Зеленый остров (стр. 5 )

— Понятно? — сказал Семен. — Нужен свежак. «Инженеры» при помощи жердей, мелких гвоздей и шпагата стали возводить между елями каркас шатра.

Все работали быстро, но Семен с особым жаром ломал ветви, подгонял друга и шептал возбужденно:

— Перекроем нормы, а, Муха? Покажем себя... Может, и дальше возьмут...

И тащил покрывавший его с головой целый ворох строительного материала, но у шатра каждый раз задерживался, любуясь работой Ольги Алексеевны и девочек, которые быстро и ловко вплетали между жердями и натянутой бечевкой зеленые ветви.

Вдруг - невдалеке раздался тревожный возглас Павла;

— Берегись!

Строители шатра услышали глухой шум и топот. Потом между деревьями мелькнуло грузное тело какого-то животного.

Ребята едва успели расступиться, как у шатра появилась большая черная корова. Бока ее и спина были покрыты мелким и частым белым крапом. Увидев ребят, корова испуганно скосила глаза, метнулась в сторону шатра, пролезла сквозь его зеленую стенку и помчалась галопом в чащу леса. Вслед за нею, издавая отрывистое и резкое мычание, пробежали еще две коровы.

— Бизоны! — воскликнул Семен. — Нашему лагерю угрожают бизоны! Муха, готовься к обороне!

Он схватил две жердины и одну из них сунул в руки растерявшегося и перепуганного друга.

Оторопевшие от неожиданности разведчики стояли у обломков шатра, не понимая, откуда взялись коровы и чего они так испугались.

Из-за деревьев выскочил мальчик. В коротких парусиновых штанах, босой, он бежал вприпрыжку и озабоченно озирался по сторонам, вытирая рукавом косоворотки вспотевшее лицо.

Ребята не раз бывали в деревне, помогая колхозу во время уборки, и сразу же узнали мальчика. Это был Ванюша — подпасок, или, как он сам себя называл, «помощник заведующего стадом».

У колхозных ребят Ванюша пользовался особым уважением. В прошлом году во время пожара на ферме он помог скотницам выгнать из коровника обезумевших от страха животных. В панике они могли раздавить его. Ванюшка рисковал погибнуть в огне, но храбро пренебрег опасностью.

Узнав у пионеров, что его подопечные коровы только что были здесь, он щелкнул длинным бичом и огорченно сказал:

— Вот незадачливая скотина! Я ее ищу, а она... — Он поперхнулся и облизал пересохшие губы.

Ребята тотчас протянули ему свои походные фляги.

Мальчик рассказал, что они с пастухом дядей Федором пасли стадо. Было знойно, скотину одолевали слепни и оводы. Подошло время доить коров. Погнали стадо. А тут некстати гроза. И всё бы ничего, да от молнии дерево зажглось. А некоторые коровы в пожаре побывали — огня боятся. Ну и кинулись в стороны. Пятнистую зовут Красавицей. Корова нервная, беспокойная, но она ценная, — племенная, высокоудойная. «Жирность молока у нее — пять процентов! — подчеркнул мальчик. — А бурая — это подружка ее, Зорька. Куда Красавица, туда и Зорька. Точно сговорились!» Про третью корову, по кличке Рыжуха, мальчик заметил неодобрительно:

— Эту желтую я не люблю. Дура корова и бродяга: вечно отбивается на сторону! Вот теперь дядя Федор гонит стадо, а мне велел разыскать потерявшихся. Ну, ищу... Ведь доить их давно пора, вот в чем беда! Доярка Даша, верно, уж сама не своя... От заведующей фермой попадет. Полное нарушение режима! Эх! — сокрушенно вздохнул мальчик.

Ребята стали его утешать, а Ольга Алексеевна сказала:

— Не огорчайся, Ванюша! Мы тебе поможем найти коров. Ребята, — обратилась она к разведчикам. — Вот что я решила: идем в колхоз на ночевку. Грозы нам сегодня всё равно не избежать. Новый шатер строить некогда. Кругом этой горушки места топкие. Вдруг да зарядит ливень на несколько часов, — насидимся мы тут в воде!

Все с удовольствием приняли предложение. Больше всех радовалась Аринка.

— А бизонов будем ловить? — спросил серьезно Семен.

— Непременно, — улыбнулась Ольга Алексеевна.

Она оставила девочек, Мишу Чогура и Мухина сторожить походное снаряжение. Остальные должны были прочесать лес и встретиться у южной оконечности болота.

В группе Павла были Вася и Семен. Павел вооружился походной палкой. Семен шел с толстым ивовым прутом, к концу которого прикрепил веревку, завязанную петлей.

Невдалеке виднелась плотная стена зарослей орешника.

— Разойдемся, — сказал Павел. — Я пойду насквозь, а вы по краям в обход. Смотри, Семен: один ничего не предпринимай, зови нас. Голос подавай!

— Есть, командир! — обрадовался Семен свободе, поспешно повернул налево и скрылся за чащей орешника.

Павел пошел напрямик, время от времени покрикивая: «Ау!». Справа ему отвечал Вася, Семен молчал.

«Ну, погоди, капитан, — думал с досадой Павел. — Больше уже не отпущу ни на шаг!»

Впереди посветлело, но это был не конец зарослей, а только узенькая лужайка, окруженная густым орешником. Посредине ее, упираясь задом в чащу кустов, стояла пятнистая корова. Низко наклонив голову и мотая рогами, она хотела пробиться вперед, но выход ей закрывал Семен. Он полз на животе, держа над головой прут с петлей. Корова жалась к кустам и угрожающе вертела огромными рогами.

— «Чуден Днепр при тихой погоде...» — услышал Павел, и в голове у него пронеслось: «Сейчас она поднимет его на рога!».

— Красавица! — крикнул он. — Красавица!

Корова, услышав свое имя, повернула голову, и Павел прыгнул между нею и Семеном, но «бесстрашный капитан» схватил его за ногу, пытаясь оттолкнуть:

— Пусти, командир! Я сам поймаю! Это мой бизон! Положение у Павла создалось тяжелое. К счастью, вовремя подоспела Ольга Алексеевна. Она ловко накинула на голову коровы тугую петлю аварийного каната и, отскочив в сторону, затянула ее на рогах. А прибежавший Ванюша уже совал в морду корове кусок хлеба и называл ее ласкательными именами. Упрямый Семен сам повел успокоившуюся корову. Вскоре нашлись Зорька и Рыжуха. Коля с Петром привели их на привязи к месту привала.

По дороге Ольга Алексеевна, выслушав Павла, только головой покачала:

— Ну и отчаянный этот капитан!

В лагере всё было благополучно. Миша Чогур рассказал Ольге Алексеевне, что друг «капитана» — Мухин вел себя превосходно: разбирая шатер, вытащил из стволов все гвозди, собрал их и аккуратно смотал всю бечевку.

— А где же он? — спросила Ольга Алексеевна. Мухина не было. Чогур удивленно оглянулся:

— Он только что вертелся здесь... Юра, Мухин! — позвал он. Ответом были храп и сонное посвистывание. Под кучей строительного материала, образовавшейся после разбора шатра, утомленный большим трудовым днем, безмятежно спал «адъютант» «бесстрашного капитана».

Глава двадцать первая

КОЛХОЗ „НОВЫЙ ПУТЬ"

Большое двухэтажное здание новой школы, еще не обшитое тесом, стояло в конце села на высоком холме. Отсюда виднелись лесные дали, синие контуры вершин Зеленого острова, песчаные отмели реки и колхозные поля, у крыльца и позади дома — лес. Его свежие запахи хранились в бронзовых змейках смолы на бревенчатых стенах, в уже отполированном потолке из еловых досок, где срезы на сучках пестрели темными глазками.

Кое-где по углам в просторных классах стояли горки выстроганных, еще не покрашенных парт. В первом этаже был спортивный зал, с полным набором гимнастических снарядов, и новенькое пианино у стены поблескивало черным лаком. Двери, лестницы и проходы были широкие и удобные.

— Эту школу строил мой папа! — сказала Аринка гордо. Все признали, что школа превосходная, а Женя даже заметила, что в такой школе меньше четверки получать неудобно.

Аринка с удовольствием выслушала все эти лестные замечания, потом, слегка прихрамывая, побежала разыскивать отца.

Разведчики уже осмотрели все помещения школы, побывали во всех уголках. Им здесь очень понравилось.

— Оставайтесь у нас, — приставали сопровождавшие их повсюду колхозные ребята. — Вот будет весело!

Еще за километр от деревни они увидели отряд разведчиков и выбежали навстречу. Много оказалось старых знакомых, и потому расспросам не было конца.

С прошлого года здесь многое изменилось. У животноводческих ферм на окраине села выросли новые постройки — склады и конюшни, рядом высилась водонапорная башня.

Но особенно хорош был недавно отстроенный кирпичный коровник. Светлые, просторные стойла с бетонированным полом, удобными кормушками и автопоилками блистали чистотой. Вдоль прохода по однорельсовой подвесной дороге двигались кузова металлических вагонеток, подвозя к стойлам корм.

Мухину особенно понравились автопоилки, и он не мог наглядеться, как корова, надавливая мордой на педаль, открывала клапан, и вода заполняла чашку.

Колхозные ребята хотели показать гостям машины, приготовляющие для скота корм, звали разведчиков на птицеферму и в овчарню, предлагали посмотреть пасеку и фруктовый сад. Но Ольга Алексеевна сказала, что всё это они осмотрят осенью, а сейчас ребятам надо отдохнуть.

Отряд прошел через всё село. Когда-то, давным-давно, здесь чернела накренившимися избами деревушка Синьково. Теперь по обе стороны широкой главной улицы в яркой зелени стояли нарядные деревянные и каменные дома. В центре поселка, против красивого здания колхозного клуба, репродуктор разносил по всей округе мелодию веселого марша.

У дома правления колхоза отряд встретил сам председатель — Иван Степанович, плотный, плечистый мужчина лет пятидесяти пяти.

Он приветливо протянул Ольге Алексеевне большую крепкую руку.

— Здравствуй, Ольга Алексеевна! Не ждал тебя с твоими орлятами. Рад гостям!

Он шутливо потолкал и повертел разведчиков, весело их разглядывая.

— Ну выросли! Комсомольцы, да и всё тут! Спасибо за подмогу, ребята! Выручили наших пастухов. А на уборку-то нынче придете? — Он хитровато прищурил один глаз. — Или за долгую зиму других полюбили?

— Ну нет, что вы, Иван Степаныч, — запротестовала, смеясь, Ольга Алексеевна, — мы старых друзей не забываем!

— Это хорошо, — сказал председатель.

Крупное, опаленное ветрами и солнцем лицо его стало серьезным и задумчивым. Десятки белых полосок, скрытых от загара в складках морщин, выступили наружу.

— Молодцы, ребята! — сказал он. — Ну, что ж, — отдыхайте с дороги. Отдаю, Ольга Алексеевна, в твое распоряжение новую школу: расквартировывай свою команду. Гриша, — подозвал он высокого паренька с комсомольским значком на груди, — обеспечь наших гостей всем необходимым.

Он еще что-то сказал, и паренек, перепрыгнув через несколько ступенек, скрылся в конторе.

Спустя немного времени целая ватага колхозных ребят уже тащила в школу скамьи, табуретки и столы, ящики с шахматами, шашками и домино. Гриша принес даже патефон с пачкой пластинок, а девочки — свежеиспеченный хлеб, густое вкусное молоко, огурцы и помидоры.

В школе стало многолюдно, шумно и весело. Начались игры. Кто-то уже перебирал клавиши пианино. Любители гимнастики раскачивались на кольцах и перекладинах. Только Семен и Мухин понуро слонялись без дела из угла в угол.

Семен несколько раз порывался подойти к Ольге Алексеевне, но с ней всё время кто-нибудь разговаривал.

Павел сражался с местным чемпионом в шахматы. Противники, окруженные плотным кольцом «болельщиков» обдумывали хитроумные ходы.

На крыльце раздавался оглушительный треск костей. Это игроки в домино подняли такой шум. Особенно мастерски грохотал костями Вася Брызгалов.

Не с кем было поговорить Семену. Все кругом заняты. Но Ольга Алексеевна вдруг сама подошла к двум приятелям:

— Ну что, ребята, приуныли? Пора вам домой!

— Ольга Алексеевна!.. — начал с решимостью Семен, но она прервала его:

— Сеня, я знаю, что тебе и Юре хочется остаться с нами...

— Мы даем слово быть дисциплинированными, — промолвил Семен.

— Но поймите, ребята! У меня же нет согласия ваших родителей. Кто мне дал право распоряжаться вами?

Семен переступил с ноги на ногу, не зная, что придумать. А вокруг них уже стояли Павел, Вася Брызгалов, Коля и Миша Чогур. Это Мухин созвал разведчиков, надеясь на их поддержку. Павел стал горячо просить за Семена и Юрия.

— А не поедет ли кто-нибудь сегодня в город? Если бы получить разрешение, то все мы ручаемся за новичков. Я уверен, Ольга Алексеевна, что они не подведут нас в походе.

Семен с благодарностью посмотрел на командира.

— Не подведем, — сказал он торжественно. А Мухин прибавил: «Ага!».

Ольга Алексеевна на минуту задумалась, потом скользнула взглядом по лицам ребят, на которых были написаны ожидание и надежда, и сказала:

— Ну что ж, раз у вас столько заступников, постараюсь и я чем-нибудь помочь.

Узнав, что родители Семена и Мухина работают на строительстве комбината, она пообещала:

— Ладно, ребята! Пойду в колхозную контору, попробую связаться со строительством по телефону.

— Вы только скажите, — вставил Мухин, — что говорит сама старшая пионервожатая, дважды орденоносец, тогда нас сразу отпустят.

Все дружно расхохотались.

Ольга Алексеевна вернулась только через полчаса и крикнула выбежавшим ей навстречу ребятам:

— Всё в порядке!

Семен и Мухин пустились в такой пляс, что в конце концов столкнулись лбами.

Пришла Аринка. Узнав о причине общего оживления, тоже попросилась в поход. За нее ходатайствовал весь отряд. Но Аринка всё еще немного хромала, и Ольга Алексеевна посоветовала подождать до утра.

Солнце скрылось в полосе далеких туч. Быстро спускались сумерки. Гриша показал, где можно взять свежее сено для постелей. Затем решительно выпроводил всех посторонних, заявив, что ребята перед походом должны отдохнуть и выспаться. Аринка ушла ночевать к отцу.

Редкие, но очень крупные капли дождя стали падать на крыльцо, где сидели разведчики. Ольга Алексеевна распорядилась немедленно носить в школу сено и засветло оборудовать всё, что необходимо для удобного ночлега.

С холма было видно, как за лесом собираются свинцово-лиловые тучи, обволакивая небо. Вспыхивали далекие молнии. Ветер затих. Не шевелилась ни одна травинка. Стало трудно дышать.

— Какое страшное небо! — сказал Мухин. Он посмотрел на лица ребят и удивился их спокойствию.

— Да, гроза накопила силы, — согласился Миша Чогур.

— Что же нам теперь делать? — спросил Мухин, напуганный его замечанием.

Ребята засмеялись.

— Будем носить сено, — сказала Ольга Алексеевна. — Ведь никому не интересно спать на голом полу.

— А еще не скоро?.. — спросил было Мухин, многозначительно кивнув в сторону приближавшейся тучи.

— Успеешь спрятаться под крышу.

Семен и Петр отправились за сеном. Девочки в комнате сторожихи хлопотали у плиты, готовя ужин. Остальные приготовляли помещение для ночлега.

Стало темно, как ночью. Только молнии расчерчивали небо во всех направлениях. Но после каждой вспышки гром долго молчал, как бы собираясь с силами, потом гремел с оглушительным треском, заставляя вздрагивать землю. Туча наплывала на лес, закрывая его густым мраком.

В полной тишине пронесся первый порыв ветра. Он резким рывком колыхнул верхушки деревьев, как бы пробуя, крепки ли они, и сразу в знойный воздух вошла ледяная струя. Ветер поднял тяжелую волну воздушного потока и бросил ее на лес. Молодые деревца, кусты и травы пригнулись к земле, ломая ветви и стебли. В холодном вихре завертелись сучья и листья. Ревом и грохотом наполнился лес.

Ольга Алексеевна стала сзывать задержавшихся во дворе ребят. Не было Мухина.

— Не беспокойтесь, — сказал Семен. — Муха в безопасном месте.

И верно: в соседней комнате, пристроившись на сенной подстилке в темном углу, сидел притихший «адъютант». Он со страхом поглядывал на окна и вздрагивал при каждом ударе грома.

Наконец хлынул ливень. Это был настоящий водяной поток. Словно туча принесла с собой целое море и выливала его на землю.

Глава двадцать вторая

ГОРНИСТ, ИГРАЙ „В ПОХОД!"

На холме в школе все спали крепким сном, утомленные долгим переходом. В лесу продолжал бушевать ураган. Треск громовых раскатов смешался с шумом ливня. Это был сплошной гул, заглушивший все звуки. Казалось, никогда не существовало на свете ни ночного неба с мерцающими светло и ясно звездами, ни уютной тишины леса, где, внимая всем шорохам, пугливо пробирался ночной зверек, шурша прошлогодними листиками.

Не спал один Коля Смирнов — дежурный, сменивший Васю на ночной вахте. Он прошел в прихожую и, приоткрыв дверь на крыльцо, нажал кнопку карманного фонарика. Лучик уткнулся в толстую стенку воды и тумана не пробился и застрял.

По часам близок рассвет, но нет его и в помине в сырой непроглядной тьме. Дежурить недолго — один час пятнадцать минут. Потом нужно разбудить другого. Первой вступила Лида в девять часов вечера. Закончить круг полагалось Петру в семь утра сигналом горна на побудку.

Наиболее тяжелыми часами дежурства считалось время с двенадцати до четырех ночи. Девочки всегда дежурили в самом начале и конце вахты. Ольга Алексеевна неизменно выбирала для себя самые трудные часы в середине ночи.

Срок дежурства был таким коротким, что даже самого сонливого часового не успевала разобрать дремота, как надо было сменяться и будить другого. Несмотря на это, новичков — Семена и Мухина — к дежурству не допустили: люди еще неопытные, доверять нельзя.

Сигнал ко сну был дан в девять часов вечера, но гром и шум ливня над головой еще долго не давали ребятам уснуть. Скоро, однако, усталость взяла свое.

Гудела грозою ночь, и только дежурные, боясь потревожить спавших, бесшумно сменялись, вставая на вахту у крыльца.

На исходе ночи гроза ушла, но дождь всё еще продолжал долбить крышу школы.

Петр спал крепким сном, и Коле с большим трудом удалось разбудить своего подсменного.

Едва-едва пробивался рассвет сквозь густую завесу дождя и тумана. Ветер стих, и потоки воды выливались на землю отвесно.

— Попались мы, кажется, Петруша, а? Как ты думаешь? — спросил шёпотом Коля.

— На дворе не октябрь месяц, пройдет!

— Пройдет-то пройдет, но когда? Через час побудку надо трубить, а тут льет, как из бочки!

Петр вышел на крыльцо и, высунув из-под крыши голову, намочил ее под дождем. Шепнул Коле:

— А дождичек-то теплый, грибной!

Коля последовал его примеру.

— Как подогретый! — сказал он весело. — Ничего, наши ученые найдут способ управлять ливнями и грозами.

Словно испугавшись этих слов, дождь стал ослабевать наконец, совсем перестал. В неожиданно наступившей тишине, такой странной после гула, слышно было, как скатывалась с крыши и деревьев вода. Лес, потревоженный ливнем, еще некоторое время шумел успокаиваясь.

Коля и Петр мгновенно выскочили на площадку перед домом. Ольга Алексеевна проснулась и вышла вслед за ними.

— Доброе утро, Ольга Алексеевна! — приветствовали ее Коля и Петр.

— Доброе утро, ребята! — ответила она, позевывая и улыбаясь. — Ну и туман! Солнышку придется полдня поработать, чтобы пробраться к нам на землю.

Она взглянула на часы: было без четверти семь. Петр уже держал в руках горн, но ребята просыпались сами. В веселом возбуждении прыгали они с крыльца и шлепали босыми ногами по теплым, прозрачным лужам.

Прибежала Аринка, принесла письмо от отца:

«! Прошу взять в поход мою дочь Арину. Она отличница учебы. Девочка сознательная, не подведет. С приветом! Белов».

Аринка рассказала, что отца вызвали ночью на мельницу. Там из-за грозы произошла какая-то авария.

Ольга Алексеевна и Женя произвели медицинский осмотр разведчиков. Все были здоровы. Аринка перестала хромать, нога за время ночного отдыха совсем поправилась.

— Разрешаю поход, — сказала Ольга Алексеевна.

Спустя полчаса, когда школа после ночлега была вновь приведена в образцовый порядок, пришел Гриша. Он передал Ольге Алексеевне советы председателя колхоза: по сообщениям рыбаков с верховьев Песчаны, переполненная ливнем река сильно размыла наносы на перешейке, который отделяет ее от старого русла. Иван Степанович рекомендовал быть осторожными при переходе старицы.

Ребята, не ожидая приказа, уже надевали рюкзаки. Всех охватило радостное нетерпение: скорей бы в путь!

Наконец горнист сыграл «В поход!» и отряд, покидая гостеприимный колхоз, вышел на дорогу, а потом свернул в лес.

Лужайки и лесные опушки от стелющегося по ним тумана казались голубыми озерами. Солнце и ветер уже делали свое дело; всё шире и шире открывались безмерные просторы чистого голубого неба. Деревья дышали свежестью и осыпали ребят тысячами мельчайших, горевших радугой дождевых брызг. Особенно доставалось Семену и Мухину. Но это только веселило их. День обещал быть прекрасным, и ребята, бодрые и радостные, запели:

Пусть гор седых отроги,

И чащи и болота

Встречают наш отряд...

Для смелых нет преград!

И всюду есть дороги!

В поход, пионер!

В поход!

Глава двадцать третья

В ПОИСКАХ ПЕРЕПРАВЫ

Следопыт точно вывел отряд к месту, где вчера строили шатер. Ребята захватили оставленные здесь длинные жерди и направились к болоту.

Там их ожидало новое препятствие. Болото заполнилось водой. Повсюду журчали многочисленные ручьи, сбегая с окрестных, более высоких мест. Противоположный берег был окутан туманом, и только дальние вершины Зеленого острова величественно вздымались, озаренные ярким солнцем.

— Ну, вот еще один сюрприз! — воскликнула Ольга Алексеевна. — Впрочем, после сильного ливня этого следовало ожидать. Теперь вы видите, ребята, как ревниво оберегает себя Зеленый остров. Ну ничего, мы до него доберемся!

Мухин, неприязненно оглядев водное пространство, сказал, что без лодки здесь не обойтись.

— Нет, Юра, — ответила ему Ольга Алексеевна, — к сожалению, здесь не пройдет никакая лодка, — мелко!

Разувшись, она сделала несколько шагов по воде, держа в руках шест. По мере продвижения вперед топь увеличивалась, но слой воды повсюду был не более десяти-пятнадцати сантиметров.

— Плавучие средства не пригодны! — сказала Ольга Алексеевна, выходя на берег.

Она развернула карту. На неравных интервалах по краю болота были поставлены охотником три красных крестика. Один из них, самый последний, был обведен кружком.

Ребята сгрудились вокруг пионервожатой. Павел и Вася достали свои карты.

— Вот эти два ближайших к нам крестика, — пояснила Ольга Алексеевна, — указывают на обычные переходы, когда болото не затоплено водой, а третий, видимо, обозначает место партизанской переправы.

Сделали расчеты, определив точные места нахождения крестиков, и решили начать с первого. Он был всего в трехстах метрах от того участка, где находились сейчас разведчики.

Отряд разбили на две группы. Первая группа, возглавляемая Колей Смирновым, должна была налегке заниматься поисками, вторая — переносить походное снаряжение.

Начались напряженные поиски.

Петр, Коля и Вася Брызгалов, руководимые Ольгой Алексеевной, медленно двигались с шестами вдоль берега, ощупывая каждый метр грунта. Остальные шли посуху, часто присаживались, лакомились ягодами, собирали для школьных коллекций образцы лесной и болотной флоры.

Резкий, неприятный запах распространяли довольно часто попадавшиеся кустики багульника.

— Семейство вересковых. Ядовит! — объяснил Миша Чогур Семену, в котором он приметил любознательность и любовь к природе. — А это лягушечник, или хлебница, — растение тоже ядовитое, но если его корневища как следует выкипятить, то можно употреблять в пищу, например примешивать к муке и печь. Отсюда название — хлебница.

Аринка нашла росянку и стала рассказывать о том, как растение ловит насекомых. Чогур тоже прибавил несколько слов и показал клейкие желёзки, к которым прилипают насекомые, и загнутые реснички, задержавшие Добычу. Даже Мухин заинтересовался росянкой.

— Так и пожирают мушек? — спросил он.

— Переваривают, — поправил Чогур.

Семен толкнул своего друга в спину и кивнул на Мишу:

— Толковый парень, всё знает... как учитель!

Его вера в Чогура еще больше укрепилась после одного случая. Любитель черники, Мухин обирал последние, уже отходившие крупные ягоды. Тут же присел Миша, рассматривая листики частухи. Вдруг лесную тишину нарушил страшный вопль Мухина:

— Змея! Гадюка! Спасайся!..

Семен отскочил в сторону и посмотрел туда, куда указывала рука побледневшего друга.

В ногах у Чогура, быстро извиваясь пружинистым туловищем, проползла довольно большая змея. А Миша не только не вскочил с места, а наоборот, взглянул на нее, равнодушно махнул рукой и сказал:

— Проваливай, проваливай! Нечего тебе здесь делать.

На крик Мухина сбежались ребята. Они еще успели увидеть «гадюку». Не найдя никакого укрытия, она торопливо скользила к болоту. Разведчики рассмеялись, узнав в ней обыкновенного ужа.

Мухин недоумевал: «Как тут отличишь — гадюка или уж?».

Ему объяснили, что ужи очень стремительны и вертки, а гадюки медленны и вялы; быстры они только в момент нападения.

— Если ты гадюку потревожил, — заметил авторитетно Миша Чогур, — она не удерет, как уж... А сейчас свернется в «тарелочку» и начнет шипеть: Шш-а-алишшш-ь... уку-ш-ш-ш-шу...»

— Фу, гады окаянные! — вздрогнул испуганно Мухин и передернулся, как от озноба. — Все они одинаковые...

— Нет, не одинаковые, — поправил его Вася Брызгалов. — Видел, какая расцветка у ужа: в серо-голубую клетку, со светлой полоской на брюхе, а у гадюки густо-серая или даже бурая спина с темной зубчатой полосой.

— Легче по голове отличить, — заметила Лида. — У гадюки плоская треугольная и не сливается с туловищем, — очень приметная. А у ужа словно и головы нет, как у миноги или угря...

— А ну их! — с омерзением плюнул Юра. — Я этих миног и есть теперь не стану. Гадость какая!

Всё было ощупано — и безрезультатно. Двинулись несколько левее. Здесь покров болота был не таким плотным.

Стали исследовать шестами дно и наткнулись на твердую почву. Палки почти не вязли в болотном иле.

Ольга Алексеевна посоветовала искать тщательно вдоль берега и не пропускать ни одного метра. Едва она успела это сказать, как Петр, красный от натуги, с силой разворачивая шест, крикнул:

— Внимание! Моя палка уперлась в бревно или затонувшее дерево!

Быстро подошли Ольга Алексеевна, Бася и Коля. Погружая свои шесты уже с другой стороны, они нащупали твердый предмет.

— Бревно стоит, как столб, — сказал Коля, проведя своим шестом до самого дна.

Привлеченная замечаниями разведчиков подоспела и вторая группа.

Глубина здесь оказалась не более четверти метра. Петр живо раскидал болотный покров над столбом и, опустив руки в воду, ощупал столб. К нему присоединились ребята и обшарили со всех сторон странное дерево.

Свая диаметром двадцать пять — тридцать сантиметров! Таково было общее мнение.

Глава двадцать четвертая

УКРОЩЕННАЯ ТОПЬ

Находка воодушевила ребят. Каждый хотел убедиться в существовании сваи. Женя радовалась успеху больше всех; не в силах сдержать нетерпения, она готова была прямо в ботинках лезть в воду.

Семен поглядел на нее и, обращаясь к другу, заметил:

«Санитарка-то боевая! А вот завхоз Лида — тихоня!». Вообще, по его мнению, никакие девочки для похода не годятся. «Вот мы с тобой — это другое дело!» — сказал он хвастливо и пригласил приятеля «исследовать сваю». Но Мухин наотрез отказался. После вчерашнего знакомства с топким болотом он старался держаться от него подальше.

Между тем Петр, получив разрешение Ольги Алексеевны, уже стоял на свае, прощупывая шестом всё, что находилось вокруг нее. Понимая всю важность находки, он был торжественно серьезен. Тяжелая жердь так и ходила в его руках, вырывая со дна клочья грязного мшистого ила.

— Ну, как? — опросила его Ольга Алексеевна. — Ты обнаружил что-нибудь новое, или, кроме этого столба, ничего нет?

— Есть, Ольга Алексеевна, есть! — крикнул взволнованно Петр. — Сейчас, сейчас!..

Он, видимо, что-то нашел и только хотел еще раз убедиться в этом. Опустив со столба одну ногу, потом вторую, он покачался из стороны в сторону, словно пробуя прочность опоры. Взбаламученная ржавая вода пузырилась у его колен.

— Всё в порядке, Ольга Алексеевна! — доложил он. — К свае прикреплен помост из двух толстых досок или балок. Они уходят в глубь болота. Я стою на этом помосте, крепком, как дуб!

Проговорив всё это одним духом, он торжествующе оглядел всех и выдохнул: «Ух!», словно свалил с себя тяжелый груз.

Известие так обрадовало разведчиков, что уже никто, кроме Ольги Алексеевны, не слушал подробностей.

— Молодец! — похвалила Ольга Алексеевна. — Ведь это большой успех, ребята! Значит, есть надежда, что мы с вами нашли партизанские мостки, которые соединяют оба берега.

— И станем теперь «первооткрывателями» новых земель, — пошутил Миша Чогур.

Но многие из ребят приняли эту шутку всерьез. Чтобы там ни было, а каждый хотел первым вступить на землю Зеленого острова.

Женя, волнуясь, доказывала, что медицинская часть «не должна быть в хвосте», так как «первооткрыватели» могут получить на переправе повреждения. Коля Смирнов уверял, что тут без «инженеров» не обойдешься: надо же выяснить рельеф переправы, прочность крепления. Семен просто рвался вперед, не приводя в свою пользу никаких оправданий.

Настоящую выдержку и спокойствие проявляли только Павел и Лида, да еще, пожалуй, Вася Брызгалов. Следопыт был уверен, что его-то уж обязательно пустят вперед, потому невозмутимо и тщательно подворачивал брюки выше колен.

Ольга Алексеевна решила сама пойти на разведку через болото, чтобы избавить ребят от всяких случайностей но раздумала. Ей не хотелось лишать их удовольствия стать «первооткрывателями». Ее выбор пал на Васю Брызгалова и Петра. Они должны были первыми перейти на ту сторону и открыть отряду трассу перехода.

— Всё! — сказал сокрушенно Семен своему другу. — Нас не пустили, Муха!

Но «адъютант» ничуть не сожалел. Переправа по воде ему совсем не нравилась.

— Лучше бы в лодке, — сказал он, — а то еще утонешь.

— «Утонешь!» — передразнил Семен. — Тут курица перейдет!

— Я не курица, а человек, — возразил Мухин.

От края болота до сваи было не менее двух метров. Ребята притащили довольно толстую ель. Орудуя ножовкой и топориком, срезали сучья и установили дерево на болоте, чтобы было удобнее переходить с берега на сваю.

Вася, балансируя походной палкой и прекрасно сохраняя равновесие, перешел на сваю, а затем на невидимые мостки. Петр посторонился, чтобы пропустить его вперед.

— Мы готовы, — сказал он. — Можно идти?

— Шагайте смело, — ответила Ольга Алексеевна, — открывайте нам счастливую трассу!

Вася сразу начал так быстро продвигаться, что Петр сердито закричал:

— Куда летишь, сумасшедший! Тише! Ведь ты не в лесу!

Высокая фигура Петра закрывала Васю, и наблюдающие переместились немного правее, чтобы видеть обоих.

Павел спешно наносил на топографический план точное местопребывание отряда и линию перехода через болото. Миша Чогур беспрерывно менял места, щелкая своим фотоаппаратом.

Недавние враги — Аринка, Семен и Мухин — стояли рядом и мирно беседовали.

— Ну, как, ребята, — обратилась к ним Ольга Алексеевна. — Интересно, правда?

— Еще как! — воскликнул Семен. — Здорово получается!

Обычно молчаливый Мухин, за всю дорогу сюда проронивший всего несколько слов, отважился на такое признание:

— Мы бы вчера в лесу наверняка погибли! Хорошо, Ольга Алексеевна, что вы взяли нас с собой в колхоз. Нас бы по дороге в город молнией убило!

— Ну-ну, — покачала головой Ольга Алексеевна. — Ты, Юра, как видно, трусишка. Ничего бы с вами не случилось. Успели бы дойти до города, разве что промокли. Надо быть смелым! Посмотри, какие у нас ребята... Вон идут по болоту и не боятся! И я за них не боюсь, потому что верю в них. Раз ты с нами пошел, мы и в тебя должны поверить. Постарайся уж как-нибудь не, трусить. Эй, разведчики! — крикнула она. — Что у вас под ногами?

— Деревянные балки, — ответил Вася.

— Довольно плотно притертые... — прибавил Петр. — Ноги не вязнут, но немного скользят...

Они уже дошли до середины, сообщая оставшимся на берегу о подробностях перехода. Оказалось, что помост имеет отклонения. Об этом не следует забывать, а то можно оступиться.

Волнение ребят возрастало. Вдогонку разведчикам неслись возгласы:

— Эй, эй, мальчишки, не торопитесь! Шагайте осторожней!

Павел предложил заготовить шесты, чтобы вбить их потом в дно рядом с мостками.

— Правильно! — поддержала его Ольга Алексеевна. — Это облегчит переход.

Разведчики подходили к берегу. Вася первый прыгнул на землю, за ним Петр. И вот они уже стоят на берегу Зеленого острова и весело машут руками. А в ответ им несется многоголосое «ура!»

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава первая

ЗЕЛЕНЫЙ ОСТРОВ

Петру пришлось немало поработать на переправе, поодиночке переводя ребят на другую сторону.

Каждого нового пришельца, ставшего отныне островитянином, приветствовали и поздравляли.

Ольгу Алексеевну встретили слаженным звонким хором, не пожалев голосов:

— Старшей пионервожатой Ольге Алексеевне — горячий привет!

Все перешли благополучно. Не повезло только Юрию Мухину. И всё из-за того, что он трусил. Подул ветерок, пробежала рябь по воде, а уж ему показалось со страху, что балка уплывает из-под ног. Рванулся в сторону, забыв об осторожности, и угодил в болото. Перепугал всех своим криком. Петр его быстро вытащил и дальше уже не отпускал от себя ни на шаг.

Перенесены последние вещи. И вот все ребята уже на сухом берегу. Отсюда с небольшой возвышенности видны лесные массивы Зеленого острова. Их зелень многоцветна: от изумрудно-серебряной — у плакучих ив — до темно-зеленой, впадающей в синеву хвои древних елей. Над всем голубеет ясное небо. Горизонт чист и прозрачен.

Миша Чогур записал в походный дневник:

«Вперешли болото. Ветер юго-западной четверти, слабый. Видимость хорошая. Температура +19. Безоблачно».

— Построиться! — скомандовал Павел.

Каждый занял в шеренге свое место. Только Петр и Коля еще возились у переправы, как можно приметнее отмечая место перехода. Они распилили пополам шесты вбили крепко в землю высокие колья и в расщепленные верхушки вставили красные флажки. Удобный путь на Зеленый остров был открыт теперь для всех: для грибников, охотников и просто любителей побродить по лесам.

Ребята с любопытством оглядывали всё вокруг: и холмы, и узкую долину, и лес, что рос на высоких холмах, — такой густой и красивый.

— Хорошо здесь, правда, ребята? — воскликнула Ольга Алексеевна, угадав чувства разведчиков.

А ребята словно только этого и ждали. Выбежали из шеренги, схватились за руки и пошли босыми, перепачканными в болотной тине ногами отплясывать веселый танец, приминая густую шелковистую траву. Ольга Алексеевна хлопала, хлопала в ладоши, а потом и сама закружилась вместе с ребятами. Тут все увидели, как ловко танцует Аринка. Быстро-быстро перебирала она ногами, скользя на носках, и только голубые ленточки в косах подрагивали в такт пляске да развязавшийся платок шелестел от стремительных поворотов.

Даже Мухин — и тот забыл про недавние страхи. Скинул с себя промокшую в болоте рубашку и пошел выделывать ногами и руками замысловатые фигуры:

На широком на лугу

Не плясать я не могу!

От танца и веселья усталость невелика, но всё же долго развлекаться нельзя: впереди большие переходы. И вот снова раздалась команда:

— Стройся по-походному! Ребята построились.

Ольга Алексеевна сняла с плеча ружье и подняла его стволами в небо.

Павел скомандовал:

— Разведчики, смирно! В честь высадки десанта на Зеленом острове — салют!

Выстрел и громкое «ура» долго неслись раскатистым эхом, приветствуя холмы и долины.

— Отряд! Шагом марш!

Быстро идут ребята. Осталось немного: дойти до старицы Песчаны, — она должна быть там, за ближайшими холмами, — перейти ее, подняться по круче берега в лес и всё. Остановка! Привал!

— Прибавь шагу, — командует Павел. Вася и Ольга Алексеевна идут впереди, советуясь, какое удобнее взять направление. Перед тем как форсировать болото, шли на север, отклонились километра на два; теперь надо взять правее — на юго-восток, чтобы выйти к центру Синьковского бора. Начался крутой подъем.