«Ценностная регуляция деятельности риэлторов» (стр. 1 )

Негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«МОСКОВСКИЙ ПСИХОЛОГО-СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ»

Факультет ПСИХОЛОГИИ

Допускается к защите

«___»_________ 2010 г.

_________________

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

НА ТЕМУ: «Ценностная регуляция деятельности риэлторов»

Исполнитель:

студентка VI курса группы ЯП-04

Научный руководитель:

кандидат психологических наук

2010

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение.	3
Глава 1. Теоретико-методологический подход к проблеме ценностной регуляции профессиональной деятельности риэлторов.	8
	1.1. Ценности и нормы как регуляторы профессионального поведения.	8
	1.2. Профессиональная направленность как интегративная характеристика психологической готовности к профессиональной деятельности.	18
	1.3. Личностно-профессиональные и стилевые особенности деятельности риэлторов.	23
	Выводы по 1 главе.	32
Глава 2. Эмпирическое исследование ценностной регуляции деятельности риэлторов.	33
	2.1. Процедура и методы исследования.	33
	2.2 Обработка и анализ полученных результатов.	38
Выводы.	47
Заключение.	48
Библиография.	50
Приложения.	54

Введение

Выпускная квалификационная работа посвящена изучению ценностной регуляции деятельности риэлторов.

Социально-экономические изменения, происходящие в обществе, обусловили новые требования к специалистам практически всех профессий. Они должны не только владеть профессиональными знаниями, умениями и навыками, но еще и специальными способностями и свойствами личности, обеспечивающими гибкость и динамизм профессионального поведения, креативность, самостоятельность в поиске новой информации, способность принимать адекватные решения в нестандартных ситуациях в условиях дефицита времени.

Взаимовлияние профессии и личности признается большинством зарубежных и отечественных исследователей (А. Адлер, Дж. Холланд, Д. Сьюпер, , ).

Взаимодействие между личностью и профессией может осуществляться по двум основным направлениям. Первое направление заключается в активном воздействии самого человека на профессию, изменение способов выполнения деятельности, модернизация орудий труда и т. д. Такую модель профессионального развития , основываясь на положениях Л. Рубинштейна, называет активной. С другой стороны профессия может оказывать влияние на личность, изменяя и развивая ее. Процесс овладения профессией, по мнению А. Адлера, может происходить не только конструктивным, но и деструктивным путем. О последнем может свидетельствовать появление профессиональных деформаций. На наш взгляд, необходимо более глубокое изучение негативных компонентов профессионализации, приводящих личность на деструктивный путь освоения профессии.

О высокой стрессогенности риэлтерской работы говорят и многие зарубежные исследования ( 1962; 1968; Н о т у К., 1966; Шконфилд Ирвин Сэм, 1990) Успешность в данной профессиональной сфере риэлтора можно определять, помимо результативности общения с клиентами, сохранностью психологического здоровья самого риэлтора и чувством удовлетворенности процессом и результатами своего труда, что в свою очередь (особенно первое), обеспечивается широким спектром адаптационных возможностей личности на разных уровнях ().

Таким образом, актуальность в современных условиях приобретает анализ индивидуально-личностных свойств риэлтора, поиск путей профессионального и личностного совершенствования личности в профессиональной риэлторской деятельности. Проблемной областью является недостаточная разработанность вопроса профессиональной успешности риэлторов.

Цель работы: изучить ценностную регуляцию деятельности риэлторов.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1. изучить теоретико-методологический подход к проблеме ценностной регуляции профессиональной деятельности риэлторов;

2. провести психологический анализ деятельности риэлторов;

3.провести эмпирическое исследование ценностной регуляции деятельности риэлторов.

Объект исследования: ценностная регуляция.

Предмет исследования: особенности ценностной регуляции деятельности риэлторов.

Гипотеза исследования: Существуют ценностные регуляторы связанные с профессиональными достижениями риэлтора. Так в частности успешные риэлторы ориентированы на такую ценность как счастье других.

Методики исследования: Методика Рокича «Ценностные ориентации», методика Локус контроля, методика Дембо-Рубинштейн.

Эмпирической базой исследования были работники агентств недвижимости в количестве 49 человек, имеющие высшее юридическое образование и опыт работы в занимаемой должности от 3 лет.

Глава 1. Теоретико-методологический подход к проблеме ценностной регуляции профессиональной деятельности риэлторов

1.1. Ценности и нормы как регуляторы профессионального поведения

Поведение — совокупность движений, актов и действий человека, которые могут наблюдать другие люди, а именно те, в чьем присутствии они совершаются. Деятельность, в отличие от поведения может быть внутренней и внешней. Поведение относится только ко второму. Поведение — внешняя форма проявления деятельности, т. е. оно лишь один из ее аспектов. Поэтому говорят, что поведение может быть только открытым, видимым. Поведение — непосредственно наблюдаемая деятельность [18].

Сравнивая деятельность и поведение, нетрудно заметить разницу. Деятельность включает осознанные цели и планируемые действия. Она совершается ради какого-либо вознаграждения, выполняющего функцию внешнего стимула, например, заработка, гонорара, повышения в должности. Поведение не содержит цель как главный, определяющий элемент. Чаще всего оно не преследует никакой цели. В отличие от стимулов, мотивы относятся не к внешним, а к внутренним побудителям [45].

Как социальное существо, человек устроен так, что все, что попадает в его поле зрения и вовлекается в круг его деятельности, наделяется значением. Значение — это смысл, которым наделяются понятия и предметы, составляющие социальное окружение человека, их важность и роль. Таким образом, значение представляет собой континуум от 0 до 1, на котором мы располагаем элементы социальной среды (рис.1).

Среднее значение

Не имеет значения

Максимальное значение

Рис.1. Значение ценностей по континууму

Все понятия и предметы, составляющие соци­альное окружение человека, наделяются разным значе­нием и занимают свое место на континууме.

Ценности располагаются по континууму ближе к правому краю максимальной важности. Ценности — это то, в чем человек нуждается, и чего у него нет [31].

Социальные ценности — это то, что призвано удовлетворить индивидуальные, групповые или общественные потребности. Очевидно, что ценности и потребности тесно связаны, это две стороны одного целого. Если потребность — побудительная сила, коренящаяся внутри человека, то ценность обозначает те объекты, которые удовлетворяют эту потребность и находятся вовне [19].

Роль ценностей в человеческом обществе огромна. И неудивительно, что они выполняют самые разные функции. Они регулируют социальные отношения и взаимодействия людей, и в этом качестве их можно назвать ценностями — регуляторами. Ценности проявляют себя и в качестве фундаментальных норм, обеспечивающих целостность общества. Поэтому у них есть и вторая специальность — быть ценностными нормами. Одно из главных занятий ценностей — служить мотивом поведения. Человек стремится добыть то, в чем нуждается, что ценит, соответственно ориентирует поведение на конкретные ценности, причем ориентирует сознательно. А это и есть свойство быть мотивом поведения. Итак, в единое целое увязаны ценности, потребности и мотивы [19].

Шкала ценностей человека — стержень его личности. Мы характеризуем человека как личность в зависимости от того, на какие ценности он ориентируется, и совпадают ли выбранные им ценности с теми, которые общество признает в числе наиважнейших. Прежде всего - это этические и религиозные ценности. Они занимают верхнюю часть шкалы общественных ценностей. Ценностей нет у животных, и практически они отсутствуют у младенца. Стало быть, они биологически не наследуемы. Они приобретаются в обществе — входе социализации. Растет человек, формируется его система ценностей. Развитая система ценностей — результат правильной социализации, а не ее предпосылка.

Ценности отражают не просто дефицит, нужду человека в чем-либо, но и процесс социального сравнения. Люди не просто ощущают свои потребности, но и осознают их, а, осознавая, сравнивают себя с другими. Оценка себя в сравнении с другими — прежде всего стоящими на одной социальной ступеньке — выражает стремление к самореализации и самоутверждению [24].

Ценности — не только механизм, но и результат социального сравнения, способ упорядочивания элементов культуры.

Человеческая культура базируется на том, что идеи, нормы, обычаи, правила и даже материальные памятники строго упорядочены. Иначе говоря, одни из них предпочитаются другим. Без определения нет ранжирования, упорядочивания ценностей по степени важности.

Предпочтение — это субъективный процесс расставления по приоритетности социальных благ.

Если бы человек был запрограммирован природой, у него никогда не появились ценности. С другой стороны, если бы он был запрограммирован обществом, то у него сформировалась одномерная шкала ценностей. Поведение человека в такой ситуации легко прогнозируется. Он не колеблется в своем выборе и в своих действиях потому, что свободы выбора его как раз лишили [24].

В нормальном обществе шкала индивидуальных ценностей жестко не закреплена. Это значит, что ценности постоянно переходят с одного уровня на другой, что на одном уровне может находиться сразу несколько альтернативных ценностей. Это многомерная шкала индивидуальных ценностей, соответствующих свободе выбора, предоставляемой открытым, демократическим обществом [24].

Итак, ядро человеческой личности образуют: шкала ценностей, мотивация достижения самореализации, свободы выбора и воли (рис.2).

Рис.2. Шкала ценностей

Понятия «ценностные представления» и «ценности» в психологической литературе часто смешиваются: либо первые рассматриваются как зеркальное отражение вторых, не представляющее отдельного интереса, либо вторые сводятся к первым.

Ценности неизбежно соотносятся с тремя различными группами явлений. Есть три формы существования ценностей [35].

1) общественных идеалах - выработанных общественным сознанием и присутствующих в нем обобщенных представлениях о совершенстве в различных сферах общественной жизни;

2) предметном воплощении этих идеалов в деяниях или произведениях конкретных людей;

3) мотивационных структурах личности («моделях должного»), побуждающих ее к предметному воплощению в своей деятельности общественных ценностных идеалов [35].

Эти три формы существования переходят одна в другую. Упрощенно эти переходы можно представить себе следующим образом: общественные идеалы усваиваются личностью и в качестве «моделей должного» начинают побуждать ее к активности, в процессе которой происходит их предметное воплощение; предметно же воплощенные ценности, в свою очередь, становятся основой для формулирования общественных идеалов и т. д., и т. п. по бесконечной спирали. Психологическая модель строения и функционирования мотивации человека и ее развития в процессе социогенеза конкретизирует понимание личностных ценностей как источников индивидуальной мотивации, функционально эквивалентных потребностям [52].

Признание ценностей реально действующими имманентными регуляторами деятельности индивидов, которые оказывают влияние на поведение независимо от их отражения в сознании, не отрицает существования не совпадающих с ними как по содержанию, так и по психологической природе сознательных убеждений или представлений субъекта о собственных ценностях.

Определим ценностные ориентации как осознанные представления субъекта о собственных ценностях, о ценном для него - то, что выявляется с помощью любых вербальных методов, как социологических, так и психологических, Ценностные представления, однако, не могут быть полностью сведены к ценностным ориентациям, даже с учетом всех возможных несовпадений между ними и истинными ценностями личности. Уже поверхностный феноменологический анализ позволяет увидеть, что в сознании любого человека наряду с ценностными ориентациями (ЦО) присутствуют и другие самые различные ценностные представления. Назовем наиболее существенные из них, не претендуя при этом на полноту классификации[33].

Прежде всего, исходя из очевидного факта несовпадения систем ценностей индивида и социальной группы, к которой он принадлежит (даже если речь идет о референтной группе, и эти две системы ценностей отличаются в целом хорошей согласованностью), а также из способности индивида репрезентировать нормативные (социально желательные) ценности группы или общества, выделим такую категорию ценностных представлений, как ценностные стереотипы (ЦС). ЦС отражают, по сути, ожидания, предъявляемые человеку теми или иными социальными группами или обществом в целом и осознаваемые им. Следует учитывать, что в сознании одного человека может отражаться одновременно несколько систем ЦС разных социальных групп. Вместе с тем очевиден большой индивидуальный разброс в степени дифференцированности восприятия систем ценностей разных социальных групп от единого недифференцированного "они" работника физического труда со слабо развитой рефлексией до подробной карты ценностного ландшафта всего общества в сознании профессионального социолога или политолога [39].

В качестве еще одной категории ценностных представлений мы выделяем ценностные идеалы (ЦИ). Сочетание "ценностные идеалы" на первый взгляд напоминает тавтологию, поскольку при построении определения ценности как таковой мы опирались на понятие "идеал". Смысл понятия ЦИ состоит в том, что человек является не пассивным объектом собственной ценностной регуляции, а субъектом, который способен оценивать собственные ценности и проектировать (экстраполировать) в воображении собственное движение к ценностям, отличающимся от сегодняшних. ЦИ, иерархия которых характеризует ценность для человека самих личностных ценностей в отвлечении от образа своего "Я", выступают как идеальные конечные ориентиры развития ценностей субъекта (в его представлении). Наряду с ЦИ можно также говорить о ценностной перспективе, которая отражает представления человека о своих ценностях в конкретном будущем (через 5, 10, 20 лет) и является своеобразной промежуточной точкой между ЦО и ЦИ. Существует и ценностная ретроспектива - представления субъекта о своих ценностях какое-то время тому назад. Выделение разновидностей ценностных представлений основано не только на феноменологическом анализе, но и на эмпирических исследованиях.

Эти разновидности возможно эмпирически дифференцировать с помощью различных инструкций к заполнению одних и тех же вербальных методик. В категорию ценностных представлений входят также представления о системах ценностей конкретных людей, будь то политические лидеры или просто знакомые. Как показывает опыт, задача воспроизведения системы ценностей другого человека не вызывает больших затруднений, хотя степень адекватности этого воспроизведения может существенно различаться. Так или иначе, многообразие факторов, оказывающих влияние на формирование ценностных представлений, и их разновидностей делает весьма интересным эмпирическое изучение [41].

Всякая классификация ценностей по типу и уровню неизменно условна в силу того, что в нее вносятся социальные и культурные зна­чения. К тому же трудно вставить ту или другую цен­ность, имеющую свою многозначность (например, семья), в определенную графу. Тем не менее, можно дать следующую условно упорядоченную классификацию цен­ностей.

Витальные: жизнь, здоровье, телесность, безопас­ность, благосостояние, состояние человека (сытость, по­кой, бодрость), сила, выносливость, качество жизни, при­родная среда (экологические ценности), практичность, потребление и т. д.

Социальные: социальное положение, трудолю­бие, богатство, работа, семья, единство, патриотизм, тер­пимость, дисциплина, предприимчивость, склонность к риску, равенство социальное, равенство полов, способ­ность к достижениям, личная независимость, профес­сионализм, активное участие в жизни общества, ори­ентированность на прошлое или будущее, экстрало­кальная или же земляческая ориентация, уровень по­требления [41].

Политические: свобода слова, гражданские сво­боды, хороший правитель, законность, порядок, консти­туция, гражданский мир.

Моральные: добро, благо, любовь, дружба, долг, честь, честность, бескорыстие, порядочность, верность, взаимопомощь, справедливость, уважение к старшим и любовь к детям.

Религиозные: Бог, божественный закон, вера, спасение, благодать, ритуал, Священное Писание и Пре­дание.

Эстетические: красота (или, напротив, эстетика безобразного), стиль, гармония, следование традиции или новизна, культурная самобытность или подражание.

Рассмотрим некоторые из них более подробно, при­нимая, что деление по указанным категориям условно и одни и те же ценности могут быть приняты в разных сферах [48].

Семья, родственники, старшее поколение. Во всех культурах существует большая или меньшая степень уважения к этим социальным элементам, что получает выражение как в поведении людей (уважение младших к старшим), так и в формах обращения.

В азиатских и африканских культурах возраст по­читается обычно как признак мудрости и опыта и ста­новится подчас одним из стержней культуры. Иден­тификация индивида осуществляется в идентификации его с предками, хотя существует широкая вариативность в решении этого вопроса для различных культур. Если у ряда кочевых народов считается делом чести помнить о 9—12 предшествующих поколениях в разных ответ­влениях, то в современном индустриальном обществе человек редко хранит память больше чем о двух по­колениях предков по прямой линии [48].

Межличностные отношения. Установка на равенст­во или иерархичность в отношениях с другими людьми является одним из критериев различия культур. То, что европеец воспринимает как покорность, послушание, отказ человека от своей свободы, для других культур означает признание права уважаемого и влиятельного человека на руководство. Ориентация на индивидуа­лизм или солидаризм во многом различает Запад и восточные культуры, что подробнее будет рассмотрено в последующих главах.

Богатство. Материальное богатство как ценность присуще, казалось бы, всем культурам. Однако в дейст­вительности отношение к нему весьма различно и сам предмет богатства зависит от характера хозяйства. Для кочевых народов важнейшее богатство — скот, для осед­лого крестьянина — земля, в феодальном обществе ста­тус индивида был напрямую связан с богатством, де­монстрируемым в образе жизни.

Отношение к богатству зависит во многом от доми­нирующего фактора социальности. В доиндустриальном обществе демонстративное богатство играло важную роль, так как было наиболее очевидным свидетельством могущества и влияния его обладателей, их принадлеж­ности к высшему классу. Накопление богатства, столь необходимое во всяком обществе, снижало статус владельца, если только оно не было предназначено для последующей раздачи или употребления на общее благо. Сословия, владеющие денежным богатством,— купцы и ростовщики — пользовались большей частью низким престижем, а особенно ростовщики как люди, извлека­ющие пользу из затруднений других людей [55].

Положение радикально меняется в индустриальном обществе. По мере роста капитализма именно накоп­ленный и скрытый капитал, пущенный в оборот, при­обретает наибольшую ценность в общественном созна­нии. Влияние и мощь владельца зависят от движения капитала по невидимым финансовым каналам, хотя бы сам владелец вел относительно скромный образ жизни. На более позднем этапе, в период массового производ­ства, наступает новый поворот, растет расширенное по­требление, переходящее в демонстративное, при котором товары и услуги приобретаются не в силу их собст­венных свойств, а потому, что они дороги, т. е. доступны только состоятельным людям. Обращение к демонстра­тивному потреблению не только доставляет удовлетво­рение, но и повышает статус богатых во мнении и от­ношении окружающих. Эта тенденция проникает и в другие слои, которые могут испытывать удовлетворение от приобщения к престижному расточительству.

Труд как ценность. Труд имеет отнюдь не только хозяйственное значение или служит фактором, опреде­ляющим социальные отношения. Труд еще и важная культурная ценность. Это всегда присутствует как в народной мудрости, так и в более сложных системах морали или идеологии. Так, во многих языках сущест­вуют сходные пословицы: «Терпение и труд все пере­трут» (и наоборот: «Под лежачий камень вода не те­чет»). В художественной литературе изящно выразил свое отношение к труду Вольтер: «Труд устраняет от нас три большие напасти: скуку, порок и нужду». Правда, в духе своего аристократического круга он по­ставил на первое место скуку [53].

Конечно, отношение к труду, как и к другим цен­ностям, определяется не только духовными или мо­ральными критериями, а оказывается противоречивым, зависимым во многом от других факторов, среди которых следует выделить следующие: а) производствен­ные, т. е. классовый статус человека и его отношение к собственности, так как оценки своего положения для предпринимателя и работника по найму могут резко различаться; б) профессиональные, охватывающие пре­стиж той или иной профессии; в) технологические, т. е. отношение человека к той или иной стороне производ­ства (станку, конвейеру, компьютеру), которое может варьироваться от высокой заинтересованности до рав­нодушия и даже враждебности.

По перечисленным параметрам, очевидно, отношение к труду может быть и негативным как к источнику угне­тения, зависимости, как к фактору, сковывающему лично­стное развитие и подавляющему жизненные силы. Еще в Древней Греции возник миф о Сизифе, обреченном вы­полнять тяжелый и бессмысленный труд. В христианском или же мусульманском рае человек навсегда был осво­божден от труда и мог лишь предаваться чувственным или духовным радостям. В народных сказках зачастую ленивый дурак, лишенный алчности, но обладающий доб­рым сердцем, больше преуспевает, чем постоянно озабо­ченный и прижимистый накопитель [53].

Во всякой классово дифференцированной системе субъективная незаинтересованность трудящихся в своей работе замещается принуждением, которое может носить характер прямого принуждения (работа «из-под пал­ки», под угрозой наказания) или же чисто экономи­ческой необходимости, т. е. физического выживания, в поддержании своей семьи.

Конечно, существует и общественно бесполезная и вредоносная трудовая деятельность и то, что отвечает интересам отдельного человека, группы или коллектива, но может расходиться с интересами общества в целом. Поэтому регуляция трудовой деятельности требует со­единения трудовых ориентации с моральными мотивами.

Обращение к морально-ценностной ориентации — важная предпосылка успешного хозяйственного разви­тия. Каждая мировая религия поощряет труд, хотя и подчиняет его более высоким ценностям спасения. Но именно в этом находила свое разрешение ценностная двойственность труда, его основная масса направлялась в общественно значимые сферы. Именно в освящении общественно полезного труда и стимулировании посто­янной полезной деятельности состояло основное дости­жение религиозной реформации. Но и в ус­ловиях секуляризации сохраняется этическая ориента­ция труда [53]..

Труд принимает различное содержание в зависимо­сти от того, связан ли он с наемным трудом или пред­принимательством.

Различие здесь зависит во многом от положения человека в системе производства. Живой труд и даже в его развитой профессиональной форме обычно имеет низший статус по сравнению с предпринимательством, бизнесом в разных его вариан­тах. Но этические принципы применимы по обе стороны этого совокупного процесса. От рабочего требуется до­бросовестность, дисциплина, сноровка, профессиональная ориентация.

Вместе с тем важное значение имеет и этическая ориентация предпринимательства [47].

Широко обращаются к ценности труда различные идеологические учения, прежде всего социалистические.

В эмпирических исследованиях находим такие ва­рианты ценностных ориентации в труде:

- через труд человек вступает в контакт с окру­жающим миром (всем космосом), выходит за рамки своих внутренних переживаний и непосредственного мирка;

- труд — источник отношений вне рамок семьи и непосредственного окружения, он обогащает рамки межличностных отношений, делает человека чле­ном более широкого коллектива, сословия, класса;

- работа является важным, хотя и не единственным источником ценности. Через работу люди устанавливают свое место в групповых отношениях и социальной иерар­хии и тем самым обретают чувство безопасности, принад­лежности, самооценку и самоощущение своего значения, а следовательно, существенной части своей сущности. Ко­нечно, этот фактор варьируется в разных типах социальности и разных культурах [45].

Наибольшее значение работа как источник идентич­ности имеет в индустриальном обществе, основанном на привязанности значительной части населения к про­мышленному производству. Потеря работы, безработица ведут в таком обществе к утрате рабочей идентичности, что воспринимается как беда и личное крушение.

В доиндустриальном и постиндустриальном типах общества этот фактор менее значим, так как в первом случае преобладает родственная, клановая, сословная, религиозная идентичность, а во втором — создаются дифференцированные и гибкие структуры, замещающие «рабочую идентичность»;

- работа - источник обязательной деятельности, ре­гулятор и организатор личного поведения. Оставаясь без работы, люди могут проводить целые дни пассивно, предаваясь сну или мечтам наяву (Пример, образ Ильи Обломова из романа А. Гончарова «Обломов»). Такой образ жизни чреват понижением самооценки лич­ности или приводит к попыткам компенсаторного само­оправдания ссылками на обстоятельства;

- труд помогает развитию творческих способностей и профессиональных навыков, что дает возможность гордиться своими способностями, создает чувство уве­ренности и безопасности;

- работа структурирует психологическое время, за­полняет и организует день - год - жизнь. Конечно, эта структура во многом зависит от общей системы культуры и локальной культурной среды [45].

1.2.Профессиональная направленность как интегративная характеристика психологической готовности к профессиональной деятельности

Успешность деятельности любого профессионала и прежде всего руководителя общности людей, работающих в сфере промышленного производства или сельского хозяйства, на транспорте, в банке, в торговле, в сфере образования, науки, здравоохранения, искусства или в любой другой сфере прямо зависит не только от степени его профессиональной подготовки не только от степени ориентированности его в политических, экономических, идеалистических, правовых и др. характеристиках социальной ситуации, которые типичны для времени, в котором протекает жизнедеятельность возглавляемой на общности [42].

Когда мы говорим о социальной компетентности риэлтора, то имеется в виду несколько признаков, которые составляют ее сущность.

Это, во-первых, полнота отображения психологических характеристик общности, которую возглавляет риэлтор, когда общность функционирует в обычной для нее, так называемой штатной ситуации.

Во-вторых, это способность спрогнозировать изменения, которые произойдут в общности, когда условия ее жизнедеятельности изменятся и ей придется действовать в тех или других экспериментальных условиях.

В-третьих, это точность (или степень объективности) отображения им психологических характеристик общности, когда ее жизнедеятельность протекает в привычном для нее режиме, и когда возникают необычные для нее ситуации, в которых она тоже должна продемонстрировать свою способность действовать оптимально, выполняя те задачи, для решения которых она создана [42].

В-четвертых, это полнота и характер отображения риэлтором психических особенностей, которые присущи каждому из членов возглавляемой им общности.

В-пятых, это его способность предугадывать, как поведет себя каждый из его клиентов при изменении задачи, решаемых как им самим, так и общностью, членом которой он является, а также при изменении ситуации, в которой приходится действовать общности.

В-шестых, это объективность отображения им психических особенностей, которые присущи каждому из его клиентов - членов возглавляемой им общности.

В-седьмых, это мера полноты (точности) и полноты фиксирования психических особенностей лиц, которые являются его начальниками или руководителями параллельных подразделений, с которыми ему приходится взаимодействовать.

В-восьмых, это полнота и точность отображения психических особенностей себя самого.

Если после всего сказанного попытаться осветить факторы, от которых зависит социальная компетентность риэлтора, то прежде всего придется выделить характер расстановки в его сознании приоритетов в сформировавшемся в нем понимании причин, от которых зависит успешность его деятельности как руководителя [42].

Из ряда исследований известно, что существует тип руководителей, которые в возглавляемой ими общности и в каждом человеке, в нее входящем, умеют видеть или не видеть только те психологические особенности, которые работают или не работают на успешные решения тех задач, под профиль которых создана данная общность и привлечены люди, в нее входящие.

Такие риэлторы, если перейти на язык специальной терминологии, ограничивают свое видение и общности, и ее членов лишь тем, каковы они как субъекты очень определенного и конкретного вида труда [53].

Причем, что ищут они при этом в общности и в ее членах и как оценивают интересующие их качества, это в большей мере зависит от того, насколько они сами сформированы как профессионалы той деятельности, выполнением которой занята руководимая ими общность и входящие в ее состав люди. А с другой стороны, насколько сами эти руководители сформированы как субъекты познания других людей.

Ведь понятно, что при плохом знании сферы деятельности, которой они призваны руководить, и подбор и расстановка по рабочим местам ими людей не будут оптимальными. Они не будут оптимальными и в том случае, если руководители не будут сформированы как субъекты высокого уровня познания других людей [54].

У лиц с когнитивно сложным интеллектом за плечами обычно большой и разнообразный опыт общения со всякими и разными людьми, глубоко и серьезно ими проанализированный, систематизированный и обобщенный. У них постепенно формируется богатая классификация типов людей как личностей и как субъектов деятельности. И эти типы, выступая как эталоны-мерки при встрече с новыми, незнакомыми людьми, облегчают руководителям с когнитивно сложенным интеллектом первичную ориентировку в существенном ядре другого человека как личности и как субъекта деятельности. Но, высказывая это положение, сразу же следует отметить, что одни из риэлторов при оценке другого человека, увидев похожесть качеств его как личности и как субъекта деятельности на какой-то из типов в сложившейся у него классификации, выносит ему, таким образом, обобщенную оценку. Другие идут дальше и, "привязав" человека к конкретному типу в своей классификации, затем стремятся установить, а в чем же его своеобразие как индивидуальности.

У риэлторов, которые успешно взаимодействуют со своими клиентами и не только с ними, но и с вышестоящим начальством, а также с работниками из параллельных подразделений, если иметь в виду образующие их интеллект познавательные процессы, лучше развита наблюдательность при контактах их с людьми [55].