Фонд социального страхования (стр. 5 )

«Уменьшение прожиточного минимума связано со снижением цен на некоторые вид товаров в четвертом квартале, – полагает аналитик агентства «Инвесткафе» Антон Сафонов. – В частности, сильно упали цены на плодоовощную продукцию, макароны и крупы, также снижались цены на муку, сахар, мясо птицы».

Судя по текущим тенденциям, в первом квартале 2012 года прожиточный минимум снижаться не будет, так как заметное снижение цен сейчас наблюдается только на крупы, отмечает Сафонов. «При этом во втором полугодии нас ждет ускорение инфляции, но стоимость плодоовощной продукции также будет снижаться», – полагает он.

Аналитик компании «ТКБ Капитал» Сергей Карыхалин считает, что отложенный на лето рост тарифов приведет к ускорению инфляции. «Причем это касается и продовольственных, и непродовольственных товаров, а также услуг, – говорит он. – Поэтому во втором полугодии можно ожидать роста прожиточного минимума».

«Уже летом ситуация начнет меняться, – уверена Воробьева. – Традиционно в конце лета и осенью цены на продукты питания снижаются в связи с новым урожаем, поэтому для роста прожиточного минимума нет оснований. Однако в этом году этот фактор вряд ли сыграет свою роль. С июля прожиточный минимум наверняка начнет расти из-за отложенного на второе полугодие повышения тарифов на жилищно-коммунальные услуги и транспорт».

ПРИЛОЖЕНИЕ

Вырваться из треугольника недоверия

Евгений Ясин: Когда профессии врача и учителя

становятся непригодными для жизни,

бесполезно развивать нефтедобычу

(«Российская газета» 03.04.2012)

ТАТЬЯНА ПАНИНА

Сегодня нет смысла сводить социальные программы только к помощи малоимущим, говорит научный руководитель НИУ "Высшая школа экономики" Евгений Ясин.

Довольно серьезно изменилась структура общества, вырос новый средний класс, объясняет он позицию экспертов университета. Однако экономисты не призывают сокращать соцрасходы бюджета, а, наоборот, предлагают сделать их более весомыми, но с учетом новых задач.

Эту тему тоже будут обсуждать на открывающейся сегодня в Москве международной научной конференции по проблемам развития экономики и общества. Ее проводит НИУ "Высшая школа экономики" при участии Всемирного банка и Международного валютного фонда. В форуме примут участие министры экономического блока российского правительства, помощник президента Аркадий Дворкович, старший вице-президент и главный экономист Всемирного банка Джастин Ифу Лин, профессор Стэнфордского университета, лауреат Нобелевской премии по экономике Кеннет Джозеф Эрроу и знаменитый ученый, американец индийского происхождения Дипак Лал. "Достаточно серьезная команда, - говорит Евгений Ясин. - Так что будет интересно".

Евгений Григорьевич, ваш университет уже в тринадцатый раз собирает апрельскую международную конференцию. Кажется, все темы обсудили. Какие еще вопросы накопились с последней встречи?

Евгений Ясин: У нас будет два пленарных заседания. Первая тема - актуальные социально-экономические проблемы развития и модернизации России. По поручению президента Высшая школа экономики и Академия народного хозяйства и госслужбы вместе с ведущими экспертами страны подготовили предложения, как доработать Стратегию-2020 с учетом ситуации, изменившейся из-за кризиса. Свой доклад мы уже передали в правительство, но продолжаем над ним работать. Думаю, эти материалы помогут разработать программу нового кабинета министров.

На втором пленарном заседании мы обсудим проблемы на более длительный период. Я, например, выступлю с докладом "Сценарии для России на долгосрочную перспективу".

По одному из них через 40 лет ВВП на душу населения в России может составить лишь треть от уровня развитых стран. Есть шанс избежать такого негативного сценария?

Евгений Ясин: Есть. Но надо повышать деловую активность в стране. Речь идет об обеспечении реального верховенства права, значительном снижении коррупции на основе общественного контроля, о самоограничении власти. Короче, о демократизации.

Политические риски, административное давление на бизнес - все это мешает сегодня технологической модернизации. И если ситуация не изменится, начатые преобразования могут закончиться банальной стагнацией. В своем докладе я особое внимание уделю так называемому треугольнику недоверия. Именно он создает препятствие для нашего развития, особенно в новых условиях, когда мы больше не можем рассчитывать на быстрый рост нефтяных цен и прирост трудовых ресурсов.

Насколько я понимаю, ключевое слово нашего успеха в будущем - это "доверие".

Евгений Ясин: Да. Надо создать нормальную обстановку "в треугольнике". Поднимать доверие бизнеса и общества к государству. Общества - к бизнесу. А государства - к бизнесу и обществу. Как? Вот это мы и обсудим на конференции. Это очень важная дискуссия, на мой взгляд, я бы даже поставил ее в рейтинге приоритетов выше, чем Стратегию-2020. Ведь без решения проблемы доверия мы не сможем выполнить ни один наш план.

У нас в стране крайне низкий уровень межличностного доверия. Люди не доверяют друг другу и одновременно публичным институтам. По данным Европейского социального обзора, получается, что в России из выборки двадцати европейских стран полиция, как публичный институт, занимает последнее место. Очень низкие показатели доверия к судебно-правовым органам. Вообще ко всем силовым структурам. Даже парламент и политические партии, которые у нас тоже не очень-то в чести, пользуются большим доверием, чем вся система силовых и правовых органов. Это, повторю, одна из самых главных проблем на предстоящие годы.

Итоговым докладом по Стратегии-2020 вы полностью довольны, хотели бы что-то добавить?

Евгений Ясин: Всегда можно что-то добавить. Я принимал участие в первой главе доклада, все остальное писали мои коллеги. Но, когда прочитал весь документ, то картина получалась довольно убедительная. По нынешним временам, это на редкость полный обзор ключевых проблем российской экономики и общества.

И я твердо убежден, что другого мало-мальски дельного варианта развития страны нет. В докладе взаимосвязаны действия по целому ряду направлений. С одной стороны, по проблемам верховенства права, изменения роли и порядка работы правоохранительных, следовательских, прокурорских, судебных и других органов. А с другой стороны, ситуация с местным самоуправлением. Какое решение примут президент и премьер? Я не берусь сейчас комментировать. Но рассчитываю на более или менее либеральный курс.

Сейчас много говорят о необходимости нового бюджетного маневра. Один из вариантов - снижение социальных расходов. А вы каким видите этот маневр?

Евгений Ясин: Мы как раз предлагаем сделать акцент на социальные проблемы, прежде всего основываясь на том, что структура общества претерпела довольно серьезные изменения. Вырос новый средний класс, и сводить социальные программы только к помощи бедным, как у нас было до сих пор, нет смысла. Мы должны думать о целостной структуре, которая способствует развитию страны.

Очень скоро пожилые люди, которые работают, обладают квалификацией, будут играть важную роль в жизни страны

Особое внимание необходимо обратить на образование, науку, здравоохранение. То есть на те сектора экономики, которые формируют и улучшают человеческий капитал. Это крайне важно для создания инновационной экономики. Мы должны прекратить рассматривать социальную сферу как некую дополнительную нагрузку к усилиям государства по развитию экономики, вооруженных сил, органов безопасности и т. д. Поэтому наше мнение: надо изменить те пропорции, в которых сегодня выстроен бюджет. Мы должны снизить доли расходов на оборону, безопасность, охрану порядка, на поддержку народного хозяйства. И в большей степени ориентироваться на новую социальную структуру, на формирование полноценного человеческого капитала. Личности! Одновременно решать все эти вопросы мы не сможем. Тем более что у нас на плечах тяжелейшим бременем висит пенсионная реформа.

Но некоторые эксперты уверяют, что катастрофической ситуации пока нет. И после кризиса надо вывести экономику на устойчивый рост, а потом и с остальным справиться будет легче.

Евгений Ясин: Вы, конечно, сию минуту можете ничего не делать по улучшению человеческого капитала. Но через 15 лет все это ударит по нам так, что мы будем потом два десятилетия разбираться.

По пенсионной реформе вы предлагаете, чтобы люди параллельно с работодателями сами перечисляли из зарплаты деньги на старость. Но тогда их заработки уменьшатся на 10-15 процентов, а они и так у нас невелики.

Евгений Ясин: Это, подчеркну, лишь одно из предложений. Сейчас за все - в Пенсионный фонд, на обязательное медицинское страхование - платит только работодатель. Эту нагрузку постоянно приходится увеличивать, что блокирует деловую активность, тормозит развитие экономики.

Мы, кстати, предлагаем сначала изыскать возможности для значительного повышения заработной платы в бюджетных отраслях. Прежде всего в образовании и здравоохранении. Один из ключевых вопросов, который поднимает ректор НИУ "Высшая школа экономики" Ярослав Кузьминов, это проблема эффективного контракта. Если врачи и учителя работают на государство и финансируются из бюджета, они должны получать не менее полутора средних зарплат в регионе. Преподаватели вузов - иметь двукратное превосходство. Это интеллигентные профессии, эти люди учат и лечат. Если они оцениваются ниже, чем те, кто занимается плавкой металла или производством станков, автомобилей, значит, именно так мы оцениваем наше здоровье и учебу наших детей.

Вы поймите: сегодня человеческий капитал, его качество играют очень важную роль для развития экономики, для благополучия страны. Наше население стареет, и в составе российских трудовых ресурсов с каждым годом будет все больше стариков. Да, программа материнского капитала, господдержка семей с детьми дадут какой-то эффект для повышения рождаемости, но радикально проблему старения нации это не решит. И здравоохранение прежде всего должно быть нацелено на повышение не просто продолжительности жизни, а здоровой жизни, на увеличение работоспособного возраста. Пожилые люди, которые работают, обладают соответствующими силами, квалификацией и будут играть важную роль в жизни страны. Мы также должны поднять престиж профессии врача, учителя. Если вы доведете ситуацию до того, что молодые люди будут считать их не пригодными для жизни и карьеры, то потом бесполезно поднимать металлургию.

Одно из предложений минфина, которое обсуждают в министерстве, поднять зарплату бюджетников за счет перевода их льгот в денежную форму. Как вам такой вариант?

Евгений Ясин: У меня нет четкого ответа на этот вопрос. Есть разные варианты - нужно их смотреть, проводить эксперименты. Мы определили стратегическую линию - стране нужна новая социальная политика. А это целый клубок вопросов, которые мы бесконечно откладываем, уделяя внимание нефтяным доходам.

Я, кстати, даже не исключаю, что надо просто увеличить денежную массу. И дать возможность людям, с одной стороны, получить приличные деньги, а с другой стороны, исходить из того, что они будут делать необходимые взносы на свои пенсии и медицинское страхование. И на жилье. Сегодня средняя заработная плата для 60 процентов населения недостаточна, чтобы люди могли в течение жизни купить себе новое жилье. Все квартиры, которые строили последние годы, в основном достались элитным группам.

Вы всегда после выборов говорите, что у власти открывается новое окно возможностей. Что она может и должна сделать сейчас?

Евгений Ясин: По большому счету, все задачи, которые мы поставили в докладе по Стратегии-2020, необходимо "просунуть" в это окно возможностей. Очень актуальная сейчас, например, проблема местного самоуправления. Я поражаюсь - почему все молчат? Оно у нас практически ликвидировано. В нашей стратегии этот вопрос освящен очень неплохо. Ясно, насколько задача актуальна. И это подтверждают бесконечные суды над мэрами. Надо возвращаться к этим вопросам. Мы не сможем повысить гражданскую и деловую активность людей, если не будем серьезно заниматься развитием местного самоуправления.

Генеральская сдача

(«Деньги» № 13/02)

АННА ВАСИЛЬЕВА

Покидающий свой пост губернатор Московской области Борис Громов оставляет худшее из наследств, когда-либо переходивших российским губернаторам. Многомиллиардные долги бюджета, запущенная криминогенная обстановка, лавина земельных конфликтов — это лишь часть проблем, которые придется решать его преемнику.

68-летний генерал Борис Громов, занимавший пост губернатора Московской области с 2000 года,— последний из политических старожилов, его замена — последняя точка в разгроме этой когорты губернаторов. Живучесть Громова на этой должности вообще-то остается загадкой. С 2008 года не самый бедный, казалось бы, регион России находится на грани дефолта, и все это время аналитики объясняли, что лишь после того, как финансовые дела области пойдут в гору, Громова снимут, хотя никто и не спорил, что его команда до такого положения область и довела. Впрочем, в конце концов это все-таки случилось. В прошлом году бюджет Московской области впервые за четыре года вышел в профицит, а уровень долга составил "всего" 42% от доходов. В связи с этим в конце прошлого года международное рейтинговое агентство Moody`s Investors Service повысило рейтинг Подмосковья по глобальной шкале с B1 до Ba3, а губернатор получил милостивое разрешение досидеть до мая свой последний срок и уйти. Возможно, в пакете соглашений было зарыто и непротивление строптивого некогда генерала планам создания Большой Москвы. Во всяком случае, принятое в прошлом году решение, по которому Москве отходит почти 150 тыс. га за счет юго-западных земель Подмосковья, Громов воспринял смиренно, заметив лишь, что область потеряет 25-32 млрд руб. налогов, но так тому, видать, и быть.

А вот преемнику Громова смирение в качестве рабочего инструмента пригодится едва ли. Теперь ему предстоит разбираться с огромным ворохом проблем, в первую очередь экономических.

Подмосковная МММ

Громов начал свое правление в области с экономического скандала: он затеял войну с Гута-банком, которому ранее подмосковное правительство задолжало часть от общего долга в 12,5 млрд руб. Громов попросту отказался выплачивать деньги, обвинив банк в незаконных финансовых махинациях. Однако позже конфликт был улажен. Во многом благодаря новому министру финансов — бывшему топ-менеджеру обанкротившегося Инкомбанка Алексею Кузнецову, которому предстояло сыграть одну из главных ролей в процессе обнищания Подмосковья. Для начала он предложил создать на 5 млн руб. из резервного фонда областной инвестиционный фонд — Московскую инвестиционную трастовую компанию (МОИТК), вскоре превратившуюся попросту в машину по печатанию денег для нужд области. Схема была проста: губернатор решает что-то построить, но денег нет и занять их нельзя — согласно жестким нормативам Минфина, регламентирующим предельные объемы долговой нагрузки на каждый регион. Тогда эти деньги занимаются через МОИТК. Кредиты банки давали легко, пребывая в уверенности, что область все возместит. Годы шли, в Подмосковье появлялись сотни разнообразных строений, включая крытый горнолыжный комплекс, здание областного правительства и крупнейшую в Европе санно-бобслейную трассу близ деревни Парамоново, которая обошлась области более чем в 1 млрд руб. После МОИТК появились "Мособлгаз" (занимал деньги на реконструкцию старых подмосковных котельных), "Мострансавто" (на закупку новых автобусов), "Энергоцентр" (на строительство электроподстанций). Вдохновленный успехом Кузнецова министр строительства Александр Горностаев создает Ипотечную корпорацию Московской области (ИКМО), которую возглавил один из боевых товарищей Громова — полковник Владимир Мальцев. Вскоре у ИКМО появляется "дочка" — Московское областное ипотечное агентство (МОИА), которое начинает размещать на открытом рынке облигации, деньги от которых идут в качестве займов к ИКМО. Организатором выпуска выступает компания жены министра финансов Жанны Буллок "РИГрупп-Финанс", получающая по 3% от суммы очередной эмиссии. В итоге складывается классическая финансовая пирамида: гасить ранее принятые обязательства областные "дочки" могли только путем привлечения новых долгов.

В итоге накануне кризисного 2008 года Громов делает, наверное, последние заявления о хорошем экономическом росте в регионе и доходной части бюджета на уровне 350 млрд руб. Тогда он, кстати, увеличивает дотации на развитие спорта, по которому через несколько лет будет легко понять, насколько оптимистичными оказались докризисные планы: финансируемый из бюджета области футбольный клуб "Сатурн" в конце 2010 года будет признан банкротом, а еще через год выяснится, что Подмосковье не будет принимать чемпионат мира по футболу 2018 года из-за отсутствия нового стадиона.

Тяжелая година

В 2008 же году все начинается с исчезновения Кузнецова. Через несколько месяцев его обвинят в хищении примерно 3 млрд руб., нанесении ущерба области в размере 27 млрд руб., а также в передаче принадлежащих области ценных активов компании "РИГрупп-Финанс". Сразу начались дефолты по облигациям подмосковных "дочек" МОИТК. Вслед за Кузнецовым уходит вице-губернатор Алексей Пантелеев, товарищ по афганской службе Громова. Пантелеев, впрочем, уходит из области недалеко, заняв место представителя Подмосковья в сенате, и этот факт побуждает общественность заподозрить Громова в желании обезопасить боевого товарища от возможных претензий к его работе на посту первого заместителя губернатора.

К концу 2008 года кредитный рейтинг Московской области опустился с уровня В - до SD, что означает выборочный дефолт: заемщик не выполняет определенное долговое обязательство при продолжении выплат по другим. Спасать областной бюджет приходится федеральному — выделяется 6 млрд руб. Благодаря этой поддержке начата реструктуризация долгов МОИТК. Тем не менее к октябрю 2009 года долг области перед заемщиками составлял около 60% от объема собственных доходов. А еще через несколько месяцев, весной 2010 года, долги Московской области почти сравнялись с ее доходами: они составили 163,7 млрд руб., что превышает 93% всего объема собственных доходов областного бюджета. Представители Счетной палаты обвинили правительство Подмосковья в неэффективном управлении финансами, аналитики — в коррупции и воровстве.

Криминал сверху донизу

Не имеющее официальной столицы Подмосковье с начала нулевых легко могло бы перенять у утратившего этот титул Санкт-Петербурга звание криминальной столицы России. Криминал пронизывает область сверху донизу. За последние 10 лет в Московской области убиты восемь мэров, совершены покушения на десятки их заместителей, глав поселковых советов, начальников финансовых служб и других чиновников. Об уровне коррупции этот факт говорит как нельзя красноречивей. Рекордное среди всех российских регионов количество глав муниципалитетов оказалось под следствием. Этот факт, впрочем, менее красноречив: очень похоже на то, что часть уголовных дел носят заказной характер и являются следствием, например, носящего также особо острый здесь характер противостояния между силовыми ведомствами. Апофеозом противостояния стала прошлогодняя история с закрытием сети подпольных казино, принадлежащих бизнесмену Ивану Назарову. Впоследствии выяснилось, что активными участниками и покровителями нелегального бизнеса были сотрудники прокуратуры, которые параллельно успевали строить в Подмосковье рестораны, заводы и создавать строительные компании.

О том, что количество уголовных дел против мэров подмосковных городов еще не означает их качества, говорит тот факт, что до сих пор правоохранительные органы не имеют претензий к мэру Химок Владимиру Стрельченко.

За последние годы в Химках были избиты представители всех трех главных независимых газет: главный и выпускающий редакторы газеты "Гражданский форум" Юрий Гранин и Юрий Слюсарев, главный редактор издания "Гражданское согласие" Анатолий Юров и журналист издания Виталий Кузьмин; а главный редактор "Химкинской правды" Михаил Бекетов стал в результате избиения инвалидом. И обвинения в том, что за всеми этими делами стоят люди Стрельченко, звучат со всех сторон.

Как и многие другие ставленники Громова, Стрельченко входит в "Боевое братство". Многие жители Подмосковья уверены, что с начала нулевых годов эта организация потеснила все местные разрозненные ОПГ и создала свои криминальные схемы.

Земля на вынос

Главное богатство Подмосковья, как известно, земля — самая дорогая в России. Буквально на глазах подмосковная земля тоже превращается в одну из главных проблем области.

Скупка подмосковной земли началась сразу после принятия в 2002 году закона "Об обороте земель сельхозназначения": фирмы, ставшие со временем крупнейшими землевладельцами, были зарегистрированы в том же году и моментально приступили к действиям. Несовершенством законодательства, в частности, объясняется чрезвычайно высокая коррупционная емкость этих процессов. Участники того этапа скупки земли рассказывают, что ни одного гектара невозможно было приобрести, не заручившись поддержкой руководителей колхозов или совхозов, сельских поселений, регистрационной и кадастровой палат. В то же время ни одного гектара невозможно было купить таким образом, чтобы в будущем исключить возможность судебных тяжб. Сегодня практически вся подмосковная земля раскуплена полутора десятками крупных компаний, а тяжбы и земельные споры с привлечением "артиллерии разных калибров" нарастают в геометрической прогрессии.

Есть основания полагать, что команда Громова также имела отношение к некоторым из этих фирм. Известно, например, что вошедший в тройку крупнейших подмосковных землевладельцев банк "Абсолют" вел скупку паев с помощью компании "Регион-Р" — коммерческого подразделения "Боевого братства". Впрочем, гадать об истинных бенефициарах этого проекта уже поздно, поскольку прибыль свою они уже зафиксировали, продав банк в 2007 году бельгийской группе KBC за €760 млн. По некоторым данным, особым покровительством "Боевого братства" пользовалась также компания "Агроимпэкс" братьев Сиваков, получившая в собственность сотни гектаров земли в разных районах Подмосковья.

Таким образом, подмосковные чиновники на скупке земель довольно лихо обогатились, а вот областной бюджет от продажи этих богатств выиграл не сильно. Довольно много было скандалов, связанных с аукционами по продаже принадлежащих области участков. Так, в 2007 году лесные участки рядом с Рублево-Успенским шоссе продавались на закрытом аукционе по стартовой стоимости 600 руб. за сотку, а в апреле 2009 года 140 га знаменитого Черниговского леса под Сергиевым Посадом поступили в долгосрочную аренду по 1 тыс. руб. за сотку в год. Победителями стали районные чиновники, милиционеры, прокуроры и нотариусы.

Далее по списку

Следом, конечно, можно перечислять социальные, экологические, транспортные и все прочие существующие в природе проблемы.

Ездить из Подмосковья в Москву стало практически невозможно. Помимо растущих на всех трассах пробок в январе 2010 годы были отменены транспортные льготы, в том числе на проезд в электричках. И даже при этом прошлой зимой при обильных снегопадах денег на своевременную уборку железнодорожных полос не хватило — жители Подмосковья часами простаивали в остановившихся электричках.

Существует огромная проблема с жильем. Обманутых дольщиков в Подмосковье больше, чем в столице, социальное жилье строится медленней. В частности, опять же из-за коррупции. В прошлом году перед судом предстал один из участников преступной группы, которая в годах систематически похищала средства упомянутой выше ИКМО, инвестированные областным правительством в строительство жилья. Персонально его обвинили в хищении 1 млрд руб., остальные участники схемы — в розыске.

Подмосковное ЖКХ, можно сказать, находится в образцово-катастрофическом состоянии. После ледяного дождя, оборвавшего гнилые провода по всему Подмосковью, чиновники от энергетики осмелели настолько, что попросили у Путина триллион рублей. Владимир Владимирович, правда, решил, что это такая детская игра про то, кто знает самое большое число, и дал на все про все 5 млрд руб. И к концу прошлого года Генпрокуратура опять признала область неготовой к отопительному сезону. Страшнее зимы для Подмосковья — лето. Возросшая как минимум в два раза смертность в Москве летом 2010-го, после страшного смога от горящих торфяников, вынудила федеральный центр выделить сотни миллионов рублей на обводнение торфяников и покупку противопожарной техники. И летом 2011 года ситуация повторилась — правда, уже не в таких масштабах.