Былое и настоящее (стр. 2 )

А когда началась революция, то что? Рабочий, который встал на сторону коммунистов только потому, что все его сослуживцы уже там были (и не надо забывать, с чего началось: одному-двум запудрили мозги, третий пошёл из дружеской солидарности, четвёртый, видя, как тех распирает гордость, пятый за компанию, шестой, седьмой, восьмой... потому что полколлектива уже коммунисты и не отбиваться же? Так, главным образом, распространяется зараза, а не через великие идеи), что ему делать, когда началось? Духу не хватит отступить, а дальше – больше; потом уже никуда не денешься. Отсюда и получается, что среди населения России предреволюционного времени коммунистов было процентов 20, из них настоящих коммунистов, хорошо если пара процентов. Солдаты, пришедшие с фронта, увеличили эту цифру процентов до пяти. И вот эти 5% (максимум) и затеяли всю революцию. Это вы называете волей народа? Это воля горстки идиотов плюс тупость (а так же извечная совестливость и безволие; лишь бы как все, русского человека) прочего народа. Прочий народ опомнился конечно (об этом ниже), но поздно. Уже всё, «лёд тронулся».

Однако ж я снова отвлёкся. Короче говоря, коммунизм имел силу потому, что его поддерживало достаточно много людей. Пара десятков процентов – это, конечно, далеко не все, но если учесть ещё и примкнувших сюда во время революции и гражданской войны сторонников прочих партий, то получается очень даже немало, а поддерживали, потому что придерживаться идей коммунизма (марксизма-ленинизма), быть коммунистом было модно и круто. Вот вам и народная воля

5)  Социальная необходимость. Это, в общем-то, подразумевается само собой. Жилось бы хорошо при монархии, кто бы стал слушать какую-то там агитацию? Другое дело, что человеку всегда свойственно хотеть большего, особенно если обещают рай на земле, да ещё и в кратчайшие сроки. В России же начала XX в. люди действительно хотели большего, хотели перемен. Причин тому масса и прежде всего – это открытые границы, доступность литературы, соот. давление СМИ. Не то чтобы жилось плохо, но ведь на Западе живут вон как! И мы так хотим! Нет, не то чтобы лучше, но по-другому, «прогрессивнее». Мы тоже хотим прогресса! Народ созрел для перемен. И, заметьте, какие требовались перемены? Повышение зарплаты, снижение налогов и т. п. чисто материальное – это было далеко не главное (см. лозунги того времени). Прежде всего, были требования большей свободы, во всех её проявлениях. Свободы народ хотел, а не денег. А вы говорите, при царе нищенствовали. Были бы голодные, требовали бы хлеба, а не свободы, значит, народ-то был сытый. Ведь так? А нехватка свободы… Так это в сравнении с газетным Западом.

Другое дело, что народ хотел именно большей свободы, а не коммунизма. И создал бы царь полноценную конституционную монархию - люди бы заткнулись, ведь того и надо было. Но Николай... В общем, понятно. А за коммунистами шли больше, потому что они свободы больше предлагали. Да, были ещё и анархисты, но на них не было той моды, и не кричали они так громко; служба маркетинга у них была явно хуже чем у коммуняк.

Такая была необходимость в переменах, и это желание мог удовлетворить кто угодно, в т. ч. и официальная власть. Но... Бездарная внутренняя политика, сильная агитация, мода, а тут ещё и война, сделали своё грязное дело. И жажду перемен «удовлетворила» именно коммунистическая партия. Что поделать? Уж так всё совпало.

Добавьте к этим совпадениям и случайностям ещё и недальновидность правителей прочих стран, относительно плохих руководителей других партий, просто потрясающе слабое и безвольное Временное правительство, редкостную упёртость и неуступчивость всех видных белых генералов… Не стоял бы у нас чехословацкий корпус, что тогда? Сумели бы договориться хотя бы пара-тройка белых генералов, что тогда? Если бы война закончилась на годик пораньше, что тогда? Для коммунистов же всё шло просто идеально; из ста (образно говоря) необходимых для революции факторов, им волей случая (фактически) выпали все 100. И вышла бы промашка хотя бы с одним… Удивительное везение! И как все 36 карт можно случайно разложить от шестёрки, до туза, так же у нас вершилась и революция. Хотя бы одна не та карта… Но нет же! Здесь повезло, тут повезло, снова повезло… И вот вам: революция удалась!

Но, тем не менее, прошлые пункты – это основное. Коммунисты предлагают нам ту точку зрения, будто революция свершилась потому, что народ хотел достатка, власти и свободы, а дать им всё это мог только коммунизм и люди, не будь дураками, это видели, потому и шли за компартией. Война же ещё больше накалила страсти; народ не выдержал и, как следствие, революция. На этих же основаниях победила именно компартия. Но, как видите, не по этим причинам (вернее, не совсем по этим) произошло то, что произошло.

Перемен хотели, но почему и каких? Потому что насмотрелись, начитались о Западе, и захотелось, естественно, большей свободы (в т. ч. и большей свободы в собственности, т. е. своего захотелось). А лучшая материальная жизнь – это далеко на заднем плане. Из-за этого желания люди стали против царя, ибо царь вёл внутреннюю политику и преподносил её хуже некуда. Надо было за кем-то идти. И пошли за коммунистами, потому что агитационная машина у них лучше всех, да и коммунизм в то время был в моде. Но ничего и не было бы, если бы война не спустила курок. Война не накалила, не добавила, а стала пусковой причиной. И снова не было б СССР, если бы царь опять не сглупил, отказавшись от престола, или если бы белые командиры смогли договориться, ведь противников коммунистической партии было гораздо больше, чем сторонников.

Таковы истоки революции: никудышная внутренняя политика как до, так и после революции (во времена гражданской войны); хорошая агитация компартией, плюс мода на коммунизм и война как пусковая причина. Можно было бы ещё добавить сюда менталитет русского человека, а именно: почему не боролись? Потому, выходит, против униженных и оскорблённых воюешь, потому что стыдно иметь своё, когда у другого своего нет. Эта жалость (совершенно не к месту и не по делу) во многом ослабила сопротивление. Может быть, не эта бы человеколюбивая особенность русского характера, и не выиграли бы красные в гражданской войне; не справилась бы та горстка рьяных коммунистов с народом. А какие, кстати, видят истоки наши коммунисты? Ни о том, что царь просто сглупил (говорится, что он был плохой, но не несообразительный, а это совсем разные вещи), ни о сильной и грамотной агитации, ни о моде (а казалось бы, о чём спорить? Ведь было), ни о сильнейшем влиянии войны на разум и чувства народа, и как коммунисты на этом сыграли. Народ хотел коммунизма, ибо народ понимал, что коммунизм – это лучше некуда: потому и свершилось. Чушь собачья! Не в том истоки революции и истоки становления советской власти. Настоящие же причины далеко не так красивы и возвышены. Имя же этим причинам одно – несколько совпавших по времени факторов и кучка случайностей.

И прекратите уже, в конце концов, считать исковерканную историю в изложении советской власти истиной. Вот, мол, сейчас историю коверкают. Это не сейчас, это тогда её изуродовали. Сегодня же – наоборот, история хоть немного приближается к истине. Не то вы за правду держите. По крайней мере, если не верите мне и нашей власти, поищите старые книжки и вглядитесь в те цифры и те настроения. Уж тогда, сами-то себе, точно не врали.

Становление СССР

Что есть становление? Это всё время властвования вплоть до наступления стабильности в жизни (и во всех сферах) государства. Не претендуя на всеобъемлемость и непогрешимость данного определения, я, тем не менее, буду понимать под становлением именно это время, по крайней мере, так удобнее и в наибольшей степени соответствует контексту. Стабильность же настала в СССР никак не ранее второй половины 50-х годов. Да, советская власть воцарилась ещё в начале 20-х, но... Последствия гражданской войны и разруха, затем (почти без перехода) коллективизация и индустриализация, всё бегом-бегом, и уж о какой спокойной и стабильной жизни здесь может идти речь? Нет, конечно, было стабильно беспокойно и суетливо, но это, сами понимаете, совсем не та стабильность, к которой стремится любая власть. Этот период был прерван Великой Отечественной войной, после которой понадобились ещё годы восстановления страны. Вот и выходит, что жизнь у нас стабилизировалась никак не ранее 50-х годов, а то, может быть, и вовсе только с 60-х

Но это период нестабильности слишком большой и многообразный, чтобы говорить о нём в целом. Для удобства изложения и восприятия я разобью его на несколько этапов, а именно: 1) Собственно становление советской власти (т. е. обретение полноценной государственной власти) – начало 20-х годов; 2) Внутренняя политика и жизнь народа в 30-х годах; 3) Великая Отечественная война; 4) Послевоенное восстановление страны. Это, я полагаю, не всё характерное для того времени, но наиболее яркое, а значит и по одному этому судить о становлении советской власти очень даже можно.

1) Давайте просто взглянем в лицо фактам. В начале 20-х годов в центрально-черноземном районе страны имело место быть более нескольких сотен крестьянских восстаний. Из страны уехало столько людей, было столько эмигрантов, сколько не было за всю мировую историю; все лучшие умы были высланы. Огромное количество материальных и культурных ценностей было вывезено из страны, причём большая часть самой же компартией. Разруха и голод (впервые в таких масштабах в России) повсеместно. И разве ж этого не было? Восстаний не было? Или церкви разграбили те, кто бежал? Как известно, если территория была занята белыми, церкви не трогали; приходили красные, и тут же в церквях кроме штукатурки ничего не оставалось. Не так было? Или Хлебников, знаменитый поэт, не от голода умер? И заметьте, умер в столице, далеко не в провинциальном городе, а что же тогда творилось в этих городах? И всё это через годы после гражданской войны, о самой же войне (естественно) и речи не идёт. И после этого коммунисты кричат о том, как народ жаждал советской власти, и как эта власть тут же сделала жизнь лучше. Конечно! Ведь все эти безобразия были либо только в годы гражданской войны (да неужели?), либо не власть виновата, а контрреволюционеры (ну это само собой). А так, народ только радовался; смело шагали под крыло компартии с улыбкой до ушей. Но, на самом-то деле, как власть укреплялась? Два пути: внешний – через подавление и внутренний – руками того же народа. Первый представлял собой расстрелы без суда и следствия да жесточайшее подавление даже намёков на протест. Причём это подавление, в наиболее ответственных случаях, доверялось только иноземцам, к примеру, тем же латышским стрелкам, ибо русский человек так обращаться со своими же братьями просто не мог, и власть это прекрасно понимала. Сколько людей было расстреляно в этот период? Даже учёт не вёлся, а это, надо понимать, даже не тысячи. Но ещё эффективнее расправлялся с народом сам народ. Одни комбеды чего стоят. Дед рассказывал (а ему, в свою очередь, мой прадед), что во всей деревне (под Иркутском), достаточно богатой, был всего одни разгильдяй; редкостный лодырь, дурак и алкаш. И когда туда дошли первые признаки советской власти, ему выдали кожанку и наган, как бедняку (несчастному-разнесчастному). Сей человек (тот самый «комбед» в одном лице), тут же стал «экспроприировать» всё, что нравилось, продавать задарма, деньги пропивать, а тем, кого недолюбливал, он и морду бил (ни за что, вроде «как вспомню...»), и скот пристреливал, и хозяйство крушил. И что ему сделаешь? Пикнешь, придут те самые «латышские стрелки». И думаете, где-то ещё было иначе? Вот они, комбеды и их члены. Или вы полагаете, в русской деревне нормальный трудолюбивый непьющий мужик был бедняком? Да такое даже представить трудно! Кто хотел, тот всегда мог заработать. Это только при советской власти работай – не работай, а платить всё равно не будут. Бедняки же были, как сейчас (см. современную деревню) – лодыри, дураки и алкаши. И они строили справедливое общество? Они были честны и справедливы? Бред! Даже не понимаю, о чём здесь вообще можно спорить. Этими руками и этими методами воцарилась советская власть. И не думайте, что в городе, среди рабочих, дело обстояло как-то иначе: ведь одни и те же люди. Советская власть стала властью через море крови, небывалую жестокость, и всё это руками лодырей, дураков, алкашей и прочей швали. Или, может, и комбеды контрреволюционеры придумали?

2) Три слова характеризуют это время: коллективизация, индустриализация и репрессии. Но репрессии – это не есть особенность лишь 30-х годов, а тем более одного 37-го года; этот феномен сквозит через весь период становления советской власти, и о нём я скажу отдельно. Сейчас же – коллективизация и индустриализация.

Коллективизация была добровольной?! Народ рвался в колхозы?! Не смешите! Тут даже никаких исторических справок не надо, достаточно просто представить себе ситуацию: у вас две коровы и десять мешков зерна, а у соседа-разгильдяя один облезлый кот. И вы добровольно хотите отдать соседу одну корову и пять мешков зерна?! Да не может такого быть! Если только вы не яростный фанат коммунизма, а таких на деревне было днём с огнем не сыскать, тем более после расправ двадцатых годов. И так ли уж на вас действовали бы аргументы «за»? Вряд ли. Отдать своё, кровью и потом нажитое, то, без чего знаешь, что семья может с голоду умереть (последние ж мешочки с зерном отбирали!)? И кому отдать? Этим алкашам и идиотам, которые не знают как к этой корове и подходить-то? Известно, что если общее, значит ничьё, и отношение к этой собственности соответствующее; и эта истина была известна ещё до советской власти, последняя её только подтвердила. Добровольно же шли в колхозы только те же бедняки, ибо им терять было нечего; они-то и хотели колхозы, а власть как раз и была за ними. Но ни о каком массовом добровольном вступлении и речи идти не может. В колхозы не вступали, в колхозы сгоняли силой. И ещё какой силой! За спрятанный мешок муки вплоть до высшей меры и это, извините меня, не бабушка сказала, это было прописано в законодательстве.

Но вот колхозы начали свою жизнедеятельность и что? Во-первых, это миллионы жертв, в т. ч. убитые, посаженые, сосланные, сюда же разбитые семьи, сироты... Я уж не говорю о материальном ущербе. Поток осужденных начала 30-х годов мало чем уступал потоку приснопамятного 37-го года, да только какой коммунист в этом сознается? А ведь факт, цифры писаны в официальных документах. Во-вторых, это голод, не виданный никогда за всю историю всего человечества; миллионов жертв до того ещё не было. И где голод? В богатейших местах: в Поволжье и на Западной Украине. И каково отношение к этому голоду! Кордоны, оцепление территорий и никакой помощи; дохните на здоровье! А потом в книжках пишут, как советская власть помогала голодающим! Где была эта помощь? И ведь даже пишут о чём! Как привезли зерна – молодцы! Привезли десятую часть того зерна, которое отняли в прошлом году – спасители. Или снова не так? Зерно везли голодающим, а не на экспорт, для поддержки экономики и индустриализации? Так ведь в учебнике по истории времён СССР писано, изначально (т. е. в начале 30-х годов) деньги на развитие тяжелой промышленности шли из деревни; на зерне заводы строились. А люди в это время с голоду пухли (это, конечно, уже не пишут). Или, может, и голода никакого не было? Ну и, в-третьих, как итог коллективизации – деградация и обнищание деревни. Что? Деревня развивалась, а не деградировала? В царские времена в деревне деда был всего один «комбед»; близко к тому еще несколько человек. Когда дед стал завтехником колхоза (в 50-х), воровали, отлынивали от работы и пили все; кроме, конечно, тех, кто был ещё царской закалки (деды), и кто умудрился пережить советское лихолетье. Или русская деревня стала пить только в конце 80-х – 90-х годах, как утверждают нынешние коммунисты?

Правда это или нет – понятно и дураку (коммуняки, естественно, не в счёт). И обнищание. При царе средний двор – это хотя бы одна корова, куча птиц и сарай зерна. Это в среднем. А о голоде и речи никогда не шло. Нет? Назовите мне хоть один голодный бунт с начала XIX века по 1917 г. Нет такого. И помощи голодающим власть тоже никогда не оказывала, потому что не было этих голодных. А при советской власти? У кого есть корова, то считался едва ли не богачом (вплоть до 60-х годов); пироги только по великим праздникам, и то не каждая семья могла себе это позволить. В 30-х годах за сезон давали мешок зерна на работающего человека (и ещё как надо было вкалывать, чтобы хотя бы это заработать) и денег разве что на пару буханок хлеба. И это на год. Ни один батрак при царе за такую плату и неделю не проработал бы: ищи дураков! А тут – колхоз! Полуголодное состояние колхозника вплоть до 50-х – это вообще норма. И, к слову сказать, за всю историю СССР уровень жизни крестьянина не дошел до уровня хотя бы того же 1913 г. Деревня обнищала так, как и Бирону не снилось. О колхозах, о жизни в колхозах и собственных наблюдениях отголосков того я ещё скажу ниже; сейчас же пора обратить свой взор и на индустриализацию.

В индустриализации, конечно, было гораздо больше толку, чем в коллективизации. Но, во-первых, где был этот толк? Кому от этого было хорошо? Народу? Рабочим? Несмотря на все успехи индустриализации, уровень жизни людей в целом и рабочих в частности, практически не улучшался. Что начало, что конец 30-х, какая, в общем-то, разница? Доходы те же и та же нищета. Индустриализация не улучшала жизнь здесь и сейчас, она работала на будущее, укрепляя экономику и создавая фундамент для дальнейшего развития. Не спорю, это хорошо, даже замечательно, но не о том речь. Речь о том, что жизнь-то простого человека от того не улучшилась, и жилось в то время откровенно хреново; для наглядности посмотрите на зарплаты и цены того времени.

Ладно, создавалась база – великолепно, но как и какой ценой? Вот тут уже всё совсем не великолепно. Как? В спешке (ну так, «догнать и перегнать!», «даёшь пятилетку в три года!»), а зачем? Чтобы показать миру, какие успехи достигаются при социалистическом строе. И, спрашивается, стоило оно того? Но мало того, что в спешке, так ещё и бездарными инженерами (хороших инженеров пересадили ещё до 30-х), уже советской закалки, которые знали, как подлизываться (а не подлизывались бы, были бы там же, где и все хорошие инженеры), но понятия не имели, чем болт отличается от гайки. Почему тогда такие огромные стройки не рушились через год? Почему целые города строили? А кто строил? Большая часть строек – это зеки и проектировали, строили, соответственно, тоже зеки, т. е. те самые хорошие инженеры. Не секрет же, что для ответственных заданий в любых областях деятельности то и дело из лагерей выдёргивали специалистов; какой известный ныне учёный там не побывал? А кто известен из тех, кого не сажали? То-то и оно. О руководителях же и говорить не приходится – подлиза на подлизе, бездарность на бездарности. И к этому вопросу о «как?» добавляется ещё и общая особенность всех работ: «стахановщина». Развитие по этому пути – это главный бич и индустриализации, и промышленности в целом за всю историю СССР.

Герои труда, говорите? Согласен, герои, но не такие, какими вы (уважаемые товарищи) их малюете. И тут есть несколько «но». Во-первых, что значат эти ударные темпы? То, что делалось всё на бегу, а значит и качество соответствующее. Это очевидно: чем быстрее что-то делаешь, тем хуже. Особенно это заметно в сельском хозяйстве, где эта «стахановщина» обернулась плохими урожаями, нищетой и голодом. Во-вторых, сроки не исполняются и не потому, что плохо придумано или делают спустя рукава, а просто потому, что физически нельзя успеть. Что делать? Самое простое (но и самое эффективное) – найти виноватого, т. е. «вредителя», которыми, как правило, оказывались начальники (всех звеньев) и инженеры. И сколько так было угроблено людей? Далеко не один миллион. В-третьих, «стахановщина» - это, по сути, экстенсивный путь развития и идя по нему, всегда, рано или поздно, заходишь в тупик. Это примитивизм в промышленности, сельском хозяйстве, экономике в целом, и гордиться, что СССР выбрало такой путь развития (на долгие-долгие годы) – верный признак глупости.

Но ведь ещё и какой ценой обошлась нам индустриализация! Деградация общества, ведь «семья – ячейка общества», его основа; нет полноценной семьи, и общество катится по наклонной. А много ли времени люди проводили дома, со своими семьями? Работа 12 часов, сон, работа, сон… Весьма развивающая жизнедеятельность! Впрочем, ни о каком развитии здесь и речи идти не может, ибо когда? А чему можно научиться в рабочем коллективе? Разве что мешки таскать; о какой уж культуре тут говорить? Мало того, сколько ресурсов было растрачено понапрасну? Ведь то и дело выяснялось, что стройка (какая бы она ни была) на самом деле не нужна. Это, конечно, было не так часто (стройки зеков пока не в счёт), но было! И главное, сколько жизней впитала в себя индустриализация? Ведь кто в основном строил? Зеки! Та самая 58-я. Не так? Беломорканал, Волгодон, Транссибирская магистраль, почти весь Север, Дальний Восток, Казахстан… Или Рабочие Норильск возвели? Куда ни плюнь, ко всему 58-я приложила руку. И сколько из осужденных погибло? Из тех, кто был на общих (я, разумеется, не был, но так пишут люди весьма авторитетные) – процентов 99. Т. е. почти все; СССР всю свою жизнь стоял на костях; на десятках миллионов. Или в России с 1917 г. по пятидесятые годы не убыло 100 миллионов населения? Впрочем, эта тема будет затронута чуть ниже.

Кстати, а так ли велика индустриализация, как нам её рисуют наши товарищи? Да, построено и сделано было много, но совсем не столько и не с такой выгодой, как заявляется. Добрая четверть (если не больше) «выполнения плана» - это тухта. Надо сдать сто тонн зерна, а урожай - семьдесят? Остальное приписать, ведь кто проверит? Кто сосчитает? С нашей-то извечной бюрократией и неразберихой. Если значительно меньше плана, тут уж не скроешь, тут нужен вредитель. А сроки? Как сдавалось? Тяп-ляп, лишь бы до проверки не рассыпалось. Одна ж видимость, а не результат. А то и вовсе, если есть хорошие знакомые, то сдавали объекты вообще за глаза, а там, может быть, кроме какого-нибудь наскоро сколоченного каркаса ничего и не было. Так что, читая о выполнении планов и пятилеток того времен, смело делите цифры на два; пригодного здесь действительно было не больше половины. Но мало того, что результаты совсем не те, какие рисуются, так ещё и выгода какая? Всё бегом, разработано дураками, руководят дураки, воруют безбожно; на объекты реально уходило столько денег, что ни о какой глобальной выгоде для экономики и говорить не приходится. Или снова не так? Не переделывали, не достраивали, не растаскивали? Да сплошь и рядом! А уж в сельском хозяйстве (снова не могу не отметить) все эти нововведения и ударные темпы (бросали целые поля, лишь бы доложить об окончании уборочной, ведь потом уже денег на уборку никто не давал. А не успеешь… Сами понимаете), таким боком вышли, что и представить страшно.

И что же тогда такое эта индустриализация? Относительно такой цены (как в деньгах, так и в людях и в обществе в целом) итог индустриализации весьма сомнителен. Взятый изначально курс развития (экстенсивный, «стахановщина») ничего хорошего вообще не дал. Не спорю, результаты были, и если брать их сами по себе, то они пусть и не из ряда вон, но очень даже не плохи. Но, господин средний обыватель, для вас 100 000 р. это деньги? Деньги! И неплохие; заполучить такие суммы – это же счастье! Но вы могли бы их заработать за полгода, пойдя в офис-менеджеры (как в мире было), а тут вам предлагали за них десять лет с утра до ночи таскать мешки с цементом. Те же масштабы и то же соотношение. И я нисколько не преувеличиваю, а то и вовсе приуменьшаю. Такое уж тогда счастье эти 100 000 р., заработанные таким тяжелым трудом? Стоит (стоило) оно того? Вот именно.

3) Таковы были тридцатые годы. Что запомнилось? Развал сельского хозяйства, невиданный голод, нищета всей страны, стремительная деградация общества, сомнительные (зачастую) стройки и сплошная тухта. Но тут, нежданно-негаданно, на СССР напал наш давний друг и соратник – Гитлер. Что тут можно сказать о советской власти? Только одно: позор!!! И ещё как выпендриваются! Когда говорят о плюсах советской власти, всегда на первое место ставят победу в Великой Отечественной войне. Но кто победил? Народ; партия же сделала всё, чтобы войну проиграть. И чем сегодня бравируют коммунисты? Что они войну выиграли. Наглая, бессовестная, позорная ложь! Ещё раз: выиграл народ, но не партия. А народ был под предводительством партии, хотите сказать? Был, потому мы и пустили фашистов до самой Волги, потому вся страна в руинах, потому потери у нас были около 25 миллионов, при потерях немцев – 9 миллионов. Или снова не было этого? И если бы не партия, мы бы заплатили за победу куда меньшую цену.

Ведь что сделала наша дорогая власть? Сталин знал даже конкретный день и час начала войны (это точно), но приказа о самой элементарной подготовке не дал; спровоцировать боялся. Но зачем это было нужно? Война всё равно бы началась, а история всё равно бы расставила былое по местам. И из-за этого беспочвенного опасения, из-за этой глупости мы понесли в первые дни войны просто немыслимые потери. И именно благодаря этой небоеготовности Гитлеру удалось легко прорвать оборону и за считанные месяцы дойти до Москвы. Весь провал, вся кровь первого года войны целиком на Сталине и на партии. Что ещё «хорошего» сделала партия? «Русские не сдаются» и приказ № 000 («Ни шагу назад»)? Это да, это партия. Эта стратегия была опробована ещё в русско-финской войне, которую мы, по сути, проиграли с огромными потерями, причём вообще несравнимыми с потерями противника. Сколько людей погибло благодаря этой «гениальной» стратегии нашей доблестной партии? Миллионы на фронте и миллионы в лагерях. Дед рассказывал, когда он участвовал в обороне Москвы, на пулемётный расчёт в день давали 30 патронов (это на несколько секунд боя); 30 патронов на атаку, а в это же время сзади стояли заградотряды НКВД с пулемётами и с целыми лентами тех самых патронов. Конечно, славься партия! А какие атаки были? Первая волна с винтовками, вторая – винтовки через одного, третья без оружия, с тем расчётом, что последние подберут у убитых. А придумать план, чтобы не в лоб, чтобы меньшими силами… Нет, это не по советски! Гениально, славься партия! У нас в соседней деревне есть круча, на ней в своё время восседали немцы. Для укрепления своей обороны они облили эту кручу водой (дело было зимой), но партия сказала: «овладеть высотой!». Месяц атаковали: по полю бегом, немцы из пулемётов, какая-то горстка добегает до кручи, а что дальше? Лёд, не залезешь. А сверху снова из пулемётов. Позади же – пулёметы заградотрядов! Так и положили там несколько тысяч. И это всего одна высота, не на самом напряжённом участке фронта и не в самое тяжёлое время. «Ура, за Сталина!». Слава партии! А сколько было штрафных батальонов? Это же было просто мясо. Опять же у нас в деревне послали штрафников (несколько сотен) в разведку боем. Командовал молодой лейтенант и увидя, что творится, он застрелился (прямо напротив дома моей бабушки). Кстати, не вернулся никто. Слава партии! А позорные операции, вроде той, когда под Харьковом была практически уничтожена целая армия? А приказ о невыводе мирных граждан из Сталинграда? А СМЕРШ? А все эти политруки, которые знали только одно: как лучше всего помешать и навредить? Вот это партия! Совершенно идиотская стратегия, жесточайшие репрессии на фронте и в тылу, войска НКВД и политруки. Вот это и есть «заслуги» советской власти. А что люди с голыми руками шли на амбразуры… Не партия тут шла, а русский человек.

И благодаря чему мы победили? Благодаря невероятной стойкости, упёртости, силе и неприхотливости русского человека. Ведь в Сталинграде солдат жил в среднем 1 день, офицер – 2 недели. И зная (или хотя бы догадываясь), что жить всего день, зная, что там творится, шли и хотели туда попасть. И ещё благодаря лично Жукову и Рокоссовскому, а также благодаря нашим просторам и морозам. Этим мы победили. Но где тут партия? Покажите мне, где здесь место партии? Чем помогла? Ведь даже организации войск не было нормальной вплоть до нашего победного марша. Единственная помощь партии (впрочем, и не малая) – это снабжение. Вот тут партия на высоте! В такие сроки и при таких условиях организовать производство вооружения и в таких масштабах! Правда, почему у нас до войны не было танков? Потому что Тухачевский – враг народа, а Будённый – герой, который, как известно, считал танки техникой бесполезной. Но тут ладно, тут партия более или менее исправилась. Но это всё. По всем остальным показателям, только минусы, да ещё какие! И говорить, что советская власть победила… Да, наладила снабжение вооружением, но говорить о победе партии на этом основании, это то же самое, что утверждать, будто поединок выиграл не боксёр, дравшийся на ринге, а тот, кто поливал его водой в перерывах и поправлял перчатки. Конечно, помощь, необходимая помощь, но победа завоёвывается не помощью, а руками солдат, мозгами генералов и силой народа. А уж здесь партия не то что не помогала, а только мешалась.

Такой печальной и весьма-весьма сомнительной была роль советской власти в Великой победе. Одно позорище. И как бессовестно забирают себе исключительно народную победу коммунисты. Как они кричат на митингах, в глаза ветеранам, о том, как советская власть победила! Кричат тем, кого они доканывали СМЕРШем, в чьи спины стреляли, кого так легко и так глупо посылали на верную смерть и кого после войны гноили в лагерях. Вот эта трусость, глупость, ложь и наплевательское отношение к народу как минимум на 99% характеризует советскую власть, причём не только в годы войны, но и на протяжении всей своей истории. Это же, кстати, и продолжается, но об этом я поведаю позже.

4) Тут я скажу совсем немного. Страна восстанавливалась и восстанавливалась достаточно быстро. Уже не было той дурацкой немыслимой спешки (не без неё, конечно, но уже и не в таких масштабах) и дурости, как в 30-х годах. Потому и экономии больше, и качество лучше. Никаких особых нареканий я не скажу, да и ничего экстраординарного тоже. Ну было очередное ужесточение репрессий и наказаний в конце 40-х годов, но так ведь и не привыкать.

Можно отдельно сказать по поводу контрибуций. Порою утверждают, будто мы вывезли из Германии столько, что едва ли не вся война окупилась. Это, конечно же, сущая нелепость. Мы, конечно, получили много чего хорошего, получили качественные вещи (к слову, германские станки выпуска 30-х годов, попавшие к нам после войны, проработали на нашем Сталепрокатном заводе вплоть до 90-х годов и сложные, ответственные детали точили только на них), получили новые технологии и изобретения. Но сколько было тех автомобилей, паровозов, станков… В масштабах России – капля в море. И пленные немцы – они, конечно, строили, и строили много чего, но у нас и так работников (т. е. 58-ой) хватало, и немцы здесь тоже мало чего добавляли. В общем, экономической выгоды от войны почти и не было. Политическая и идеологическая выгода (та самая, основанная на бессовестной лжи), конечно, была и ещё какая, но я эти вопросы пока не затрагиваю.

А потом, наконец-то, Сталин сдох, пришёл Хрущёв, далее знаменитый XX съезд КПСС, хрущёвские реформы… Тут, надо думать, тоже вранья навалом. К примеру, разоблачение «культа личности» и освобождение невиновных. Сильно разоблачили? Даже не приоткрыли истину, а скорее намекнули на её существование. И тут же, кстати, и эту щёлку заделали. А как подавалось… Партия разоблачила, исправила… Слава партии! Спрашивается, а кто сажал, кто всё это наворотил? Кого вы разоблачили? Себя? Ну да ничего, народ в очередной раз скушал, возрадовался, и слава богу. И многих ли, кстати, выпустили? Не то что не всех, а даже заметной части (политических) не освободили. Только и пользы, что дышать полегче стало, и то ненадолго.

В общем, становление советской власти завершается. СССР уверенно становится на ноги: в луже крови, с полупустыми карманами (деньги же в «развитие» ушли) и с ветром в голове. Отовсюду слышится «Ура!» и «Слава партии!» (за что «слава» уже не разберёшь). Повелители хихикают в сторонку и «скромно» славят «свой» труд. Совсем скоро относительно безопасные 60-е и просто-таки изумительные 70-е. Но это уже совсем другая история.

Репрессии

Репрессии – это феномен действительности, преследующий всё время становления СССР; начиная с гражданской войны и заканчивая уже Хрущёвским временем. Репрессии не были придуманы Берией, Френкелем или даже Самим Сталиным; репрессии – это детище Ленина, это логичное и последовательное продолжение красного террора. Ведь установление всей этой лагерной системы, всех основных принципов было в одном из первых декретов советской власти. А это, как ни крути, а документ, т. е. факт, от этого не отвертишься. Однако, коммунисты это, естественно, не признают; мол «культ личности» и не более того, однако ж такая выборочная слепота коммунистов – дело обычное, а потому признают/не признают – не важно; факт от этого не перестаёт быть фактом.

Хотя коммунисты с остатками совести и здравого смысла всё же говорят, что да, репрессии были, но далеко не в том масштабе, как утверждают не-коммунисты. Ой ли? Впрочем, по коммунистической логике, какие ж это репрессии? После гражданской войны расстреливали и сажали без суда и следствия? Ну так, историческая необходимость; врагов много, а разбираться некогда. Раскулачивание? Так ведь сам бог велел этих эксплуататоров уничтожить. Да, и их семьи вместе с новорожденными. А что целые деревни раскулачивали (кто ж там кого эксплуатировал?), так это… А уж что в каждой деревне десятки кулаков (хотя на самом деле далеко не во всякой деревне и одного-то можно было таковым назвать), так это… Это… Нет, не было такого! Волны вредителей 30-х годов? Но ведь почему-то дело не шло, не получалось; не партия же виновата (в дурацких методах и организации), а уж тем более, не разворовывали ж! Что, народ сам у себя воровал? Значит, кто-то вредил, а значит, за это надо наказывать. Всё, как положено. А не многовато ли этих вредителей? Не, в самый раз. Что? Чистки конца 30-х? С бюрократией боролись! Партию облагораживали! А народ? Нет. Это народа не касалось! А что приходили планы с количеством минимального числа людей, которых надо было посадить и которых надо было расстрелять? Не было! А как во многих городах (тут отличился Омск) требовали повышения плана? Бумагами слали с запросами. Это… Не, тоже не было. А военнопленные? Ну так, они ж сдачей своей родине изменили! А кто их отправлял в атаку с двумя патронами в кармане, тот не изменник и враг народа? Историческая необходимость! Может быть, но ведь и тех надо понять. Нет, сдался – изменник, а изменника надо наказывать, и плевать, какая там в мире практика; у нас передовое государство, мы лучше знаем. А репрессии по национальному признаку, когда ссылались целые народы? А закон «о трёх колосках»? А когда сажали за то, что рассказал анекдот, выкинул газету, где была фотография Сталина, сказал: «зарплата у меня маловата» или «не, немецкий станок получше нашего будет»? Или миллионы таких дел не лежат в архивах? Всё нормально, так и должно быть и, в конце концов, этого не было: ложь и провокация.