Материалы дальневосточной секции конференции "Наука и проблемы мира: К 50-летию Пагуошского движения ученых" (стр. 2 )

Однако к концу 60-х годов эффективность Пагуошского движения начала снижаться. Как отмечают Ю. Рыжов и М. Лебедев, "участники [Пагуошских] конференций всё реже выступали в личном качестве и всё больше как "послы" своих правительств, отражая их взгляды"[9]. Некоторые "пагуошцы" и в самом деле стали профессиональными "послами", сумев при этом сохранить лучшие качества ученых (Г. Киссинджер, Е. Примаков). Но это, скорее, исключение. Движение начало формализовываться, создавать иерархические структуры управления, расширять масштабы своих мероприятий[10], но количество далеко не всегда переходит в качество. Естественный уход тех корифеев науки, которые могли себе позволить всегда поступать по совести, а не по "рекомендации" властей, не мог не ослабить Движение. Государственные структуры во многих странах мира, руководствуясь "логикой" холодной войны, постепенно ограничивали академические свободы. Но и после прекращения холодной войны ситуация принципиально не изменилась. Голос ученых, казалось, окончательно утратил свою силу и авторитет.

Как свидетельствуют события последних лет, отодвигание ученых на второй – третий план в структуре общества (другой вопрос, добровольно это делалось или принудительно), на пользу делу мира, стабильности и безопасности не пошло. Вызовы и угрозы безопасности ХХI века, похоже, оказались "не по зубам" национальным государствам, даже сверхдержавам. И это объяснимо. Ведь руководят государствами в основном три категории лиц: юристы, менеджеры-экономисты, профессиональные политики. Суть юриспруденции сводится к толкованию сложной и запутанной системы законов, подзаконных актов, маневрированию и поиску лазеек внутри нее. Менеджеры-экономисты мыслят шире, в своей "прошлой" жизни им не раз приходилось решать вновь возникающие и нешаблонные задачи, определять стратегию развития корпораций. Но им, по моему мнению, очень сложно понять, что критерий "стоимость-эффективность" не является универсальным, а методы управления, хорошие для крупного бизнеса, очень часто неприменимы в обычной жизни. О "профессиональных" политиках вообще умолчу, в анекдотах и скандальной хронике все сказано. Указанная специфика менталитета диктует подходы. Принять федеральную целевую программу, разработать закон, провести административную реформу, создать рабочую группу – характерные приемы работы государственных структур. Видимость есть, результат... получилось – отлично, нет – примем поправки к закону, затеем реформу по-новому. В конце концов, всегда можно сослаться на недостаточное финансирование и изменение мировой конъюнктуры.

Конечно, данная оценка, быть может, чересчур гротескна. Она приводится для иллюстрации следующего авторского тезиса – современные демократические национальные государства ориентированы на решение тактических задач шаблонными методами. Возникновение принципиально новой угрозы требует своевременного и адекватного нахождения путей ее нейтрализации. Но заниматься этим, к сожалению, в современных государственных элитах некому. Мне, например, не приходит на ум ни одной фамилии действительно крупного ученого, который играл бы важную роль при принятии стратегических решений в любом из ведущих государств современности. Причем, сказанное в равной степени проявляется и в отсутствии ученых в органах власти, и в невостребованности их потенциала через структуры гражданского общества. Более того, "политики" начинают теснить ученых на их поле. Наглядный пример - присуждение в 2007 г. Нобелевской премии мира за сугубо научную тему, связанную с глобальными изменениями в климате, бывшему вице-президенту США А. Гору, который ну никак не тянет на ученого – энциклопедиста.

Недостаточная приспособленность механизма формирования и функционирования властных элит национальных государств к противодействию новым угрозам безопасности – это лишь одна сторона медали. Другая – вполне объяснимая защитная реакция этих самых национальных государств на процессы глобализации, ущемляющие и подтачивающие их суверенитет. Например, на словах практически все страны мира выражают готовность объединить усилия для борьбы с международным терроризмом (распространением ОМУ, морским пиратством, список можно продолжить). Однако когда дело доходит до практических действий, у руководства конкретных государств "вдруг" возникают проблемы политического, юридического, экономического, идеологического, политтехнологического и т. п. характера, сводящие на нет возможность эффективного взаимодействия. Но без такого взаимодействия в масштабах региона, континента и мира в целом нельзя нейтрализовать глобальные или трансграничные угрозы. А взаимодействие невозможно без готовности идти на компромиссы, иногда даже поступиться частью своего суверенитета во имя достижения победы над общим врагом. Получается какой-то замкнутый круг.

Вероятно, выйти из него можно посредством четкого формулирования национальных интересов каждой страной и выстраивания на их основе последовательной и "прозрачной" политики в области безопасности. Но и с этим в современных национальных государствах существуют серьезные проблемы. Последняя серьезная попытка применить методы научного подхода в сфере безопасности была предпринята в Японии четверть века назад[11]. У современных же лидеров государств интерес к этой теме просыпается только изредка, значительно больше их интересуют вопросы общественного мнения, рейтинга политических партий и т. п. Но увлечение тактикой в ущерб стратегии, как прекрасно известно военным, чревато самыми серьезными неприятностями.

Только один пример. В последние годы администрация США, единолично взявшая на себя обязанность "ревнителя" идеи нераспространения ОМУ, по каким-то своим соображениям переключила акцент критики с КНДР на Иран, и немало в этом преуспела. Большинство ведущих государств "согласилось" с доводами американцев (опять же, по своим тактическим соображениям, скалькулировав риск от возможной экономической конфронтации с США против потерь своего бизнеса в Иране). Новые жесткие санкции против Тегерана должны были быть принятыми со дня на день. И вдруг, как гром средь ясного неба, 03.12.2007 в США публикуется официальный документ Национальной разведки[12], утверждающий, что Иран прекратил все работы по военной ядерной программе еще в 2003 году. Получается, что четыре года США вводило все мировое сообщество в заблуждение - трудно придумать лучший способ скомпрометировать саму идею контроля за нераспространением ОМУ.

Подобные документы просто так не появляются. Давая разрешение на его обнародование, президент Буш не мог не понимать, что это, возможно, самый серьезный удар по приоритетам политики США в области безопасности и по его личной репутации. И все-таки он это сделал. Почему – я могу предположить только один ответ: по соображениям избирательной кампании. Поскольку опросы общественного мнения в США показывали недовольство внешнеполитической линией действующей администрации, особенно на Среднем Востоке, руководство Республиканской партии сочло необходимым резко "смягчить" партийный имидж. С этой же целью Госдепартаменту, видимо, была поставлена задача достичь успеха на 6-сторонних переговорах по ядерному вопросу в Корее. Допустим, что республиканские политтехнологи свою задачу решат и приведут очередного республиканца в Белый дом. Но что будет с претензиями США на "моральное лидерство" в мире? Какая судьба ожидает и без того буксующую Инициативу по предотвращению нераспространения ОМУ? И ведь такие вещи случаются не только в США, просто на фоне провалов сверхдержавы "стратегическая ограниченность" остальных не так бросается в глаза.

И все же давайте вернемся к Пагуошскому движению. Упоминание в самом начале статьи о "спиральном" ходе истории не случайно. Представляется, что сейчас как раз пришло время для ренессанса идей Пагуоша. Многие из его основателей стояли у истоков создания ядерного оружия, и они как никто прочувствовали, какого джинна выпустили из лампы. Сегодня мир находится на пороге эры нанотехнологий, которые способны стать не только благом, но и кошмаром человечества. Ведь с их помощью можно создавать самые изощренные виды ОМУ, которые в эпоху интернета очень быстро окажутся в руках террористов и экстремистов. И только настоящие Ученые способны своевременно увидеть опасность, объяснить ее юристам и менеджерам при власти, а если потребуется, то и возглавить работу по созданию новой международной системы безопасности. Другого пути преодолеть присущую национальным государствам ограниченность в этой сфере я не вижу.

ОСОБЕННОСТИ ДЕНУКЛЕАРИЗАЦИИ КНДР *

V. Khrustalev FEATURES OF DPRK DENUCLEARIZATION PROCESS

Как известно, в заявлении от 3 октября 2007 года, от имени участников шестисторонних переговоров в Пекине, говорится о готовности КНДР вывести из строя свои ключевые объекты ядерного топливного цикла (ЯТЦ). Безусловно речь идет в первую очередь о трех объектах Йонбенского ядерного центра: экспериментальной АЭС мощностью 5 МВт; радиохимической лаборатории (предприятия по переработке отработанного ядерного топлива (ОЯТ) и выделению плутония), а также предприятия по производству свежего уранового топлива. Большинство СМИ с изрядной порцией оптимизма отреагировали на это событие. Однако так ли все просто?

Проблема 1. Связана ли готовность КНДР вывести из рабочего состояния свои объекты с дипломатическими усилиями и санкциями? Однозначный ответ на этот вопрос сейчас дать невозможно. Причина может быть в том, что эксплуатация реактора по ряду причин (экологическим, технологическим, техническим и т. д.) уже не представляется разумным решением, а переговоры здесь совсем не причем. Так весной 2007 реактор был остановлен на две недели, а далее снова продолжил свою работу до остановки в июле. Однако никакой перегрузки топлива при этом не происходило! В дополнение к этому российские СМИ 2 октября 2007 опубликовали комментарии главы российской делегации на переговорах в Пекине, Александра Лосюкова, заместителя министра иностранных дел. В одном из них говорилось следующее: "Пятимегаваттный реактор в Йонбене в плохом состоянии и может представлять экологическую угрозу". Так что очень вероятно, что к "успеху переговоров" дипломатия имеет минимальное отношение, уступка в Пекине, по сути, уступкой не является, а северокорейцы выгодно разменяли поломку на пакет экономической и технической помощи, плюс "повесили" на соседей расходы по демонтажу ядерного реактора.

То же относится к обслуживающим реактор объектам – предприятиям по производству и переработке топлива – они в отсутствие работоспособного реактора потеряли особую ценность. Реакторы мощностью 50 МВт и 200 МВт считать даже потенциально работоспособными и в даже очень далекой перспективе нельзя. Оба объекта в очень плохом, практически некондиционном состоянии.

Проблема 2. Объекты остановлены, но каковы дальнейшие действия? Если мероприятия технического плана будут временными, то возможности по реактивации объектов останутся. Если значительными, то тогда возникает несопоставимо большее количество проблем.

Выводом из эксплуатации называется долгосрочный процесс наблюдения над остановленным реактором, его демонтаж, захоронение радиоактивных отходов и дезактивация ("очистка") территории. Методы вывода из эксплуатации бывают разные. Все методы предполагают, что облученное топливо удаляется из активной зоны реактора и помещается минимум на пять лет в бассейн выдержки. Активная зона северокорейского реактора – это 600 тонн графита, 50 тонн облученного высокоактивного топлива. Все это надо где-то перерабатывать, а отходы где-то утилизировать.

Используемое в этих реакторах топливо, из металлического урана, находясь под водой (в бассейнах охлаждения) быстро коррозирует. Поэтому, в отсутствие сухих хранилищ, быстрая переработка топлива этих систем реакторов является требованием безопасности и охраны окружающей среды. Временной интервал не так значителен.

Со зданиями АЭС тоже надо что-то делать. Расходы оцениваются в интервале млн. долл. Кто даст эти деньги? Кто будет оказывать эти услуги? Сколько лет потребуется на эти мероприятия? Где будет располагаться могильники? На эти вопросы ответов пока нет. Потому можно считать, что пока нет даже намека на внятный механизм выведения из строя объектов ЯТЦ КНДР.

Проблема 3. Запасы плутония. Об их ликвидации ничего не говорится. Точной информации о наличных запасах плутония нет. Ряд факторов вносят неопределенность в оценки имеющихся в распоряжении КНДР. Во-первых, существуют различные предположения о коэффициенте использования мощности реактора. Во-вторых неизвестно весь ли плутоний переведен в детали для ядерных взрывных устройств. В-третьих, существуют различные оценки потерь и снижения выхода плутония в ходе производства, технологических процессов и испытании.

Потери при выделении плутония из отработанного топлива, составляют обычно 5-15%, а потери при получении металлического плутония и изготовления из него деталей ядерных взрывных устройств могут доходить до 20%. Различны и оценки потерь в единственном ядерном испытании. Они колеблются от 4 до 6 кг.

О ликвидации запасов плутония ни слова. А ведь хранение 1 г оружейного плутония в год потянет на 1-3 долл. США, т. е. хранение даже ~ 50 кг металлического оружейного плутония стоит не более 150 тыс. долл. Такая стоимость хранения мизерна и вполне доступна КНДР. Как известно, плутониевые детали могут храниться даже более 15 лет без снижения основных боевых характеристик. Сами детали могут легко контролироваться просто на основании данных химического анализа составляющего их плутония, средней плотности объема деталей и соблюдении требуемых размеров.

Поскольку КНДР может завысить потери оружейных материалов и тем самым скрыть их часть от международных инспекторов, необходимо удостовериться, что в распоряжении КНДР нет утаенных ядерных материалов и боеприпасов. Но как это сделать? На это тоже ответов пока нет.

Проблема 4. Уже готовые ядерные заряды. О ликвидации имеющегося запаса устройств ничего не говорится. Следовательно, КНДР останется ядерной страной.

Проблема 5. Неизвестные объекты, урановая проблема и сотрудничество с Сирией. Достоверно известно, что на территории КНДР расположены и другие объекты ядерного оружейного комплекса, например связанные с обработкой металлического плутония. О них в соглашениях ни слова.

Подозрения в наличие предприятия по обогащению урана до оружейного качества центрифужным способом на основе пакистанской технологии отвергаются КНДР, но обратное пока не доказано. Однако достоверно известно о передаче Пакистаном технической информации и партии центрифуг в КНДР. Еще один тупик.

Сентябрьские события в Сирии и обвинения израильских и американских СМИ в передаче партии плутония в Сирию, как и технической помощи, в т. ч. и в строительстве ядерного реактора, придают этой проблеме глобальное измерение. Значит, необходим механизм выявления фактов подобного сотрудничества КНДР с другими странами. Это лишь краткий список наиболее значительных проблем встающих на пути к ядерному разоружению КНДР в современных условиях.

Основываясь на представленном анализе можно выдвинуть следующие гипотезы в отношении ситуации с денуклериазацией КНДР:

1.  Говорить о полноценном ядерном разоружении пока преждевременно.

2.  Можно лишь предполагать в перспективе предотвращение накопления плутония у КНДР.

3.  Необходим четкий, проработанный и профинансированный механизм демонтажа объектов ЯТЦ КНДР, но его пока нет.

4.  КНДР намеренна сохранить свой ядерный статус и в перспективе.

МИЛИТАРИЗАЦИЯ "ОСТРОВА МИРА ВО ВСЕМ МИРЕ" *

V. Gaponenko THE MILITARIZATION OF "WORLD №1 PEACE ISLAND"

Остров Чеджудо - один из лучших курортных районов Южной Кореи, несколько природных мест которого, недавно пополнили список всемирного наследия ЮНЕСКО. В 2005 году южнокорейское правительство провозгласило Чеджудо "островом Мира во всем мире" в память о событиях почти полувековой давности, когда в результате подавления антиправительственных выступлений погибли десятки тысяч жителей острова. На фоне этой миротворческой идиллии подтверждаются опасения, что решение о создании военно-морской базы в Чеджу приведет к полной милитаризации острова.

Еще в апреле 2007 года губернатор Чеджу Ким Тэ Хван объявил о планах Министерства национальной обороны создать военно-морскую базу на острове. Это заявление вызвало массовые протесты со стороны местных жителей. Тем ни менее, военные власти и органы самоуправления Чеджудо проигнорировали мнение гражданской оппозиции, аргументируя свой план эффективны решением будущих угроз безопасности и содействием местной экономике.

Представляется серьезным преувеличением мнение корейских военных о необходимости строить базу в целях пресечения угрозы с моря. Парадокс заключается в том, что считая вооруженные силы соседних стран в качестве угрозы безопасности, они не оценивают военно-морскую базу в Чеджу в качестве угрозы миру в регионе. В реальности это лишь подтолкнет соседей на адекватный ответ, и, в конечном счете, означает, что остров Чеджудо займет одно из центральных мест среди источников военной напряженности в регионе.

Довод о том, что строительство военно-морской базы может способствовать местной экономике также является несостоятельным. Вероятно, это может привести к временной экономической выгоде, но сомнительно, что доходы могут перевесить недостатки. С точки зрения долгосрочной перспективы, и тому имеются доказательства на примере аналогичных случаев, строительство военных баз надо рассматривать как серьезное препятствие для экономического развития региона.

Строительство военно-морской базы является лишь началом милитаризации острова Чеджудо, за которым может последовать строительство военно-воздушной базы и многочисленных объектов инфраструктуры и материально-тылового обеспечения. Это мнение подтверждается заявлением Хохан Но, южнокорейского конгрессмена от Демократической партии труда. Посетив Чеджудо, он заявил о планах развертывания на острове эскадрильи истребительной авиации, которая является частью так называемой "южной группировки войск для поиска и спасения". Конгрессмен выразил подозрение, что размещение этой группировки планируется в рамках среднесрочной оборонной перспективы и примерно соответствует по масштабам плану строительства военно-морской базы. Другими словами за расплывчатым термином "южная группировка войск для поиска и спасения" кроется полноценная авиабаза. Из парламентских отчетов, содержание которые конгрессмен Но открыл для общественности, явствует, что Минобороны планирует создать военно-воздушную базу после строительства военно-морской базы в Чеджу. Поскольку большинство жителей острова не поддерживают идеи милитаризации, корейские военные обеспечивают исполнение плана путем размещение сил для поиска и спасения, а в последствии придадут им статус авиабазы.

Вполне вероятно, что военно-морская база на острове Чеджудо может стать в будущем и основой для базирования военно-морских сил США в Кореи. С географической точки зрения, в контексте военной программы США военно-морская база не может быть ничем иным, кроме одного из элемента построения региональной системы ПРО. Кроме того, США смогут использовать территорию базы, так как это вменено в обязательность Республике Корея в рамках соглашения о взаимопомощи с США.

Ситуация на Корейском полуострове во многом определяет уровень безопасности в регионе. Поэтому официальным лицам в Сеуле, принимая решение о последовательной и полной милитаризации острова Чеджудо под давлением лидеров американо-японо-корейского военного альянса, необходимо помнить о личной ответственности за ускорение гонки вооружений в Северо-Восточной Азии. Последствия разрыва этого узла военной напряженности могут затмить память корейцев о более чем 30 тысячах смертей жителей острова Чеджудо в ходе репрессий в апреле 1948 года.

РОССИЯ В ЗЕРКАЛЕ ЯПОНИИ *

L. Lyisenko RUSSIA IN THE MIRROR OF JAPAN

- Ты не жалеешь о том, что побывала в Королевстве кривых зеркал?

- О нет, я так благодарна тебе, волшебное зеркало! Ведь я так много видела и так много поняла! Я раньше даже и представить себе не могла, что маленькие недостатки могут так помешать в трудную минуту!

Из детской сказки "Королевство кривых зеркал"

В зеркале правое видится левым, а если зеркало к тому же кривое, то отражение может позабавить, удивить, испугать или вызвать негодование. Однако в фокусе вогнутого зеркала концентрируется огромная энергия. Она способна разрушать, в том числе стереотипы, устоявшиеся и комфортные представления о себе. И еще, скрытая в зеркале магия заставляет задуматься о природе самого зеркала и о том, почему оно создает такие отражения.

Владивостокская яхта "Отрада" в навигацию 2007 года прошла под флагом Владивостокского морского собрания по Японскому морю 2000 миль с посещением некоторых мест, связанных с историей становления России на Дальнем Востоке. Яхта заходила в японские порты Хакодате, Аомори, Идзухару, Хидакацу и в корейский порт Пусан. Географически это порты одного Японского моря и жителей их связывают многочисленные нити межличностных отношений и толстые веревки на уровне большой политики.

В Хакодате мы посетили старое российское кладбище. Свое начало оно берет с появления в водах Японского моря Эскадры Тихого океана. В то время Россия не имела на Дальнем Востоке своего незамерзающего порта и корабли Эскадры Тихого океана вынуждены были базироваться на незамерзающие порты Японии и Китая. На русском кладбище в Хакодате 25 могил моряков с кораблей "Рында", "Абрек", "Калевала", "Гайдамак", "Новик", "Аскольд", "Манчжур" и "Посадник". Читаем:

"Матрос 26 флотского экипажа команды винтового корвета "Новик" Казимир Негода, 26 лет, умер 16 августа 1863",

"Конопатчик 4 рабочего экипажа команды винтового корвета "Рында" Евдосим Смирнов, 29 лет, умер 6 августа 1863",

"Фельдшер 28 флотского экипажа команды винтового корвета "Абрек" Прокопий Шнепаев 30 лет, умер 30.06.1862",

"Кочегар 28 флотского экипажа команды корвета "Калевала" 28 лет, умер 16.08.62 Автоном Шамнев",

"Рабочий флотского экипажа винто-блинд "Гайдамак" Андрей Васильев 27 лет, умер 28.09.1861 г.".

Могилы расположены просторно, ухожены, хотя им уже почти полтора века. Вряд ли они так хорошо сохранились бы на земле России. Спасибо нашим незнакомым друзьям в "Стране восходящего солнца" и сотрудникам российского консульства. Мы возложили корзины цветов от Владивостокского морского собрания к могилам российских моряков.

 

Рис.1 Экипаж яхты "Отрада" с консулом Броварец (второй слева) на русском кладбище в Хакодате

Рис.2 Одна из могил

Первое консульство России в Японии открылось именно в Хакодате в 1858 году вслед за консульством США. Это означало конец почти 300-летей самоизоляции Японии. Здесь похоронена жена первого Императорского Российского консула в Хакодате . На борту фрегата "Паллада" в свите контр – адмирала в 1852 году совершил переход из Петербурга на Дальний Восток и принимал участие в дипломатических переговорах с японцами в качестве переводчика. Переговоры с японской администрацией были трудными и продолжительными. Только январе 1855 года они благополучно завершились подписанием "Трактата о торговле и границах между Россией и Японией". В январе 1857 года по рекомендации первым русским консулом в Японии был назначен .

В начале XX века при большом пожаре деревянное здание консульства сгорело и на его месте было построено новое здание из кирпича. Российское консульство в Хакодате просуществовало до 1917 года. После революции консул продолжал некоторое время исполнять свои обязанности на добровольных началах. Он помогал адаптироваться в новых условиях российским эмигрантам, оказавшимся в то время в портах Японии. После Октябрьской Революции консульство СССР в Хакодате не восстанавливалось.

Здание консульства использовалось муниципальными властями Хакодате для учебного заведения. Девяносто лет спустя, в июле 2007 года генеральное консульство России в Саппоро открыло свой филиал в Хакодате. Прибыл из Саппоро консул Андрей Броварец.

Японцы освободили старое здание российского консульства и высказали готовность оказать помощь в его ремонте. Но у нового консульства пока нет средств на ремонт, японцы тоже не намерены одни ремонтировать наше здание. Так и пришлось консулу временно разместиться в помещении филиала Дальневосточного государственного университета в Хакодате. Благо, что директор филиала ДВГУ Сергей Николаевич Ильин с пониманием относится к трудностям вновь создаваемого консульства в Хакодате. Кстати, в нынешнем году филиал ДВГУ в Хакодате отметил свое десятилетие. Множество его выпускников уже работают на ниве сотрудничества и сближения позиций Японии и России. На празднование десятилетнего юбилея филиала университета, который совпал с Днем города, прибыл мэр Хакодате господин Нисио Масанори.

Рис. 5 Вручение памятных подарков от Владивостокского морского собрания мэру Хакодате господину Нисио Масанори

Рис. 6 Преподаватель ДВГУ в Хакодате Нацуми в гостях на яхте "Отрада"

При российском консульстве в 1860 году была построена первая в Японии православная церковь, названная "Храм Воскресения Господня". Во время большого пожара в Хакодате 25 августа 1907 года храм, как и здание консульства сгорели. На месте сгоревшего храма был отстроен новый храм из кирпича и освящен 15 октября 1916 года. Ныне храм охраняется государством, как памятник культуры, а звуки его колоколов занесены в список ста лучших звуков, формирующих звуковой фон Японии.

Рис. 7 Храм Воскресения Господня

Рис. 8 Плакат с требованием возврата "северных территорий".

В Хакодате повсеместно встречаются плакаты с требованием возврата "северных территорий": островов малой Курильской гряды (называемых в Японии Хабомаи), Итурупа, Кунашира и Шикотана.

Зачем сегодня нужны эти плакаты? Возможно, все дело в том что из-за холодного климата острова не кажутся привлекательным местом для жизни, как следствие, большинством людей ситуация воспринимается безлично и равнодушно. Японцы заняты повседневными хлопотами и мало интересуются проблемой "северных территорий". К этому размышлению можно добавить тенденцию миграции населения на юг, в результате местным властям все труднее поддерживать необходимый градус напряженности общественного мнения по территориальной проблеме. Но как бы там ни было, плакаты это еще одно, пусть "кривое" отражение России в Японии.

В День города Хакодате было грандиозное празднование с многочисленными концертами, демонстрациями и фейерверками. В шоу нашлось место посланникам России и Николаю Резанову и Ефиму Путятину.

Вблизи рыбацкого поселка Хидакацу на Цусиме мы посетили мемориальный комплекс, посвященный Цусимскому сражению. Первый памятник в комплексе поставлен японцами своим морякам, участникам битвы сто лет назад. Последний памятник открыт 27 мая 2005 года в день 100-летия со дня битвы. На трех металлических плитах нанесено более пяти тысяч имен российских моряков, павших в Цусимском сражении. Мы возложили к монументу корзины цветов. В комплекс входит огромный барельеф, где запечатлен эпизод посещения в госпитале командующим японским флотом адмиралом Того командующего второй Тихоокеанской эскадрой адмирала Рожественского.

Рис. 9 Костюмированное шоу об установлении дипломатических отношений России и других государств с Японией

Рис. 10 Экипаж яхты "Отрада" у монумента памяти павшим в Цусимском сражении

Такой мы увидели Россию в японском зеркале. И нам показалось, что к этим отражениям можно кое-что добавить. Разумеется, хотелось бы, например, вместо плакатов о "северных территориях" видеть рекламу экологического туризма на южно-курильские острова, и хотелось бы в японских магазинах замечать российские товары. К сожалению, даже сокровенные желания не властны над законами экономики.

Вместе с тем, думается, нам под силу запечатлеть в исторической памяти японцев еще один фрагмент, олицетворяющий уважение Россиян к своему прошлому. Для осуществления этой мечты с японской администрацией Цусимы начаты переговоры о сооружении Владивостокским морским собранием памятного знака в составе мемориального комплекса в 2008 году.

РОССИЯ И КИТАЙ: ЦЕНТРЫ СИЛЫ ИЛИ ЦЕНТРЫ ПРОТИВОРЕЧИЙ? *

A. Gubin RUSSIA AND CHINA: CENTERS OF POWER OR CONTRADICTIONS?

В современной системе международных отношений наблюдается тенденция к формированию существенного противовеса американской гегемонии. По мнению ряда политологов, наиболее значимым вектором этого процесса являются российско-китайские отношения, которые принимают все более комплексный характер. При этом комплексность порождает не только новые возможности, но и новые вызовы. Наиболее масштабной ареной российско-китайского взаимодействия сегодня может быть признана Шанхайская организация сотрудничества, которая постепенно трансформируется в мощный трансрегиональный блок.

С 9 по 17 августа 2007 года прошли совместные учения государств-участниц Шанхайской организации сотрудничества, в которых участвовало более 6 500 военнослужащих и 80 боевых самолетов. Учения проходили в два этапа на двух площадках: на полигоне 34-ой мотострелковой дивизии в районе г. Чебаркуль в Волго-Уральском военном округе и в Урумчи – административном центре Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР.

По сообщениям китайских СМИ, учения продемонстрировали, что диалог по вопросам безопасности между странами-участницами продуктивен, а сфера ответственности организации простирается на борьбу с нетрадиционными угрозами, такими как террористические группировки, отряды экстремистов и сепаратистов. Министерство обороны КНР в очередной раз отметило, что учения не были нацелены против какого-либо государства и не противоречили интересам государств, не входящих в ШОС, эту позицию озвучила и российская сторона.

По мнению ряда специалистов, сформировать систему безопасности на евразийском пространстве вполне может объединенный блок ШОС-ОДКБ, который призван представлять собой противовес НАТО, особенно на "кавказском" и "центральноазиатском" направлениях.. Знаковым в данном контексте является и односторонний выход Москвы из ДОВСЕ, который представлял собой по сути попытку достичь паритета в Европе между двумя "полюсами". Москва намерена предотвратить распространение влияния Североатлантического альянса на страны СНГ и оценивает расширение НАТО как явную угрозу собственным интересам. В этой связи, использование ШОС (главным образом, КНР) в качестве противовеса может быть оправданным, но следует учитывать и то, что европейские и евразийские интересы КНР далеко не всегда совпадают с российскими.

КНР, несмотря на декларативную близость к России, пытается использовать в своих интересах разногласия Москвы и Запада. В КНР положительно восприняли выход России из ДОВСЕ как в первую очередь ответ на размещение элементов ПРО в Восточной Европе. КНР также крайне не заинтересована в распространении влияния НАТО в Центральной Азии, поэтому поддерживает жесткую позицию России. Но в это же время, такая позиция Москвы ограничивает и Пекин, который будет поддерживать инициативы РФ по укреплению систему безопасности в ЦА, но будет путем сепаратных переговоров с государствами региона будет и искать пути для укрепления собственного влияния.