До и после депрессивной позиции, Ps(n)--> D(n)--> Ps(n+1) (стр. 1 )

До и после депрессивной позиции, Ps(n)--> D(n)--> Ps(n+1)

Год издания и номер журнала: 2006, №3 Автор: Комментарий: Перевод выполнен по изданию: Britton, R. "Before and after the depressive position: Ps(n)->D(n)->Ps(n+1)", in: Britton, R. Belief and Imagination. Exploration in Psychoanalysis (Hove and New York: Brunner-Routledge, 2003), pp. 69-81. В примечаниях в конце текста приведены фрагменты из более раннего издания статьи: Britton, R. "Beyond the depressive position: Ps(n+1)", in: C. Bronstein (ed.), Kleinian Theory. A Contemporary Perspective (London and Philadelphia: Whurr Publishers, 2001), pp. 63-76. Перевод: З. Баблоян Редакция:

Да стихнет упований бег:
Покоя жажду, что не сменится вовек.
Уильям Вордсворт, «Ода к Верности Долгу»

Мы знаем, что Бион подхватил предложенную Мелани Кляйн концепцию проективной идентификации и, расширив ее, разработал теорию контейнирования. Он ввел понятие нормальной проективной идентификации, которая играет важнейшую роль в развитии, и показал, чем она отличается от патологической проективной идентификации. Однако мы не настолько хорошо отдаем себе отчет в том, что нечто подобное Бион совершил и в отношении кляйновской теории параноидно-шизоидной и депрессивной позиций.1)

Следуя логике предложенного Бионом чередования Ps<-- -->D и приравнивая Ps и D этим двум позициям, мы должны рассматривать движение от депрессивной позиции к параноидной позиции, - и движение, ему обратное, - как часть нормального процесса развития. Бион писал, что всегда, когда возникает материал, связанный с неизвестностью, «всякой попытке неукоснительно придерживаться чего-то, [что известно,] необходимо оказывать сопротивление ради достижения душевного состояния, аналогичного параноидно-шизоидной позиции» (Bion 1970: 124). Он подчеркивал, что это состояние Ps следует выдерживать, «пока не возникнет некий паттерн». Это «возникшее состояние» он называл D, «аналогом депрессивной позиции», и добавлял, что «переход от одного к другому может быть очень быстрым, /…/ а может быть и долгим» (ibid). Бион стремился показать, что состояние Ps отличается от патологической параноидно-шизоидной позиции, описанной Кляйн. С этой целью он предлагал называть Ps терпеливостью (patience), а D - безопасностью; ни один из этих терминов не закрепился.

В данной главе мы пытаемся разработать модель такого различения. Она основана на модификации формулы Биона, и в ней также используется предложенная Джоном Стайнером концепция патологических организаций (Steiner, 1987). Моя модель описывает продвижение через каждую позицию как часть непрерывного, длящегося всю жизнь циклического развития и ограничивает термин «регрессия» описаниями отступления к патологической организации.

Если мы внимательно изучим работы Мелани Кляйн, то обнаружим, что она описывала параноидно-шизоидную позицию иногда как защиту от депрессивной позиции, иногда как регрессию с депрессивной позиции, а иногда - как часть процесса развития, ей предшествующего. Если описывать всякое движение от депрессивной позиции, с ее ощущением психического порядка, к параноидно-шизоидной позиции, характеризующейся беспорядком, как регрессивное, Бионову формулу D-->Ps можно рассматривать как некую форму регрессии, необходимую для развития. Такая точка зрения имеет нечто общее с выдвинутыми рядом авторов идеями относительно того, что некоторого рода регрессия в анализе полезна. Вероятно, впервые такая идея заявлена в концепции Криса (Kris, 1935), касающаяся регрессии на службе Эго. Сходным выглядит предположение Балинта (Balint, 1968) о регрессии ради признания и введенное Розенфельдом (Rosenfeld, 1964) понятие о частичном отыгрывании как «необходимой части всякого анализа». В 1950-х и 1960-х годах Винникотт, вероятно, более всех других аналитиков настаивал на терапевтическом использовании того, что называл организованной регрессией (Winnicott, 1954). В контексте, в котором Винникотт впервые предложил использовать организованную регрессию, она выглядит неоднозначно, и поэтому оказалась предметом споров. Я подозреваю, что различные толкования термина «регрессия» привели к тому, что он выпал из клинического словаря многих психоаналитиков. Прежде, чем использовать его в своей модели, мне следует кратко обсудить историю понятия регрессии.

Регрессия

Фрейд полагал, что всякая душевная болезнь включает в себя некоторую степень и некоторую форму регрессии к ранним точкам фиксации. Он выделял топографическую, временную и формальную регрессию. Другими словами, он считал, что регрессия - это возврат к более раннему паттерну объектных отношений, к более примитивному эмоциональному выражению и к стилю умственной деятельности, что ближе восприятию, чем мышлению (Freud, 1900b: 548).

В 1943 году Сьюзен Айзекс и Паула Хайманн в ходе «Дискуссий о противоречиях» написали статью, посвященную изменениям в теории регрессии в свете работ Мелани Кляйн (Heimann and Isaacs, 1952). Они указали на то, что параллельно регрессии либидо происходит регрессия деструктивного инстинкта, что в большей мере сказывается на возникновении психопатологии. Регрессия стала выглядеть более опасным явлением, чреватым более серьезными последствиями. В 1946 году Мелани Кляйн предложила концепцию параноидно-шизоидной позиции и сформировала, вместе с понятием депрессивной позиции, то, что позднее стало рассматриваться как «последовательная и полная теория психологического развития и его патологии» (Segal, 1980: 125). С того времени кляйнианцы обычно понимали регрессию как обратное движение от депрессивной позиции к параноидно-шизоидной позиции. Слова «фиксация» и «регрессия» остались в личных психоаналитических словарях Мелани Кляйн и Герберта Розенфельда, но остальные кляйнианцы практически не пользовались ни тем, ни другим термином. В одном из относительно редких случаев такого использования Бетти Джозеф писала: «Мы видим, что пациентка, /.. ./ в целом научившись лучше справляться с депрессивной болью, теперь временно регрессирует, столкнувшись с тревогами, связанными с прошлыми каникулами и особенно - с планируемым прекращением анализа. Она регрессирует к более ранней защитной системе, использующей механизмы, что в большей мере относятся к параноидно-шизоидной позиции, расщеплению, проективной идентификации и так далее» (Joseph, 1989: 125; курсив Р. Б.). Я хотел бы подчеркнуть, что Бетти Джозеф описывает пациентку как регрессирующую к более ранней защитной системе, а не к более ранней фазе, и добавляет, что эта защитная система использует механизмы, которые в большей мере относятся к параноидно-шизоидной позиции. В этом фрагменте она, кроме того, прибегает к еще одному понятию, ставшему общим местом в кляйнианском анализе того времени, а именно к понятию защитной системы, впервые введенному Джоан Ривьер (Riviere, 1936). Очевидно, что в данном фрагменте Бетти Джозеф приравнивает регрессию к отступлению от депрессивной позиции к защитной системе, использующей механизмы, типичные для параноидно-шизоидной позиции. Обычно именно это понималось под термином «регрессия» в кляйнианских работах, написанных после 1952 года.

Между тем, о чем я упомянул выше, другие аналитики, такие как Винникотт и Балинт, говорили о желательности регрессии в анализе. Однако, тогда как Винникотт писал о продолжительной и обширной регрессии в позитивном ключе, Балинт предупреждал, что масштабная регрессия может оказаться злокачественной (Balint, 1968: 141). Бион, подобно большинству кляйнианцев, после 1952 года не употреблял термин «регрессия» в своих работах. Однако в 1960 году, когда регрессия стала предметом дискуссий в Британском психоаналитическом обществе, он записал в своей тетради: «Винникотт говорит, что пациенты нуждаются в регрессии; Мелани Кляйн и что этого не должно происходить; я же говорю, что они уже регрессировали» (Bion, 1992: 166).

В данной главе я не собираюсь углубляться в этот спор, но мне представляется целесообразным отметить разграничение, вводимое Винникоттом в статье «Метапсихологические и клинические аспекты регрессии в психоаналитическом положении» (Winnicott, 1954), где он высказывается в пользу организованной регрессии. Он пишет: «организованную регрессию иногда путают с патологическим уходом и защитными расщеплениями различного типа. Эти состояния имеют отношение к регрессии в том смысле, что они являются защитными организациями» (ibid.: 283). Уходу в защитные организации он противопоставляет тип регрессии, который обеспечивает «новую возможность разблокировки застывшей ситуации» (ibid.). Я склонен полагать, что «застывшая ситуация» - это патологическая организация, и поэтому пациент в этой ситуации уже регрессировал, как отмечает Бион. Я бы не использовал слово «регрессия» для описания какого бы то ни было движения из этой ситуации к новым возможностям, даже если оно характеризуется более очевидной нарушенностью и зависимостью.

Чтобы выбраться из языковой ловушки описания хорошей регрессии и плохой регрессии, я буду обозначать этим термином отступление в патологическую организацию, что воспроизводит прошлое и избегает будущего. Я предпочитаю не пользоваться словом «регрессия» для описания какого бы то ни было поступательного движения в анализе, даже если оно характеризуется более нарушенным поведением и примитивным способом выражения. Если это действительно средство достижения прогресса, я продолжаю считать его необходимым этапом в развитии. Зачастую такое движение в анализе описывает включение до сих пор исключенного или вытесненного психического материала, что неизбежно приводит к утрате ранее достигнутой психической организации и утрате связного функционирования. Я полагаю, что подобное движение отчетливо отличается от регрессии, что происходит, например, при негативной терапевтической реакции. Перед нами стоит проблема клинического и метапсихологического различения позитивного психического развития, вызывающего смятение, и патологической регрессии.

Патологическая регрессия, понимаемая таким образом, наблюдается постоянно, зачастую она протекает легко и быстро, как солнечный ожог и рядовая простуда, но от этого не становится менее патологической. Патологическая регрессия может быть кратковременным, неизбежным затруднением в анализе; может быть тяжелой и рецидивирующей, как при некоторых негативных терапевтических реакциях; или же хронической и инвалидизирующей, приводящей к расстройству психиатрического масштаба.