Фонд социального страхования (стр. 2 )

В течение последних лет Pfizer потеряла исключительные права на несколько препаратов-бестселлеров — Lipitor, Xalatan, Aromasin, Geodan и Detrol. Препарат Lipitor, применяющийся для снижения уровня холестерина в крови, после истечения срока патента в ноябре 2011 года перестал быть самым продаваемым лекарством в мире, уступив это место противоревматическому препарату Humira, производимому Abbott. Пика продаж Lipitor достиг три года назад — $13 млрд; после истечения срока патента в 2012 году его продажи снизились более чем в три раза — до $3,9 млрд. Pfizer потеряла в прошлом году лидерство по продажам, уступив первое место швейцарской Novartis.

Та же тенденция сохраняется и в начале этого года. Прибыль крупнейшей британской фармацевтической компании GlaxoSmithKline за первый квартал упала на 6% — до £1,93 млрд ($2,95 млрд) с £2,05 млрд в прошлом году. Продажи упали на 3%, до £6,47 млрд. Продажи второй британской фармацевтической компании AstraZeneca упали в первом квартале на 13% — до $6,39 млрд. Операционная прибыль упала на 25%, до $2,32 млрд. Продажи бестселлера 2011 года Crestor, производимого компанией, упали на 11% — до $1,3 млрд. Продажи препарата для лечения острого психоза и шизофрении Seroquel, срок действия патента на который истек в марте прошлого года, упали на 60% в сравнении с тем же периодом 2011 года — до $449 млн за квартал. "Как и ожидалось, показатели первого квартала отразили потерю исключительного права на некоторые важные продукты",— заявил глава компании Паскаль Сорио. К концу следующего года истекут патенты AstraZeneca еще на несколько лекарств, прибыль от которых составляет до 40% от общего объема продаж. В декабре прошлого года истек патент на антидепрессант компании Eli Lilly Cymbalta; в марте 2014 года истечет и патент на лекарство от остеопороза Evista, эти два препарата являются самыми популярными лекарствами, производимыми Eli Lilly, в прошлом году они принесли компании 43% из $11,8 млрд продаж в США.

Падают и продажи крупнейшего производителя дженериков израильской компании Teva. В первом квартале выручка компании упала на 3,9% — до $4,9 млрд, в том числе выручка от продажи дженериков упала на 12%, до $2,31 млрд. Особенно сильно упали продажи брендированного препарата компании Provigil, патент на который истек в США в прошлом году,— на 92%, до $24 млн. По оценке рейтингового агентства Moody`s, хотя производители дженериков продолжат в этом году получать выгоду от истечения сроков патентов на многие лекарства, масштаб ее уменьшится в сравнении с годами. Хотя использование дженериков во всем мире растет, рост их прибыли ограничивается падением цен на лекарства и ростом издержек из-за необходимости производить более сложные препараты.

Хотя швейцарская Novartis показала рост прибыли в первом квартале на 7% — до $3,25 млрд, это произошло в основном за счет того, что производителю дженериков Ranbaxy Laboratories пока не удалось получить разрешение Управления по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов США (FDA) на дженерик второго по популярности лекарства Novartis — Diovan от гипертензии, срок патента которого истек. Самые продаваемые продукты компании — Diovan и лекарство от рака Gleevec — принесли в прошлом году $9,1 млрд. По оценкам экспертов, к 2015 году, к которому истекут патенты на оба препарата, они могут принести компании всего $5,2 млрд.

Как сократить издержки

Снижение выручки заставляет компании сокращать издержки. Одним из ожидаемых методов их снижения стали увольнения. AstraZeneca в марте объявила о намерении сократить около 5 тыс. сотрудников (9% от общего числа) в течение ближайших трех лет. Eli Lilly в рамках реструктуризации увольняет в США 30% менеджеров по продажам (около 1 тыс. человек). В конце апреля Novartis объявила о намерении уменьшить число сотрудников на 300 человек за счет увольнения 40% работников на заводе компании в штате Небраска в течение ближайших двух лет.

Еще одним способом снижения издержек в данном случае стало значительное уменьшение выплат фармацевтических компаний врачам и уменьшение расходов на рекламные мероприятия. Эти затраты, например, снизили Pfizer и GlaxoSmithKline. Выплаты Pfizer медицинским специалистам составили в 2012 году $173,2 млн, снизившись на 11% в сравнении с 2011 годом. GlaxoSmithKline снизила выплаты врачам на 20% — до $97,1 млн. Также снизил выплаты врачам крупнейший производитель дженериков Teva — на 11%, до $28,1 млн.

Pfizer сократила расходы на форумы и другие мероприятия, на которых врачам рассказывают о препаратах, на 60%. В прошлом году на таких форумах, проведенных компанией, выступили всего 1539 врачей против 3569 в 2011 году. Средняя плата выступающим снизилась до $5380 с $6110. Как заявила The Wall Street Journal директор подразделения интенсивной хирургии Медицинского центра Уайла Корнелла в Нью-Йоркской пресвитерианской больнице Сумитра Ичемпати, которая выступает от лица Pfizer на медицинских форумах, выплаты ей сократились с $32,6 тыс. в 2011 году до $6 тыс. в 2012-м.

В борьбе за снижение издержек фармацевты прибегают ко всем доступным методам. Eli Lilly в начале этого года единовременно заработала $495 млн от продажи прав вне США на лекарство от диабета компании Amylin Pharmaceuticals. Также компании прибегают к избавлению от не слишком прибыльных подразделений. GlaxoSmithKline собирается продать свои бренды напитков Lucozade и Ribena. По мнению аналитиков Deutsche Bank, сделка может принести компании до £2,5 млрд. Pfizer также планирует продать свое ветеринарное подразделение Zoetis (см. колонку на этой странице).

Еще один возможный ответ — создание новых лекарств. Но в этом отношении существуют свои проблемы. Как сообщает , расходы на научно-исследовательскую деятельность (R&D) выросли в 2012 году у 15 крупнейших фармацевтических компаний всего на 3,5% — до $86,5 млн. Как сообщает аналитик GlobalData Адефеми Аденуга, число новых молекулярных субстанций (NME), одобренных Управлением по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов США, снизилось за последние 15 лет на 34% — с 41% в 1997 году до лишь 35% в 2012 (см. колонку). Некоторые компании сужают спектр разработки новых препаратов несколькими направлениями. Например, AstraZeneca собирается сконцентрироваться на трех направлениях научно-исследовательской деятельности — разработке препаратов для лечения рака, болезней сердечно-сосудистой системы и нарушений обмена веществ, а также респираторных, аутоиммунных и воспалительных заболеваний. Также компания надеется улучшить свои позиции "на рынке неинсулиновых препаратов для лечения диабета при помощи альянса с компанией Bristol-Myers Squibb".

Проблема не только в недостаточном количестве новых препаратов, но и в том, что их бывает непросто вывести на рынок. По информации , Novartis, GlaxoSmithKline, AstraZeneca, Roche и другие фармацевтические компании заявляют, что у них есть новые препараты, но внедрение их на рынок идет довольно медленно. Так, Eli Lilly заявила, что разработанный ею антитромботический препарат Effient, продажи которого начались еще в 2009 году, пока не оправдал ожиданий.

В этой ситуации, говорят эксперты, компании могут уходить от традиционной практики выпуска лекарств-блокбастеров в пользу менее популярных и распространенных — нишевых препаратов. "Производители разрабатывают и запускают инновационные лекарственные препараты в таких сегментах, где есть меньше более дешевых аналогов, даже если у таких специализированных препаратов меньше защитных патентов",— отметил в интервью "Ъ" Дэвид Ридли, профессор Школы бизнеса Фукуа при Дюкском университете в Дареме (Северная Каролина, США). Он считает: "Сдвиг в сторону нишевых препаратов и/или препаратов для лечения редких и/или очень тяжелых заболеваний (орфанные препараты) является правильной мерой. Такие орфанные препараты выписывают узкие высококвалифицированные специалисты, а не специалисты общего профиля. Поэтому у таких препаратов не может быть массовых продаж".

Вернуться к прибыли

Рейтинговое агентство Moody`s ожидает, что фармацевтические компании в 2013 году вернутся к росту прибыли. Об этом говорится в отчете "Мировая фармацевтическая отрасль. Возвращение к росту прибыли сохраняет стабильный прогноз", вышедшем 23 апреля. Вице-президент агентства и автор отчета Мари Фишер-Сабатье заявила: "Мировая фармацевтическая отрасль, скорее всего, вернется к росту прибыли в 2013 году, когда истекают лицензии у меньшего числа лекарств-бестселлеров в сравнении с прошлым годом. Ожидается, что прибыль до уплаты налогов фармацевтических компаний вырастет в среднем на 1%. Мы также ожидаем дальнейшего ускорения роста прибыли в 2014 году, когда уменьшится негативный эффект истечения срока патентов".

Согласно отчету Eli Lilly, не в последнюю очередь за счет сокращения издержек ее чистая прибыль выросла в первом квартале на 53% — до $1,55 млрд. Как заявил глава компании Джон Лехляйтер, компания рассчитывает на новые лекарства, которые должны помочь восстановить рост. В этом году компания планирует получить одобрение FDA на пять новых лекарств. GlaxoSmithKline также рассчитывает на получение в этом году одобрения регулятора на шесть препаратов, в связи с чем надеется на повышение продаж на 1%. Уже в мае должно быть вынесено решение FDA по препарату для лечения заболеваний легких Breo Ellipta. По мнению аналитика Тима Андерсона из Sanford C. Bernstein, продажи этого препарата в 2020 году могут достигнуть £703 млн. Компания Bayer ожидает роста продаж на 4-5% в 2013 году. Она в последнее время начала продажи нескольких новых препаратов, в том числе лекарства от тромбов — Xarelto, болезней глаз — Eylea и рака — Stivarga. Bayer ожидает, что пять новых препаратов в 2015 году принесут компании более €2,5 млрд.

С этим согласен и профессор Ридли. "В целом я придерживаюсь оптимистичных прогнозов в отношении биотехнологической и фармацевтической индустрий. Некоторые эксперты с тоской оглядываются на оживленный период 1990-х годов, когда на рынок выходило большое количество новых препаратов, а акции фармацевтических компаний были очень дорогими. Но рост рынка в 1990-х годах был, пожалуй, исключением... Котировки всех десяти крупнейших фармпроизводителей и сейчас уже ведут себя лучше, чем индекс S&P 500",— заявил он "Ъ".

У нас

Крупнейшим фармпроизводителям в России жаловаться на спад в продажах в настоящее время не приходится. Так, лидер отечественного рынка лекарств "Фармстандарт" (ТМ "Арбидол") последние годы непрерывно улучшал свои финансовые показатели: в 2012 году он увеличил выручку на 20,5%, до 51,4 млрд руб.), а чистую прибыль на 12,8%, до 10 млрд руб. Другой крупный российский производитель лекарств — фармфирма "Сотекс"" (входит в группу "Протек") в 2012 году увеличила выручку на 11,9%, до 6,2 млрд руб. (данные по чистой прибыли отсутствуют).

Факторы, которые влияют на снижение прибылей у мировых лидеров фарминдустрии, для российских компаний не столь актуальны. Большая часть их продукции — это дженерики, на оригинальные препараты, по оценке Центра социальной экономики, сейчас приходится только около 20% всех лекарств отечественного производства. Заместитель гендиректора Stada CIS Иван Глушков отмечает, что российские компании при этом почти не вкладываются в R&D, тогда как на Западе производители могут тратить на них 15-20% от выручки, а в отдельных случаях и до 50%.

Кроме того, обращает внимание господин Глушков, в России фармкомпании имеют заметно большую маржу. "Это связано с тем, что основным покупателем их продукции по-прежнему является конкретный потребитель, который купит лекарство по любой цене. В США и в Европе закупками лекарств занимается главным образом государство или страховые компании — им навязать высокие цены не так-то просто",— говорит господин Глушков. При этом, продолжает он, рентабельность по чистой прибыли у российских и иностранных компаний остается примерно на одном уровне, что объясняется экстремально высокими расходами отечественных производителей на продвижение своих препаратов. У того же "Фармстандарта", например, в первом полугодии 2012 года маркетинговые расходы и расходы на рекламу и продвижение увеличились в полтора раза — до 998,7 млн руб.

Гендиректор DSM Group Сергей Шуляк среди негативных факторов, влияющих на доходы российских фармпроизводителей, выделяет, в частности, высокие налоги, а также дорогие кредиты на развитие производства и R&D. Экономить же, по его словам, они пытаются на субстанциях, что снижает качество выпускаемых лекарств.

социальная поддержка

Соцподдержку пострадавших

от радиации улучшат

(«Солидарность» 08.05.2013)

Вадим Барабанов

26 апреля комитет Госдумы по труду, соцполитике и делам ветеранов рекомендовал палате принять важный законопроект, внесенный правительством. Он защищает пострадавших от радиации, а также их семьи, которые покинули зараженную местность и потеряли из-за этого льготы.

Документ вносит поправку в ст. 19 Закона “О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС”. По ней “чернобыльцам” гарантируют “стандартный для этой льготной категории набор мер соцподдержки, но лишь если они впоследствии вернулись в “зону с льготным социально-экономическим статусом” (это формулировка правительства, внесшего законопроект).

Напомним, сейчас по “закону о соцзащите чернобыльцев”, россиянам, постоянно проживающим (работающим) на территории “зоны проживания”, выплачивают ежемесячные денежные компенсации и предоставляют ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в 7 календарных дней. Но только при условии постоянного проживания (работы) в указанной зоне до 02.12.1995 года.

Конституционный суд постановлением от 24 октября 2012 г. признал эту норму не соответствующей Основному Закону страны. Как подтверждает правоприменительная практика, действующая норма фактически дискриминирует уехавших из “зоны” и затем туда вернувшихся. Из-за этой правовой лазейки, указывает КС, чиновники не предоставляют ЕДВ и отпуска “гражданам, которые постоянно проживали (работали) на территории зоны проживания до 1 января 1991, затем покинули ее до 2 декабря 1995 и впоследствии (после 2 декабря 1995 года) вернулись на постоянное место жительства”.

Новым законом на вернувшихся распространят весь пакет мер соцподдержки “чернобыльцев”. Профинансирует решение Центр - это полномочие государства, а не местной власти. По данным регионов, куда входят населенные пункты, отнесенные к территории “зоны”, количество лишенных льгот россиян, временно выезжавших оттуда в период до 2 декабря 1995 года и впоследствии вернувшихся на ПМЖ, сейчас составляет более 14,5 тыс. человек. По данным источников “Солидарности” в Госдуме, проект одобрят уже в середине мая.

Уволенным матерям –

единое пособие

(«Солидарность» 08.05.2013)

Вадим Барабанов

Денежное пособие по уходу за ребенком будут выплачивать всем беременным и женщинам с детьми, уволенным из “лопнувших” контор, обанкроченных или закрывшихся предприятий вне зависимости от того, уволил их работодатель до рождения ребенка или в период, когда они уже воспитывали его.

Сейчас работодатели зачастую увольняют беременных женщин, включая тех, кто уже находятся в декретном отпуске, причем нередко - непосредственно перед родами. По нынешнему порядку после увольнения две категории матерей имеют разные права. Так, один из родителей (опекун, попечитель) получает детское пособие на ребенка до достижения тем 1,5 лет, но лишь если одного из родителей уволили именно в этот период периода ухода за ребенком.

Новый закон устанавливает общую для всех норму. По нему матери, уволенные в связи с ликвидацией организаций в период отпуска по беременности и родам, тоже будут иметь право получать пособие на ребенка до достижения им полутора лет. Этой категории матерей установят такой же размер ежемесячного пособия (40% среднего заработка), как и уволенным в период отпуска по уходу за ребенком по тем же основаниям.

В действующей редакции матерям, уволенным в период отпуска по беременности и родам, выплачивается фиксированное пособие в 1500 рублей по уходу за первым ребенком и 3000 рублей по уходу за вторым и последующими детьми. Сейчас средняя “ставка” этого пособия составляет - с учетом индексации - 2454 рублей по уходу за первым ребенком и 4908 рублей по уходу за вторым.

После введения закона в действие средний размер ежемесячного пособия по уходу за ребенком для матерей, уволенных при ликвидации организаций в период отпуска по беременности, составит: в 2013 году - 6792 руб., в 2руб. и в 2руб. По данным разработчиков, закон коснется более 3 тысяч семей, доплату матерям повысят почти на 3 тысячи рублей.

“А”-СПРАВКА

Законопроект разработан правительством, дабы исполнить постановление Конституционного Суда РФ от 01.01.2001 года -П. Тогда КС рассмотрел ряд жалоб россиянок, пострадавших от работодателей, и постановил, что нынешняя дифференциация размера пособий по уходу за ребенком двум категориям матерей несправедлива и необоснованна. По сути, он дискриминирует уволенных по прихоти работодателя матерей, занижая размер ежемесячного пособия по уходу за ребенком, а значит, ущемляет их право на соцобеспечение.

ПРОФСОЮЗЫ

Война с “кротами”

“Альтернативный” профсоюз в Салавате: чьих будешь?

(«Солидарность» 08.05.2013)

Павел Осипов

На градообразующем предприятии Салавата, ОАО “Газпром нефтехим Салават”, с прошлого года действуют две первички, до недавнего времени - с одним и тем же председателем. Работники жалуются на давление со стороны работодателя, понуждающего их переходить из Росхимпрофсоюза в новоиспеченный Профсоюз № 1. Последний был основан недавно и, похоже, имеет целью захватить в профсоюзном плане весь город. 25 апреля конференция первички, относящейся к Росхимпрофсоюзу, избрала нового председателя. Но этого, кажется, мало. Корреспондент “Солидарности”, посетив Салават, наткнулся на целый профсоюзный детектив.

ОАО “Газпром нефтехим Салават” (до февраля 2011 года - “Салаватнефтеоргсинтез”) владеет одним из крупнейших в России комплексов нефтепереработки и нефтехимии. 150-тысячный Салават (Башкирия), по сути, зависит от жизнеспособности этого предприятия. Несмотря на то, что сейчас на нем трудятся “всего” около 10,8 тыс. человек (к слову, в 2009 году было 12 тыс.): ведь у рабочих есть семьи. И - несмотря на то, что в Москве и отчисляет налоги туда же. Об этом нам сказал представитель салаватской администрации. Чего только стоит такая деталь: город был основан в 1948 году - одновременно с “Салаватнефтеоргсинтезом”. То есть специально “под него”.

“В настоящее время предприятие... совершенствует структуру управления с целью оптимизации деятельности предприятия”, - сообщается на сайте компании. Вот эти “совершенствование” и “оптимизация”, похоже, и привели к той запутанной ситуации, разбираться в которой в Салават я и отправился.

ПРОФСОЮЗНЫЙ “АЗЫК-ТУЛЕК”

Уфа встретила дождиком и - внезапно - башкирским языком: почти все надписи на двух языках. А в аэропорту - так вообще на трех.

Главный специалист экономического отдела рескома , любезно встретивший меня в аэропорту, рассказал такую историю. К нему приехал друг из Санкт-Петербурга и, прокатившись по улицам Уфы, поразился масштабам “местной олигархии”. Гость обратил внимание на сеть магазинов “Азык-тулек” - других в городе практически не найти. “Вот это да! - поразился питерец. - У нас и “Пятерочка”, и “Перекресток”, и “Магнит” - чего только нет. А тут все один олигарх скупил!” Как потом выяснилось, “азык-тулек” - просто “продукты” по-башкирски...

Эта история приведена не просто так. Приезжему бывает действительно трудно с ходу понять логику местной жизни. А уж что касается профсоюзных хитросплетений, судите сами.

До августа прошлого года в ОАО “Газпром нефтехим Салават” действовала одна первичка Росхимпрофсоюза. Еще в 2годах у председателя профкома Эрика Миргаляутдинова заместителем был Андрей Шапченко. Речь о последнем, являвшемся также членом ЦК Росхимпрофсоюза, пойдет ниже. Для справки, сам Миргаляутдинов прошел на “Салаватнефтеоргсинтезе” долгий путь от рабочего до помощника заместителя гендиректора по общим вопросам и корпоративной безопасности. Его предшественник на профсоюзном посту, по некоторым данным, перестал устраивать реском профсоюза (тогда еще во главе с Рифом Набиевым - см. № 11, 2013) и администрацию предприятия. Компромиссная фигура Миргаляутдинова, впрочем, тоже чем-то не угодила, и он ушел с предприятия. Его место в первичке “Салаватнефтеоргсинтез” и занял Юрий Евдокимов, который, наряду с Андреем Шапченко, является для нас ключевой фигурой. Смотрим дальше.

Примерно в августе 2012 года Шапченко создает интересную организацию - Профессиональный союз № 1 г. Салавата. Профессиональные признаки этой организации до сих пор неясны: в ее уставе написано, что она “осуществляет деятельность по территориальному принципу”. Сейчас Профсоюз № 1 включает в себя примерно пять “первичек” (структурных организаций, как они названы в упомянутом уставе). В том числе действующих в частной клинике и негосударственном техническом колледже. Следим за движениями рук.

Самой крупной “силой” Профсоюза № 1 сегодня является его структурная организация в “Газпром нефтехиме”. Под председательством - кого б вы думали? - Юрия Германовича Евдокимова. Который до 25 апреля этого года успешно совмещал эту должность с работой председателя первички “Салаватнефтеоргсинтез” Росхимпрофсоюза.

Среди успехов можно выделить, например, сокращение штата профкома “Салаватнефтеоргсинтез”, состоявшего из председателей цехкомов. Впрочем, цеха в ОАО “Газпром нефтехим Салават” по размерам и численности работников могут тянуть на отдельные предприятия. Например, структурное подразделение “Мономер” здесь все называют заводом. Но отдельными юридическими лицами они не являются, поэтому “росхимовская” профорганизация имеет структуру классической первички с представительством в цехах.

Одним из подпавших под сокращение освобожденных председателей цехкома - как раз на “Мономере” - стал Владимир Морозов. Основание, как и у прочих, - “в связи с производственной необходимостью”. В чем заключалась такая необходимость, в башкирском рескоме Росхимпрофсоюза гадают до сих пор. Тем более что, согласно уставу рескома, такое сокращение должно было быть согласованным с вышестоящей организацией. А сам Морозов судится теперь при поддержке рескома за признание увольнения незаконным.

Возможно, вопрос об этой самой “необходимости” прояснит устав Профсоюза № 1 (есть в распоряжении “Солидарности”), где черным по белому написано: “В своей деятельности Организация не подконтрольна и не подотчетна органам государственной власти, местного самоуправления и руководящим органам Федерации независимых профсоюзов России”. Как видите, ни слова о неподконтрольности работодателю.

говорит, что сокращение было необходимо ввиду отсутствия средств на зарплаты сокращаемым. Почему денег на это не хватало, притом что, как подтвердил сам Евдокимов, с ноября прошлого года профком перестал отчислять в реском профвзносы, он не пояснил. Зато на сокращение якобы согласились “все, кроме Морозова”: “Я сказал [председателям цехкомов]: “Устраивайтесь на должности”. Подыскали должности всем, и Морозову тоже. Все согласились, кроме него”.

Между тем до создания Профсоюза № 1 количество членов Росхимпрофсоюза в “Газпром нефтехиме” составляло 78% от числа работающих, то есть более 8500 человек. А уже 1 апреля текущего года Юрий Евдокимов в ответе на запрос председателя рескома профсоюза Гузель Мирошниченко указал цифру около 500 человек... Как позже скажет мне один из рабочих, это вовсе не означает, что остальные, все как один, перешли в Профсоюз № 1. Некоторые махнули рукой и просто вышли из Росхимпрофсоюза, чтобы не подвергаться давлению работодателя. Лишь бы не трогали. А там - “что один профсоюз, что другой - без разницы”. Азык-тулек.

ПРЕДЦЕХКОМОВ НАШ ОТРЯД

Гузель Мирошниченко, впрочем, уверена, что предоставленные Евдокимовым данные о количестве на предприятии членов Росхимпрофсоюза сильно преуменьшены. По ее сведениям, в первичку Профсоюза № 1 людей записывали скопом, чуть ли не целыми цехами, и заявлений о выходе из Росхимпрофсоюза они не писали. Соответственно, продолжают оставаться его членами.

По уставу, кстати, состоять в двух профорганизациях членам Росхимпрофсоюза нельзя (по уставу Профсоюза № 1 - можно). И нарушителям грозит исключение. Но, по понятным причинам, “кара” постигла только Юрия Евдокимова и Андрея Шапченко. Остальные (помимо Владимира Морозова) бывшие члены профкома “Салаватнефтеоргсинтеза”, по данным рескома профсоюза химиков, дружно перешли в ППО “Газпром нефтехим Салават”, под крыло Андрея Шапченко. Вот вам и “производственная необходимость”.

- В марте в адрес республиканской организации и ЦК Росхимпрофсоюза, в адрес администрации президента республики, Федерации профсоюзов республики Башкортостан и ФНПР поступили жалобы и обращения от работников “Газпром нефтехим Салават”, членов Росхимпрофсоюза. Речь шла об оказываемом администрацией предприятия давлении, направленном на то, чтобы работники выходили из Росхимпрофсоюза и переходили в Профсоюз № 1 города Салавата, - рассказывает Гузель Мирошниченко с бумагами в руках. - Под обращениями стоит порядка 400 подписей. Работники указывают на то, что им угрожали увольнением и тем, что льготы, которые предусмотрены колдоговором, на членов Росхимпрофсоюза распространяться не будут, а будут - только на членов Профсоюза № 1.

По имеющейся у Гузель Фаритовны информации, “Профсоюз № 1 был создан представителем работодателя”. (Позже в телефонном разговоре Андрей Шапченко подтвердил, что раньше действительно был консультантом у руководства, но заверил в том, что с некоторых пор он безработный.) Глава рескома профсоюза также имеет данные о том, что в Профсоюз № 1 уже вступил практически весь менеджмент предприятия.

- Работники указывали на то, - продолжает Мирошниченко, - что в ряде случаев заявления о выходе из Росхимпрофсоюза не собирались, а просто составлялись фиктивные протоколы о переходе цехами в Профсоюз № 1. (Не для того ли устав последнего не запрещает принадлежность к нескольким профорганизациям? - П. О.) Формально, людей просто перегоняли в новый профсоюз без их желания и согласия. То есть они продолжают считать, что они члены нашего профсоюза, но при этом составлены протоколы о том, что они якобы члены Профсоюза № 1.

Еще один немаловажный вопрос касается профвзносов. Если человек переходит в новый профсоюз, то, по идее, и профвзносы он переводит туда. А как быть, если человек не писал заявления о выходе из “старого” профсоюза? Но это, скажем так, головная боль бухгалтера. А головная боль работника, следуя потребительской логике, заключается в том, чтобы идти следом за своими кровными. Мы не утверждаем, что все было именно так, но, согласитесь, это было бы новым словом в мотивации профчленства. Контрольно-ревизионная комиссия рескома, к слову, не была допущена к проверке деятельности первички “Салаватнефтеоргсинтез”. А перечислять профвзносы в реском первичка перестала еще с ноября прошлого года.

КОНФЕРЕНЦИЯ

25 апреля во Дворце пионеров Салавата прошла внеочередная профсоюзная конференция первички “Салаватнефтеоргсинтез”. Делегаты избирались и приглашались, судя по всему, исходя из данных о профсоюзном членстве, предоставленных Юрием Евдокимовым. То есть приглашалось по одному представителю на каждые 15 членов профсоюза. Всего было избрано 35 делегатов, присутствовали на конференции 30 из них и несколько приглашенных, в числе которых был и я.

Неожиданно обнаружился и один “неприглашенный”, а именно - заместитель главы администрации городского округа Салават по общественно-политическим и кадровым вопросам Салават Рахматуллин. Его появление несколько удивило организаторов мероприятия, и Салават Вильевич уже было собрался уходить, но его уверили в том, что враждебности никто к нему не питает, и попросили остаться. Позже чиновник заверил меня, что о Профсоюзе № 1 услышал в этот день впервые.

В повестке дня значилось 11 вопросов, основными из которых были снятие с должности председателя профкома ППО “Салаватнефтеоргсинтез” Юрия Евдокимова, с должности зама предпрофкома - Светланы Порошиной и назначение новых людей на эти должности. Забегая вперед, скажу, что новым предпрофкома стал уже известный нам Владимир Морозов.

А вот что собралась конференция в обстановке секретности, стало для меня неожиданностью. Хотя, если вспомнить о подразумеваемом давлении на рабочих, ничего удивительного. Мне даже сказали, что конференция должна была изначально пройти в соседнем здании, но накануне хозяева профсоюзникам отказали. Тем не менее - 30 человек из 35 собрались.

Самым ценным материалом стали откровения делегатов о положении дел на предприятии и в первичке и о давлении заводской администрации на работников. Откровения, впрочем, в результате получились анонимными, поскольку после конференции ее участники настоятельно просили не только не указывать их имен, но и не показывать их лиц в видеосюжете (см. на сайте “Солидарности”).

“Открытыми” остались только Владимир Морозов, его зам, товарный оператор Алексей Мирошниченко (не родственник Гузель Фаритовны), и рабочий Валерий, который не постеснялся видеокамеры. Учитывая возможную для профактивистов угрозу увольнения, это неудивительно, однако приводить мнения делегатов нам приходится “с купюрами”.

- Многие его просто не избирали, - послышался голос из зала, когда встал вопрос о прекращении полномочий Евдокимова. - Да его никто не избирал, - сказал другой человек.

- Скажите, пожалуйста, - обратилась женщина из зала к президиуму, - вот у нас уже с конца 2012 года не выплачивалась матпомощь, которую мы просили. Деньги, получается, мы же отчисляли в Росхимпрофсоюз. А теперь что с этими деньгами? Если они перешли (в другую организацию. - П. О.), то они и кассу нашу перетащили?

На это Гузель Мирошниченко ответила, что финансовым вопросом должны будет озаботиться вновь избранная на текущей конференции контрольно-ревизионная комиссия и вновь избранный председатель первички, при необходимости - при участии контрольно-ревизионной комиссии рескома профсоюза.

- Люди выплачивали профсоюзные взносы, - встал с места мужчина. - И какой-то самозванец, который сам себя выдвинул, тот же Евдокимов... Я его не знаю. И вот люди, которые здесь присутствуют, - ни один его не выбирал. Просто самозванец. Забрали кассу и испарились. Фактически рейдерский захват.

Объективности ради, на это мнение стоит возразить, что председатель профкома избирается не всеми членами первички, а делегатами конференции. И неудивительно, что на этой конференции собрались уже не те люди. Другое дело, что настоящего председателя первички должен знать в лицо и по имени каждый член профорганизации.

- Они не дают путевки, - поднялась с места женщина. - Мне позвонили люди, которым выделили не от профсоюза (у нас есть “директорский” фонд, откуда нам выделяли еще материальную помощь на школьные принадлежности). И вот они пошли получать: “Как нам получать? Профсоюз должен поставить печать. А поскольку у нас профсоюза вроде как нет уже, а они члены Росхимпрофсоюза - пишите, говорят, как не члены профсоюза, на Дегтярева”. Они пишут, приходят туда, а им говорят: “Нет, идите через Профсоюз № 1”. Вступите - и получите на школьную форму...

В ответ на это Гузель Мирошниченко высказала мнение, что “они просто рассчитывают на правовую безграмотность людей”. Ведь нормы в колдоговоре распространяются не только на членов ППО “Салаватнефтеоргсинтез” или ППО “Газпром нефтехим Салават”, но и вообще на всех работников предприятия.

СЛОВО АВТОРАМ

С Юрием Евдокимовым и Андреем Шапченко в Салавате мне, увы, поговорить не удалось. Но позже они не отказались побеседовать со мной по телефону. Оба отрицают какое-либо давление со стороны администрации предприятия на рабочих.

А вот их конфликт с рескомом Росхимпрофсоюза становится очевиден. Как, например, подтвердил Юрий Германович, причины перехода профкома “Салаватнефтеоргсинтез” в ППО “Газпром нефтехим Салават” кроются, в том числе, в разногласиях с бывшим председателем рескома Набиевым. Однако со сменой руководства организации возвращаться в нее Евдокимов не спешит, поскольку решение создать собственный профсоюз “было принципиальным”.

- Я - действующий председатель этой (ППО “Салаватнефтеоргсинтез”) организации пока еще, - заявил Юрий Евдокимов. Я даже не знал, что собирается какая-то конференция. По крайней мере, я же должен был там что-нибудь сказать? На мой взгляд, на слух - это какой-то подпольный переворот. Вы уволили меня по статье. На основании чего, и кто вас уполномочивал? Когда меня переизберут в “Салаватнефтеоргсинтез”... Я должен отчет свой предоставить, ревизионная комиссия должна отчитаться, как это положено.

От себя заметим, что уволен был Юрий Германович из-за нарушений устава Росхимпрофсоюза. Например, за членство в сторонней профорганизации и неперечисление взносов в реском. Что касается недопущения КРК рескома Росхимпрофсоюза к документам первички, о чем говорилось выше, то Евдокимов указывает на то, что первичка подотчетна собственной КРК, а не вышестоящего органа. И ссылается на устав первички. Гузель Мирошниченко, ссылаясь на устав Росхимпрофсоюза, утверждает, что КРК рескома имела полное право на проведение проверки.

Андрей Шапченко в беседе со мной, напомню, уверенно назвал себя безработным. Юрий Евдокимов с той же уверенностью поведал о том, что Шапченко в настоящее время является консультантом нескольких организаций. Но нас, в любом случае, интересует вполне конкретная - Профсоюз № 1.

- Ни один председатель первичной профорганизации, входящей в нашу структуру, не получает за это зарплату, ему запрещено входить в трудовые отношения со своей профорганизацией, - говорит Андрей Шапченко. - У нас нет штата, мы сами бухгалтерское обслуживание обеспечиваем, все что угодно. Причем делаем это абсолютно безвозмездно. Мы хотим показать, что есть другое движение. Тем не менее, мы считаем себя частью российского профсоюзного движения, мы готовы к сотрудничеству. Мы и сейчас готовы общаться с ФНПР, с той же республиканской организацией Росхимпрофсоюза и с Росхимпрофсоюзом. Мы не первичная профорганизация, не территориальная. - И через некоторое время: - Мы профсоюз. Мы можем теперь только работать с ФНПР или как минимум с ФПРБ. Но никто из руководителей на контакт с нами не выходил. Вот если вы поймете разницу: у нас не организация для людей, у нас организация людей. Чувствуете, в чем разница?

Да, разница, если подумать, действительно велика. Что-что, а организовывать людей в “Газпром нефтехиме” могут. В распоряжение рескома Росхимпрофсоюза попала внутрикорпоративная переписка. Гузель Фаритовна процитировала с листа письмо начальника управления по персоналу ОАО “Газпром нефтехим Салават” (“один из учредителей Профсоюза № 1”) Вячеслава Дегтярева к коллегам. Переписку, уточняет Мирошниченко, ей передали.

“Уважаемые коллеги, в компании реализуется внутрикорпоративная программа, направленная на перевод работников из действующего профсоюза (Росхимпрофсоюз. - П. О.) в нужный нам профсоюз, - зачитывает Гузель Фаритовна. - То есть в первичную профорганизацию “Газпром нефтехим Салават” (Профсоюз № 1 г. Салавата. - П. О.). Прошу оповестить начальников цехов о необходимости проведения собраний и конференций. Председатели цеховых комитетов проинструктированы и готовы. Дело серьезное и нужное. Готов пояснить лично, если будут вопросы”.