Редакционный совет «Судебного вестника» (стр. 2 )

В состав комиссии включаются также представители органов, уполномоченных на проведение государственного контроля и надзора в сферах санитарно-эпидемиологической, пожарной, промышленной, экологической и иной безопасности, защиты прав потребителей и благополучия человека, на проведение инвентаризации и регистрации объектов недвижимости, находящихся в городских и сельских поселениях, других муниципальных образованиях, в необходимых случаях органов архитектуры, градостроительства и соответствующих организаций.

К работе в комиссии привлекается с правом совещательного голоса собственник жилого помещения (уполномоченное им лицо), а в необходимых случаях - квалифицированные эксперты проектно-изыскательских организаций с правом решающего голоса.

Приведенные в приложениях №№ 1, 2 к Положению формы заключений о признании жилого помещения пригодным (непригодным) для постоянного проживания и акта обследования помещения предусматривают участие приглашенного собственника помещения или уполномоченного им лица при составлении заключения и проведении межведомственной комиссией обследования помещения.

Таким образом, из содержания указанных положений действующего законодательства следует, что привлечение собственника жилого помещения к работе межведомственной комиссии при рассмотрении вопроса о признании дома непригодным для проживания является обязательным.

Как усматривается из материалов дела и не отрицается сторонами, в нарушение приведенных норм Положения к работе межведомственной комиссии не были привлечены собственники квартиры № *** жилого дома по ул. Р***, д. *** в г. Ульяновске – П-вы Г. С., Л. М., Д. Г.

Судебная коллегия считает данное нарушение установленного вышеуказанным Положением порядка признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу существенным, являющимся основанием для признания незаконным заключения межведомственной комиссии от 01.01.2001 № *** «О признании многоквартирного дома *** по ул. Р*** в г. Ульяновске аварийным и подлежащим сносу в связи с физическим износом в процессе эксплуатации».

Кроме этого, судебная коллегия находит обоснованными доводы апелляционной жалобы о необъективности технического заключения по состоянию основных несущих конструкций жилого дома *** по ул. Р*** в г. Ульяновске, выполненного -ПРОЕКТ», на основании которого было принято оспариваемое заключение межведомственной комиссии.

Согласно выводам указанного заключения техническое состояние конструкций объекта охарактеризовано как аварийное, указано на недопустимую глубину заложения фундамента, отклонение от вертикальности стен; сквозные трещины.

Однако данное заключение не содержит указания на способы определения указанных недостатков и повреждений, а также их размеры. Как следует из показаний опрошенного в суде апелляционной инстанции эксперта -ПРОЕКТ» Е., натурное обследование данного дома было проведено только путем его внешнего осмотра. Жилые и чердачные помещения данного дома ввиду отсутствия доступа в них не осматривались. Глубина заложения фундамента и величина отклонения от вертикальности стен путем проведения соответствующих измерений фактически не определялись. Более того, эксперт пояснил, что определить, являются ли обнаруженные ими в стенах трещины сквозными, не представилось возможным, так как они не смогли осмотреть помещения дома изнутри.

Принимая во внимание данные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанное техническое заключение является необоснованным и его выводы не могли учитываться межведомственной комиссией при решении вопроса о признании многоквартирного дома *** по ул. Р*** в г. Ульяновске аварийным и подлежащим сносу.

Иными объективными доказательствами непригодности указанного жилого дома для проживания, его аварийности межведомственная комиссия при разрешении указанного вопроса не располагала.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия посчитала необходимым решение суда первой инстанции отменить полностью, постановить по делу новое решение, которым признать незаконным заключение межведомственной комиссии от 01.01.2001 № *** «О признании многоквартирного дома № *** по ул. Р*** в г. Ульяновске аварийным и подлежащим сносу в связи с физическим износом в процессе эксплуатации», и, соответственно, признать незаконным постановление администрации города Ульяновска от 01.01.2001 № *** «Об отселении из аварийного многоквартирного дома», основанное на незаконном заключении межведомственной комиссии.

Бремя содержания муниципального жилого помещения, предоставленного по договору социального найма, несет наймодатель

Х. обратился в суд с иском к администрации МО «Инзенское городское поселение» о признании недействительным договора на выполнение работ по газоснабжению и теплоснабжению его квартиры с рассрочкой платежа, возмещении материального и морального вреда.

В обоснование иска указал, что проживает с семьей в муниципальной квартире по адресу: Ульяновская область, г. Инза, ул. М***, д. ***, кв. ***. Летом 2011 года в его квартире были отрезаны трубы центрального отопления. Администрация города пообещала выполнить работы по устройству внутренних сетей теплоснабжения, однако до начала отопительного сезона работы выполнены не были. После наступления морозов ему было предложено заключить договор с МУП «Инзатеплосервис» на выполнение работы по газификации квартиры и замене внутренней системы отопления. Цена договора составиларуб. Он был вынужден заключить 25 октября 2011 года такой договор, так как в квартире из-за холода и отсутствия отопления нельзя было проживать. На свои средства он покупал радиаторы, трубы, соединительные элементы, кирпич для устройства дымохода, по договору уплатил 23 000 рублей. Работы по газификации квартиры МУП «Инзатеплосервис» были выполнены в декабре 2011 года с большими недостатками.

Полагая, что отопление в его неприватизированной квартире должно быть проведено за счет средств администрации МО «Инзенское городское поселение», Х. просил суд признать недействительным договор от 01.01.01 года на выполнение работ с рассрочкой платежа, заключенный с МУП «Инзатеплосервис», взыскать с администрации МО «Инзенское городское поселение» в его пользу материальный ущерб в размереруб., компенсацию морального вреда за причиненные неудобства в размереруб.

Инзенский районный суд Ульяновской области привлек к участию в деле в качестве соответчика муниципальное унитарное предприятие «Инзатеплосервис» и решением от 12 июля 2012 года в удовлетворении иска отказал.

В апелляционной жалобе Х. просил решение суда отменить и исковые требования удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на то, что наниматель вправе требовать возмещения своих расходов на устранение недостатков жилого помещения либо возмещения убытков, причиненных ненадлежащим исполнением своих обязанностей наймодателем.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в своем определении указала следующее.

Как видно из материалов дела, истец Х. с семьей на основании ордера № *** от 01.01.01 года, выданного администрацией города Инза, проживает в трехкомнатной квартире по адресу: Ульяновская область, г. Инза, ул. М***, д. ***, кв. ***.

До настоящего времени квартира является муниципальной собственностью. Расположена она на втором этаже четырехквартирного жилого дома.

25 октября 2011 года Х. был заключен с МУП «Инзатеплосервис» договор на выполнение работ по газоснабжению и теплоснабжению занимаемой истцом квартиры на сумму 65 740 руб. 10 коп., с рассрочкой платежа.

Пунктом 10.1 договора определены дата начала работ – 10.10.2011 и дата окончания работ – 25.10.2011.

В силу ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Заключенная сделка может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданким кодексом РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (ст. 166 ГК РФ).

в удовлетворении требований о признании договора от 01.01.01 года недействительным, суд правомерно исходил из того, что правовых оснований для этого установлено не было.

Решение суда в этой части судебная коллегия находит правильным.

Имеющимися в деле доказательствами подтверждено, что заключенный 25 октября 2011 года договор отвечает всем требованиям, предусмотренным нормами гражданского законодательства для его заключения.

Он заключен в требуемой письменной форме, в договоре указаны его предмет, цена договора, обязательства сторон, сроки его исполнения.

Как установлено судом, договор, хотя и с нарушением предусмотренных его условиями сроков, был исполнен, о чем свидетельствует акт выполненных работ на монтаж наружного газопровода и внутренней системы отопления квартиры, подписанный истцом.

о расторжении указанного договора и доводы его апелляционной жалобы сводятся к несогласию с проведением работ по газификации квартиры за его счет.

Суд апелляционной инстанции находит решение суда об отказе Х. во взыскании понесенных им расходов по газоснабжению и теплоснабжению квартиры незаконным по следующим основаниям.

Как указывалось выше, квартира, в которой проживает истец, является собственностью МО «Инзенское городское поселение».

Из технического паспорта на квартиру, составленного по состоянию на 24 марта 2009 года, следует, что квартира имеет центральное отопление, т. е. предоставление отопления вытекало из договора социального найма квартиры.

Как указывает Х., его квартира летом 2011 года наймодателем от центрального отопления была отрезана.

Альтернативной услуги по отоплению квартиры истцу предложено не было.

Согласно ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Ответственность наймодателя жилого помещения по договору социального найма предусмотрена статьей 66 Жилищного кодекса РФ.

В силу части первой указанной нормы закона наймодатель жилого помещения по договору социального найма, не исполняющий обязанностей, предусмотренных жилищным законодательством и договором социального найма жилого помещения, несет ответственность, предусмотренную законодательством.

При неисполнении или ненадлежащем исполнении наймодателем жилого помещения по договору социального найма обязанностей по своевременному проведению капитального ремонта сданного внаем жилого помещения, общего имущества в многоквартирном доме и устройств, находящихся в жилом помещении и предназначенных для предоставления коммунальных услуг, наниматель по своему выбору вправе потребовать уменьшение платы за пользование занимаемым жилым помещением, общим имуществом в многоквартирном доме, либо возмещение своих расходов на устранение недостатков жилого помещения и (или) общего имущества в многоквартирном доме, либо возмещение убытков, причиненных ненадлежащим исполнением или неисполнением указанных обязанностей наймодателя (часть вторая статьи).

Учитывая, что по вине администрации МО «Инзенское городское поселение», изменившей в одностороннем порядке условия договора социального найма, истцу Х. был причинен материальный ущерб в виде понесенных им расходов по газификации квартиры, требования истца о взыскании с ответчика указанных расходов подлежат удовлетворению.

Доводы представителя администрации МО «Инзенское городское поселение» и выводы суда в решении о том, что отключение отопления в квартире истца произведено по его личному заявлению, основанием для освобождения наймодателя от обязанностей по возмещению нанимателю убытков в связи с односторонним отказом от исполнения обязательств по договору, являться не может.

Согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Каких-либо соглашений с истцом о проведении газификации квартиры за его счет администрацией муниципального образования достигнуто не было.

При таких обстоятельствах решение суда об отказе в удовлетворении требований истца о взыскании материального ущерба подлежит отмене с постановлением нового решения о взыскании с администрации МО «Инзенское городское поселение» в пользу Х. 42 289 руб.

Расходы истца по газификации квартиры на указанную сумму подтверждены имеющимися в материалах дела доказательствами.

Поскольку статьей 98 ГПК РФ предусмотрено возмещение понесенных стороной по делу судебных расходов, то судебная коллегия полагает необходимым взыскать с администрации МО «Инзенское городское поселение» в пользу Х. возврат уплаченной истцом госпошлины в сумме 1486 руб. 67 коп.

Так как оснований для расторжения договора по газоснабжению и теплоснабжению от 01.01.01 года судом не установлено, то истец не лишен права на возмещении последующих расходов, связанных с исполнением обязательств по указанному договору.

Согласно ст. 37 ЖК РФ собственник помещения в многоквартирном доме не вправе осуществлять выдел в натуре своей доли в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме, отчуждать свою долю в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме, а также совершать иные действия, влекущие за собой передачу этой доли отдельно от права собственности на указанное помещение

Ц-ва В. А. и Ц-в В. С. обратились в суд с уточненными в ходе рассмотрения дела требованиями к Я-ну С. Н., Я-ной Т. Н., Я-ной Е. Н., К-вой Т. П., К-вой А. С., К-ву С. А., Г-ву В. П., Г-вой Г. А. о прекращении права общей долевой собственности на долю домовладения по адресу: г. Ульяновск, пр. Н***, ***, с выделением вновь образованной квартиры; выделе из общей долевой собственности земельного участка при домовладении.

Требования мотивировали тем, что им на праве общей долевой собственности (доля в праве каждого 25/200) принадлежит указанное домовладение, сособственниками которого являются ответчики. Их доли и доли сособственников соответствуют 4-м квартирам, каждая из которых имеет самостоятельный выход на земельный участок. Площадь участка при домовладении составляет 1594,63 кв. м, соглашение о способе и условиях его раздела с ответчиками не достигнуто, так как в пользовании у собственников находятся участки, которые не пропорциональны площади квартир.

Ссылаясь на ст. ст. 252, 304 ГК РФ, просили прекратить право общей долевой собственности на домовладение и признать право собственности на соответствующую их доле в праве общей собственности квартиру № 2, выделить в из состава участка при домовладении земельный участок площадью 393,32 кв. м.

Ленинский районный суд г. Ульяновска привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Росреестра по Ульяновской области и, рассмотрев заявленные требования по существу, решением от 01.01.01 года в удовлетворении иска отказал.

В апелляционной жалобе Ц-ва В. А. и Ц-в В. С. просили решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении исковых требований. Указали на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, поскольку суд не принял во внимание, что на протяжении длительного периода времени с другими сособственниками ведутся споры, связанные с содержанием домовладения и земельного участка. Они, истцы, обратились в суд с требованием о выделе в натуре доли жилого дома, так как желают нести бремя содержания только принадлежащего им имущества. Отсутствие у других собственников желания изменить статус объекта недвижимости на квартиры не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска. У всех четырех квартир, входящих в состав домовладения, имеется самостоятельный выход на земельный участок. Согласно письму администрации города Ульяновска от 01.01.2001 участок сформирован и поставлен на кадастровый учет, из чего следует, что собственники домовладения являются собственниками земельного участка в силу закона.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда не нашла оснований к отмене решения суда.

В соответствии со ст. 327.1. ГПК РФ судебная коллегия проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Материалами дела установлено, что Ц-вой В. А. и Ц-ву В. С. на праве общей долевой собственности (доля в праве каждого 25/200) принадлежит двухэтажный жилой дом общей площадью 229,63 кв. м с принадлежностями, расположенный по адресу: г. Ульяновск, пр. Н***, д. ***. Указанным долям соответствует занимаемая истцами квартира № 2.

Сособственниками указанного жилого дома являются Я-н С. Н., Я-на Т. Н., Я-на Е. Н. (доля в праве каждого 25/300), К-в С. А., К-ва Т. П., К-ва А. С. (доля в праве каждого 25/300), Г-в В. П., Г-ва Г. А. (доля в праве каждого 25/200).

Право собственности у названных лиц возникло в порядке приватизации. Занимаемые ими и соответствующие долям в праве общей долевой собственности квартиры имеют самостоятельные выходы на земельный участок.

Постановлением главы города Ульяновска от 01.01.01 г. № *** была утверждена схема расположения земельного участка по адресу: г. Ульяновск, пр. Н***, ***, на кадастровом плане (карте); участок поставлен на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера 73:24:040302:***.

Разрешая предъявленные Ц-выми требования о выделе в натуре их доли в доме и в земельном участке, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства и пришел к выводу об их необоснованности.

Этот вывод мотивирован, соответствует собранным по делу доказательствам, и основания для признания его неправильным отсутствуют.

Согласно положениям п. 1 ч. 2 ст. 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации объектами индивидуального жилищного строительства признаются отдельно стоящие жилые дома с количеством этажей не более чем три, предназначенные для проживания одной семьи.

Порядком оформления технического паспорта объекта индивидуального жилищного строительства, утвержденным Приказом Минэкономразвития России от 01.01.2001 г. № 000 «Об утверждении формы технического паспорта объекта индивидуального жилищного строительства и порядка его оформления организацией (органом) по учету объектов недвижимого имущества», установлены состав сведений и перечень характеристик об объекте индивидуального жилищного строительства, которые необходимы для проведения технической инвентаризации такого объекта.

Соответственно, критерии, характеристики, признаки объекта индивидуального строительства определены действующим законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем согласно ч. 2 ст. 16 ЖК РФ жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

Понятие многоквартирного дома Жилищным кодексом Российской Федерации не определено. При этом в соответствии с п. 6 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 01.01.2001 г. № 47, многоквартирным домом признается совокупность двух и более квартир, имеющих самостоятельные выходы либо на земельный участок, прилегающий к жилому дому, либо в помещения общего пользования в таком доме.

Вместе с тем согласно п. 2 ч. 2 ст. 49 Градостроительного кодекса РФ жилыми домами блокированной застройки признаются жилые дома с количеством этажей не более чем три, состоящие из нескольких блоков, количество которых не превышает десяти и каждый из которых предназначен для проживания одной семьи, имеет общую стену (общие стены) без проемов с соседним блоком или соседними блоками, расположен на отдельном земельном участке и имеет выход на территорию общего пользования. Таким образом, существенным признаком жилых домов блокированной застройки, отличающим их от объектов индивидуального жилищного строительства, является наличие выхода для каждого из блоков на территорию общего пользования.

Таким образом, многоквартирным домом признается совокупность двух и более квартир, имеющих самостоятельные выходы либо на земельный участок, прилегающий к жилому дому, либо в помещения общего пользования в таком доме; многоквартирный дом содержит в себе элементы общего имущества собственников помещений в таком доме в соответствии с жилищным законодательством. Исходя из статьи 16 ЖК РФ к многоквартирным домам не относятся жилые дома – индивидуально-определенные здания, которые состоят из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

Из приведенных нормативных правовых актов следует, что многоквартирный дом является жилым, а по своей конструкции может быть блокированной застройки и неблокированной застройки.

Иными словами, жилые дома блокированной застройки относятся к многоквартирным домам, несмотря на то, что принципиальным отличием жилых блоков в домах блокированной застройки от квартир является возможность выхода на территории общего пользования, а также в ряде случаев отсутствие помещений общего пользования многоквартирного дома.

В силу изложенного, жилой дом № *** по пр. Н*** в г. Ульяновске, несмотря на оформление за сторонами по делу права общей долевой собственности на него, а не права собственности на квартиры, является многоквартирным.

Данные выводы подтверждаются также тем фактом, что до передачи этого объекта недвижимости в муниципальную собственность на балансе он был учтен как четырехквартирный жилой дом, семья истцов и семьи ответчиков вселялись в него по ордерам на право занятия квартир.

В соответствии с п. 2 ст. 36 ЗК РФ в существующей застройке земельные участки, на которых находятся сооружения, входящие в состав общего имущества многоквартирного дома, жилые здания и иные строения, предоставляются в качестве общего имущества в общую долевую собственность домовладельцев в порядке и на условиях, которые установлены жилищным законодательством.

Статьей 36 ЖК РФ установлено, что земельный участок, на котором расположен дом, входит в состав общего имущества в многоквартирном доме. Общее имущество в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности собственникам помещений в многоквартирном доме.

Статья 252 ГК РФ предусматривает право собственника доли в общем имуществе на ее выдел (пункт 2), а если такой выдел не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, – право выделяющегося собственника на выплату стоимости его доли другими участниками долевой собственности (абзац второй пункта 3).

К случаям, когда выдел доли не допускается законом, относится проживание в многоквартирном доме.

Согласно ст. 37 ЖК РФ собственник помещения в многоквартирном доме не вправе: осуществлять выдел в натуре своей доли в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме; отчуждать свою долю в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме, а также совершать иные действия, влекущие за собой передачу этой доли отдельно от права собственности на указанное помещение.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает необходимым согласиться с выводами суда первой инстанции, не нашедшего оснований для удовлетворения исковых требований Ц-вых.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами суда на правильность принятого решения не влияют, поскольку основаны на ошибочном толковании закона.

Обстоятельства дела исследованы с достаточной полнотой, всем представленным доказательствам дана правовая оценка, которая сомнений в своей правильности не вызывает. Нарушений норм материального и процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену либо изменение судебного постановления, не усматривается.

В этой связи решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

В соответствии со ст. 31 Закона РФ № 000-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» иждивенцами считаются члены семьи умершего, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию

К-ва Ф. обратилась в суд с заявлением об установлении факта нахождения на иждивении супруга К-ва Р. А., умершего 12.03.1996.

В обоснование заявления указала, что с 09.03.1962 находилась в зарегистрированном браке с К-вым Р. А. С 01.04.1992 по настоящее время является нетрудоспособной в связи с выходом на пенсию по возрасту. До 12.03.1996 она постоянно проживала вместе с мужем, который являлся офицером запаса и получал пенсию в размере руб. Пенсия супруга являлась основным источником ее существования. Установление факта нахождения на иждивении необходимо ей для назначения пенсии по случаю потери кормильца.

Решением Засвияжского районного суда г. Ульяновска от 28 июня 2012 года заявление К-вой Ф. удовлетворено, установлен факт ее нахождения на иждивении супруга К-ва Р. А.

Управление Пенсионного фонда РФ в Засвияжском районе г. Ульяновска в апелляционной жалобе просило решение суда отменить и оставить заявление К-вой Ф. без рассмотрения, поскольку в данном случае имеет место спор о праве.

Рассмотрев дело в апелляционном порядке, судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда решение суда первой инстанции отменила по следующим основаниям.

Суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций (ч.1 ст.264 ГПК РФ).

В соответствии с п.2 ч.2 ст.264 ГПК РФ суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.

Судом установлено, что К-ва Ф. являлась супругой К-ва Р. А., состояла с ним в зарегистрированном браке с 09 марта 1962 года. Супруг заявительницы умер 21 марта 1996 года.

К-в Р. А. проходил военную службу по контракту в органах МВД с 01.10.1952 по 17.01.1978, вышел на пенсию в должности капитана, получал пенсию за выслугу лет с 1978 года по день смерти, на дату смерти размер пенсии составлял руб.

К-ва Ф. с 01.04.1992 является получателем трудовой пенсии по старости, размер которой на день смерти К-ва Р. А. составлял руб. (с 01.02.1996).

Кроме того, в период с 01.01.1995 по 31.06.1996 К-ва Ф. Г. работала в КЗСН администрации Мелекесского района, средняя заработная плата за 1995 год составила 171 885 руб., за 1996 год – 219 132 руб., по состоянию на март 1996 год – 291 974 руб.

Порядок пенсионного обеспечения лиц, проходивших военную службу, регулируется Законом РФ от 01.01.01 г. № 000-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" (далее – Закон № 000-1).

В соответствии с абз. 3 п. «а» ст.1 Закона № 000-1 его действие распространяется также на лиц рядового и начальствующего состава, проходивших службу в органах внутренних дел РФ.

В случае гибели или смерти этих лиц их семьи при наличии соответствующих условий приобретают право на пенсию по случаю потери кормильца.

Согласно ст. 28 Закона № 000-1 пенсия по случаю потери кормильца семьям пенсионеров из числа указанных лиц назначается, если кормилец умер в период получения пенсии или не позднее пяти лет после прекращения выплаты ему пенсии.

В силу ст. 29 Закона № 000-1 право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) указанных лиц, состоявшие на их иждивении.

Нетрудоспособными членами семьи считаются отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами (пункт «б»).

Иждивенцами в соответствии со ст. 31 Закона РФ № 000-1 считаются члены семьи умершего, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Членам семьи умершего, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, может быть назначена пенсия по случаю потери кормильца.

Удовлетворяя требования К-вой Ф., суд первой инстанции, исходя из справок, представленных заявительницей о том, что ее пенсия была меньше пенсии мужа, свидетельских показаний ее родных сестер, пришел к выводу, что получаемая заявительницей от супруга помощь была для неё постоянным и основным источником средств к существованию.

При этом судом не была учтена справка о заработной плате заявительницы за гг., согласно которой К-ва Ф. имела самостоятельный источник дохода и в совокупности с размером получаемой ею пенсии, ее доход был больше, чем доход супруга.

Поскольку иных доказательств в подтверждении того, что получаемая помощь от супруга являлась для заявительницы основным источником средств к существованию, ею не представлено, судебная коллегия, исходя из имеющихся в деле доказательств, приходит к выводу о том, что К-ва Ф. не находилась на иждивении у К-ва Р. А.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

При установленных по делу обстоятельствах решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем оно подлежит отмене, с постановлением по делу нового решения об отказе К-вой Ф. в удовлетворении требований в полном объеме.

Разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении (п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»)

Общество с ограниченной ответственностью обратилось в суд с заявлением о замене на него истца по гражданскому делу по иску БАРС» БАНК к К-ну Д. В., Я-ву И. А., А-ву А. А., К-ну В. В. о досрочном расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество.

Заявление мотивировано тем, что 15 октября 2007 г. на основании решения Заволжского районного суда г. Ульяновска по упомянутому делу был выдан исполнительный лист на взыскание с К-на Д. В. задолженности по кредитному договору. В соответствии с договором уступки прав (требований) от 24 ноября 2011 г. БАРС» БАНК уступило права по указанному исполнительному документу.

Определением Заволжского районного суда г. Ульяновска от 01.01.01 года в удовлетворении заявления отказано.

В частной жалобе поставило вопрос об отмене данного определения как незаконного и необоснованного. При этом указало о своем несогласии с выводами суда, сославшегося в обоснование отказа в удовлетворении ходатайства о замене стороны на п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 17 от 01.01.01 г. «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», согласно которому Законом РФ «О защите прав потребителей» не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении. Приведенное разъяснение следует применять при разрешении дела по спорам об уступке требований, а не при рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве в рамках дела о взыскании задолженности по кредитному договору.

Законодательство о защите прав потребителей не регулирует отношения между потребителем и банком в части передачи права требования по кредитному договору, в связи с чем суду при разрешении ходатайства необходимо было руководствоваться главой 24 ГК РФ, регулирующей отношения по уступке требования кредитором другому лицу, либо договором. Анализ правового регулирования отношений, возникающих на основании кредитного договора, свидетельствует об отсутствии препятствий для уступки кредитором права требования в отношении заемщика, в том числе физического лица, третьим лицам, независимо от наличия у них лицензии на осуществление банковских операций по выдаче кредитов.

Уступку прав требования по обязательствам, вытекающим из кредитного договора, можно соотнести с сущностью денежного обязательства, которое не носит личного характера, – уплата кредитору определенной денежной суммы в срок всегда признается надлежащим исполнением денежного обязательства, от кого бы она ни исходила, а требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора.

В жалобе также указано на противоречие изложенных в определении суда первой инстанции выводов толкованию закона, данному Президиумом ВАС РФ в информационном письме от 01.01.01 г. № 000 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Рассмотрев дело в апелляционном порядке, судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда не нашла оснований для отмены определения суда.

Статьей 44 ГПК РФ установлено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица
, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником.

Как следует из материалов дела, решением от 01.01.01 г. Заволжского районного суда г. Ульяновска были удовлетворены частично требования БАРС» БАНК – в его пользу с К-на Д. В. и А-ва А. З. взыскана в солидарном порядке задолженность по кредитному договору от 01.01.01 г., обращено взыскание на принадлежащий К-ну В. В. и являющийся предметом залога автомобиль.

По договору от 01.01.01 г. БАРС» БАНК уступило право взыскания задолженности по выданным на основании указанного решения суда исполнительным листам .

Установив, что заключенным с К-ным Д. В. 24 ноября 2005 г. кредитным договором не было предусмотрено право банка передавать право требования по кредитному договору лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о замене стороны в гражданском деле.