проводившуюся нами психодиагностику с моделированием «общей катастрофы» (цветодинамическая композиция была подготовлена в экспериментальной студии электронной музыки) для последующего изучения прожективных взаимоотношений в лечебной группе. Адаптивный характер имели специализированные инсценизации по типу изучавшегося нами «коммунального невроза». Сатирическое изображение кухонных конфликтов, когда обе стороны были неправы, воспринималось аудиторией со смехом, после которого участники инсценизации с большим «отчуждением» и юмором относились к реальным «баталиям», не воспринимая ссору всерьез. Стремление к сочувственной (эмпатической) перцепции противоположной стороны зачастую приводит к смягчению конфликтных ситуаций и к нормализации коммуникаций. Психотерапевтическая драматизация применима и как метод профилактики супружеских конфликтов, коррегирования агрессивных реакций протеста, профилактики напряженных отношений «отцов и детей», коррекции отклонений в отношениях руководителя и подчиненного или в профотборе, в промышленной психологии, спорте, обучении, при исполнении деструктивных общественных ролей и т. д.

Так, американский психиатр Р. Равич использовал игровой метод для оказания помощи супружеским парам, у которых не складывалась личная жизнь. Ситуация моделировалась с помощью двух игрушечных поездов, которые надо было привести к цели через запутанный лабиринт. Бывали столкновения, тупики, крушения, но затем супруги начинали договариваться о тактике совместных действий. В Польше по телевидению была показана многосерийная эстрадная программа «Идеальный брак» Е. Гружзи и Я. Федоровича. В этом спектакле с охотой участвовали на равных правах с актерами и публика, присутствующая в зале, и даже телезрители. Супруги принимали участие в различных простых сценках («зажарить яичницу», «исполнить танец», «пришить пуговицу») и более сложных заданиях, требующих адекватного поведения в непредвиденных ситуациях. Стремление выиграть приз в финале требовало от супружеской пары тренировки в идеальных взаимоотношениях, в чем и состояла адаптирующая роль подобной игровой терапии.

Советский психотерапевт А. Алексейчик применяет с этой целью так называемые экспериментальные, или пробные, ссоры с конечным заданием — прийти к взаимопониманию. Автор считает, что в основе многих разводов лежит управляемый конфликт. Наученные «правильно спорить» супруги «ссорятся», уже не выходя из определенных рамок, владеют собой, спорят с юмором, выявляя источник напряженных конфликтов, что помогает им лучше понять характер, точку зрения и позиции другого. И. Самтер свидетельствует о пользе спектаклей, проводимых А. Ретт для преодоления аутистических тенденций у детей младшего возраста. К театрализованным формам психотерапии можно отнести и применяемый в особых целях детский кукольный театр. Австрийский режиссер К. Линк, руководитель театра имени Раймунда в Вене, отмечает эффективность не только постановок, но и самого процесса подготовки спектакля для формирования адекватных адаптированных форм контактов детей.

Теория и практика театрализованных форм психотерапии имеет значение при решении ряда вопросов, возникающих на стыке психотерапии и психогигиены с психологией личности и коллектива, а также с психологией труда. Таковы, например, вопросы ускоренного и интенсивного обучения иностранным языкам, рассматриваемые рядом авторов суггестопедии. В суггестопедической методике ускоренного обучения иностранным языкам театрализованные формы психотерапии занимают значительное место, способствуя гуманизации учебного процесса, освобождению резервов человеческой психики, в частности памяти обучающихся. Главный механизм такой гипермнезии  Г. Лозанов усматривает в «косвенной суггестии»), в отличие от прямых видов внушения действующей на «маргинальную субсенсорность». Для этой цели, пишет Лозанов, наиболее часто применяются такие средства внушения, как авторитет, интонация, ритм сигналов, инфантилизация, «концертная псевдопассивность», создающие условия, близкие к художественному переживанию. Методики, использующие подобные принципы педагогики и средства искусства, возникли в известной степени как «реакция протеста» против таких методов обучения, при которых значение придается не столько игровой раскованности творческих резервов личности, сколько зубрежке и автократическому нажиму преподавателей, где «стимул заменяется наказанием» (Г. Лозанов). Проведенное нами в Московской экспериментальной студии электронной музыки совместно с преподавателями английского языка и экспериментальное обучение в пяти группах с использованием ролевой психогигиены и специально созданного аудиовизуального пространства цветоуправляемой среды для оптимизации коммуникативных процессов подтвердило эффективность этой методики.

Используя принципы психогигиены общения, «деловых игр», создавая адекватный психологический климат на производстве, можно добиться оптимизации деятельности ряда коллективов. Например, в спортивной практике психогигиенические рекомендации так или иначе связаны с личностными и социально-психологическими исследованиями спортивных команд. Некоторые психогенные моменты таят в себе неорганизованность внутригруппового общения, приводящую к неблагоприятным результатам спортивной деятельности коллектива, особенно в экстремальных условиях, при неблагоприятных ситуативных эмоциогенных факторах — ошибках своей команды и партнеров, замечаниях тренера, необъективного судейства, реакции зрителей. Организация управления межличностным общением с помощью игровой коррекции, положительно ориентирующей, словесной и операциональной стимуляции деятельности спортивных коллективов оказывает психогигиеническое воздействие на спортсмена.