Влияние изменений климата на социально-экономическую систему (стр. 1 )

3. ВЛИЯНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ КЛИМАТА НА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКУЮ СИСТЕМУ

The agro climatic resource change in Mongolia and its impact

Azzaya D., Gantsetseg B.

Institute of Meteorology and Hydrology, Mongolia

Keywords: Air temperature, temperature change, crossing date, sum of active temperature, sum of effective temperature, the biological minimum, growth and development of agricultural crops, non-frosted period, temperature higher than 260C, precipitation, soil moisture.

Introduction

At the present climate change is taking much more attention of scientists from different countries of the globe. There is significant change in land cover due to an increasing of anthropogenic forcing, such as desertification and deforestation may affect climate by changing the hydrological cycle and surface energy balance. Therefore we have to better understand the climate change at the regional and global levels and its impact to social and economics.

The vegetation plays an important role in the transfer of matter and energy from the Earth’s surface to the atmosphere. Interactions between the land surface and the atmosphere, and the resulting exchanges of energy and water have a large effect on climate (Sukla & Mintz 1983). A vegetation canopy is characterized by its leaves square, height, development, vegetation cover, leaf orientation angle etc.

One of the most significant sectors of Mongolian economy is agriculture.

Since 1960-s in Mongolia the agriculture has started to develop more intensively and widely. Recently Mongolia has 1.3 million hectares of arable land that can produce environmentally clean and friendly products.

According to above mentioned we have calculated and compared the average air temperature for a year, the cross date, precipitation, soil moisture and their change in the last 30 years in Mongolia in this paper. Also we have tried to do some statistical and time series analyses. This research is based on meteorological and agro meteorological observational data at the stations of Mongolia.

Used data and methods

In the recent study we have used the meteorological and agro meteorological data from 1961 to 2004. In this paper mostly used the time series analyses and statistical methods.

Results

Temperature is one of the mean factors for the growth and development of agricultural crops. Most useful characteristics of temperature are the crossing date, sum of active and effective temperature above the biological minimum of plants.

The annual air temperature has increased by 1.90C in Mongolia for the period from 1940 to 2004 [P. Gomboluudev, IMH, Mongolia].

Firstly, we have analyzed the average air temperature for a year for the period between 1961 and 2004. Due to the annual air temperature warming the crossing date of air temperature through the 00C and 50C in the spring and in the autumn are changed.

The number of days with temperature above 00C and 50C are increasing in the study region. Recently 188-202 days or 51.5-55.3% of a year are days with temperature above 00C in Mongolia. Figure 1 shows the change of days with temperature above 00C. In the last 14 years number of days with temperature above 00C is changed by 3-10 days depending on natural zones and locations.

In the last 14 years the sum of active and effective temperature above the biological minimum is increased by 55-2100C (Fig. 2 & 3) for the growth period in the region. It says that, the heat provision is good for agricultural crops in Mongolia. Due to increasing of active and effective temperature growth period is delayed by 3-10 days.

Fig. 1. Change of days with temperature above 00C.

The number of days with temperature higher than 260C in the period of May-July in Mongolia has increased by 2-7 days.

The duration of non-frosted period in the agricultural regions of Mongolia is increased by 7-27 days in the last 14 years.

Fig. 2. The change of sum of active temperature above 100C, & .

Fig. 3. The change of sum of effective temperature above 5оC.

Due to the global warming during the last 14 years amount of precipitation for the growing period has decreased and precipitation amount of the cold period has increased by 5%.

Depending on precipitation amount for the growth period in Mongolia the soil moisture is also decreasing in the last 30 years.

Fig. 4. The precipitation change, and .

Conclusions

The air temperature is warming in Mongolia. Due to this warming crossing date of air temperature through the 00C and 50C in the spring and in the autumn are changed. The number of days with temperature above 00C and 50C are increasing in the study region. Recently 188-202 days or 51.5-55.3% of a year are days with temperature above 00C in Mongolia.

In the last 14 years the sum of active and effective temperature above the biological minimum is increased by 55-2100C for the growth period in the region.

The duration of non-frosted period in the agricultural regions of Mongolia is increased by 7-27 days in the last 14 years.

The number of days with temperature higher than 260C in the period of May-July in Mongolia has increased by 2-7 days.

Due to the global warming during the last 14 years amount of precipitation for the growing period has decreased and precipitation amount of the cold period has increased by 5%.

Depending on precipitition amount for the growth period in Mongolia the soil moisture is also decreasing in the last 30 years.

References

1. Climate change and agriculture. Ulaanbaatar. 2002.

2. B. Jambaajamts. Climate of Mongolia. Ulaanbaatar. 1989.

3. Lomas J. Agro meteorology of wheat. Bet-Dagan. 19p.

4. Mavi H. S. Introduction to Agrometeology. New Delhi. 19p.

5. Martin Parry. Climate change & world agriculture. London. 19p.

6. Sinitsina. N.I. Agro climatology.

О состоянии лесных компонентов лесостепи Забайкалья в связи с динамикой климата

Институт общей и экспериментальной биологии СО РАН, г. Улан-Удэ

Based on the recent botanical studies within the forest-steppe zone of Transbaikalia and Northern Mongolia, the relative stability of forest patches formed by coniferous trees has been established. At the same time the drying up of marginal parts of forest patches predominated with Betula pendula and B. davurica was revealed everywhere. It is supposed that the drying up is caused by intensive drought had been occurred in 2003 on the background of climate aridisation.

Взаимоотношения леса и степи в лесостепной зоне являются предметом внимания исследователей уже более 100 лет. В результате, к настоящему времени опубликовано значительное число работ, освещающих разнообразные аспекты состава, структуры, экологии и динамики сообществ лесостепи (Сизых, 2007; Неронов, 2008).

В настоящей работе мы акцентируем внимание на результатах наблюдений, проведенных в ходе флористико-геоботанических исследований Забайкалья (Бурятия и Забайкальский край) в гг.

Цель данного сообщения – показать различия в состоянии лесных компонентов лесостепи, сложенных разными древесными породами, в связи с климатическими изменениями.

Лесостепь в Забайкалье встречается на территории Бурятии, преимущественно в ее южной части (имеются также отдельные лесостепные участки в Баргузинской и Тункинской котловинах и Восточном Саяне), и в южной части Забайкальского края (Читинская область и Агинский БО). «Бурятские» и «Читинские» лесостепи пространственно разграничены, а занимаемые ими территории относятся к разным бассейнам, соответственно Енисейскому (Ледовитоморскому) и Амурскому (Тихоокеанскому). По ботанико-географическому районированию (Лавренко и др., 1991) «Бурятские» лесостепи относятся к Орхоно-Нижнеселенгинской горно-лесостепной подпровинции, а «Читинские» – к Нерчинско-Ононской горно-лесостепной подпровинции, Хангайско-Даурской горно-лесостепной провинции, Центральноазиатской (Дауро-Монгольской) подобласти Евразиатской степной области.

В «Бурятской» части забайкальской лесостепи лесные участки образованы Larix sibirica Ledeb., L. gmelinii (Rupr.) Rupr., Pinus sylvestris L., Betula pendula Roth. В «Читинской» части – L. gmelinii, Pinus sylvestris, Betula pendula, B. davurica Pall.

На юго-западе Бурятии (бассейн р. Джида) распространены сообщества из Larix sibirica (Закаменский и Джидинский районы), на северо-востоке – из Larix gmelinii (Еравнинский район) и Betula pendula с примесью Populus tremula L. (Еравнинский и Хоринский район), в срединной части (Селенгинский, Кяхтинский, Бичурский, Мухоршибирский, Иволгинский, Заиграевский районы) – из Pinus sylvestris. Географическое распространение лесообразующих пород и отдельных типов лесной растительности в «Читинской» лесостепи подробно охарактеризовано (1993). Нами выполнен краткий обзор растительности лесостепи на отдельных участках Шилкинского, Нерчинского, Чернышевского, Шелопугинского, Газимуровско-Заводского, Нерчинско-Заводского, Калганского, Александровско-Заводского районов и Агинского бурятского округа.

В результате выполненного обзора установлено, что состояние лесных компонентов лесостепи неодинаково. При этом различия связаны не с географическими особенностями, а с составом лесообразующих пород. Так, в лесных участках лесостепи, сложенных хвойными породами, не выявлены изменения в состоянии сообществ на ценотическом уровне (Аненхонов и др., 2008), отсутствуют видимые изменения на ландшафтном уровне и в уровне жизненности отдельных особей во всех обследованных районах. Более того, с середины 1980-х годов происходит экспансия сосны в степные ландшафты (Глызин и др., 2005). По нашим наблюдениям, сосна активно оккупирует заброшенные с 1990-х годов поля, которые в настоящее время представляют собой бурьянистые, либо остепняющиеся залежи; в коренные степные сообщества она может внедряться только при наличии нарушений их почвенно-растительного покрова. Лиственные породы – Betula pendula, B. davurica – проявляют тенденцию к деградации сформированных ими сообществ. Свидетельством этому является отмирание особей лиственных деревьев, расположенных на периферии березовых сообществ, а также отдельно стоящих особей. Обнаружилось, что еще один древесный компонент лесостепных березняков – Populus tremula – отмирает, находясь даже в срединных частях лесных участков. Заметим, что явление отмирания деревьев на периферии лесных участков наблюдалось нами практически во всех районах, где имеется березовая лесостепь: в Еравнинском и Хоринском районах Бурятии, в Шилкинском, Нерчинском, Нерчинско-Заводском, Калганском, Александровско-Заводском районах Забайкальского края, а также в Северной Монголии.

Отмирание берез на границе их экологического ареала (у предела засухоустойчивости) вероятно не имело аналогов в предшествующий период. Так, и (2006), проведя анализ атмосферных засух в степной и лесостепной зонах Забайкалья, сделали вывод, что за период 1960–1990 гг. границы степной и лесостепной зон не претерпевали существенных изменений, что может быть косвенным свидетельством отсутствия усыхания березовых участков в лесостепи в указанный период. В доступной ботанической и географической литературе сведений о подобных явлениях нами не обнаружено.

Возникает вопрос – каковы причины отмирания берез в лесостепи, наблюдающегося в последние годы? В первую очередь нами было сделано предположение, что это связано с пожарами, вызванными выжиганием ветоши в травяных сообществах в весенний период. Однако при специальном обследовании выяснилось, что лишь на некоторых участках отмершие деревья были повреждены огнем. При этом масштабы повреждений были не очень значительными. В то же время, наблюдались березняки, в которых стволы живых берез были повреждены огнем до 2–2,5 м, и это не привело к их отмиранию. Оценка состояния подстилки и надпочвенного покрова в живых и отмерших послепожарных березняках также не показала различий. Таким образом, отмирание периферических частей березняков и отдельных деревьев, по-видимому, не связано с пирогенезом. Исходя из этого, мы попытались рассмотреть данную ситуацию с точки зрения обусловленности ее климатическими причинами.

В этом случае необходимо сначала дать сравнительную оценку экологических особенностей лесообразующих пород лесостепи. По отношению к температурному фактору наиболее выносливыми являются Larix gmelinii и Pinus sylvestris: первая хорошо адаптирована к низким температурам, а вторая – наиболее толерантна к высоким. По устойчивости к дефициту увлажнения выделяется Pinus sylvestris, способная к снижению интенсивности транспирации до минимальных значений – 0,01 г/(г х час.) (Касьянова, 2004). Наименьшую устойчивость имеют Populus tremula и Betula pendula; Betula davurica и виды Larix занимают промежуточное положение. Из этих сведений видно, что одним из факторов, вызвавших усыхание периферических частей лесостепных березняков, может явиться ухудшение условий увлажнения.

Как известно, текущее глобальное потепление климата проявляется и в Забайкалье, где отмечаются положительные тренды температур, в основном за счет холодного периода года (Куликов и др., 1997; Новороцкий, 2007; Обязов, 2007). Более сложная картина наблюдается в оценках трендов увлажнения. Так, имеются данные о снижении влажности воздуха и количества осадков в степной зоне Бурятии (Смирнова, 2004) и в целом по Западному Забайкалью (Груза и др., 2007). По некоторым данным (Груза и др., 2007), тренды количества осадков в Восточном Забайкалье за последние 30 лет характеризуются незначительными положительными значениями. При более детальном способе расчета тенденция роста осадков после 1980-х годов сменилась трендом их уменьшения (Новороцкий, 2007). Согласно данным -Малевича и др. (2007), современный климат юга Сибири в целом отличается минимальными значениями влажности почвы, особенно – в начале лета. В общем, можно считать, что на всей территории Забайкалья в последние десятилетия наряду с потеплением происходит аридизация климата. Это явление отражает общую ситуацию, на фоне которой произошла частичная деградация лесостепных березняков в Забайкалье и Северной Монголии. По-видимому, более конкретным фактором – триггером, «запустившим» процесс усыхания березняков, явилась сильная засуха 2003 года, когда, согласно данным официального сайта Гидрометцентра России (http://*****/klimRus), на территории региона в апреле-мае наблюдался крайний дефицит осадков, особенно в восточных районах Республики Бурятия и центральных районах Читинской области. Этот дефицит усугубился высокими температурами воздуха в мае. В пользу справедливости такого предположения говорит то, что наблюдаемое на обширной территории Забайкалья и Северной Монголии явление усыхания мелколиственных пород в лесостепной зоне носит однотипный характер.

Вышесказанное позволяет заключить, что лесообразующие породы лесостепи Забайкалья по-разному реагируют на текущие колебания климатических условий. Хвойные породы обладают достаточной резистентностью к текущим (в том числе достаточно экстремальным) изменениям температурных условий и обеспеченности влагой. В отличие от них, лиственные породы менее устойчивы и в случае аномально засушливых условий образованные ими ценозы в лесостепной зоне подвержены деградации.

Работа выполнена в рамках проекта, поддержанного грантом РФФИ–ГФЕН КНР № .

Литература

1. , , Liu H., Guo D. Изучение климатогенной динамики лесостепной растительности: подходы и первые результаты // Глобальные и региональные особенности трансформации экосистем Байкальского региона: Материалы Российско-Монгольского симпозиума. Улан-Батор, 2008. – С. 23-32.

2. Гидрометцентр России: о погоде из первых рук. Официальный сайт // http:// *****/klimRus.

3. , , Корсунов исследования в контактной зоне «лес–степь» как источник о ее динамике // Сиб. экол. журн. 2005. Т. 12. № 1. – С. 79-83.

4. , , Рочева изменения атмосферных осадков на территории России по данным инструментальных наблюдений // Бюллетень «Использование и охрана природных ресурсов в России». 2007. № 5. – С. 37-42.

5. , Максютова засухи в степной и лесостепной зоне Байкальской природной территории // Природные ресурсы Забайкалья и проблемы геосферных исследований: Мат-лы науч. конфер. Чита, 2006. – С. 52–54.

6. Дулепова горной лесостепи Даурии и их динамика. Чита, 1993. – 396 с.

7. Касьянова растений Прибайкалья (водный обмен). – М.: Наука, 2004. – 288 с.

8. , , Корсунов почвы: экология, теплоэнергетика и прогноз продуктивности. Улан-Удэ: БНЦ СО РАН, 1997.

9. , , Никулина Евразии. – Л.: Наука, 19с.

10. Малевский-, Молькентин Е.К., Надежина Е.Д., Семиошина А.А., Салль И.А., Хлебникова Е.И., Шкляревич О.Б. Анализ изменения пожароопасной обстановки в лесах России в XX и XXI веках на основе моделирования климатических условий // Метеорология и гидрология. 2007. № 3. – С. 14-24.

11. Неронов экотоны Северной Евразии: история изучения и структурно-функциональная организация // Успехи соврем. биол. 2008. Т. 128. № 1. – С. 35-51.

12. Новороцкий изменения в бассейне Амура за последние 115 лет // Метеорология и гидрология. 2007. № 2. – С. 43-53.

13. Обязов климата в Забайкалье // Материалы XIII науч. совещ. географов Сибири и Дальнего Востока. Иркутск: Изд-во Института географии им. СО РАН. 2007. Т.2. – С. 97-98.

14. Сизых сообщества контакта сред как проблема экологии и биогеографии // Известия РАН. Сер. Биол. 2007. № 3. – С. 354-359.

15. О тенденциях изменения климата степной зоны республики Бурятия // Проблемы устойчивого развития региона: 3-я школа-семинар молодых ученых России. – Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2004. – С. 194-195.

Здоровье детей Забайкалья

, ,

ГУЗ Областной консультативно-диагностический центр для детей, Чита

Здоровье детей Забайкалья вызывает определенную тревогу, хотя показатели здоровья находятся на уровне средних по России. В связи с географическим положением и особенностями факторов внешней среды забайкальские дети имеют некоторые отличия в состоянии здоровья от здоровья детей, проживающих в других территориях. Один процент территории Российской Федерации занимают Северные районы края и в них проживает 25635 человек, из них 1363 эвенка, что составляет 5,3% от общего населения этих районов, при этом 55,4% проживает в Каларском районе, 38,2% – в Тунгокоченском районе, 6,4% – в Тунгиро-Олекминском районе.

Специалистами Читинского филиала ГУ Научного центра медицинской экологии Восточно-Сибирского научного центра Восточно-Сибирского научного центра Сибирского отделения РАМН и ГУЗ Областного консультативно-диагностического центра для детей с помощью выездных бригад изучено состояние здоровья детей Севера Забайкалья, структура заболеваемости, распространенность бронхиальной астмы, эндемического зоба и других заболеваний.

Состав бригады: педиатры, аллерголог-иммунолог, пульмонолог, невролог, оториноларинголог, дерматовенеролог, окулист, врач ультразвуковой диагностики, врач функциональной диагностики, лаборант, гинеколог, детский гематолог/онколог, хирург, эндокринолог.

С помощью аудиологического скрининга у детей Севера Забайкалья выявлена высокая распространенность хронических заболеваний среднего уха у детей коренного населения. Уровень хронического гнойного среднего отита – 22% (наивысший уровень по РФ – 9,7%).

Иммунологические показатели крови детей Забайкалья отличаются не только от европейских, но и в зависимости от времени проживания детей в регионе. Имеются особенности и в показателях липопероксидации в крови у детей северных регионов Забайкалья.

Анализ распространенности перинатальных факторов риска неинфекционных заболеваний позволил выявить следующее:

1. Профессиональные вредности – 14,2% матерей, 20,6% отцов.

2. Патология беременности – 11,2%.

3. Патологические роды – 18,9%.

4. Выкидыши в анамнезе у матери – 15,8%.

5. Родилось недоношенными – 6,4%.

6. Родовая травма – 21,2%.

7. Длительно находились в стационаре с различными перинатальными осложнениями – 9,2% новорожденных.

Одним из главных факторов формирования здоровья ребенка является естественное вскармливание (ребенок должен получать грудь матери до 1 года). Продолжительность грудного вскармливания в Забайкалье низкое, так, на Севере получали грудное вскармливание больше 6 месяцев – 4.2%, менее 6 месяцев – 39,6% детей.

Таблица 1

Частота встречаемости нарушений жирового, углеводного обменов у детей
в зависимости от продолжительности грудного вскармливания

Показатель	Продолжительность грудного вскармливания < 3мес.	> 3 мес.
Дислипидемия, %	28,9	21,7
Гипергликемия, %	3,9	2,6
Нарушение обмена, %	37	29,3

Наследственная предрасположенность к неинфекционным заболеваниям (ИБС, ХНЗЛ, эндокринопатии, ГБ) характеризуется следующими факторами:

1. Неполная семья – 22,4% (мальчики – 55%; девочки – 45%).

2. Вахтовый метод работы – 53% отцов; 24% матерей.

3. Неблагоприятный климат в семье – 8,9% опрошенных семей.

4. Пассивное курение в присутствии детей: 32,5% родителей (92,4% отцов, 21,6% матерей). Некоторые дети курят с 4-х летнего возраста!

Негативный вклад на состояние здоровья детей на Севере оказывает патологическое протекание беременности:

- повышение АД встречается в 3 раза чаще у женщин, проживающих на Севере;

- дислипидемия – 41% беременных женщин;

- дисбаланс иммунитета, клеточного состава крови – 24,7%.

Для выхода из создавшейся ситуации нами по заданию администрации была разработана областная целевая программа «Здоровый ребенок ()».

Цель этой программы: социальная поддержка материнства и детства, создание условий для охраны здоровья матери и рождения здоровых детей, охрана репродуктивного здоровья, предупреждение и снижение материнской и младенческой заболеваемости и смертности, улучшение питания матерей и детей, сохранение и укрепление здоровья детей и подростков, повышение интеллектуального, трудового и оборонного потенциала Читинской области. Ожидаемые результаты реализации программы:

- снижение распространенности дефицита микроэлементов (йода, железа) среди детей и подростков;

- снижение инвалидизации детского населения от тяжелых бронхолегочных заболеваний на основе обеспечения высокого уровня медицинских технологий и внедрения единых стандартов их диагностики и лечения;

Рис. 1. Патологическая пораженность детского населения северных районов
Забайкальского края за период годы.

Рис. 2. Патологическая пораженность детского населения районов Забайкальского
края за период годы.

- развитие регионального регистра заболеваемости и мониторинга детей и подростков с хронической бронхолегочной патологией для планирования потребности в затратах и контроля качества лечения больных;

- снижение уровня заболеваемости и профилактика наиболее распространенных болезней у детей, проживающих в экологически неблагополучных, в том числе северных районах.

Влияние лесных полос на климат в степной зоне

,

Институт природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН, г. Чита

Influence of forest belts on improvement of a climate in a steppe zone is considered: speed of a wind is reduced, the temperature and an atmospheric humidity and soils raises, a rainfall during the winter period are in regular intervals distributed, the freezing of soil on fields is reduced. Positive influence of forest belts on productivity of agricultural cultures is marked.

Одной из важнейших задач развития сельского хозяйства в степной зоне Забайкальского края является увеличение урожайности сельскохозяйственных культур и производство продуктов животноводства. Решение этой задачи нельзя представить без проведения агротехнических и лесомелиоративных мероприятий, предусматривающих создание системы взаимосвязанных лесных полос, направленных на повышение плодородия, обеспечение усиленного поглощения воды почвами, перехват талых и ливневых вод, прекращение ветровой и водной эрозий, улучшение микроклиматических условий.

На юге Забайкальского края расположены огромные открытые пространства степей. Высокая расчлененность рельефа, легкие по механическому составу почвы, постоянно дующие ветры весной, отсутствие осадков в этот период вызывают пыльные бури, ветровую эрозию, а в период выпадения летних ливневых осадков способствуют распространению водной эрозии. В результате безвозвратно снижается плодородие и без того бедных гумусом почв. В настоящее время в регионе примерно 2,0 млн. га сельскохозяйственных угодий подвержено ветровой и водной эрозии. Наступает момент, когда эксплуатация степных природных комплексов опережает природоохранные мероприятия; сельскохозяйственные предприятия перестают считаться с природными особенностями региона (горным рельефом, резко континентальным климатом, глубоким промерзанием почв (до 3,5 м), недостаточным выпадением осадков (200-250 мм в период вегетации), скелетностью почв).

С 1967 года в Забайкальском крае было создано около 30 тыс. га лесных полос, под защитой которых находилось более 500 тыс. га пашен. Благодаря большим усилиям лесоводов и аграриев региона, пашни степных просторов, подверженные дефляции вдохнули жизнь и были поставлены на службу человеку. Лесные полосы в степи изменили экологические условия на прилегающих полях, снизили скорость ветра на 40-50%, улучшили микроклиматические условия и повысили урожай сельскохозяйственных культур. Посадки деревьев и кустарников вокруг населенных пунктов улучшили условия жизни сельских тружеников.

Исследования, проведенные сотрудниками Читинского института природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН показали, что изменения в основном происходят за счет ветрового режима, на который, в свою очередь влияет конструкция лесных полос, породный состав и высота насаждений.

Несмотря на использование плотной и ажурной конструкций, все лесные полосы снижают скорость ветра на расстояние равное 20-25-кратной высоте полосы. Однако, лесные полосы ажурной конструкции с равномерно изреженным древесным пологом снизу вверх, лучше снижают скорость ветра по сравнению с лесными полосами других конструкций. Этим требованиям изреживания древесного полога отвечает сосна обыкновенная, береза плосколистная, лиственница Чекановского и тополь душистый. Последний, имея крупную скелетную крону, мало влияет на снижение скорости ветра, особенно, когда находится в безлиственном состоянии. В степных районах данную особенность необходимо учитывать в ранне-весенний и поздне-осенний периоды, так как в это время наблюдаются наиболее губительные ветры, вызывающие дефляцию почвы.

На полях, защищенных ажурными лесными полосами, температурный режим почвы в течение года значительно отличается от открытого поля. В зимнее время это связано с влиянием лесных полос на равномерное распределение снега на защищенных полях, в результате почва промерзает на небольшую глубину. На открытых полях снег сносится ветром и почва промерзает на глубину 2,7-3,5 м. В весеннее время лесные полосы, снижая скорость ветра, увеличивают температуру почвы на 1-3ºС по сравнению с открытым полем, тем самым «обогревают» почву, способствуют ее быстрому оттаиванию. Такое повышение температуры почвы ускоряет начало полевых работ на 5-7 дней.

Кроме того, лесные полосы ажурной конструкции способствуют повышению среднесуточной температуры воздуха с незначительными перепадами днем и ночью. Поля, защищенные ажурными лесными полосами имеют температуру воздуха на 2-3ºС ниже днем и выше – ночью. Снижение температуры воздуха днем ажурными лесными полосами происходит за счет расхода тепла на испарение сельскохозяйственными растениями, которые испаряют влаги больше, чем в открытом поле. Ночью – за счет снижения скорости ветра, повышения температуры и влажности воздуха.

Лесные полосы плотной конструкции увеличивают температурные колебания воздуха за счет воздухообмена.

На полях, защищенных лесными полосами ажурной конструкции, влажность почвы достигает максимальные показатели. Наибольший запас продуктивной влаги в почве наблюдается на поле, защищенном сосновой лесной полосой. На поле, защищенном ильмовой лесной полосой повышенная влажность наблюдается на расстоянии 140-170 м от полосы, далее влажность почвы остается на уровне открытого поля. Здесь сказывается не только плотность конструкции ильмовой полосы, но и ее высота, которая в местных условиях бывает в 2-3 раза ниже тополевой и сосновой полос.

Кроме того, лесные полосы ажурной конструкции способствуют повышению влажности воздуха на 8-10% по сравнению с открытым полем, что позволяет сельскохозяйственным культурам лучше перенести весенние засухи и уменьшить норму высева семян сельскохозяйственных культур на 10-15%.

В результате исследований проведенных на полях, защищенных сосновыми, лиственничными и тополевыми полосами, установлено, что на все элементы микроклимата влияет скорость ветра. Причем, чем ниже скорость ветра, тем благоприятнее создаются условия для роста и развития сельскохозяйственных культур. В степных районах Забайкальского края оптимальные условия на пашнях создаются при создании лесных полос ажурной конструкции из главных пород - сосны обыкновенной и Крылова и вспомогательных пород – из ильма приземистого, яблони сибирской. Сосновая лесная полоса за счет охвоения работает круглый год. Лесные полосы из березы плосколистной и лиственницы Чекановского лучше работают по снижению скорости ветра по сравнению с тополем душистым, т. к. имеют достаточно разветвленную, густую крону, даже зимой без листвы и хвои. Тополь душистый является породой недолговечной и в раннем возрасте повреждается грибными болезнями.

Зачастую лесные полосы ажурной конструкции страдают от безсистемного выпаса скота, обламывания и откусывания ветвей, разрыхления почвы, в результате формируется продуваемая конструкция, которая, становится мало эффективной в засушливых условиях Забайкальского края. Поэтому выпас скота в лесных полосах должен быть запрещен.

Лесные полосы ажурной конструкции в Забайкальском крае изменяя скорость ветра, улучшают экологические условия аграрных ландшафтов в засушливых условиях климата, способствуют повышению урожайности сельскохозяйственных культур на 2-3 ц с 1 га.

Несмотря на многолетний опыт выращивания лесных полос в регионе, не удалось избежать ошибок. Лесные полосы, созданные из лиственных пород погибли. Необходимо проведение дальнейших исследований по разработке способов и технологий создания лесных полос, расширения ассортимента древесно-кустарниковых пород и повышения их жизнестойкости в условиях наступающего опустынивания.

Некоторые особенности взаимоотношения климата и инфекционной
заболеваемости

, ,

Тихоокеанский институт географии ДВО РАН, г. Владивосток

Some peculiarity of relation of climate and infection diseases of population has been elaborated.

В настоящее время вопрос о влиянии климата и его колебаний на здоровье людей стал одним из центральных как в области собственно медицинской экологии, так и во всей современной общей экологии человека или антропоэкологии. Если же смотреть значительно шире и глубже, то вопрос связи состояния здоровья людей и климата, как составной части окружающей среды, является основополагающим в формировании наших научных представлений и прогнозов о возможностях дальнейшей жизни человека. Это определяется тем, что хорошо заметные и фиксируемые изменения климата, которые, видимо, одновременно детерминированы существующей естественной природной цикличностью, а также и антропогенным влиянием, подвели человечество к так называемой бифуркационной точке развития. За этой временной точкой могут последовать события любого характера и масштаба, возможно вплоть до самых негативных, как для всего населения Земли, так и отдельных ее регионов.