«Социально-экономическое образование: состояние и перспективы» (стр. 4 )

Характеризуя результаты мегапроекта ИПРО в обновлении материально-технической базы вузов-участников, не обойтись без цифр. Анализ показывает, что в ряде случаев это обновление весьма значительным. Так, Московским университетом им. на средства мегапроекта было закуплено компьютерное оборудование и учебная литература на общую сумму более 120 тыс. долл. ГУ ВШЭ приобрел на средства мегапроекта новое компьютерное оборудование и программное обеспечение, в результате чего факультет прикладной политологии был переоснащен, что позволило значительно интенсифицировать образовательный процесс. В результате приобретения РУДН нового компьютерного оборудования на средства мегапроекта в этом вузе был создан учебно-научный дисплей-класс «Интеранализ», оснащенный современным электронным оборудованием. Российским университетом дружбы народов была приобретена и поставлена на учет в библиотеку литература на русском и английском языках на сумму более 80 тыс. долларов США. Для МВШЭСН в рамках мегапроекта было закуплено 20 компьютеров на общую сумму более, чем в 30 тыс. долл.; научная и учебная литература по политологии на английском языке на общую сумму более 20 тыс. долл., а также научная информация в виде баз данных на компакт-дисках на сумму в 10 тыс. долл. Была также закуплена офисная мебель.

Особенно значительным было обновление материально-технической базы в ряде региональных образовательных учреждений, которые находились в условиях, значительно более уязвимых, чем их столичные коллеги. Так, Томским Госуниверситетом было закуплено 119 компьютеров, лицензионное программное обеспечение, множительная и презентационная техника, компьютерная и офисная мебель (стоимость оборудования, закупленного к настоящему времени, составляет 2, 97 млн. руб.; общая стоимость закупленного оборудования составит около 14 млн. руб.); начат ремонт помещений научной библиотеки; подписаны контракты на закупку научной и учебной литературы на общую сумму 1, 73 млн. руб. В настоящее время во всех подразделениях ТГУ, участвующих в проекте, созданы достойные условия работы преподавателей.

В УрГу на средства мегапроекта закуплен значительный объем оргтехники и лицензионного программного обеспечения, презентационного оборудования, офисной мебели, благодаря чему открыты и работают два современных компьютерных класса. В этих помещениях читается целый ряд курсов в интерактивном режиме, принимаются экзамены в виде компьютерных тестов. Современная оргтехника, цифровые видео и фотокамеры, презентационное оборудование для проведения конференций позволяют говорить о том, что создана реальная техническая база не только для проведения занятий с использованием новых информационных технологий, но и для профессиональной работы по созданию информационных ресурсов, баз данных, цифровых библиотек для коммуникации с другими факультетами и вузами России и зарубежных стран на современном уровне.

В ПермГУ важнейшим шагом по обновлению материально-технической базы стало создание Центра гражданского образования. Если, как отмечалось выше, в предпроектный период кафедра политологии ПермГУ ютилась в комнатке размером не более 15 кв. метров, то сейчас кафедра располагает просторным отремонтированным помещением, прекрасно оснащенным и располагающим политологической литературой (также закупленной на средства мегапроекта ИПРО). Центр развития гражданского образования интенсивно используется кафедрой политических наук ПермГУ в учебных и научных целях.

В ДВГУ за средства проекта была осуществлена закупка современного оборудования, оргтехники, мебели, что позволило оборудовать учебные аудитории и компьютерные классы по последнему слову техники. Закупленная на средства проекта литература по политологии на английском, корейском и китайском языках и иностранная периодика существенно пополнили библиотечный фонд Владивостокского института международных отношений стран АТР ДВГУ. Закупленное современное полиграфическое оборудование позволило создать профессиональную базу для публикации учебников и учебных пособий, необходимых для подготовки студентов-политологов, конкурентоспособных на рынке труда.

В МГИМО(У) МИДРФ развитие технической и информационной базы стало одним из важнейших направлений в реализации мегапроекта. Был создан интегрированный информационный блок персональных страниц МГИМО(У) МИД РФ, УМО и РАМИ (Российской ассоциации международных исследований) для пользователей сети Интернет; был создан сайт РАМИ. Была создана информационно-образовательная база по дисциплине «Международные отношения» (база персоналий; каталог ресурсов; поисковый робот по базе и т. д.); установлено программное обеспечение для поведения конференций с вузами-партнерами в режиме «он-лайн».

Главный вывод, который можно сделать по итогам реализации проекта заключается в том, что обновление материально-технической базы вузов-участников создало условия для полноценного учебного процесса и использования современных средств и методов обучения. Существенное изменение качества помещений и их "наполнения" значимы отнюдь не только в эстетическом отношении (хотя и это само по себе важно: трудно убеждать в необходимости гармонии общественных отношений в интерьере сарая), сколько в том отношении, что совершенствование материально-технического обеспечения позволило по ряду направлений осуществить настоящий прорыв в качестве образования. Именно благодаря совершенствованию материально-технической базы был разработан целый ряд уникальных образовательных продуктов, к числу которых следует отнести, в частности, интерактивный курс проф. «Политическая история России» (РУДН), ставшего фактически "бестселлером" даже среди преподавателей "непрофильных" (то есть "не-исторических") дисциплин, не говоря о студентах. Без насыщения современной техникой и оборудованием были бы невозможны разработка и преподавание вышеупомянутого курса «Английский язык для политологов» (МВШЭСН). Если совершенствование материально-технической базы за счет средств мегапроекта ИПРО стало значимым даже для столичных вузов, то для таких вузов, как ПермГУ, Томский ГУ, ДВГУ качественное улучшение материально-технической базы за счет средств мегапроекта стало решающим условием для обеспечения прорыва в преподавании политологии.

Комментируя достигнутые результаты, нельзя не отметить, что применительно к сфере современного образования справедлива истина: в современных условиях необходимо очень быстро бежать, даже для того, чтобы оставаться на месте. Результаты предпринятых в течение нескольких последних лет усилий могут со временем быть утрачены, если этот успех не будет подкреплен последующими усилиями, что также свидетельствует в пользу целесообразности продолжения в той или иной форме образовательных проектов в сфере политологии.

2.8. Формы и методы преподавания политологии. Проблемы оценки качества подготовки специалистов

Совершенствование материально-технической базы вузов-участников за счет средств мегапроекта стало решающим условием их успеха в решении еще одной важной задачи мегапроекта ИПРО, каковой являлась необходимость развития современных методов обучения и оценки знаний студентов. Особенностью российской системы преподавания общественно-экономических дисциплин в целом и политологии в частности является преобладание «пассивных» методов обучения, прежде всего аудиторных занятий (в первую очередь, лекций), которые составляют более половины учебного времени. При этом в методическом отношении лучше проработаны лекции, а не семинары. Ориентация на простую передачу содержания дисциплины, а не активизация студента для самостоятельного изучения дисциплины является результатом недостатков общей системы подготовки специалиста в российском вузе. Пассивная роль студента закладывается системой приема в вузы, отсутствием выбора преподаваемых дисциплин, системой общей оценки знаний, слабой учебной инфраструктурой вузов (библиотеки, литература и журналы, технические средства обучения, компьютерные классы, множительная техника и др.).

Для начального этапа мегапроекта ИПРО были характерны непроработанность методов и критериев оценки усвоения курса и знаний студентов; неопределенность соотношения устных и письменных форм промежуточного и итогового контроля; недооценка значения технических и, в частности, информационных технологий в организации преподавания и контроля знаний студентов. Между тем мировые стандарты преподавания политологии ориентированы на преобладание самостоятельных форм работы, активизирующих мышление, логику, аналитические способности студентов. Именно в направлении изменения соотношения активных и пассивных методов обучения в пользу первых работали вузы участники мегапроекта.

Несмотря на очевидные преимущества активных методов преподавания в плане эффективности, решение этой задачи оказалось весьма непростым делом, а проблема целесообразности использования различных методов в преподавании политологии, в том числе проблемы соотношения "активных" и "пассивных", "традиционных" и "новаторских" методов стала одной из наиболее дискуссионных. В ходе реализации мегапроекта как в рамках внутривузовских обсуждений, так и на межвузовских семинарах, организованных при содействии НФПК, вопрос об использовании различных методов в преподавании политологии обсуждался многократно и активно.

В ходе этих дискуссий их участники пришли к мнению - и это нашло отражение в разработанных программах - о том, что в качестве ответа на вопрос о соотношении активных и пассивных методов обучения вряд ли целесообразны готовые детально регламентирующие рецепты и предписания. Современная политическая наука включает значительный спектр различных по уровню обобщения направлений, объединяя в своем составе теоретические и прикладные отрасли. Поэтому вряд ли оправданы унифицированные требования, одинаково приложимые ко всем курсам. Общей установкой разработчиков всех курсов являлась ориентация на значительный удельный вес активных методов обучения, а конкретное соотношение методов определялось спецификой предмета. Очевидно, что ряд тематических направлений в большей мере поддается формализации, тогда как другие - противятся ей. То же относится и к практике устных и письменных форм контроля. Ни первое, ни второе само по себе не является панацеей - оптимальность соотношения устных и письменных форм контроля определяется спецификой предмета при безусловной желательности доминирования активных форм обучения.

Следует отметить, что, несмотря на очевидную целесообразность расширения использования активных форм обучения в процессе преподавания политологии, практическое внедрение активных методов обучения оказалось непростой задачей. В частности, это проявилось в том, что, несмотря на ритуальное признание эффективности активных методов обучения и проверки знаний (рефераты, тесты, игровые методики, контрольные вопросы и задания), тем не менее, на промежуточных этапах разработки программ основной формой занятий в подготовленных курсах выступали лекции и семинары. Большинство представленных на промежуточных этапах мегапроекта программ ориентировали студента на освоение содержания курса - его тематику и категориальный аппарат, но не на то, как изучать дисциплину. Не было требований к написанию рефератов, к количеству и качеству заданий, которые студент должен выполнить в процессе изучения дисциплины, к контрольным вопросам. Не было ясно, по каким темам будут проводиться тесты или контрольные работы. Не был определен объем литературы, необходимый для проработки (представлена, как правило, библиография по теме).

По итогам реализации мегапроекта в результате совместных усилий авторов курсов, сотрудников НФПК и членов Экспертного комитета по политологии соотношение активных и пассивных методов преподавания заметно изменилось в пользу первых; был увеличен удельный вес письменных форм промежуточного и итогового контроля знаний студентов, расширено использование современных информационных технологий преподавания с использованием ресурсов сети Интернет, включая интерактивные формы обучения. В результате подробных усилий большинство разработанных в рамках мегапроекта ИПРО курсов в обязательном порядке содержит детализированные требования к написанию рефератов; к количеству и качеству заданий, которые студент должен выполнить в процессе изучения дисциплины, к контрольным вопросам. Представлен перечень тем и вопросов для тестов и контрольных работ; определен объем литературы, необходимый для проработки; детально прописаны требования по написанию эссе и т. д. В ряде вузов предусмотрена многоступенчатая системы проверки знаний студентов, включая обязательные письменные работы, тесты, деловые игры и т. п. Таким образом, обеспечение расширение активных методов обучения достигается не за счет призывов и лозунгов, а посредством обеспечения условий и технологии самостоятельной работы студентов.

Специально следует затронуть проблему использования математических методов в учебном процессе при изучении ряда политологических курсов. Очевидно, что, хотя возможности математико-статистических методов и вообще квантификации в политологии отнюдь не безграничны, тем не менее, квантификация стала необходимой составной частью политологических исследований за рубежом и должна найти свое место в подготовке специалистов-политологов в России. Существенный изъян подготовки отечественных специалистов политологического профиля в 1990-е гг. заключался в слабом знании этих методов. Ряд политологических дисциплин в принципе могут обходиться без них, но, например, политическая социология и психология, сравнительная политология, социальная политика, публичное управление и др. без этого обедняются. Продуктивный опыт конструктивного использования потенциала математической науки и политологических изысканий в преподавании политологии имеется на факультете прикладной политологии ГУ ВШЭ. В рамках мегапроекта ИПРО были предприняты шаги по дальнейшему продвижению в этом направлении. В частности, преподавателями ГУ ВШЭ были представлены два курса, основанные на синтезе математического и политологического знания (курсы "Политическое моделирование" и "Нелинейные политические процессы"). Эти курсы могут быть использованы во всех заинтересованных вузах-участниках проекта.

Особо следует затронуть проблему применения новых информационных методов и технологий обучения политологов и контроля знаний студентов. В этой связи следует отметить, что на промежуточном этапе реализации проекта разработчики представили только 2 программы, посвященные этой проблеме. Электронные технологии в политологическом образовании, к сожалению, пока не стали общим достоянием преподавателей. Курс «Компьютерные технологии в политической науке и образовании» предусмотрен Стандартом только для магистерских программ. В методическом отношении пока Интернет-сайты кафедр только разворачивают свою работу. В этом отношении следует отметить позитивный опыт политологического факультета МГИМО, для которого использование современных электронных технологий при распространении опыта этого вуза в преподавании политологии и международных отношений стал одним из доминирующих и эффективно используемых. В Томском университете создан прототип информационного портала для сопровождения деятельности университета в рамках НФПК; разработана автоматизированная система анализа результатов образовательной деятельности университета.

Следует отметить, что создание материально-технических возможностей и соответствующая подготовка персонала для всестороннего и полноценного использования информационных технологий имеет решающее значение для развития дистанционного образования. В этом отношении следует также отметить наработки МГИМО(У) МИД РФ, который в значительной мере реализует потенциал ресурсного центра для подготовки и переподготовки специалистов в области мировой политики и международных отношений.

Особо следует выделить проблему использования информационных технологий в ходе текущего и итогового контроля знаний студентов. Анализ хода реализации мегапроекта, а также многочисленные дискуссии в рамках совещаний разработчиков курсов и экспертов НФПК не дает оснований для однозначной оценки использования информационных технологий в качестве инструмента контроля. Наиболее общим выводом видится убеждение в избирательной эффективности подобного рода методики контроля. Как отмечалось выше, различные суботрасли политической науки в разной степени поддаются формализации как в ходе преподавания, так и в ходе контроля знаний. Например, изучение методов политического анализа немыслимо без использования специальных контрольных тестов, тогда как механическое применение тестирования за счет полного вытеснения традиционных форм контроля в изучении неинституциональной сферы политики (политическое сознание, политическая культура и т. п. тематические блоки) может привести к упрощенным и схематизированным трактовкам этих феноменов.

Кроме того, следует отметить также несовершенство значительной части используемых в настоящее время тестов (наличие не взаимоисключающих ответов; возможность многопланового толкования вопросов и - соответственно - ответов; значительное упрощение предмета изучения и т. п. недостатки), которые нередко ориентируют студентов на запоминание шаблонных схем и не способствуют развитию творческого самостоятельного мышления. Поэтому вряд ли обоснована фетишизация тестирования в качестве безальтернативной методики оценки знаний студентов: тестирование - это один из возможных методов контроля, но отнюдь не монопольный.

В целом все вузы-участники проекта предприняли усилия, направленные на изменение соотношения аудиторной и самостоятельной форм работы в пользу последней. Так, в МГУ соотношение аудиторной и самостоятельной работы изменилось с 2, 3 до 1, 82 в пользу последней; в РУДН это соотношение изменилось с показателя 50/50 на 40/60 в пользу активных методов; в ГУ ВШЭ это соотношение изменится с 1,2:1 на 1:1,2 в пользу активных методов; в МВШЭСН – с 0,7 до 0, 45 в пользу активных методов. Существенно изменилось соотношение активных и пассивных методов обучения в ДВГУ. Значительно расширились возможности использования компьютерных технологий в оценке знаний студентов. Компьютерное тестирование стало неотъемлемым компонентов системы оценок знаний во всех вузах-участниках мегапроекта ИПРО.

Комментируя изменение соотношения различных методов обучения в пользу активных, следует отметить, что распространение активных форм обучения имеет важное значение еще в одном отношении, а именно в том смысле, что оно формирует культуру самостоятельной работы студентов. Последнее имеет если не решающее значение, то бесспорно, чрезвычайно важное значение по целому ряду обстоятельств - как общего, как и специфического характера. Во-первых, интенсивный ритм обновления современного знания и лавинообразный темп обновления информации в современном мире конституирует готовность к самообразованию в качестве необходимого условия успеха на всех поприщах, связанных с информацией. Во-вторых, специфические условия формирования нынешнего корпуса преподавателей (многие из которых "учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь") в сочетании с чрезвычайно неблагоприятными социальными условиями и слабым знанием иностранных языков обусловили весьма средний уровень профессиональной подготовки преподавательского корпуса. Поэтому полученные исключительно пассивным образом - преимущественно в лекционной аудитории - знания заведомо носят усредненный характер. В условиях обострения конкуренции на рынке труда способность и готовность к непрерывному самообразованию составляют важную предпосылку успеха.

Между тем в области организации самостоятельной работы студентов даже вузы-участники не могут предъявить значимые достижения. Можно констатировать, что создание условий и стимулов для самостоятельной работы студентов остается актуальной задачей для всех вузов-участников.

Что касается предложений и рекомендаций в плане развития навыков самостоятельной работы студентов, то разработчики курсов высказали мысль о том, что наряду с преподаванием теории желательно организовывать студенческую производственную практику, которая бы позволила подготовить студентов к их будущим профессиональным обязанностям как в качестве исследователей, так и в качестве политических аналитиков, политических технологов и консультантов, государственных служащих, а также занятых в других областях современной политической жизни, в которых будущие политологи смогут найти себе работу.

2.9. Повышение квалификации преподавателей-политологов

Оценивая качество преподавательского корпуса в настоящее время, следует отметить крайне неблагоприятные стартовые условия вхождения в политологическую проблематику для многих преподавателей. Как неоднократно отмечалось выше, фактическое отсутствие политологической традиции в нашей стране в течение длительного времени обусловило тот факт, что абсолютное большинство преподавателей политологии получало профессиональное образование "факультативно", "без отрыва от производства", используя базовые знания истории, социологии, права, философии, научного коммунизма. Учитывая крайне неблагоприятный социальный контекст этого процесса (низкие зарплаты, понижение социального статуса, психологические травмы от того и/или другого и т. д.), очевидно, что подобная переквалификация происходила не только "без отрыва от производства", но в условиях значительных перегрузок вследствие многократного совместительства. Вследствие этого проблемы повышения профессиональной квалификации отодвигались на второй, а то и третий план - на это не хватало ни времени, ни сил, ни возможностей. Между тем применительно к политологам в 1990-е гг. речь шла не просто о повышении квалификации, а о полномасштабной переквалификации, ибо, как известно, вплоть до начала 1990-х гг. политология как самостоятельная вузовская дисциплина в нашей стране отсутствовала, и сообщество преподавателей-политологов формировалось за счет притока в эту сферу выпускников исторических, философских, социологических, экономических и др. факультетов. Вышесказанное определяет запредельный уровень перегрузок, который испытало на себе сообщество вузовских преподавателей, избравших в качестве своей новой специальности политологию; полноценные возможности повышения квалификации отсутствовали.

Поэтому получение возможностей повышения профессиональной квалификации за счет средств мегапроекта ИПРО (наряду со средствами ряда других источников) невозможно переоценить, ибо благодаря этому проекту многие преподаватели получили редкую (а преподаватели региональных вузов - практически исключительную) возможность повышения профессиональной квалификации не только за счет самообразования.

Основным инструментом повышения квалификации стала академическая мобильность - стажировки за пределами родного вуза - в образовательных учреждениях Москвы, Санкт-Петербурга и стран дальнего зарубежья. Характеризуя достигнутое в ходе реализации мегапроекта повышение степени академической мобильности, следует отметить, что этот процесс не всегда был простым и гладким. По мнению экспертов, отбор кандидатов на стажировки, особенно зарубежные, порой носил отпечаток служебной субординации, в результате которой на стажировки с учебными целями претендовали не только молодые и перспективные преподаватели, а маститые ученые, для которых более оптимальной формой академической мобильности можно считать репрезентацию результатов собственных научных и методических достижений. Позитивную роль в преодолении этих и других трудностей сыграли усилия сотрудников НФПК и Экспертного Комитета по политологии в части организации постоянного мониторинга хода реализации проекта и его корректировки. В качестве позитивных примеров в организации оптимальной системы академической мобильности можно назвать кафедру политологии ПермГУ, все молодые преподаватели которой прошли стажировки в российских или зарубежных вузах, а большинство представителей всех возрастных когорт преподавателей политических наук ПермГУ представили результаты своих исследований на представительных всероссийских (Третий Всероссийский конгресс политологов в Москве в апреле 2003 г.) и международных конференциях и семинарах (выездной семинар в Оксфорде и др.).

Что касается других вузов-участников, то следует высоко оценить организацию профессиональной мобильности преподавателей в МГУ, МГИМО, МВШЭСН.

По итогам реализации мегапроекта можно констатировать, что профессиональная переподготовка преподавателей политической наук стала одним из важнейших содержательных и кадровых результатов проекта. В деятельность по профессиональной переподготовке преподавателей политологии было вовлечено большинство вузов-участников Однако особо следует выделить деятельность в этом направлении факультета политологии МГИМО(У) МИД РФ в рамках проекта «Создание Центра повышения квалификации преподавателей политологии» (субзайм № Е/А.85/02). В раках этого проекта были подготовлены 16 учебных комплексов и методических материалов. Часть курсов представлена в печатном и интернет-вариантах, остальные – интегрированы в информационную систему.

В гг. факультетом политологии МГИМО(У) МИД РФ были проведены 2 летние политологические школы, в ходе которых были организованы тренинги и семинары, индивидуальных стажировки, дистанционные курсы. В их работе приняли участие до 200 преподавателей из 60-70 региональных вузов. В 2004 г. в МГИМО(У) МИД РФ были проведены дистанционные обучающие курсы «Политика в интернете», «Глобальное управление», интерактивные занятия по использованию информационных технологий в политологическом образовании, конференция «Применимость европейской системы образовательных кредитов (ECTS) к российскому политологическому образованию», «Профессиональный английский язык для политологов». В июне 2004 г. в рамках упомянутого проекта состоялась итоговая конференция «Стратегическое управление российским политологическим образованием». Ведется работа по созданию работы консультационной службы ЦПК по внедрению ECTS в российском политологическом образовании.

По существу МГИМО(У) МИД РФ выступает в качестве ресурсного центра для кафедр политических наук и международных отношений значительного числа российских вузов. Основными вехами в реализации МГИМО(У) функции ресурсного центра стали разработка и модернизация учебных курсов по политической науке, мировой истории и международным отношениям; подготовка хрестоматии по политологии и словаря по мировой политике; проведение научных конференций в Москве и региональных университетах; создание электронных ресурсов; чтение выездных краткосрочных курсов лекций; проведение научных конференций и семинаров в Москве и региональных университетах; проведение экспертной оценки и рецензирования выполненных поддерживаемыми кафедрами работ; проведение совместных научных исследований; консультирование и осуществление научного руководства молодыми специалистами поддерживаемых кафедр; прием на стажировки студентов старших курсов, аспирантов и молодых преподавателей; обеспечение доступа на стажировки студентов старших курсов, аспирантов и молодых преподавателей; обеспечение доступа региональным специалистам к информационным и библиотечным ресурсам МГИМО(У) МИД РФ и его партнеров.

Устойчивая традиция межвузовского взаимодействия дает основание предполагать эффективное и быстрое распространение результатов деятельности МГИМО(У) МИД РФ в рамках мегапроекта ИПРО и внедрение этих результатов в таких российских вузах и вузах СНГ, как Санкт-Петербургский, Казанский, Кубанский, Ростовский, Нижегородский, Пермский, Томский, Иркутский государственные университеты; Белорусский (Беларусь), Алматинский (Казахстан), Ташкентский (Узбекистан) государственные университеты; Университет мировой экономики и дипломатии (Узбекистан); Международный Кыргызский университет (Кыргызстан); Кыргызо-российский (славянский) университет (Кыргызстан); Бакинский государственный университет (Азербайджан); Украинский государственный университет им. (Украина). Есть основания ожидать, что результаты работы преподавателей МГИМО(У) МИД РФ в рамках мегапроекта также будут востребованы профессиональными общественными организациями политологов (РАПН, РАМИ, Учебно-методические объединения по политологии и международным отношениям).

Не менее плодотворной была деятельность в сфере профессиональной переподготовки в МГУ им. . За счет стажировок в ведущих вузах и политологических центрах повысили квалификацию около 40 преподавателей МГУ и более 30 студентов. Среди университетов, в которых стажировались преподаватели и студенты МГУ – Нью-Йорский университет им. Кеннана; Джортаунский университет (США); университет Вилланова (США); Школа государственного управления Максвелла Сиракузского университета (г. Сиракузы, США); Питтсбурский университет (США); Венский университет (Австрия); Пражский университет (Чехия); Лейденский университет (Голландия); Высшая федеральная школа государственного управления (Германия); Институт федерализма при Ганноверском университете (Германия); Свободный международный университет социальных исследований (Италия); университете г. Бирмингема (Великобритания). Заслуживает специального упоминания тот факт, что 20 преподавателей МГУ прошли программу языковой подготовки

Аналогичным образом обстоит дело в МВШЭСН, 12 преподавателей и 8 студентов прошли переподготовку или участвовали в международных конференциях, в том числе стажировки в университете Хельсинки (Финляндия); университете Стокгольма (Швеция); Лондонской школе экономики; университетах Манчестера и Эдинбурга (Великобритания); Центре российских исследований им. Дэвиса Гарвардского университета. В ГУ ВШЭ 7 преподавателей прошли переподготовку или участвовали в международных конференциях (университеты г. Мюнстера, г. Эрфурта, г. Тюбингема, Свободный университет г. Берлина, Германия); колледж Св. Антония Оксфордского университета, Великобритания); Колумбийский университет (США).

Позитивен опыт профессиональной подготовки, которым располагает РУДН, преподаватели которого прошли переподготовку или участвовали в международных конференциях (в том числе в Йельском и Католическом университетах, США; Карлтонском университете; университете Западного Онтарио; университете МакГилла, Канада); всего было представлено 20 докладов на международных конференциях и публикаций в зарубежных изданиях (в т. ч. на Всемирных конгрессах политических наук в Квебеке (Канада, 2000 г.) и Дурбане (ЮАР, 2003 г.).

Среди региональных университетов несомненным лидером в области профессиональной подготовки стал ПермГУ. Абсолютное большинство преподавателей прошли переподготовку или участвовали в международных конференциях (всего было представлено 20 докладов на конференциях и научных публикаций, в т. ч. в зарубежных изданиях); 23 внешних для вуза зарубежных и российских специалиста представили лекции и доклады. Специального упоминания заслуживает проведенный в ноябре 2003 г. в Оксфорде выездной семинар для разработчиков курсов ПГУ. Этот семинар не был случайным эпизодом. Пермский университет связан с Оксфордским более, чем десятилетним сотрудничеством в разных областях, подписан договор о сотрудничестве между двумя университетами. Выездной семинар стал одной из немногих, если не уникальной попыткой, презентации в престижном и авторитетном зарубежном университете модели политологического образования, разработанной российскими учеными из регионального вуза, а также и команды молодых и перспективных исследователей из российского региона. Несомненно, подобные формы повышения квалификации способствуют прорывному изменению качества профессиональной квалификации, но также очевидно и то, что такие формы были бы невозможны без действенной и основательной поддержки НФПК. Следует также отметить, что подобные акции не только способствуют прогрессирующей профессионализации российских политологов, но и работают на авторитет отечественной политологии в целом.

Следует отметить, что в ходе мегапроекта профессиональных контакты устанавливались и укреплялись не только с коллегами из дальнего, но и ближнего зарубежья. Так, преподаватели ПермГУ прошли стажировки а Киевском государственном университете, библиотечных центрах и архиве г. Львова (Украина). Уже несколько лет насчитывает традиция плодотворного сотрудничества редакции журнала "Полис" и журнала "Политическая мысль" (Киев). В этом контексте достоин упоминания тот факт, что ряд совместных семинаров и публикаций двух вышеупомянутых журналов были осуществлены при поддержке Эберта. Думается, что поддержка совместных проектов российских политологов и их коллег из ближнего зарубежья является перспективным направлением возможной дальнейшей просветительской деятельности неправительственных организаций, подобных Всемирному Банку.

Характеристика усилий по повышению профессиональной квалификации региональных политологов была бы неполной без упоминания о ряде форумов национального и международного масштаба при поддержке региональных администраций, являющих примеры сотрудничества неправительственных организаций и региональных властей (например, всероссийский научный симпозиум «Публичная политика в социальной сфере: региональная модель» при участии Администрации Пермской области). Заслуживают упоминания примеры международного сотрудничества (симпозиум представителей российско-канадского проекта «Университет Калгари-Горбачев Фонд»); плодотворной исследовательской деятельности в рамках проекта (летняя школа «Регионализм в политическом и социокультурном измерении»; семинар по модели гражданского образования «Публичная экспертная дискуссия по проблемам гражданского образования») и др. Важной формой повышения профессиональной квалификации стала такая форма, как проведение мастер-классов с участием ведущих политологов страны. И в этом отношении лидером был ПермГУ, в котором число внешних по отношению к вузу специалистов, выступивших с лекциями и докладами, составило 23.

Приведенные данные свидетельствуют о многоплановом, полиаспектном характере форм повышения профессиональной квалификации политологов в рамках мегапроекта ИПРО. Именно такой полиаспектный формат, сочетающий достоинства традиционных и инновационных технологий профессионализации представляется перспективным направлением возможной дальнейшей деятельности в этой сфере. По итогам реализации проекта можно констатировать, что заметное повышение качества профессиональной подготовки преподавательского корпуса вузов-участников мегапроекта ИПРО стало одной из наиболее очевидных удач этого проекта.

2.10. Научная работа преподавателей и студентов

Проблемная ситуация в сфере научных исследований по политологии определена тем, что, с одной стороны, степень вовлеченности преподавателей-политологов в исследовательский процесс и интеграция результатов научных исследований в учебный процесс является необходимым условием качественного преподавания. С другой стороны, возможности участия преподавателей в научных исследованиях ограничены. Неоднократно упомянутые выше обстоятельства (недостаточное финансирование сферы образования, поглощенность многих преподавателей заботами повседневного выживания, нерешенность социальных проблем работников вузовской сферы в 1990-е гг.) радикально и негативно сказались на развитии исследовательского процесса в вузах и привели к количественной и качественной деградации вузовской науки. Как известно, вульгарно истолкованный принцип прагматизма (точнее, утилитаризма) применительно к сфере образования воплотился на практике в ликвидации исследовательских подразделений во многих вузах. Если в советский период большинство вузов располагали собственными исследовательскими подразделениями, а вузовский преподаватель имел право на полугодичную стажировку с целью повышения квалификации не реже одного раза раз в пять лет и мог рассчитывать на получение творческого отпуска для завершения работы над диссертацией, написания монографии, совершенствования иностранного языка и т. п., то в 1990-е гг. совершенствование профессиональной квалификации в целом и научная работа в частности в большинстве вузов стало личным делом сами преподавателей.