Мологи Веретейский уголок (стр. 3 )

Несмотря на то, что большая часть денег за работу доставалась подрядчикам да приказчикам, коневодство и лоцманство нравилось крестьянам. «У коновода хлыст да свист – не подломит ребра», – говорили они. Ещё более мечтали крестьяне подрядиться лоцманами. «У него жалование хорошее, да и сам хозяин судна ему челом бьёт да потчует». И работа лоцмана казалась им лёгкой: «постаивай на корме да погаркивай». Но чтобы стать лоцманом, надо не только хорошо знать нрав реки на всех её участках и приёмы проводки через опасные перекаты, но и иметь своих коней, так как лоцманы стремились ставить под всё судно своих лошадей. В Шуморовском крае лишь немногие крестьяне имели больше одной лошади, поэтому большая их часть довольствовались работой коновода или водолива. Деньги они получали наличными и, из-за широкого денежного обращения, Шуморовская волость считалась богатой. Поэтому весной всё трудоспособное население округи уходило на заработки, а землю обрабатывали старики и женщины.

Появление паровых машин значительно сократило число участников судоходства. Теперь требовались: механики, матросы, водоливы, лоцманы, приказчики и капитаны. А значит, работу могли получить только наиболее бойкие, смышлёные и грамотные. Считавшие себя таковыми, крестьяне шли в город Мологу на среднекрестную ярмарку (на 4-й неделе Великого поста). Здесь, с судовладельцами или приказчиками, рядились на суда «до Покрова» (14 октября), «до Казанской» (4 ноября) и даже «до Косьмы и Дамиана» (14 ноября). Не получившие работу на судах бывшие коноводы отправлялись на фабрику Журавлёва в посёлке Абакумово под г. Рыбинском или разъезжались по торговым центрам России.

Народное образование

Отхожие промыслы способствовали стремлению людей к освоению основ письма, чтения и арифметики. Родители видели, что грамотные успешнее осваиваются в городской жизни, поэтому старались пристроить детей в Школу грамотеев. С начала XIX века обучали детей грамоте священнослужители и причетники, в частности в течение 40 лет (с 1850 по 1890 гг.) обучал детей грамоте. В 70-х годах 19 века появились постоянные школы грамотеев в деревнях: Липняги, Калитка и Малая Режа с числом учащихся 30–40 человек. В 1870 году в церковной сторожке села Шумарово открылось первое земское училище. В нём обучались 60 мальчиков. Но количество учащихся с каждым годом увеличивалось и в 1880 году из-за тесноты земство закрыло школу. Вскоре, уступая настойчивым просьбам крестьян, училище снова открыли, а в 1883 году перевели в здание бывшего волостного правления. Но и в этом здании вскоре стало так тесно, что при приёме детей использовали жеребьёвку.

17 октября 1893 года для обучения детей Заладьевского сельского общества открылось земское училище в деревне Калитка. А в октябре 1898 года получили свою школу дети Больше-Режского сельского общества. В это же время шумаровские крестьяне построили для своих детей новое школьное здание. В 1912 году открыта одноклассная земская школа министерства Народного просвещения в деревне Рыльбово. В результате к концу XIX века все дети бывшей Шумаровской волости имели возможность получить начальное образование.

В селе Веретея с начала XIX века тоже практиковалось обучение детей на дому. В 1848 году на деньги Министерства просвещения здесь была построена первая школа. Деньги на постройку школы в сумме 4800 рублей выхлопотала внучка императора Николая Первого принцесса . Несмотря на то, что в этой школе было холодно сыро и тесно, число учащихся неуклонно увеличивалось. К счастью нашёлся местный благотворитель из крестьян, купец II гильдии, Стефан Гаврилович Ивонин, который взял на свой счёт все расходы на постройку новой школы и выделил под неё участок своей земли.

Через 15 лет стало тесно и в этом здании. В 1888 году на средства сельского общества были построены сразу два школьных здания: в селе Веретея и деревне Сысоево. Освящение Веретейской школы состоялось в местный храмовый праздник в честь Покрова Пресвятой Богородицы. На праздничной литургии присутствовали: Мологский предводитель дворянства , исправник , представитель земской управы и князь . После литургии все участники совершили крестный ход к новому зданию, где был отслужен молебен и освящены все помещения. С приветственными речами выступили священник и . Во вновь открытой школе стали обучать мальчиков, а Ивонинская школа досталась девочкам. Спустя восемь дней, 23 октября (ст. ст. – Г. К.) 1888 г., состоялось такое же торжественное освящение училища в деревне Сысоево. Перед началом молебна П. М Азанчевский сообщил о крушении 10 октября императорского поезда на Курско–Харьковско–Азовской железной дороге и просил провести благодарственное моление Господу Богу за сохранение Государя и Его семейства. По свидетельству священника «народ молился коленопреклонный с умилением и слезами». После речи священника был исполнен народный гимн.

Однако зимой 1889 года только что выстроенное здание училища в селе Веретея сгорело. Снова всем школьникам пришлось тесниться в Ивонинской школе, а вскоре сгорело и это помещение. Уездный предводитель дворянства стал убеждать крестьян в необходимости сбора денег на школу. В этом деле принял деятельное участие Ефрем Прокофьевич Монахов. Он оставил свои торговые дела и сам с волостным старшиной ездил в лес, где крестьяне заготовляли на его средства бревна для училищного здания. Хлопоты неутомимого увенчалась успехом: 23 октября 1890 года в селе совершилось освящение нового училищного здания. На освящение собралось много крестьян из окрестных деревень. По окончании молебствия о. Константин в своей краткой речи рассказал о заслугах , которого крестьяне выбрали попечителем школы. А за два дня до освящения школы на волостном сходе крестьяне выразили благодарность в следующем приговоре:

«1890 года сентября 21 дня. Мы нижеподписавшиеся Ярославской губернии, Мологского уезда, Веретейской волости, Веретейского, Обуховского и Сысоевского обществ, бывшие сего числа на соединённом сельском сходе, в присутствии наших сельских старост, под председательством нашего Волостного старшины , собранном для обсуждения общественных дел, касающихся всех обществ, где волостным старшиною Большаковым объявлено нам, что предложенное по приговору нашему новое Веретейское мужское училище, вместо сгоревшего, в настоящем году избранным нами строителем, крестьянином села Веретеи Ефремом Прокопьевичем Монаховым, выстроено совсем к 20-му июня сего 1890 года. Училищное здание имеет два поместительныя классныя зала удобных, комнаты для учителя, помощника и сторожа. Вид здания представляется прекрасным. Мы, сельские старосты и все домохозяева, осмотрев вновь выстроенное училищное здание, и, найдя постройку училищного здания в прекрасном виде, единогласно приговорили: строителю крестьянину села Веретеи Ефрему Прокофьевичу Монахову, за понесённые им работы, личные труды, примерно честное усердие и отношение к делу по закупке материалов, устройству училищного здания и личное материальное пособие до сбора ассигнованной суммы для выстройки этого здания, принести от имени всех домохозяев наших обществ искренно-душевную благодарность. Кроме того, занести в училищный инвентарь, что училищное это здание выстроено так прекрасно старанием и усердием строителя крестьянина села Веретея Ефремом Прокофьевичем Монаховым. Каковой приговор по утверждению нашею подписью просим волостного старшину Большакова передать строителю Ефрему Прокофьевичу Монахову».

В подобном стиле были составлены и утверждены волостным сходом благодарственные приговоры в адрес предводителя дворянства Павла Матвеевича Азанчевского и местного благотворителя Стефана Гавриловича Ивонина. Первого крестьяне благодарили за его дельные советы в постройке школьного здания, ходатайство о материальной помощи и личное денежное пособие. В благодарственном письме в адрес Стефана Гавриловича Ивонина крестьяне благодарили его за «…украшение храмов Божиих нашего прихода на собственные средства, а также вспомоществование и неусыпное Ваше попечении о существующих ныне училищах в течение 20-ти летней Вашей службы по должности попечителя наших училищ, а особенно женского. Содержащего на свой счёт ремонтировку и учебные пособия, а равно за вспомоществование бедным из нас в уплате недоимки казённых податей и выкупных платежей, а также в подаянии великой помощи и своим пожертвованием, потерпевшим в разные годы бедствия от несчастных случаев…». «За всё полезное и доброе с Вашей стороны дело будем молить Господа и заступницу Божию Матерь, под кровом которой находимся и все мы, чтобы Он, Торец Небесный, по молитве и заступлению Божией Матери, продлил Вашу жизнь и хранил Ваше здравие…»

Существовавшее до начала XXI века двухэтажное деревянное школьное здание в селе Веретея было возведено в 1903 году путём перестройки одноэтажной школы, построенной в 1890 году. По традиции освящение министерского двухклассного училища состоялось в местный храмовый праздник Покрова Пресвятой Богородицы. В 1913 году открылись школы в деревнях Переслегино и Обухово, а в 1918 году «для разгрузки Обуховской советской школы 1-й ступени» в наёмном здании открылась школа в деревне Дуброво.

В 2007 году, в интересах экономии денег, Веретейскую школу закрыли, и дети Веретейской округи теперь ездят на учёбу в посёлок Борок. Ныне в, простоявшем век, добротном школьном здании села Веретея предполагается создание музея Мологского края.

Веретейская бесплатная библиотека-читальня[20]

Бесплатная библиотека-читальня была открыта в селе Веретея 6 сентября 1897 года на средства крестьян. Содержалась библиотека отчасти на общественные средства (15 руб. выплачивало волостное правление) и 15 рублевую субсидию Мологского казначейства. В 1898 из общественных средств волостное правление выделило 50 рублей. Поступили также пожертвования частных лиц, в результате число томов вскоре достигло 1220 единиц. Книги выдавались бесплатно только крестьянам Веретейской волости. Лица иных волостей платили за пользование книгами 10 копеек, а годовая подписка для них стоила 80 копеек. Пользование книгами производилось по абонементным билетам, которые выдавались на имя главы семейства независимо от числа членов семьи.

В 1898–1899 отчётном году книги в библиотеке были распределены по 13 отделам:

а) духовного содержания	264 тома
б) история русская и всеобщая, мифология	49
в) биографии	23
г) география, этнография, путешествия	48
д) теория словесности	9
е) словесность	595
ж) естествоведение, сельское хозяйство	74
з) медицина и гигиена	10
и) педагогика, психология, логика	6
й) общественные и юридические науки	6
к) ремёсла и производства	4
л) книги разного содержания, словари	16
м) периодические издания	116
итого	1220 томов

Библиотека выписывала следующие периодические издания: «Ярославские Губернские Ведомости», «Нива», «Север», «Родник», «Русский паломник», «Вокруг света», «Деревня», «Крестьянское хозяйство», «Вестник трезвости». В отчётах говорится, что на «Вестник трезвости» почти нет читателей. Сами крестьяне охотно читали газеты и выписывали: «Сельский вестник», «Русский паломник», «Петербургский листок». Во время учебного года картина количества требований на книги была такой: по словесности – 3222, книги духовного содержания – 915, периодические издания – 266, история и мифология – 210, география – 185, естествознание – 107, биографии – 65, теория словесности – 11, общественные науки – 5, педагогика – 4, медицина – 3, ремёсла – 1.

Картина популярности авторов (из отдела словесности) характеризуется количеством требований в течение года книг следующих писателей:  – 215,  – 197,  – 177,  – 141,  – 75,  – 74,  – 65, М. Загоскин – 43,  – 36,  – 28,  – 25, И. Лажечников – 24,  – 14, ,  – 2. Книг и в 1898 году в библиотеке не имелось. Большим спросом пользовались книги по истории и приключениям. К сонникам народ относился скептически.

Составитель отчёта о Веретейской библиотеке пишет, что в крестьянских домах видел картины: виды Петербурга, Москвы, репродукции монастырей, портреты Петра Первого, Екатерины Второй, Александра Благословенного, Николая Первого, царя-освободителя во всевозможных видах, Александра Третьего и портреты царствующего государя и государыни.

Веретейский Народный Дом

В 1915 году по инициативе состоятельного крестьянина Ефрема Прокопьевича Монахова в селе Веретея было организовано общество под названием «Веретейский Народный Дом». Цели и задачи этого важного в развитии села общества ясно изложены в его уставе, содержание которого представлено с соблюдением орфографии подлинника:

Устав общества «Веретейский Народный Дом»

1. Общество имеет целью содействие просвещению населения с. Веретеи и Веретейской волости, подъёму его благосостояния и доставлению ему разумных развлечений.

2. Для достижения означенной цели общество:

1) устраивает чтения, лекции, беседы и т. п., как для своих членов, так и для посторонних лиц с соблюдением порядка, указанного в законе.

2) учреждает с надлежащего разрешения библиотеки и читальни, музеи и т. п.

3) организует образовательныя и увеселительныя экскурсии и поездки, спектакли, музыкально-вокальные и литературные вечера и т. п.

4) организует хоры, оркестры и любительские труппы.

5) устраивает среди членов кружки спорта и гимнастики, пожарныя дружины и т. п.

6) Устраивает для своих нужд помещения.

7) Устраивает выставки и съезды в порядке определённом законом.

8) Издаёт книги, брошюры и другия издания.

9) Принимает всякия пожертвования.

10) приобретает в собственность и отчуждает всякаго рода движимыя и недвижимыя имущества.

11) возбуждает ходатайства перед учреждениями по предмету и вопросам, входящим в круг деятельности общества.

Состав общества:

неограниченное число лиц обоего пола, без различия национальности, вероисповедания и звания.

Совет общества из 5 членов избирается на 1 год. В совете: председатель, товарищ председателя, казначей и секретарь.

Место совета село Веретея Мологскаго уезда.

Члены совета исполняют обязанности безвозмездно.

Общие собрания обыкновенныя годовыя и чрезвычайныя. Присутствие не менее трети. А заседания совета – не менее половины.

Член – учредитель, крестьянин Мологскаго уезда, села Веретеи, Ефрем Прокопьевич Монахов.

Крестьянин Мологскаго уезда, Веретейской волости, д. Ефаново, Александр Егорович Корнилов.

Крестьянин деревни Калашов.

Крестьянин деревни Мелентьев.

Крестьянин деревни Лыков.

Участковый агроном Мологскаго уездного земства Иван Георгиевич Кузнецов.

Устав общества определением Ярославскаго губернскаго по делам обществ и союзов Присутствия, 1915 года, 20 февраля, внесён в реестр обществ и союзов.

В купцы из крестьян

Во все времена среди крестьян встречались не только хорошие земледельцы и скотоводы, плотники и кузнецы, но и специалисты по обработке металла и древесины; мастера по выделке: кож, овчин, холста, шерсти; умельцы валяно-катального, смолокурного и других производств. Новые производства способствовали расширению торговли и вскоре появились сметливые и деятельные крестьяне, пожелавшие вступить в купеческое сословие. Так в 1894 году уполномоченный крестьянина деревни Чурилово нотариус получил в Веретейском волостном правлении такой документ:

Увольнительное свидетельство

1894 года сентября 16 дня, дано сие Ярославской губернии, Мологского уезда, Веретейским волостным Старшиною , согласно 132 статьи общего положения о актах крестьянину д. Чурилово Александру Васильевичу Голубеву из бывших государственных крестьян Веретейского общества в том, что к причислению его, Голубева (41 г.), с женой Еленой Семёновной (28 л.), с сыновьями: Георгием (11 л.), Владимиром (9 л.) и дочерью Валерией (1 г. 6 месяцев) в Мологское купечество, согласно его желания. Препятствий со стороны общества крестьян д. Чурилово и Веретейского Волостного правления не имеется. И требование130 статьи общего положения условия соблюдены: во 1-х) уволенный Голубев (41 г.), от участия в мирском наделе общества, выкупившего земельный надел при содействии Правительства посредством выкупной операции, отказался навсегда, сдал состоящий в его пользовании земельный надел в полное распоряжение общества; во 2-х) на семействе Голубева, равно и на нём самом, никаких казённых земских и мирских недоимок не состоит и подати и сборы уплочены сполна по 1 января 1895 года. Под судом не состоял.

(печать и подпись волостного старшины)

29 октября 1894 года со всем семейством, был причислен на вторую половину 1894 года в Мологское 2-й гильдии купечество.

А вот документ о причислении в купечество жителя д, Ступецкой .

«Алексей Антонович Брядовой (54 ½ л.), деревни Ступецкой с женою Александрою Алексеевной (34 ½ л.), детьми: Лидией (15 ½ л.), Николаем (12 ½ л.), Сергеем (9 ½ л.), Александром (6 ½ л.) и Марией (2 ½ л.) на основании 4 статьи (п. 1 и 2) Высочайше утверждённого 8 июля 1898 года мнения Государственного Совета причислен на 1898 год в Мологское 2-й гильдии купечество».

Примечательно то, что на земском собрании был избран заведующим Шумаровским военно-конским участком. На эту должность, как правило, избирали помещиков, так Веретейским участком заведовал помещик , Солунским – помещик , Боронишинским – помещик .

Алексей Антонович Брядовой развернул широкую торговлю лесоматериалами, но в 1914 году разорился, прекратил торговлю и, не дожив год до революции, скончался. Он оставил семейству два дома в городе Мологе. После революции Брядовые добровольно передали свой двухэтажный дом горсовету, тем не менее, все совершеннолетние члены семьи были лишены советской властью гражданских прав. В 1932 году дети : Николай, Александр и Софья постановлением комиссии по пересмотру списков «лишенцев» были восстановлены в избирательных правах, а ходатайство их матери Александры Алексеевны Брядовой отклонено, так как: «…просительница после смерти мужа общественно – полезной деятельностью не занимается». На что в своём заявлении в президиум Мологского райисполкома приводит, в частности такие аргументы: «…как видно из прилагаемых при сём справок, в настоящее время имею 67 лет от роду, страдаю миокардитом, хроническим катаром желудка, малокровием, общей старческой слабостью и ни к какому физическому труду неспособна». Но такого рода аргументы не признавались советской властью. Такая же формулировка: «не занимается общественно полезной деятельностью» приведена в отказе в восстановлении в гражданских правах 86-летнего мологжанина , имевшего 36 лет назад две лодки и считавшегося судовладельцем.

Заводчик и землевладелец

В последующий, после смуты (1905–1907 гг.), период дальновидные помещики принялись распродавать свои земельные и лесные владения. Тогда многие предприимчивые крестьяне приобрели большие участки земли. В Веретейской волости крупным землевладельцем был крестьянин д. Корнилов. Он ещё в 1891, 1893 и 1894 годы приобрёл по трём крепостям: у вдовы надворного советника Екатерины Змеевой, вдовы поручика Варвары Алексеевны Любавской и крестьянки Марьинской волости, деревни Грезново, Лукерьи Ефимовны Бакусовой, в общей сложности за 33000 рублей, 1248 десятин, земли, расположенный возле д. Ермаково Леонтьевской волости. В полутора вёрстах от д. Ермаково и в двух – от села Горелово построил себе дом с двором и конюшней, а недалеко от него соорудил и обустроил кожевенный (1910 г.) и кирпичный (1911 г.) заводы.

За лето 1910 года были построены: производственные помещения, два дома для рабочих, толчея для овса и корья, рига с печью и кладовые. Для выделки кож Корнилов установил девять дубильных деревянных чанов, а также чаны квасильные, кислотные, зольные и железный клепаный пятидесятиведёрный котёл. Налоговый агент оценил эти постройки в 6507,88 рублей.

В следующее лето организовал возведение сооружений для производства и сушки кирпича. Над большой, с пятью топками, печью для обжига был построен шатёр с просторной тесовой пристройкой. Плотники срубили два длинных, по 25 саженей каждый, сарая для сушки кирпича, бревенчатый дом для рабочих и сарай для инвентаря. Налоговики оценили кирпичный завод в 1192,41 рублей. Кирпич изготовлялся ручным способом. Производство длилось с мая до конца августа, ещё месяц продолжался обжиг кирпича, а в начале октября рабочий сезон заканчивался. За лето вырабатывалось 80000 шт. кирпичей четырёх видов. Кирпичи продавались: алый – по 11 руб., красный – по 13 руб., железняк – по 15 руб. и подовый – по 35 руб.

Кроме Корнилова солидные участки земли приобрели:  – 177,9 десятин (д. Заладье), Юдин Кузьма – 139,9 дес. (д. Нива), Николай и Павел Раззореновы – 136,8 дес. (д. Дор),  – 72,3 дес. (с. Веретея), Павел и Василий Найденышевы по 31,9 дес. (д. Большая Режа), Груздев Алексей – 46,2 дес. и Гамазин Фёдор – 39,9 дес. (при д. Сысоево), Ганин Николай – 28,9дес. (д. Лямино), Шилов Алексей – 42,5 дес. (Прямик), Куренков Николай – 45,1 дес. (Дор), Максимов Михаил – 30,1 дес. (Горелые Столбищи), Яковлев Алексей – 25,1 дес. (Столбищи) и другие с меньшим количеством десятин.

Осенью беспокойного 1917 года Корнилов принялся распродавать землю своим землякам. Для этого в село Веретею, 24 сентября 1917 года, для совершения купчей крепости был приглашён исполняющий должность Мологского нотариуса Петра Ивановича Бекетов. Заключение нотариального акта между продавцом и множеством покупщиков: Веретеи, Дубровы, Сысоева, Обуховцева, Нив, Бор, Прямика, обеих Новинок и Столбищ, производилось в помещении Веретейского женского училища. Крестьяне покупали от 0,5 до10 десятин, очевидно, в зависимости от толщины кошелька, большей частью с произрастающим лесом землю в Устиновской даче (она же Остров) при Каевской дороге (Чаусово – Ново-Георгиевское), а также с покосом – по рекам Вая и Чеснава. В этот день получил 18796 рублей за 416 десятин земли.

Следующая купчая совершена на другой день с новой группой крестьян. 27 сентября в нотариальной конторе в г. Мологе им заключена сделка на продажу 23 десятин земли и . В начале октября Корнилов приехал с нотариусом в деревню Сысоево и в помещении училища оформлял сделки на землю с другой большой группой крестьян. Эти покупщики смогли заплатить чуть более половины требуемого количества денег, а 47500 рублей, обязались выдать ему по закладной сроком по 20 декабря 1926 года. 10 октября пришёл в нотариальную контору житель д. Иванцево с доверенностью от большой группы крестьян, пожелавших приобрести в рассрочку 464 десятины земли. Предельный срок уплаты денег по закладной по 20 декабря 1926 г. Последнюю купчую на проданную землю заключил 22 ноября (ст. ст.), то есть после октябрьского переворота. Тогда жители д. Дор и приобрели за 225 рублей 5 десятин земли. Вскоре удачливый предприниматель одним из первых будет лишён избирательных прав, а в тридцатом году окажется первым кандидатом на раскулачивание.

Больше-Режская сыроварня

В марте 1870 года, на правом берегу Волги, в селе Коприно, при содействии великих знатоков молочного дела, Николая Васильевича Верещагина и Владимира Николаевича Бландова, была открыта первая в Ярославской губернии артельная сыроварня. Ровно через год, в марте 1871 г., такая же сыроварня появилась в деревне Большая Режа, Шумаровской волости. Старостой сыроварни на сходе был избран крестьянин деревни Большая Режа, имевший 4-х коров, Осип Герасимович Найденышев С той поры стремительными темпами пошло развитие сыро - и маслоделия в Моложском уезде. А двумя годами раньше, 11 сентября 1869 года, Мологское Уездное Земское Собрание приняло постановление в поддержку распространения сыроделия в Моложском уезде, в котором, в частности, говорилось: «…сыроварня, просуществовавшая год и имеющая удой от 150 коров может получить премию от земства 400 рублей». И в 1873 году вышеназванный староста обратился в земство с требованием о выдаче означенной премии.

По поручению управы для осмотра сыроварни и проверки на месте количества коров в Большую Режу был командирован член управы Осипов, который вскоре доложил, что молоко на крестьянскую сыроварню поставляют не от 150, а от 88 коров. Узнал он также, что крестьяне выражают недоверие старосте, предпочитают не доставлять молоко на сыроварню, а переделывают его в масло и продают в городе Мологе. «Может получиться, – писал в акте Осипов, – что в следующем году молоко будет доставляться на Больше-Режскую сыроварню только от 16 коров, купленных на артельные деньги». Очевидно, поэтому в нижеследующем списке промышленных и торговых заведений Шумаровской волости фигурируют только сыроварни местных землевладельцев. Впрочем, расцвет артельного сыроделия был недолгим не только в Моложском уезде, но и во всей Ярославской губернии. Это дело требовало строгого соблюдения технологии, большой аккуратности, опрятности и чистоты в помещениях, где производились и хранились молочные продукты, но прибыльным оно было при производстве больших партий сыра. Вот почему земство поощряло поставки молока на сыроварню от возможно большего числа коров. Имели большое значение личные качества старосты сыроварни, но главной причиной упадка коллективного производства сыра была нарастающая конкуренция владельцев частных производителей масла и сыра.

Торгово-промышленные предприятия Веретейской волости (1914 год)

Деревня Добрени. Мелочная лавка и торговля ситцем Тоскина Семёна Матвеевича.

Деревня Заладье. Сыроваренный завод и мелочная лавка .

Деревня Калитка. Мелочная лавка Сорокиной Любови Павловны.

Деревня Комарово Мелочная лавка и кузница Кузнецова Василия Кузьмича.

Деревня Липняги. Отстоечное общества крестьян.

Деревня Большая Режа. Маслодельня Монахова Ефрема Прокопьевича. Мелочные лавки: Никитиной Аграфены Денисовны и . Токарная мастерская Разживина Ильи Ивановича.

Деревня Малая Режа. Кузница .

Деревня Рыльбово. Сыроварня .

Село Шуморово. Мелочная лавка . Сыроварня и мелочная лавка Чернышева Дмитрия Ивановича.

Деревня Бор. Кузница Куприянова Фёдора Куприяновича.

Село Веретея. Маслодельня общества крестьян. Мелочные лавки в арендуемой кладовой церкви: Жемчугова Михаила Максимовича, Забелиной Екатерины Александровны и Калашовой Марии Васильевны. Лавка и кладовая общества потребителей. Лавка и кладовая . Жилой дом, а также дом, сдаваемый земскому агроному , чайная, кладовая и мелочная лавка Монахова Ефрема Прокопьевича. Чайная и лавка в помещении . Мануфактурная торговля Дегтевой Марии Степановны в помещении . Мануфактурная и галантерейная торговля Забелиной Екатерины Александровны в церковном помещении.

Деревня Дор. Кузница и толчея . Мелочная лавка в арендованном помещении Кузьминой Марии Николаевны. Приёмная молока . Дом с товарищами, сдаваемый в аренду почтово-телеграфному отделению. Жилой дом Коминой Татьяны Андреевны сдаётся земской акушерке Прозоровой Ираиде Алексеевне. Жилой дом Прониной Анны Андреевны сдаётся мастеру по луговодству Корелякову Ивану Нлкифоровичу. Жилой дом Городецкого Семёна Семёновича сдаётся счетоводу кредитного товарищества.

Деревня Дуброва. Мелочные лавки Васина Степана Васильевича и Политова Фёдора Николаевича. Отстоечное . Помещение общества крестьян деревни Дуброва.

Деревня Ефаново. Отстоечное общества крестьян села Веретея.

Деревня Лямино. Шатровая мельница Леткова Ксенофонта Михайловича. Приёмная молока в помещении . Артельная маслобойня.

Хутор Мостищи. Кузница .

Деревня Нивы. Мелочные лавки: Заплетаевой Анфисы Афанасьевны и Семёновой Матроны Андреевны. Приёмная молока . Отстоечное общества крестьян села Веретея. Мелочные лавки: Леонтьева-Клочкова Василия Ивановича и .

Деревня Обухово. Кузница . Шатровая мельница и маслобойный завод Бурова – . Маслодельня и мелочная лавка . Колёсная мастерская . Валяно-катальная мастерская . Столярная мастерская Косогорова Андрея Степановича. Колёсная мастерская и мелочная лавка Большаковой Натальи Николаевны. Помещение Тюмерина Николая Семёновича. Толчея . Сдача в наём под земскую школу жилого дома и Патрухина Фёдора Егоровича.

Деревня Обуховцево. Шатровапя мельница Патрухина Андрея Фёдоровича. Шатровая мельница и кузница Патрухина Фёдора Егоровича.

Деревня Остроги. Две шатровые мельницы Кирьяновых Ивана и Михаила Яковлевичей. Отстоечное . Помещение общества крестьян деревни Остроги.

Деревня Переслегино. Отстоечное общества крестьян с. Веретея. Две столярные мастерские и . Остоечное в помещении Калушина Степана Александровича.

Деревня Столбищи Жилые. Две толчеи: Антропова Григория Тимофеевича и Бурлакова Николая Васильевича.

Деревня Столбищи Горелые. Отстоечное общества крестьян с. Веретея.

Деревня Сысоево. Отстоечное общества крестьян с. Веретея. Мелочная лавка . Отстоечное в помещении Прокопьева Степана Александровича. Толчея .

Деревня Чурилово. Кузница . Мелочная лавка Измайлова Николая Ильича. Сырзавод и мелочная лавка Чернышева Дмитрия Ивановича.

Из вышеприведённого списка видно, что до революции в Веретейском крае имелось более двух десятков торговых заведений и около десятка сдаваемых в аренду помещений. С установлением советской власти торговля прекратилась. На короткое время, в период нэпа, она снова была возобновлена, но все бывшие предприниматели вскоре были ограничены в гражданских правах. В народе их будут называть лишенцами, так как по официальной формулировке новая власть лишила их избирательных прав. В период коллективизации они оказались первыми кандидатами на раскулачивание.

В списке предприятий Веретейской волости за 1918 год нет ни одного торгового заведения. Зато в нём числится: 17 шатровых мельниц, 13 толчей, 8 сыроварень, 8 маслодельных заводов (из них 3 артельных), 7 кузниц, 6 овчинных, 3 столярных и 1 слесарная мастерские. В списке числится также маслобойный завод в деревне Иванцево, принадлежавший Ушакову Ивану Афанасьевичу. В одном из документов за 1918 год указано наличие в Веретейской волости: 8 сапожных мастерских, 2-х драночных производств, изготовление экипажей (И. Ананьевым), портняжное производство (А. Болониным), однако по какой то причине владельцы мастерских предпочли иные виды деятельности. Вышеприведённый список наглядно показывает, как много было предприимчивых, не столько торговых, сколько мастеровых людей среди предков древней Веретейской земли. К сожалению, в нынешнее время мы видим, что советская власть преуспела в вытравливании из русских людей предпринимательского духа. Мне думается в нынешних условиях наши предки сумели бы высоко поднять уровень развития этого края.

Сведения о населении и наличии скота в хозяйствах Веретейской волости в 1917 году

Сысоевское сельское общество

Непосредственно Веретейская часть волости до революции состояла из трёх сельских обществ: Сысоевского, Веретейского и Обуховского. В Сысоевское сельское общество входили семь деревень: Дор, Павловское, Нивы, Сысоево, Новинка – Алферово, Остроги и Дуброва.

В деревне Дор в 1917 году проживало 42 семьи. Из них Расшивиных и Седовых – по 6 семей, Широковых – 5, Даниловых, Ермолаевых – по 3, Филимоновых, Косаревых, Матвеевых, Раззореновых и Егоровых – по 2, Никешиных, Мишиных, Липатовых, Куренковых, Комшуковых, Моревых, Фёдоровых, Карповых и Абрамовых – по 1 семье. Все вместе эти 42 семьи содержали 52 коровы, 11 тёлок до одного года и 3 тёлочки до 6 месяцев, а также пять бычков. 12 семей имели по 2 коровы, и только не содержал ни какой живности.