Посельский раскол. По благословению Высокопреосвященнейшего Филарета Архиепископа Пензенского и Кузнецкого (стр. 3 )

Третья линия в хиротонии Тихона представлена “архиереями” Рафаилом (Прокопьевым) и Назарием, сыном Амвросия (Катамадзе). Эта линия восходит к не признанной ни одной Поместной Церковью Украинской Автокефальной Православной Церкви (УАПЦ). И эта линия подлежит более детальному рассмотрению, поскольку именно она дала возможность существованию в России второй группы “истинно-православных” деноминаций, и в нее длительное время структурно входил посельский приход.

5. Вопросы каноничности священнических служений

Становится необходимым рассмотрение вопроса правомерности священнических служений применительно к исследуемой ситуации.

Для членов клира, в случае нарушения ими канонических предписаний, как одно из исправительных наказаний применяется временное запрещение священнодействия. В продолжение отбывания этого наказания виновный кроме лишения права священнодействия не может пользоваться и другими правами, соединенными с иерархической степенью. Следовательно, он не может ни учить, ни участвовать в церковном управлении. Он остается священником только по имени, не имея никаких священнических прав. Это положение православной церкви основывается на 5 и 59 Апостольских правилах, 20 Правиле IV Вселенского Собора, 3 правиле Трулльского и 19 и 113 правилах Карфагенского Поместных Соборов [81,т.1,62].

Под этот вид прещения в разное время со стороны своих правящих архиереев РПЦ МП попали упомянутые выше священники Московского Патриархата: Геннадий Варламов, Георгий Новаковский с сыновьями Романом и Анатолием, иеромонах Арсений (Киселев). Не вняв исправительному увещеванию Матери Церкви , священники отложились своего епископа и перешли в “другую юрисдикцию”, которую возглавил их предшественник, уже прошедший этот раскольничий путь епископ Валентин (Русанцов).

Поскольку все они продолжили служить в РСПЦ против канонов на правах священнослужителей, согласно первому правилу Василия Великого определяются как “раскольники”, образовавшие “самочинное сборище”.

Их действия рассматриваются 31-м Апостольским правилом, предписывающим подвергать извержению каждого священника “…яко любоначального. Ибо есть похититель власти”, который откажет в послушании своему епископу и отделится от него, также и всех других духовных лиц, присоединившихся к раскольничьим пресвитерам. Мирян, присоединившихся к таким пресвитерам, правилом предписывается отлучать от церковного общения. Ибо, как комментирует [81,т.1,94] это правило епископ Далматино-Истрийский Никодим: “Таким образом происходили расколы в Христовой Церкви ко вреду ея”.

Десятое правило Поместного Собора Карфагенского дополняет Апостольское правило [81,т.2,152]: “Аще который пресвитер, от своего епископа осужденный, вознесшись надмением неким и гордостию, должным быти возомнит отдельно приносити Богу святые дары, или умыслит воздвигнути иный олтарь, вопреки церковной веры и уставу: таковый да не будет оставлен без наказания. Собор рек: аще который пресвитер, противу епископа своего возгордясь, сотворит раскол: да будет анафема”.

Вместе с тем священникам предоставляется право на основании 9 Правила IV Вселенского Собора [21,149] обращения к церковному суду, и если суд признает виновным епископа, тогда только пресвитер освободится от власти этого епископа. Кроме того, 31-м Апостольским правилом на священников возлагается прямая обязанность заботиться о чистоте Матери Церкви и предписывается такое обращение в случае, если епископ преступает нормы канонов.

Все ссылки раскольников на невозможность исполнения вышеуказанных правил в церковной практике того времени абсолютно безосновательны, и новейшая история Русской Православной Церкви такие примеры уже имела.

Так, в печати зафиксирован конфликт в Приморском крае [76,40], когда в 1990 году настоятель одного из храмов не подчинился требованиям своего архиерея. Результатом церковного разбирательства стало определение [60,30] Священного Синода РПЦ МП от 01.01.01 года, которым епископ Хабаровский и Владивостокский Гавриил (Стеблюченко) “за поведение, порочащее сан архиерея, уволен за штат и направлен для полного раскаяния в Псково-Печерский монастырь под наблюдение местного архиерея. В течение трех лет не разрешено совершать церковного служения”.

Но обращения к церковному суду не последовало, поскольку в действиях вышеуказанных запрещенных в служении священников не было оправдательных мотивов. Они это, естественно, осознавали, сознательно заняли позицию противления законной церковной власти и пошли по пути раскола.

В силу вышеизложенного становится предельно ясно, что истинные мотивы раскольников лежат в области неоправданных личных амбиций, а не в сфере их заботы о чистоте Церкви или выполнении ими пастырского долга.

Кроме того, права рассмотрения жалоб пятым правилом III Вселенского Собора предоставляются исключительно законной церковной иерархии, а помилование, полученное запрещенными клириками от неправославных (в том числе изверженных, запрещенных, непризнанных) епископов, не может иметь никакого значения, и запрещенные после такового остаются опять вне церковного общения [21,101].

Раскольники определяются святителем Василием Великим в первом правиле как “разделившиеся в мнениях о некоторых предметах церковных, и о вопросах, допускающих уврачевание”, но все же крещение, ими совершенное, рассматривается как действо простого мирянина. В частности, св. Василий приводит следующие аргументы: “Ибо, хотя начало отступления произошло через раскол, но отступившие от церкви уже не имели на себе благодати Святаго Духа. Ибо оскудело преподаяние благодати, потому что пресеклось законное преемство. Ибо первые отступившие получили посвящение от отцев, и через возложение рук их, имели дарование духовное. Но отторженные, соделавшись мирянами, не имели власти ни крестити, ни рукопологати, и не могли преподати другим благодати Святаго Духа, от которого сами отпали”.

“Крещение, совершенное в этих (раскольничьих) общинах священником, надлежит считать крещением, совершенным мирянином,” – комментирует правило св. Василия епископ Никодим [81,т.2,373].

Учение Церкви по этому вопросу основывается на Священном Писании и выражено в 47-м Апостольском правиле: “Епископ или пресвитер, аще по истине имеющаго крещение вновь окрестит. Или аще от нечестивых оскверненнаго не окрести: да будет извержен, яко посмевающийся кресту и смерти Господней, и не священников от лжесвященников”.

Рассматривая вопрос законности священства, епископ Никодим, опираясь на православное церковное учение, напрямую соотносит его с церковной дисциплиной. В частности он пишет: “…необходимо убедиться главным образом в том, отступает ли известное иноверное общество от православной церкви только в некоторых отдельных пунктах веры и в некоторых своих отдельных обрядах, или оно погрешает в основных истинах церкви и имеет искаженное учение, как в отношении вопросов веры, так и в отношении церковной дисциплины; в последнем случае священство такого общества не может признаваться православной церковью” [81,т.1,120].

Кроме того, очень важно отношение самого религиозного общества к священству. Если общество видит в священстве исполнителей Божественной воли, а в священнической иерархии власть, происходящую из Божественного права, то такое священство истинно. Но священство не признано Церковью там, где общество смотрит на него, “как на служение, получаемое подобно всякой другой мирской службе без участия Божественной благодати и нужной только для того, чтобы сохранить известный прядок при исполнении каких-либо религиозных обязанностей” [81,т.1,120].

К сожалению, необходимо констатировать, что искаженное обрядоверием православие можно в той или иной форме встретить практически в каждом приходе. Им заражены как отдельные прихожане, так и целые общины. Поселки – ярчайшее тому подтверждение.

В отличие от католического учения о неизгладимости печати священства учение Православной Церкви, выраженное св. Киприаном Карфагенским, утверждает, что в священнотаинствах освящает не священник, а Дух Святой, поэтому кто не имеет в себе более благодати Святаго Духа, тот не может передать ее другим. Как не может передать нечто кому-либо тот, кто этого “нечто” не имеет. Поэтому изверженный или запрещенный священник, дерзающий приступать к священнодействиям, не будучи носителем Божественной благодати, является не соучастником совершаемого таинства, а исполнителем обрядовых манипуляций. Такое учение св. Киприана было принято всею церковью, и оно всегда имело силу в восточной церкви.

Основываясь на учении Православной Церкви, определяем следующее.

1. Все действия, совершаемые запрещенными в священнослужении священниками до их разрешения от прещения, не носят в себе спасительной Божественной благодати, священнодействиями не являются:

– иерей Геннадий Варламов – запрещен в священнослужении 31 января 1992 года архиепископом Серафимом, управляющим Пензенской и Кузнецкой епархией;

– протоиерей Георгий Новаковский (в монашестве Серафим) вместе с сыновьями священниками Анатолием и Романом – запрещены в священнослужении в 1993 году митрополитом Гедеоном, управляющим Ставропольской и Бакинской епархией;

– иеромонах Арсений (Киселев) – запрещен в священнослужении своим правящим архиереем с момента присоединения к Валентиновской РПСЦ в 1992 году. “Хиротонисан во епископа” запрещенными в священнослужении “епископом” Валентином и тремя непризнанными “епископами” Федором, Серафимом, Александром. “Митрополит”-самосвят;

– монах Тихон (Киселев) – “митрополит”-самосвят, а также все “рукоположенные” запрещенным иеромонахом Арсением или монахом Тихоном “священники” по канонам Православной Церкви священниками не являются, не говоря об их возведении в высшие степени священства.

2. Священники, исказившие практику церковной дисциплины, открыто не подчинившиеся исправительному наказанию со стороны правящих архиереев, являются раскольниками, а все уклонившиеся с ними в раскол вместе составляют “самочинное сборище”. До их покаяния священноначалию Русской Православной Церкви Московского Патриархата и воссоединения с Матерью Церковью к Православной Церкви они никакого отношения не имеют, как бы сами себя ни называли.

Таким образом, приход Свято-Димитриевского храма села Поселки с момента самовольного отхода от Пензенской епархии Московского Патриархата:

– на основании первого правила свт. Василия Великого являющийся собранием, составленным из непокорных священников и ненаученного народа, определяется как “самочинное сборище” [88,1297];

– согласно определению свт. Игнатия Брянчанинова как нарушивший единение со Святой Церковью, но сохранивший учение о догматах и таинствах, является “расколом” [8,466], а учитывая изначально территориальный принцип – “посельским расколом”;

– имеет в себе все признаки и характеристики секты: противопоставление себя общепризнанной церковной организации, незначительное число приверженцев, отсутствие церкви как общественного института, множественные названия и их изменяемость [92,3], обособившаяся группа лиц, замкнувшаяся в своих мелких, узких интересах [91,773], разномыслие с господствующей церковью, но согласный в религиозном отношении [93,534]. Учитывая отсутствие в расколе канонических действующих священников и невозможность священнодействия, квалифицируется как “секта православного обряда”.

Воспроизведенные посельские события, происходившие в 1990-х годах, показывают, что основными причинами раскола послужили:

– полнейшая религиозная безграмотность подавляющей части населения;

– проявления недопустимого самовольства со стороны отдельных мирян и непродуманных действий некоторых священников в вопросах устроения Церкви;

– неподчинение определенной части мирян и клириков своему священноначалию и попытки самочинного решения церковных вопросов с мирских позиций.

Главные последствия раскола находятся в области сотериологии, православной науки о выполнении человеческого предназначения, о его спасении. Основной удар раскол наносит именно в эту область.

В посельском “самочинном сборище” с момента его возникновения, то есть с 31 января 1992 года, и до преодоления раскола, не происходит священнодействий, выполняемые раскольниками обряды таинствами не являются, спасительной силы в себе не несут.

6. Посельский приход в составе Истинно-Православной Церкви

Для того чтобы понять действительные цели псевдоправославных группировок, в которые входил приход Свято-Димитриевского храма села Поселки, необходимо хотя бы вкратце рассмотреть их истоки, деятельность и личности некоторых лидеров.

6.1. Истоки “истинного” православия

Основателем и первым руководителем Истинно-Православной Церкви является связанный в недавнем прошлом с криминальными кругами, бывший иподиакон РПЦЗ, ставший в последствии “протопресвитером” РИПЦ, Александр Михальченков, известный также под фамилиями Сергеев и Зарнадзе [65]. Кстати, именно его грузинские корни явились причиной присутствия в российском “истинном православии” “архиереев” грузинской национальности.

В июне 1996 года по благословению лжепатриарха УАПЦ Димитрия (Яремы), бывшими “архиереями” раскольничьей Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата (УПЦ КП) и действующими “архиереями” самосвятской Украинской Автокефальной Православной Церкви Романом (Балащуком) и Мефодием (Кудряковым) [58] “иеромонах” Иоанн (Модзалевский), как зафиксировано в поставном свидетельстве, “в порядке восстановления апостольского преемства” был хиротонисан во “епископа” Московского и Коломенского Российской Истинно-Православной Церкви (в составе УАПЦ). Через полгода, 17 декабря, “епископы” Иоанн и Мефодий в Тернополе хиротонисали во “епископа” Санкт-Петербургского и Старорусского архимандрита РИПЦ УАПЦ Стефана (Линицкого). Хиротонию Линицкого даже лжепатриарх Димитрий не признал. Эти двое “епископов”, как ими утверждается, и передали в дальнейшем “апостольское преемство” всем остальным “епископам” Российской Истинно-Православной Церкви [71].

Собственно история “независимой Российской Истинно-Православной Церкви” начинается в середине июня 1997 года, когда возникли разногласия по вопросу разграничения власти между главой РИПЦ в составе УАПЦ “епископом” Иоанном и остальными “архиереями”. Эти разногласия закончились тем, что состоявшийся 26 июня Архиерейский Собор РИПЦ постановил извергнуть “епископа” Иоанна из священного сана и “запретить ряд его клириков в священнослужении, а если не последует покаяние – отлучить всех от Церкви” [71].

Собор также постановил признать Московский Патриархат “безблагодатным еретическим сборищем”, клир из МП перерукополагать, “духовенство и мирян перекрещивать и перевенчивать”, но одновременно – “разрешить клирикам РИПЦ отпевать мирян, состоявших в РПЦ МП при наличии усиленной просьбы родных и близких умершего” [65;71]. Мотивация понятна: когда платят деньги, становится не до принципов. На деле же и принципы оказывались липовыми: мирянам и священникам, приходившим из любых юрисдикций, всегда были рады и принимали их в сущем сане.

Отказ лжепатриарха Димитрия поддержать решения Архиерейского Собора РИПЦ (по Моздалевскому) стал причиной разрыва основной части этой группировки с украинскими автокефалистами и привел к возникновению независимой юрисдикции, наименовавшейся Российской Истинно-Православной Церковью.

В сентябре в церковь была принята группа “священников” во главе с Рафаилом (Прокопьевым). При присоединении все предыдущие рукоположения этой группы были признаны недействительными, и Рафаил был возведен сначала в “архимандрита”, а затем 21 сентября в “епископа”. Стефан и Амвросий с “епископом” Моисеем рукоположили его во “епископа” Волоколамского. В феврале на Архиерейском Соборе были приняты и включены в состав Священного Синода РИПЦ свободные, отложившиеся от Валентина (Русанцова) “архиепископы” Арсений (Киселев) и Александр (Миронов).

Летом 1998 года очередной Архиерейский Собор РИПЦ принял решение рукоположить: в “епископа” Царицынского викария Санкт-Петербургской митрополии “архимандрита” Дидима (Нечаева), для управления Финляндскими приходами РИПЦ – в “епископа” Гельсинфорского и Прибалтийского Назария (Катамадзе), а для Кузнецкой и Пензенской епархии – упомянутого выше Тихона.

Хиротонии продолжаются, и в связи с тем, что РИПЦ стала разрастаться, было принято решение об учреждении должности местоблюстителя патриаршего престола и первоиерарха РИПЦ. Из трех кандидатов на должность (“митрополит” Амвросий и “архиепископы” Рафаил и Арсений) первоиерархом РИПЦ был избран “архиепископ” Рафаил, вскоре возведенный в сан “митрополита” и провозглашенный главой Синода РИПЦ.

Избрание Рафаила не входило в планы амбициозного Амвросия, и вскоре вместе с примкнувшими к нему по разным причинам “архиереями” Арсением, Александром, Тихоном, Назарием и двумя “епископами” Грузинской ИПЦ он организовал внутри РИПЦ оппозиционную группу.

К концу 1998 года разногласия вылились в раскол, и Амвросий был выведен из Синода. За демонстративное игнорирование канонической санкции решениями Архиерейских Соборов от 01.01.01 года он был извергнут из священного сана, а 13 марта предан анафеме. Вслед за ним из этой группировки вышли “архиереи” Александр, Назарий и Арсений с братом Тихоном, которые “за раскольническую деятельность” решением того же мартовского Архиерейского Собора все были извергнуты из священнического сана.

Так, в середине марта Российская Истинно-Православная Церковь разделилась на два параллельных Синода: один – под управлением “митрополита” Рафаила, а второй – во главе с “митрополитом“ Амвросием Катамадзе, который очень быстро потерял большинство своих сторонников из-за своих настойчивых претензий на должность первоиерарха [65].

В это же время Синод, обвинив Рафаила в непрекращающейся целительской практике и нарушении церковных канонов, своим постановлением отчислил его за штат и освободил от всех занимаемых должностей, а через 8 месяцев изверг из священного сана. При этом у Рафаила остался домовой храм в Москве, где он продолжает со своим духовенством совершать “богослужения” и лично заниматься “целительством”. Вместе с Сергием (Моисеенко) они образовали Истинно-Православную Церковь в России. В ноябре 1999 года на заседании Синода главный идеолог РИПЦ “протоиерей” Александр Михайличенко выступил с ультиматумом. Заявив, что если Церковь не примет его программу реформ (в частности, перевод служб на русский язык и их радикальное сокращение, отмена обязательного монашества епископов и в перспективе самого монашества, существенное ограничение прав архиереев и т. п.), то он и поддерживающее его духовенство выходит за штат. Синод отверг предлагаемую программу.

На заседании Синода 11 декабря 1999 года было принято решение о переходе каждого “архиерея” на автономное самоуправление. Таким образом, 10 января 2000 года официально перестала существовать одиозная Российская Истинно-Православная Церковь, которая, просуществовав два с половиной года, распалась на несколько независимых юрисдикций.

6.2. Возникновение и развитие ИПЦР

Запрещенные в служении 13 марта 1999 года в РИПЦ, а 27 ноября окончательно извергнутые за непослушание Синоду “митрополиты” Рафаил (Прокопьев) и Сергий (Моисеенко) образовали новую юрисдикцию "Истинно-Православная Церковь в России". В конце марта 2001 года объединение в составе 14 общин под началом Рафаила подало заявление с просьбой о регистрации в качестве централизованной религиозной организации, что вскоре и было сделано. Разработанный устав централизованной религиозной организации Священный Синод Истинно-Православной Церкви [33] частично скопирован, а точнее спародирован с Устава РПЦ МП. В Министерстве юстиции РФ 27 мая 2003 года за № была зарегистрирована религиозная организация “Священный Синод Истинно-Православной Церкви”, расположенная в г. Москве на ул. Радио, дом 12, строение 1 [30].

Несмотря на то, что в течение последних лет ИПЦ претерпела и продолжает претерпевать некоторые количественные и качественные изменения, ее деятельность требует более детального рассмотрения в силу ее влияния на посельский приход и как выразителя общих интересов составляющих ее, и подобных ей деноминаций.

“Митрополит” Рафаил

Глава ИПЦ, Леонид Семенович Мотовилов (праправнук по материнской линии Николая Александровича Мотовилова, “служки” преподобного Серафима Саровского), родился 18 сентября 1947 года в деревне Ерал Челябинской области. По его собственному признанию, его бабушка, Татьяна Трифоновна [12,149] “с верой православной не порывала, занималась целительством… и меня приобщала к целительству…, старалась передать свое целительское искусство, как и полагается на Руси, старшему внуку…”. Но в детстве не сложилось.

Леонид с отличием окончил Дальневосточное высшее общевойсковое командное училище. Еще обучаясь в училище, женился и взял фамилию жены. О его добросовестности при прохождении воинской службы говорит то, что воинские звания “капитан”, “подполковник”, “полковник” он получал досрочно. Закончив военную академию имени Фрунзе, в 32 года стал командиром полка. Это блестящее продвижение для советского офицера в 70-е годы.

Во время служебной командировки под Бейрутом, будучи советником командира сирийской пехотной бригады, 6 января 1984 года он подрывается на противопехотной мине. После ампутации правой ноги и перенесенной клинической смерти дал, по его собственному признанию, “клятвенное обещание посвятить себя служению Богу” [12,165].

За восемь месяцев госпитальной жизни Леонид Семенович перенес 14 операций, более 40 часов общего наркоза. После выздоровления по решению министра обороны его направляют в военный институт преподавателем тактики, где под воздействием экстрасенса Кашпировского он проводил свои первые “целительские” опыты над курсантами. В 1990 году, выйдя в отставку, он организовал собственный “Целительский центр”, впоследствии получивший название “ПРОИС”.

Видимо, осознав, что доверие простого народа к священнику гораздо больше, чем к экстрасенсу-целителю, принимает решение стать священнослужителем. Как объясняет сам, “понял, что быть целителем и не быть священником больше не могу” [12,165].

Прокопьев пишет письмо Патриарху Алексию II с предложением взять под свой омофор “народное целительство”. Не получив ответа, он обратился к Лазарю Васильеву (впоследствии “агнцу откровения”), Иоанну Береславскому (позже создал “Богородичный Центр”) и Тихону Филиппову, которыми после развода с женой, не захотевшей стать матушкой, “был последовательно рукоположен во диакона, священника и епископа… принял монашеский постриг и получил новое имя – Рафаил, что в переводе означает целитель Божий” [12,165].

При “Центре народного целительства” создал религиозную организацию “Община Архангела Рафаила”, учредил и зарегистрировал “Православную” миссию святого Иоанна Иерусалимского – орден госпитальеров, открыл подворья в Санкт-Петербурге, Красноярске, Астрахани, Новгороде, Саранске, а также в ближнем зарубежье, в Минске и Чернигове во главе с рукоположенными им наместниками, своими учениками-экстрасенсами [77].

В 1994 году, порвав с Васильевым, Прокопьев вместе со своими “викариями” и Коломенским “епископом” Тихоном (Филипповым) вступил в общение с УПЦ КП. В состав его группы вошли также “митрополит” Сергий (Моисеенко) и “епископ” Филипп из Нижнего Новгорода. Были рукоположены новые “епископы”: Бронницкий Евгений (Старостин) и Красноярский Георгий (Коковин). Новое формирование они назвали “Русской Соборной Православной Церковью”, а Рафаила объявили ни много ни мало “митрополитом Московским, Местоблюстителем Патриаршего Престола” [65].

Все действия этой группы изначала сопровождаются непрерывными рекламными кампаниями, изредка перемежающимися сенсационными всплесками. Так, в Богоявленском соборе подмосковного города Ногинска 19 декабря 1996 года, как было сообщено в прессе, “в присутствии членов движения “Наш дом – Россия” трое священников Киевской Патриархии, среди которых был и “митрополит” Рафаил, “короновали и помазали на царство” “государя Николая III” и супругу его Наталью Евгеньевну Коваленко”. Царь-самозванец “своим первым Манифестом отменил существующую Церковь, как “советскую и нелегитимную”, и объединил Церкви бывшего Советского Союза в одну” [77].

Эта провокация против Московского Патриархата была широко освещена в информационных средствах, при этом Рафаил красовался на снимках во многих газетах как православный архиерей, благословляющий “императора”. “Император”, выдававший себя за контр-адмирала, на поверку оказался сержантом запаса Дальским. Разразился скандал, в результате которого Филаретовский Синод в начале 1997 года предпочел публично отречься как от самого “действа”, так и от Рафаила и иже с ним.

В конце сентября 1997 года “архиереи” Амвросий Катамадзе, Стефан Линицкий и Моисей Ходжава приняли “митрополита-экстрасенса” Рафаила и его “епископов” в состав новосозданной Российской ИПЦ УАПЦ, совершив над ними последовательно дополнительную “хиротонию”.

События, происходившие с участием Рафаила с 1997 по 2003 год, сопровождавшиеся его несколькими запрещениями и извержениями из сана со стороны бывших единомышленников-архиереев и одновременный рост до “Митрополита Московского и всея Руси”, описанные выше, стали своеобразным опытом и трамплином для дальнейшего движения. Обладая значительными организаторскими и командными способностями, Рафаил сделал то, что до этого считалось невозможным. Он собрал несколько подобных себе групп и провел “объединительный съезд”.

В феврале 2004 года во многих СМИ прошли сообщения и репортажи о создании так называемой Православной Российской Церкви (ПРЦ) [27]. Под этой вывеской стало возможным объединение ИПЦ “митрополита” Рафаила, Апостольской Православной Церкви “митрополита” Стефана, “митрополита” Епифания Каминского вместе с группой катакомбных “секачевских” священников под его омофором, а также представителей Грузинской ИПЦ и некоторых “автономных священников”.

Первая сессия Всероссийского Поместного Собора Православной Российской Церкви (ПРЦ) проходила 16 февраля 2004 года в Рафаиловской резиденции. Рафаил объявил новообразование единственным наследником и правопреемником исторической Православной Российской Церкви со всеми вытекающими из этого имущественными претензиями [24]. В своем докладе “Определения Священного Собора 1917 – 1918 годов, касающиеся церковной жизни и управления, – единственная каноническая основа для воссоздания Православной Российской Церкви” он призвал восстановить принципы и дух определений Священного Собора 1917 – 1918 годов.

На второй сессии Поместного Собора рассматривался вопрос о возведении Рафаила в сан “патриарха”. Сам кандидат был не против, только просил соборного обсуждения, но, видимо, чувство меры дало о себе знать: после долгих обсуждений тему отложили. На этой же сессии было единогласно принято одиозное постановление: “считать действие присяги, данной дому Романовых на Земском Соборе, утратившим силу в связи с прекращением династии. Провозгласить Царицей Всероссийской Пресвятую Богородицу” [26]. Даже комментировать это кощунство страшно.

С 2004 года по настоящее время Рафаиловская деноминация постоянно реформировалась. Значительная часть “архиереев” и “священников” вышла из этого объединения. Основными причинами отхода они называют: претензии на единоличное руководство церковью со стороны Рафаила; его непрекращающуюся оккультно-целительскую практику; поставление во епископы женатого священника; хиротонии священников без ведома правящих архиереев и прочее [53].

Были попытки переименовать ИПЦ в ИПЦ-ПРЦ (Истинно-Православная Церковь – Православная Российская Церковь), в органы юстиции подавались документы для перерегистрации [26]. Но в регистрации было отказано, поскольку российское законодательство определило 50-летний ценз деятельности организациям, претендующим на употребление в своем названии термина “Россия”, “российский”. Естественно, новообразованная ИПЦ не смогла представить доказательства своего пятидесятилетнего существования.

Тем не менее руководство ИПЦ, несмотря на отказ в регистрации (и в нарушение закона), в обращениях, выступлениях, на собственном сайте и в документах именует свое образование “Российской Церковью”. В своем официальном печатном органе, газете “Поместный Собор” (№21, март 2007), на первой странице опубликовало пасхальное послание первоиерарха Православной Российской Церкви (Истинно-Православная Церковь) “митрополита Московского и Всероссийского” Рафаила [6]. Как видим, здесь нет уважения и к закону.

Что существенно, впервые термин “истинная” употребил в 1928 году митрополит Иосиф (Петровых) в письменном ответе архимандриту Льву (Егорову) в следующем контексте: "Не только не выходили, не выходим и никогда не выйдем из недр истинной Православной Церкви, а врагами ее, предателями и убийцами считаем тех, кто не с нами и не за нас, а против нас….” [87,336]. Впоследствии определенными кругами это словосочетание превращается в имя собственное и поднимается на рамена как некий символ противоборства с Русской Православной Церковью.

Как отмечают исследователи, это движение изначала приобрело политическую антиправительственную окраску и вышло за чисто религиозные рамки [87,338].

Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев) наряду с другими беспристрастными церковными историками считал, что “ядро идеологии “иосифлянского” раскола заключается в отрицательном отношении к отечественной советской действительности, а церковно-канонические мотивы были лишь внешней оболочкой” [11,5]. Поэтому упование со стороны современных “ИПЦ-шных” лидеров на иосифлянское движение и причисление себя к числу его последователей в вопросах сохранения чистоты Православия, не говоря о декларируемой истинности, даже при поверхностном рассмотрении не выдерживает никакой критики.

6.3. Оккультная деятельность “рафаилитов” и “забота” о пастве

С 1990 года в Москве на ул. Радио, 12 существует ООО “ПРОИС” – центр народного целительства. Здесь предлагают широкий спектр услуг – от “снятия сглаза и порчи” до “обучения приемам набора и управления энергией” и прорыва к “вершинам экстрасенсорного мастерства”.

Были сделаны неофициальные попытки подать заявки из “ПPOИСа” в некоторые структуры МГУ для подготовки и обучения восточным знаниям около пятисот специально отобранных человек [77]. Не исключено, что “искушенных”, накачав в “ПРОИСе” оккультизмом и “основами православия”, планировали внедрять в православные семинарии и рукополагать во священники. Во всяком случае, отмечают исследователи, оккультное наступление на Православную Церковь, подрыв ее изнутри любыми способами намечался уже тогда [62].

Со временем меняются названия, но суть возглавляемого Леонидом Семеновичем Прокопьевым (а сейчас – “митрополитом” Рафаилом) целительского центра остается неизменно оккультной.

Свою концепцию целительства “православный митрополит” определяет предельно четко: “У человека три основных тела: физическое, духовное и энергетическое. Обслуживанием духовных потребностей людей по праву занимается Церковь. У каждого человека должен быть свой духовный наставник, которому можно покаяться, снять боль души. Болезни физического тела лечит врач. А энергетическую структуру человека оберегает целитель. В идеале это триединство и помогает каждому пройти свой земной путь” [12,16].

Ничего общего с православным учением о триединстве человека, взаимодействии духа, души и тела, раскрытого в том числе в одноименном апологетическом трактате святителем Лукой (Войно-Ясенецким) [74], действительным целителем от Бога, измышления Рафаила не имеют.

Та “энергетическая структура”, предлагаемая Рафаилом на заклание “целителю”, есть часть проявления в человеке образа Божия. Используя Богом данную свободу, человек в зависимости от личного выбора наполняет сосуд своей души последствиями воздействия тех или иных духов, несущих в себе присущую им энергию. Два полярных духовных состояния описывает святитель Лука: “Тихим и радостным светом озаряется душа человека, всегда творящего дела любви и милосердия…”, и “поток злой энергии, злого духа изливается в наше сердце и мозг, когда мы видим искаженное ненавистью лицо врага …” [74,194-195].

Нет надобности в подобных целителях человеку, творящему дела любви, исполняющему заповеди Божии. А людям своевольным, чьи устремления противоречат воле Творца, экстрасенсорные манипуляции – чуть прикрытая ловушка, где “пациент” добровольно отдает себя в руки очередного недоброго духа – “целителя”, повторяет Адамов грех и умножает свои духовные болячки.

Оккультно-целительская практика “митрополита” Рафаила является, по всей видимости, его основной деятельностью. С нее он начинал и никогда впоследствии не прекращал, несмотря на обещания “вразумляющим” его собратьям отойти от оккультизма. Далеко не последнюю роль здесь играет финансовая составляющая [17], поскольку отбою нет от желающих решить свои проблемы, в том числе и со здоровьем, бездумно, но быстро, ничего не делая, и относительно недорого.

При посещении Синодального дома в августе 2007 года автор был свидетелем того, как “митрополит” Рафаил лично практиковал “целительство”, на прием к нему в свечной лавке выдавали платные талоны. Там же продавали соответствующую литературу и видеокассеты с записью рафаиловского “целительства”, а на стене в рамке висела лицензия Московского правительства на право занятия целительской практикой, срок действия которой истекал в сентябре 2007 года.

“Воскрешающая Русь”

К особо почитаемым святыням последователей “истинного православия” относится псевдоикона “Воскрешающая Русь”.

В поселке Денежниково Раменского района, где расположен Иоанно-Предтеченский женский монастырь ИПЦ, существует домовой храм в честь “чудотворной” иконы “Воскрешающая Русь”.

Эта “икона” священноначалием ИПЦ утверждена к почитанию осенью 2004 года на второй сессии Поместного Собора [26], а праздник впоследствии назначен на 12 декабря, и проходит он уже который год с размахом [22]. С этим шедевром оккультной живописи отставной полковник медицинской службы Головко вместе с единомышленниками обошел половину западной части России, причем навязывалась она чрезвычайно агрессивно. Так, архиепископу Ставропольскому Феофану (Ашуркову) в ультимативной форме было заявлено: ”Владыко, поцелуй эту икону, иначе мы всем скажем, что ты жид!” [79,465].

В Дивеево, по прибытии туда “крестного хода”, удалось эту “икону” спрятать, но с нее к тому времени уже было написано несколько копий, которые и предлагаются к почитанию любителям разного рода мистики. Обстоятельства происхождения этой “иконы” ее распространители и почитатели тщательно скрывают, поскольку в действительности она была написана по демоническому видению целительницы-экстрасенса Ольги Павленко, которая кощунствовала над иконами Божией Матери [79,467].

Но вот околоцерковные газеты “Русский вестник”, “Русь православная” и “Воскрешающая Русь” заявляют, что эта “икона” должна обеспечить ни много ни мало спасение России. Создано и активно действует “Общество ревнителей православного благочестия и почитателей святой чудотворной иконы Пресвятой Богородицы “Воскрешающая Русь”.