Алекс и монетки (стр. 6 )

- Посмотри, как чудесна твоя кожа, - зашептал Упырь. Он поднял руку девочки и провел ногтями по пальцам - те словно слиплись, а затем грани, разделяющие пальцы друг от друга, исчезли. Ладонь стала похожа на плавник. – Я могу забрать все, изменить тебя, как теплый пластилин, из детей всегда можно лепить все, что захочется.

Алекс попыталась вырваться, но Упырь держал крепко.

Она всеми мыслями кричала: «Вспомни меня!», но Лорд Упырь не слышал.

- Ко мне так редко приходят дети… почти никогда… такие маленькие ножки - топ-топ-топ, такие хрупкие мечты - динь-динь-динь… - Упырь поднес рот совсем близко к лицу девочки. - Вы как спелые яблоки, и…

Он уже приготовился откусить от лица кусок, уже разинул рот как можно шире, и Алекс испуганно наблюдала, как у Упыря появляются клыки, как закапала слюна… и тут в него вонзился гарпун.

Кожа отпустила Алекс, и она упала на пол, больно ударившись. Всхлипнуть не удалось, лишь выдохнуть через нос. Не успела девочка опомниться, как к ней из темноты выскочил огромный волк.

Упырь уже успел выдернуть из кожи гарпун, закричал, потянулся к волку, но тот подхватил Алекс зубами, сверкнул красными глазами и вылетел в приоткрытую дверь.

Они тут же оказались под солнцем, на рыжей крыше.

Волк выплюнул девочку, она хорошенько прикрыла дверь и поспешно повернула ключ в замке, хотя никто и не стремился ворваться вслед за ними.

Затем она повернулась к волку и увидела, как тот дымится.

Алекс протянула к нему руку, но тот грозно зарычал и перепрыгнул на другую крышу, а оттуда - в каминную трубу.

«Что за странные животные приходят ко мне на выручку? - подумала девочка и села, прижавшись спиной к двери. Она вытерла выступивший на лбу пот и с грустью посмотрела на руку, ладонь которой была теперь как плавник без пальцев. – Боевые потери… а я… а я даже не попыталась сражаться… Глупо ждала, что он меня вспомнит. Но все иначе в этом мире, какая же я глупая!»

Она нехотя поднялась и вставила ключ обратно в замок.

«А может быть, волк - еще один помощник Шута? Может быть, он вновь выручит меня? Или наоборот, попытается съесть, как все в этом мире…»

Книжка в ее кармане заскулила, и, прежде чем повернуть ключ, девочка решила посмотреть, вдруг открылась новая страница из дневника?

Наудачу так оно и было, и прочитанное внушило надежду.

Не размытыми оказались такие строчки:

«…у Упыря есть проклятье… оно находится у него в груди. Мне удалось уладить с ним все разговором, и он сам выболтал, что только очень тонкие ручки могут вытащить это проклятье. Оно похоже на шар, в котором кипит призрачный огонь. Его можно назвать сердцем Упыря, но от этого проклятье не станет другим… Он все время слышит стук… бедный, мне так его жаль…»

Книжка захлопнулась, но все, что ей было нужно, Алекс узнала.

Она уверенно повернула ключ и вошла обратно во владения Упыря, надеясь, что руки у нее достаточно тонкие, несмотря на то, что одна из них превратилась в ласту…

 
 Глава 11
Проклятье Упыря
Яд бывает такой разный. Как оказалось, его может приготовить любой. Не верите? Это получилось даже у двенадцатилетней девочки. И пусть яд вышел сладким, убивает он так же мучительно, как и яд гремучей змеи.

Вернувшись в синий коридор, девочка аккуратно перешагнула оборванную веревку гарпуна и наступила на темное пятно… Слизи? Крови? Алекс осмотрелась, легкий холодок пробежал по ее душе. У нее будет всего одна попытка достать проклятье Упыря, так, как об этом сказано в дневнике. Если ей вообще предоставят такую возможность…

Алекс вдруг задумалась, а как Маргарет удалось договориться со стражем? Как она смогла приручить его и разузнать столько о проклятье? Почему, зная, что надо делать, не попробовала освободить несчастного? Сколько ей лет? Неужели она взрослая, и руки у нее не такие тонкие, как у Алекс?

Дверь за собой она закрывать не стала – вдруг волк вернется, чтобы вновь попасть в этот мир… Ей показалось, будет вежливо и тактично так поступить, ведь он спас ее жизнь.

С этими мыслями девочка дошла до лестницы, ведущей выше, та оказалась винтовой, и подниматься по ней было трудно из-за высоты ступенек.

Алекс вышла на площадку и попала в круглую комнату, сплошь утыканную хрустальными дверями. Пол тут был красным, а потолок - полон воды, которая не капала, а была словно перевернутым бассейном. Алекс задрала голову, отражение ее лица без рта ободряюще подмигнуло.

Девочка внимательно осмотрела каждую хрустальную дверь, у всех у них имелись ручки. Она погладила одну ладонью-плавником и тут же услышала шаги сзади и тихое хихиканье. Упырь вновь нашел ее.

Девочка левой рукой вставила ключ, заплатила дань каплей крови, и дверь щелкнула. Входить она не стала, просто приготовила себе путь к отступлению на всякий случай.

Обернулась.

- О, воришка вернулась! И кто это был? Волк? Твой друг?

Алекс помотала головой.

- Странно, пахнет от тебя вовсе не волком, а котами. Ну да ладно. Знаешь, я тут разговаривал сам с собой твоим голосом… - Упырь стал медленно двигаться к ней, - и голос показался мне очень знакомым. Одна женщина пела мне похожим. Это была чудесная женщина. Я даже пообещал ей, что буду защищать ее замок от кошмаров, оберегать ее дитя от жутких снов…

Алекс округлила глаза: неужели он вспомнит ее и сейчас этот кошмар закончится?

- И я честно защищал, как и было обещано, за песни я готов был пообещать что угодно. И убрался из того замка лишь тогда, когда появился тот, кто могущественнее меня. Знает ли та девочка, что за незнакомец пришел к ней на самом деле?

Он подошел и встал совсем рядом. Алекс, полная надежды, посмотрела на лицо без глаз, с одним лишь ртом, из которого текла слюна.

- Есть некоторые правила, которые мы не вправе нарушать, - вдруг сказал Упырь с сожалением. - Я узнал тебя, Алекс, но я убью тебя, потому что я должен.

Девочку словно иглой пронзило предательством. Она никак не ожидала таких слов. Да лучше бы он ее вовсе не узнавал! Это было бы честнее, справедливее и, наверное, легче… Хотя, не все ли равно, от чего умирать – от подлости или неведения? И все же для Алекс разница почему-то казалась очевидной.

В первую минуту девочка растерялась, задрожала, но тут же собралась и в упор посмотрела в безглазое лицо своего бывшего дворецкого. Ей захотелось крикнуть в это мерзкое лицо «Предатель!», даже воспитание не сдержало бы этот порыв, но тут Упырь заговорил вновь.

- Мне очень жаль, Алекс, - с еще большим сожалением прошептал он, - я очень любил тебя, дитя. Но у меня нет выбора. – Он, как плащом, вскинул складками обвислой кожи. - Я сделаю это быстро, просто обними меня. Я так часто защищал тебя от кошмаров и напастей, мне так искренне жаль… Просто обними меня, и все закончится.

Девочка сделала к нему шаг, посмотрела на бледную грудь скелета, выпирающие ребра, бедренные кости, увидела даже позвоночник. Он действительно был скелетом, и если у него и было это проклятье, там, где сердце, то нужно было ударить ровно между ребер.

Девочка сделала еще один шаг.

- Проклятье! – хрипло выкрикнул Упырь и поднял руки, чтобы как можно лучше и быстрее закутать ее.

И тут Алекс поняла, что настал тот самый момент. Она замахнулась правой рукой и ударила Упырю в левый бок. Проскользнула ладонью-плавником прямо между ребрами и сначала ничего не почувствовала, кроме омерзения, но потом ладонь начало жечь.

Она дернула руку обратно, Лорд Упырь закряхтел, опустил руки-щупальца и, обмякнув, осел, завалившись назад. Девочка сжимала в руке покрытую темной слизью красную сферу. Она светилась и взрывалась внутри огнем.

- Как красиво! - не удержавшись, воскликнула Алекс.

И тут же схватилась за рот. Теперь он был на месте, а затем и рука стала прежней. Колдовство Упыря исчезало.

Сначала Алекс обрадовалась, но затем тело его заскулило, кожа вновь поднялась, и череп уставился на девочку.

- Помоги… - раздалось из его рта, но губы не шевелились, - мне нужно выбраться.

Алекс вдруг поняла, что там, внутри, скрывается кто-то другой.

Она положила сферу на пол.

- Раздвинь его рот… - попросил кто-то изнутри.

- Сейчас.

Алекс взяла двумя руками челюсти и попыталась их разжать. Появилась рука, прямо изнутри, затем вторая, а с ними вместе голова улыбающегося розовощекого юноши. Он сделал рывок, и выбрался полностью.

Симпатичный плотный блондин, одетый в дорогой камзол.

- Ты вытащила меня! - воскликнул незнакомец и обнял девочку. Она засопротивлялась. – Алекс, это же я! Лорд Упырь! Тебе удалось спасти меня! А теперь немедленно убери проклятье, нельзя допустить, чтобы оно ко мне вернулось.

Алекс подхватила сферу и положила себе в карман.

- Так просто?

- Нет ничего проще хороших дел! – Юноша расплылся в радостной улыбке.

- Теперь мне не грозит смерть? – Алекс все еще смотрела с подозрением.

- Конечно, нет! Ты спасла меня, ты сделала это лучше своей матери, я совсем не слышу стука, бесконечного стука! – засмеялся он и чуть не пустился в пляс. - Погоди, не говори.

Он зажмурился, так сладко, словно проглотил ложку сиропа, а затем, причмокнув, сказал:

- Как прекрасна тишина… - Он плавно перевел взгляд на Алекс и, всполошившись, схватился за голову. – А ты? Что ты тут делаешь?!

- Простите, Лорд Упырь, я ищу родителей.

- Да разве так можно? Я же чуть жизни тебя не лишил!

«Странно, что в этом тоже виновата я», - подумала Алекс, но вслух произнесла другое:

- Лорд Упырь, я очень-очень хотела бы, чтобы вы меня отчитали, но мне правда нужно как можно скорее найти родителей. Прошу вас, помогите мне. Вы видели их?

- Ах… это было так давно… - Он присел на пол и похлопал по красным плиткам, чтобы девочка села рядом. – Алекс, я видел только твою маму, она пришла, разыскивая дверь, ведущую в ее сон, тут есть этаж снов. Но как она не искала, так и не смогла найти нужную. Твоя мама очаровала меня. Она пела песни, и стук прекращался, я слышал лишь ее дивный голос. Она прикладывала ухо к замочным скважинам и слышала все, что там происходит, у нее был талант подслушивать, говорить, убеждать, петь… У тебя же - талант отца, - он указал на приоткрытую хрустальную дверь, - он прослыл в нашем мире великим путешественником, способным открыть любую дверь.

- Да-да… - Алекс вдруг встала и внимательно посмотрела на дверь. Ключа в скважине не было.

Она посмотрела на пол - там тоже.

«Как же так? - растерянно подумала она. - Я в шаге от той двери, куда ушли родители, но кто-то украл ключ!»

- Алекс?

- Пропал ключ. - Она испуганно оглянулась на Упыря. - Пока мы беседовали, кто-то украл ключ от всех дверей!

- Этого не может быть, я чую любого, кто проникает в шпиль. - Тут Упырь подскочил и внюхался. – Твой волк! Он здесь, бежит к нам.

Алекс подошла к Упырю, и как только он взял ее за руку, в комнату влетел зверь. Он зарычал на Упыря, замотал головой, не понимая, как тому удалось сменить мерзкое обличие, а затем кинулся. Алекс и Упырь бросились в разные стороны. Волк оттолкнулся от стены и схватил юношу за ногу.

- Нет, постойте! - закричала Алекс.

Но волк уже утащил Упыря на лестницу и дальше вниз. Юноша цеплялся за пол, за выступы и углы, но волк был сильнее. Алекс бросилась за ними, монеты тревожно зазвенели.

Она вдруг подумала, как легко Шут бы сейчас все устроил, но так жалко было отдавать монету… Поэтому девочка решила, что пока справится сама. Волк определенно ее защищал - значит, стоило лишь убедить его в добрых намерениях Упыря.

Алекс бегом спустилась за ними и обнаружила, что волк зажал юношу в углу и злобно рычал.

- Подождите! - крикнула девочка, переводя дыхание. - Дайте мне сказать.

Волк обернулся, его глаза были такими знакомыми…

- Он больше не монстр, - указала Алекс на Упыря, - он мой друг, вы ведь тоже мой друг? Скажите.

Волк просто смотрел.

- Упырь был заколдован. Смотрите, вот его проклятье, мне удалось его вынуть, - девочка достала сферу.

Упырь испуганно схватился за голову и закричал:

- Алекс, нет!

Но было поздно. Шар выскользнул из рук девочки и, как магнит, притянулся к юноше. Красивый наряд разорвался, вернулись жуткие складки кожи и растеклись, как тесто. А затем Упырь щупальцем из кожи резко ударил волка, да так, что тот улетел в темноту коридора.

- Что же ты наделала, глупая, вкусная девочка? - зашипел Упырь. - Ты же вернула стук! Они стучат, во все двери стучат! Бесконечно, изнуряюще… Они сводят меня с ума! 

Он вскочил и прильнул к одной из дверей.

- В этой стучат, в гости хотят…

Перебежал к другой.

- В этой стучат, от пожара кричат. Двери закрыты маленькими лапками. Кто их закрыл? Крольчата!

Прильнул к еще одной.

- А в этой стучат… - Он вытянул шею и закричал: - ПОТОМУ ЧТО ПРОСТО ХОТЯТ! Чтобы я не спал! И так все стучат!

Алекс растерялась, но быстро взяла себя в руки:

- Я вытащу его, я…

- Нет, нет, нет, - захихикал Упырь, приближаясь, - теперь ты не сможешь его выдернуть, теперь оно тебя знает. – Голос его на мгновение стал нормальным: - Ты была так близка, девочка… Ты почти спасла меня. А теперь… - Упырь вдруг безумно захохотал, выкрикивая: - А теперь стучатся в дверь! Но ты не слышишь! Не слышишь этого бесконечного убийственного стука!

Алекс сунула руку в карман, достала монетку, но неожиданно для себя вовсе не позвала Шута. Упырь стоял уже совсем близко, силы вернулись к нему вместе с безумием, и теперь он готов был поглотить девочку.

Она зажмурилась, представила, что находится сейчас в гостиной, где играет музыка, открыла рот и запела:

Мышиный король,

Умный тролль,

Выдуманный мир,

Безумный кумир…

Не думай о смерти.

Мне вы поверьте,

Я знаю, увы,

Как тяжел этот мир…

Мышиный король,

Отвори мне дверь,

В сказку поверь…

- Сладко… - осел Упырь, - и тихо. Пой, дитя, пой…

Алекс продолжала. Она тихонько отходила от Упыря, стараясь не сбиваться, вспоминая слова на ходу, а иногда их просто придумывая. Песня была ни о чем, просто набором красивых фраз.

- Как сладко… - стонал Упырь, - но я слышу один стук… всего один, высоко. Ты можешь сделать так, чтобы он не стучал? Прошу тебя.

Девочка остановилась перевести дыхание, во рту у нее пересохло.

- Продолжай, пожалуйста, или я проглочу тебя… продолжай!

- Скажите, куда ушла моя мама? За какую дверь?

- Пой! - потребовал Упырь. – Стук возвращается.

Девочка не решилась дальше играть со смертью и запела вновь. Упырь сразу упокоился. Он разлегся на полу, растекся, как желе под солнечными лучами. Но Алекс опять прекратила петь.

- Одна стучит… - сонно сказал Упырь. - Дай мне поспать, мне так нужно поспать… - Он положил зубастую голову себе на ладони, увенчанные длинными когтями, глаза на отростках закрылись.

Об ногу Алекс кто-то потерся, девочка вздрогнула.

- Он говорит о двери, которая стучит, даже когда ты поешь, - сказал рыже-полосатый кот, непонятно как оказавшийся у ног.

- Сэр Балабол! - обрадовалась Алекс. Упырь еще не открыл глаза, но было видно, что стук к нему возвращается – по необъятному телу то и дело пробегала дрожь.

Кот начал вылизываться. У другой ноги появился черный кот.

- Какие монстры добрые, когда спят, - мурлыкнул он. - Коты - знатоки снов, уж поверьте. Недостаток сна может привести к смерти, в данном случае наверняка вашей, - добавил он.

- Сэр Все-не-так, - улыбнулась ему девочка.

В дальнем углу появился сэр Удачливый. Он осмотрелся и строго сказал:

- Отведи его к той двери, которая стучит, даже когда ты поешь, это его дверь. Она стучит по нему. Он не сможет сопротивляться и останется там навеки. Окончательно сойдет с ума, и уже никто не сможет ему помочь.

- Но… - хотела возразить Алекс, но кот перебил ее.
 - Веди, у тебя нет другого выхода.

И он растворился в тени.

Сэр Все-не-так добавил:

- Слушай нас.

И тоже исчез.

Сэр Балабол подмигнул и подытожил:

- Ключ у господина Шута, мы нашли его и отнесли господину. - А затем совсем тихо добавил: - Извини.

После чего тоже растворился.

Упырь, недовольно поморщившись, проснулся, встал и закричал:

- Пой!

Девочка, почувствовав горечь во рту и обиду, что так глупо упустила ключ, допустила, чтобы его получил Шут, открыла рот и запела грустную песню. Упырь успокоился, хотел снова лечь и уснуть, но девочка вновь прервала пение.

- Покажи мне, какая дверь стучит, – сказала она.

- Одна, всегда одна… - сонно произнес Упырь, - наверху.

- Отведи меня туда, мое пение рядом с ней заглушит стук, - соврала Алекс.

- Да… Идем, - Упырь медленно подошел к девочке и провел когтями по ее щеке, - только пой.

Очень хотелось пить. Алекс уже охрипла от пения, хотя Упыря это, похоже, не волновало. Он покорно вел ее к «той» двери. Девочка понимала, что ведет он ее на свою погибель, но другого выхода у нее действительно не было. Только так она сможет вернуться к Шуту и попросить свой ключ обратно. Алекс очень надеялась, что обойдется без платы, он ведь уже вернул ей его один раз…

Упырь, расплываясь в улыбке, открывал секретные ходы, двери, находящиеся под обоями, за ними - лестницы, а выше лестниц – люки. Казалось, они шли целую вечность, но на поверку вышло, что весь путь занял не так уж много времени - уже через полчаса они оказались там, где нужно: в маленькой комнате с постаментом, на котором стояла одна-единственная дверь. Из белого камня, с деревянной ручкой, расписанная непонятными Алекс золотыми иероглифами. Упырь остановился возле нее и радостно закивал:

- Так совсем не стучит.

Алекс чуть замешкалась, а затем оборвала песню.

Сначала ничего не происходило, лишь улыбка медленно сползала с лица Упыря. Алекс показалось, что ее лицо было таким же, когда она подумала, что он предал ее. Теперь она могла посмотреть как в зеркало.

Упырь схватился за голову и упал у двери, скорчившись.

- Это дверь моего дома, - заскулил он, - и она закрыта… Зачем ты привела меня сюда? Ведь ты могла мне петь, и все было бы хорошо.

- Я хочу найти своих родителей, - пытаясь оправдаться, сказала Алекс, - простите меня, я не могу поступить иначе…

Упырь скрутился, стук, слышимый лишь ему, сводил монстра с ума.

- За что? Что я сделал плохого? Почему проклят не спать? Я проклят безумием, как же ты не понимаешь? Зачем ты привела меня сюда? Посмеяться над моей беспомощностью? – Он перевернулся, весь передернулся. - Хочешь увидеть меня жалким? Я так давно хочу покинуть этот шпиль, так давно хочу попасть домой… В твоем замке было хорошо, почему ты не осталась там? Разве ты не видишь, к чему приводят уходы из дома? К пропажам, к расстройствам, к смерти!

Алекс захотелось уйти. У нее не было ключа, чтобы открыть эту дверь. Конечно, она могла позвать Шута, но тогда пришлось бы отдать ему монетку, а они ей были очень нужны. Ведь за этой дверью нет ее родителей… Она вернется сюда с ключом и выпустит его. Не случится ли с ним за это время удара? Останется ли он в живых? Найдет ли она сюда путь?

Она запуталась. Упырь затрясся у двери. Он уже не выглядел грозным, страшным. Только очень несчастным.

- Я так хочу домой… - проскулил он.

- Я вернусь и выпущу вас.

Алекс шагнула назад и на что-то наткнулась. Две холодные руки опустились ей на плечи.

- Хорошо улиткам, - сказал Шут, - сунул голову в панцирь - и ты уже дома. Черепахи тоже в этом преуспели.

Алекс задрала голову, маска Шута как всегда улыбалась, но одет он был очень мрачно: черный цилиндр на голове, такого же цвета сюртук – точно на похороны явился.

- Вы довели хозяина шпиля до отчаяния, - покачал головой Шут. - Я думал вы в опасности, а вы - в драме. Коты принесли мне ключ, сказали, что вы его потеряли. Как досадно, уже второй раз мне приходится возвращать его вам.

Алекс несказанно обрадовалась.

- Лорд Упырь, подождите! – закричала она. - Подождите минуточку, не сходите с ума, я открою вам эту дверь.

Упырь приподнял голову. Казалось, это заявление на миг вновь сделало его тем белокурым юношей, трезвомыслящим, без безумия в словах и поступках.

- Шут, ну что же вы медлите? Дайте же мне скорее ключ!

Джентльмен запустил руки в бархатных перчатках в карманы, но вытащил оттуда лишь блестки, пару надувных шариков и ленты. Тогда он отправил руку за шиворот, но оттуда выпрыгнули лишь лягушки. Впрочем, за пазухой у него также, кроме хлопушек и конфетти, ничего не обнаружилось. Шут попросил секунду, перевернул цилиндр и вытряхнул оттуда кролика.

Алекс казалось, что он тихо издевается над ней - ведь он же сказал, что ключ ему принесли!

Упырь занервничал. Он прилип к дверной ручке и стал тихо шептать что-то об усиливающемся стуке.

- Шут, поторопитесь, - вежливо попросила Алекс.

- Боюсь, я потерял его, так же, как и вы, - Шут вновь и вновь проверял карманы, но оттуда вылетала лишь ерунда, совсем ненужная сейчас девочке.

- Скорее! – взмолился Упырь, растекаясь у двери. - Вы обещали мне, Алекс, обещали, что откроете эту дверь! Вы дали мне надежду, и теперь отчаяние разъедает меня. Вы убиваете меня, Алекс!

- Шут, прошу вас…

- Я ничего ему не обещал, - бесстрастно сказал Шут. - Это вы отравили его надеждой, - добавил он с укоризной, но тут же смягчился и раздосадовано покачал головой. - Алекс, я правда не знаю, где может быть этот ключ.

- Прошу вас, откройте дверь! Умоляю вас! - кричал Упырь.

Алекс сжала кулаки.

- Возьмите монету, - она вытащила ее из кармана и протянула Шуту.

Шут в недоумении уставился на ладошку девочки.

- Возьмите же ее!

- Алекс, вы уверены, что хотите потратить монету именно так? Именно на него? Мы могли бы просто уйти, оставив его умирать в безумии, он же монстр.

- Нет, не могли. Он никогда не бросал меня в беде. За все двенадцать лет я видела от него только хорошее и не могу поступить так.

Шут взял монетку и алчно посмотрел на нее.

- Эту монету вы получили за молочный зуб, который выпал у вас сам. В ваш пятый день рождения. Вы были уверены, что родители вернутся, сидели и ждали их весь вечер одна… как в нашу первую встречу.

- Мне приснился сон про это…

- Пустая надежда. - Шут сжал монету, а затем провел этой же рукой у уха девочки - между пальцев появился ключ. - Не теряйте его больше. Не уверен, что в следующий раз у меня получится найти его так же просто за вашими немытыми ушами.

Алекс взяла ключ, обошла растекшегося на пьедестале Упыря, вставила ключ в замочную скважину и уколола палец. Упырь вытянулся, чтобы увидеть, что же там за дверью. Она открылась вовнутрь, и оттуда забил яркий свет. Алекс едва успела выдернуть ключ и отпрыгнуть назад.

Шут по-прежнему стоял невозмутимо. Казалось, ему совсем не любопытно, что там за дверью. Упырь судорожно всхлипнул, и тут свет окатил его. Куски кожи стали отслаиваться под лучами, превращаться в лепестки, и вскоре весь постамент был усыпан ими, как дорожка в цветнике.

- Дом… - прошептал Упырь, а затем, как капюшон, скинул череп и вновь стал тем юношей.

- Дом! – ликующе закричал он.

Развернулся, улыбаясь, к Алекс, которая радовалась вместе с ним. Пусть монета, пусть кусочек жизни, но Упырь ведь двенадцать лет защищал ее! Теперь она была уверена, что поступила правильно.

- Алекс… - Упырь сошел на один шаг с постамента, расстегнул красивую жилетку и рванул рубашку. За ней красным огнем полыхала сфера. – Мое проклятье теперь не имеет силы надо мной. Я отправляюсь домой. Возьмите его. Вдруг оно вам пригодится.

Шут легонько подтолкнул Алекс, и она взяла проклятье.

- Оно теперь безопасное, - пояснил юноша. – Прощайте, и простите за все. Я не хотел говорить тех дурных слов и поступать так с вами, но правила… они над всеми нами…

Шут благосклонно кивнул.

- И порой заставляют нас поступать не так, как мы хотим… - Юноша от досады сжал кулак у груди. - Алекс, я хочу сказать вам еще кое-что: пауки никогда не тронут вас, если вы не муха. Но это вовсе не значит, что они бросятся делиться картами. А теперь вам нужно уходить, шпиль без хозяина уйдет на дно, пока не появится новый хозяин. И еще… Вас ждет сюрприз.

- Но… постойте, - Алекс испуганно посмотрела Упырю в глаза, - дверь, за которую ушли мои родители, она…

- Ее никогда не было в шпиле! – заявил Упырь. - Пауки, Алекс, пауки очень мудрые… Прощайте.

- Прощайте, - первым сказал Шут. – Думаю, девочка отплатила вам сполна за ваши услуги.

Алекс удивленно вскинула брови, но Шут опередил ее.

- Так или иначе, все в нашем мире сводится к обмену. Вот и вы сейчас отплатили ему той же монетой. - Шут помахал рукой Упырю. - Не буквально, конечно.

- Прощайте, - с легкой грустью сказала Алекс.

Упырь, радостно раскинув руки, ушел в дверь, и та затворилась.

Шут неубедительно вздохнул и заранее взял Алекс за плечи. Только после этого шпиль затрясло.

- Вам нужны еще какие-то мои услуги?

Алекс открыла было рот, чтобы отказаться, но Шута уже и след простыл.

Девочка бросилась к люку, открыла его, спустилась по лестнице и к своей радости обнаружила этажом ниже двуногую лошадь. Упырь не обманул, сюрприз вышел более чем волшебный.

Девочка без лишних разговоров схватилась за гриву и забралась на спину лошади.

- Куда? – радостно заржала та.

- Мы успеем в самый низ?

- Нет.

- А на самый верх?

- Зачем нам туда? Мы ведь упадем!

- Над морем неувиденных снов натянут купол из паутины. Упырь говорил о пауках, это была подсказка, - девочка вдруг поняла, - в этом мире не по правилам говорить напрямую! Быстрее наверх, только так мы спасемся.

- Дважды терять свои копыта я не намерена, - фыркнула лошадь и помчалась по лестнице вверх.

Шпиль трясло, стены ломались, а двери трещали. Алекс вжалась в спину лошади и радовалась, что с Упырем все вышло так хорошо. Хоть это и не приблизило ее к родителям ни на шаг, все равно было приятно. К тому же, теперь она была почти уверена, что у пауков найдутся кое-какие ответы на ее вопросы.

Лошадь вылетела на самую верхушку трясущегося шпиля. Купол оказался с маленькой прорехой прямо по центру, в том месте, куда упирался шпиль. Все остальное небо было застлано паутиной. Алекс приказала лошади забраться туда, но та не тронулась.

- Прости, - сказала она, - дальше ты идешь одна.

«Опять одна?!» - захотелось выкрикнуть девочке.

- Почему?

- Я соткана из снов, пауки закрутят меня в кокон и высосут через много дней. Я не хочу такой смерти.

Алекс спустилась, укорив себя за то, что забыла, как многое здесь из снов. Шпиль уже не трясся, он снижался. Прореха в паутине стала отдаляться. Лошадь наклонила голову, Алекс обняла ее, и та без предупреждения подкинула ее вверх. Прямо в прореху, ведущую на купол пауков, мудрых поедателей снов.

Девочка приземлилась на мягкую, слегка липкую паутину. Собрала выпавшие из карманов монетки, ключ и дневник Маргарет, посмотрела вниз и увидела, как лошадь исчезла в тумане.

«Что будет с лошадью? Она ведь сон… может быть, она кому-то приснится. Кому может присниться лошадь с двумя ногами? Пусть она приснится мне… Тогда я буду знать, что с ней все в порядке, пусть это будет хороший сон».

Алекс перевернулась и взглянула наверх. Там, высоко, не светило солнце и не было синего неба. Всюду тянулись белые и серые переплетенные паутины. И оттуда к ней уже спускалось что-то большое и черное.

Алекс прищурилась. Она слишком устала, чтобы убегать. Тем более, от этого, как ей думалось, сбежать было невозможно. Ведь на толстой паутине к ней спускался паук размером с целый дом.

Странно, что из всех возможных мыслей сейчас ей в голову пришла лишь одна: «Спасся ли волк из шпиля?».

В следующую секунду паук навис над ней.

 

Глава 12
Паутина пауков
Попасть в паутину новых неприятностей не так страшно, как узнать тайну исчезновения снов поутру. Теперь вы сможете расслышать, кто и куда их забирает. Поверьте, это только на пользу.
Наверное…

Алекс вспомнила свой сад у замка, как она часто брала лупу и разглядывала букашек. Муравьи удивляли ее последовательностью и трудолюбием, жучки - проворством, а вот пауки нравились своим одиночеством и умением ждать. Они расставляли сети, почти незаметные для глупых мух и комаров, и те туда обязательно попадались.

Ей всегда было интересно, как для них - маленьких, выглядит она - большая, и теперь, когда Алекс смотрела на огромного черного паука, который был не меньше дома, она вдруг нашла ответ: просто очень страшно.

- Я не муха, - вместо приветствия сказала она, вспомнив совет Лорда Упыря, - я девочка, Салли Хилл…

Паук навис над ней, его глаза, как темные окна дома, не мигая уставились на нее. Два огромных клыка у рта зашевелились, а затем раздался жуткий тягучий звук. Алекс машинально закрыла ладошками уши, но лучше бы она заткнула нос. Ее окатила такая волна вони из пасти паука, что девочку едва не стошнило.

- Отведите меня к картографу, я хочу получить карту Междустенья и узнать, куда делись мои родители! - прокричала она поспешно, опасаясь, что не выдержит, если чудище дохнет на нее еще раз.

Паук поднес к ней лапу, похожую на волосатый фонарный столб, прикоснулся к спине девочки, и та прилипла. Затем он без лишних телодвижений переместил Алекс к себе на спину, где девочка отцепилась и упала.

- Спасибо, - вежливо сказала она, отряхнувшись от липкой белой слизи.

Паук вновь издал что-то вроде пароходного гудка и удивительно быстро засеменил по паутине. Алекс попыталась встать, но это была плохая идея, поскольку тряска не позволяла уверенно держаться на ногах. Тогда Алекс легла, все-таки ее измучило это небольшое приключение, а сейчас следовало любыми способами получить карту.

Девочка смотрела, как мелькает паутина, высоко-высоко, заменяя небо. Там ползали огромные черные кляксы таких же пауков, что вез ее, они что-то перевязывали паутиной, и Алекс поняла, что это сны. Лошадь не хотела стать такой жертвой, и девочка ее понимала.

Глаза начали слипаться. Алекс зевнула, и в тот момент, когда готова была уснуть, паук вдруг остановился. Девочка поднялась, потирая глаза, и увидела, что находится словно на арене Колизея, только вместо трибун тут было множество уровней со столами по кругу, и за каждым сидел человек с восемью руками. Все эти руки непрерывно двигались, как лапы перевернутого на спину паука. Алекс вспомнила, что ровно столько лап у пауков и есть. Во всяком случае, у большинства из них.

Каждый «паук» что-то быстро чиркал гусиным пером в бесконечных листах, а маленькие паучки бегали туда-сюда, забирали готовые листы и уносили их в щели, в тени, в трещины и просто в большой проход, через который громадный паук принес сюда Алекс.

На центральной трибуне расположился самый большой человек. На лице у него имелось семь глаз, больших и круглых, без век. Он так же, как и все, подписывал что-то, чертил, отправлял с паучками, только вот рук у него было гораздо больше, чем у других, и все они делали все так слаженно, как механизм.

От всего этого мельтешения рябило в глазах.

Алекс закончила изучать то, куда попала, и поняла, что никто не собирается обращать на нее внимания. Тогда она громко сказала:

- Здравствуйте.

Скрипение перьев, шуршание листов, беготня паучков - все замерло. Только руки главного продолжали что-то делать.

- Ты мешаешь, уходи, - не глядя, бросил он ей. Все, как по команде, вернулись к работе.

Листы появлялись на его столе пачками, он успевал и читать, и писать, а те листы, что ему, видимо, не нравились, комкал и съедал, почти не пережевывая.

- Прошу вас, мне нужна помощь.

- Ох, - человек схватился за голову сразу всеми руками, отчего стал похож на бумажный фонарик из ленточек-полосок. - Разве ты не видишь, сколько у нас работы? К нам уже давно никто не ходит, потому что мы давно никому не помогаем. Ты не муха?

- Нет, я не муха.

- Очень жаль. Тогда бы у нас было полное право съесть тебя, а так - просто уходи.

- Я не могу.

- Ох, как же давно тут не было таких, как ты! Двенадцать лет спокойной работы, и вот на тебе - тишина закончилась. Уходи, - приказал многорукий, возвращаясь к кипам бумаг на столе.

«Тут были мои родители, была моя семья…» - догадалась девочка.

- А кто приходил до меня?

- Шум! Один сплошной шум. И ты шумишь. - Он посмотрел всеми глазами на большого паука. - Зачем ты привел ее сюда? Тебе заняться больше нечем?

Большой паук что-то прорычал и виновато замотал головой. Алекс погладила его, чтобы вина его была не такой горькой.

- Мне нужна всего одна минутка, - взмолилась девочка.

- Нет, шумишь, уходи. - Руки его не замирали ни на секунду, продолжая писать, чертить, передавать и комкать. - Пока стоит одинокий шпиль, у нас туча работы. Горы бумаг! Неужели не видно?!

- Его больше нет, - вставила Алекс, - я его утопила.

- Что?.. – осекся многорукий.

Все остановились и удивленно уставились на девочку. Каждое гусиное перо замерло, даже маленькие паучки застыли, став похожими на колючки, черные и мерзкие, и тоже очень удивленные.

- Я освободила стража, и шпиль ушел под воду со всеми дверями.

Многорукий недоверчиво хмыкнул, постучал по столу, и из него выдвинулся ящик. Сунул туда руку, и по ней побежали тысячи крохотных проворных паучков. Он что-то шепнул им, и они тут же устремились к выходу.

- Если ты врешь, то станешь мухой. Я переступлю это небольшое правило.

Алекс не ответила.

Паучки вернулись очень быстро. Они облепили стол и запищали, перебивая друг друга. От услышанного лицо многорукого удивленно вытянулось, но в следующую секунду он взял себя в руки и объявил:

- Шпиль пропал.

- Я его утопила, - гордо добавила Алекс.

- Она не врет, страж был освобожден, и пока шпиль выбирает нового хранителя, мы все можем передохнуть. Впервые за столько лет.

По трибунам прокатилась волна недовольства. Похоже, все, кто тут сидел, не знали, что такое отдых. Пусть девочка и не понимала суть их работы, по-видимому, та была чрезвычайно сложной и важной, раз уж они не могли ее отложить.

- Этим отдыхом вы обязаны мне, - заметила Алекс, решив, что только безумцы могут быть недовольны минуткой передышки. - Кто приходил двенадцать лет назад?

Многорукий нахмурился. Ему никогда не нравились наглые, а эта девчонка определенно наглела.

- Крайняя невоспитанность, - сказал он. - Тот парень был таким же, мы хотели его четвертовать, но он поспорил с нами, чем изрядно рассмешил. Он заявил, что выполнит работу половины таких, как мы.

«Наверное, это был мой брат», - подумала Алекс.

- И что самое удивительное, он победил. Он оказался гениальным изобретателем. Какое тебе дело до того времени?

- Я его сестра и мне необходимо узнать, куда он ушел.

- М-да… Я мог бы догадаться по вашей общей невоспитанности. Он лишь сказал нам, что ушел за своей семьей.

«Как и я… Мой брат был такой умный, что сумел выиграть спор у всех этих мужчин, но он тоже не вернулся… смогу ли я?»

- Он сидела вон за тем столом. - Все руки многорукого указали на пустую трибуну.

Большой паук, словно услышав мысли девочки, устремился туда, и Алекс смогла спуститься к столу по его лапе. Окружающие мужчины отпрянули от нее, как от заразы, но девочка не обратила на это внимания. Она села за стол и открыла шкафчик. Там лежал альбом.

Алекс раскрыла его, и увидела рисунок. Всего один. Большой праздничный шатер, с флагами и клетками у входа. Рядом имелась запись, красивым почерком в правом нижнем углу: «Сон мамы».

- Простите, а чем вы занимаетесь, в чем ваша работа? – обратилась она к многорукому.

Тот аккуратно раскладывал все на своем столе, поправлял стопки листов, передвигал карандаши, так, чтобы они лежали ровно, параллельно друг дружке.

- Мы переписываем сны, и твой брат занимался тем же, - гордо ответил он.

Мужчины на арене закивали, видимо, они очень гордились своей работой.

- А зачем их переписывать? – удивилась Алекс. 

Она забралась обратно на лапу и вернулась на спину паука, после чего тот подошел ближе к столу многорукого, так что девочка смогла заглянуть ему в глаза.