Отечественная история (XIX – ХХ вв) (стр. 6 )

Гражданское общество могло противопоставить себя коммунистическому государству.  И. Ульянов разрушал его, запрещал не только земства, политические партии, профсоюзы, но и любые общественные объединения граждан. Новую политическую систему В. И. Ульянов строил исходя из максимальной концентрации власти в своих руках. Во всех властных структурах выделялись еще более узкие, элитарные группы. В 1920 году из правительства выделился так называемый «Малый Совнарком», внутри Центрального Комитета компартии возникли Политбюро и Секретариат. оставался полновластным хозяином во всех силовых и идеологических структурах государства.

Новая власть опиралась на мощный репрессивный аппарат. 12 мая 1919 г. ВЦИК принял решение о создании концентрационных лагерей в каждой губернии. Комендант лагеря подчинялся НКВД и исполкому местного Совета. Записки чиновника исполкома было достаточно, чтобы на несколько лет отправить человека в лагерь. Суд и прокуратура зависели от партии. ВЧК определялась как вооруженный отряд партии. По данным , в 1920 г. в РСФСР насчитывалось 84 лагеря, в которых содержалось 50 тысяч заключенных. В 1923 году число лагерей достигло 355, а заключенных – 1 человек.

До 1917 г. лидеры большевизма приобретали себе политический капитал обещаниями заменить постоянную армию всенародным вооружением, народной милицией. Захватив власть, ленинцы сразу стали формировать свою армию – главное орудие нового диктаторского государства. Декретом от 01.01.01 г. лозунг всеобщего вооружения отменялся; признавалась необходимость Рабоче-Крестьянской Красной Армии на основе добровольного комплектования. Будущим воинам обещали полное государственное снабжение и оклад 50 рублей ежемесячно. Верховным руководителем Красной Армии объявлялся СНК. На следующий день СНК выделил для армии 20 миллионов рублей. 29 мая 1918 г. коммунисты заменили добровольность принудительным набором. 29 июля 1918 г. СНК выделил 300 миллионов на военные расходы. В несколько раз возросло жалование красноармейцев, вводились пенсии семьям погибших. Армия стала инкубатором тоталитарных структур нового государства, школой подготовки чиновного аппарата.

Партия называла себя лидером рабочего класса, защитницей его интересов. На деле же новая власть стала преследовать неугодные профсоюзы. Коммунисты отвергли принцип независимости профессиональных союзов от всякого государства. В результате репрессий профсоюзы были сломлены и подчинены партийным чиновникам. Во главе новых профсоюзов стояли исключительно коммунисты: , , (Томский).

Коммунистический Союз Молодежи стал единственной молодежной организацией, резервом правящей партии. Комсомольцы служили в коммунистических карательных отрядах разведчиками. В 1920 г. на Третьем съезде комсомола глава партии и государства санкционировал массовый террор против бывших собственников и заранее оправдывал его интересами революции. внедрял в сознание молодых постулаты морального релятивизма, помогал освободиться от жалости, сострадания к человеку. Вечные гуманистические принципы вождь приносил в жертву коммунистической идее. Он говорил: «Мы в вечную нравственность не верим и обман всяких сказок о нравственности разоблачаем... В основе коммунистической нравственности лежит борьба за укрепление и развитие коммунизма» СС. Т. 41. С. 313).

Переход к так называемой «новой экономической политике» вовсе не означал ослабления диктаторского режима. Глава государства по-прежнему требовал держать социал-демократов в тюрьмах. Вождь объяснял и другим сомневавшимся коммунистам, что свобода печати в России невозможна, покуда существует мировая буржуазия. В 1921 г. 26 левоэсеровских руководителей были расстреляны коммунистами, несколько десятков сосланы. Агенты ВЧК наводнили оппозиционные партии и раскололи их. Новая власть, несмотря на революционную риторику, оказалась более деспотической, чем старая. Власть по-прежнему не зависела от народа.

Новая политическая система сложилась в результате гражданской войны и полностью определялась ею. Захватив власть, коммунисты начали отнимать у людей политические права и собственность. Так была спровоцирована гражданская война со всеми ее ужасными последствиями. Люди лишались вкладов, страховок, акций, имущества, жизни. Грабеж начался в столице в ноябре-декабре 1917 г. Летом 1918 г. коммунисты перенесли гражданскую войну в деревню. Комитеты бедноты, временно заменившие Советы, конфисковали у зажиточных крестьян около 50 млн гектаров земли, а также значительную часть сельскохозяйственного инвентаря и скота. Главной задачей комитетов бедноты стало доносить на соседей, прятавших хлеб от новой власти. Доносчик получал часть конфискованного хлеба[4].

Многочисленные политические партии, принявшие участие в гражданской войне, со временем трансформировались в три силы: «белые», «красные» и крестьяне. Иными словами, боролись две наиболее активные группировки: бывшие собственники и коммунисты. Крестьяне оставались пассивными. Как «белые», так и «красные» пытались перетянуть на свою сторону крестьян. «Красные» победили в силу нескольких причин. Прежде всего, они занимали центральные, наиболее развитые в экономическом отношении районы страны. Сеть железных дорог позволяла «красным» быстро концентрировать войска на нужном направлении. Коммунисты вскоре отказались от прежних демократических увлечений и создали армию на основе принудительного набора. Дезертиров вылавливали и расстреливали. Красноармейцам выплачивали хорошее жалование. Их семьи пользовались льготами.

Победу «красных» в немалой степени обеспечила массовая пропаганда. Газеты, плакаты, агитаторы льстили рабочим и крестьянам, их мозолистым рукам. Одновременно выливались ушаты грязи на все иные классы и слои российского общества. замечал, что в советских газетах ложь идет сплошной стеной. Рабочих пугали возвращением капиталистов, а крестьян – помещиков. «Белое» движение изображалось исключительно как монархическое, хотя никто из его лидеров не отстаивал реставрации монархии. М. В. Алексеев, Л. Г. Корнилов, А. И. Деникин были выходцами из крестьян.

Коммунистическая агитация уверяла, что советская власть будет намного лучше старой. Миллионы людей, впервые вступивших на политическое поле, поверили обещаниям «красных». Через два–три года обман раскрылся, но новая диктатура уже успела утвердиться. Большевики победили потому, что применяли все имевшиеся в распоряжении государства XX в. орудия принуждения против крестьянства как бы застывшего в XIX в. Русским крестьянам не доставало политической сознательности. Они не видели разницы в формах правления, не дорожили парламентской демократией. Крестьяне удовлетворились незначительными экономическими уступками, данными Кремлем весной 1921 г. Земельный кодекс 1922 г. разрешал найм работников, аренду земли и признавал наследование прав детей на пользование земельным участком родителей.

Победу коммунистов в гражданской войне следует рассматривать не как выражение народной поддержки, а как проявление не сформировавшегося ещё общенационального сознания и политической отсталости русского крестьянства, большинства народа[5]. Россия не была готова для демократической государственности.

Гражданская война приучила управлять посредством массовых убийств, сделала способом мышления разоблачение врагов. Политику она подменила боевыми действиями. Гражданская война означала крайнее озверение общества, и особенно его правящего класса. Достаточно вспомнить грозные приказы В. И. Ленина, . Весной 1918 г. в Екатеринодаре красноармейцы выкопали труп , изрубили его шашками, а потом сожгли. Война, продолжавшаяся более трех лет, привела к взаимному истреблению наиболее активных элементов гражданского общества. В 1920 г. гражданская война закончилась[6]. То есть прекратились массовые боевые действия армий. Внутреннего мира в стране достигнуто не было. Продолжалась партизанская борьба (политический бандитизм), действовали подпольные антисоветские организации. Продолжались репрессии ВЧК-ОГПУ (Объединенное государственное политическое управление).

Экономическая система России до октября 1917 г. включала в себя государственные, акционерные и кооперативные предприятия. Распределение осуществлялось через рынок средств производства, товаров и труда. Стремясь к власти, марксисты так и не создали модели новой экономики. Утверждения о загнивании ведущих индустриальных государств, о скорой социалистической революции выдавали желаемое за действительное. Резко осуждая паразитизм западных монополий, В. И. Ленин надеялся, что государство коммунистов сможет устранить недостатки монополизма. При этом особую роль вождь отводил использованию такого немецкого опыта, как всеобщая трудовая повинность и нормированное снабжение продовольствием.

Оказавшись у власти, коммунисты вынуждены были экспериментировать на ходу. Строить новый экономический порядок они пытались от противного: ликвидировать частную собственность, внедрить плановое развитие вместо свободного рынка. , Е. Н. Преобра-женскому, Л. Д. Троцкому, Н. И. Бухарину и другим очень хотелось совершить скачок в коммунизм. Главным средством для достижения этой цели было избрано тотальное огосударствление. Государство объявило себя собственником всех земель, заводов, банков, бань, родильных домов, театров, музеев, тканей, кожаной одежды, аптек, спиртных напитков, изобретений, моргов, кладбищ и т. д.

Коммунистическое государство отняло предприятия не только у частных лиц, но и у общественных организаций: Всероссийского союза городов, Всероссийского земского союза, у Российского общества Красного Креста. Государство присвоило себе также акционерные предприятия. Захватив все это, коммунисты долго не могли наладить ни эффективного производства, ни справедливого распределения. Экономическая заинтересованность заменялась внеэкономическим принуждением. Резко возросло количество чиновников-контролеров. Следуя путем внеэкономического принуждения, коммунисты неизбежно пришли к системе государственных повинностей и наказаний за их невыполнение. Специальные продовольственные армии взимали с крестьян зерно, масло, мясо, мясо птицы, мед, кожу и тому подобное. Селянам запретили продавать свою продукцию на рынке. Веками существовавшей торговле приклеили ярлык «спекуляции». Печально знаменитый «Декрет о спекуляции» от 01.01.01 г. фактически запрещал всякую негосударственную торговлю, устанавливал так называемые «твердые цены». То есть такие цены, которые не давали прибыли и не покрывали издержек производства. С целью оправдать грабеж крестьян, В. И. Ленин пустил в оборот термины: «излишки», «кулак», «мироед». Зерно, мясо, мед не могут быть лишними. Об «излишках» можно говорить только тогда, когда власть произвольно устанавливает норму потребления.

В конце 1920 г. кремлевские вожди предприняли новую попытку рывка к коммунизму. Был взят курс на милитаризацию труда, ликвидацию товарно-денежных отношений. Развал финансовой системы коммунисты ставили себе в заслугу. Бывшие имения помещиков передали совхозам. Надежды крестьян получить в награду за разгром «белых» земли помещиков лопнули. Более того, с декабря 1920 г. крестьян стали насильственно объединять в коммуны. Комиссары пытались обобществить семенное зерно для будущего коллективного весеннего сева. Крестьяне восстали. Восстала и Кронштадтская крепость. В. И. Ленин был вынужден спешно менять политику, чтобы удержаться у власти.

Коммунистическая литература представляет политику военного коммунизма как временную меру, вынужденную войной. Это тавтология. Прежде всего, политика военного коммунизма оформилась в конце 1920 г., когда победа Красной Армии была близка. В военном коммунизме преобладали доктринальные причины. Прямой продуктообмен рассматривался ленинцами как кратчайший путь к коммунизму. Реальная жизнь отвергла марксистские схемы. Миллионы россиян не желали жить по новым противоестественным декретам. Оказалось, что научный коммунизм Маркса и Ленина также утопичен, как и его предшественники. Весь коммунизм утопичен и не может быть иным. Этот вывод достался нашей стране слишком большой ценой. Воплощение утопии возможно только насилием. Страшна не утопия сама по себе, а утопия у власти.

Самый большой миф советской историографии – это гениальное ленинское учение о новой экономической политике. Историки – коммунисты замалчивают, что прежний великий план коммунистического строительства, принятый в декабре 1920 г., лопнул уже через три месяца под напором крестьянских восстаний. В марте 1921 г. В. И. Ульянов спешно провозгласил так называемую новую экономическую политику. Правительство обещало снизить поборы с крестьян, разрешить торговлю, допустить частника в производство, сферу обслуживания. В. И. Ленин разрешил аренду, концессии. Тем не менее эти факты не позволяют утверждать о перемене воззрений вождя на социализм. В концепции новой экономической политики масса пробелов, недомолвок, позволяющих произвольно её трактовать. Вначале утверждалось, что НЭП всерьез и надолго, а через год глава партии и правительства объявил отступление законченным. Конституция, программа партии остались прежними. В каждом выступлении В. И. Ульянов подчеркивал незыблемость диктатуры пролетариата. Силовые структуры государства постоянно укреплялись. Разумеется, налог лучше разверстки[7]. Право устанавливать налоги осталось у тех, кто им пользовался ранее. Кроме того, налог исчислялся в зависимости от разрядов урожайности, которые определялись из центра. Завышая разряд урожайности, правительство увеличивало сумму налога. Чтобы облегчить свое положение, крестьяне скрывали от чиновников подлинный размер посевных площадей. Иными словами произошло временное ослабление нажима, но политика военно-феодальной эксплуатации крестьянства продолжалась. Налоги на нэпманов носили характер контрибуций. Вкладывать деньги в производство было невыгодно. Предприниматели устремились в сферу торговли, где капитал оборачивался быстрее. Концессии не получили должного развития, так как СНК выдвигал неприемлемые условия для западных инвесторов. В 1923 г. правительство предприняло попытку совершить очередной скачок в накоплении средств. Резко подняли цены на продукцию промышленности. Диспропорция цен привела к затовариванию, к остановке многих заводов.

Значение новой экономической политики явно преувеличено, поскольку она изучается изолированно. Если же взять за основу иную периодизацию истории России, то 1917–1993 гг. можно определить как господство коммунистической редистрибутивной экономики, а 1921–1927 гг. – как этап временного ослабления режима, частичную его либерализацию. Таким образом, НЭП – это робкая половинчатая реформа в экономике, которая не сопровождалась изменениями в политической системе. В этом причина довольно быстрого падения нэпа. Диктатура пролетариата и экономическая свобода не совместимы. Попытки повторить НЭП можно проследить на экономических реформах 70-х годов, а также в годы «перестройки». Результат был прежним. Реформы в экономике и политике должны идти одновременно.

В январе 1924 г. В. И. Ульянов скончался. Вопреки обычаям страны, кремлевские вожди решили сохранить тело для потомков. Первое бальзамирование оказалось неудачным и труп начал разлагаться. Было проведено повторное бальзамирование и построен специальный мавзолей, который стал центральной трибуной коммунистических праздников.

Борьба за ленинское «наследство» велась исключительно в узком кругу партийной элиты и походила на схватку под ковром. Претенденты на пост № 1 не стеснялись в выборе средств для достижения заветной цели. В 1922–1924 гг. коалиция Г. Е. Зиновьева, Л. Б. Каменева, И. В. Сталина дискредитировала и отодвинула от власти Л. Д. Троцкого, стоявшего во главе Красной Армии. В 1925–1927 гг. И. В. Сталин при помощи молодого, амбициозного Н. И. Бухарина, опорочил Л. Б. Каме-нева и Г. Е. Зиновьева. В 1928–1929 гг. И. В. Сталин ошельмовал редактора «Правды», ведущего теоретика партии Н. Бухарина, главу правительства А. И. Рыкова и начальника профсоюзов М. П. Ефремова (Томского). Таким образом, И. В. Сталин отлучил всех возможных претендентов от ленинизма и стал единственным «истинным ленинцем», вождем партии. Так называемое «коллективное руководство» партией и государством продолжалось недолго: с 1924 по 1929 гг. Ленин создал партию, которая могла функционировать лишь подчиняясь воле вождя. Также быстро закончилось коллективное руководство и после смерти . Вождизм – неотъемлемая черта коммунизма.

Борьба функционеров за престижные должности не находила отклика в массовой партии, а тем более в рабочем классе. Население страны, терзаемое репрессиями, голодом, дефицитом товаров, безработицей равнодушно относилось к разногласиям в коммунистической верхушке.

В 1929 г. И. В. Сталину исполнилось 50 лет. Он стал единоличным хозяином партийно-государственной машины. В этом же году сталинская директива устанавливала единоначалие на предприятии. Директор получал право увольнять рабочих без уведомления профсоюзов. Правительство слило профсоюзы с Министерством труда, т. е. ликвидировало. В 1932 г. была введена паспортная система. Паспорта выдавали только городским жителям. Выдача паспортов превратилась в тотальную проверку граждан. Проводилась чистка Ленинграда и Москвы от так называемых «классово чуждых элементов». Закон от 8 июня 1934 г. предусматривал смертную казнь за «измену Родине». Для членов семьи, которые знали о намерениях «изменника Родины», предусматривалось заключение в лагерь на срок от 2 до 5 лет, а для тех, кто не знал, полагалась ссылка на 5 лет. Как и его предшественник,
И. В. Сталин постоянно укреплял репрессивный аппарат. В 1922 г. ВЧК переименовали в Главное политическое управление (ГПУ), а в 1934 г. – в Народный комиссариат внутренних дел (НКВД). Смена названия не отразилась на функциях организации. 1 декабря 1934 г., в день убийства С. М. Кирова, И. В. Сталин принял закон об упрощенной процедуре судебных дел. На следствие по делу так называемых «врагов народа» отводилось всего 10 суток. Воцарилась обстановка всеобщего доносительства. 22 декабря 1934 г. «Правда» опубликовала сообщение, что найден подлинный виновник убийства С. М. Кирова – «ленинградский центр» во главе с . Эта ложь потребовалась для оправдания расправы над , и другими конкурентами И. В. Сталина.

Массовые чистки партии и государственных служащих неизбежно заканчивались репрессиями. Социальный статус исключенных из партии был ниже, чем у беспартийных. В марте 1935 г. приняли закон о наказании членов семей изменников Родины. В апреле 1935 г. советское законодательство разрешило привлекать к уголовной ответственности детей, начиная с 12 лет. 9 июня 1935 г. появился закон, в соответствии с которым любой советский гражданин за побег за границу приговаривался к смертной казни; тюремное заключение грозило также всякому лицу, не донесшему об этом. В 1934 г. была прекращена публикация ежегодных оценок численности населения. Перепись 1937 г. была объявлена вредительской, ее руководители расстреляны. После войны переписи не было до 1959 г. В 1936 г. И. В. Сталин обвинил главу НКВД Генриха Ягоду в опоздании на четыре года в борьбе с «врагами народа». Г. Ягода оказался на скамье подсудимых вместе с Н. И. Бухариным и другими, чьи дела он сам фабриковал. Новым наркомом стал Николай Ежов. В начале 1939 г. его расстреляли. НКВД возглавил Лаврентий Берия, продержавшийся на этой должности до смерти .

Опасаясь военного переворота, вождь сменил командующих всеми военными округами, кроме С. М. Буденного. «Сталин – государственник восточного, азиатского типа. Сталинизм, т. е. коммунизм периода строительства, перерождается незаметно в своеобразный русский фашизм. Ему присущи все особенности фашизма: тоталитарное государство, государственный капитализм, национализм, вождизм и, как базис, – милитаризированная молодежь».

Более пяти месяцев продолжалось «всенародное обсуждение» «сталинской» конституции 1936 г. Это был своего рода ритуал, в ходе которого каждый человек подтверждал лояльность режиму, пытаясь тем самым обезопасить себя от репрессий. Советское государство нарочито громко провозглашало демократические свободы граждан и тут же тайно давало неограниченные полномочия репрессивным органам. Например, И. В. Сталин разрешил пытать заключенных, выбивать из них нужные следователям показания.

Партия коммунистов выдвинула И. В. Сталина своим очередным вождем. Достойный приемник Ленина, он правил также пожизненно, до весны 1953 г. Завершение верхушечной борьбы в Кремле позволило вплотную заняться государственными делами. Красная Армия и Внутренние войска подавили повстанцев Грузии, Чечни, Бурятии, Казахстана, пытавшихся отделиться от Советского Союза. На долгие годы растянулась борьба с повстанцами Средней Азии. Исламское население наиболее упорно сопротивлялось имперской политике Москвы.

Новые правители России понимали необходимость индустриализации, укрепления военной мощи. В ноябре 1926 г. кремлевские вожди приняли следующее решение: «В минимальный исторический срок нагнать, а затем и превзойти уровень индустриального развития передовых капиталистических стран». В 1929 г. партия Сталина утвердила первый пятилетний план на 1928–1932 гг. Всеобщее планирование может осуществлять лишь государство, обладающее тотальной властью. Отныне плановые показатели, рожденные волей диктатора, обретали силу закона; их невыполнение жестоко каралось.

Грандиозные проекты требовали соответствующих жертв. Коммунисты обратились к традиционным для России источникам накопления: экспорту зерна, низкой заработной плате рабочих и служащих, широкой продаже спиртного, использованию «дешевого» труда заключенных. По демпинговым ценам на экспорт шел лес.

Самой известной стройкой первой пятилетки была электрическая станция на Днепре. Подготовительные работы начались еще в 1921 году. В 1925 г. инженер представил проект, который дорабатывался американской фирмой « и К˚» и немецкой «Сименс – Баунион». Длина плотины составила 760 метров, а высота – 64 метра. В 1928–1929 гг. на Путиловском заводе и Харьковском паровозостроительном было выпущено 3 276 тракторов. В 1929 г. начали строить Магнитогорский и Кузнецкий заводы, в 1930 г. – Запорожский, Азовсталь, в 1931 г. – Ново-Липецкий и Ново-Тагильский, Криворожский, Ново-Ташельский и Никопольский трубопрокатный. Эти заводы вступили в строй уже в годы второй пятилетки (1932–1937). Бюрократия эксплуатировала энтузиазм молодых. Палатки, бараки, отсутствие элементарных удобств, низкая зарплата, плохое питание стали неизбежными спутниками советских строек. При возведении Магнитогорского металлургического комбината несколько тысяч человек умерли от дизентерии. Еще более крупную жатву собрала смерть на Беломоро-Балтийском канале. Полмиллиона заключенных с кирками и тачками прорыли его за 20 месяцев.

Энтузиазм строителей умело инспирировался коммунистической агитацией и поддерживался репрессиями. В 1928 г. коммунисты организовали в Москве показательный судебный процесс над группой инженеров, так называемое «Шахтинское дело». Н. Горлецкого, Н. Кржижановского, А. Юсевича, Н. Бояринова и С. Будного расстреляли, а шестерых приговорили к десятилетнему сроку заключения. Аналогичные судилища прошли в провинциальных городах. В целом по стране было арестовано 2 000 инженеров. В 1929 г. Советское правительство ликвидировало воскресенье. После четырех дней непрерывной работы следовал выходной. Отсюда название «пятидневка». «Непрерывка» держалась до 1940 г., когда правительство вновь подарило трудящимся воскресенье.

В сентябре 1930 г. газеты сообщили о расстреле 48 руководителей пищевой промышленности. В ноябре–декабре 1930 г. в Москве организуется второй после «Шахтинского дела» показательный процесс: процесс «Промпартии». В обвинительном заключении указывалось, что в подпольной «Промышленной партии» насчитывалось не менее двух тысяч членов. Перед судом предстало 8 человек. Подсудимых обвинили в подрывной деятельности в пользу иностранцев. Глава «Промпартии» Л. Рамзин признал обвинения. В марте 1931 г. в Москве судили «вредителей» из плановых и банковских структур. В апреле 1933 г. состоялся очередной процесс. В числе 18 «вредителей» было 6 английских инженеров и техников. Англичан выслали из СССР, а советские граждане получили от 18 месяцев до 10 лет заключения. Советская власть карала техническую интеллигенцию, служащих Госбанка и Госплана. Репрессии преследовали несколько целей: запугать инженеров, снять вину с партийных функционеров за некомпетентное руководство. Например, тяжелую индустрию страны направлял в нужное русло ветеринар Серго Орджоникидзе. Репрессии инженеров и начальников вызывали одобрение у малограмотных рабочих, создавали иллюзию борьбы за социальную справедливость.

В 1929 г. коммунисты инспирировали кампанию по развертыванию массового соревнования на основе ленинских идей 1919 г. о бесплатном коммунистическом труде. Кампания успеха не имела. В 1930 г. коммунисты подавили стачку ивановских ткачей. В этом же году рабочие Московского автомобильного завода назвали И. В. Сталина «самозванным вождем пролетариата». Советская власть сделала все необходимое, чтобы об этих и многих других событиях не узнали даже соседние города.

В годы первой пятилетки наша страна стала впервые выпускать автомобили и тракторы. Американские фирмы поставили оборудование для Сталинградского тракторного и Горьковского автомобильного заводов. Нижнегородский автомобильный завод был рассчитан на 140 тысяч автомобилей в год. Харьковский тракторный завод – на 50 тысяч, Московский автозавод – на 30 тысяч грузовиков.

К 1930 г. страна достигла дореволюционного уровня выплавки чугуна. В 1932 г. каждая шестая тонна потребленного проката была ввезена из-за границы. На импорт черных металлов за пятилетку было израсходовано 2,5 млрд рублей, а государственные вложения в отрасль составили 3 млрд рублей.

В первой пятилетке освоение новых производств осуществлялось простым копированием европейских и американских образцов: паровозов, полувагонов и т. д. На 1 октября 1929 г. СССР имел 70 договоров о технической помощи с иностранными фирмами.

Индустриализация сопровождалась бесконечными импровизациями. В целом задания первой пятилетки не были выполнены.

Производство	План 1929 г.	Фактическое выполнение 1929 г.
Уголь	75 000 тыс. т	64 000 тыс. т
Чугун	10 000 тыс. т	6 200 тыс. т
Электроэнергия	кВт. ч	14 кВт. ч

Все качественные характеристики – производительность труда, себестоимость, качество продукции шли по нисходящей линии. Процесс индустриализации сопровождался невероятной растратой человеческих и материальных ресурсов. Это привело к падению уровня жизни. Не хватало даже плохой одежды. Мало внимания уделялось железным дорогам. Жилищное строительство, производство потребительских товаров и сфера услуг были и вовсе забыты. Рабочие подолгу простаивали в очередях за товарами первой необходимости.

В 1931 г. И. В. Сталин объявил войну «уравниловке». Квалифицированные рабочие получали в четыре–восемь раз больше, чем неквалифицированные, в то время как администрация и аппарат управления вообще получали в восемь – тридцать раз больше – это без учета прочих привилегий, которыми они пользовались. Новый правящий класс, за исключением кремлевской верхушки, вышел из пролетарской среды и исповедывал антикапитализм. Собственность нового класса проявлялась в виде исключительного права, монополии партийной, политической бюрократии на распределение национального дохода, регламентацию уровня заработков, выбор направлений хозяйственного развития, а также распоряжение национализированным имуществом.

Несмотря на нажим репрессивных органов, задания третьей пятилетки не выполнялись. В 1937–1941 гг. темпы роста промышленного производства не превышали 3–4 % в год. Давно уже покончили с анархизмом и демократизмом. И. В. Сталин сделал то, что не удалось Л. Г. Корнилову. Дисциплина на заводах была почти военной. Тем не менее возможности внеэкономического принуждения были полностью исчерпаны. Низкая квалификация рабочих СССР оставалась серьезной преградой на пути освоения новой техники. В 1930 г. правительство ввело обязательное начальное обучение. В 1936 г. начальную школу окончили только половина учеников, семилетнюю – треть, среднюю – четверть. В 1939 году неграмотные составляли 20 % населения. В  1940 г. число вузов достигло 817. Количественный рост не компенсировал падения качественных характеристик высшей школы. Большая часть старой профессуры была репрессирована. Научные контакты ученых с зарубежными коллегами расценивались как шпионаж.

В 1940 г. розничные цены в 6 раз превышали уровень нэпа. В закрытых распределителях партийные чиновники могли купить на рубль в 20 раз больше, чем рядовой труженик в обычном магазине. В конце тридцатых годов сотни талантливых конструкторов были арестованы. Накануне войны в СССР насчитывалось 6 миллионов радиоточек. Монопольное государственное радио умело манипулировало общественным сознанием, ежедневно лгало. Тем не менее в далекой провинции люди получили возможность слушать классическую и народную музыку, песни в исполнении любимых артистов.

В 1918–1920 гг. В. И. Ленин передал земли, отнятые у помещиков
и зажиточных крестьян, так называемым совхозам. Советские хозяйства как государственные предприятия создавались для снабжения продовольствием армии, чиновников, рабочих. Совхозы (госхозы) эксплуатировали крестьян и бесплатно поставляли сельскохозяйственную продукцию государству. Совхозы как бы заменили помещиков и возродили прежнюю барщину. Право пользования небольшим приусадебным участком было единственной, но незначительной компенсацией за бесплатный крестьянский труд.

Бывшими общинными землями пользовались крестьяне-единоличники. Политика большого индустриального скачка предрешала их судьбу. Новым стройкам, заводам требовалось сырье и продукты питания для рабочих. Коммунистическое правительство не имело средств, да и не желало платить крестьянам за их тяжелый труд. В 1925–1927 гг. и в последующий период промышленные товары были очень дорогими, плохого качества и труднодоступными. Дефицит товаров и низкие закупочные цены вынуждали крестьян выращивать продовольствие только для себя. В 1926 г. количество зерна для продажи на внутреннем рынке было в два раза меньше, чем в 1913 г. В 1905–1914 гг. страна экспортировала в среднем 11 млн т зерна в год. Теперь экспорта не было. Исчезновение крупных землевладельцев и значительное ослабление слоя зажиточных крестьян повлекло за собой уменьшение производства зерна, предназначенного на продажу вне деревни. Производительность труда резко упала по сравнению с дореволюционным периодом. В январе 1928 г., несмотря на хороший урожай, крестьяне поставили только 300 миллионов пудов зерна (вместо 430 миллионов, как в предыдущем году). Экспортировать было нечего. Правительство осталось без валюты.

По инициативе И. В. Сталина с 1928 г. коммунисты возобновили войну против самостоятельных крестьянских хозяйств. 107 статья Уголовного кодекса карала лишением свободы сроком до трех лет любое действие, «способствующее поднятию цен». В 1928–1929 хозяйственном году Сталин принуждал крестьян продавать свою продукцию по закупочным ценам в три раза меньшим, чем рыночные. Видимое отставание сельского хозяйства от промышленности позволило вождю объявить аграрный сектор единственным виновником кризиса. Из-за сочетания факторов численности и собственности крестьяне потенциально были самым мощным классом в СССР, поэтому их ликвидация была более глубокой и жестокой, чем любой другой группы населения, и осуществлялась с помощью искусственного голода и депортации под предлогом экспроприации собственности у кулаков.

Против неорганизованных крестьян выступили правящая партия коммунистов, силовые структуры государства; рабочие Москвы и Ленинграда, подкупленные хорошим снабжением; многочисленные советские чиновники; партийно-советская пресса; комсомольские вожаки, студенты[8].

Известные экономисты – аграрники: А. В. Чаянов, Н. Д. Конд-ратьев, А. Н. Челинцев, Л. М. Литошенко были оклеветаны и уничтожены коммунистами. Крестьяне отчаянно сопротивлялись ленинско-сталинской политике. С 1929 по 1933 гг. государство разорило 3 млн зажиточных хозяйств. Около 10 млн людей перебрались на заводы. Общее число умиравших ежегодно в стране после 1929 г. резко перевалило за 4 млн, постоянно нарастало и достигло в 1933 г.тысяч человек. В 1934 г. последовал резкий спад. Умерло 3 400 тыс. Общее число жертв коллективизации составило около 10 млн человек. За годы сталинской коллективизации было уничтожено или палолошадей,свиней,овец,голов крупнорогатого скота. Для сравнения укажем, что в США в 1988 г. былокоров. В 1929 г. вынужден был в мирное время ввести карточную систему распределения продуктов в городах. В 1928–1935 гг. масло продавалось только в специальных магазинах-торгсинах (торговля с иностранцами) на золото или иностранную валюту.

Так называемая коллективизация – это не что иное, как создание коммун, подчиненных государству. Из общественных амбаров коммунистической власти было удобней забирать хлеб и иные сельскохозяйственные продукты, сырье. Почти тридцать лет колхозы не имели своей техники и вынуждены были арендовать ее на кабальных условиях у государственных машинотракторных станций. В придачу к налогу колхозники обязывались оплачивать натурой услуги, предоставляемые им через МТС (машинно-тракторные станции). Этот сбор в тридцатые годы давал минимум 50 % хлебозаготовок.

Изъятое у крестьян зерно предназначалось преимущественно для вывоза в Германию. В соответствии с торговым соглашением 1931 г. Германия предоставила России кредит более 1 млрд марок для закупки немецкой техники. СССР обязался снабжать Германию сельскохозяйственным сырьем и золотом. С 1931 по 1936 гг. половина всей ввозимой в СССР техники была немецкого производства.