Решение суда первой инстанции отменено, вынесено новое решение, которым исковые требования С. удовлетворены – за ним признано право собственности на спорный гаражный бокс.

Недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке.

Е. обратилась в суд с иском к К. и нотариусу Г. о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону и признании права на 1/2 долю в наследственном имуществе.

Требования мотивировала тем, что после смерти её мужа А. осталось наследство в виде жилого дома по адресу <…>. являются она и сын умершего – К. После смерти мужа она приняла наследство, вступив во владение и управление домом, проживала в нём, осуществляла его ремонт, производила расходы на его содержание. 14.11.2009 к ней приехал Г. и сообщил, что является хозяином данного дома, поскольку приобрёл его у Б., в связи с чем предложил ей выселиться.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Г., З., Н., процессуальный статус нотариуса Г. изменён на третье лицо. В качестве третьих лиц к участию в деле также привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ЕАО и Ю.

Суд первой инстанции исковые требования Е. к К., Г., З., Н. о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону, признании права на наследуемое имущество и истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворил частично.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Свидетельство о праве на наследство по закону, выданное нотариусом 08.10.2009 К. на указанный жилой дом, признано недействительным. За Е. признано право собственности на 1\2 долю в праве собственности на спорный жилой дом в порядке наследования по закону.

За К. также признано право собственности на 1/2 долю в праве собственности на указанный жилой дом в порядке наследования по закону.

Спорный жилой дом истребован из незаконного владения Н.

Запись о регистрации права собственности Н. на указанный жилой дом признана недействительной и исключена из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В пользу Е. с К. и Н. взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальных требований Е. отказано.

Проверяя дело в кассационной инстанции, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости изменения принятого решения по следующим основаниям.

В соответствии с положениями статей 1112, 1113, 1142 ГК РФ со смертью гражданина открывается наследство, которое состоит из вещей и иного имущества, принадлежавшего наследодателю. Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Из материалов дела следует, что А. умер 03.01.2007. На момент смерти он имел в собственности спорный жилой дом.

На основании свидетельств о регистрации актов гражданского состояния судом установлено, что А. приходился отцом К., 31.07.1989 года рождения, и супругом Е.

Материалами наследственного дела подтверждается, что К. 10.08.2007 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после умершего А.

08.10.2009 нотариус Г. в порядке ч. 2 ст. 1155 ГК РФ выдала К. свидетельство о праве на наследство по закону, указав в качестве наследственного имущества спорный жилой дом.

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что на момент выдачи свидетельства о праве на наследство по закону в спорном доме проживала и фактически приняла наследство супруга К. – Е., о чём К., злоупотребив своим правом, нотариусу не сообщил.

Факт принятия наследства Е. установлен судом в порядке статьи 1153 ГК РФ, на основании свидетельских показаний В., Ю., Я., а также квитанций об оплате электроэнергии и справки председателя уличного поселкового комитета от 01.01.2001 о проживании истицы в спорном доме.

Данные доказательства обоснованно приняты судом первой инстанции как допустимые и достаточные.

При таких обстоятельствах, учитывая право Е. на наследство после смерти её мужа А., суд правомерно признал выданное К. 08.10.2009 нотариусом Г. свидетельство о праве на наследство по закону на наследственное имущество А. недействительным.

Вместе с тем, признавая недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, суд не применил предусмотренные законом последствия недействительности сделки.

При недействительности свидетельства о праве на наследство по закону от 01.01.2001 подлежат признанию недействительными и все последующие сделки с наследственным имуществом А. в виде спорного жилого дома, а именно, договоры его купли-продажи, заключенные: 16.10.2009 между К. и Г., 11.12.2009 между Г. и З., 25.12.2009 между З. и Н. Стороны указанных договоров купли-продажи должны возвратить друг другу всё полученное по сделкам.

Разрешая вопрос о признании права на наследственное имущество, оставшееся после смерти А. в виде спорного жилого дома, суд первой инстанции, учитывая, что К. обратился с заявлением о принятии наследства с нарушением установленного законом срока, о восстановлении данного срока в судебном порядке не просил, ошибочно установил данное право и за Е., и за К.

Признавая причину пропуска К. срока для принятия наследства уважительной, суд фактически вышел за пределы заявленных исковых требований и разрешил вопрос, не подлежащий разрешению в рамках данного спора.

Удовлетворяя требование истицы об истребовании имущества из чужого незаконного владения, суд первой инстанции не учёл, что законных оснований для этого не имелось, поскольку фактически спорный жилой дом находился и находится во владении и пользовании Е., а Н. в него никогда не вселялась. Наличие документа о праве собственности Н. на данный дом не является основанием для его истребования.

Суд ошибочно пришёл к выводу и о том, что Н. является добросовестным приобретателем.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Российской Федерации и высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 10/22 от 01.01.2001 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» приобретатель имущества не может быть признан добросовестным, если при совершении сделки он должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Н., увидев при осмотре дома проживающих в нём людей и услышав их возражения относительно его продажи, должна была усомниться в правомерности совершаемой сделки.

Остальные покупатели этого дома также не могут являться добросовестными, поскольку они оформляли сделки купли-продажи данного дома формально, без его фактического владения и фактической передачи.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия решение суда первой инстанции изменила в части.

Признала недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное нотариусом Г. 08.10.2009 К. на спорный жилой дом.

Прекратила право собственности Н. на указанный жилой дом.

Признала за Е. право собственности на спорный жилой дом.

Взыскала с К. в пользу Г. <…>. Взыскала с Г. в пользу З. <…>. Взыскала с З. в пользу Н. <…>. Кроме того с К., Г., З. и Н. в пользу Е. также взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальных исковых требований Е. отказано.

Применение норм процессуального права

В силу ст. 112 ГПК РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Решением районного суда от 01.01.2001 отказано в удовлетворении исковых требований прокурора района в интересах неопределенного круга лиц – жителей муниципального образования к этому муниципальному образованию, МУП «В», , о понуждении к исполнению определённых обязательств.

Не согласившись с данным решением, прокурор района подал кассационное представление, в котором просил решение суда отменить. Также просил восстановить срок на подачу кассационного представления.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи кассационного представления на решение суда.

Проверяя дело в кассационной инстанции, судебная коллегия пришла к выводу об отмене определения суда.

В соответствии со ст. 336 ГПК РФ на решения всех судов в Российской Федерации, принятые по первой инстанции, за исключением решений мировых судей, прокурором, участвующим в деле, может быть принесено кассационное представление.

Согласно ст. ст. 337, 338 ГПК РФ кассационная жалоба, представление подаются через суд, принявший решение, в течение десяти дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Из материалов дела следовало, что резолютивная часть решения по данному делу была вынесена и оглашена судом 28.02.2011.

В соответствии с ч. 2 ст. 193 ГПК РФ при объявлении только резолютивной части решения суда председательствующий обязан разъяснить, когда лица, участвующие в деле, их представители могут ознакомиться с мотивированным решением суда. Данное разъяснение, на основании п. 13 ч. 2 ст. 229 ГПК РФ, должно быть отражено в протоколе судебного заседания.

Из имеющегося в деле протокола судебного заседания от 01.01.2001 следует, что при оглашении резолютивной части решения стороны не присутствовали. Сведения о том, когда лица, участвующие в деле, их представители могут ознакомиться с мотивированным решением суда, в протоколе отсутствуют. Из материалов дела не установлено, когда судом было изготовлено решение в окончательной форме. О том, что мотивированное решение изготовлено 05.03.2011 следует лишь из определения суда об отказе в удовлетворении ходатайства прокурора о восстановлении пропущенного срока для подачи кассационного представления от 01.01.2001.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» к уважительным причинам пропуска срока кассационного обжалования могут быть отнесены, в частности, случаи, когда копия решения суда получена стороной, не участвовавшей в судебном заседании, по истечении срока обжалования или когда времени, оставшегося до истечения этого срока, явно недостаточно для ознакомления с материалами дела и составления мотивированной кассационной жалобы либо когда несоблюдение судом установленного ст. 199 ГПК РФ срока, на который может быть отложено составление мотивированного решения, привело к невозможности подачи кассационных жалобы и представления в установленный для этого срок.

Исходя из даты изготовления мотивированного решения суда, указанной в определении суда от 01.01.2001, последним днём подачи кассационного представления являлось 15.03.2011.

Кассационное представление с ходатайством о восстановлении пропущенного срока на обжалование решения поступило в районный суд 18.03.2011.

Судебной коллегией установлено, что копия мотивированного решения суда направлена сторонам 10.03.2011, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией сопроводительного письма, в которой также имеется отметка о получении копии судебного решения прокурором района 11.03.2011.

Учитывая то, что 12 и 13 марта 2011 года являлись выходными днями, на составление мотивированного кассационного представления оставалось два дня.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия отменила определение суда об отказе в удовлетворении ходатайства прокурора района о восстановлении пропущенного срока для подачи кассационного представления и восстановила прокурору срок для подачи кассационного представления на решение суда.

В силу ч. 3 ст. 339 ГПК РФ кассационная жалоба подписывается лицом, подающим жалобу, или его представителем. К жалобе, поданной представителем, должны быть приложены доверенность или иной документ, удостоверяющие полномочие представителя, если в деле не имеется такое полномочие

Решением суда удовлетворены исковые требования Я. к УВД по ЕАО о восстановлении регистрационного учёта транспортного средства.

На указанное решение поступила кассационная жалоба от представителя ответчика УВД по ЕАО Ш.

Определением судьи данная кассационная жалоба возвращена представителю ответчика в связи с тем, что она подана ненадлежащим лицом.

Проверяя дело в кассационной инстанции, судебная коллегия пришла к выводу, что определение суда подлежит отмене по следующим основаниям.

В силу ч. 2 ст. 48 ГПК РФ дела организаций ведут в суде их органы, действующие в пределах полномочий, предоставленных им федеральным законом, иными правовыми актами или учредительными документами, либо представители.

Статьёй 54 ГПК РФ предусмотрено, что представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия. Право представителя, в частности на обжалование судебного постановления, должно быть специально оговорено в доверенности, выданной представляемым лицом.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 339 ГПК РФ кассационная жалоба должна содержать наименование лица, подающего жалобу или представление, его место жительства или место нахождения.

Возвращая кассационную жалобу, суд указал, что она подана ненадлежащим лицом – представителем УВД по ЕАО Ш. от своего имени.

Судебная коллегия не согласилась с таким выводом суда первой инстанции, поскольку суд не учёл следующие обстоятельства.

На бланке кассационной жалобы имеется угловой штамп, который содержит официальные данные ответчика УВД по ЕАО: его полное наименование, место нахождения, телефон, факс. Также штамп содержит исходящий номер канцелярии УВД по ЕАО.

Указанные реквизиты организации, а также содержание кассационной жалобы свидетельствуют о том, что она подана от имени УВД по ЕАО.

Кассационная жалоба подписана представителем УВД по ЕАО Ш. на основании надлежащим образом заверенной доверенности, согласно которой Ш. имеет право совершать процессуальные действия, в том числе обжаловать судебные постановления, от имени УВД по ЕАО.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу, что у суда не имелось оснований для возвращения кассационной жалобы, поскольку она подана от имени ответчика – УВД по ЕАО.

Иски о правах на земельные участки, участки недр, здания, в том числе жилые и нежилые помещения, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землёй, предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов

Т. обратилась в суд с иском к А. о выделении доли должника в общем имуществе супругов. Требование мотивировала тем, что по договору займа от 01.01.2001 ответчица взяла у неё в долг <…> рублей, но по истечению установленного срока деньги не вернула. На основании исполнительной надписи от 01.01.2001 в отношении А. возбуждено исполнительное производство о взыскании <…> рублей, однако до настоящего времени долг ответчицей не выплачен из-за недостаточности имеющихся у неё средств. Вместе с тем, А. на праве общей совместной собственности принадлежит жилой дом, расположенный по адресу <…>. В настоящее время в этом доме фактически проживают другие граждане, а семья А. проживают в Краснодарском крае. Просила суд выделить долю должника в общем имуществе супругов – спорный жилой дом.

Определением Биробиджанского городского суда ЕАО указанное исковое заявление возвращено истице. Суд рекомендовал Т. за разрешением данного спора обратиться с иском в суд по месту жительства ответчицы.

Проверяя дело в кассационной инстанции, судебная коллегия пришла к следующему.

Из содержания искового заявления Т. следовало, что она обратилась в суд с иском к А. о выделении доли должника в общем имуществе супругов – жилого дома.

указанное исковое заявление в связи с его неподсудностью, судья сослался на правила статьи 28 ГПК РФ.

Вместе с тем, данная позиция представляется ошибочной, поскольку статьёй 30 ГПК РФ предусмотрены правила исключительной подсудности в отношении объектов недвижимого имущества, прочно связанных с землёй.

Учитывая, что на месторасположение жилого дома, долю из которого просит выделить истица, распространяется юрисдикция Биробиджанского городского суда ЕАО, судебная коллегия посчитала, что определение суда о возвращении искового заявления принято с нарушением процессуальных норм, предусмотренных статьёй 30 ГПК РФ, и подлежит отмене, с передачей вопроса о принятии искового заявления на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов

Я. обратился в суд с исковым заявлением об истребовании имущества из чужого незаконного владения. В заявлении указал, что в 2010 году он приобрёл автомобиль, при постановке транспортного средства на учёт был выявлен факт внесения изменений в паспорт транспортного средства, в связи с чем, возбуждено уголовное дело по ст. 327 УК РФ. 15.08.2010 автомобиль был поставлен на арестплощадку, принадлежащую ответчику ИП Г. 04.10.2010 и. о. начальника ОГИБДД дано разрешение на выдачу транспортного средства, однако ответчик отдать автомобиль отказался. 22.02.2011 он в адрес ответчика заказным письмом направил претензию с требованием вернуть автомобиль, но ответа не последовало. Просил суд обязать ответчика вернуть ему автомобиль.

Суд отказал в принятии искового заявления Я. к ИП Г. об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Рассматривая частную жалобу Я., судебная коллегия пришла к выводу, что определение подлежит отмене по следующим основаниям.

Отказывая в принятии искового заявления Я., судья руководствовался положениями п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, согласно которым судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, полагая, что истцу надлежит обращаться в суд в заявлением об обжаловании действий лица, производящего дознание, в порядке ст. 125 УПК РФ.

При этом судья не учёл, что в соответствии с ч. 3 ст. 134 ГПК РФ отказ в принятии искового заявления препятствует повторному обращению заявителя в суд с иском к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям.

Часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту его прав и свобод.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Исковые требования, как они сформулированы Я., подсудны суду общей юрисдикции и должны рассматриваться в порядке гражданского судопроизводства. Из определения следует, что судья за истца решил, каким образом последнему надлежит защищать свои права, что не входит в полномочия судьи.

Следовательно, при отказе в принятии искового заявления Я. имела место судебная ошибка, повлекшая нарушение его конституционного права на доступ к правосудию.

Частью 2 статьи 364 ГПК РФ предусмотрено, что решение суда первой инстанции подлежит отмене независимо от доводов кассационных жалобы, представления в случае, если дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещённых о времени и месте судебного заседания

обратилось в суд с иском к Н. о взыскании задолженности по кредиту. Требования мотивировало тем, что его филиал «Д» в соответствии с договором № <…> от 01.01.2001 выдал Н. кредит в размере <…> рублей, сроком на 60 месяцев, с процентной ставкой – <…> %, с комиссией за ведение ссудного счёта в размере <…> %, с окончательной датой погашения кредитной задолженности – 03.12.2009. В соответствии с соглашением о цессии от 01.01.2001 право требования по кредитному договору перешло от Банка «Д» к в полном объёме, включая право требования возврата основного долга, процентов за пользование кредитом, штрафных санкций и иных платежей, предусмотренным договором. Согласно условиям предоставления кредита платежи по возврату должны производиться ежемесячно в сумме <…> рублей. Однако погашение кредита осуществлялось не регулярно. Последний взнос произведён 01.06.2006. На 28.10.2010 задолженность по кредиту составляет <…> рублей, в том числе, <…> рублей – задолженность по основному долгу, <…> рублей – задолженность по процентам. В адрес ответчицы неоднократно направлялись уведомления о наличии просроченной задолженности по кредиту с предложением о погашении суммы долга, однако Н. задолженность не погасила. Просило суд взыскать с Н. указанную задолженность, а также госпошлину.

В судебном заседании представитель истца и ответчик не участвовали.

Решением суда исковые требования к Н. удовлетворены в полном объёме.

Проверяя дело в кассационной инстанции по жалобе Н., судебная коллегия пришла к следующему.

В соответствии со статьей 362 ГПК РФ одним из оснований для отмены или изменения решения суда в кассационном порядке является нарушение или неправильное применение норм процессуального права.

Копией паспорта подтверждается, что Н. с 14.04.1989 зарегистрирована проживающей по адресу <…> в кв. N. Каких – либо доказательств того, что она проживала или проживает в квартире L этого же дома в материалах дела не имеется.

Вместе с тем, суд первой инстанции, выполняя требование гражданского процессуального законодательства о надлежащем извещении ответчицы о дате судебного разбирательства, направил ей письменное уведомление по адресу <…> кв. L. Сведений о получении ответчицей указанного уведомления в материалах дела не имеется. По адресу <…> кв. N Н. о судебном разбирательстве 29.12.2010 извещена не была.

Имеющийся в материалах дела акт от 01.01.2001 фиксирует выезд помощника судьи по месту регистрации ответчицы, но не свидетельствует о её надлежащем уведомлении.

При таких обстоятельствах имеет место существенное нарушение норм процессуального права на участие Н. в судебном заседании. Указанное нарушение является безусловным основанием для отмены принятого по делу решения.

Решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

РАЗДЕЛ 3. НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ КОММЕНТАРИИ,

СТАТЬИ, ОБЗОРЫ И ОБОБЩЕНИЯ

О Б З О Р

практики рассмотрения гражданских дел, связанных

с исполнением судебными приставами-исполнителями судебных актов

В соответствии с планом работы суда Еврейской автономной области на 2 квартал 2011 года изучены гражданские дела, рассмотренные районными судами, за 2010 год и 5 месяцев 2011 года об оспаривании постановлений должностных лиц службы судебных приставов, их действий (бездействия).

Согласно ст. 128 Федерального закона от 01.01.2001 «Об исполнительном производстве» постановления должностного лица службы судебных приставов, его действия (бездействие) по исполнению исполнительного документа могут быть оспорены в арбитражном суде либо суде общей юрисдикции, в районе деятельности которого указанное лицо исполняет свои обязанности.

Рассмотрение заявления судом производится в десятидневный срок по правилам, установленным процессуальным законодательством Российской Федерации, с учётом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом.

По запросу из районных судов области поступило 90 дел, из них рассмотрено:

Биробиджанским районным судом

–  80 дел

Смидовичским районным судом

–  4 дела

Ленинским районным судом

–  1 дело

Октябрьским районным судом

–  1 дело

Облученским районным судом

–  4 дела

В ходе изучения дел было установлено, что из 90 дел указанной категории с нарушением срока рассмотрено 6 дел, из них: Биробиджанским районным судом – 5 дел, Смидовичским районным судом – 1 дело.

К причинам нарушения сроков рассмотрения указанных дел относится неправильное исчисление процессуальных сроков, в частности, судьями не учитываются выходные и праздничные дни, в том числе период с 1 по 10 января. Также причиной нарушения сроков служит назначение дела к судебному разбирательству на день окончания срока его рассмотрения, при этом возникает необходимость представления сторонами дополнительных доказательств, в связи с чем, судья откладывает судебное разбирательство на другой день, что приводит к нарушению срока рассмотрения дела.

Согласно ст. 102 Федерального закона от 01.01.2001 (в редакции от 01.01.2001) «Об исполнительном производстве» при повышении установленного законом минимального размера оплаты труда судебный пристав-исполнитель и лица, указанные в части 1 статьи 9 настоящего Федерального закона, производят индексацию алиментов, взыскиваемых в твёрдой денежной сумме, пропорционально увеличению установленного законом минимального размера оплаты труда.

Из анализа данных норм следует, что обязанность по индексации алиментов, взысканных в твёрдой денежной сумме, лежит на должностных лицах, осуществляющих исполнение и осуществляющих контроль за исполнением.

Ч. обратилась в суд с заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполни­теля К. о расчёте задолженности по алиментам от 01.01.2001. Свои требования мотивировала тем, что решением суда от 01.01.2001 с Л. взысканы алименты в её пользу на содержание несовершеннолетнего ребёнка А, 04.11.1992 года рождения, в размере <…> ежемесячно до его совершеннолетия. С 1993 года решение находилось на исполнении. 03.02.2011 судебный пристав-исполнитель К. вынесла постановление об отсутствии задолженности по алиментам у Л. на момент совершеннолетия ребёнка. С данным постановлением она не согласна, так как за всё время нахождения исполнительного документа на исполнении периодически выносились постановления о расчёте задолженности, должник выплачивал алименты не регулярно, уклонялся от их уплаты. Судебный пристав-исполнитель должен был произвести индексацию алиментных платежей пропорционально росту минимального размера оплаты труда. Согласно оспариваемому постановлению период задолженности составляет с 01.12.1992, при этом при расчёте учитывались квитанции с 1997 по 2002 годы, представленные должником, отсутствует полный расчёт, нет доказательств уплаты алиментов за все годы. Из постановления не ясно, как учитывались платежи за ноябрь, июль, август 1997 года и ноябрь 1998 года, составлявшие L рублей. Также данное постановление противоречит постановлению от 01.01.2001, согласно которому задолженность по алиментам на момент совершеннолетия ребёнка составила N рублей.

Суд правомерно пришёл к выводу, что произведённый судебным приставом расчёт задолженности по алиментам не соответствует действующему законодательству. При расчёте судебный пристав-исполнитель К. указала, что на момент совершеннолетия ребёнка Л. имеет задолженность по алиментам в размере 0 рублей. При этом из приведённого расчёта задолженности следует, что в ходе исполнения решения о взыскании алиментов, взысканных в пользу заявительницы Ч., их индексация при повышении установленного законом минимального размера оплаты труда не производилась. Также не была принята во внимание деноминация рубля в соотношении 1000:1, произведённая с 01.01.1998, при том, что в материалах дела имеются квитанции за 1997 и 1998 годы, в которых сумма алиментов указана 100 и 100 000 рублей.

Частью 1 пункта 1 статьи 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве» установлено, что исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случаях фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе.

А. обратился в суд с заявлением об оспаривании бездействия судебных приставов-исполните­лей и отмене постановлений об окончании исполнительных производств от 01.01.2001. В обоснование требований указал, что на основании решения и определения суда от 01.01.2001 были выданы два исполнительных листа. 04.05.2008 судебным приставом-исполнителем К. было возбуждено исполнительное производство на основании исполнительного листа, обязывающего Г. передать ему нежилое помещение, расположенное по адресу <П>. В соответствии со ст. 36 ФЗ «Об исполнительном производстве» содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены судебным приставом-исполнителем в двухмесячный срок со дня возбуждения исполнительного производства. Однако решение суда от 01.01.2001 судебными приставами-исполните­лями не исполнялось. В связи с заключением договора аренды между ним и арендатором Р. в 2010 году Г. освободила нежилое помещение. Таким образом, участия в освобождении данного нежилого помещения судебные приставы-исполнители не принимали. Своими действиями они способствовали тому, что семья Г. незаконно владела магазином на протяжении более семи лет, извлекая из этого выгоду. По второму исполнительному листу 31.01.2008 судебным приставом-исполнителем А. принято постановление о возбуждении исполнительного производства, а 01.02.2008 принято постановление об окончании исполнительного производства. 01.02.2007 судебным приставом-исполнителем А. на основании исполнительного листа № <…> от 10.01.07 вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства и наложен арест на нежилое помещение (магазин), расположенное по адресу <П> с оставлением за Г. права пользования им. Г. была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 312 УК РФ за растрату, отчуждение, сокрытие или незаконную передачу переданного ей на хранение имущества, а также предупреждена о материальной ответственности. Однако 11.08.2010 Г. самовольно демонтировала отделку фасада здания магазина, тем самым игнорировала запрет, наложенный судом и судебными приставами. Просила признать бездействия судебных приставов-исполнителей незаконными, отменить постановления об окончании исполнительных производств от 01.01.2001, обязать судебных приставов-исполнителей исполнить решение суда от 01.01.2001 и требования исполнительных листов, выданных на основании этих решений, а также решить вопрос об ответственности Г.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд правомерно указал, что судебные решения фактически исполнены и то обстоятельство, что решения были исполнены должником добровольно не является основанием к отмене постановлений об окончании исполнительных производств, поскольку действующим законодательством предусмотрено право должника добровольно исполнить требования, указанные в исполнительном документе.

Согласно подп. 3 п. 1 ст. 98 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель обращает взыскание на заработную плату и иные доходы должника-гражданина в случае отсутствия или недостаточности у должника денежных средств и иного имущества для исполнения требований исполнительного документа в полном объёме.

Т. обратился в суд с заявлением об оспаривании постановлений судебного пристава-исполни­теля от 01.01.2001 №№ <…> (всего 3 постановления) о производстве удержаний из его заработной платы в размере 50% всех видов заработка. Заявление мотивировал тем, что в противоречии с п. 6 ч. 2 ст. 14 ФЗ «Об исполнительном производстве» в постановлениях не указаны фактические и правовые основания принятого решения, что нарушает его права, права кредиторов предыдущей очереди и не позволяет исполнять алиментные обязательства перед его несовершеннолетними детьми. Просил суд признать указанные постановления незаконными и отменить их. Также просил приостановить исполнительное производство № <…> от 01.01.2001 до вступления в законную силу решения по настоящему заявлению.

Судом требования Т. удовлетворены частично. Постановления судебного пристава-исполни­теля о производстве удержаний из заработной платы отменены. В удовлетворении заявленных требований о приостановлении исполнительного производства № <…> от 01.01.2001 отказано.

Рассмотрев кассационную жалобу судебного пристава-исполнителя судебная коллегия, пришла к выводу об отсутствии законных оснований для отмены постановлений о производстве удержаний из заработной платы должника.

Из материалов исполнительного производства следует, что у должника Т. отсутствуют денежные средства и другое имущество, достаточные для погашения задолженности по исполнительному листу.

При таких обстоятельствах в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 98 ФЗ «Об исполнительном произ­водстве» судебный пристав-исполнитель правомерно вынес постановления о производстве удер­жаний из заработной платы должника Т. Размер определённых судебным приставом-исполните­лем удержаний (50%) соответствует п. 2 ст. 99 указанного закона. Требования об изменении размера удержаний должником не заявлялись.

Довод должника о невозможности исполнять алиментные обязательства в связи с вынесением обжалуемых постановлений, не соответствует положениям действующего законодательства, согласно которому удержания по алиментным обязательствам производятся в первую очередь (статья 111 ФЗ «Об исполнительном производстве»). При этом согласно статье 99 ФЗ «Об исполнительном производстве» и статье 138 ТК РФ общий размер удержаний из заработной платы не может превышать семидесяти процентов.

На основании изложенного, судебная коллегия отказала Т. в удовлетворении его заявления.

Согласно ч. 6 ст. 110 Федерального закона «Об исполнительном производстве» денежные средства, оставшиеся после удовлетворения требований взыскателей, возвращаются должнику. О наличии остатка денежных средств и возможности их получения судебный пристав-исполнитель извещает должника в течение трёх дней.

Я. обратился в суд с заявлением об отмене акта изъятия имущества, указав, что 16.12.2010 судебным приставом-исполнителем Г. был составлен акт изъятия у него легкового автомобиля «Т», оценённого в <…> рублей. Данный автомобиль является для него единственным источником дохода. Кроме того, считает, что стоимость изъятого транспортного средства несоразмерна сумме долга по исполнительному производству, в рамках которого были совершены данные действия. Просил признать действия судебного пристава-исполнителя незаконными, отменить акт изъятия арестованного имущества от 01.01.2001 и вернуть ему автомобиль.

Решением суда заявленные требования Я. удовлетворены.

Судебная коллегия, рассматривая кассационную жалобу судебного пристава-исполнителя Г., не согласилась с данным решением.

Из материалов дела следует, что в отношении Я. возбуждено несколько исполнительных производств, которые объединены в сводное производство. Общая сумма взыскания по сводному исполнительному производству составила <…> рублей.

Судом установлено, что исполнительные производства о взыскании с Я. денежных средств в размере <L> рублей и <M> рублей в пользу окончены. Также с Я. взыскана часть средств в пользу пенсионного и налогового органов.

Таким образом, сумма взыскания по состоянию на 16.12.2010 составляла менее суммы взыскания по сводному исполнительному производству, за исключением исполнительского сбора.

16.12.2010 судебным приставом-исполнителем было осмотрено и изъято арестованное имущество – автомобиль «Т» и передано на ответственное хранение О.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 Закона «Об исполнительном производстве» должник вправе указать имущество, на которое он просит обратить взыскание в первую очередь. Окончательно очерёдность обращения взыскания на имущество должника определяется судебным приставом-ис­пол­ни­телем.

Я. каких-либо данных о наличии иных соразмерных доходов или имущества, на которые возможно было обратить взыскание, судебному приставу-исполнителю не представил.

Часть 2 ст. 69 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исключает обращение взыскания на имущество, стоимость которого превышает размер задолженности по исполнительному производству, при наличии сведений об ином, соразмерном имуществе.

Судебная коллегия указала, что, несмотря на предпринятые судебным приставом-исполните­лем меры, иное имущество должника, кроме автомобиля, установлено не было.

Судом установлено, что Я. работал водителем на фирме «Б» на своём автомобиле «T» с начала создания фирмы и пользовался радиостанцией фирмы.

В связи с этим судебная коллегия сделала вывод, что должник фактически работал на себя и получал систематический доход, но самостоятельно задолженность по исполнительному производству не погашал. При таких обстоятельствах обратить взыскание на заработную плату Я. не представлялось возможным, поскольку размер дохода от данного вида деятельности не определён.

Несоразмерность суммы взыскания по исполнительному производству стоимости (предварительной) арестованного имущества, на которое обращается взыскание, при отсутствии у должника иного соразмерного имущества не может нарушать его прав, поскольку после удовлетворения требований взыскателей, расходов на совершение исполнительных действий, оплаты исполнительского сбора, погашения штрафов, оставшиеся денежные средства от реализации арестованного имущества возвращаются должнику согласно частям 3, 6 ст. 110 Закона «Об исполнительном производстве».

Судебная коллегия решение суда отменила и вынесла новое решение об отказе Я. в удовлетворении его заявления.

В соответствии с ч. 2 ст. 85 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель обязан в течение одного месяца со дня обнаружения имущества должника привлечь оценщика для оценки недвижимого имущества.

К. обратилась в суд с заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполни­теля, указав, что 30.06.2006 возбуждено исполнительное производство о взыскании с неё и Е. в пользу С. <D> рублей. В рамках исполнительного производства был произведён арест принадлежащей ей квартиры по адресу <L>. 28.09.2010 она через своего представителя ознакомлена с постановлением о принятии результатов оценки имущества должника от 01.01.2001, с которым ранее ознакомлена не была. Просила признать это постановление судебного пристава-ис­полнителя незаконным, в связи с тем, что стоимость имущества занижена и был нарушен порядок оценки.

Решением суда заявление К. оставлено без удовлетворения.

Судом установлено, что в отношении К. имеется исполнительное производство. К. является собственником квартиры по адресу <L>. На данную квартиру наложен арест. 13.11.2009 судебным приставом-исполнителем Э. вынесено постановление, которым принят отчёт оценщика «А» об оценке рыночной стоимости указанной квартиры в размере <B> рублей. Сема оценки квартиры <B> оказалась меньше суммы <D>, подлежащей взысканию.

Согласно ст. 12 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчёте, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признаётся достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации или в судебном порядке, не установлено иное.

С учётом указанной нормы, судебный пристав-исполнитель Э., правомерно принял результаты оценки имущества должника, проведённой оценщиком «А».

Доказательств того, что стоимость квартиры занижена, оснований невозможности принятия судебным приставом-исполнителем данного отчёта, а также иной оценки имущества заявителем К. в суд не представлено.

Возможность самостоятельного оспаривания достоверности рыночной стоимости объекта оценки, установленной в отчёте оценщика, предусмотрена ч. 3 ст. 6 и ч. 1 ст. 13 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

Судом не установлены существенные основания для отмены постановления, которым принята оценка квартиры, произведённая оценщиком «А».

Таким образом, суд правильно указал, что судебный пристав-исполнитель, принимая результаты оценки, действовал в соответствии с законом.

В соответствии со ст. 67 Федерального закона «Об исполнительном производстве» при неисполнении должником в установленный срок без уважительных причин требований, содержащихся в исполнительном документе, выданном на основании судебного акта или являющемся судебным актом, судебный пристав-исполнитель вправе по заявлению взыскателя или собственной инициативе вынести постановление о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации.

К. обратился в суд с заявлением о признании постановления судебного пристава-исполнителя Б. от 01.01.2001 о временном ограничении на выезд из Российской Федерации незаконным, ссылаясь на то, что им в надзорном порядке обжаловано решение суда первой инстанции, на основании которого возбуждено исполнительное производство. Указанным постановлением нарушаются его конституционные права и свободы, а именно ограничивается право на свободное перемещение. Просил отменить обжалуемое постановление.

Из материалов дела установлено, что в рамках исполнительного производства судебный при­став-исполнитель вынес в отношении К., уклоняющегося от выполнения требований исполнительного документа, постановление о временном ограничении на выезд из Российской Федерации сроком на 6 месяцев.

В силу п. 5 ст. 15 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» право гражданина Российской Федерации на выезд из Российской Федерации может быть временно ограничено в случае, если он уклоняется от исполнения обязательств, наложенных на него судом, – до исполнения обязательств либо до достижения согласия сторонами.

К. был предупреждён судебным приставом-исполнителем о необходимости исполнять требования исполнительного документа, однако без уважительных причин не устроился на работу, не исполняет требования исполнительного документа.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно решил, что у судебного пристава-исполнителя были законные основания для установления должнику К. временного ограничения на выезд из Российской Федерации. Решением суда заявление К. оставлено без удовлетворения.

В случае, когда должник по истечении срока, установленного для добровольного исполнения содержащегося в исполнительном документе требования о вселении взыскателя, продолжает препятствовать вселению, судебный пристав-исполнитель выносит постановление о взыскании с должника исполнительского сбора и предупреждает его о том, что вселение взыскателя будет производиться принудительно без дополнительного извещения должника.

Г. обратился в суд с жалобой на постановление судебного пристава-исполнителя о назначении нового срока исполнения (вселения). Жалобу мотивировал тем, что на основании исполнительного листа о вселении К. в жилое помещение по адресу <…>, было вынесено постановление о назначении нового срока исполнения (вселения), в связи с тем, что требования исполнительного документа не выполнены.

В соответствии со ст. 108 Федерального закона от 01.01.2001 «Об исполнительном производстве» вселение включает в себя обеспечение судебным приставом-исполнителем беспрепятственного входа взыскателя в указанное в исполнительном документе помещение и его проживания (пребывания) в нём.

Из материалов дела установлено, что на основании исполнительного листа судебным приставом-исполнителем было возбуждено исполнительное производство в отношении Г. Предметом исполнения являлось вселение К. в жилое помещение. О том, что в целях совершения исполнительных действий, предусмотренных ст. 64 Федерального закона от 01.01.2001 «Об исполнительном производстве» Г. обязан предоставить беспрепятственный доступ в квартиру 04.02.2010 в 14 часов 00 минут он был предупреждён, о чём имеется его подпись в требовании от 01.01.2001.

Из акта совершения исполнительных действий следует, что Г. не исполнил указанное требование судебного пристава-исполнителя, дверь не открывал, на телефонные звонки не отвечал.

В связи с этим, судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление о назначении нового срока исполнения (вселения).

Г. не представлено доказательств, подтверждающих уважительность причин его отсутствия на момент первоначального исполнения (вселения). Оснований, по которым постановление судебного пристав-исполнителя о назначении нового срока исполнения (вселения) является незаконным, судом не установлено. Суд оставил жалобу без удовлетворения.

Исполнение решения о принудительной госпитализации в медицинские учреждения лиц, страдающих заразными формами туберкулёза, должно производиться по аналогии с порядком исполнения решений о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар.

Лечебное учреждение «П» обратилось в суд с заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя об отказе в возбуждении исполнительного производства в отношении принудительной госпитализации К. по исполнительному листу. Свои требования мотивировало тем, что вывод в постановлении о невозможности принудительного исполнения решения суда является незаконным.

Судом установлено, что на основании решения суда по гражданскому делу по заявлению лечебного учреждение «П» о принудительной госпитализации К. был выдан исполнительный лист, подлежащий немедленному исполнению, в котором указано, что решение суда является основанием для принудительной госпитализации в стационар лечебного учреждения «П» К. для обязательного обследования и лечения.

Судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства на основании указанного исполнительного листа в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 31 Федерального закона от 01.01.2001 «Об исполнительном производстве», поскольку данный исполнительный лист не подлежит исполнению Федеральной службой судебных приставов.

Учитывая нормы части 4 статьи 1 ГПК РФ суд пришёл к выводу о том, что исполнение судебного решения о принудительной госпитализации в медицинские учреждения лиц, страдающих заразными формами туберкулёза, должно производиться по аналогии с порядком исполнения судебных решений о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар.

Исходя из изложенного, после вступления в силу решения о принудительной госпитализации гражданина, страдающего заразной формой туберкулёза, в законную силу его копия должна направляться для исполнения руководителю соответствующего медицинского учреждения.

При этом в силу п. 35 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 01.01.2001 «О полиции» органы полиции обязаны оказывать содействие медицинским работникам в осуществлении назначенной судом недобровольной госпитализации лиц в медицинские организации, а также обеспечивать медицинским работникам безопасные условия для доступа к этим лицам и их осмотра.

Суд пришёл к выводу о том, что действия судебного пристава-исполнителя, отказавшего в возбуждении исполнительного производства, законны и обоснованны, в связи с чем отказал заявителю в удовлетворении заявленных требований.

Если взыскание на имущество обращено для удовлетворения требований залогодержателя, то взыскание на заложенное имущество обращается в первую очередь независимо от наличия у должника другого имущества.

Предприятие «Х» обратилось в суд с заявлением об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на имущество должника. В заявлении указало, что решением районного суда г. Хабаровска с «Х» взыскана сумма долга в размере <…> рублей и проценты в сумме <…> рублей. В целях обеспечения погашения долга судом было обращено к взысканию заложенное имущество – транспортное средство, принадлежащее Ш. На основании исполнительного документа было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о наложении ареста на имущество «Х» и произведена опись принадлежащих обществу транспортных средств. Просило признать действия судебного пристава-исполнителя незаконными, отменить постановление о наложении ареста на имущество должника.

Суд первой инстанции вынес решение об оставлении заявления без удовлетворения, сославшись на норму статьи 80 Федерального закона от 01.01.2001 «Об исполнительном производстве», в соответствии с которой судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очерёдности обращения взыскания на имущество должника.

Судебная коллегия по гражданским делам суда ЕАО данное решение отменила, дело направила в суд первой инстанции на новое рассмотрение. В кассационном определении указала, что судом не была принята во внимание норма части 2 статьи 78 ФЗ «Об исполнительном производстве», согласно которой при обращении взыскания на имущество должника по требованию залогодержателя взыскание, независимо от наличия другого имущества, в первую очередь обращается на предмет залога. При недостаточности стоимости предмета залога для погашения взысканной суммы, обязательства могут быть удовлетворены за счёт стоимости другого имущества.

При повторном рассмотрении дела суд первой инстанции, учитывая указанную норму закона, пришёл к выводу о том, что арест имущества должника был произведён судебным приставом-исполнителем в нарушение ст. ст. 64, 69, 78, 94 ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с чем, удовлетворил заявленные требования о признании действий судебного пристава-исполнителя незаконными. Производство по заявленному требованию об отмене постановления о наложении ареста на имущество должника прекращено, в связи с отказом заявителя от данного требования.

Суд прекращает производство по делу в случае, если заявитель отказался от заявленных требований и отказ принят судом.

Ш. обратился в суд с заявлением об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя. Мотивировал свои требования тем, что судебным приставом-исполнителем в отношении должника С. возбуждено исполнительное производство. В рамках данного исполнительного производства была произведена опись и арест имущества, а именно трёх вагонов-рефрижераторов. Без его согласия, представителем должника заявитель был указан хранителем указанного имущества. Принять имущество на хранение он отказался, о чём указал в акте передачи имущества на хранение. Действиями судебного пристав-исполнителя на него незаконно возложена обязанность по хранению чужого имущества, за несоблюдение которых может наступить не только имущественная, но и уголовная ответственность. Просит признать действия судебного пристава-исполнителя незаконными.

В судебном заседании заявитель просил прекратить производство по делу, в связи с отказом от своих требований, так как они удовлетворены в добровольном порядке.

Суд пришёл к выводу о том, что отказ заявителя от требований не нарушает прав третьих лиц и не противоречит закону, в связи с чем, прекратил производство по делу в соответствии со ст. 220 ГПК РФ.

Статья 31 ФЗ «Об исполнительном производстве» содержит исчерпывающий перечень оснований для отказа в возбуждении исполнительного производства.

Ш. обратился в суд с заявлением об отмене постановления о возбуждении исполнительного производства от 8 апреля 2010 года в связи с тем, что решение мирового судьи, на основании которого выдан исполнительный лист и возбуждено в отношении него это исполнительное производство, обжаловано им в Верховный Суд Российской Федерации.

Суд правомерно отказал в удовлетворении заявления Ш., указав на отсутствие оснований для отмены постановления о возбуждении исполнительного производства, так как обжалование Ш. в Верховном Суде Российской Федерации решения не являются таким основанием.

Таким образом, изучение показало, что в целом районными судами области дела данной категории рассматриваются правильно, в соответствии с требованиями, установленными гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и Федеральным законом «Об исполнительном производстве».

При этом судьям необходимо обратить внимание на правильное исчисление процессуальных сроков и на недопустимость выявленных нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении и разрешении дел об обжаловании постановлений, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.

С П Р А В К А

по результатам изучения дел,

связанных с применением законодательства,

регулирующего деятельность гаражно-строительных кооперативов.

(извлечения)

В соответствии с планом работы на 2 квартал 2011 года проведено обобщение судебной практики по вопросу применения законодательства, регулирующего деятельность гаражно-строитель­ных кооперативов.

Рассмотрено в порядке искового производства – 28 дел, в порядке особого производства – 9 дел, и в порядке производства по делам, вытекающим из публичных правоотношений – 3 дела.

Большинство дел, рассмотренных в порядке искового производства, содержат требования о признании права собственности либо о включении имущества в состав наследственной массы.

В порядке особого производства судом устанавливались юридические факты владения на праве собственности, в том числе совместной, гаражным боксом, факты владения недвижимым имуществом, факты принятия наследства.

В кассационном порядке обжаловано 4 дела.

При рассмотрении данных дел суды руководствовались нормами Гражданского процессуального кодекса РФ, Гражданского кодекса РФ, Градостроительного кодекса РФ, Семейного кодекса РФ, Федеральными законами: от 01.01.2001 «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»; от 01.01.2001 «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации»; от 01.01.2001 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», Законом СССР от 01.01.2001 «О кооперации в СССР», действующим в части, не противоречащей федеральному законодательству в отношении кооперативных организаций, не имеющих собственного нормативного акта, в частности, в отношении гаражных кооперативов.

Все представленные дела, за исключением одного дела, рассмотрены в установленный законом срок.

Дела, рассмотренные в порядке искового производства

Анализ дел, которые были предметом кассационного обжалования, показывает, что судами не всегда правильно определяются юридически значимые обстоятельства и применяются нормы материального и процессуального права.

К. обратился с иском к Т. о признании права на 1\2 доли общей собственности на гаражный бокс, взыскании денежных средств.

Истец свои требования мотивировал тем, что 14.08.2008 решением суда удовлетворены исковые требования Т. о признании регистрационного удостоверения № <…> от 01.01.2001 на гаражный бокс недействительным и признании за Т. и К. права общей собственности на этот гаражный бокс.

28.10.2008 им было написано заявление на имя Т. с предложением о выкупе доли в указанном выше гаражном боксе за суммурублей в соответствии с рыночной ценой.

08.11.2008 Т. ему дал ответ, что в связи с отсутствием денежных средств выкуп доли не возможен и было предложено совместное пользование указанным выше гаражом. Совместное пользование указанным боксом невозможно в связи с его отдаленностью от его настоящего места жительства. При подготовке к подаче искового заявления им проведена оценка стоимости указанного гаражного бокса, которая составила рублей по состоянию на 02.10.2008. За проведённую оценку он заплатил 2 000 рублей. Для оказания юридической помощи в написании искового заявления и в осуществлении представительства в суде, ему пришлось оплатитьрублей.

Учитывая то, что при вынесении решения суда от 01.01.2001 не были определены доли в общей собственности, просил признать за ним право на 1\2 доли от общей собственности на имущество, а именно на гаражный бокс, взыскать с Т. в его пользурублей – 1\2 части от оценочной стоимости гаражного бокса, взыскать с Трублей за проведённую оценку гаражного бокса,рублей за оплату юридических услуг и оплату госпошлины.

в судебном заседании исковые требования уточнил, просил прекратить право общей совместной собственности на гараж, передать гараж в собственность ответчика, в свою пользу просил взыскать денежную компенсацию 1\2 доли в размерерублей, судебные расходы в размере 2 000 рублей за проведённую оценку гаражного бокса,рублей за оплату юридических услуг и оплату госпошлины. Суду пояснил, что гараж находится в совместной собственности. Учитывая, что совместное пользование гаражом невозможно и ответчиком, просил определить доли по 1\2 и передать 1\2 его доли в общей собственности в натуре в собственность ответчика, а ему определить данную долю в денежном выражении. Оценку гаражного бокса, сделанного ИП, поддерживает, поскольку в её оценке указана подробная методика. С отчётом торгово-промышленной палаты не согласен, т. к. он сам звонил по объявлениям и гараж в том районе стоит не ниже 180 000 рублей.

В кассационной жалобе Т. просила решение суда изменить в мотивировочной части и в части распределения между сторонами судебных расходов.

Судебная коллегия частично согласилась с доводами жалобы, указав следующее.

Доводы кассационной жалобы относительно неточности пояснений ответчицы и её представителя при изложении их позиции относительно предъявленного иска не могут служить основанием для пересмотра решения, поскольку они содержатся в описательной, а не в мотивировочной части решения, и никак не отразились на правильности разрешения спора.

В то же время судебная коллегия с учётом доводов кассационной жалобы проверила правомерность взыскания судебных расходов и пришла к выводу, что это взыскание не отвечает требованиям закона.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Суд первой инстанции взыскал с ответчицы расходы на представителя в размере 8 000 рублей, но судебная коллегия, учитывая незначительную сложность рассмотренного дела, его продолжительность, находит, что разумным пределам будет отвечать сумма 6 000 рублей.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1). Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах (ч. 2).

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесённые ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; почтовые расходы, понесённые сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Суд необоснованно возложил на ответчицу обязанность возмещения истцу пропорционально удовлетворённых требований расходов в размере 1423 рубля 80 копеек, связанных с оценкой стоимости гаража, которая была отвергнута судом, как ненадлежащее доказательство.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 320 НК РФ (пп. 3 п. 1) при подаче исковых заявлений о разделе имущества, находящегося в общей собственности, а также при подаче исковых заявлений о выделе доли из указанного имущества размер государственной пошлины исчисляется, если ранее суд вынес решение о признании права собственности истца (истцов) на указанное имущество – в соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.19 настоящего Кодекса, то есть в размере 100 рублей.

Взыскивая с ответчицы в пользу истца расходы по оплате государственной пошлине, суд не принял во внимание, что спор о праве собственности относительно прав сторон на имущество, подлежащее разделу, уже рассматривался судом.

Излишне уплаченная истцом государственная пошлина составляет 1900 рублей, которая не может возмещаться ему за счёт ответчицы, а требует возврата в установленном законом порядке (ст. 333.40 НК РФ).

Следовательно, государственная пошлина не подлежит взысканию с ответчицы в местный бюджет.

Вместе с тем, с учётом того, что имущество, подлежащее разделу, истец оценил в 140000 рублей, а суд удовлетворил его требования, исходя из стоимости имущества 99 678 рублей, истцу подлежит возмещению за счёт ответчицы часть оплаченной государственной пошлины:

(99 678 рублей / рублей) х 100 рублей = 71 рубль.

В целом, с ответчицы в пользу истца взысканию подлежат судебные расходы в размере:

6 000 рублей + 71 рубль = 6 071 рубль.

Также суд незаконно взыскал с истца в полном объёме в пользу ответчицы понесённые ею расходы по проведению экспертизы.

Данные расходы подлежали возмещению пропорционально той части, в которой истцу отказано, то есть:

(140 000 рублей – 99 678 рублей / 140 000 рублей) х 2000 рублей = 576 рублей.

С учётом изложенного, судебная коллегия посчитала необходимым абзацы 5 и 6 резолютивной части решения суда первой инстанции изложить в иной редакции с учётом пересчитанных сумм судебных расходов, а абзац 7 резолютивной части решения исключить.

Б. обратился в суд с иском к Е. и кредитной организации «С» о признании права собственности на гаражный бокс и освобождении имущества от ареста. Суд отказал Б. в удовлетворении иска, поскольку переход права собственности по договору купли-продажи гаражного бокса не был зарегистрирован в Едином государственном реестре.

Следствием данного дела стало дело по иску Б. к Е. о государственной регистрации перехода прав собственности.

Б. обратился в суд с иском к Е. о государственной регистрации перехода права собственности на гараж, ссылаясь на то, что он 03.10.2000 приобрёл данный гараж у ответчика, а ответчик уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности. При продаже гаража ответчик написал расписку о получении денег. С 2000 года после покупки он пользуется указанным гаражом, произвёл отделочные работы, несёт все необходимые расходы по его содержанию, участвует в собраниях гаражного кооператива. О том, что надо было зарегистрировать переход права собственности, никто ему не говорил. В июне 2010 года ему стало известно, что юридически гараж ему не принадлежит, т. к. право собственности на гараж зарегистрировано за ответчиком. Кроме этого, узнал, что гараж находится под арестом, т. к. Е. является должником перед кредитной организацией «С». В июне 2010 года он обратился в суд с иском о признании права собственности на гараж и освобождении его от ареста, но в удовлетворении исковых требований было отказано, т. к. право собственности на гараж зарегистрировано за ответчиком. После чего он обратился к ответчику с предложением явиться в Управление по государственной регистрации для регистрации перехода права собственности, но ответчик не явился. В связи с чем, он вынужден обратиться в суд с настоящим иском.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, были привлечены: подразделение федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, кредитная организация «С» и судебный пристав-исполнитель.

В судебном заседании истец уточнил исковые требования, просил суд вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности на гараж от ответчика к нему соответствующим органом, отменить запрет на отчуждение гаражного бокса, наложенного судебным приставом-исполнителем 07.04.2008.

Суд постановил:

Исковые требования Б. к Е. о снятии запрета на государственную регистрацию и о государственной регистрации перехода права собственности на гаражный бокс удовлетворить в полном объёме.

Отменить запрет, наложенный судебным приставом-исполнителем 07.04.2008, о проведении регистрационных действий по отчуждению (снятию с учёта) спорного гаражного бокса.

Данное решение является основанием для осуществления государственной регистрации перехода права собственности на гаражный бокс от Е. к Б. на основании договора купли-продажи от 01.01.2001.

Взыскать с Е. в пользу Б. судебные расходы по оплате государственной пошлины.

В кассационной жалобе Е. просил решение суда отменить, дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение, поскольку судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда первой инстанции, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального и процессуального права.

Оставляя решение суда без изменения, судебная коллегия указала следующее.

В соответствии со ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента её передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности.

Из материалов дела установлено, что 03.10.2000 между Е. и Б. был заключён договор купли-про­дажи гаражного бокса.

Факт заключения между сторонами договора купли-продажи установлен решением суда от 01.01.2001, в котором указано, что договор купли-продажи был заключён в соответствии с требованиями ст. 550 ГК РФ путём составления расписки о получении денежных средств, подписанной обеими сторонами, что подтверждается также выдачей соответствующей доверенности, в которой указаны намерения продавца Е. на продажу гаражного бокса, а также фактической передачей данного гаражного бокса во владение покупателя – Б. Данным решением также установлено, что Б. является законным владельцем спорного гаражного бокса.

Судом первой инстанции установлено, что с момента покупки Б. владеет и пользуется данным гаражным боксом, но право собственности на спорный гараж до настоящего времени зарегистрировано за ответчиком Е., который не желает перехода права собственности на данный гараж за истцом, желает, чтобы гараж остался за ним.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу, что ответчик уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на гаражный бокс и обоснованно удовлетворил исковые требования истца. Кроме того, суд правомерно отменил запрет на проведение регистрационных действий по отчуждению (снятию с учёта) спорного гаражного бокса, который наложен в рамках исполнительного производства, возбужденного в отношении должника Е., взыскателем по которому является кредитная организация «С», 07.04.2008 судебным приставом-исполнителем.

Суд правомерно указал, что при установленных судом обстоятельствах дела данный запрет нарушает права истца и будет препятствовать осуществлению регистрации перехода права собственности на владельца гаражного бокса – Б.

Наиболее сложным делом, связанным с выполнением обязанностей по выплате паевого взноса и приобретением прав на гаражный бокс стало дело по заявлению Л. и А. к К. об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Свои требования истцы мотивировали тем, что являются собственниками гаражного бокса на основании свидетельства о государственной регистрации права собственности от 01.01.2001. Л. с 15.05.2003 является членом ГСК и вместе с другими, выплатив паевой взнос, принимал участие в строительстве гаражей. По окончании строительства, установив ворота на гараж, приступил к внутренней отделке гаража, установил замок и завёз в гараж все необходимые строительные материалы, однако в августе 2004 года ответчик самовольно завладел указанным гаражом, фактически гараж перешёл в незаконное владение ответчика. При обращении в милицию по данному факту, помощи ему не оказали, посоветовали надлежащим образом оформить право собственности и обратиться в суд. На предложение в добровольном порядке освободить принадлежащий им гараж, ответчик ответил отказом и отказывается его освободить в настоящее время, ссылаясь на то, что он сделал ремонт в гараже. Ответчик не является членом ГСК и никогда им не являлся.

Просили обязать ответчика освободить гаражный бокс, выбывший из их законного владения по независящим от них причинам.

02.06.2005 исковое заявление Л. принято к производству суда.

Определением суда от 01.01.2001 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика привлечён ГСК.

К. обратился в суд с иском к ГСК, Л. и А. о признании незаконным решения общего собрания и признании права собственности на гаражный бокс.

Требования мотивировал тем, что в мае 2003 года он был принят в члены ГСК. Данное обстоятельство установлено вступившим в законную силу решением суда от 01.01.2001, которым он признан членом ГСК.

Паевой взнос был внесён им совместно с членом кооператива Ф. в виде строительных материалов, принадлежавших «Б», на сумму  рублей.

Перед началом строительства гаражей было принято решение, что он, Ф. и Г. будут строить большие гаражи, а остальные члены кооператива – маленькие. В 2004 году строительство спорного гаражного бокса было закончено, С. передал ему этот гаражный бокс. Л. построил другой, – маленький гаражный бокс (на одну машину) и продал его В.

Собрание членов кооператива по поводу распределения Л. спорного бокса от 01.01.2001 не проводилось, протокол является подложным.

Считает, что приобрёл право на спорный гаражный бокс, т. к. является членом ГСК с мая 2003 года, полностью внёс паевой взнос, ему был распределён вышеуказанный бокс.

Просил признать незаконным решение общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 в части закрепления спорного бокса за Л. Признать за ним право собственности на этот гаражный бокс, прекратив право общей совместной собственности Л. и А. Признать недействительной запись регистрации от 01.01.2001 № <D> в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о регистрации права совместной собственности Л. и А. на спорный гаражный бокс. Признать недействительным свидетельство от 01.01.2001 о государственной регистрации права совместной собственности Л. и А. на этот гаражный бокс. Взыскать судебные издержки в размере 1 793 рубля 60 копеек.

12.10.2007 исковое заявление К. принято к производству суда.

Определением от 01.01.2001 к участию в деле в качестве третьего лица на стороне истца привлечён Ф.

12.03.2008 в суд от К. поступило заявление об увеличении исковых требований. Он просил также признать незаконным решение общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 в части определения стоимости паевого взноса на спорный гаражный бокс в сумме рублей.

Определением суда от 01.01.2001 указанные дела объединены в одно производство.

Согласно свидетельству о постановке на учёт юридического лица в налоговом органе по месту нахождения на территории РФ, ГСК поставлен на учёт в качестве юридического лица – 03.11.2004.

Согласно протоколу собрания от 01.01.2001 на рассмотрение поставлены вопросы о создании нового гаражно-строительного кооператива, принятии устава кооператива. Председателем кооператива избран П., в кооператив вступило 13 человек, включая П.

Управлением юстиции 07.12.1998 зарегистрирован Устав ГСК.

В п. 1.2 Устава указано, что «членами кооператива могут быть жители Биробиджана, достигшие 18-ти летнего возраста, а так же предприятия всех видов собственности, принимающие участие своими средствами или личным трудом в строительстве гаража выкупившие отдельные боксы позже, во время эксплуатации гаража».

В соответствии с п. 2.3 Устава член кооператива обязан личным трудом участвовать в строительстве гаража, вносить денежные взносы на строительство и эксплуатацию гаражей. Размеры взносов, порядок и сроки их внесения устанавливаются общим собранием.

В судебном заседании установлено, что Устав ГСК действует до настоящего времени. Внесение паевого взноса строительными материалами не противоречит Уставу ГСК.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из п. 4 указанной статьи следует, что член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внёсшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Право собственности, в соответствии со ст. 219 ГК РФ, на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Статьёй 235 ГК РФ предусмотрены основания прекращения права собственности.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 01.01.2001 Л. и А. владеют на праве совместной собственности объектом недвижимого имущества – нежилым помещением – спорным гаражным боксом, о чём в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 19.05.2005 сделана запись о регистрации № <D>. Документом, основанием для регистрации указанного права, является справка о выплате паевого взноса от 01.01.2001.

Суду предоставлена копия справки от 01.01.2001 о выплате Л. паевого взноса в сумме 150 000 рублей за спорный гаражный бокс. Согласно справке паевой взнос выплачен полностью 30.03.2005.

В извлечении из технического паспорта ГУП «БТИ» от 01.01.2001 на помещение спорного гаражного бокса в качестве его собственника указан Л.

В то же время в извлечении из технического паспорта ГУП «БТИ ЕАО» от 01.01.2001 собственником боксов является ГСК. Год постройки гаражей указан 2004. Имеется поэтажный план строения, в котором указан также и спорный гаражный бокс.

Из протокола общего собрания членов ГСК от 01.01.2001, в связи с окончанием строительства гаражных боксов, спорный гаражный бокс закреплён за Л.

В указанном решении председателем кооператива указан С., однако суду не предоставлены доказательства того, что в это время С. был председателем ГСК и полномочия П. были прекращены.

Оспаривая право Л. на спорный гаражный бокс, К. утверждал, что этот бокс принадлежит ему, т. к. стоимость паевого взноса им внесена строительным материалом.

и А. в обоснование заявленных требований указали, что К. не являлся и не является членом ГСК.

Однако это утверждение истцов опровержено решением суда от 01.01.2001, вступившим в законную силу 28.11.2006, согласно которому К. и Ф. признаны членами ГСК.

Решение общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 в части определения пая по гаражному боксу такого же размера, как и спорный, в сумме рублей признано незаконным решением суда от 01.01.2001, вступившим в законную силу 13.02.2009.

Этим же решением суда признано:

–  незаконным решение общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 в части закрепления бокса № <J> за ГСК;

–  прекращено право собственности на гаражный бокс № <J> за ГСК и признано право собственности на гаражный бокс № <J> за Ф.

В судебном заседании, по результатам которого вынесено указанное решение, установлено, что при создании ГСК не был определён размер паевого взноса, ни в ценовом выражении, ни в количестве и качестве личного вклада, ни в количестве предоставленного строительного материала. Суд установил, что предоставленный строительный материал Ф. и К., соответствует взносу, личному вкладу для признания за Ф. права собственности на гаражный бокс № <J>. Предоставленный материал по количеству превышал количество материала, достаточного для строительства нескольких боксов. Судом также установлено, что между С. с одной стороны, и Ф. и К. с другой в ходе строительства возникли неприязненные отношения. Имеющиеся документы в отношении деятельности кооператива, расходов материалов, внесённых паёв и т. д. исчезли, что подтверждается справкой следователя от 01.01.2001, данные документы хранились у С., поэтому Ф. лишён права предоставить иные доказательства, как свидетельские, так и письменные.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассматриваемому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В связи с обстоятельствами, установленными вступившим в законную силу решением суда, суд пришёл к выводу, что справка о выплате Л. паевого взноса в сумме рублей за спорный гаражный бокс, не соответствует действительности, незаконна и не может являться доказательством выплаты паевого взноса, т. к. установлено, что размер паевого взноса в ГСК не определялся.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Ш. и Ч. показали, что паевой взнос вносился в виде личного участия в строительстве, внесения денежных средств, предоставления строительных материалов. Свидетели показали, что размер паевых взносов не определялся, собрание, на котором распределялись гаражи, в том числе и спорный гараж, не проводилось, а изначально Л. строил гаражный бокс № <S> на один автомобиль.

Решением суда от 01.01.2001, вступившим в законную силу 13.02.2009, установлено также, что решения общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 и 05.01.2004 не соответствуют фактическим обстоятельствам, они не законны. Данные обстоятельства подтвердили в судебном заседании допрошенные свидетели Ш. и Ч. Доказательств обратного суду ни Л., ни А., ни ГСК не предоставили, в связи с чем суд пришёл к выводу о наличии оснований для признания незаконным решения общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 в части закрепления спорного гаражного бокса за Л.

В судебном заседании установлено, что согласно договору купли-продажи имущества от 01.01.2001 «Ф» передает «Б», членами которого являлись К. и Ф., строительные материалы стоимостью 350 000 рублей, к данному договору предоставлены счета-фактуры от 01.01.2001 б/н и от 01.01.2001 № <…>, согласно которым строительными материалами указаны блоки фундамента, плиты перекрытия, кирпич б/у, уголок, металл.

показал, что К. поставлял стройматериалы из п. Амурский с разбора фермы.

Из пояснений К. и Ф. установлено, что строительного материала было достаточно для строительства не одного гаражного бокса, фактически ими поставлено строительного материала для строительства 75 % площади гаражных боксов. Доказательств обратного суду не предоставлено.

Суд, на основании анализа предоставленных доказательств пришёл к выводу, что предоставленный К. строительный материал соответствует взносу, личному вкладу для признания за ним права собственности на спорный гаражный бокс.

Допрошенные в судебном заседании свидетели показали, что с начала строительства члены ГСК знали, какой бокс будет принадлежать каждому из них, решения общего собрания членов ГСК от 01.01.2001 в части закрепления боксов, в частности спорного бокса за Л. не было. Доказательств, опровергающих данные доводы, суду предоставлены не были.

Суд принял к вниманию показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, т. к. они логичны, последовательны и подтверждаются материалами дела, решениями судов, вступивших в законную силу.

На основании исследованных доказательств суд первой инстанции пришёл к следующим выводам.

Учитывая, что возможности закрепления гаражных боксов за ГСК не предусмотрено, требования К. о признании за ним права собственности на спорный гаражный бокс обоснованны, подтверждаются предоставленными доказательствами, решениями судов, и не опровергаются оппонентами. Оснований для отказа в удовлетворении иска о признании за К. права собственности на спорный гаражный бокс не установлено.

В связи с указанным право совместной собственности на спорный гаражный бокс за Л. и А. подлежит прекращению с применением последствий прекращения права совместной собственности.

и А. к К. об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебное заседание Л., А., их представитель Я.., представитель ГСК не предоставили доказательств в подтверждение заявленных в иске требований. Не добыты такие доказательства и в ходе судебного разбирательства. Они не заявляли ходатайств об истребовании иных доказательств, о вызове свидетелей, подтверждающих их доводы, документы, предоставленные К., Ф. не оспорили, иных требований не заявляли, возражений по иску К. не предоставили.

Суд постановил:

Исковое заявление К. к ГСК, Л. и А. о признании незаконным решения общего собрания ГСК в части распределения спорного бокса, прекращении права совместной собственности на этот гаражный бокс с применением последствий прекращения права совместной собственности и признании права собственности на спорный гаражный бокс, взыскании судебных расходов – удовлетворить.

Признать незаконным решение общего собрания членов ГСК от 01.01.01 г. в части закрепления спорного гаражного бокса за Л.

Прекратить право совместной собственности на спорный гаражный бокс за Л. и А.

Признать недействительным свидетельство о государственной регистрации права совместной собственности от 01.01.2001 на спорный гаражный бокс за Л. и А.

Признать недействительной запись о регистрации права совместной собственности от 01.01.2001 на спорный гаражный за Л. и А. и исключить запись о регистрации указанного права № <D> от 01.01.2001 из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Признать право собственности на спорный гаражный бокс за К.

Взыскать с ГСК в пользу К. судебные расходы в размере 1793 рубля 60 копеек.

Исковые требования Л. и А. к К. об истребовании имущества из чужого незаконного владения оставить без удовлетворения.

Решение является основанием для регистрации указанного права в Управлении Федеральной Регистрационной Службе по Хабаровскому краю и Еврейской Автономной Области.

Несколько дел в порядке искового производства рассмотрено по требованию о включении имущества в наследственную массу.

Так судом рассмотрено дело по иску У. к муниципальному образованию о включении имущества в наследственную массу.

У. мотивировала свои требования тем, что 15.02.2009 умер её муж – Н. После его смерти осталось имущество в виде гаражных[боксов <L> и <N> в ГСК «Л» и ГСК «Н» соответственно. При жизни он не успел зарегистрировать право собственности на данное имущество, что стало препятствием для оформления свидетельства о праве на наследство. Паевые взносы им за гаражные боксы выплачены.

Председатель ГСК «Л» и член ревизионной комиссии ГСК «Н» в справках подтвердили, что Н. являлся их членом и владельцем боксов <L> и <N> и им полностью уплачены паевые взносы.

В материалах дела имеются Уставы ГСК и документы об избрании руководителей ГСК.

Основываясь на положениях ст. 1112 ГК РФ, устанавливающей, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности, суд удовлетворил исковые требования истицы, постановив:

Включить спорные гаражные боксы в состав наследственной массы.

Включить гаражный бокс № 19, расположенный в г. Биробиджане по ул. Парковая в гаражно-строительном кооперативе № 000, оставшийся после смерти , умершего 15.02.2009, в состав наследственной массы.

Аналогичным образом рассмотрены ещё 6 дел по подобным искам.

Примером правильного применения законодательства является дело по иску Р. к Т. и Российской Федерации о включении гаражного бокса в состав наследственной массы.

Суд решил включить гаражный бокс в состав наследственного имущества после смерти О., в исковых требованиях к Российской Федерации отказал.

Р. обратилась с иском к Т. и Российской Федерации о включении в состав наследственной массы гаражного бокса, указывая, что 18.01.2010 умер её сын О., наследниками которого являются она и его дети – А. и Е. При жизни между её сыном и его бывшей супругой Т. был заключён брачный договор, по которому спорный гаражный бокс, после расторжения брака переходит в собственность её сына. При жизни сын не зарегистрировал право собственности на гаражный бокс, т. к. продолжал жить со своей семьёй. Просила суд включить недвижимое имущество – гаражный бокс в состав наследственной массы после смерти её сына О.

в судебном заседании иск не признала. Пояснила, что право собственности на гаражный бокс должно было возникнуть у О. с момента его государственной регистрации. Брачный договор они заключили в 2006 году, в этом же году расторгли брак. Согласно брачному договору после расторжения брака в её собственность переходит квартира, а в его собственность – гаражный бокс и автомобиль. Она зарегистрировала своё право на квартиру, а О. право на гаражный бокс не зарегистрировал, хотя имел такую возможность. Последнее время он с семьёй не жил. Для приобретения гаражного бокса они брали кредит в банке, который она выплачивает до настоящего времени. Она всегда пользовалась и продолжает пользоваться гаражным боксом, следит за его состоянием, несёт все необходимые расходы.

Решение суда было обжаловано ответчицей.

Оставляя решение суда без изменения, судебная коллегия указала, что согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Из материалов дела установлено, что совместными собственниками спорного гаражного бокса на основании справки о выплате паевого взноса являются Т. и О.

По данным УФС государственной регистрации, кадастра и картографии по ЕАО по состоянию на 18.02.2010 субъекты права собственности и вид права остался неизменными.

Согласно брачному договору от 01.01.2001, заключённому между Т. и О., в случае расторжения брака спорный гаражный бокс перейдёт в собственность О. Данный брачный договор не изменялся и не отменялся.

Решением мирового судьи от 01.01.2001 брак между Т. и О. расторгнут. 18.01.2010 О. умер.

Наследниками умершего являются его мать Р., несовершеннолетние дети – А. и Е.

Вывод суда о необходимости включения в состав наследственной массы после умершего О. спорного гаражного судебная коллегия признала обоснованным.

Судом правильно указано, что воля совместных собственников данного гаражного бокса – О. и Т. по определению режима совместно нажитого имущества была чётко выражена ими в брачном договоре от 01.01.2001.

свою часть брачного договора исполнила, зарегистрировав после расторжения брака своё право собственности на квартиру за собой.

О. после расторжения брака не зарегистрировал за собой единоличное право собственности на спорный гаражный бокс.

Однако это обстоятельство не прекращает за ним существования данного имущественного права как такового, поскольку действующим законодательством не установлены сроки для реализации указанного права.

Кроме того, отсутствие предусмотренной ст. 131 ГК РФ обязательной регистрации прав на недвижимое имущество, перешедшее на основании брачного договора, ограничивает возможность распоряжаться этим имуществом (продавать, дарить и т. п.), но никак не влияет на факт принадлежности данного имущества на праве собственности, получившего его на основании брачного договора.

То обстоятельство, что регистрация права собственности О. произведена не была, не является основанием для отказа в удовлетворении иска, и не может рассматриваться как основание для исключения спорного гаражного бокса из состава наследственного имущества.

В качестве доказательств по делу предоставляются учредительные документы ГСК, решения об избрании руководящих органов, списки членов ГСК, справки от имени руководителей ГСК о выплате паевых взносов.

По названным искам о включении имущества в состав наследственной массы к участию в деле не привлекаются ГСК, по отношению к которым исполнение обязанностей по оплате паевых взносов, является правообразующим фактом возникновения права собственности у члена ГСК на имущество, включаемое в наследственную массу, что может в дальнейшем дать возможность ГСК оспорить решение суда.

В соответствии со ст. 252 ГК РФ

1. Имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между её участниками по соглашению между ними.

2. Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

3. При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества.

Если выдел доли в натуре не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности.

4. Несоразмерность имущества, выделяемого в натуре участнику долевой собственности на основании настоящей статьи, его доле в праве собственности устраняется выплатой соответствующей денежной суммы или иной компенсацией.

Выплата участнику долевой собственности остальными собственниками компенсации вместо выдела его доли в натуре допускается с его согласия. В случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может и при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию.

5. С получением компенсации в соответствии с настоящей статьёй собственник утрачивает право на долю в общем имуществе.

В деле по иску Н. к М. о взыскании денежной компенсации разрешён спор между наследниками, направленный на выплату участнику долевой собственности стоимости его незначительной доли. В судебном заседании ответчик признал исковые требования истца, и суд удовлетворил исковые требования.

Учитывая редкость данной категории споров и сложность написания резолютивной части по такому делу, резолютивная часть приводится полностью.

«На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 252 ГК, 56, 173 , 194-198 ГПК РФ суд, –

РЕШИЛ:

Исковые требования Н. к М. о взыскании денежной компенсации за 1/8 долю в праве общей долевой собственности на квартиру и за 1/8 долю в праве общей долевой собственности на гаражный бокс, признании права собственности на объекты недвижимости, взыскании судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с Н. в пользу М. денежную компенсацию за 1/8 долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества: жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу <А> в размере рублей.

Взыскать с Н. в пользу М. денежную компенсацию за 1/8 долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества гаражный бокс общей площадью 20,5 кв. м., 1 этаж, расположенный по адресу <В> в размерерублей.

из числа сособственников объекта недвижимого имущества: жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу <A> и гаражного бокса, расположенного по адресу <B>.

Признать недействительным, свидетельство о государственной регистрации права собственности от 01.01.2001 года № <…> на 7/8 доли в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества: жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу <A> за Н.

Признать недействительной запись о регистрации права собственности от 01.01.2001 года на квартиру, расположенную, по адресу <A> за Н. и исключить запись о регистрации указанного права № <…> от 01.01.2001 года из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Признать недействительным свидетельство о государственной регистрации права собственности от 01.01.2001 года № <…> на 7/8 доли в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества : гаражный бокс обшей площадью 20.5 кв. м.. 1 этаж, расположенный по адресу <B> за Н.

Признать недействительной запись о регистрации права собственности от 01.01.2001 года на гаражный бокс, расположенный, по адресу <B> за Н. и исключить запись о регистрации указанного права № <…> от 01.01.2001 года из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок спим.

Признать право собственности Н. на объект недвижимого имущества: жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу <A>.

Признать право собственности Н. на объект недвижимого имущества: гаражный бокс общей площадью 20,5 кв. м., 1 этаж, расположенный по адресу <B>.

Взыскать с М. в пользу Н. судебные расходы по уплате государственной пошлины и расходы по оценке недвижимого имущества.

Решение является основанием для регистрации указанного права в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Хабаровскому краю и ЕАО.

Решение может быть обжаловано в Суд ЕАО через суд г. Биробиджана в течение 10 дней.»

Решение в кассационном порядке не обжаловалось.

Дело по иску К. к М. и Управлению Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по ЕАО о признании государственной регистрации права собственности на гаражный бокс незаконной.

Суд, удовлетворяя исковые требования, указал следующее.

В соответствии с частями 1 и 4 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом; член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внёсшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Из удостоверения члена ГСК 61/4 на имя К. следует, что номер его гаража L.

Постановлением главы администрации города Биробиджана № <…> от 01.01.2001 зарегистрирован ГСК. 08.09.2000 подписан акт № <…> о приёмке в эксплуатацию законченного строительством объекта – гаража на 34 бокса.

Согласно техническому паспорту на гаражи ГСК, он составлен на 09.09.1991.

Из списков членов ГСК следует, что под № L указан К.

Согласно свидетельским показаниям Е. – К., является членом ГСК, с момента регистрации ГСК, принимал участие в его строительстве, вносил пай, пользовался гаражом. При создании ГСК было определено, что члены вносят вклад личным участием, то есть строят гараж и часть отдают деньгами. Конкретную сумму не оговаривали. М. не был членом ГСК, он его не строил и пай не вносил, в период его строительства был ребёнком.

показал, что с момента создания ГСК был его членом, строил данный гараж. К. членом ГСК был также с момента его создания.

Взносы всеми членами ГСК, которые входили в него с момента создания были выплачены в 1990 году. Он также до настоящего времени право собственности не оформил, но т. к. пай выплатил, то является собственником.

В материалы дела представлено три справки о выплате паевого взноса в отношении бокса № L в ГСК. Одна справка от 01.01.2001 на имя К. о выплате 20.09.1990 пая в полном объёме. Две справки на имя М. от 01.01.2001 о том, что пай за бокс № L выплачен 20.12.2001 и справка от 01.01.2001 о том, что паевой взнос за бокс № L выплачен 20.09.1990.

пояснил, что по устному согласию отца он обратился к председателю ГСК о получении справки о выплате пая. Она дала справку о том, что пай выплачен в 1990 году, однако ему не было еще 18 лет и в УФРС ему рекомендовали взять другую справку с другой датой выплаты, он обратился к председателю ГСК, и получил другую справку.

15.02.2008 выдано Свидетельство о государственной регистрации права? согласно которому М. на основании справки о выплате паевого взноса от 01.01.2001 является собственником cgjhyjuj гаражного бокса № L.

Истец пояснил, что он считал себя собственником гаражного бокса, т. к. выплатил пай и является членом ГСК. Только в апреле 2010 года из требований об освобождении гаража узнал, о том, что собственником не является.

Доказательств того, что истец ранее знал о том, что М. является собственником, в суд не представлено.

В судебном заседании установлено, что М. не являлся членом ГСК, не выплачивал паевой взнос, справка выдана ему на его имя ошибочно, т. к. членом ГСК является и являлся его отец, он же выплатил в 1990 году паевой взнос.

М. не имеет право на паенакопления.

На основании изложенного суд посчитал, что право собственности зарегистрировано за М. в нарушение требований закона, данная сделка недействительна как противоречащая закону, право собственности М. в связи с этим подлежит прекращению. Подлежит признанию недействительной регистрация права собственности за М., свидетельство о государственной регистрации права и запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним на его имя.

в соответствии со ст. 218 ГК РФ приобрёл право собственности на спорный гаражный бокс.

Факт выдачи нескольких справок М. председателем ГСК по его просьбе также служит подтверждением необходимости привлечения ГСК к судебному разбирательству, а также указывает на необходимость истребования у ГСК учредительных документов, решений собраний о наделении полномочий председателей, документации, фиксирующей поступление денежных средств в качестве паевого взноса, а при её отсутствии необходимо анализировать документы, связанные с началом строительства, его окончанием и принятием в эксплуатацию, а также подтверждающие членство в ГСК, чьё право собственности на гаражный бокс в ГСК устанавливается.

В решении суд привёл ст. 219 ГК РФ, согласно которой право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Однако к возникновению права собственности на гаражный бокс у члена ГСК эта норма неприменима, т. к. как на основании ч. 4 ст. 218 ГК РФ право собственности у члена ГСК возникает с момента выплаты пая, а не с момента регистрации этого права.

Дела, вытекающие из публично-правовых отношений

Из дел, рассмотренных в порядке производства по делам, вытекающим из публично-правовых отношений, в качестве примера можно привести дело по заявлению К. о признании незаконным отказа главы мэрии г. Биробиджана в реконструкции гаражного бокса и об обязании выдать разрешение на реконструкцию гаражного бокса.

С точки зрения применённого законодательства, подлежащих установлению юридически значимых обстоятельств, а также сроков рассмотрения дел, оно имело определённую сложность.

К. обратился с данным заявлением, мотивируя свои требования тем, что 12.02.2008 главой мэрии было подписано разрешение на ввод в эксплуатацию гаража на 13 боксов.

Земельный участок, на котором находится гараж, находится в аренде сроком до 14.07 2018.

Как собственник гаражного бокса, расположенного в данном гараже, 20.08.2008 он обратился с заявлением на имя мэра города о выдаче разрешения на реконструкцию гаражного бокса, собственником которого он является, под магазин хозяйственных товаров, приложив к заявлению пакет документов в соответствии с требованиями ч. 7 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ, в частности, приложил эскиз будущего магазина.

Из за большого объема эта статья размещена на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6