Мировые державы
и конфликтный потенциал в «горячих точках»
Современная динамика конфликтов во многих «проблемных районах» мира показывает, что политика стран Запада и, прежде всего, США не способствует уменьшению конфликтного потенциала того или иного региона. На этом фоне можно отметить, что геополитические противоречия между Россией и США, в общем, сохраняются, несмотря на неоднократные декларативные заявления об устранении этих противоречий. Стоит вспомнить, что в бытность СССР эти противоречия часто становились причиной сильнейшего обострения ситуации в некоторых ключевых районах. Особенно пострадал от этого Афганистан, где обстановка до сих пор остается сложной.
Начальной причиной афганского кризиса было осуществление непродуманного решения высшего руководства СССР о вводе советских войск на территорию этого государства. Запад резко осудил этот ввод, впоследствии и сам СССР признал ошибочность и незаконность этого шага и, спустя многие годы войны, вывел свои войска с территории Афганистана. После этого интерес стран Запада, да и СССР, к этой стране значительно упал. Наивно было бы ожидать, что в разрушенном до основания Афганистане, который и раньше был весьма отсталым государством, возникнет прогрессивный режим. Значительная экономическая помощь со стороны ведущих держав и их отказ от корыстных интересов позволили бы Афганистану решить многие проблемы, что исключило бы возможность создания такого фундаменталистского режима, каким оказался «талибский». Кстати, США сами вначале закрывали глаза на действия и укрепление этого режима. Есть данные о том, что американские спецслужбы содействовали формированию, а в дальнейшем – усилению режима, чтобы в будущем воспользоваться его возможностями для своих целей. Однако после того как талибский режим почувствовал в себе силу, он повел независимую, в том числе и антиамериканскую политику, кульминацией которой явились события 11 сентября 2001 года.
Мы не зря совершили экскурс в Средневосточный регион: происходящие там события связаны непосредственно и с Кавказом, где глобальные противоречия между Россией и США, а также некоторыми другими странами Запада, во многом стали причиной возникновения конфликтности, которая сохраняется здесь до сих пор.
Западу следует осознать, что западные нормы демократии и прав человека не могут служить мерилом демократии во всем остальном мире, в том числе и на Кавказе. Демократия – это не жесткая матрица, которую можно было бы применять ко всем народам. Реальная жизнь, религиозные особенности, специфика общественного развития и многие другие факторы требуют весьма осторожного и взвешенного подхода к процессам, происходящим на Кавказе, Ближнем и Среднем Востоке. Страны Запада, равно как и Россия, должны отказаться от политики использования конфликтных ситуаций в своих корыстных целях. К каждому конфликту нужно подходить с учетом его конкретных особенностей.
На Кавказе наибольший конфликтный потенциал характерен следующим зонам: Чечня, Грузия – Абхазия, Грузия – Южная Осетия, Карабах, Северная Осетия – Ингушетия. Конфликтными зонами второго порядка, где при стечении обстоятельств может серьезно обостриться обстановка, являются следующие: карачаево-черкесский, кабардино-балкарский, внутридагестанский, лезгино-азербайджанский, армяно-грузинский в Джавахетии, внутригрузинский.
Исторически судьбы народов Кавказа связаны с Россией, и только она в состоянии сегодня кардинально содействовать в разрешении существующих конфликтов и способствовать тому, чтобы в зонах потенциальных конфликтов не разгорелись новые. И в этом деле странам Запада следует оказывать России разумное содействие, а не прибегать к тактике противодействия. К примеру, проблема Чечни оказалась намного сложнее и запутаннее, чем представляли на Западе, и было бы гораздо полезнее, если бы страны Запада, вместо постоянной критики действий России в Чечне, оказали ей помощь в поисках путей решения этой проблемы.
Роль третейского суда в условиях Кавказа себя не оправдывает. К примеру, новейшая политическая линия американцев в Грузии не только не способствует нормализации обстановки в Грузии и вокруг нее, а наоборот, обостряет ситуацию в регионе. Запад должен предельно осторожно и взвешенно подходить к своим действиям на Кавказе, чтобы они не стали причиной еще большего осложнения обстановки. Следует учитывать, что между странами Востока, даже расположенными в одном и том же регионе, имеются весьма существенные различия. В решении существующих и предотвращении возможных конфликтов следует исходить из специфики государств, народов, их культуры и истории. Исламская религия, преобладающая на Ближнем и Среднем Востоке, мало способствует унификации какого-либо из подходов. Имеются более существенные факторы, которые могут в большей степени, чем религия, влиять на ситуацию. Как правило, исламскими лозунгами пользуются для консолидации внутри самих политических сил. Что касается консолидации между политическими силами внутри того или иного государства, то здесь исламские лозунги оказываются эффективными чаще всего при наличии общей опасности, нависшей над данным государством. Например, в Афганистане при наличии советских войск ислам серьезно способствовал консолидации сил антисоветской коалиции. Однако, как только внешняя угроза отпала, внутри самой этой коалиции возникли острые противоречия, в конечном счете, способствовавшие победе талибов.
В Ираке даже внешняя угроза не смогла консолидировать силы, выступающие сегодня против присутствия американских оккупационных сил. В этой стране межнациональные противоречия между арабами и курдами оказались настолько острыми, что их принадлежность к исламу единого суннитского толка осталась на второстепенном плане. Что касается арабов Ирака, составляющих около 80% населения, из которых 20-25% сунниты, остальные – шииты, но между ними религиозные разногласия оказались значительно более существенными, чем принадлежность к единой нации.
Разумеется, ислам изначально сыграл весьма существенную роль в формировании существующих в данном регионе государств. Но не следует преувеличивать роль ислама, он скорее служил знаменем борьбы за создание государства и сохранения его суверенитета. Национальный и политический факторы имели некий доминирующий характер в этом процессе. Но примечательно, что эти страны часто воевали между собой именно под исламскими лозунгами.
Сам процесс становления большинства государств Ближне - и Средне-Восточного региона весьма сложный и противоречивый, и, к сожалению, на Западе до конца не изученный и не понятый. Сохранение многих из этих государств в современных границах часто оказывалось возможным благодаря огромным усилиям, как правило, недемократического характера. В ходе исторического развития в результате проб и ошибок в этих странах сложилось определенное, «выстраданное» равновесие, которое обеспечивало суверенитет этих стран и относительный комфорт для большинства его населения.
Что касается конкретно США, они ясно представляют последствия своей активности на Кавказе (да и в Афганистане), и цель этих действий состоит не столько в уменьшении напряженности в этих регионах, сколько в усилении собственных позиций – в том числе и в противовес позициям России.
Для реализации своих целей США не воздерживаются и от разного рода авантюрных шагов. Следует заметить, что востоковедческая наука в Америке неплохо развита, и американские востоковеды в состоянии сделать аналитический прогноз – будь то прогноз в отношении Афганистана, Ирака и Кавказского региона. Тем удивительнее досадные промахи, допущенные США в этих конфликтных районах. И в Афганистане и Ираке американцы сами себя загнали в тупик, выход из которого крайне сложен, а последствия нынешнего «кризиса присутствия» здесь США пока трудно оценить.
Для демонстрации хотя бы визуального успеха среди части населения Ирака, США вынуждены оказывать широкую поддержку курдам, которые де факто почти вышли из состава Ирака. Следует ожидать в перспективе цепную реакцию активизации курдского движения в соседних с Иракским Курдистаном районах Турции, Ирана и Сирии, с компактным курдским населением, общая численность которого доходит до 40 млн. человек. Сомнительным представляется американский успех и среди шиитов Ирака, составляющих большинство населения этой страны. Шииты Ирака, традиционно тяготеющие к Ирану, ни при каких обстоятельствах не поменяют симпатий к этой стране и его режиму.
Что касается Афганистана, следует вспомнить, что талибы опираются на пуштунское большинство, общая численность которых в Афганистане и Пакистане составляет более 45 млн. человек. Успех американцев в их продолжающейся афганской кампании также далек от однозначности.
В том случае, если США попытаются активизировать свои действия на Кавказе при консервации сложнейших конфликтов в Афганистане и Ираке, они могут оказаться в еще более сложной ситуации. Сам факт ввязывания США в разрешение весьма сложных и запутанных конфликтных ситуаций одновременно на Ближнем и Среднем Востоке (при наличии в стране мощных востоковедческих центров и высококлассных специалистов-востоковедов, способных делать глубокий аналитический прогноз), вызывает большое недоумение и даже удивление. Скорее всего, политические амбиции и лоббизм интересов в Америке превосходят разумный аналитический подход, основанный на реалиях, как исторических, так и современных. Все это чревато непредсказуемыми последствиями, и мировое сообщество должно сделать все, чтобы мировые политические процессы были возвращены в нормальное русло - с разумным взвешенным и объективным подходом. Стабильность и сбалансированность в международной жизни – вот приоритет общих усилий мировых держав в урегулировании региональных конфликтов.
