Очерки по источниковедению Сибири. Выпуск первый. XVII век. Второе издание, исправленное и дополненное. М.-Л.: Изд. АН СССР, Ин-т истории, Ленингр. отделение, 1960. 280 с (стр. 5 )

[C. 51] северной Монголии и, наконец, через Нерчинский острог. Заканчивается «Чертеж» описанием путей по Лене и ее притокам. Указанное описание путей предшествует в этом сочинении «Книге Большому чертежу» 1627 г., являясь в сущности дополнением к этому географическому описанию Московского государства. (Книга Большому Чертежу / Подг. к печати и редакция , с. 27–29, 184–188; Из истории русско-китайских экономических связей перед Нерчинским миром 1689 г. // История СССР, № 5, 1957, с. 203–204).

       [C. 51] В том же 1673 г. июня 8 в Тобольске, «по свидетельству преосвященного Корнилия, митрополита сибирского и тобольского», был составлен еще один «чертеж» – чертеж этнографический, автор которого указал сибирские народы и границы их земель, «испытуя о том всех ведомцев, бывальцев и старожилов, коя земля на ветрах в коих местах у орд с соседи в урочищах сходна» (Чертежная книга Сибири 1701-го года. СПб., 1882, л. 23). Этот чертеж не сохранился.

[C. 51] в «Писании до ласкового читателя (ААН, ф. 21, оп. 5, № 38, лл. 68 об. – 70 [это оглавление труда , который хранился прежде в Воронцовском собрании в Петербурге, временно находился в Пререселенческом управлении в Петрограде, а в последние сорок лет был в собрании в Берлине и в Стокгольме. Приведенное выше название имеется на самом чертеже, а в оглавлении труда дано неточное название этого чертежа – А. А.] указывает, что после чертежа 1667 г. и до его «Чертежной книги» 1701 г. «многие чертежи в Тобольску по грамотам великих государей писаны были со 176 году: во 177-м, во 192-м, 194-м, 195-м, 197-м, 203-м, 204-м, 205-м, 206-м, 207-м», но из чертежей, «писанных» до 203 г., когда началась работа самого Ремезова, он приводит только один – общий чертеж Сибири 1684–1685 гг.: «Глава 64. Во 192-м и 3-м годех в пополнок прежнему, кой писан в 176-м году про знанье жилья, лист 160» [Хорогр. кн. Л. 160 – О. К.]. Трудно сказать что-либо определенное о других чертежах Сибир до 203 г., о которых упоминает , - никаких сведений о них и других источниках не сохранилось. Впрочем, в сохранившихся источниках не было сведений и об общем чертеже 1684–1685 гг., который впервые был издан по рукописи из собрания в Берлине в 1838 г. в кн. Юрия Семенова «Die Eroberung Sibiriens» (то же в издании этой книги в Берлине в 1942 г.). Багров опубликовал этот чертеж в «Imago Mundi» (IV, 1947), между стр. 70 и 71, откуда этот чертеж напечатан в кн. «Семен Дежнев» (2-е изд., М., 1955, между стр. 116 и 117. впервые в советской литературе изучил чертеж 1684–1685 гг., с. 118–119).

[C. 52] К тем же 70–80-м годам XVII в. относятся и некоторые другие чертежи и карты Сибири, о находке которых стало известно в недавние годы.

В «Служебной чертежной книге» «найдена была мною, - пишет , - карта Сибири и европейской части Московского государства, которую он обозначил как чертеж ». (Рук. отд. РНБ, Эрмит. собр., № 000, лл. 32–33).

Андрей Андреевич Виниус (1641–1715 гг.) служил с 1664 по 1667 г. переводчиком с голландского языка в Посольском приказе, в сентябре 1672 г. был отправлен в Англию, Францию и Испанию – просить у дворов помощи польскому королю против турок. Виниус посетил в 1673 г. Лондон, Париж и Мадрид и в Москву вернулся 23 января 1674 г. С 1678 г. Виниус состоял дьяком Аптекарского приказа, в 1689 г. был назначен дьяком Посольского приказа (был там до 13 мая 1695 г.), в Сибирском приказе упоминается с июня 1695 г. по 1703 г.

[C. 53] Вполне вероятно, что карта была составлена в 1689 г., когда он стал дьяком Посольского приказа, в котором находились многие чертежи и карты Московского государства и  среди них чертеж Спафария, из которого многое, что касалось Сибири, попало и на карту Виниуса.

Описать карту Виниуса из Андреева, с. 53–54.

[С. 54] Карта Виниуса как по технике исполнения, так и по расположению гидрографии стоит несравненно выше всех известных до настоящего времени  русских карт-чертежей.

[С. 55] В последние годы отыскались и некоторые другие чертежи Сибири XVII  в. В 1678 г. Спафарий представил в Посольский приказ чертеж своего путешествия через Сибирь в Китай. Это чертеж до недавнего времени считался утерянным, недавно след его отыскался: судя по имеющимся на нем библиотечным штампам, он хранился в разных библиотеках Берлина, а в 1947 г. оказался в Стокгольме, в собрании русских карт и планов , который и воспроизвел в издаваемом им сборнике «Imago Mundi» (IV, 1947, между стр. 68–69), датировав его неверно – 1682 г. (В СССР он напечатан в кн.: Семен Дежнев. Изд. 2-е, М., 1955, между стр. 116 и 117 на лицевой стороне; здесь приведены основания датировки чертежа, вторично чертеж опубликован в другом труде : История открытия и освоения Северного морского пути, т. 1, М., 1956, между стр. 224 – 225).

[С. 55] Кто составил этот чертеж, установить пока не удалось, по своему содержанию он весьма близок к «книге Н. Спафария

[С. 56] «Путешествие царства Сибирского от города Тобольска и до самого рубежа Китайского», о которой будет речь далее. Но без сомнения в распоряжении составителя чертежа находились и чертежи частей Сибири, в которых Спафарий не бывал – севера Сибири, нижнего течения Амура и восточных берегов Сибири. От современных ему других общих чертежей Сибири (1667 и 1673 гг.) этот чертеж отличается свои богатым содержанием: он охватывает не только Сибирь, но и европейскую часть Московского государства, а также всю Азию к югу и западу от Сибири, а в его верхнем левом углу изображен Китай.

[С. 56] оспорил мнение некоторых исследователей, считавших карту Сибири иезуита Ф. Авриля (Paris, 1692) копией карты Сибири Спафария. В основе карты Авриля лежал другой источник.

[С. 57] В IV выпуске «Imago Mundi», где впервые был опубликован чертеж Спафария, напечатал еще несколько карт и чертежей Сибири, хранящихся в Швеции, в библиотеке Упсальского университета: 1) общий чертеж Сибири 1673 г. – копия этого чертежа сделана шведским  историком и лингвистом Спарвенфельдом в 1684–1687 гг. в бытность его в Москве; 2) карта Сибири 1689 г., составленная тем же Спарвенфельдом; 3) эскиз карты северо-восточной Азии, составленный неизвестным шведским пленным около 1680 г. О них дал там же интересное исследование, дополнив его в другой своей работе, напечатанной в «Imago Mundi», (IX, с. 84).

[С. 57] К числу неизвестных до того чертежей и карт Сибири XVII в. относятся также две карты Сибири чешского иезуита А. Томаса 1690 г., о которых пишет в «Imago Mundi» (VIII, с. 103–108); в статье напечатаны эти две карты и дано ценное исследование о них. Автор указывает, что еще ранее А. Томаса карту путей из Московского государства в Китай сочинил в 1689 г. другой иезуит, Г. Давид, живший в Москве с 1685 г. и имевший сношения по этим вопросам с Спафарием. Составленная Давидом карта была отправлена в Рим. Пока она не найдена. Но из письма его 31 мая 1689 г. видно, что на карте Давида была указана такая дорога из Москвы в Китай: Москва – Вологда – Великий Устюг – Пермская земля – Тобольск, затем далее к северу водой по Оби к Маковскому – Енисейскому острогу и далее до Селенги, откуда шла сухопутная дорога до Пекина. Как справедливо замечает , путь у Г. Давида не вполне совпадает с тем, который показан на чертеже путешествия Спафария, где этот путь и отмечен, очевидно, самим Спафарием.

[С. 58] А. Томас, живший в Пекине и не бывавший ни в Сибири, ни в Москве, по мнению , мог получить сведения о дорогах из Москвы в Китай из того же источника, как и Давид – от Спафария, когда тот был в Пекине и имел сношения с пекинскими иезуитами (Вербиестом и др.). Карта 1690 г. – самое раннее картографическое произведение Томаса. Карта интересна тем, что на ней сделана попытка определить азиатские границы Московского государства.

Граница простирается от Каспийского моря к верховьям Иртыша, далее до Селенги и к востоку, причем Албазин показан вне границы Московского государства, далее граница идет к северу вдоль горной цепи, до самой северо-восточной точки Азии, где имеется надпись по-латыни.

Отмеченные выше общие чертежи и карты Сибири XVII в. найдены в послевоенные годы. Они являются ценным вкладом в историю сибирской картографии XVII в. Но поиски чертежей и карт Сибири XVII в. следует, конечно, продолжать: в архивах, библиотеках и музеях СССР будут несомненно найдены подобные же неизвестные нам карты Сибири. указывал в 1947–1952 гг., что мною не учтены, например, три  чертежа , хранящиеся в РГАДА и до сих пор только упомянутые  в описях этого архива (Imago Mundi, IV, 1947, с. 83; IX, 1952, с. 85; РГАДА, «Реестр» 1877 г., карт Тобольской губернии, №№ 4, 16 и 27).

У Витсена было три карты Сибири. В своем труде «Nord en Oost Tartaryen», II, Amsterdam, 1705, с. 755–756 он сообщал, что имел в своем распоряжении чертеж Сибири, «сделанный по приказу Салтыкова, который является высшей властью в Тобольске». Салтыков был воеводой в Тобольске с 27 февраля 1690 г. по 20 декабря 1692 г.

[С. 59] Незадолго до 1674 г. из Москвы Витсеном была получена карта «некоего тамошнего художника, пана Лопуцкого», который вчертил эту карту «по приказу великого князя». Именно от карты «пана Лопуцкого», а не от какой-либо другой идет ошибочное изображение Новой Земли полуостровом, которое находим у западноевропейских картографов Сибири 70–80-х годов XVII в. (Янсона, 1676 г.; Джакомо Кантелли, 1683 г.; Ф. Клювера, 1683 г.). (Письмо Витсена и карта Новой Земли, полученная от «пана Лопуцкого», напечатаны в кн.: Сибирь в известиях…, с. 437–438).

[С. 59] Другой чертеж, который имел Витсен, описан им кратко; на нем в северо-восточной части был показан остров, с надписью около него: «Какой народ здесь живет, известно только господу богу». ( Сибирь в известиях…, с. 435–436).

В труде Витсена «Северная и Восточная Татарии» находим известие еще об одном общем чертеже Сибири, которому он дает более подробное описание. Судя по описанию Витсена, это действительно было замечательное произведение русской картографии конца XVII, может быть, начала XVIII  в., так как известие об этом чертеже приводится во втором издании труда Витсена. Привожу это описание в переводе . (О русской этнографической карте XVII века // Кратк. сообщ. Инст. этногр., X, 1950, с. 54–56).