ПЕРМСКИЕ НОВОСТИ 30 ноября 2007
Юбилей
ЛЕКАРСТВО ОТ ВСЕХ БОЛЕЗНЕЙ НИНУ ГОРЛАНОВУ ОФИЦИАЛЬНО ОБЪЯВИЛИ КЛАССИКОМ
23 ноября в библиотеке им. Пушкина прошел юбилейный вечер Нины Горлановой, названный «Древо жизни». Собралась, конечно, не вся Пермь, но читальный зал оказался полон, а количество людей, которые хотели поздравить писательницу, не уменьшалось несколько часов подряд. Дарили цветы, календари, сервизы, чай, книги, стихи, прозу, а фонд «Юрятин», совместно с библиотекой организовавший этот вечер, подарил стул!
Рассказывать о Нине Горлановой бесполезно. О ней невозможно рассказать, с ней надо познакомиться – лично или хотя бы через ее книги. Лучше всего она сама о себе рассказывает: «Я родилась 23 ноября 47-го года в деревне Верх-Юг Пермской области (широту и долготу посмотреть) – под созвездием Стрельца, холериком и экстравертом. На счастье, Бог послал меня в жизнь со слабым здоровьем, и это спасло меня от многих и многих бед, какие преследуют стрельцов – холериков – экстравертов. Так, я всего лишь один раз вышла замуж, а могла бы пять. Родила всего четверых детей от своего мужа, а могла бы восьмерых без мужа!.. Жалоб написала не более трехсот, а будь сил поболе – могла бы и тыщу! И так далее». Это строки из «Автобиографии».
К счастью, Бог благословил Нину Горланову другим – даром писателя и страстным желанием писать (что не всегда совпадает). Еще когда она работала в Пермском университете и собиралась делать академическую карьеру, ее учитель, замечательный филолог Римма Васильевна Комина, определила ее судьбу и предназначение, сказав: «Вы будете писателем!» Педагогическое чутье не обмануло. Проза Нины Горлановой, впервые опубликованная в 80-х, сразу обратила на себя внимание. С тех пор Пермь узнает себя в ее произведениях – изумляясь, пугаясь, горюя, смеясь… Все лучше узнает себя. Друзья, родные и знакомые становятся персонажами и иногда на это обижаются, а иногда гордятся. И Россия благодаря прозе Горлановой узнала Пермь, да и не только Россия. Рассказы и прозу Нины Горлановой уже давно и постоянно печатают центральные журналы, в Москве выходят ее книги. Повесть «Любовь в резиновых перчатках» отмечена первой премией международного конкурса женской прозы. «Роман воспитания», написанный совместно с Вячеславом Букуром (мужем и соавтором), признан в 1995 году лучшей публикацией «Нового мира». В 1996-м Нина Горланова вошла в короткий список претендентов на русский Буккер. Но дело не в премиях и званиях. Нина Горланова упорно, ежедневно, несмотря на все житейские трудности, пишет свою Пермь, свою большую книгу, словно выкладывает мозаичную картину из фактов, наблюдений, реплик, шуток.
Юбилейный вечер Нины Горлановой в «Пушкинке» можно бы сравнить с заметками персонажей на полях этой большой книги, о них написанной. Метафора, которую буквально реализовал фонд «Юрятин», – пока шел вечер, в зале из рук в руки передавали книгу Нины Горлановой «Вся Пермь». На полях этой книги каждый, пришедший на вечер, писал свое посвящение или поздравление писательнице, а в конце вечера «Всю Пермь» с коллективным обращением-посвящением всей Перми подарили Нине Викторовне.
Писательница читала на вечере свои стихи и прозу. А посвященные ей разнообразные по стилистике и жанрам произведения (лирические и шутливые стихи, дружеские послания и лимерики, пародии, устные философские эссе, мемуары и новеллы, хокку, торжественные речи) исполняли гости вечера. Был даже один официальный адрес (от департамента культуры, спорта и молодежной политики). Но вообще пермские чиновники не почтили вечер своим присутствием. Зато там были студенты и преподаватели пермских вузов, журналисты и фотографы, кинодеятели и писатели, библиотекари и архивисты… Четверо детей Нины Викторовны – Антон, Соня, Даша и Агния, которых многие читатели знают как постоянных героев горлановской прозы, впервые предстали широкой публике все вместе и во плоти. Каждый из них подготовил свое поздравление маме.
Областная библиотека имени Горького вручила Нине Викторовне почетный читательский билет. А декан филологического факультета Пермского государственного университета – удостоверение почетного доктора Пермского университета (вот и состоялась брошенная когда-то Горлановой академическая карьера!) и, кроме того, зачитал свой приказ по филологическому факультету. Первый пункт этого документа гласил: «Приказываю Нину Викторовну Горланову официально считать классиком русской литературы».
Впрочем, классиками, конечно, не назначаются, ими становятся. И платят за это дорогой ценой – судьбой, покоем, счастьем. Нине Горлановой все это знакомо. Когда-то в детстве она мечтала создать лекарство от всех болезней. Ей казалось, что для этого нужно смешать все самые лучшие и вкусные вещи, и тогда чудо возможно. Потом, повзрослев, она где-то прочитала признание императора Александра II, отменившего в России крепостное право, что главную роль в этом решении для него сыграли «Записки охотника» Тургенева. И тогда Горлановой захотелось написать такую книгу, чтобы какой-нибудь правитель, прочитав ее, тоже сделал бы для страны какое-нибудь благое дело. «Например, Путин, прочитав мой рассказ, увеличил бы пенсии. Но вот уже и Путин уходит, а рассказ не написался или не прочитан, а пенсии растут очень мало!».
Что ж, будут другие правители (и может быть, они что-нибудь прочтут) и новые рассказы. И в них снова смешаются не только самые лучшие вещи в мире – семья, любовь, дружба, доброта, искусство, но и самые горькие, трагичные – обиды, одиночество, болезни, смерть, разлука. Такая жизнь и такая литература. Нина Горланова сама определила рецепт своего творчества – писать так, чтобы первой реакцией читателя было: «читать стоит», а последней – «Жить стоит!». Словом, лекарством от всех болезней оказалась литература.
В Перми стоило бы издать собрание сочинений Нины Горлановой. Скажем, в шести томах (по тому на десятилетие ее жизни) или хоть в трех. Это был бы лучший подарок ей и замечательный подарок городу. Не только для Горлановой это нужно, но и для Перми – прочитаем и сделаем что-нибудь хорошее или просто станем чуть лучше. А почему бы и нет? В конце концов, теперь Горланова официально объявлена классиком!
30.11.2007
Ксения ГАШЕВА
