23 июня 2009 года, фонд социального страхования (стр. 5 )

Отметим, что ВВП России упадет гораздо сильнее, чем экономика большинства других стран мира. По расчетам ВБ, мировой продукт в этом году потеряет 2,9%, общий ВВП развитых стран снизится на 4,2%, экономика стран ЕС – на 4,5%. С другой стороны, ВВП развивающихся стран (к которым относят и Россию) вырастет на 1,2%. Но подъем обеспечат только два азиатских гиганта – Индия и Китай, которые будут заметно расти даже в кризис. «Прогноз Всемирного банка по России можно назвать даже оптимистичным. Он означает небольшой рост экономики РФ во втором полугодии после резкого падения в начале года, – поведал «НИ» ведущий эксперт Центра развития Сергей Пухов. – Но мы больше ориентированы на стагнацию в экономике. По нашим оценкам, ВВП России в 2009 году упадет на 10,8%».

Стоит сказать, что прогнозы официальных российских властей более сдержанны. В Минэкономразвития ожидают падения ВВП в этом году на 6–8%. А в антикризисном плане правительства, подписанном в пятницу премьером Путиным, содержится следующая формулировка: «В России ВВП может уменьшиться более чем на 2%». Вероятно, власти рассчитывают, что экономику страны удастся оживить во втором полугодии. На эти цели будет дополнительно выделено порядка 1 трлн. рублей. Эту сумму поделят примерно поровну между социальными программами и поддержкой реального сектора.

Любопытно, что видные европейские экономисты уже начали говорить, что любая новая господдержка будет неэффективна. По словам главы Европейского центробанка Жана-Клода Трише, правительствам стран ЕС не стоит выдавать новые средства для стимулирования экономики. Она, по мнению банкира, начнет расти уже в 2010 году, а новые пакеты стимулирования просто вредны. Они лишь увеличат долги правительств. «Можно продолжать вливать деньги в экономику, но необходим обратный эффект, – говорит г-н Пухов. – Никто не спорит – пенсионеры ощущают господдержку, но на экономике в целом эти деньги отражаются слабо. Если государство дает 1 трлн. руб. в рамках антикризисных мер, то и эффект для ВВП должен быть в районе этой суммы. Пока адекватного эффекта не наблюдается».

По мнению экспертов ВБ, текущий год будет самым сложным для мировой экономики. Но затем «жизнь наладится». В 2010 году мировой ВВП, по их прогнозу, вырастет на 2%, в 2011 году – на 3,2%. Развитые государства прибавят 1,3 и 2,4% в следующие два года соответственно. Страны еврозоны в следующем году покажут 0,5% роста, через год – 1,9%. Развивающиеся в 2010 году «выстрелят» на 4,4%, в 2011 году – на 5,7%. Лидерами роста, что неудивительно, останутся Индия и Китай. В следующем году их ВВП вырастут на 8 и 7,5% соответственно. Россия тоже начнет «вставать с колен». В 2010 году рост ВВП у нас прогнозируется экспертами ВБ на уровне 2,5%. Личное потребление в стране вырастет на 3%, экспорт – на 4,5%, импорт – на 3,3%. ВВП на душу населения поднимется на 587 долларов – до 9160 «зеленых».

По словам Сергея Пухова, прогноз по росту ВВП РФ в 2010 году вытекает из роста экономики России во втором полугодии 2009 года, которого ожидают в ВБ. «Это ключевой фактор – Всемирный банк думает, что рост экономики начнется прямо сейчас. Но пока явных факторов, источников роста, не видно. Большие надежды возлагали на импортозамещение, которое должно было заработать из-за девальвации рубля, но и здесь очагов роста пока нет. Самый большой негатив, видимо, позади. Но в дальнейшем экономику, вероятнее всего, ждет стагнация», – сказал эксперт.

Что же касается мировой экономики в целом, то здесь, по словам экономиста, локомотивом роста могут быть только развитые страны. 1,8% роста, которые ВБ прогнозирует для США на 2010 год, маловато для этой страны. Мировая экономика начтет стабильный рост, когда Штаты будут расти на 3–4% в год. Даже Китай будет лихорадить, если спрос со стороны Америки останется низким.

ПРОГНОЗ ПО РОСТУ ВВП (%)

Страны 2

Россия - 7,5 2,5 3,0

США - 3,0 1,8 2,5

Страны ЕС -4,5 0,5 1,9

Япония - 6,8 1,0 2,0

Китай 6,5 7,5 8,5

Индия 5,1 8,0 8,5

Бразилия -1,1 2,5 4,1

Украина -9,0 1,0 3,5

Белоруссия -3,3 2,6 4,4

Мир в целом -2,9 2,0 3,2

Источник: Всемирный банк

Минус оптимизм

В российской предпринимательской среде

усиливаются негативные настроения

(«Время новостей» 23.06.2009)

ИРИНА СКЛЯРОВА

Настроения в отечественной бизнес-среде по-прежнему напоминают шторм и панику. Такое определение по итогам мая показал «Барометр «Деловой России». Все больше предпринимателей говорят о спаде производства. К началу лета обрушился и индекс предпринимательских ожиданий. Причем эта тенденция противоположна той, что царит в предпринимательской среде ведущих западных экономик - там постепенно начинают усиливаться умеренно оптимистические настроения.

Ежемесячное исследование «Барометр деловой активности» «Деловая Россия» и Центр развития проводят с января нынешнего года. Для построения «Барометра» используются данные, полученные в ходе опросов руководителей 700 российских предприятий обрабатывающей промышленности.

Все вопросы к предпринимателям сгруппированы в три основных индекса, отражающих текущее состояние деловой активности, предпринимательские ожидания на ближайший квартал и оценку состояния деловой среды. В свою очередь, индекс деловой среды состоит из пяти индексов, отражающих остроту конкуренции в экономике, уровень текущих издержек и ресурсных ограничений, уровень развития теневой экономики и эффективность государственной политики. Среднее арифметическое трех основных индексов дает итоговый результат «Барометра». На конец 2008 года общий показатель составил минус 27,8, что ниже уровня 1996 года. Показания «Барометра» за май снизились до минус 28,3 по сравнению с минус 27,4 в апреле.

Состояние деловой активности еще больше ухудшилось, обрабатывающую промышленность «штормит» уже полгода, и с каждым месяцем все сильнее. По сравнению с апрелем в мае резко ухудшился индекс предпринимательских ожиданий (упал с минус 26 до минус 36), в частности, из-за негативных оценок предпринимателями перспектив будущих капиталовложений. Этот параметр рухнул сразу на 50 пунктов.

Предпринимателя ожидает также снижение платежеспособного спроса (74% предпринимателей оценивают спрос в границах «ниже нормы») и объемов производства.

Среди всех показателей позитивная динамика видна лишь по индексу текущего состояния - предприниматели положительно оценивают текущие объемы запасов продукции. «Нормальными» запасы называют 54% предпринимателей, «выше нормы» - 29% владельцев бизнеса. Парадоксальным образом в бизнес-среде отмечают улучшение ситуации с налоговой нагрузкой и снижение издержек на оплату труда. Но по-прежнему большинство предпринимателей жалуются на удорожание услуг естественных монополий и возрастающую нагрузку контрольных органов.

Полугодовой индекс эффективности государственной политики упал до 15,7%. Очень слабо защищают бизнес, по оценке предпринимателей, судебная система (индекс минус 39) и действующие в сфере экономики законы (индекс минус 17). Хуже всего бизнес оценивает работу местных и региональных властей (индекс минус 33 и минус 29 соответственно). В плюсовом секторе диаграммы эффективности госвласти лишь показатель эффективности таможенных органов - плюс 31 пункт.

Пессимизм бизнеса легкообъясним, ведь поддержка правительства достается естественным монополиям, считает председатель «Деловой России» Борис Титов. Избирательные меры государственной поддержки, по его словам, привели к тотальному спаду в самой мультипликативной отрасли - строительстве, где малыми мерами поддержки можно было бы вызвать подъем в смежных отраслях - металлургии и химической промышленности. «Поддержка обрабатывающего бизнеса лишь побочная цель в экономической политике государства», - уверен он, говоря о том, что развитие обрабатывающей промышленности не является приоритетом российских властей, по-прежнему уповающих на сырьевую экономику.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Последний писк — оды

(«Московский комсомолец» 23.06.2009)

КОНСТАНТИН НОВИКОВ, НАТАЛЬЯ ГАЛИМОВА

Путина начали славить, как Екатерину II: “Поднял с колен священную державу… И у народа он теперь кумир!”

Прекрасная творческая инициатива реализована общими усилиями Барнаульского юридического института (БЮА) и Государственной филармонии Алтайского края (ГФАК). Говорят, идея создания шедевра принадлежит лично губернатору Карлину, и он же взял на себя роль редактора текста. Это, пожалуй, первая ода живому, хотя и бывшему главе государства Российского после XVIII века.

Да, были прижизненные посвящения Ленину, Сталину и Брежневу, но не в жанре оды — уж больно пафосно и как-то имперски звучало даже само это слово. А в XVIII веке сие было в порядке вещей: два самых известных мастера этого жанра, Ломоносов и Державин, славили двух императриц — Елизавету Петровну и Екатерину II.

К слову, сама традиция русского одописания, заложенная этими мастерами, предполагала некий ответный знак внимания: ломоносовская “Ода Елизавете” привела к тому, что в 1747 году правительство увеличило ассигнования на академические нужды. Гавриил Державин не претендовал на статус лоббиста отечественной науки, поэтому вполне удовлетворился тем, что за “Оду Фелице” в 1785 году отхватил у Екатерины II 11,5 тысячи червонцев.

С тех пор жанр оды несколько приугас, чтобы ударить свежей поэтической струей в начале XXI века. с его наивно-пасторальным образом императрицы, похоже, сброшен алтайцами с одописательского пьедестала. Вот как живописал предмет воспевания “старик Державин”:

Едина ты лишь не обидишь,

Не оскорбляешь никого,

Дурачества сквозь пальцы видишь,

Лишь зла не терпишь одного…

В устах поэта из БЮИ роль российского правителя высвечена куда более масштабно:

На путь великих устремлений,

Что предначертан ей судьбой,

Дорогой верной, без сомнений,

Повел Россию за собой!

Так что замдиректора ГФАК по творческим вопросам Ольга Турчина зря скромничает, утверждая, что “это обыкновенная гимническая песня о современной России”. Не стоит скрывать своих достижений и управлению по культуре администрации края, где скромно заявили, что произведение посвящено “Алтайскому краю, а не Путину” — слово “Алтай” фигурирует лишь в названии.

В каждом четверостишии алтайской оды присутствует элемент поэтических находок — куда там Ломоносову с его силлабо-тонической революцией. Чего стоит одна только рифма “пост-вперед”. Небезынтересной выглядит еще одна находка: “Поднял с колен священную державу/ Заставил уважать ее весь мир”. Теперь мы знаем, что с колен можно не только подняться, но и поднять. Но главное — надо сначала заставить священную державу уважать весь мир, потому что раньше она его, по мнению авторов оды, не уважала. И совершенно потрясающе звучит припев, в финале прямо пересекающийся с гимном России: “Священная Россия, дорогая, Отечество, гордимся мы тобой!”

Авторы оды — двое сотрудников Барнаульского юридического института: начальник отдела по воспитательной работе Сергей Кожушко и начальник по работе с ветеранами Александр Федяев.

Песня была записана с симфоническим оркестром филармонии Алтайского края — специально к визиту Путина в Барнаул. Правда, слышал ли адресат сие произведение и одарил ли чем его творцов — неизвестно.

При всех поэтических нововведениях авторы (точнее, инициаторы) в чем-то все-таки остались в рамках многовековой традиции. На Алтае все не так благополучно, как могло быть. В Рубцовске на тракторном заводе зреет второе Пикалево, крестьяне из села Урлу-Аспак сходятся врукопашную с местным ОМОНом, у игорной зоны “Сибирская монета” есть пока лишь название. Все это в совокупности, конечно, могло вызвать некоторый мандраж, перешедший в верноподданнический поэтический раж перед премьерским визитом. Мол, у нас, конечно, не очень хорошо, но зато мы вот как вас любим, Владимир Владимирович, дорогой.

Что интересно, алтайский рекорд подобострастия, выраженный старинными художественными средствами, удивительно похож на прямую себе противоположность — оппозиционные вирши о Путине, распространяемые в интернете. Сравните второй куплет “Оды” и строчки из глумливой песенки “План Путина”.

Конкурентов у президента давно нет

по сути,

Есть один национальный лидер —

Владимир Путин!

Под его руководством объединится

Русский мир

—

наш герой и кумир!

Впрочем, ясно, что авторы оды оппозиционных пасквилей не читают и не могут быть обвинены в подражательстве или тем паче ереси. Как не знают они и того, что ода — произведение для декламирования, а не для пения. Но принципиально это ничего не меняет: согласитесь, такие строки не запеть невозможно.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ДЛЯ ЗАУЧИВАНИЯ И ПЕНИЯ

“Ода от благодарного Алтая”

Федяева, музыка С. Кожушко

В нелегкий час возглавил он Россию,

Вторым он занял президентский пост,

Но первым стал он президентом сильным,

Россию смог он вывести вперед!

Припев:

Уверенною поступью шагаю,

Ты крепкою становишься страной!

Священная Россия, дорогая,

Отечество, гордимся мы тобой!

Отечество, гордимся мы тобой!

Поднял с колен священную державу,

Заставил уважать ее весь мир.

Он преумножил честь ее и славу,

И у народа он теперь кумир!

Припев.

На путь великих устремлений,

Что предначертан ей судьбой,

Дорогой верной, без сомнений,

Повел Россию за собой!

Припев.

“МК” обратился за комментарием к пресс-секретарю премьер-министра Дмитрию Пескову. Вот что он заявил: “Оду премьер-министру не презентовали, он ее не видел. В целом относится к таким вещам не позитивно, о чем неоднократно говорил. Гораздо больше удовлетворения у него вызывают успехи (регионов. — Н. Г.) в социально-экономических вопросах”.

Виктор Черномырдин:

"Лучше медали на себе носить, чем потом

их на подушечках понесут"

(«Известия» 23.06.2009)

Янина Соколовская (Киев)

Бывший российский посол Виктор Черномырдин выпил в Киеве последнюю рюмку горилки, собрал вещи и улетел в Москву - работать спецпредставителем и советником президента России. В Киеве он оставил друга (экс-президента Леонида Кучму), 20 кило собственного веса (похудел за время посольской службы) и сферы влияния (ЧВС был еще и спецпредставителем президента по торгово-экономическим вопросам). Черномырдин обещает вернуться вскоре - 27 июня, на торжества по поводу юбилея Полтавской битвы. О том, каково с Украиной работать, экс-посол рассказал перед отъездом корреспонденту "Известий".

в: Что посоветуете преемнику? В Киеве были уверены, что им станет заместитель главы МИД .

о: Я недавно разговаривал с Карасиным, он мне звонил. Я его спрашиваю: "Ты когда приедешь? Ты тут уже посол". А он мне: "Да что ты, Виктор Степанович, я же не собирался и не собираюсь". Нет, послом России здесь будет не Карасин. Григорий Борисович - отличный дипломат высочайшего класса. Он прошел все карьерные ступени и достоин этой должности. Но у него есть серьезная работа в МИД. Очень многие проблемы там замыкаются на нем.

Я вас уверяю - мы Украину без посла не оставим. Послом будет нормальный, симпатичный, молодой, чернявый, серьезный, бывший министр. Не казак. Не знаю, есть ли у него украинские корни, но вам понравится. Официальное решение будет в течение месяца. (Судя по всему, Черномырдин намекает на бывшего министра здравоохранения Михаила Зурабова. Впрочем, информацию о его назначении никто в Москве официально пока не подтверждает. - "Известия".) Тут трудно советы давать. Но я все же посоветую ему быть очень внимательным, ничего не забывать, обещаний не давать, контролировать себя, потому как после каждого нашего действия всегда есть последействие.

"Не дай Бог, если премьер начнет улыбаться"

в: Вы как-то сказали, что хорошо бы Юлии Тимошенко носить брюки, а украинским мужчинам-политикам - надевать юбки. Спустя восемь лет плотного общения какие характеристики вы можете дать самым известным киевским политикам?

о: Я действительно такое говорил и могу только добавить - Тимошенко двое брюк надо надеть, чтоб не продувало. Я ее вижу такой. Я ей и брюки готов подарить - у меня их много. А за некоторых украинских политиков мне просто обидно. Не буду говорить ни о ком конкретно, но нельзя же так поступать, личностное выпячивать. Его на второй план надо. Если, конечно, ты политик серьезный.

Премьер и президент - это совершенно разная работа. В правительство за благодарностями не ходят. Благодарят других и в другом месте. А правительству даже не нужно надеяться на одобрение. Может, сегодня многим непонятно и не нравится, что делает правительство, но само оно должно видеть далеко вперед. Премьер обязан правильно организовывать эту работу. Каждый это делает в силу своего характера и в силу своего профессионализма.

Я вот в правительстве мало говорил и никогда не улыбался. Не до улыбок было. Это в молодости я удивлялся, почему Косыгин всегда смурной ходит. Когда я сам пришел в правительство, я часто его вспоминал. Я сам-то по натуре улыбчивый, но там мне стало не до улыбок. Я понял: "Не дай Бог, если премьер начнет улыбаться. Значит, ему надо уходить или его надо убирать". Вот Касьянов заулыбался, вальяжным таким стал - и его через две недели сняли. Потому что в правительстве надо работать серьезно.

Президент - иное дело. Ющенко. Он финансовый работник, крупный банкир. В банках говорят одно, а деньги держат в другом месте. Причем не говорят сколько, и правильно делают. Если расскажут, то все совсем плохо пойдет. У нас с Виктором Андреевичем разные подходы, но хорошие отношения. Я с уважением отношусь к нему как к человеку, с которым и раньше был знаком. Виктор Андреевич романтик, он рисует. Это же интересно, разве в этом что-то плохое есть? Я не рисую, я не умею. А если нарисую, то вам мало не покажется.

И с Ющенко, и с Тимошенко я продолжаю общаться. Но тут надо понимать: все, что касается внутренних дел, - это дело каждого государства. Здесь подсказки или, как пишут журналисты, влияние, - все бесполезно. Подсказывать никому не запрещено, но влиять нереально.

"В России мне доставалось больше. И было за что"

в: Ющенко простил вам высказывания, за которые украинский МИД хотел объявить вас персоной нон грата?

о: Не думаю, что на человеческом уровне ему есть на что обижаться. Да какие могут быть обиды? Мы делаем свою работу. Я же ни на кого не обижаюсь. В России в девяностые мне доставалось больше. И было за что.

в: Будете ли носить орден "За заслуги" III степени, который вам вручил Ющенко?

о: Ты меня хоть раз с орденом на груди видела? Я и российские-то награды не ношу. Я даже не считал, сколько их у меня. Я к орденам спокойно отношусь и благодарен своим родителям за то, что они наделили меня таким качеством. Я никому не завидую по поводу наград. Если дали - значит, есть за что. Если нет - значит, не заработал. Вот недавно я был на концерте Винокура. Вижу - он весь в орденах. Я аж удивился - ему-то, думаю, за что? Ведь не бурил, не сеял и не пахал. "Володя, - говорю ему, - ты где это столько наград нахватал?". А он отвечает: "Заслужил". Хотя, конечно, лучше медали на себе носить, чем потом их на подушечках понесут.

"Дуракам трудно что-то объяснить. Легче послать"

в: Вы четыре года проработали послом при Леониде Кучме, четыре - при Викторе Ющенко. С кем легче было?

о: Конечно, с Кучмой. Мне и до назначения послом хорошо с ним работалось. Он - директор завода, и я - директор завода. У нас с Кучмой, по сути дела, одинаковая подготовка. Подходы у нас одинаковые. Мне не надо было ничего переспрашивать. Он знал, что руководитель должен решать вопросы. Если к нему зашел человек, то он должен выйти с решением - положительным или нет, но не двойственным. И все понятно было. Если решили, то решили. Мне от этого было комфортно. Я вообще не люблю дураков. Это естественно. Им трудно что-то объяснить. Легче послать. Главное только - в правильном направлении.

в: Что будет с вашим киевским домом-резиденцией?

о: А что, понравился? Резиденция - российская собственность. Всегда там будет жить посол. Я очень благодарен руководству Украины за то, что выделило прекрасную резиденцию в прекрасном месте. Там созданы все условия, чтобы работать.

в: После отставки вы будете часто приезжать на Украину?

о: Конечно, уклоняться не стану. 27 июня в Полтаве отмечу 300-летие битвы. Украину у меня из сердца не вырвешь, она тут навсегда. И моя новая работа в Москве будет связана с Украиной. Меня сюда тянет. Я же здесь оставил много живого веса.

в: Коня, что ли?

о: Да нет, часть себя. Похудел за время пребывания на 20 кило.

в: Не хотите на прощание сказать украинцам пару слов на мове?

о: Я скажу, а они смеяться будут.

в: На День России вы в Киеве принимали гостей вместе с вашей внучкой Машей. Ее тоже ожидает дипломатическое будущее?

о: Ее - точно нет. Хватит ей одного деда. Хотя я даже во сне не мог представить, что стану послом. Я бы не поехал работать ни в какую экзотическую страну, но отправился сюда. Никогда не считал, что посол на Украине - это какая-то не та должность для меня. Это очень важная работа, потому что мы по жизни привыкли все исправлять, а тут нужно упреждать, предвидеть. Это был очень интересный период в моей жизни. Я ведь мог и раньше уехать. Но отправляюсь именно сейчас, когда тут уже все успокаивается, будут и коалиции, и решения. А мне хватит уже. Восемь лет - это более чем достаточно для посла. Я, по-моему, даже переборщил немного со сроком. Пора заканчивать.

Городомор

Не все моногорода переживут кризис –

некоторые из них могут даже исчезнуть

с географической карты

(«Итоги» № 26/09)

АНДРЕЙ КАМАКИН

"Братья и сестры! Предприятия нашего города развалены и разворованы! Власти и собственники предприятий бросили нас на произвол судьбы. Мы уже долгое время не можем получить свои законно заработанные деньги..." Листовка, распространяемая рабочим комитетом города Рубцовска (Алтайский край), заканчивается предсказуемо: "Будем ждать Путина около наших заводов!" А что, после того как все увидели, насколько быстро премьер решил похожие проблемы на другом конце страны, эти ожидания вряд ли можно считать напрасными. В самом деле: чем рабочие "Алттрака" хуже пикалевских глиноземщиков? К тому же не так далеко по местным меркам Транссибирская магистраль, к которой с возрастающим интересом присматривается население прилегающих территорий. "Синдром Пикалева" распространяется по стране быстрее, чем грипп по планете. И главная группа риска - моногорода.

Монороссия

Еще год назад этот термин был частью птичьего языка экспертов, и если и рождал какие-то ассоциации, то преимущественно с устаревшим способом передачи аудиосигнала (потребительский бум стимулировал переход на стерео). За пределы специального лексикона он вышел, когда бум кончился и начался кризис. Выяснилось, что это глобальное бедствие весьма разборчиво в выборе жертв: наибольшие угрозы оно несет тем, для кого выбор работы ограничивается одним, в лучшем случае двумя-тремя предприятиями и потеря места может стать настоящей жизненной катастрофой. Иначе говоря, для жителей городов-заводов, монопрофильных, или, если совсем кратко, моногородов.

Таких населенных пунктов, по данным Института региональной политики, насчитывается в России примерно 460. Расположены они практически повсеместно, а проживает в них ни много ни мало четверть населения страны. И не самая ленивая четверть: до кризиса "монороссияне" производили порядка 40 процентов валового регионального продукта. В общем, вроде не бездельники и могли бы жить - при благоприятной экономической конъюнктуре. В советскую эпоху проблем со спросом не было, и воспетые Маяковским "города-сады" росли как грибы. Правда, рождались они в таких муках, что слово "сад" правильнее было считать сокращением от "садизм": "сидят в грязи рабочие, сидят, лучину жгут". Кто бы мог тогда подумать, что строки классика описывают не только трудное настоящее, но и далекое будущее. История повторилась в 90-е, когда вслед за Советским Союзом распались и могучие советские территориально-производственные комплексы.

Новая, более светлая полоса в жизни моногородов наступила во второй половине 90-х, когда их начали прибирать к рукам вертикально интегрированные корпорации. Дело тут, правда, не в особых талантах или щедрости российских олигархов. Судя по всему, просто совпало: растущий спрос на дары русской природы и незамысловатые продукты первичной их переработки родил предложение и возродил моногорода. Но на время. "Это за редким исключением все же старая, советская экономика - с отсталой структурой, с обветшавшим оборудованием, - поясняет член правления Института современного развития Евгений Гонтмахер. - Туда практически не вкладывались деньги. Стоило начаться кризису, как предприятия одно за другим начали садиться на мель".

Соцсоревнование

По словам директора Института региональной политики Булата Столярова, проблема разбивается на две части: "Первая - тактическая. Выпадают доходы муниципальных бюджетов, а у корпораций не остается ресурса для того, чтобы продолжать реализовывать программы в рамках корпоративной социальной ответственности". Кстати, слухи о прижимистости российских олигархов сильно преувеличены. В исследовании института с красноречивым названием "Моногорода России: как пережить кризис?" доказывается как раз обратное: на градообразующих предприятиях лежит очень большая, совершенно непомерная по нынешним временам социальная нагрузка.

Сумма расходов на поддержку регионов и городской среды может доходить до 13-15 процентов от чистой прибыли предприятий, что вдесятеро превышает аналогичные траты зарубежного бизнеса (западные компании ограничиваются в среднем одним процентом). Нередко бизнес даже выигрывает у региональных властей "соцсоревнование". К примеру, "Норильский никель" истратил в 2007 году на социальную сферу в 1,4 раза больше, чем местный бюджет, а ВСМПО-АВИСМА (Верхняя Салда, Свердловская область) - в 9 раз больше! В среднем же по стране расходы градообразующих компаний на социалку составляют 30 процентов от соответствующих бюджетных вложений.

Мотивы собственников, конечно, не вполне альтруистичны. Очень часто, особенно когда речь идет о коммунальном хозяйстве, у владельцев компаний просто не остается выбора: или они дают городу деньги, или жизнь в нем прекращается. Бизнес не дополняет, а восполняет или даже заменяет здесь государство, благополучно сбросившее с себя бремя социальных забот на заведомо недееспособные муниципалитеты (читай закон № 000 от 6 октября 2003 года).

Сценарий "Формально за государством - фактически за бизнесом" себя исчерпал, государству необходимо вернуться к выполнению своих социальных функций, считает Булат Столяров. По его расчетам, это обойдется федеральному центру в 300 миллиардов рублей в год - в виде целевых трансфертов в адрес регионов на повышение бюджетной обеспеченности моногородов. Такая федеральная подпорка местных бюджетов в значительной мере смягчила бы остроту "монопроблемы". Но, увы, не решила бы. Вторая и главная стратегическая ее составляющая - то, что происходит по ту сторону заводской проходной. Точнее, не происходит. По последним майским статданным, спад промышленного производства в стране ускорился до 17,1 процента в годовом исчислении. И солидную, если не основную лепту в расширение этой черной дыры внесли пустеющие цеха градообразующих предприятий.

Перезагрузка

Не все, однако, моногорода одинаково вредны для их жителей и экономики. "Есть очень маленький блок моногородов с очень высокой устойчивостью, - поясняет Столяров. - В основном они относятся к нефтегазовому комплексу, с нефтянкой у нас практически нет проблем". Ситуация в металлургии - серединка на половинку. Есть нормальные, модернизированные и в силу этого достаточно крепко стоящие на ногах производства. И есть заводы, работающие по "музейным технологиям". В машиностроении ситуация еще хуже. Здесь в основном допотопные технологии и очень низкая производительность труда. Столь же непросто обстоят дела в угольной отрасли, значительная часть которой неконкурентоспособна.

По оценке директора института, в ситуации "стратегической неустойчивости" находятся более 150 моногородов. "Для ряда градообразующих предприятий кризис не будет временным явлением, - прогнозирует он. - Их смоет, они не вернутся на экономическую арену". В силу новой ценовой конъюнктуры, новой цены денег и так далее. Поэтому, делает вывод эксперт, перед страной стоит стратегический вызов: требуется "перезагрузка" десятков российских моногородов. Дело, конечно, дорогое и хлопотное. Но не такое уж новое. Это проходили многие развитые страны, успешно "перезагрузившие" в свое время свои старые индустриальные регионы. У нас здесь, кстати, тоже имеется определенный опыт: в 90‑е годы совместно с Всемирным банком осуществлялся проект по реструктуризации "угольных" городов. И для того времени он был достаточно адекватен. Но нынешние масштабы бедствия несопоставимы ни с нашими, ни, пожалуй, с мировыми аналогами. На карте - вся страна.

С необходимостью "перезагрузки" сегодня согласны, пожалуй, все. Но вот по вопросу, кто и как ее будет производить, единства нет. Депутаты-"государственники" от "Единой России" предлагают национализацию проблемных предприятий (с выплатой владельцам компенсации). Однако противников такого подхода немало и в самой партии власти. "Надеюсь, в правительстве даже думать об этом не будут", - тревожится глава Комитета ГД по собственности Виктор Плескачевский. Правда, его план спасения - законопроект уже готов - также предлагает вхождение государства . Но на ограниченное время - три года, - и если предприятие не банкрот, то при согласии собственника. Тем не менее у приверженцев классической либеральной модели и этот вариант не вызывает восторга. "Огосударствление бизнеса ничего не дает, - убеждает Евгений Гонтмахер. - Более того, оно несет потери: мы видим, насколько коррумпировано сегодня государство, как низок уровень управления госпредприятиями".

По мнению Булата Столярова, есть три варианта развития событий. Самый оптимистичный: находится инвестор, вкладывает деньги и налаживает на месте мертвого предприятия новое, востребованное рынком производство. Какие-то из проблемных населенных пунктов - это уже второй вариант - станут спальными районами агломераций: люди будут ездить на работу в соседние продвинутые города. Третий вариант самый плохой: полное переселение людей из лишенных всякой экономической перспективы и не пригодных для жизни осколков "исчезнувшей империи". И, соответственно, стирание их с географической карты. Как много у нас появится таких Сайлент Хиллов, сказать трудно. Но в том, что они будут, можно не сомневаться.

Впрочем, считает глава Института региональной политики, процесс этот естественный и глобальный: "Мы живем в мире исчезающих моногородов. Через 15-20 лет 50 процентов из них не будет. Укрупняются агломерации, растут мегаполисы, вымывается население: а) из сельской местности; б) из маленьких городов. Выживут только те моногорода, у которых есть своя уникальная экономическая специализация".

Нацпроект

Но, пожалуй, еще большему риску коррекции подвергается сегодня политическая карта страны. Те меры по лечению "пикалевского синдрома", которые сегодня практикует власть, трудно назвать системными. Чем-то это напоминает борьбу с торфяными пожарами: если даже удается сбить надземное пламя, внутри продолжает полыхать разрушительная стихия. И нет никаких гарантий, что через некоторое время она вновь не вырвется наружу. Вот, кстати, характерный пост пикалевского городского интернет-форума: "Большинство народа пока в эйфории. Наконец-то получили деньги, вернулись на рабочие места... Хотя мне почему-то кажется, что за эйфорией шарахнет жестокое похмелье".

Ни для кого из пикалевцев не секрет, что срок договора, сбившего минимум вдвое прежнюю, рыночную цену на поставляемый в Пикалево нефелиновый концентрат, составляет всего три месяца. "Притушили пожар, а причина осталась, и город будет тлеть потихоньку", - тревожится еще один пикалевский форумчанин. Подобные опасения разделяют сегодня и в "условно спасенных" Байкальске и Светлогорье (БЦБК и "Русский вольфрам"). Но тем, до кого пока не дошли руки "спасителя", не понять этих получивших зарплату и наевшихся вдоволь счастливцев. Они завидуют им и напряженно вглядываются в небо, надеясь разглядеть приближающийся премьерский вертолет.

Кстати, упования на главу правительства - в общем-то хороший знак для власти. Настоящие проблемы начнутся, когда на заводах перестанут ждать Путина и начнут связывать надежды с кем-то другим. Этот кто-то начинает уже мало-помалу проявляться из мрака небытия. И он ничуть не похож на привычных оппонентов власти - либерала-"оранжиста" или наследника бессмертных ленинских идей. Информация к размышлению: интернет-форумы проблемных городов и весей активно окучивают сегодня националисты разной степени умеренности. "На что пикалевцы тратят выданные деньги?" - дружески интересуется один из таких "политинформаторов". И тут же дает совет: "Лично я бы потратил на запасы еды и оружие. Оно пригодится и для борьбы с уличной преступностью, и для перехвата управления у гнилой бюрократии".

Пикалево радикалы-"патриоты" называют "второй ласточкой" (первой считаются волнения в Кондопоге). Чтобы исключить дальнейшее развитие "нацпроекта", требуется, по всей видимости, "перезагрузка" не только моногородов, но и федерального центра. Как минимум той его части, которая отвечает за региональную политику.

Мнение

Пикалево как предчувствие

Член правления Института современного развития Евгений Гонтмахер был одним из первых экспертов, предупредивших о рисках, которые несет распространение кризиса на моногорода: его сценарий "Новочеркасск-2009" появился в ноябре прошлого года. О том, каким может быть продолжение, Евгений Гонтмахер рассказал в интервью "Итогам".

- Евгений Шлемович, власти так или иначе удается справляться с волнениями в моногородах. Не означает ли это, что "Новочеркасск-2009" пора сдавать в архив?

- Минуточку, моя статья заканчивается тем, что в город Н-ск, где возник бунт, присылают вагон денег, и завод снова начинает работать. Правда, до поры до времени, потому что он неэффективен и обречен обанкротиться. Но потом возникают такие же волнения в городе М-ске. Нет, сценарий реализовался, к сожалению, практически буквально. Это, кстати, проблема не одних только моногородов, просто там она проявляется наиболее остро. Это проблема всей нашей экономики, которая, мягко говоря, не соответствует требованиям времени. Везде, кроме топливно-энергетического сектора, есть потенциальная опасность такого развития событий.

- Количество Пикалевых рано или поздно должно перейти в какое-то новое качество. Каким может быть этот переход?

- Если мы имеем ответственную власть, то она не будет дожидаться, когда этот процесс примет массовый характер, а извлечет уроки - как экономические, так и политические. Справиться с проблемами такого масштаба, выработать адекватные пути их решения невозможно без конкурентной политической системы, без свободных СМИ, без общественной дискуссии о будущем страны. Надеюсь, Пикалево и другие подобные ситуации станут толчком для федерального центра и он наконец решится на те преобразования, которые давно назрели.

- Ну а если ничего принципиально не изменится?

- Если мы продолжим двигаться по инерции, то тогда эти локальные волнения могут перерасти во что-то более системное. Появятся вожаки из экстремистских кругов, и мы можем получить ситуацию, когда в каком-нибудь регионе власть вообще будет упущена: какие-то непонятные люди станут диктовать требования федеральному центру. Я такой сценарий писать не хочу, не дай бог, чтобы он осуществился. Но полностью исключать его было бы чрезмерным оптимизмом. Выбор у нас невелик. Возможны лишь два варианта: либо реформы, осовременивание страны, либо деградация.

- Как долго может продлиться "ручное" спасение моногородов?

- Максимум полгода. Смотрите: в Пикалеве бизнес заставили работать себе в убыток, обеспечив кредитом госбанка. "Русский вольфрам" фактически приобрели местные власти, судостроительный завод в Комсомольске-на-Амуре - Сбербанк. Кому-то типа "АВТОВАЗа" просто дают бюджетные деньги. Но 2009-й - последний год, когда их можно тратить столь щедро. В 2010-м такие меры будут просто невозможны. Не хватит никаких ресурсов - ни финансовых, ни политических.

- В Госдуме зреет ряд законопроектов, предлагающих национализацию проблемных предприятий...

- Такого рода призывы - не более чем фантомные боли, ностальгия по советскому государству, рухнувшему, кстати, по причине крайней его неэффективности. Что, хотим еще раз наступить на те же грабли? Задача государства - создавать максимально комфортные условия для развития бизнеса, остальное должна сделать частная инициатива.

- В общем, вы сторонник того подхода, что спасать надо не предприятия, а людей.

- Именно так. Универсальных рецептов тут нет и быть не может. Прежде всего необходимо понять, чего хотят сами люди. Процедура должна быть такой: местные власти изучили ситуацию, выявили, сколько человек хотят уехать, сколько - начать свое дело, переобучиться, уйти на пенсию. Подсчитали, сколько это стоит, составили смету и предъявили ее, если необходимо, федеральному центру. Такой путь, конечно, тоже недешевый. Но, по крайней мере, понятный, прозрачный и дающий определенные гарантии того, что деньги не уйдут в песок, а помогут людям.

Клановое хозяйство

(«Деньги» № 24/09)

ЕКАТЕРИНА ДРАНКИНА

Обещания государства начать в конце концов борьбу с коррупцией по-прежнему остаются на уровне деклараций. Деловые взаимоотношения чиновников со своими родственниками-бизнесменами так же обыденны, как и раньше.

Сюжет о том, как губернатор Дарькин спасал предприятие "Русский вольфрам", всю прошлую неделю крутили по ТВ и описывали в прессе. Описание более или менее стандартное: вот возмущенные горняки, которые уже год не видели зарплаты и грозят перекрыть федеральную трассу. , связавшись с полпредом Виктором Ишаевым и губернатором Сергеем Дарькиным посредством видеоконференции, велит им прекратить безобразие. Вот срочно вернувшийся из отпуска Дарькин подписывает с таинственным собственником предприятия (его даже Владимир Путин искал, но не нашел: по словам премьера, с начала кризиса собственник "бегал по Москве, прятался") соглашение о передаче активов другому юрлицу (какому — становится известно не сразу) и самолично обещает выплатить людям всю зарплату за много месяцев. Следом показывают представителя теперь уже бывшего собственника, некоего Родионова, который благодарит губернатора за помощь в сложной ситуации. Горняки откуда-то знают, что Родионов и есть собственник и что он родственник Грызлова. Однако в Приморье есть свои, социально ответственные родственники. Для того чтобы расплатиться с рабочими, Дарькин берет кредит "под личную ответственность губернатора" в коммерческом банке "Приморье", крупным пакетом акций которого владеет его жена — актриса краевого драматического театра Лариса Белоброва. Через день открывается правда и о юрлице, которое взяло на себя тяжелый и дорогой труд вернуть лицензию предприятию-банкроту и расконсервировать убыточное производство. Дело новому управленцу чуть-чуть не по профилю: имущество горнорудного предприятия оказалось передано местному поставщику тепла, КГУП "Примтеплоэнерго", зато бизнес также родной губернатору. КГУП называют его детищем (в 2001 году Дарькин инициировал создание предприятия для бесперебойного снабжения теплом края), но детищем трудным. Первый руководитель "Примтеплоэнерго" бежал после обнародования результатов проверки расходования средств; при втором компания попала в поле зрения приморской прокуратуры в связи с незаконной вырубкой леса и строительством на освободившихся территориях неких объектов.

Инвестиции в "Русский вольфрам" выглядят чистой благотворительностью. Выплатив рабочим зарплату и пообещав поднять на ноги предприятие, губернатор пошел еще дальше — заявил о создании новых рабочих мест для работников "Русского вольфрама" в сфере лесопереработки и строительства дорог. Очевидно, таким образом, что полной веры в возрождение взятого под крыло горнорудного бизнеса у него нет.

Но это, конечно, не благотворительность. Допустить у себя в Приморье второго не мог. Над ним и раньше часто сгущались тучи, но последнее время с особой настойчивостью ходили слухи о том, что он — первый кандидат на вылет из губернаторов. И даже не из-за коррупционных скандалов. Просто федеральную трассу первый раз за кризис перекрывали не в Пикалево, а там, в Приморье, и не безработные, а, наоборот, разлученные с подержанными иномарками автолюбители. К тому же и кредит в банке г-жи Белобровой был взят на неразглашаемых условиях — о степени благотворительности тут можно только гадать. И каким образом он будет возвращаться, и из каких средств будет финансироваться Светлогорское убыточное производство, остается действительно семейным делом приморского губернатора.

По семейным обстоятельствам

"Избрав основным критерием оценки работы губернаторов отсутствие плохих новостей из региона, власть отдает себе отчет в том, что это усилит коррупцию. А семейственность является одним из наиболее естественных проявлений коррупции",— полагает руководитель фонда "Петербургская политика" политолог Михаил Виноградов.

Вообще-то, борьба с коррупцией для президента Дмитрия Медведева стала знаковой темой. Именно ее он выбрал главной линией своей предвыборной риторики и, можно даже сказать, последовательно проводил в жизнь. Сначала был богато анонсированный план по борьбе с коррупцией, затем — пакет антикоррупционных законов, и в нем даже прописано кое-что о родственных связях, и в конце концов — требование о предоставлении чиновниками деклараций о доходах.

, правда, на прошлой неделе в интервью китайскому телевидению успехи в этой борьбе оценил не очень высоко: "Законодательство есть, но о результате говорить не приходится, мы в самом начале".

Эксперты с ним, в общем, согласны.

"Вся российская власть пронизана чиновничье-бизнесовыми кланами, и нет никаких признаков того, что этот факт кого-то не устраивает",— вторит ему редактор сайта "Антикомпромат. ru" политолог Владимир Прибыловский. На его сайте собраны все имеющие отношение к этой теме факты. Статьи о двоюродных племянниках Путина — двух Михаилах, Шеломове и Путине — которым принадлежат пакеты акций банка "Россия", "Согаза" и некоторых других компаний. О собственности самого Дмитрия Медведева: согласно отчету Счетной палаты, в 1999 году нынешний президент контролировал 20% целлюлозно-бумажного холдинга, "и никто не знает, когда и кому он эти акции продал", цепляется Прибыловский. О преуспевающих родственниках губернаторов и президентов — Юрия Лужкова, Минтимера Шаймиева, Муртазы Рахимова, ушедшего в отставку Егора Строева. "Российские чиновники, как и любые другие, имеют определенные сложности с конвертацией власти в собственность и с легализацией этого процесса,— говорит Михаил Виноградов.— Наиболее очевидный путь конвертации — через семью, потому что кому же еще довериться. Но для России этот процесс имеет более ярко выраженную логику: такая клановость — неизбежная цена за все более глубокое проникновение государства в экономику".

Что в карманах у малолеток?

Некоторое время назад действительно стало складываться ощущение, что власть об этой проблеме хотя бы задумалась. В декабре прошлого года президент Медведев предложил высшим чинам государства предоставить декларации, а через несколько месяцев распространил это пожелание вообще на всех лиц, занимающих государственные должности в РФ. Потрясений или скандалов декларации не сделали. Да, стало известно, например, что жена Владислава заработала за прошлый год 16 млн 804 тыс. руб., поскольку является совладелицей нескольких крахмально-паточных заводиков. Но купила она их до вступления в брак с первым заместителем главы президентской администрации (этот брак у него второй, и заключен он недавно), так что никакого отношения к его службе покупки не имеют. "Декларации не очень информативны,— жалуется политолог Прибыловский.— В них, например, положено говорить только о несовершеннолетних детях. А ведь насколько интереснее имущество совершеннолетних — сына Валентины Матвиенко, который многомиллионные контракты от города получает, сына Лужкова, сыновей Рахимова и Шаймиева. К тому же нет полномочного органа для того, чтобы проанализировать и проверить декларации, а уж тем более чтобы кого-то наказывать".

Президент Медведев о декларациях высказался мягко. В апрельском интервью "Новой газете" он сообщил, что не видит ничего предосудительного в том, что, например, супруги высокопоставленных чиновников правительства и администрации Кремля занимаются бизнесом: "Главный вопрос состоит в том, насколько прозрачны интересы такого бизнеса". "Если, допустим, должностное лицо занимается регулированием процессов в той или иной отрасли, а его супруг или супруга работает в крупной компании этой отрасли, то это неэтично",— пояснил он. Тем не менее вопросов к Юрию Лужкову, в чьи должностные обязанности входит регулирование деятельности московского стройкомплекса и его неотъемлемой части — компании супруги мэра Елены Батуриной "Интеко", или к Валентине Матвиенко, отдавшей подряд на строительство комплекса зданий "городской ратуши" за $800 млн компании "ВТБ-девелопмент", возглавляемой единственным сыном Сергеем Матвиенко, не возникло.

Нельзя сказать, чтобы апрельское предостережение президента повлияло и на последующие действия чиновников. Так, в мае стало известно о том, что глава "Ростехнологий" Сергей Чемезов собирается усовершенствовать автомобили "Лада" с помощью автоматических коробок переключения передач, которые намеревается производить его жена. Принадлежащая на 70% Екатерине Игнатовой компания ООО "Кате" ведет переговоры с ВТБ о кредите на несколько десятков миллионов долларов — деньги нужны на завершение строительства завода в Калининграде и запуск в производство уникальной российской разработки АКПП. Комплектующие компания будет заказывать у тайваньской фирмы Tsang Yow, а устанавливать коробки надеются на все российские автомобили — но пока что наиболее благожелательно к проекту отнесся муж. Автомобили Lada Kalina с АКПП, разработанной в "Кате", уже прошли испытания и признаны годными.

Неделей позже стало известно о еще одном родственном альянсе, на сей раз в семействе Грефов. госбанк выдал кредит на полмиллиарда рублей омскому предпринимателю Евгению Грефу, брату Германа. Кредит выделили под залог "недвижимости, прав аренды, а также незавершенного строительства и товаров в обороте". Стоит отметить, что по нынешним временам банковская практика такие залоги не считает надежными.

В виде исключения

Пожалуй, за последнее время широкую известность получили лишь две истории о разрушении кланов. Одно, помельче, имело место в Подмосковье. Летом прошлого года многие СМИ написали о том, что на министра финансов Московской области Алексея Кузнецова заведено уголовное дело по факту превышения должностных полномочий. Сообщалось, что вместе с женой, владелицей компании "Русская инвестиционная группа" Жанной Буллок, он уехал в США, где, как выяснилось, у него было второе гражданство (чиновникам иметь двойное гражданство запрещено). Якобы уголовное дело касалось незаконной передачи подмосковных земель под строительство, и "Русская инвестиционная группа" при содействии Кузнецова получала лучшие участки. Однако в феврале этого года появилась информация о том, что в Следственном комитете при прокуратуре РФ эти сообщения опровергли: уголовное дело против Кузнецова не возбуждалось, и никаких обвинений ему предъявлено не было.

Второй сюжет более масштабный, и его драматургия все еще разворачивается — речь идет о медленном вытеснении из Башкирии клана Муртазы Рахимова. Отдав контроль над башкирским нефтяным комплексом московской структуре АФК "Система" (много лет его контролировал сын Рахимова Урал), Рахимов один за другим теряет и политические рычаги контроля внутри республики: ему оппонирует региональное отделение "Справедливой России", у него посадили начальника УФМС и поменяли главу МВД. Воплем отчаяния стало недавнее интервью Рахимова газете "Московский комсомолец", в котором он обвинил федеральную власть в том, что она "отходит от процессов демократизации".

Известно, что Рахимов мечтал о том, чтобы передать свою власть по наследству (со своим наследником Уралом он, правда, одно время был в ссоре, но потом помирился),— существовали версии относительно того, что такая форма клановости кажется Кремлю избыточной. Впрочем, соседней Татарии такие же вещи вполне сходят с рук. По некоторым данным, Минтимер Шаймиев на высшем уровне обсуждает кандидатуру преемника, называя в качестве такового сына Радика, который контролирует российско-американскую группу (АО) ТАИФ, а та, в свою очередь,— большую часть нефтехимического комплекса республики.

"Атака на кланы — это не тенденция,— подтверждает Михаил Виноградов.— В России на данный момент просто не существует института, заинтересованного в создании такого вектора. Борьба с отдельными кланами ведется из чьих-то частных интересов".

"Можно сколько угодно говорить о том, что для чиновника иметь интересы в контролируемом бизнесе неэтично, в действительности эти связи никак не караются,— говорит политолог Владимир Прибыловский.— В случае с Рахимовым речь идет о том, что один клан ослабел, а другой пытается занять его "поляну" — это не более чем закон джунглей".

В последнем ежегодном докладе международной правозащитной организации Transparency International говорится о том, что в России самой коррумпированной структурой из общественных институтов считают именно чиновников,— такого мнения придерживается 63% россиян. Основания так думать у россиян есть: согласно данным этой же организации, с 2007 года число россиян, признавшихся, что за последний год хотя бы раз давали взятку, выросло с 17 до 29% из общего числа опрошенных.

Спрятан заказ и от ФАС, и от нас

Как официальные лица решают свои проблемы

за казенный счет с использованием

новейших технологий

(«Московская правда» 23.06.2009)

Кирилл ГРИЩЕНКОВ

Система государственных закупок с формальной точки зрения выглядит абсолютно открытой и прозрачной даже для непосвященных. Однако и в этих условиях люди, имеющие доступ к бюджетным средствам, практически в открытую пользуются финансовыми возможностями казны в своих интересах. Как им это удается, выяснял корреспондент «МП».

Первым делом попробуем разобраться, каким образом функционирует сам механизм, позволяющий государству приобретать товары и услуги у сторонних организаций. Начнем с того, что эта сфера регулируется федеральным законом «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд». Согласно этому документу, выбор поставщика или подрядчика осуществляется на конкурсной основе. Это предполагает создание в каждом конкретном случае специальной комиссии, которая объявляет торги или аукцион и по их результатам выбирает исполнителя заказа. Об открытии торгов должно быть объявлено в профильных изданиях, а также на специальных интернет-сайтах. На общегосударственном уровне этим целям служит интернет-портал www. *****, где с актуальными госзаказами может ознакомиться любой желающий. И сделано это не столько для того, чтобы повысить прозрачность аукционов, сколько для удобства предпринимателей. Скажем, компания-поставщик канцелярских принадлежностей может проводить регулярный мониторинг закупочного сайта - и, если там появляется интересующий ее заказ, подать свою заявку. Простая, ясная система, не правда ли? Однако недавно выяснилось, что обойти ее не так уж и сложно: для этого достаточно иметь хотя бы минимальные представления о том, как работает компьютер.

Недавно Федеральная антимонопольная служба стала инициатором громкого скандала, связанного с государственными закупками. В результате расследования, проведенного специалистами ведомства, были аннулированы 16 крупных контрактов, которые должны были оплачиваться из казны. Структуры, передавшие свои заказы подрядчикам, были обвинены в «фактическом непроведении торгов». А все дело, как оказалось, было в том, что заказчики, размещая информацию на указанном выше сайте, в ключевых словах заменяли русские буквы - латинскими, аналогичными по написанию («с», «р», «к», например; буква «о» часто заменялась нулем). Казалось бы, ничего особенного. Однако этот простенький приемчик работал как фильтр, эффективно отсеивавший случайные организации, которые могли бы претендовать на роль подрядчика.

Дело в том, что для поисковой системы любого интернет-ресурса, в том числе и закупочного портала, русский и латинский алфавиты являются не зависящими друг от друга наборами символов. Например, компьютер будет рассматривать слово «оса» в русском варианте как одно слово, а в английском - как совершенно другое. При этом для пользователя они, понятно, будут выглядеть идентично.

Теперь представьте себе следующую ситуацию. Вы - производитель офисных стульев. Вы решили повысить себе прибыль и престиж, продав партию своей продукции какому-нибудь казенному учреждению. Заходите на сайт, вводите поисковый запрос (русскими буквами, естественно) - например, «контракт офисная мебель» - и... ничего не находите. В то же время интересующий вас заказ на сайте присутствует, но записан он как «k0нтраkт 0фисная мебель».

Половина букв набрана латиницей, вместо «о» - нули. Разумеется, поисковая система по названным выше причинам этот заказ для вас найти не смогла. А все потому, что у руководства «замаскировавшегося» закупщика есть свой поставщик, с которым заранее обо всем договорились.

Возмущенная столь беспардонными махинациями, ФАС вознамерилась даже ввести запрет на использование латинских символов в размещаемой на сайте информации. Контракты, заявки на которые были оформлены с помощью подмены букв, были отменены. В настоящее время на ***** осталась лишь одна подобная заявка - видимо, в этом конкретном случае возникла спорная ситуация.

Впрочем, все, что было сказано, относится главным образом к тем контрактам, которые сулят обеим сторонам солидные выгоды. При ближайшем же рассмотрении оказывается, что чиновники и должностные лица рангом поменьше, не стремящиеся ни к чему, кроме банального бытового комфорта, вовсе не стесняются своей корысти. Более того, они не прилагают ни малейших усилий для того, чтобы сведения об их вольном обращении с деньгами налогоплательщиков не выплыли на поверхность.

Так, в Волгоградской области недавно вскрылась история с покупкой местным чиновничеством автобуса на 6 мест, оборудованного плазменными панелями и обитыми натуральной кожей сиденьями. При этом вип-транспорт приобретался открыто, на вполне законных основаниях, под видом рейсового автобуса. Когда дело получило огласку, машину вернули производителю, которому пришлось потрудиться, чтобы сделать ее пригодной для использования в системе общественного транспорта.

А если изучить данные о тех закупках, что не таясь совершают для себя различные госучреждения и организации, можно прийти к печальному выводу - этих людей не учит ничто, даже кризис. Вот лишь некоторые примеры.

*В апреле Академия ФСО разместила заказ на закупку штор с моторизированным карнизом (190 тысяч рублей).

*Весной Управление гостиничного хозяйства Петербурга приобрело 4 килограмма панировочных сухарей аж за 8000 тысяч рублей (при том, что средняя цена в магазинах - 50 рублей за кг).

*Несколько дней назад некое должностное лицо Уральского государственного технического университета имени Ельцина вознамерилось приобрести за казенный счет ноутбук «Самсунг» за 70 тысяч рублей. Не вдаваясь в подробности, поясним, что за эти деньги можно купить не просто хороший, а шикарный, ультрасовременный ноутбук.

*В первой половине июня башкирская прокуратура изъявила желание закупить новой мебели на полмиллиона рублей.

И так далее, и так далее... Если проанализировать основной массив небольших заказов, выяснится, что значительная их доля предназначается для личных нужд того или иного чиновника. Кризис, секвестирование бюджета, падение доходов - все это не касается людей, которые будут до последнего выжимать свою выгоду даже из самой тяжелой ситуации. Конечно, горбатого могила исправит, - но очень не хотелось бы, чтобы в эту могилу он утащил за собой все остальное население страны.