Об анархизме наших дней (стр. 8 )

В настоящее время процесс деклассирования в виде социальных подвижек, т. е. переходов людей из одной социальной группы в другую дополнился натуральным деклассированием, когда рабочий, крестьянин, интеллигент уходит в «предприниматели», в сферу мелкотоварного производства или натурального хозяйства или в бомжи и криминальные структуры.

Заметную роль сыграла и социально-экономическая политика государства. Результатом политики Советского государства стал уход с политической и социальной сцены центрального звена и носителя легитимности Советской системы – российского пролетариата. Ликвидация неграмотности, введение всеобщего среднего образования, рост благосостояния населения, создание всеобъемлющей социальной сферы и научно-техническая революция привели к исчезновению сначала границы между «пролетариатом» и непролетариатом, а потом и самого пролетариата, так как был нарушен сам механизм его воспроизводства. К 1961 г. это стало очевидно и тезис о диктатуре пролетариата заменили в партийной Программе положением о построении общенародного государства1. Предельная степень деклассированности общества за счет окрестьянивания рабочего класса и всех других слоев при высоком уровне социализации до крайнего предела ослабила пролетарский инстинкт рабочего класса, его классовое чутье, его способность к сопротивлению против натиска капитала и к борьбе с буржуазным строем.

Деклассированность общества напрямую вела к деклассированию КПСС и Советского государства, оказала свое влияние на крушение КПСС и всей Советской системы. Сегодня деклассированность сказывается на социальной базе общественно-политических движений и политических партий, на их взглядах и склонностях к анархизму.

Таким образом, к числу причин анархистских тенденций в РКРП следует отнести и классовость ее состава. Чтобы понять, о чем речь, сделаем пояснение. Давая определение классам, обращал внимание на их место и роль в общественном производстве, на их отношение к собственности и т. д.

Социально-классовая ниша, которую занимает та или иная группа в обществе, независимо от желания людей составляющих эту группу, формирует свой набор черт и качеств у представителей соответствующего класса, слоя или социальной группы. Характер и способ производства, производственные отношения формируют у рабочего класса свои собственные черты и качества, которых в полном наборе нет ни у какого другого социального слоя, группы или класса.

Так современное индустриальное буржуазное капиталистическое производство формирует у рабочих целый набор только им присущих черт и качеств, а именно, организованность, дисциплинированность, коллективизм, интернационализм, принципиальность и многие другие.

Мелкотоварное, натуральное сельскохозяйственное производство, работа на земле требует и формирует у крестьян и мелких товаропроизводителей другие черты и качества, а именно – самоорганизации, самодисциплины, индивидуализма, патриотизма, накопительства и т. п.

Если взглянуть на Программу РКРП с точки зрения черт и качеств разных социальных групп, то мы увидим в ней отражение пролетарских классовых черт и качеств, когда говорится о социализме, о плановом ведении хозяйства, о диктатуре пролетариата и других моментах. Но, вместе с тем, на Программу наложили свой отпечаток и крестьянские черты и качества составителей Программы.

Прежде всего, к ним можно отнести общинное крестьянское сознание, ведущее к идеализации сообществ рабочих, крестьян, специалистов и служащих, патриотизм, неумение реально отразить и оценить ситуацию в обществе и в мире, завышенные самооценки и ожидания от рабочего класса, идеализацию трудящихся масс и их способности к самоорганизации и реализации властных функций. Бросается в глаза оптимизм деклараций Программы и печатной продукции РКРП. «Российский рабочий уже понял, что его привели в приватный рай только для того, чтобы дубить его шкуру»1.

К сожалению, в массе своей российский рабочий ни в 1992 г., когда принимали Программу РКРП, ни в 1997 и ни сегодня все еще не понимает, что его привели в приватный «рай». Далее. Считать, что кто-то привел рабочих в приватный рай не совсем правильно. Разве не забастовки рабочих 1989 – 1990 гг. расшатывали и сокрушали или помогали сокрушать Советскую систему? Или бастовавшие рабочие наивные дети, несмышленые младенцы, не знавшие что они делают, к чему они зовут и ведут, и что получится в результате их забастовок? Конечно, они стали орудием ловких политиков, но это не оправдывает их. На гребне рабочих забастовок 1989 – 1990 гг. поднималась пена буржуазных преобразований. рабочие внесли весьма существенный вклад и в сокрушение Советского строя, и в реставрацию самого капитализма. Часть из них сегодня осознала значение тех забастовок, часть и сегодня не сожалеет, что пришел капитализм.

Та же неспособность реально отражать ситуацию в обществе сквозит и в утверждении Программы: «Уже состоявшееся разоблачение лозунга «Каждый рабочий – собственник!» делает рабочий класс наиболее последовательным борцом против капитализма, ни в какой мере не заинтересованным в сохранении частной собственности на основные средства производства».

Желаемое здесь опять выдается за действительное. Рабочие России в подавляющем большинстве своем все еще ведут борьбу не против частной собственности, а за банальное требование своевременной и полной выплаты заработной платы. В массе своей рабочие все еще пропитаны иллюзиями, что трудности российской жизни временные, что вот-вот ситуация изменится к лучшему, еще чуть-чуть потерпеть и заживем как «там, на Западе». Вместо беспочвенной идеализации российского рабочего класса, составители Программы лучше бы проанализировали, почему рабочий класс, в свое время не защитил Советскую власть, а сегодня совсем не торопится ее возрождать.

Крестьянский, крестьянско-анархистский уклон в РКРП проявляется и в идеализации «демократии трудящихся и для трудящихся», в выпячивании патриотизма и затушевывании интернационализма. Осуждая хрущевскую Программу КПСС 1961 г. за то, что она «ошибочно провозглашала отказ от диктатуры пролетариата и декларировала общенародный характер таких сугубо классовых институтов как партия и государство…»1, Программа РКРП тут же воспроизводит чистейшую хрущевщину, предлагая воссоздавать Советы не как орган диктатуры пролетариата, а как общедемократические органы власти.

Разве не та же хрущевщина и эсеровщина в утверждениях Программы РКРП о партии рабочего класса, «а потому и всех трудящихся»2, о Советах рабочих, крестьян, специалистов и служащих и тому подобных сентенциях. Где же в Программе РКРП не декларируется «общенародный характер таких сугубо классовых институтов, как партия и государство»3. Во всяком случае, в Программе нигде не обозначилось четкое и правильное понимание места и роли таких действительно сугубо классовых институтов, как партия и государство.

Ярче всего в Программе РКРП отразились такие крестьянские черты, как идеализация самоорганизации и самодисциплины, то есть анархистские, по своей сути, черты. Прежде всего, – это отказ РКРП от власти. Если партия рабочего класса отказывается от власти, причем не только в пользу одного рабочего класса, но и всех трудящихся, организованных в Советы, то это значит, что и рабочий класс и трудящиеся способны самодисциплинироваться и самоорганизовываться в Советы и самоуправляться через Советы в масштабах не только своего цеха, завода, района, но и всего государства. РКРП же отвела себе роль помощника рабочих и трудящихся в процессе советизации России. Более чистого анархизма и нарочно не придумаешь.

Так из Программы РКРП вылезли крестьянские, мелкобуржуазные, анархистские уши, которые с трудом прикрываются революционной фразой и рассуждениями о диктатуре пролетариата. Не имея твердого пролетарского стержня, включая массу мелкобуржуазных деклассированных элементов, РКРП в своих программных документах являет яркие черты крестьянской демократии.

Анархистские тенденции в современных компартиях являются также проявлением реакции современных коммунистов на деградацию, измену и предательство идеалов верхами старой КПСС. Номенклатурно-бюрократическое перерождение КПСС было настолько потрясающим, что вместо поиска механизма защиты от перерождения и вырождения партии или ее руководства, решили вообще отказаться от партии, как механизма власти, перекладывая бремя власти на плечи рабочих, крестьян, специалистов и служащих, объединенных в Советы.

Так вместо политической мудрости получилась политическая трусость, желание спрятаться за спины горячо обожаемых трудящихся и тем уйти от всякой ответственности за власть и за будущее социализма. Если ничего не получится с социализмом, то ответственными будут Советы, а не партия. Хорошая позиция, отражающая то ли заурядную трусость, то ли чистейший анархизм.

В немалой степени влияет и качество самих современных коммунистов. Усвоив в Советской системе образования определенную сумму обществоведческих знаний, порой неплохо усвоив, на фоне тотального политического невежества и неграмотности основной массы российских граждан, они почувствовали себя на высоте положения.

И, действительно, на фоне мало знающих законы развития общества демократов, коммунисты глубже и вернее понимают происходящие в стране и мире события, точнее прогнозируют будущее. Политическая грамотность – есть основной капитал всякой политической партии, а для коммунистической партии – это необходимое условие существования.

Однако, это слабое утешение при факте крайне низкой теоретической грамотности коммунистов. К сожалению и те, порой поверхностные весьма неглубокие знания марксизма оказываются достаточным основанием для теоретического зазнайства и распространения всезнайства. Мне часто приходится повторять одну и ту же фразу: «Если РКРП погибнет, то она погибнет только оттого, что в ней все и все знают и ничему не желают учиться».

Конечно, это сказано с перебором, но повторяется фраза в тех случаях, когда коммунисты обнаруживают неграмотность, незнание элементарных положений марксизма и обществоведческого знания. В данном случае речь не только о периферии, но и о тех, кто составлял Программу РКРП. В брошюре «О взглядах левых на общество и власть» на это указывалось конкретно и множество раз.

Незнание – беда поправимая, а вот нежелание знать и учиться, повышать свой теоретический уровень, – это беда настоящая. Нехватка теоретических знаний, низкая политическая грамотность коммунистов является также одной из причин анархизма в коммунистическом и рабочем движении.

Именно это мешает осмыслить богатейший и поучительнейший опыт дореволюционной истории, и истории первых лет советской власти. Тогда в теории и на практике выяснялись отношения с анархистами и анархо-синдикалистами, тогда предельно четко и ясно марксисты изложили свои взгляды на анархизм, тогда на практике они успешно вели борьбу с анархизмом в своих рядах и в России в целом.

Стоит вдумчиво прочитать работы и разобраться с анархизмом прошлым и тогда разобраться с анархизмом настоящим не составит труда. Однако всё знающие члены РКРП не желают этим заниматься. Они и без того всё знают.

К числу причин анархистской болезни РКРП следует отнести и практицизм. Члены РКРП настолько твердо усвоили марксистское положение о революционности рабочего класса, о его авангардной роли, что весь смысл своей жизни видят в помощи рабочим в их борьбе за освобождение от власти капитала. Они торопятся пойти к рабочим, спешат поднять их на борьбу и всероссийскую политическую стачку, спешат объяснить рабочим плохие стороны капитализма, антинародный курс реформ, пагубность мер правительства и президента.

Они видят свое место у проходных заводов, на уличном митинге и в массовом шествии по городам или в походе на Москву и тому подобных мероприятиях. А то, что этим коммунистам нечего сказать рабочим, кроме того, что видят и понимают сами рабочие, это пока самих членов РКРП мало смущает. Главное где-нибудь на митинге, в пикете или шествии ударить в тазик, наделать шуму, чтобы хоть кто-то и хоть что-то услышал 1.

Такой практицизм, порождающий абсолютную теоретическую беззаботность, дал повод острякам называть РКРП «партией тазиков». Да черт с ними, с остряками. Практицизм, при теоретической неотягощенности коммунистов, помимо воли и желания РКРП толкает их на путь поиска простых решений, на путь анархии и анархо-синдикализма, анархо-примитивизма и анархо-советизма. Именно недооценка теории, плохое знание марксизма и ряд других причин толкают многих коммунистов на путь «революционного действия».

В принципе, практицизм – это болезнь мелкобуржуазных масс, по которым капитализм ударил раньше всего и больше всего. Не умея собраться с силами и мыслями, не будучи в силах понять происходящее, они не желают мириться с капитализмом, не желают медлить, а желают тут же вступить в борьбу и поскорее водрузить красное знамя над Кремлем. Именно эту первую реакцию на гнет и давление капитала мелкобуржуазных масс и отразила РКРП, впадая в практицизм.

К числу причин, порождающих анархистские тенденции можно отнести и плохое знание истории, как отечественной, так и мировой. К сожалению, современные коммунисты плохо знают и историю КПСС. Если бы они лучше знали историю большевизма, то не договаривались бы до наивных вещей.

Дискуссии в Перми по проблеме «Партия и власть» выявили боязнь коммунистов возврата «диктатуры партии». В рассуждениях о «диктатуре партии» проявляется элементарная теоретическая неграмотность коммунистов. Это достойно большого сожаления, так как вопрос о диктатуре вождя, партии, класса, массы марксизмом разработан уже очень давно и достаточно хорошо.

Стоит взять работу «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», чтобы раз и навсегда усвоить теперь уже азбучную истину, что ни диктатуры вождя, ни диктатуры партии, ни диктатуры масс не может быть до тех пор пока существуют классы. В классовом обществе всегда была, есть и будет ТОЛЬКО диктатура КЛАССА.

Диктатура же класса может реализовываться через особые полномочия лиц, партий или каких-то других чрезвычайных полномочных властных органов. Рассуждать о диктатуре или о диктатуре партии, значит заниматься пропагандой обывательских представлений о власти, повторять расхожие буржуазные штампы, призванные дискредитировать вождей или целые коммунистические и рабочие революционные партии в глазах малоискушенных в политике масс.

Писать об этом тем более досадно, что и в догматизированной советской обществоведческой науке данное марксистское положение верно разъяснялось и в учебниках, и в тысячах обществоведческих общедоступных изданий, не говоря о специальной монографической литературе.

Так, элементарное незнание элементарных положений марксизма порождает страх перед призраком «диктатуры партии», а этот страх, в свою очередь, толкает недоучившихся коммунистов в объятия анархизма. Отчасти оправданием для коммунистических незнаек является то, что многие из них очень молоды, не прошли надлежащей школы обучения.

Если «диктатуры партии» боятся не все члены РКРП (во всяком случае, не все об этом заявляют), то боязнь сильной централизованной власти, судя по программным положениям, присуща уже всей РКРП. Без власти, способной выработать единый план действий, способной создать единое плановое хозяйство ни о каком социализме и говорить нечего.

Недоучившиеся коммунисты не понимают того, что социализм – это монистическая система. Эта система основана на пролетарском классовом монизме, где должна быть одна пролетарская классовая идеология, одна пролетарская классовая политика, власть и т. п. Кроме всего прочего именно этим социализм отличается от плюралистической буржуазно-капиталистической системы.

Единый план и единство действий может осуществить лишь достаточно централизованная власть. Советы такой централизации, как и выработки плана развития общества или только народного хозяйства дать не смогут ни сейчас, ни в отдаленном будущем. Такую централизацию могут обеспечивать только два фактора. В буржуазном обществе это обеспечивает капитал, а в социалистическом – власть, а точнее – правящая пролетарская политическая партия авангардного типа.

Когда РКРП в Программе заявляет, что она борется за власть не для себя, а для трудящихся, то тем самым она отказывается от централизации, а стало быть, и от плановой экономики, а с ними и от социализма. А это уже чистый анархизм на почве рабочего движения. Поскольку рабочая партия не желает быть правящей, то в этом случае очень быстро отыщется другая партия, не исключая «Партию любителей пива», которая не испугается власти и не постесняется эту власть взять. Но это будет уже не рабочая, не пролетарская классовая партия, а буржуазная или мелкобуржуазная. Вот что в перспективе стоит за анархистскими взглядами и анархистскими позициями РКРП. Если РКРП этого не понимает, то она убога, а если понимает, но делает, то она опасна.

Членам РКРП стоило бы посмотреть материалы Учредительного съезда общероссийской политической общественной организации «Отечество» и поучиться как надо относиться к вопросу о власти. Провинциальный чиновник губернатор говорил: «Цель любой политической организации в получении властных полномочий»1.

Кстати, на съезде в Перми летом 1998 г. представители партии «Русское национальное единство» заявили, что они готовы взять власть в России. Вот так-то, товарищи коммунисты, стыдящиеся власти и тем помогающие уже другим и непролетарским партия идти к власти.

Еще хуже борцы за власть Советов знают историю самих Советов. А она очень богата и поучительна. Лишь история становления и ликвидации Советской власти дает огромнейший и полезнейший материал для осмысления и понимания всего того, что связано с прошлыми и будущими Советами или другими органами народовластия. Не осмыслен, как следует, или абсолютизирован опыт Советской истории, когда Советы в действительности были органами диктатуры пролетариата.

Совсем неизученными и неосмысленными оказываются причины краха КПСС и Советской системы. Изучение печального опыта КПСС могло бы многому научить. Видимо обида на предательство и партийных верхов отбивает желание проанализировать случившееся, хотя зарубежные партии этим активно и своевременно занимались. Например, Компартия Греции провела специальный Пленум ЦК, где достаточно неплохо раскрыты причины крушения Советской власти.

Низкий интерес к истории и слабое владение марксистско-ленинской теорией ведут к догматизации марксистско-ленинских положений. С поразительным упорством на съездах и в печати, на собраниях и митингах коммунисты повторяют марксистские положения конца Х1Х – начала ХХ века. Это хорошо, но этого недостаточно.

Многие марксистские положения верны и сейчас, но мир вступает в новую стадию своего развития – в стадию УЛЬТРАИМПЕРИАЛИЗМА, и марксизм нуждается в развитии, обновлении применительно к изменяющимся условиям. В той мере, в какой ультраимпериализм является продолжением империализма, марксизм начала ХХ века верен и применим, но ультраимпериализм уже наработал много новых черт и качеств, отличающих его от отписанного империализма.

Эти новые черты и качества ультраимпериализма коммунистами еще не проанализированы и, что еще печальнее, в компартиях не ощущается запроса на такой теоретический анализ. Все это можно объяснить пренебрежительным отношением к теории, к ее развитию и изучению. Но, что еще хуже, у коммунистов недостаточное знание теории и истории трансформируется во всезнайство, в желание учить других, но не учиться при этом самим.

Конечно, это временная болезнь очень молодой (по времени существования) и очень старой (по возрасту членов) партии. Капитализм на современной стадии развития мировой цивилизации достаточно сложное и серьезное явление, чтобы с ним бороться одними желаниями и настроениями. Скоро и с неизбежностью появится запрос на развитие марксистской теории, появятся свои теоретики и желание знать обновленную марксистскую теорию, чтобы успешнее бороться.

В известной мере на анархистские тенденции в РКРП и других партиях влияет соглашательская либеральная позиция руководства КПРФ и скрытое соглашательство других левых политических партий и сил. Будучи не в силах сама противостоять пропаганде либерально-буржуазных ценностей, РКРП уповает на зрелость рабочего класса и созданных им Советов.

Это хорошо видно из экскурса в историю составителей Программы РКРП, когда они пишут: «Борьбу с этой (мелкобуржуазной. – М. С.) стихией рабочий класс тогда (в 20 – 30-е годы. – М. С.) вел в своей собственной среде и в рядах своей партии, где она проявлялась в виде разного рода мелкобуржуазных уклонов, в форме попыток уйти от обязанности служить своему классу, поставить партию над ним и заставить класс служить партии» 1.

В приведенной выдержке прекрасный образец идеализации зрелости рабочего класса. Эта выдержка указывает и еще на одну причину анархистского уклона РКРП, а именно, на непонимание соотношения понятия «класс – партия». При этом связка «класс – партия» не только разрывается, но и класс ставится над партией, выше партии, поскольку рабочий класс оказывается, в отличие от его партии, настолько зрелым и грамотным, что ведет борьбу со стихией не только в своей собственной среде, но и в рядах своей партии, а партия настолько убога и незрела, что не способна вести борьбу с мелкобуржуазной стихией даже в своих собственных рядах, не говоря о рядах рабочего класса.

В действительности же все было наоборот. Именно большевистская партия вела борьбу со стихией и в своих рядах, и в рядах рабочего класса России и международного рабочего движения. Рабочий класс без своей классовой политической партии был бы не только неспособен вести идеологическую и политическую борьбу, но и осознать себя как класс. И если рабочий класс ведет теоретическую, идеологическую и политическую борьбу, то единственно лишь потому, что у него есть своя классовая политическая партия. Так было и так будет. Этот тезис нагляднейшим образом подтверждается и современным российским рабочим классом.

Сегодня рабочий класс так же не может вести борьбу со стихией как и рабочие в 20 – 30-е годы и если эта борьба была, то только потому, что РСДРП, РКП(б), ВКП(б) вела борьбу в своих рядах и в рядах рабочего класса и если эта борьба будет вестись завтра, то только потому, что в России вновь обозначится зрелая грамотная революционная марксистская пролетарская партия.

В приведенной цитате отразился и еще один источник анархистского уклона в РКРП – это недооценка своих сил. Только безверие в свои силы могло породить преклонение перед рабочим классом, идеализацию трудящихся, абсолютизацию Советов, как органов власти, а с ними и системы выборов через производственные коллективы.

Ставка на Советы, как единственные органы власти, есть ни что иное, как проявление бессилия коммунистов перед анархией в своих партийных и коммунистических рядах. Безверие в свои силы породило страх возглавить борьбу рабочего класса, встать в авангарде рабочего движения, желание найти легкие решения сложных вопросов.

Боязнь ответственности за власть и социалистическое строительство вынуждает РКРП все бремя борьбы за власть и ответственности за власть и социалистическое строительство переложить на Советы. Именно безверие в свои силы и лень или неспособность разобраться в существе проблем власти, заставляет РКРП занимать хвостистские позиции, подчинять классовые цели общедемократическим и превращать РКРП в хвост малосознательных, но политически активных масс, тащиться позади общедемократического движения, прятаться за спину Советов и трудящихся масс, которые в большинстве своем мало сознательны и политически мало грамотны.

К числу причин анархистских устремлений РКРП можно отнести не только идеализацию рабочего класса и всех трудящихся, но и завышение меры их социалистичности. Если говорить о мере социалистичности масс, то она мала. У крестьян и других «трудящихся» она меньше, чем у рабочего класса, а у рабочих масс она гораздо ниже, чем у авангарда рабочего класса – коммунистической партии. Это норма, которая отслеживалась во все времена и во всех странах.

В завышении социалистичности масс проявляется недостаточная социалистичность самих коммунистов, составителей Программы и многих рядовых членов РКРП или желание подыграть рабочим. Если члены РКРП верят в изначальную социалистичность человека от станка и трудового коллектива, если считают, что социалистичности рабочих и трудящихся масс достаточно, чтобы они создавали полновластные Советы рабочих, крестьян, специалистов и служащих, как органы государственной власти, как органы диктатуры пролетариата, то это означает только одно – мера социалистичности самих членов РКРП равна или близка к уровню трудящихся, то есть она так же мала, как и малосоциалистичных масс.

Ситуация очень похожа на ситуацию Х1Х века, когда анархисты и народники считали, что крестьянин готовый социалист и им надо только прийти к ним и позвать их на революцию. Сегодня эти иллюзии питает, разносит и насаждает РКРП.

Признание высокой социалистичности трудящихся масс требует поставить вопрос о пересмотре одного из важнейших ленинских положений о внесении социалистического сознания в рабочее движение. Если бы составители Программы РКРП чуть повнимательнее почитали или хотя бы немного поизучали ленинскую работу «Что делать?», то они увидели бы изъяны своей позиции. Но этого не случилось ни на этапе вузовского обучения, ни на этапе практической организации рабочего движения. А ленинское положение о внесении социалистического сознания в рабочее движение остается и сегодня абсолютно верным и очень ярко оттеняет степень анархичности РКРП.

Анархистское поветрие РКРП связано и с тяжкими грехами КПСС. Еще в «Детской болезни «левизны» в коммунизме» писал, что анархизм – наказание за оппортунистические грехи1.., в данном случае КПСС. Действительно, в последние десятилетия она так много нагадила, так часто и грубо ошибалась, так очевидно предавала интересы рабочего класса и трудящихся, что убила интерес и доверие масс к коммунистам и компартиям, почти до нуля опустила запрос в обществе на компартии.

Раз отсутствует у масс запрос на компартию, раз компартии не пользуются особым расположением масс, в том числе и рабочих, то чтобы «не дразнить гусей», коммунисты предлагают не себя и свою партию, в качестве правящей партии, а власть Советов рабочих, крестьян, специалистов и служащих. Заблуждение это или тихая надежда, что рабочие и «трудящиеся» может быть, клюнут хотя бы на эту приманку, сказать трудно, хотя то и другое непродуктивно.

Отчаянный отказ РКРП от власти можно объяснить и страхом подставиться. КПСС как правящая партия оставила много грехов. Она лишила трудящихся собственности, оставила рабочий класс без идеологии, без организации и даже без языка, выхолостив и обесценив «измы». Она поставила под сомнение масс все завоевания рабочего класса и рабочего движения Х1Х – ХХ веков. КПСС столько нагадила, предавая и продавая всё и всех, что создание еще одной компартии, претендующей на власть, породило опасения, что будут бить и за прошлые грехи КПСС и за будущие грехи будущей правящей партии. Опасения не напрасны. Перед любой правящей партией будет много соблазнов согрешить на ниве общественного управления и политической власти.

Нельзя сбрасывать со счетов и давление буржуазной идеологии. КПСС и коммунистов так долго и основательно третировали, так умело дискредитировали в средствах массовой информации, на официальном и неофициальном политическом уровне, что произошло заметное искажение понимания места и роли компартии в классовой борьбе и социалистическом строительстве не только у беспартийных масс, но и у самих коммунистов. Иначе чего бы им бояться власти, «диктатуры партии», ответственности за власть и прочего? Это тем более удивительно, что у всех известных мне коммунистов есть искреннее желание служить делу рабочего класса и трудящихся, а не карьерные корыстные побуждения.

Сыграло свою роль и предательство верхов КПСС. Бедные коммунисты оказались настолько растерянными, настолько деморализованными, что оказались неспособными объяснить причины краха КПСС, перерождения верхов и бессилия низов. Будучи не в силах разобраться в причинах деградации, упадка и краха КПСС, многие сегодняшние коммунисты пошли по простому пути.

Чтобы не искать и не приводить в действие механизм защиты пролетарской партии от разложения и вырождения, они обошли эту проблему молчанием. При этом, вместо того, чтобы возложить на себя и на свою партию, как авангард рабочего класса, бремя борьбы за власть и ответственность за социалистическое строительство, члены РКРП задвинули партию на периферию борьбы, отвели авангарду класса второстепенные роли, превратили авангардную партию в хвост общедемократического движения, стимулятора общественно-политических процессов, а не лидера классовой борьбы. Этот хвостизм является отражением анархистских тенденций в РКРП. Анархизм РКРП будет стимулировать рост анархистских настроений в рабочем классе и в рабочем движении.

Есть у российского анархизма и внешние причины. Мягкость буржуазной власти и гибкость мировой и российской буржуазии у многих коммунистов и беспартийных создали иллюзию бархатной мягкости буржуазной демократии. Российская и мировая буржуазия стараются заласкать свой рабочий класс, что в известной мере им и удается. А заласкивая рабочий класс в развитых буржуазных странах, они попутно заласкивают и какую-то часть коммунистов. Не зря некоторые коммунисты боятся сами и нагоняют страх на других по поводу «диктатуры партии». Лучшего подарка для буржуазии и придумать трудно. Так анархизм и анархисты, желают они того или нет, но встают на службу российской и мировой буржуазии.

Осознанно одни и неосознанно другие компартии желают прослыть не меньшими демократами, чем сегодняшние российские демократы, а тут уж рукой подать до отказа от диктатуры партии или диктатуры класса, до отказа от власти, да еще твердой, да еще партийной. Печально и то, что современные, да и «горбачевские» коммунисты так и не разобрались ни в демократии вообще, ни в общем и особенном присущем пролетарской, буржуазной, крестьянской, мелкобуржуазной демократиям.

Конечно, меру влияния внешнего фактора трудно измерить, но то, что это влияние есть, сомнений не вызывает, а чтобы успокаивать буржуазию насчет того, что РКРП не борется за власть и, более того, за диктатуру пролетариата, публично в Программе отказывается от власти. Будьте спокойны господа буржуа, РКРП вам не помеха, она вам не угрожает, и угрожать не собирается. Разве что Советы отважатся на власть, но на то они и Советы.

Умные буржуа знают лучше многих коммунистов, что одни Советы никакой Советской власти не создадут или, попытавшись создать, не удержат. Это они блестяще доказали в 1988 – 1993 годах, мастерски разорвав связку «партия и Советы». Хотя коммунисты многое понимают лучше, чем буржуа, но не грех коммунистам у буржуа и поучиться, особенно в том, что касается власти.

О СХОДСТВЕ АНАРХИЗМА И АНАРХО-СОВЕТИЗМА РКРП

Выявив немало слабых мест в программных взглядах РКРП, есть смысл посмотреть на параллелях представления классических анархистов Х1Х – начала ХХ века и современных анархиствующих коммунистов. Изучение истории анархизма и Программы РКРП позволяет увидеть немало сходства между двумя казалось бы достаточно различными общественно-политическими течениями – анархизмом и коммунизмом в интерпретации РКРП.

Анархисты искали идеал выражающий интересы всех трудящихся и РКРП тоже.

Анархисты ограничивали свою роль «стимулированием инициативы и творчества масс» и РКРП не желает взять на себя роль организатора и руководителя в деле борьбы за Советскую власть и построение социалистического общества. Отказываясь от власти, она, как и анархисты, свела свою роль до стимулирования политических процессов, до роли помощника Советов, профсоюзов, комсомола и других организаций, общественных движений.

Это малозаметная для неискушенных форма анархизма, а потому куда более коварная и опасная для рабочего движения, чем откровенный и открытый анархизм Михаила Бакунина и Петра Кропоткина.

РКРП в своих представлениях о власти не дотягивает даже до брежневщины. В Конституции СССР 1977 г. было записано «КПСС является ядром политической системы». Осторожно, не прямо здесь фиксируется руководящая роль компартии. Руководить обществом, а не отдельными общественными силами она могла лишь в одном случае, если она имела политическую власть.

Возьмем взгляды РКРП. Она тоже готова руководить многими процессами в обществе «будет добиваться…», «будет способствовать…», «будет влиять…». Однако, заявление, что она борется за власть не для себя, а для трудящихся, можно понимать двояко. Во-первых, мы боремся за политическую власть, но использовать ее во благо не себя, а трудящимся. И второе – мы боремся за власть внутри рабочего движения, чтобы тут же отдать всю власть таким представительным органам власти, как Советы и будем влиять на эту власть изнутри рабочего класса и изнутри Советов через своих членов.

Теоретически такую попытку представить можно, но это блудливый анархизм, так как никто и никогда не скажет удастся ли это сделать и в какой мере, как долго будет это удаваться делать. Тут все упрется в механизм выборов в результате которого могут избрать, не избрать, переизбрать или не переизбрать, о чем уже писали. Если анархисты могли прямо призывать «За Советы без коммунистов!», то РКРП, отказываясь стать правящей партией, фактически, хотя и косвенно выступает за Советы без коммунистов.

РКРП, отказываясь от власти, выступает за коммунизм без политического руководства, чего не было, не будет и быть не может. Сложнейшая политическая система не может возникнуть и развиваться как самовоспроизводящаяся система. Только четкое и жесткое руководство со стороны политической партии рабочего класса может привести к реализации пролетарского классового идеала – коммунизма.

Известно до какого предела доводят анархисты свободу, как идеализируют самоуправление, как отвергают всякое подчинение, всякую дисциплину. Не отстала и РКРП, которая «будет способствовать развитию участия трудящихся в государственном управлении, добиваться, чтобы оно стало делом каждого, чтобы преодолевалось разделение общества на тех, кто управляет и тех, кто подчиняется». Эта тирада достойна анархистского восхищения. Куда там анархистам с их анархией как матерью порядка. У РКРП все будут управлять и плевать на то, что длительный, исторически длительный период даже прямого перехода к коммунистическому обществу потребуется централизация власти, железная дисциплина и подчинение большинства тем, кого сами же и выберут или кого назначит пролетарская власть или Советское правительство и другие органы власти.

Проблема разделения на тех, кто управляет и тех, кто подчиняется обозначает еще два аспекта. Во-первых, есть противоречие между политической свободой трудящихся, которую предполагает пролетарская демократия и требованием железной дисциплины на производстве, которой требует индустриальный способ производства, не зависимо от того, частно-буржуазное это производство или общественно-государственное, социалистическое.

Современное индустриальное производство в силу техногенности, действительно требует не просто дисциплины, а железной дисциплины. Кто эту дисциплину будет устанавливать и поддерживать? Сами рабочие за счет высокого уровня сознания и самодисциплины или кто-то другой? Если этой самодисциплины будет недостаточно, то что тогда будет? Кем и как эта железная дисциплина на производстве будет устанавливаться и поддерживаться? И что будет, если рабочие сочтут, что никто не должен навязывать эту железную дисциплину? Много вопросов по этому поводу стоило бы задать партийным теоретикам из РКРП.