О системе психологии (стр. 1 )

IS П37

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

П37 О системе психологии. М., «Мысль», 1972. 216 с.

С позиций ленинской теории отражения в книге дана стройная система основных понятий и категорий психологической науки. Некоторые вопросы ставятся в дискуссионном порядке. В систему психологических понятий, анализируемых в работе, включены формы отражения (физическая, физиологическая и психическая), формы психического отражения (эмоции, ощущения, понятия, восприятие, чувства, воля, память), психические явления (психические процессы, состояния, свойства личности). Специально анализируются категории: сознание, личность, деятельность, развитие психики. В заключении предлагается проект системы психологических паук.

1—5—7 15

65—72

Система — это Ариаднина нить ботаники, без которой — хаос.

Карл Линней «Философия ботаники»

ОБ ЭТОЙ КНИГЕ

Эта книга имеет свои объективные н субъективные предпосылки, на которые хотелось бы обратить внимание читателя.

Объективно советская психологическая наука, получившая сейчас столь большое социальное значение, стала испытывать все возрастающую потребность в приведении в систему своего арсенала понятий. Об этом, в частности, свидетельствует дискуссия о ее предмете, проходящая в 1971—1972 гг. на страницах журнала «Вопросы психологии». Накопленный психологической наукой материал дает объективную возможность, хотя, понятно, и не «с первого захода», удовлетворить эту потребность.

Субъективно для автора эта книга является попыткой выполнить завет Владимира Михайловича Бехтерева. Длительная беседа с ним в 1925 г. в значительной мере определила мой дальнейший жизненный путь. Узнав, что я, молодой тогда биолог, интересуюсь психологией животных, он убедил меня, что путь к познанию ее лежит через познание психики человека (потом я прочел у Маркса: «Анатомия человека — ключ к анатомии обезьяны» '). А узнав, что я увлечен

1 К - Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 12, стр. 731.

«Системой природы» Линнея и уже написал книгу по систематике «Определитель амфибий и рептилий Украины», Бехтерев сказал:

— Попробуйте когда-нибудь перенести опыт систематики животных и растений на классификацию психологических понятий. Ведь там еще долиннеевскии хаос.

Серок пять лет занимаясь психологией, я не забывал этих слов. Однако уровень психологической науки (очевидно, и уровень ее знания автором) не позволял дать хотя бы первоначальный эскиз этой системы. Широкое развертывание психологических исследований за последние годы, привлечение внимания ученых к общеметодологическим проблемам психологии, основательная разработка отдельных ее категорий создали условия для исследования взаимосвязей основных понятий психологической науки.

Несмотря на популярный стиль изложения, в книге много сносок на работы, в которых разбираемый вопрос был уже рассмотрен либо более подробно, либо в других связях, либо требует приведенного здесь уточнения. Это позволило сократить изложенное, не лишив возможности заинтересовавшегося данным вопросом читателя разобраться в нем шире и глубже. Вместе с тем стараясь не затруднять внимания читателя тем, что он уже знает или легко может узнать из любого учебника психологии, эта книга ие повторяет материал этих учебников. В пей сделана попытка привести изложенное там в систему, особо останавливаясь на требующем дополнения или уточнения. Хотя иногда (да простит это более подготовленный читатель), чтобы ие нарушать излагаемой системы и для лучшего ее понимания, нам придется говорить и о достаточно общеизвестном.

Можно высказать уверенность, что не за горами время, когда будет наконец создана книга, излагаю-

щая систему психологии столь полно и понятно, что ее эпиграфом можно будет поставить слова Лукреция Кара, сказанные две тысячи лет назад:

Все тут одно из другого становится ясным, и если Понял меня ты, труды приложив небольшие, с дороги Ночь не собьет тебя больше, и узришь ты тайны природы. Так, одна вещь постоянно должна освещаться другою!.

Итак, отправимся в путь, читатель! Но сразу договоримся: конец этой книги — это только начало пути к указанной цели, достичь которой можно будет только коллективными усилиями.

1 Лукреций. О природе вещей. М., 1913, стр. 40.

Вводная глава О ПСИХОЛОГИИ, ПОНЯТИЯХ И СИСТЕМАХ

1. О ПСИХОЛОГИИ

В своей президентской речи при открытии XVIII Международного психологического конгресса в Москве в 1966 г. напомнил слова : «Ныне общей, то есть общепризнанной, системы в нашей науке не существует... Психолог наших дней подобен Приаму, сидящему на развалинах Трои» '. Показав огромный и плодотворный путь, проделаннмй с тех пор психологией, отметив «трудности построения системы психологической науки», сказал, что «в наши дни психолог скорее напоминает строителя, перед которым обилие первоклассного материала и, более того, целые законченные блоки, но которому недостает общего эскиза сооруженного им сложного архитектурного ансамбля» 2.

С этим образом нельзя не согласиться. Но уже тогда в кулуарах конгресса было сказано о необходимости его допоянения. Строительная площадка Пеихотшгии как мировой науки на симпозиумах этого международного конгресса была подобна не любой

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

' Й. й, Дате, Психология. М., 1914, стр. 48. 4 . Понятие отражения и его значение для й£йхологйй. — *8опросы философии», 1986, № 12, стр. 43.

строительной площадке, а строительству Вавилонской башни. «Строители» говорили ведь на разных научных языках. Это отчетливо было видно и на XIX конгрессе в Лондоне (1969 г.). Полгоря было бы, если б это сравнение могло быть отнесено только к мировой психологии. Вполне понятно, что психологи-марксисты и не ищут «общего теоретического языка» с фрейдистами, персоналистами и другими течениями буржуазной психологии, иногда открыто и воинствующе идеалистическими, а иногда замаскированными, что не меняет их сути. Вместе с тем именно два последних международных психологических конгресса убедительно показали, что западные психологи все более прислушиваются к теории и достижениям советской марксистской психологии.

Весьма прискорбно, что и на строительной площадке нашей психологии также еще немало разноголосицы. Это можно видеть, знакомясь с докладами, обсуждавшимися в марте 1970 г. на симпозиуме по проблемам личности '.

В значительной степени эта разноголосица свойственна многим современным наукам, о чем очень хорошо сказал А. Эйнштейн: «Круг охватываемых наукой вопросов чрезвычайно расширился..." Поэтому деятельность отдельных исследователей неизбежно стягивается ко все более ограниченному участку всеобщего знания. Эта специализация, что еще хуже, приводит к тому, что единое общее понимание всей науки, без чего истинная глубина исследовательского духа обязательно уменьшается, все с большим трудом поспевает за развитием науки. Создается ситуация, подобная той, которая символически изложена в библейской истории о Вавилонской башне» 2.

1 См. «Проблемы личности». Материалы симпозиума, т. I. М, 1969; т. II. М., 1970; «Личность». М., 1971.

2 А. Эйнштейн. Физика и реальность. М., 1965, стр. 111.

Но в психологии разноголосица, выражающая богатство идей и путей решения задач (которая, если она в меру, просто необходима для развития науки), усугубляется бытующей понятийной и терминологической нечеткостью. Уж если продолжать сравнение, то можно сказать, что строители советской психологии, стремясь к единой цели, хотя и понимают друг друга, но чаще с помощью «научного жаргона», чем строго определенных общепризнанных научных терминов и их систем; их язык зачастую еще не подчинен грамматике их науки и не обобщен в систему едино понимаемых научных понятий.

упрекал психологию за то, что она «еще не дошла до естественной и общепринятой системы ее явлений», «не могла даже выработать общего языка для обозначения явлений изучаемого ею материала...» '. , приводя эти слова, так трактовал их: «Это — яркий показатель субъективности психологических понятий, говоря точнее — того факта, что за многими психологическими терминами и выражениями стоят не научные понятия, а неопределенные интроспективные представления» 2. Указывая на важность систематики в психологии, еще в 1910 г. писал: «Это — большая задача, к которой я себя готовлю, — перебрать все психологические понятия и показать в сопоставлении с нашим объективным материалом, до какой степени они фантастичны и носят грубый эмпирический характер...» 3 Но как известно, он этого не сделал. И конечно, не потому, что времени не хватило. Начав работать в клинике, он

1 . Поли. еобр. соч., т. III, кн. 2. М.—Л., 1951, стр. 167, 152.

2 . Об объективном методе в психологии. — «Известия Академии педагогических наук РСФСР», вып. 45. Материалы совещания по психологии. М., 1953, стр. 72.

3 . Поли. собр. соч., т. III, кн. 1, стр. 190.

понял, а теперь это понимает каждый марксист, что построить систему психологических понятий, исходя только из физиологических понятий, так же нельзя, как построить систему понятий физиологии, исходя только из химии. Но в словах заключено правильное стремление к системе взаимосвязанных понятий.

Нельзя здесь не привести и слов , которые мне пришлось слышать. Это было в послевоенное время, когда живы были образы боев в Сталинграде за каждый дом. сравнил тогда науку со штурмом здания, говоря, что есть работы, выбивающие врага из всех комнат занятого этажа, а есть работы, штурмующие новые этажи. Приведя это сравнение, Борис Михайлович сказал:

— Ав психологии часто начинают с подвала, как будто не заняли еще ни одного этажа.

Мне запомнилась грусть этих слов. Но фронтовик уточнил бы образ. Психологи штурмуют сразу и подвал, и чердак, и разные этажи, но не закрепляют отвоеванного и, главное, не все четко знают, что уже отвоевано, нередко ломятся в открытые двери, ведут бой без системы.

Но довольно самокритических упреков! Попробуем показать причину того, о чем разными словами, в разных аспектах говорили , , и многие Другие.

Могут сказать и даже часто пытаются доказать, что дело здесь в молодости психологической науки, ссылаясь на слова Эббингауза: «Психология имеет длинное прошлое, но краткую историю», сказанные им в 1902 г. Но дело не в этом. История психологии не так уж коротка, что отлично показано -ским_^История эндокринологии, например, многим

1 См - . История психологии. М., J966,

короче. Советская психология также проделала нелегкий и не во всех областях равномерный, по в целом огромный, путь. Его итог подведен в двухтомнике «Психологическая наука в СССР» \ монографиях А, В. Петровского2 и 3. Сейчас она уже имеет четкую методологию, действенные принципы и несомненные теоретические достижения4.

Я думаю, что причина все еще неизжитой разноголосицы лежит в неопределенности психологических понятий и терминов, их выражающих, в отсутствии к ним должного внимания и, главное, в отсутствии даже попыток построения системы психологических понятий. Можно даже сказать, что ни одна наука не относится так небрежно к своим понятиям, так мало делает попыток для их уточнения и согласования, как психология. Ни в одной науке нет такой замены научных, взаимосвязанных терминов образными словами, как в психологии.

Иногда терминологическая небрежность проявляется, казалось бы, в пустяках. Что, например, является психологическим термином: наклонность или склонность? и одно ли и то же или разное эти слова выражают? В чем отличие первого из этих понятий от четко определенного понятия «склонность» как интереса, реализуемого в деятельности? А ведь попыток внесения ясности в этот вопрос не было даже на специальной конференции по этой проблеме5. Произвольно и несогласованно употребляется, как это будет

1 См. «Психологическая паука в СССР», т. I. М., 1959; т. П. М., 19G0.

2 См. . История советской психологии. М., 1967.

3 См. . Философские проблемы в советской психологии. М., 1972.

4 См. «Методологические и теоретические проблемы психологин». М., 1.969.

5 «Склонности и способности». Л., 1962.

показано ниже, и термин «переживание», который иногда понимается как синоним понятия «эмоция», либо понятия «чувство», либо как протекание любого психического процесса.

Часто терминологическая нечеткость в свою очередь является результатом незавершенных дискуссий по каким-то проблемам психологии, например дискуссии о навыках и умениях, проводившейся с 1953 по 1963 г. на страницах журналов «Вопросы психологии» и «Советская педагогика».

До сих пор не решен вопрос, дискуссия по которому началась еще в начале 30-х годов: вся ли психика является отражением действительности или только бесспорно так понимаемые ощущение, восприятие и мышление? Если вся, то как понять волю как форму отражения? Многие ли ее пытались так понять? Ведь большинство понимает волю как способность. Но кто раскрыл связь понятий «отражение» и «способность», показав специфики их форм в том психическом явлении, которое мы называем волей?

Не лучше обстоит дело и с пониманием эмоций как формы отражения. Когда-то мы с (в 1936 г.) в рукописи книги «Очерки психологии для летчиков» дали их определение, а перенес его в учебник: «...отражение положительного или отрицательного отношения человека к фактам реальной действительности, переживаемое как чувство, и называется эмоцией» 1. С тех пор это неточное определение с несущественными вариантами кочует по учебникам.

Известно, что отношение — это психическое явление и, следовательно, отражение действительности. Значит, устраивающая многих формулировка «эмоции— это отражение отношений человека к фактам

1 «Психология». Под ред. , , . М., 1938, стр. 270.

короче. Советская психология также проделала нелегкий и не во всех областях равномерный, но в целом огромный, путь. Его итог подведен в двухтомнике «Психологическая наука в СССР»', монографиях 2 и 3. Сейчас она уже имеет четкую методологию, действенные принципы и несомненные теоретические достижения4.

1 См. «Психологическая наука в СССР», т. I. М., 1959; т. II. М., I960.

2 См. . История советской психологии. М., 1967.

3 См. . Философские проблемы в советской психологии. М, 1972.

4 См. «Методологические и теоретические проблемы психологии». М, 1969.

5 «Склонности и способности». Л., 1962.

Не лучше обстоит дело и с пониманием эмоций как формы отражения. Когда-то мы с (в 1936 г.) в рукописи книги «Очерки психологии для летчиков» дали их определение, а перенес его в учебник: «...отражение положительного или отрицательного отношения человека к фактам реальной действительности, переживаемое как чувство, и называется эмоцией»1. С тех пор это неточное определение с несущественными вариантами кочует по учебникам.

1 «Психология». Под ред. , Б. М Теплова, . М, стр. 270.

реальной действительности» по существу означает: «эмоции — это отражение одной его формой другой» или еще короче: «эмоции—это отражение отражения», в смысле самоотражения психики психикой, с чем уже никак нельзя согласиться, так как отражаться может только реальный мир.

Нет в психологии стремления и к достаточно четкому генетическому соотнесению явлений. Это опять-таки отчетливо видно на примере вопроса: какая форма отражения и фило - и онтогенетически более ранняя — ощущения или эмоции? , большой знаток биологии эмоций, считает их филогенетически старше ощущений. , большой знаток детской души, также считал их онтогенетически более ранними, но ни в одном пособии по психологии об этом не сказано ни слова.

В 30—40-х годах дискутировался вопрос о внимании и его отношении к психическому отражению, но эта дискуссия осталась незавершенной, и ни в одном учебнике ничего не говорится о связи внимания и отражения. По-разному понимается проявление категорий внутреннего и внешнего в психических явлениях, а без этого нельзя дать однозначного ответа на вопрос о границах внешне и внутренне направленного внимания. Нет общепризнанного ответа на вопрос, должна ли психомоторика быть включенной в предмет психологии, и потому в большинстве учебников психологии главы о ней нет. Также неблагополучно обстоит дело с важнейшими понятиями, связанными с развитием индивидуальной психики. Здесь что ни учебник, что ни статья, то «свое» понимание содержания понятий «формирование», «воспитание», «обучение», «тренировка».

Перечень по разному понимаемых весьма существенных для психологической науки понятий можно было бы значительно увеличить. Мне еще придется

ниже говорить об отсутствии общепризнанного определения личности и деятельности как важнейших для психологии понятий. Но и сказанного достаточно, чтобы считать, что завет , о котором говорилось выше, не устарел и что надо начинать его выполнение, понимая, что закончить поставленную им задачу удастся только коллективными силами. Однако исходя из самой идеи системы понятий нельзя переходить к ней, не определив, что такое «понятие» и что такое «система».

2. О ПОНЯТИЯХ

Не хотелось бы, чтобы читатель, дойдя до этой страницы, решил, что мне не видна огромная ценность накопленных психологической наукой понятий. Ведь без этого невозможны были бы ее бесспорные достижения, уже не раз отмеченные в печати. Я вижу (и хочу привлечь к этому внимание читателей этой книги) только неблагополучие в инвентаре этих понятий, вижу их частую нечеткость, неоднозначность, отсутствие в психологии общепризнанной системы понятий и их определений. Иными словами, здесь речь идет о том, о чем говорили и , , и в приведенных выше их высказываниях.

Понятие — это отражение объективно существенного в вещах и явлениях, закрепленное словом; это понимание сущности вещи или явления. Понимание же — процесс мышления, выявляющий существенные свойства вещи или явления. «Чтобы понять, нужно эмпирически - начать понимание, изучение...»' —■ писал в «Философских тетрадях» и несколько дальше отметил: «...в понятиях человека свое-

1 . Поли. собр. соч., т. 29, стр. 187.

образно (это NB: своеобразно и диале ктиче с к и!!) отражается природа» 1.

Без понятий не может быть науки, поскольку наука это система теорий, а теория — система понятий. Но не все понятия являются научными. Человек мыслит понятиями, но мышление ученого не является с утра до ночи научным мышлением. Есть бытовые понятия, иногда включенные в предрассудки и суеверия (в первых преобладает, элемент ошибочных понятий, во вторых— чувства веры2), иногда в «правый смысл, противоположный суевериям, но еще далекий от научного мышления. «...Здравый человеческий рассудок, весьма почтенный спутник в четырех стенах своего домашнего обихода, переживает самые удивительные приключения, лишь только он отважится выйти на широкий простор исследования»3, — писал Энгельс. Но во всех случаях человек мыслит понятиями, выраженными словом.

Слово — это выражение понятия, но не всякое слово соответствует понятию. Вспомните детские «считалки»:

Эс, бес, ликафора,

Мы поймали в лесу вора...

Иногда же одно слово может выражать разные понятия (ключ от замка и ключ студеной воды), т. е. быть омонимом. Может и одно понятие выражаться разными словами, что не только бывает в разных языках, но и в одном и том же языке в виде синонимов (дуть и дорога).

Понятие, конечно, может возникнуть и без воздействия слова. Восприятие тоже вызывает понятие. Ведь не надо слышать слова «пожар», чтобы, увидев в окно

1 . Поли. собр. соч., т. 29, стр. 257.

2 См. К - К - Платонов. Психология религии. М., 1967, стр. 190—196.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 21.

полыхающее пламя, понять, что рядом пожар. Но и привычные грамматические построения сочетаний слов, не выражающих понятий, иногда позволяют передать смутный смысл. Известный лингвист для доказательства этого положения предложил студентам записать свои ответы на вопрос, о чем говорит фраза «глокая куздра штеко будланула бокра и курдячит бокрёнка». Расхождение ответов было, так сказать, «в деталях», а «главное» поняли все одинаково. Такое понимание противоположно тому, которое основывается на научных понятиях.

Понятия, как и слова, могут быть разных типов: устаревшие и вновь появляющиеся, народные, бытовые, разговорные, книжные, профессиональные, жаргонные, научные и т. п. Я не ставлю здесь задачи дать исчерпывающую классификацию понятий и слов. Я только хочу показать, что кроме научных понятий и определенно, и однозначно выражающих их слов есть и другие понятия и слова. В литературе яркие понятия дают гиперболы, как у Гоголя: «редкая птица долетит до середины Днепра», в поэзии есть слова-аллегории, и стихи даже могут дышать. Потому для поэта поиск слова не простая, хотя и по-разному решаемая задача. Об этом образно сказал поэт Всеволод Рождественский:

Я верю солнцу, рощам и туманам,— А чтобы все понять меня могли, Не сравниваю небо с барабаном И лес—с небритою щекой земли. Мне кажется ненужною забавой Плетенье кружев из случайных слов, Я не прельщен их дерзостью лукавой, В сеть не возьму сомнительный улов. Стихи всегда — нежданное дыханье, Подаренное миром в должный час, И кто же может угадать заране, Как отзовется этот голос в нас? Стихи живут и в буре, и в покое,

Растут, как зори, дышат, как трава.

И только в этом суть. А остальное,

Как Гамлет говорил: «Слова, слова, слова...» '

Каждое научное понятие выражается термином, т. е. словом, выражающим строго определенное понятие и одинаково понимаемым как его сказавшим, так и его услышавшими или прочитавшими специалистами.

Идеалом науки является такая схема:

Познаваемый предмет или явление;

Понятие, отражающее его сущность;

Термин, однозначно выражающий это понятие;

Восприятие термина;

Воспроизведение того же понятия;

Представление сущности того же предмета или явления 2.

Чем более та или иная конкретная наука в своем понятийно-терминологическом инвентаре приблизилась к этому идеалу, тем она более зрела и тем успешнее она развивается дальше, а возвращаясь к уже приведенному мною образу, можно добавить: и тем ее строительная площадка менее похожа на строительство Вавилонской башни. И это относится не только к психологии, но к психологии это относится, увы, бесспорно.

Наука пользуется либо общепринятыми в ней определенными и однозначными терминами, либо выдвигаемыми автором терминами. В последнем случае автор обязан определить каждый новый термин и обосновать, почему он вводится взамен уже существующего, если таковой имеется. В этой книге ряд терми-

1 В. Рождественский. Золотая осень. Л., 1969, стр. 111.

2 О других схемах словесного общения см. К. К- Платонов. Эмоциональный и интеллектуальный виды словесного общения.— «Социально-психологические и лингвистические характеристики форм общения и развития контактов между людьми». Тезисы Всесоюзного симпозиума. Л., 1970, стр. 130—1.31.

нов выделен шрифтом. Выделяются те термины и там. где они получают определения.

Здесь уместно остановиться на так называемых профессионализмах — словах, применяемых в определенной профессии. Есть, например, психологические термины, отражающие понятия: «развитие психики» и его два производных: «созревание психики» и «формирование психики». Но в психологической литературе (как и в этой книге) часто говорят просто «развитие», «созревание», «формирование», опуская слово «психика». Ведь каждому ясно, что речь идет в данном случае не о созревании яблока, а о проблемах психики. Но здесь надо указать на одну тонкость. В специальной работе нельзя в качестве обиходного слова применять слово, являющееся в этой науке термином. В психологических диссертациях, например, недопустимы выражения «исследование было экспериментального характера» или «характерная ошибка». Для психологии «характер», «характеристика», «характеризовать»— это термины; их нельзя именно в психологических работах употреблять как обиходные разговорные слова. Потому же в психологической работе нельзя употреблять, например, педагогического профессионализма «слабый ученик». Ведь «слабый тип» в психологии это термин, выражающий строго определенные понятия. Этими примерами я хочу усилить внимание к точности психологических понятий и выражающих их терминов.

Научные понятия находятся в определенной иерархии в зависимости от их широты, значимости и общепризнанности. Самые широкие — это категории, т. е. основные и наиболее общие понятия. Психология пользуется всеми философскими категориями, поскольку они распространяются на все науки без исключения и в своей совокупности отражают наиболее общие свойства и законы развития реального мира

Это — материя, движение, время и пространство, количество и качество, противоречия, причинность, необходимость и случайность, форма и содержание, возможность и действительность, активность, внутреннее и внешнее и т. д.

Но психология, как и каждая наука, имеет и свои категории, т. е. предельно широкие психологические понятия. Однако я не знаю ни одной работы, в которой эти категории были бы достаточно полно перечислены и раскрыты именно как психологические категории. В зависимости от степени широты следует различать два их вида.

Общепсихологические категории это понятия, объем которых совпадает с объемом психологической науки. Я думаю, что их шесть, и все они будут рассмотрены в этой книге: психическое отражение, психическое явление, сознание, личность, деятельность развитие психики.

Но есть и частнопсихологические категории. Они представляют собой несколько взаимосвязанных психологических понятий, объемы и содержания которых в своей совокупности исчерпывающе совпадают с объемом и содержанием той или иной общепсихологической категории. Как будет показано ниже, понятия «психические процессы», «психические состояния» и «свойства личности» в совокупности своих объемов и содержаний совпадают с категорией психических явлений. Понятия «переживание», «познание» и «отношение» в совокупности дают категорию сознания. Потому они и относятся к частнопсихолопгческим категориям.

Отдельные психологические науки своих категорий не имеют и пользуются едиными для всей психологии категориями, конкретизируя их в своих понятиях. Чем более четко определены и связаны в единую систему общие и частные психологические категории, тем точ-

нее и единообразнее понимаются и входящие в них понятия, отражающие отдельные психические явления.

Жизнь у научных понятий различна: одни, родившись как оперативное научное понятие, быстро умирают и становятся только научными архаизмами. Примером этому в психологии является понятие «реактология», введенное , или «рефлексология» . Но есть близкие им по роду понятия, никогда не имевшие научного значения (например, «низшая раса»), но надолго остающиеся в качестве объектов критического изучения.

Другие понятия, напротив, выражая сначала проблему, потом настолько укрепляются, что становятся принципом науки — доказанным исходным положением для дальнейших исследований. В качестве примера можно назвать принципы «детерминизм», «единство сознания и деятельности» и «личностный подход». Рассмотрение принципов психологии выходит за рамки задач этой книги, тем более что недавно вышла в свет капитальная монография, им посвященная '.

Вместе с тем нет ни одного исторически сложившегося понятия и выражающего его термина, которые не могли бы быть объектом научного изучения. «Энтелехия» Аристотеля, «пнейма» Эрасистрата и Те-лезио, «психомонады» Лейбница, «френология» Галля, «психотехника» В. Штерна, «педология» О. Хрисмана, «психоанализ» 3. Фрейда — тому примеры. Без истории понятий нет теории, а без теории нет науки или ее отрасли. Но оперативное научное понятие, которым пользуется наука, должно соответствовать современному ему научному пониманию предмета или явления, им отражаемого.

Методологические и теоретические проблемы психологии». 19

i, О СИСТЕМАМ

Ни одно понятие ни по своей психологической сущности, ни по своему логическому значению не существует вне его связи с другими понятиями. И в истории человечества, и в истории отдельной познающей личности понятия всегда образовывались и образуются на основе предметной соотнесенности познаваемого. Не может быть понятия «голод» без понятий «сытость» и «жажда»; «мы» без «они»; «способный» без «неспособный» и т. д., как не может быть этих парных явлений одного без другого. «Каждое понятие находится в известном отношении, в известной связи со всеми остальными»1, — писал . Эти связи в бытовых понятиях образуются стихийно.

Вы вызовете восторг любого ребенка, ответив на его вопрос, «который час»? бессмыслицей, дающей ему иллюзию наличия какой-то связи между отдельными словами:

— Без четверти три четверти пять минут вчерашнего!

Здесь важнее слов будут внешние связи между ними (как и в других внешних связях-рифмах). Но научные понятия (а следовательно, и термины) всегда образуют (вернее, должны образовывать) смысловую систему. Наука ведь система знаний; знания — это усвоенные понятия; усвоение — возможность практического использования ранее понятого и запомненного. Сущность понятого и запомненного в пределах, доступных современной психологии, достаточно единообразно раскрывается в главах «Мышление» и «Память» любого учебника психологии. Но изложенная в предыдущем параграфе система категорий не может

. Поли. собр. соч., т. 29, стр. 179.

считаться раскрытой 1Гбыть хорошо усвоенной, пока Й нее не включено определение понятия система.

Но для этого раньше уместно уточнить понятие определение, поскольку придется оперировать им. «Что значит дать ' «определение»?» — спрашивал и отвечал: «Это значит, прежде всего, подвести данное понятие под другое, более широкое» '. Надо признать, что это требование логики нередко нарушается в определениях психологических понятий.

Здесь уместно напомнить, что еще Аристотель говорил: «Определение бывает только у сущности... Определение есть словесное обозначение сути бытия... Определение, это — формулировка понятия»2. Глубокий психологический анализ причин расхождения слов и понятий дал Р. Декарт: «Внимание почти всех людей сосредоточивается скорее на словах, чем на вещах, вследствие чего они часто пользуются непонятными для них терминами и не стараются их понять, ибо полагают, что некогда понимали их»3.

Понятие не существует без определения и более развернутого его объяснения. Причем «объяснение, в котором нет указания на differentia specifica, не есть объяснение»4, — указывал Маркс. В определении очень важно указание родового признака. Но вместе с тем «одного указания родового признака недостаточно, ибо для науки при вскрытии сущности явлений важно выяснить не только то общее, что есть у данного явления с другими, но и специфические особенности, отличающие его от других явлений»5,—писал .

1 . Поли. собр. соч., т. 18, стр. 149.

2 Аристотель. Метафизика. М.—Л., 1934, стр. 119, 126.

3 Р. Декарт. Избранные произведения. М., 1950, стр. 462.

4 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 1, стр. 229.

5 . Философские идеи В. И. Ленина и логика. М., 1969, стр. 258.

Признавая ценность отдельных кратких определений, дефиниций, которые даются в той или иной форме, в то же время следует иметь в виду и ограниченность всякой дефиниции. Нельзя все знания о предмете ограничить даже правильными и хорошими дефинициями. Наука состоит не из одних определений. Теория, как известно, это система понятий, а наука в свою очередь — система теорий1.

Понятие система получило в 60-х годах XX в. широкое распространение. Я думаю, что в психологии, как и в физике, «предварительно можно определить систему как комплекс некоторых объектов или элементов, находящихся в определенном отношении друг к другу»2.

С понятием система тесно связано понятие структура. Их, в частности, объединяют в понятии системно-структурный анализ. Последний все быстрее проникает в ряд наук, в том числе и в психологию. Однако в психологии структура еще нередко понимается скорее с позиций гештальтпеихологии, называвшей себя «структурной психологией», но, по сути, как будет показано ниже, только мистифицировавшей понятие структуры. Сейчас нет почти ни одного советского психолога, который не говорил бы, например, о структуре личности. Однако четкости и единого понимания в этом еще нет3. Над понятием «структура» еще тяготеет груз прошлого. Понятие «структура» (от латинского structure — строить, сооружать) иногда определяется, как «строение и внутренняя форма организации системы, выступающая как единство устой-

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Домашний очаг

Справочная информация

Техника

Общество

Образование и наука

Мир

Бизнес и финансы