Теория нормы и теория сверхнации (стр. 2 )

«ВОЛЯ БОЖЬЯ»

  «На всё воля божья», – говорят те, кто верит. Или, по крайней мере, заявляют, что верят они. Верят в высшую силу, именуемую Богом, который якобы создал в своё время Землю и всё, что на ней, а сейчас мудро руководит всем и всеми откуда-то сверху. И, перекрестившись и воздев очи к небу, как бы обращаясь к тому, чьё имя только что было упомянуто, идут они своей дорогой, и дальше готовые оправдать этой самой «волей» всё происходящее. Любые злодеяния, любое мракобесие оправдают и даже возведут в ранг добродетели они: так хочет Он!
  «Есть высшая сила, и, создав всех нас, она управляет нами», – заявляют они, и вновь поднимают глаза к небу, как бы обращаясь к этой самой силе. Она наверху, высоко над всеми нами. Она всемогуща, судьба мира – в её руках. Не пытайся противостоять ей – всё предначертано, и ты бессилен что-  либо изменить. Покорись и слушай, что говорят тебе провозвестники её!
  «Бог есть в каждом из нас», – заявляют они. Да, и особенно много его в тех, кто творит неприкрытое зло, уверовав в безнаказанность свою! Убийцы и мракобесы, чьи руки по локоть в крови, удивительным образом всегда находят оправдание любой жестокости своей. «…Лишь в некоторых Бог спит», – добавляют они. Превосходно! Спит и вряд ли когда-нибудь проснётся? Но что толку тогда с такого бога?
  «Бог есть на небесах, и оттуда он видит всё: все грехи одних и благочестие других», – много лет заявляли они, выдавая утверждения свои как непреложные и не подлежащие обсуждению, жестоко карая всех несогласных с ними. Ни один из них при этом ни разу не был на этих самых небесах и понятия не имел о том, как он выглядит, этот самый Бог, но, не раздумывая, продолжал утверждать сей бред и дальше. Когда же в двадцатом столетии полетел человек в космос и не нашёл там никакого Бога, ни Рая, ни Ада и вообще ничего, что хоть какое-то отношение имело бы к священным писаниям – ничуть не смущаясь, продолжили они нести в массы  ложь учений своих, бредовыми проповедями уводя сознание людское в дремучее болото незнания истинно происходящего. В обмане уличили их – но, не обратив никакого внимания на разоблачителей своих, спокойно повели они дело тотального одурачивания своего дальше. Почему так многие бездумно верят им?
  С детства известен всякому библейский сюжет об изгнании Адама и Евы из Эдема за то, что запретного плода, ослушавшись Всевышнего, вкусили они (Бытие, глава 3.). Но почему был сей плод запретен, для кого тогда предназначался он? И почему доступным сделал его Господь для вкусивших его? Адам и Ева, согласно священному писанию – прародители рода людского, от которых и зародилось некогда всё остальное человечество. Так, выходит, в наказание изначально существует всё человечество на планете Земля: «…за то, что ты… ел от дерева, о котором Я заповедовал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от неё во все дни жизни твоей…»(Бытие, глава 3: 17)? И за что несёт оно наказание сиё – за то, что решились прародители его на собственном опыте проверить правоту заповедей господних, дабы не было более никаких сомнений в них? Но разве не для этого была дана человеку способность мыслить, чтобы самому, своим разумом до всего дойти, самому решить, что есть добро и зло для него, самому зёрна от плевел отделить и на костях отбора этого высшее общество на Земле построить? Если всё не так – чем тогда от бессмысленных животных человек отличается, бездумную жизнь ведущих, если вечно Господь должен для него в роли няньки выступать, в роли поводыря, пастуха, стадо за собой ведущего – то стадо, что рано или поздно неизбежно под нож мясника отправлено будет? И даже, как из самого Священного писания свидетельствует, вовсе не сам факт ослушания подвинул Господа на изгнание то: не жаль ему было плодов запретных, но убоялся он создания своего, убоялся человека, явно способного ему уподобиться, в один ряд с ним встать, а затем – кто знает – возможно, и трона Всевышнего лишить: «…Адам стал как один из нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простёр он  руки своей, и не  взял также от дерева  жизни, и не вкусил, и не  стал жить вечно…»(Бытие, глава 3: 22.) Разум – в первую очередь знание предназначения своего, возможностей своих и места своего под солнцем и понимание всей вредоносности хотения чрезмерного – выходит, изначально неразумного человека создал Всевышний по образу и подобию своему? Сомнительна легенда об Адаме и Еве, сомнительна и легенда о Каине и Авеле: действительно ли способен так просто,  без раздумий,  решиться на  убийство тот, кому нечего делить с собратьями своими?
  Множество заповедей, говорят те, кто верит, придумано Богом для людей. Множество заповедей, нарушить которые никто не имеет права – страшный грех совершит он! И звучат они как будто красиво и призывают всех к высшей справедливости, к любви и праведности по отношению друг к другу: «Возлюби, не убий, не укради, не возжелай…» Но чему на самом деле учат они? «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всей душой твоею…»(«Евангелие от Матфея», 22: 37), – но что такого ценного этот самый Бог сделал для человека, чтобы  тот воспылал  к нему столь  пламенным чувством и всё сказанное безоговорочно на веру принял? То, что именно бог якобы создал человека и дал ему жизнь? Но раз решился он на такой шаг, значит – объективно понадобился ему «гомо сапиенс» на планете Земля? Стал бы он создавать того, кто не нужен? «Возлюби ближнего своего, как самого себя…»(«Евангелие от Матфея», гл. 22: 39) – но  присмотрись  к ближнему своему:  кто он? Не точит ли  он в этот самый момент нож на тебя? Не замышляет ли он очернить тебя в глазах других, дабы  возвыситься  самому,  не  хочет  ли  он  отнять  у  тебя  твоё,  уже тайком  предвкушая  обладание  этим?  «Мирись  с  соперником  своим, пока ты ещё на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, и не ввергли бы тебя в темницу: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь всё до последнего кодранта»( «Евангелие от Матфея», гл. 5: 25, 26), – а если соперник твой, почувствовав силу свою, не захочет примирения? И покорно, без борьбы, проиграешь ты соревнование – но чем он лучше тебя, что достоин победы? И судья – кто он, что изначально нужно опасаться встречи с ним? Способен он без колебаний, сговорившись с соперником твоим, спокойно ни за что осудить тебя – и что это за судья такой? Выходит, изначально продажен он, и на справедливость плевать ему – и с таким вот «вершителем правосудия» Священным именуемое писание потребует смириться от тебя? «И кто захочет судиться с тобой и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду»(«Евангелие от Матфея», гл. 5: 40) – а лучше вообще не появляйся на свет: ведь рано или поздно этот кто-то всё равно сживёт тебя, такого податливого, совсем за себя постоять неспособного, с него. «Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся»(«Евангелие от Матфея», гл. 5: 42), – но что завтра скажут тебе в ответ все эти просящие-хотящие, когда ты что-то попросишь у них? «Не укради», – но как быть с тем, кто сам нечестен с тобой? Обманом или властью своей, налогами или непомерными ценами на то, что необходимо тебе, нагло запустит он руку в карман твой, чтобы  лишить  тебя  твоим  же  трудом,  потом  и кровью,  заработанного – и недостойным посчитаешь ты при случае отплатить  ему  той же монетой?  «Не возжелай жены  ближнего своего…»(Исход, гл. 20: 17) – но что, если союз их давно  уже  дал  трещину?  Готов  пойти  ко  дну  их  парусник,  алые  паруса  которого  некогда  были  так  прекрасны,  и  готова  уже  женщина покинуть его,  дабы  найти себе новый  корабль – может быть,  это будет твой корабль? Был ошибкой союз их, и  лишь  возжелавший, появившись в  жизни их,  раскрыл  им  глаза  на  это.  А  иначе – ни  один  возжелавший, что бы он ни делал,  никогда в жизни не сможет пустить ко дну корабль их, гордо летящий по волнам. Ведь что наша жизнь – проба и эксперимент, только попробовав и испытав на себе, узнает любой, что ценно, а что преходяще. Так почему, по какому праву так называемый Господь лишает человека права, пусть и путём проб и ошибок, но всё же самому решить, что лучше для него? И главное: «…И отцом себе не называйте  никого на земле, ибо один у вас Отец, который  на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос…»(«Евангелие от Матфея»,  гл. 23: 9-10), – высшая сила, выходит, изначально претендует на звание истины, которая «не обсуждается»,  решительно  пресекая  всякое  инакомыслие:  «Всё  иное  –  от лукавого»?
  «Христос – наставник»? Превосходно! Но чему научит последователей  своих наставник такой? Готовности к самопожертвованию – но во имя чего? Что изменил он, на Голгофу придя и на кресте оказавшись, как гласит главная легенда Библии? Мир стал лучше, добрее, люди вдруг отказались от злобной, волчьей натуры своей, что взращивалась в них веками? «Прости им, господи, ибо не ведают они, что творят…», – шепчет Иисус, когда гвозди вбиваются в ладони ему. Опять же – разве достойны такие «не ведающие», чтобы ради них на самопожертвование шли? Смеялись они над Иисусом, на кресте распятым, две тысячи лет назад – посмеялись бы они над ним и сейчас. Изначально пустой была та жертва – и потому грош цена жертве такой! И при всём при этом даже со своим же Священным писанием умудрились вступить в противоречие поборники веры: легендарный Христос вовсе не считал себя богом, заявляя, что он – не более чем сын божий, и никакая не есть он высшая сила на Земле и над Землёю: «Моё учение есть не Моё, но Пославшего Меня»(«Евангелие от Иоанна», гл. 7: 16). Но где тогда гарантия истинности учения, что нёс он в массы, раз не он есть Бог? И, тем не менее, ему отвели они самое почётное место на Олимпе небесном, место, достойное Зевса или Юпитера, и учение его иконой сделали для всех. Учение, юродивых достойное бредовостью своей.
  Однако и этого поборникам дикостью взращённых суеверий показалось мало! И помимо глупой легенды об Иисусе Христе, что в реальности мог самым обычным фокусником и шарлатаном оказаться (а чудо «воскрешения» его – не более чем трюк с близнецами), породили дикость и невежество множество других учений об иных (само собой, «истинных»!) «создателях» всего и вся. Буддизм, иудаизм, мусульманство и подобные им уже целые энциклопедии массового одурачивания стали образом жизни миллионов по всему  миру.  Ни  в  одной  религии  нет  ни  слова  об  истинном,  природном происхождении человека – в качестве творца рода «хомо сапиенс» всегда выступает некий абстрактный всемогущий создатель, представляя творение своё как высший, исключительный вид, главенствовать и хозяйничать призванный над всем и всеми. И уж, само собой, ни в Библии, ни в Коране, ни в Торе, ни в Ведах, ни в «Четырёх благородных истинах» нет ни слова о Норме природной и о том, что человек также, как и весь остальной животный мир, не имеет права её игнорировать.  Тем не менее, ни разу не видев никого из прославляемых ими богов, не представив ни единого хоть сколько-нибудь достоверного доказательства существования их и истинности утверждений, им верованиями приписываемых, кричат проповедники каждой религии об истинности именно их учения и ложности остальных (а как же иначе, ведь не могло  же  у мира быть несколько создателей!) И  фанатически верят недалёкие последователи их во всё, что вещали им многие тысячи лет назад и вещают сейчас, и отметают всё, что не вписывается в рамки нарисованного перед ними мира, и, не колеблясь, войной готовы идти на всех «неверных»-инакомыслящих.  И,  рисуясь  перед  объективами  телекамер, потрясают они оружием своим, браваду свою выставляя всему миру напоказ. Браваду, что дружный смех вызывает у мудрых мира сего. Воистину – никогда не уйдет в историю правило «Разделяй и властвуй!», ставшее визитной карточной самых легендарных политиков Древнего Рима и до сих пор успешно применяемое на деле сегодняшними Крассами и Августами.
  С ангельским выражением на лицах учит духовенство человека страшному злу – непротивлению этому самому Злу. Смирение и покорность – высшая добродетель, заявляют те, кто верит. Но ведь Зло не существует само по  себе – людьми  творимо  оно. Так  чем   те,  кто  творит  Зло,   лучше  остальных? Почему позволено им? «Рай ждёт  всех  смиренных  и покорных, ад уготован грешникам!»,  –  не  моргнув  глазом,  заявляют  обманщики в  рясах и митрах. Кто-нибудь, наконец, видел этот рай или ад? Где доказательства истинного существования их? Проповедуя нужный им образ жизни, дьяволы в рясах собирают души, насаждая ценности призрачного, ложного мира, дабы увести паству свою в сторону, обесценить тот единственный мир, в котором человеку реально  жить. Жить счастливо, в  ладу со  всем окружающим. Пока не вышел он, безумием своим ведомый, за пределы Нормы природной, и не понадобились ему пастыри, дабы кнутом учений своих указать ему истинно достойное такого место – в стаде баранов, на убой предназначенных…
  Часто приходится слышать: «надо во что-то верить». Верить во что? В того самого мифического создателя, мотивы действий которого, мягко говоря, не очень ясны? И куда привела человечество вековая вера такая? Всё то, что видит человек вокруг себя сегодня – достойный финал единственно правильного пути его? Совсем не имея целью оскорбить религиозные чувства миллионов – в конце концов, верования каждого есть его личное дело – пора, наконец, прямо заявить, что не во всём правы готовые поддаться этим самым чувствам на сто процентов. Нет никакой  высшей  силы над  нами. И никогда не было  её.  Естество – вот  единственный  создатель  Вселенной,  Земли, Природы  и  всего  живого,  и химия, физика и биология –  истинные и единственные прародители его. Как высший разум Вселенной, Естество использовало Природу живую на планете Земля как рабочие руки и инструмент для создания живого мира земного. Естество запустило эволюцию, создавшую в конечном итоге человека, однако на этом роль Естества в Природе заканчивается, и предоставлен этот самый человек на планете Земля самому себе. И поскольку в Природе живой рождён он, то, как и весь остальной животный мир, не может он жить, вразрез идя с законами её: именно она и управляет всем живым на планете Земля, раздавая каждому предназначение его, место его под солнцем, и, как следствие – то, как сложится в дальнейшем жизнь его, то, что «судьбой» принято именовать. Никто более, кроме неё, не властен  над  ним, и  лишь  от  него  зависит,  будет  он в  этой  жизни  рабом, господином или, если сумеет всё же разбудить разум свой – тем, кто не будет ни приказывать, ни подчиняться. И, оценив все преимущества Нормы, поняв, что нет у него другого пути, двинется к ней, не обращая внимания на нашёптывания тех, кому было бы рабство души его выгодно.

СОСТРАДАНИЕ

  Что есть сострадание? Говорит ли оно о добродетели того, кто сострадает, или о том, что он просто-напросто глуп? Не сострадающий может прослыть бездушным и чёрствым, но что получают те, кто сострадает и из жалости помогает кому-то другому? Не начнут ли эти самые другие неприкрыто пользоваться добротой душевной сострадающего? И пользу ли тогда принесёт он своим состраданием?
  Прежде всего – что такое сострадание? Осознание трудностей, другими испытываемых, и желание помочь эти трудности преодолеть. Но трудность оттого и происходит от слова труд, что не является чем-то совсем для преодоления невозможным – просто постараться надо для преодоления сего, силу и разум приложить. А там, где не были приложены они, попадёт человек неминуемо в беду рано или поздно. И на судьбу жаловаться будет, и помощи просить, ища призрачного виноватого везде, где может его только увидеть больное воображение его. Везде, только не в себе самом.
  «Я нуждаюсь! – заявляют такие. – Смотрите, в сложное положение попал я. Разве никто не поможет мне?» И находятся те, кто помогает, и цветёт развращённость просящего буйным цветом – уже как должное помощь эту начинает воспринимать он. И перестаёт думать о своём «завтра», перестаёт трудиться и созидать – глупым и непродуктивным сиё занятие считает он. Глупым и достойным разве что тех, от которого ещё вчера помощь принимал. Помощь, за которую за глаза презирает он дающего и пренебрежительно, с плевками и презрением, отзывается о нём.
  «Помогли мне один раз – помогут и второй, – снова рассуждает такой. –  Нужно только ловко страдание изобразить, на невидимых нотках в душе другого сыграть – и не сможет он пересилить себя, натуру свою. Как там, в Библии, сказано? «Да не оскудеет рука дающего»? О да, верно на все сто, и пока не оскудеет она – не насытится рука берущего!» И так со смехом по жизни идёт он, смехом трутня и приспособленца.
  Родительская любовь – яркий пример безмерной глупости сострадающих. Разве для себя производили родители потомков своих на свет? Кем вырастут последние, исключительно на родительскую помощь рассчитывая при любом затруднении? Главная цель родителя любого – научить отпрыска своего с трудностями справляться, а не справляться с ними за него. Или чёрной неблагодарностью станет плата за любовь родительскую. Больные, немощные способны вызвать жалость, но что они есть, если не плоды перенаселённости, заставляющей создавать гигантскую промышленность, отравляющую всё вокруг и весь мир здоровья лишающую?
  Чего желать тому, кто живёт в Норме? И так всё имеет он, и ни в чьей помощи не нуждается – Природа всегда даст ему всё, что нужно для выживания. Но появился тот, кто вышел из Нормы, вышел – и лишним стал. Но хочет душа его реванша, отыграться хочет за то, что стал он в этой жизни лишним он и не имеет того, чего хочет, и будет она оправдывать паразитизм его – ведь весь мир должен ему! И плодить он будет себе подобных, будучи уверен в том, что именно так и нужно жить. Не создать – присвоить побольше мечтает он. И все средства в этом хороши для него, и перестанет он просить, и требовать и отнимать начнёт, потому как привык получать то, что своим считает. И того, кто вчера помогал ему, сегодня со смехом оттолкнёт он – более не нуждаются в нём, так что жалеть его? Вот так, одной рукой помогая таким, другой рукой незримо выроет сострадающий сам себе яму, потому что именно так в генофонд любой нации будет занесён страшный троянский конь – ген преступности, желания получить не своё. А потому – злодейство: сострадать тому, кто сам свои трудности осилить способен – но кто неспособен осилить их сам? «…Воспитание страдания, великого страдания – только это воспитание возвышало до сих пор человека! То напряжение души в несчастье, которое прививает ей крепость, изобретательность и храбрость в перенесении, претерпении, истолковании, использовании несчастья, и всё, что даровало ей глубину, тайну, ум, хитрость, личину – разве не было даровано ей это под оболочкой страдания, великого страдания (то есть – тех трудностей, преодоление которых в этой жизни и есть путь каждого. – С. Л.)? В человеке тварь и творец соединены воедино: в человеке есть материал, обломок, глина, грязь, бессмыслица, хаос; но в человеке есть также и творец, ваятель, твёрдость молота, божественный зритель и седьмой день… понимаете ли вы, что ваше сострадание относится к «твари в человеке», к тому, что должно быть сформовано, сломано, выковано, разорвано, обожжено, закалено, очищено, – к тому, что страдает по необходимости и должно страдать? А наше сострадание… защищается от вашего, как от самой худшей изнеженности и слабости…»( «По ту сторону добра и зла: прелюдия к философии будущего», отдел седьмой «Наши добродетели», пер. с нем. Н. Полилова. – М.: Академический Проспект, 2007. – с. 148.) Тот, кто из жалости  делает добро – поощряет «тварь» в человеке, и «тварь» эта не может не страдать и будет страдать вечно: потому что на самом деле не имеет права на существование она. Быть глухим к страданию «твари» в человеке и этим удушить, умертвить её, дать ей возможность исчезнуть как одному из худших зол, даже если только вместе с самим человеком сможет исчезнуть она, чтобы всё, способное жалость вызвать, исчезло навсегда – и этим возвысить в человеке «творца», того, кто на самом деле единственно имеет право на существование, дать возможность «творцу», создателю стать главным стержнем разума и души человека: разве не это – высшее предназначение истинного сострадания? 
  Два начала – созидательное и потребительское – заставляют кого-то помощи просить. Два – но отличить одно от другого обязан всякий разумный, и поддерживая первое и заглушая второе, сам, вольно или невольно, руками того, кому помог он, в роли создателя выступить. Правда, в этом случае помощь его уже как бы не совсем помощь – в инвестицию, во капитала вложениепревращается она, со всеми вытекающими отсюда последствиями. И, наоборот – на  создании  и  приумножении лишнего  живёт пустое потребительство, иллюзию нужды рисуя в глазах всякого (и самому себе внушая истинность нужды своей!), гипнозу его поддавшегося. Оправдывает всё это создание и приумножение ничтожная душонка его – и острый бумеранг взаимного саморазрушения отправляется в полёт.

 СОБИРАТЕЛИ ДУШ

С самого начала продались они. Продались Дьяволу в человеческом обличье, никому не известному и никем не виданному, так как предпочитает держаться в тени он. Либо же в плену предрассудков, им издавна культивируемых, пребывают они всю жизнь. В угоду ему придумывают они, что ценно, а что преходяще, и внушают, внушают это всем, кого удаётся им привлечь на свою сторону, собирая, увы, немалую паству.
  «Ты должен!» – звучит постоянно из уст их. – «Должен, должен, должен! Каждый обязательно должен создать семью – нехорошо существование вне её, завести детей – они цветы жизни нашей. Если всего этого в твоей жизни не будет – ты зря прожил её. Не будет тебе радости в этой жизни и Рая в той. Брось все силы на продолжение рода своего!» И не стоит человеку задумываться над тем, какое продолжение даст он роду своему, будут ли его потомки пристроены и востребованы или станут очередной дешёвой рабочей силой, презираемой работодателем своим – всё давно уже решено за него. Поскольку изначально уготована ему сильными мира сего участь быдла, простого исполнителя, тупо делающего то, что велят ему, то и должен он порождать на свет таких же исполнителей, дабы и дальше мог купаться в роскоши незримый хозяин собирателей душ – а может, рабовладелец имя ему? Каждый раз, пытаясь речь завести о правах своих, слышит быдло это только одно: «Не нравится – уходи!» – так разве в будущем случится чудо и потомки их будут слышать что-то другое? И горе всякому, кто попытается собирателей разоблачить – безумным объявят его, отщепенцем, из общей картины выпадающим, на посмешище выставят, представят недостойным того, чтобы равняться на такого, пример брать с него. И поверит тёмный, безграмотный люд собирателям душ, ведь то, что является благом лишь для них и их хозяев, ловко представят они благом для всех, а врагов своих искусно выдадут за врагов общих.  И не станет никто жалеть об изгое: не от мира сего он, а потому не стоит верить словам его – бред говорил он! И невелика потеря, если не станет его: одним больше, одним меньше, независимо от того, послушным он был или вольнодумцем… Женщины ещё нарожают!
  Но жизнь не ограничивается только семьёй – занятие человека не менее важно, ведь оно даёт всё для выживания и пропитания ему. И тут тоже появляются собиратели душ, дыша человеку в затылок и нашёптывая свои грязные речи: «Добейся успеха! Ты же видишь, что другие оказались способны на это – а ведь они такие же простые люди, как и ты. Почему они могут, а ты нет? Поставь себе такую цель и иди к ней, несмотря ни на что! Забудь обо всём: успех – вот чему должен подчинить ты все интересы в жизни своей. Работай в поте лица, не жалей себя, наступи на горло желаниям и привычкам своим – лишь тогда сможешь чего-то добиться в жизни, лишь тогда почувствуешь себя полноценным! Успех – это богатство, богатство даст тебе всё, о чём ты только мог мечтать: силу, власть, уважение, любовь… Так просто ничего не будет, а значит – должен ты лезть из шкуры наружу, а значит – должен, должен, должен…» Снова, как дамоклов меч, висит проклятое «должен» над головой человека, становясь изнурительной ношей его. Внушают ему собиратели, что нет и не может быть у него другой жизни – и вышедший из Нормы, обречённый всю жизнь бороться за выживание и другой жизни не знающий, начинает верить, что всё действительно так. Все силы свои бросают собиратели на то, чтобы никогда не понял он одного – если человек не брал на себя обязательств, никому он ничего не должен.
  Что есть успех, прославляемый собирателями, если не превосходство над другими? И в случае проигрыша – каково будет оказаться в числе этих самых других? Лопнуть готовы от осознания важности собственных деяний гонщики за успехом, не замечая или не желая замечать, насколько смешны они в глазах мудрых. Камня на камне не оставляет от таких великий Ницше: «…Посмотрите же на этих лишних людей! Богатства приобретают они и делаются от этого ещё беднее. Власти хотят они, и прежде всего рычага власти, много денег – эти немощные!.. Посмотрите, как лезут они, эти проворные обезьяны! Они лезут друг на друга и потому срываются в грязь и пропасть. Все они хотят достичь трона: безумие их в том, будто счастье восседало бы на троне! Часто грязь восседает на троне – а часто и трон на грязи…»( «Так говорил Заратустра», разд. «О новом кумире», пер с нем. . – М.: Академический Проект, 2007. – с.57.)
  Кого понадобится в деятельности своей обходить на повороте в Норме живущему, с кем и зачем соревноваться ему, из последних сил к победе стремясь? Разве одному земледельцу на большом поле требуется много усилий, дабы урожай получить? Ведь не всё поле обрабатывает он – лишь ту часть, что нужна ему, чтобы жить полноценно. При этом, конечно, тоже трудится он, но трудится в меру, понимая, что, хотя только трудом и сможет выжить, но чрезмерный труд разрушит его, лишит сил, износит организм его, сделает больным и немощным – и что радости потом будет с такого труда? Труд и отдых в жизни человека должны уравновешивать друг друга – отсутствие или избыток того или другого одинаково гибельны для него. И, сделав своё дело, идёт отдыхать он, зная, что ему незачем особо беспокоиться о будущем своём – пока живёт он в Норме, земля всегда даст всё, что нужно будет ему для жизни его. И скрежещут зубами в бессильной злобе собиратели душ – душу живущего в Норме никогда не получит незримый хозяин их.
  «Хочешь жить – умей вертеться, – продолжают меж тем они. – Вся жизнь – соревнование, ловчи, хитри, изворачивайся, дабы обойти соперников своих, иначе ничего не добьёшься. Обойдут  тебя  на  повороте, и  проиграешь  ты, а потому  – не  жалей  никого,  ведь и  тебя, в случае чего,  никто  не  пожалеет. Человек человеку волк, и лишь победитель, через кровь и трупы идущий, достоин приза! Возьми в руки меч и воюй за своё, отнимай у других, ведь если они слабы и не смогли отстоять своё – не достойны они существования!..» Читающий эти строки – ничего такая «философия» не напоминает тебе? Бессмертное: «Разделяй и властвуй!» – со времён Древнего Рима известен принцип сей, и таким вот образом успешно в интересах Зла в человеческом обличье натравливают собиратели одних на других, внушая верящим им глупцам, что это и есть «полноценная» жизнь, и нет и не может быть у них никакой другой жизни.  
  Кому быть волком тому, кто в Норме живёт? Всё и так будет иметь он, пока он один на поле большом, и нечего делить ему с себе подобными – всего и так хватает на всех. Войны, конфликты, интриги, драки, вражда – удел из Нормы вышедших, и лишь там, где появятся девятеро лишних – там будет война за поле то, и появятся там собиратели, дабы оправдать войну ту и братоубийство то, как норму жизни представляя их всякому им верящему, под благодушными улыбками пряча клыкастый оскал хозяина своего.
  И глаза Дьявола увидит всякий видящий в глазницах их.

ПРИДУМАННЫЕ МИРЫ

  Чем дальше живёт человек на Земле, тем сложнее становится жизнь его. Покинув Норму, непрерывно пытается он разрешить ворох проблем  возникших – но только ещё больше других возникает перед ним. Непроста, трудна стала жизнь, и только разгребает человек один завал на пути своём – тут же появляется другой. «Напряг», как принято называть это с недавних пор среди молодёжи современной, стал бичом божьим современного «гомо сапиенс». Не понимая, в чём истинная причина всего этого, и не видя достойного выхода, хочет представитель современности уйти от проблем своих, уйти от своей прямой обязанности принимать решения и самому воплощать задуманное на деле – ведь это так сложно! Вот перенестись душой, хотя бы на какое-то время, в призрачный, придуманный мир, в сказку, где всё так, как хотелось бы современному «сапиенсу» – гораздо проще. И ведь находятся доброхоты, на блюдечке, как хлеб-соль, спешащие преподнести ему нирвану ту!
  Сказки современности начинались с супергероев. Извечная тема борьбы добра и зла никогда не выходила из моды, и главные персонажи, из комиксов на большой экран перекочевав, подаются в наиболее выигрышном ракурсе – супергерои наделены сверхъестественными способностями, способны на то, что не под силу обычному человеку. В жизни каждого есть много такого, что неприятно ему, что считает злом он, с чем хотел бы покончить – и, когда бессилен он что-то изменить, любой выход ищет он, пусть и призрачный. И супергерои дают ему иллюзию такого выхода: ты слаб, ты ничего не можешь, но мы-то можем всё! Мир биполярен и чёрно-бел, есть зло, которое непременно должно быть наказано, и добро, которое обязательно победит – иначе сказка перестанет быть сказкой. Ты либо с нами, либо против нас. И, превратившись в индустрию, империя супергероев набирает обороты, всё больше выдавая желаемое за действительное, и всё слабее простодушный зритель различает границу между реальностью и вымыслом. Реальный мир всё более обесценивается – ведь он сложен, малопривлекателен, полон проблем, которые так трудно, порой почти невозможно разрешить. «Забудь этот мир, ведь он так труден для тебя, – нашёптывает собиратель душ в маске супергероя слабым. – Уйди в мой мир, ведь он прекрасен, здесь всё, как ты хочешь, мечты сбываются. Будь со мной – тебе здесь понравится». И незримый наркотик забирает сознание, и армия Суперменов и Бэтменов, Джеймсов Бондов и Терминаторов, Человеков-Пауков и Зорро и прочих  марионеток индустрии развлечений, спасающих мир от надуманных напастей, под дорогими костюмами прячущих клоунские наряды свои, довольно потирает руки: как много душ получит незримый хозяин их!
  Всевозможные игры стали другой, не менее увлекательной сказкой. Разочаровавшись в мире действительном и презирая его, переносится человек в мир фантастический, ирреальный – «виртуальным» зовётся сейчас он. «Здесь всё, как ты хочешь, – вновь шепчет ему Зло в обличье создателей и пропагандистов миров таких. – Твой мир, твои правила. Ты – великий воин, оружием наводящий порядок, сокрушая врагов своих. В этом мире нет преград на пути твоём – так почувствуй себя и вправду сильным, почувствуй себя победителем! Здесь в самом деле можно одержать победу!» И другой наркотик захватывает умы и сердца тех, кто, возможно, равнодушен к первому – ведь так приятно осознавать, что хоть здесь-то ты чего-то стоишь! Разрушительство стало любимым занятием миллионов, к стаду примкнувших. Идя напролом, разрушая и уничтожая, пусть и в ирреальном мире, искренней любовью проникаются такие к взрывам и сражениям, огнём выжигая всё вокруг себя и с землёй ровняя всё, построенное кем-то другим. Так разве научатся когда-нибудь такие истинному созданию, разве познают радость от самолично построенного, написанного, изваянного, изобретённого и сконструированного? День и ночь поют лазеры и танки жуткую песню свою в их руках, бесполезными ставших.
  Преступник стал почти национальным героем. Зачем трудиться и создавать там, где можно ловко ограбить или украсть? И вот воровство уже преподносится как некая благодетель – ведь современный вор талантлив, а талант ищет приложения. И лихо провёрнутая кража уже представляется чем-то выдающимся, восхищения достойным, а потому – вроде как уже и не таким злодейским. К тому же жертвы воров – как правило, крупные воротилы и корпорации, которые тоже небезгрешны, а потому у таких и украсть-то не зазорно… Бравыми и благородными Робин Гудами нередко представляют преступников сегодняшние создатели массовых зрелищ, создавая призрачный мир превосходства таких над обычными работягами, на которых держался и держаться будет всегда мир реальный. И верят таким, и героями их восхищаются, и уже готовы равняться на этих самых героев, жизнь свою с них мечтая делать, об одном забывая – вор и разбойник не может быть благородным, что бы он ни делал и как бы ни превозносили его. Ведь ничего не создаёт он: созданным другими пользуется – но в чём тогда ценность его? Если грабит он нечистых на руку воротил – чем он в этом случае отличается от них? И даже если раздаёт он потом награбленное добро бедным, глупо поступает он – ведь оно опять же не создано, а присвоено, и не поймут последние причину бедности своей, и дальше, вместо того, чтобы построить жизнь свою в соответствии с здравым смыслом и необходимостью возвращения в Норму, будут ожидать подачек от всевозможных «робингудов»… Воистину прав был великий Ницше, когда писал образ подлинно достойного человека: «В этой книге выведен житель подземелья – сверлящий, роющий, подкапывающий… медленно, осторожно, терпеливо продвигается он вперёд, не чувствуя слишком больших неудобств от продолжительного отсутствия света и воздуха: можно сказать даже, что он доволен своей жизнью и работой во мраке…Переносит терпеливо он свой мрак, оставаясь непонятым, потому что надеется обрести своё утро, своё искупление, свою утреннюю зарю… и я пришёл оттуда…»( «Утренняя заря», разд. «Предисловие», пер. с нем. И. И.С. – СПб.: «Азбука-классика», 2008. – сс. 7-8.)
  Забыв о всякой поучительности, на развлекательность создаваемого упор делают создатели зрелищ – но что на самом деле пропагандируют они? Присмотреться к ним получше – и всякий видящий увидит, как агрессия становится главной целью, как война пропагандируется в качестве единственно достойного образа жизни, а насилие – привычной нормой этой самой жизни, как личина достойных надевается на обычных грабителей и убийц, как тактики и стратегии подчиняются одной цели: завладеть, отнять силой у прежнего обладателя, уничтожив его, если будет сопротивляться. Шанс прославиться любому обещают другие, голосом базарно-балаганных зазывателей вещая: «Каждый может стать звездой!», внушая простодушному зрителю своему, что способен он стать тем, кем до сих пор и не помышлял. Но, может быть, потому до сих пор и не стал он ничем таким, что это просто не его епархия?
  Много подобных примеров можно привести здесь. Безгранична фантазия того, кто дёргает за ниточки марионеток, придуманные миры создающих. Зло на многое способно: знает  оно все  слабые стороны человека, дабы каждый раз,  предоставляя ему мнимую панацею от всех бед его, с лёгкостью манипулировать им. С древних времён увод человека в сторону от реальной жизни и нужды насущные проблемы решать практиковался как действенный способ управлять им в интересах своих. Шаманство, амфитеатры, охота на ведьм, всевозможные празднества, подачки, кидаемые правителем в толпу – всё служило делу развлечения и одурачивания простолюдинов. Наступил век современности – и изощрённей стали уловки тех,  кто призван  реальный мир придуманным  подменить и  тем увести сознание в сторону: наука и  техника, психология и маркетинг стоят теперь на службе у них. Обман вырос в индустрию, миллиардами ворочающую. И потому ещё в позапрошлом столетии, задолго до времён высоких технологий, телевидения и Интернета, писал обо всём таком великий Ницше: «…Оставайтесь верны земле и не верьте тем, кто говорит вам о надземных надеждах! Они отравители, всё равно, знают они об этом или нет. Они презирают жизнь, эти  умирающие и  сами себя  отравившие, от  которых устала земля: пусть же исчезнут они!..»( «Так говорил Заратустра», разд. «Предисловие Заратустры», пер с нем. . – М.: Академический Проект, 2007. – с. 21) – слова эти, тогда относившиеся более к предрассудкам верования, справедливы также и здесь: религия экранов и джойстиков порабощает не меньше. Всё  больше  уходя в  мир придуманный, все  меньше  человек будет существовать в мире реальном и меньше будет приспособлен  к полноценной  жизни в нём – а таким так легко  управлять в интересах своих!
  Ненависть к реальному миру, который так жесток к из Нормы вышедшим, будет озлоблять человека против него – и перестанет искать он решение  действительных проблем своих, решив, что нет им решения никакого, и спрячется в мире придуманном,  как  прячет  голову  в  песок  трусливый страус.  Зло  в  глубине  души  каждого неосязаемо,  но  просыпается  оно  далеко  не  само – незримый дьявол в человеческом обличье пробуждает его. И не стоит задумываться, почему мир так жесток и вроде как несправедлив – ведь тогда можно докопаться до истинных причин всего происходящего, а этого дьявол в человеческом обличье ой как не хочет!