Процессуальные акты органов предварительного расследования. Вопросы теории и практики (стр. 2 )

19

рении ходатайства (ст„ст. 203, 204 УПК). Таким обра­зом, не всякая правомерная деятельность связанная с возникновением, изменением и прекращением правоотно­шений, является применением правовой нормы, а лишь та, которая связана с организацией осуществле­ния правовых норм в правоотношениях я воздействием на обязанных лиц в этих отношениях 58. Но процессу­альные акты исполнения норм уголовно-процессуального права, в частности, те, о которых говорилось выше, в от­личие от актов применения уголовно-процессуальных норм права, не всегда влекут возникновение каких-либо процессуальных правоотношений.

Процессуальные акты исполнения (использования, соблюдения) норм уголовно-процессуального права не могут повлечь за собой прекращение уголовно-процессу-альных правоотношений. Их прекращение возможно только в связи с правоприменительными уголовно-про-цессуальными актами. Уголовно-процессуальные акты применения уголовно-процессуальных и уголовных норм права влекут за собой возникновение, прекращение или изменение важнейших уголовно-процессуальных от­ношений, связанных с основными правовыми вопросами, возникающими в ходе предварительного расследования по делу. Конкретные же уголовно-процессуальные пра­воотношения, складывающиеся в рамках этих важней­ших уголовно-процессуальных отношений, могут реали­зовываться в форме актов исполнения, соблюдения или использования норм уголовно-процессуального права.

Процесс применения отдельных норм уголовного и уголовно-процессуального права невозможен без испол­нения (использования, соблюдения) других норм как уголовно-процессуального, так и уголовного права, по­скольку нормы права действуют лишь в системе. Поэто­му деление уголовно-процессуальных актов органов предварительного расследования с точки зрения их пре­творения в жизнь на акты правоприменения и исполне­ния (соблюдения, использования) следует считать услов­ным. Например, процессуальный акт возбуждения уго­ловного дела, являясь правоприменительным, одновре­менно обязывает следователя исполнить предписания за­кона относительно сообщения о возбуждении уголовного дела прокурору и заинтересованным лицам (ст. 112 УПК); или процессуальный акт задержания подозревае­мого обязывает следователя уведомить прокурора о

20

произведенном задержании и сообщить об этом родствен­никам задержанного (ст. ст. 122, 1221 УПК).

Хотя названные акты и являются элементами уголов-но-процессуальной формы прдцессуальных актов возбуж­дения уголовного дела и задержания подозреваемого, од­нако они могут также рассматриваться и как самостоя­тельные процессуальные акты исполнения норм права.

Процессуальные акты исполнения норм права этих органов, являясь актами саморегуляции, лишь иногда влекут возникновение или изменение уголовно-процессу-альных правоотношений, однако не могут повлечь пре­кращение сложившихся правоотношений. В отличие от актов саморегуляции правоприменительные процессуаль­ные акты органов предварительного расследования при­обретают юридическую силу, суть которой заключается в их обязательности как для этих органов, так и для других участников уголовно-процессуальной деятельно­сти, а также для лиц, не имеющих отношения к данному процессу. Они обязательны не только в рамках данного уголовного дела, но и за его пределами (п. 10 ст. 5 УПК, ст. 211 УПК, ч. 4 ст. 127 УПК, ч. 2 ст. 208 УПК).

Только правоприменительные уголовно-процессуаль-ные акты органов предварительного расследования мо­гут быть правовосстановительными (ст. 93 УПК, ч. 2 ст. 73 УПК, ч. 3 ст. 82 УПК, ч. 1 ст. 123 УПК, ч. 1 ст. 147 УПК).

Уголовно-процессуальные акты применения уголовно-процессуальных и материальных норм всегда оформля­ются в качестве самостоятельного процессуального доку­мента. Уголовно-процессуальные акты исполнения (ис­пользования, соблюдения) норм права, как было пока­зано выше, могут быть в одно и то же время неотъемле­мым элементом уголовно-процессуальной формы того или иного уголовно-процессуального акта и самостоя­тельным актом.

На наш взгляд, прав , говоря о значе­нии следственного действия в реализации норм права: следственное действие — это сложный акт применения уголовно-процессуального права следователем или су­дом, состоящий из анализа ситуации, сопоставления ее с нормативным предписанием и принятия решения; со­здания условий к исполнению своих обязанностей участ­никами процесса и реализации прав участников процес­са; отражения в материалах дела хода и результатов

21

познавательной деятельности следователя59. Итак, уго-ловно-процессуальный акт органов предварительного рас­следования— это направленное на осуществление задач уголовного судопроизводства « производимое с соблюде­нием установленной законом процессуальной формы в ходе предварительного следствия или дознания процессу­альное действие прокурора, следователя (начальника следственного отдела) или лица, производящего дозна­ние, облеченное в письменную форму процессуального документа.

2. Содержание и форма уголовно-процессуальных актов органов предварительного расследования

Любой предмет, явление или процесс действительно­сти представляют собой диалектическое единство содер­жания и формы 60. Под категорией «содержание» в марк­систско-ленинской философии понимают состав всех элементов изучаемого объекта, единство его свойств, внутренних процессов, связей, противоречий и тенденций развития; под категорией «форма» — способ внутреннего и внешнего выражения содержания них взаимодействия, тип и структуру содержания 61.

Диалектика формы и содержания проявляется в том, что не может быть содержания вне формы, без которой его «нельзя видеть, осязать и т. д....»62. И, наоборот, форма немыслима вне содержания, поскольку формы яв­ляются «формами живого, реального содержания, связан­ными неразрывно с содержанием»63. К. Маркс писал: «Форма лишена всякой ценности, если она не есть фор­ма содержания» 64. Диалектика содержания и формы со­стоит не только в их взаимной связи и обусловленности, но и в их относительном характере, а это, в частности, означает: то, что в одной связи является формой, может в другой связи оказаться содержанием, имеющим свои собственные формы 65.

Исследование содержания я формы уголовно-процес­суальных актов органов предварительного расследова­ния с философских позиций предполагает выяснение со­отношения процессуальной формы уголовного судопро­изводства и формы уголовно-процессуальных актов органов предварительного расследования, зависимости формы уголовно-процессуальных актов от их право­вой природы, способа отражения содержания уголовно-

22

процессуальных актов в процессуальных докумен­тах.

Под процессуальной формой в общей теории права понимают совокупность процедурных требований, предъ­являемых к действиям участников процесса и направлен­ных на достижение какого-то определенного результа­та66.

Процессуальная форма уголовного судопроизводства, как справедливо подчеркивается в литературе, является правовой формой деятельности суда, органов расследо­вания и прокурорского надзора по возбуждению уголов­ных дел, их расследованию и разрешению, а также уча­стников процесса и лиц, привлеченных к делу в том или ином качестве, и отношений, связанных с этой деятель­ностью. Она представляет собой совокупность установ­ленных процессуальным законом условий, в которых проводится как эта деятельность в целом, так и каждое отдельное процессуальное действие (или комплекс таких действий) и принимается каждое решение по делу, чем определяется связь и последовательность проводимых действий и принимаемых решений 67. Уголовно-процессуальный закон придает важное значение неукоснительно­му выполнению требований УПК, определяющих поря­док судопроизводства всеми его участниками. Несоблю­дение уголовно-процессуальной формы при расследова­нии преступлений является в ряде случаев существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Это вле­чет за собой возвращение уголовного дела прокурором или судом для дополнительного расследования (п. 2 ст. 214, п. 2 ч. 1 ст. 232, ч. 1 ст. 258 УПК), отмену или изме­нение приговора (п. п. 1,3 ст. 342 УПК), ущемление гаран­тированных законом прав обвиняемого и других участни­ков процесса (ч. 1 ст. 345 УПК). Например, нарушение уголовно-процессуального закона, проявившееся в не­правильном использовании источников доказательств в соответствии с ч. II ст. 69 УПК РСФСР, повлекло отме­ну приговора68. Отмену приговора повлекло и нарушение уголовно-процессуального закона, регламентирующего проведение следственного эксперимента69. Существен­ным признается нарушение уголовно-процессуального закона в том случае, если обвинительное заключение не утверждено прокурором и дело возвращается на допол­нительное расследование70. Важными признаются также нарушения уголовно-процессуального закона, которые

23

регламентируют права участников процесса. В определе­ниях Верховного суда РСФСР отмечалось, что наруше­ния уголовно-процессуального закона, регламентирующе­го права потерпевшего на предварительном следствии (ст. 53УПК РСФСР), право обвиняемого на ознакомле­ние с материалами дела с участием защитника (ст. 201 УПК РСФСР), являются существенными и влекут отме­ну приговора 7!.

Важнейшим компонентом уголовно-процессуальной формы в уголовном судопроизводстве является его пись­менный характер. Письменная форма уголовного судо­производства способствует повышению ответственности участников уголовно-процессуальной деятельности в хо­де осуществления ими тех или иных процессуальных действий, объективизирует и закрепляет их результаты, делает возможным последующий контроль за закон­ностью и обоснованностью этих действий.

Содержание уголовно-процессуального акта органов предварительного расследования состоит в производстве действий по установлению обстоятельств совершенного преступления, а также по принятию решений, необходи­мых для правильного разрешения правовых вопросов в ходе производства по делу. Процессуальная форма уго­ловно-процессуального акта органа предварительного расследования предполагает соблюдение указанных в законе требований и условий относительно порядка осу­ществления самого процессуального действия, а также относительно письменного характера их фиксации.

Процессуальная форма уголовно-процессуальных ак­тов органов предварительного расследования предопре­деляется их содержанием. Зависимость процессуальной формы отдельных уголовно-процессуальных актов от их содержания можно показать на примере обыска, а так­же допроса свидетеля. Содержание обыска как процес­суального акта характеризуется следующими элемента­ми: уяснением оснований к обыску, принятием мотиви­рованного решения и получением санкции прокурора, подбором и приглашением участников обыска (понятых, специалистов и других участников обыска),, разъясне­нием прав участникам обыска, объявлением постановле­ния о производстве обыска заинтересованным лицам и разъяснением им права добровольно выдать интересую­щие следствие предметы, отысканием интересующих следствие предметов, а в случаях обнаружения — их ос-

24

мотром и изъятием, фиксацией результатов обыска в протоколе. Совокупность этих условий и требований, предусмотренных в соответствующих статьях УПК отно­сительно производства обыска, и определяет уголовно-процессуальную форму рассматриваемого уголовно-про-цессуального акта (ст. ст. 168, 169—171, 176 УПК).

Содержание допроса свидетеля как уголовно-процес-суального акта заключается в вызове свидетеля и полу­чении от него устной информации о фактах и обстоя­тельствах, известных ему по делу. Процессуальная же форма этого акта выражается в соблюдении требований закона относительно вызова лица в качестве свидетеля повесткой или телефонограммой, а вызова несовершен­нолетнего — через его родителей или иных законных представителей; в удостоверении личности, в разъясне­нии ему процессуальных обязанностей свидетеля и пре­дупреждении об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, в предложении ему рассказать все известное об обстоя­тельствах, интересующих следствие, в уточнении тех или иных обстоятельств, интересующих следствие; в состав­лении протокола допроса или предложении свидетелю собственноручно изложить данные им показания, в озна­комлении свидетеля с содержанием протокола допросам удостоверении правильности фиксации в нем его показа­ний, в удостоверении следователем своей подписью пра­вильности содержания протокола (ст. ст. 155—160

УПК).

Процессуальный документ является письменной фор­мой уголовно-процессуального акта. Совокупность пись­менных процессуальных документов как средств фикса­ции процессуальных действий и решений и образует внешнюю форму каждого уголовного дела. Без преду­смотренных законом процессуальных документов нет уголовного процесса и не может быть уголовного дела 72.

Содержанием уголовно-процессуальных документов органов предварительного расследования являются са­ми следственные или иные процессуальные действия, а также принимаемые решения в ходе производства по де­лу. Так, в соответствии с уголовно-процессуальным за­коном при производстве следственных действий ведутся протоколы (ч. 1 ст. 102 УПК). Протокол составляется следователем в ходе производства следственного дей­ствия или непосредственно после его окончания (ч. 1

25

ст. 141 УПК). Некоторые процессуальные действия фикси­руются в письменных документах в форме запроса, по­вестки, уведомления или заключения. Процессуальные решения следователя отражаются в форме письменного постановления (ч. 5 ст. 127 УПК), представления (ч. 1 ст. 211 УПК), отдельного поручения (ч. 3 ст. 132 УПК)» указаний (ч. 4 ст. 127 УПК), обвинительного заключе­ния (ст. 205 УПК).

Форму уголовно-процессуального акта, с одной сто­роны, составляют способ его словесно-документального проявления, с другой — структурные части документа, располагаемые в строго логической последовательности (вводная, описательно-мотивировочная и резолютивная).

Представляет интерес вопрос, влияет ли правовая природа уголовно-процессуальных актов органов пред­варительного расследования на процессуальную форму документов, в которых они фиксируются.

Правоприменительные уголовно-процессуальные ак­ты органов предварительного расследования содержат властное волеизъявление компетентного субъекта и вле­кут за собой возникновение, изменение и прекращение важнейших уголовно-процессуальных отношений. В них разрешаются уголовно-правовые и уголовно-процессуаль-ные вопросы, которые фиксируются в таких процессуаль­ных документах, как постановление, обвинительное за­ключение, представление, отдельное поручение.

Уголовно-процессуальное законодательство достаточ­но подробно регламентирует условия и порядок принятия таких решений: обвинительного заключения (ст. ст. 205, 206 УПК), представления (ст. 21'УПК), отдельного по­ручения (ч. 4 ст. 127 УПК), постановления о привлече­нии лица в качестве обвиняемого (ст. 144 УПК), поста­новления о прекращении уголовного дела (ст. 209 УПК)-

Значительная часть уголовно-процессуальных актов органов предварительного расследования является акта­ми исполнения (использования и соблюдения) уголовно-процессуальных норм. Следователь и лицо, производя­щее дознание, сами в пределах дозволенного уголовно-процессуальным законом конкретизируют свое собствен­ное поведение (деятельность), издавая при этом акты исполнения (соблюдения, использования) норм уголовно-процессуального права. Такими актами могут быть протоколы следственных и процессуальных действий, за-

26

просы, уведомления, сообщения, объяснения, повестки. В них нет признаков, которые указывали бы на приме­нение права, но они характеризуют индивидуальную вла­стную деятельность следователей и лиц, производящих дознание.

Некоторые уголовно-процессуальные акты органов предварительного расследования носят сложный харак­тер. Это имеет место в тех случаях, когда тот или иной уголовно-процессуальный акт слагается >из нескольких самостоятельных актов, оформляемых отдельными про­цессуальными документами. Поскольку такие уголовно-процессуальные акты фиксируются в нескольких доку­ментах, следователи и лица, производящие дознание, должны внимательно и четко соблюдать процессуаль­ные формы их осуществления.

Наиболее целесообразным представляется такой про­цессуальный порядок осуществления соответствующих сложных уголовно-процессуальных актов, при котором несколько фактически самостоятельных процессуальных актов совмещались бы в одном письменном процессуаль­ном документе. Под совмещением уголовно-про­цессуальных актов органов предварительного расследо­вания следует понимать случаи, когда два или более процессуальных действия облекаются согласно указанию закона в процессуальную форму одного письменного до­кумента. Допустимость совмещения в едином письмен­ном процессуальном документе целесообразно было бы предусмотреть применительно к следующим уголовно-Процессуальным актам органов предварительного рассле­дования:

1) осмотру места происшествия (местности, помеще­ния), обыску, выемке и осмотру предметов и докумен­тов, обнаруженных в ходе этих следственных действий (ч. 6 ст. 179 УПК);

2) осмотру и выемке почтово-телеграфной корреспон­денции (ст. 174 УПК);

3) при объявлении обвиняемому об окончании пред­варительного следствия и о предъявлении ему и его за­щитнику материалов дела (ст. ст. 201, 203 УПК).

В указанных случаях целесообразно составление еди­ного протокола как процессуального документа.

Совмещение уголовно-процессуальных актов в одном процессуальном документе органов предварительного

27

расследования соответствует принципу процессуальной экономии в ходе расследования уголовных дел в це­лях наиболее эффективного достижения задач уголовно­го судопроизводства.

Известно, какое большое значение придавал В. И. Ле­нин составлению документов, требуя ясности, точности, тщательности построения текста, четкости его оформле­ния 73. В связи с этим необходимым условием оптимиза­ции процессуальных документов должно быть сведение к минимуму разнообразия их форм и правил оформле­ния 74. Допустимость совмещения (облечения) несколь­ких уголовно-процессуальных актов в едином письмен­ном документе могла бы быть одним из путей решения этой задачи. Изучение следственной практики и уголовно-процессуального законодательства позволяет сформу­лировать критерии допустимости совмещения не­скольких уголовно-процессуальных актов в едином про­цессуальном документе. Оно возможно, на наш взгляд, при следующих условиях: во-первых, когда имеет место однородность содержания процессуальных действий или решений; во-вторых, когда налицо единство фактических обстоятельств, что позволяет совместить (облечь) не­сколько уголовно-процессуальных актов в одном пись­менном документе; в-третьих, когда осуществление уго­ловно-процессуальных актов совпадает во времени; в-четвертых, когда совмещение уголовно-процессуальных актов не противоречит уголовно-процессуальному за­кону.

Содержание и форма уголовно-процессуальных актов органов предварительного расследования не могут счи­таться раскрытыми полно без характеристики в общих чертах уголовно-процессуальных документов.

Как отмечалось выше, наиболее значимая их черта —выраженность в словесно-документальном виде. Доку­мент имеет, в свою очередь, внешнюю и внутреннюю форму. Внешняя форма процессуального документа от­ражает способ словесно-документального проявления уголовно-процессуального акта. Она характеризуется, во-первых, текстуальным изложением (текст документа), во-вторых, стилем изложения текста документа. Внутрен­нюю форму документа составляют части его структуры, располагаемые в строго логической последовательности (вводная, описательно-мотивировочная и резолютивная), они не должны противоречить друг другу.

28

Недооценка значения внутренней и внешней формы уголовно-процессуальных документов ведет к небрежно­сти и ошибкам при их составлении, является показате­лем низкой культуры производства предварительного расследования по делу, подрывает доверие к ним со сто­роны обвиняемого, его защитника и других участников предварительного расследования.

Рассмотрим более подробно каждую из этих форм. Текст процессуального документа с точки зрения внеш­ней формы изложения его содержания включает следую­щие реквизиты: наименование документа, дата, время и место составления, обстоятельства, которые удостоверя­ются либо фиксируются в документе, подписи лиц, со­ставивших документ, принимавших участие в процессу­альном действии или санкционировавших его. Эти рек­визиты обеспечивают официальный характер уголовно-процессуального акта органа предварительного расследо­вания, отражают его содержание и придают ему юриди­ческую силу. Так, наименование документа необходимо рассматривать не только как чисто технический прием, а как одно из средств выражения содержания какой-ли­бо группы уголовно-процессуальных актов (докумен­тов): постановлений, протоколов, обвинительных заклю­чений, повесток, уведомлений, представлений и т. п.

Наименование документа протоколом свидетельству­ет о том, что он составлен в результате производства оп­ределенного, указанного в законе процессуального дей­ствия. Наименование самого протокола должно соответ­ствовать содержанию осуществленных процессуальных действий и полученных результатов. Таким образом, на­именование процессуального документа должно указы­вать на сущность самого процессуального действия.

Внешняя форма уголовно-процессуального докумен­та органов предварительного расследования тесно связа­на с внутренней формой. Во вводной части документа указываются наименование, время, место и дата его со­ставления, а также должность, звание или классный чин должностного лица. Так, дата и время производства следственного действия дают возможность судить о свое­временности и законности его проведения (более ранняя дата производства обыска, чем дата возбуждения уго­ловного дела, свидетельствует о незаконности обыска). Время производства следственных действий сказывает­ся на правах и законных интересах участников процесса.

29

Поэтому, например, следователь не вправе проводить допросы, обыски, выемки в ночное время, кроме случа­ев, не терпящих отлагательства (ст. ст. 150, 170 УПК).

Изучение уголовно-процессуальных актов (докумен­тов) органов предварительного расследования показы­вает, что наиболее распространенными недостатками вводной их части являются: отсутствие обозначения вре­мени начала и окончания 'Соответствующего процессуаль­ного действия — 54,9% (от общего числа изученных ак­тов) ; отсутствие даты производства процессуального действия составления документа—19%. Наиболее часто не указываются время или дата производства допросов свидетелей и потерпевших — 35,6% (от общего числа изученных протоколов допроса этих лиц), обвиняемых — 27,5% (от общего числа изученных протоколов допроса обвиняемого).

Согласно УПК во вводной части постановления о воз­буждении уголовного дела должен указываться повод к возбуждению дела (ч. 2 ст. 112 УПК), в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого — фамилия, имя, отчество привлекаемого в качестве обвиняемого (ч. 2 ст. 144 УПК)- Изучение постановлений о возбуждении уголовного дела показало, что в 47,3% случаев не ука­зывается повод к возбуждению уголовного дела.

Наиболее важной является описательно-мотивировоч­ная часть уголовно-процессуального документа. В ней описываются фактические обстоятельства дела или удо­стоверяются ход и результаты следственного или иного процессуального действия. В этой же части процессуаль­ного документа дается юридическая оценка обстоятельств дела, указывается норма уголовного или уголовно-про­цессуального закона, на основе которой принимается ре­шение или осуществляется процессуальное действие. Так, в ч. 2 ст. 141 УПК определен перечень тех реквизи­тов, которые подлежат отражению в протоколе след­ственного действия; в ст. 144 УИК определены структур­ные элементы описательной части постановления о при­влечении лица в качестве обвиняемого; в ч. 1 ст. 184 УПК указываются обстоятельства, которые отражаются в постановлении о назначении экспертизы; в ч. 2 ст. 205 УПК — в обвинительном заключении; в ст. 209 УПК — в постановлении о прекращении уголовного дела и т. д. Анализ уголовно-процессуальных документов органов предварительного расследования показывает, что наибо-

30

лее распространенными ошибками в описательно-мотиви­ровочной части являются отсутствие конкретизации фак­тических обстоятельств дела (места, времени соверше­ния деяния), последовательности преступных действий и т. п.— 12%, а также отсутствие ссылок на номер пли часть статьи УПК—15,3%, на номер и часть статьи УК — 2,8%. Описательно-мотивировочная часть уголовно-процессуальных документов должна содержать обос­нование и мотивировку акта. Но встречаются немотиви­рованные (10%) и необоснованные акты (2,2%).

В резолютивной части процессуального документа должен содержаться вывод по вопросу, разрешаемому органом предварительного расследования. В некоторых документах, кроме того, отражаются все замечания или заявления, сделанные в ходе следственного или иного про­цессуального действия либо при составлении процессу­ального документа, а также должно быть указано, куда и кому направляется копия документа или сообщения.

В ходе изучения выявлены случаи, когда описатель­но-мотивировочная часть уголовно-процессуального до­кумента не соответствует резолютивной (4,1%). Такое положение связано с тем, что в нем не конкретизируют­ся фактические обстоятельства дела и делается не отра­жающий объективной реальности вывод или когда не­правильно понимается и применяется уголовный и уголовно-процессуальный закон. Нередко резолютивная часть уголовно-процессуального документа не соответ­ствует формулировке закона. Так, в резолютивной части постановлений об отказе в удовлетворении ходатайства защитника или обвиняемого следователи пишут: «Отка­зать в ходатайстве защитнику и обвиняемому, о чем им сообщить». Между тем в законе дается другая формули­ровка: «В случае, если следователь отказывает полно­стью или частично в удовлетворении (выделено нами.— Н. М.) заявленных ходатайств, он об этом выносит моти­вированное постановление, которое объявляет заявите­лю» (ч. 3 ст. 204 УПК). Отказать в ходатайстве нельзя, можно лишь отказать в удовлетворении ходатайства. В противном случае следователь может нарушить гаран­тированное Конституцией СССР (ст. 158) право обви­няемого на защиту.

Резолютивная часть уголовно-процессуального доку­мента может содержать решения по нескольким вопро­сам, которые вытекают 'из обоснования и мотивировок

31

предыдущей части документа. Например, в резолютивной части постановления о возбуждении уголовного дела — решение о принятии его к своему производству, о на­правлении копии постановления прокурору.

Внешняя и внутренняя формы процессуального доку­мента глубоко взаимосвязаны. Раздельное изучение про­явлений внешней и внутренней формы процессуального документа обусловлено лишь задачей наиболее четкого уяснения его структурной организации. Значение изуче­ния структурной организации текстов уголовно-процессу-альных документов вытекает из необходимости постоян­ного совершенствования техники и методики составле­ния таких документов каждым следователем и лицом, производящим дознание, повышения культуры производ­ства дознания и предварительного следствия по каждо­му уголовному делу, повышения пропагандистского и воспитательного значения процессуальных документов.

В литературе отмечается, что при выработке индиви - дуальных правовых актов применяется такое специфиче­ское технико-юридическое средство, как типизация, по­лучающая выражение в формулярах (образцах) актов-документов, которые создаются практикой, наукой, а в ряде случаев закрепляются в нормативных актах в виде формуляров и конструктивных схем 75.

В нашей стране неоднократно издавались такие об­разцы и, в частности, образцы уголовно-процессуальных актов (документов) органов предварительного расследо­вания 76. Подобного рода образцы составляются учены­ми и практиками в соответствии с требованиями уголовно-процессуальных норм, отражают накопленный опыт документального оформления уголовно-процессуальных актов, значительно облегчают работу по составлению документов, а также вносят в следственную практику необходимое единообразие.

Следует отметить, что в 1970—1980 гг. в нашей стра­не производилась унификация управленческих докумен­тов 77, в результате которой утверждены три основных ГОСТа: ГОСТ — «Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения»; ГОСТ 7.38-72 — «Систе­ма организационно-распорядительной документации. Тре­бования к оформлению документации»; ГОСТ 6.39-72 — «Система организационно-распорядительной докумен­тации. Формуляр-образец». С 1 января 1981 г. вве­ден ГОСТ 13.002-79 — «Микрофильм на правах подлин­ника. Основные положения». Кроме того в стране дей-

32

ствует Единая государственная система делопроизвод­ства (ЕГСД), одобренная Постановлением № 000 от г. Государственного комитета СМ СССР по науке и технике78.

Следственная практика также идет по пути типиза­ции уголовно-процессуальных документов. Так, следова­тели МВД и лица, производящие дознание, используют при написании уголовно-процессуальных документов стандартные бланки7Э, утвержденные Распоряжением МВД СССР от 9 сентября 1970 г.— «Единые образцы бланков и документов, составляемых следователями при расследовании преступлений».

Следователи КГБ и лица, производящие дознание, при составлении уголовно-процессуальных документов используют типовые бланки, разработанные в Сборнике примерных схем и форм основных процессуальных актов предварительного следствия для системы КГБ 1971 г. Следователи прокуратуры при написании уголовно-про­цессуальных документов также используют бланки, из­готавливаемые типографским способом. Но, в отличие от бланков процессуальных документов, используемых в системе МВД и КГБ, бланки таких документов в системе Прокуратуры СССР не унифицированы ни на общесо­юзном, ни на республиканском уровне80.

Проведенное нами сравнительное. изучение бланков процессуальных документов, используемых следователя­ми прокуратуры РСФСР (ТАССР, МАССР, ЧАССР, Ярославской, Вологодской, Ивановской областей и Ха­баровского края) и прокуратуры БССР, свидетельствует о наличии существенных расхождений.

Так, бланк постановления о признании гражданским истцом, используемый в прокуратуре Ярославской обла­сти, .имеет форму № 9, в прокуратуре Вологодской обла­сти—форму № 38, а в прокуратуре ЧАССР, МАССР, ТАССР форма такого бланка не указана. Бланк поста­новления о производстве выемки в прокуратуре ТАССР имеет форму № 26, в прокуратуре Ярославской обла­сти— № 28, в прокуратуре ЧАССР — № 30, в прокура­туре БССР — № 29; нет указаний на номер формы этого бланка в прокуратурах Хабаровского края и МАССР. Аналогичная ситуация имеет место применительно к бланкам других процессуальных документов: протокола допроса обвиняемого, протокола очной ставки, постанов­ления о производстве обыска, протокола обыска.

33

В 72% изученных нами бланков процессуальных до­кументов, используемых в системе прокуратуры, указаны разные номера форм, в 20%—номера форм не указаны, и только 8% их имеют одинаковые номера форм. Изученные бланки в основном соответствуют тре­бованиям уголовно-процессуального закона. Однако в них имеются расхождения в реквизитах. Например, в не­которых бланках встречается устаревшая фраза «нашел» (в бланках постановлений о наложении ареста на 'иму­щество и о производстве обыска прокуратур МАССР и Вологодской области вместо «установил»). В бланках протоколов обыска прокуратур МАССР и Хабаровского края отсутствует графа с указанием количества, меры, веса или иных индивидуальных признаков и свойств изъятых предметов, как этого требует ч. 2 ст. 176 УПК.

Иная картина выявлена при изучении бланков про­цессуальных документов, используемых в системе МВД. Эти бланки унифицированы >и имеют одинаковые формы, В 85% изученных бланков, изготовляемых типографским способом на местах, указаны единые номера форм; од­нако в 10% бланков номера форм не указаны и лишь в 5% бланков номера форм не совпадают с номерами об­разцов форм бланков процессуальных документов, ут­вержденных Распоряжением МВД СССР от 9 сентяб­ря 1970 г.

Вместе с тем в бланках процессуальных документов системы МВД отдельных областей и автономных респуб­лик имеются существенные различия в реквизитах. Так, в бланках постановления о принятии дела к производ­ству в МВД ТАССР, ЧАССР, Вологодской области воп­реки типовому образцу отсутствует описательно-мотиви­ровочная часть документа, начинающаяся словом «уста­новил». Это относится и к бланкам постановления о при­знании потерпевшим (кроме УВД Хабаровского края).

В бланке постановления о возбуждении уголовного дела МВД ТАССР предусматривается необходимость заполнения сведений: по какой статье УК возбуждено уголовное дело, в отношении какого гражданина, с ука­занием фамилии, имени, отчества. Однако ч. 2 ст. 112 УПК не предусматривает обязательности указания в по­становлении о возбуждении уголовного дела на конкрет­ное лицо. Согласно ч. 2 ст. 129 УПК копия такого поста­новления не позднее 24 часов направляется прокурору

34

но в некоторых бланках такой графы не предусмотрено (ТАССР, Вологодская область).

Как видно из перечисленных примеров, в ряде слу­чаев изготовляемые на местах бланки не соответствуют утвержденным образцам, а иногда неточно отражают требования уголовно-процессуального закона.

Сравнительное исследование бланков процессуаль­ных документов, используемых в системе МВД и про­куратуры, показало, что в них имеются существенные различия, несмотря на единство уголовно-процессуаль­ного закона. Например, бланк постановления о при­влечении в качестве обвиняемого, используемый в системе прокуратуры, подробнее и в большей степени соответствует ^требованиям уголовно-процессуального закона, чем в системе МВД. Он изготовлен на двух соединенных листах и содержит больше места для опи­сания фактических обстоятельств совершения преступ­ного деяния, формулировки обвинения и его правовой квалификации.

Бланки протокола задержания подозреваемого, ис­пользуемые в системе МВД и прокуратуры, имеют еще большие расхождения. В бланке протокола задержа­ния МВД предусмотрены графы об основаниях задер­жания, указанных в ст. 122 УПК, а в бланке прокура­туры графы об основаниях задержания подозреваемого не имеется. В резолютивной части бланка протокола задержания прокуратуры предусмотрены графы для подписи задержанного и сообщения о задержании про­курору (время, дата). В резолютивной же части бланка протокола задержания МВД предусмотрено решение нескольких вопросов: сообщение о задержании про­курору с указанием времени, даты нисходящего номера письменного сообщения; уведомление о задержании лиц родственников: если они не уведомлялись, то предусмот­рена графа о причинах этого; если задержанный осво­божден, то указываются время, дата, подпись задер­жанного; если заключен под стражу — время, дата (т. е. по протоколу задержания можно проследить «судьбу» задержанного). Поэтому следователи проку­ратуры предпочитают использовать при задержании подозреваемого бланк протокола МВД. Предпочтитель­нее выглядят бланки представлений прокуратуры, чем аналогичные бланки в системе МВД.

Сравнительное изучение бланков уголовно-процес-

35

суальных актов органов предварительного расследова­ния, используемых в системе органов МВД, КГБ, про­куратуры РСФСР и БССР, позволяет прийти к выводу, что их целесообразно унифицировать в масштабе страны с учетом особенностей УПК союзных республик.

На наш взгляд, унификация уголовно-процессуальных актов (документов) органов предварительного рас­следования могла бы быть проведена в направлении:

1. Сокращения количества уголовно-процессуальных документов, если это не противоречит уголовно-процес-суальному закону. Одним из вариантов осуществления этого направления может быть расширение возмож­ности совмещения нескольких уголовно-процессуальных актов в одном процессуальном документе.