И поэтому я как представитель Института питания Российской академии медицинских наук хочу ещё раз поддержать, в общем-то, мысль о том, что коллекции промышленных микроорганизмов, и в первую очередь для пищевой промышленности, должны иметь государственный статус. И в первую очередь, действительно, из соображений обеспечения биобезопасности, а именно: единого гармонизированного подхода к допуску на потребительский рынок и обороту на нём в составе пищевых продуктов всех штаммов, как отечественных, так и зарубежных. И для этих целей инструментом сегодня является только обязательное депонирование паспортизированных штаммов для целей контрольного хранения, о чём сегодня также говорилось в плане патентной экспертизы.
И данный подход чётко увязывается с реализацией постановления Правительства Российской Федерации 761 о необходимости гармонизации российских санитарно-эпидемиологических требований безопасности с международными стандартами. И поскольку требования к депонированию штаммов, новых штаммов для пищевой промышленности и пробиотических микроорганизмов, предусмотренные в документах Евросоюза и Всемирной продовольственной организации, сегодня базируются на необходимости депонирования этих штаммов в международно-признанных коллекциях. И такое же положение вошло сегодня в методические указания Роспотребнадзора при предрегистрационной оценке штаммов для пищевой промышленности.
Поэтому я, заканчивая, хочу сказать, что, безусловно, для того чтобы вот этот механизм обеспечить, коллекции должны быть стабильно, постоянно работающими. И поэтому они должны иметь государственную поддержку.
И, кроме того, для того чтобы мог любой заявитель, любой разработчик биотехнологической продукции предоставить соответствующим органам, которые решают вопрос о допуске, справку о депонировании, недостаточно только методических указаний. Конечно, это должно быть законодательное требование. И поэтому я хочу поддержать необходимость ускорения разработки закона о микробных генетических ресурсах немедицинского назначения.
Спасибо большое.
Председательствующий. Уважаемые коллеги, ещё по 2 минуты буквально просят коллеги, сказать пару слов. Вот сейчас записки пришли. Мы, конечно, дадим такую возможность. Просит выступить Александр Николаевич Лукашов - доктор медицинских наук, завлабораторией Института полиомиелита РАМН. Пожалуйста.
Большое спасибо.
Очень много уже сказано, и со всем я согласен, и очень хорошо, что идёт работа в этом направлении. Но несколько слов про особенности вирусных коллекций, которые, на мой взгляд, не до конца отражены в проекте заключения.
Во-первых, у вирусологии кроме цели биотехнологии, наверное, более важная цель, это биобезопасность, потому что из того, что мы изучаем, из того, что есть в наших коллекциях, дай Бог, чтобы это никогда не дошло до биотехнологий и до передачи на производство. Но экология вирусов, это основа биобезопасности государства.
И ещё одна особенность вирусологии - это то, что, наверное, уже об этом говорилось и применительно к некардиологическим некоторым коллекциям, а очень трудно делать эффективно работающие, централизованные вирусные коллекции. Потому что никто не может одинаково эффективно работать со всеми возможными вирусами.
Поэтому в мире сейчас есть очень сильная тенденция к децентрализованным вирусным коллекциям, где каждый отвечает за ту часть коллекции, с которой он лучше всего умеет работать. При этом управление этих коллекций, их систематизация, их административный аппарат, могут быть единым центром, и желательно, чтобы это был единый центр, чтобы снять с учёных головную боль. Но при этом хранение этих коллекций вовсе не обязаны физически быть в одной комнате.
И ещё один вопрос, который я хотел бы затронуть, это критерии эффективности коллекций. Потому что коллекция, как сферический конь в вакууме, она, конечно, хороша для престижа государства, но не более того, коллекция должна работать. И один очень важный критерий, про который много говорилось, это продажа, это замечательный критерий. И в Европе, например, вот при создании коллекций принятая практика, что государство добавляет коллекциям деньги за продажи, то есть продал там на миллион, получи ещё миллион от государства.
Но ещё один важный критерий, это научный продукт, научная публикация. Скажем, вот в нашей области, в вирусологии, это может быть более важно, чем продукт. И, конечно, это должен быть продукт мирового класса, а не местечкового. То есть это должны быть международные критерии, и вот научная эффективность должна быть критерием качества коллекций. Большое спасибо.
Председательствующий. Спасибо, Александр Николаевич.
И я ещё слово одному Александру Николаевичу Кричевскому из Новосибирска, генеральный директор Сиббиофарм. Пожалуйста, Александр Николаевич.
Спасибо, Валерий Александрович. Я кратко несколько слов скажу.
Конечно, когда говорили сегодня очень много о всероссийских коллекциях штаммов микроорганизмов, и я бы хотел напомнить и о необходимости наличия на производственных предприятиях музеев штаммов, с которыми мы обязаны работать, иначе ни одно же предприятие не будет работать, Анатолий Иванович.
У меня уже есть.
Есть. Но для этого нужны и специалисты, а главное, порядок взаимоотношений с институтами, где...
А что, есть проблемы в этом?
Проблема есть. Немножко рассказал об этом Александр Иванович по финансовому взаимоотношению с коллекциями.
Второй вопрос немаловажный, что этот вопрос, вообще, он никак не вписан сегодня в разрабатываемую пока концепцию развития биотехнологий в России. Ну вот, видите. И что же тогда мы обсуждаем тему коллекций без общей концепции.
Правильно говорили и вы, и Валерий Александрович об этой программе, да.
Вот участвуем мы с Раиф Гаяновичем в этой рабочей группе, завтра у Клепача обсуждение. Но если не будет целостной концепции, самостоятельная программа сохранения и развития коллекций, она, извините, меня, останется вот гласом вопиющего. А разработать механизм и стимулирующий, в том числе на условиях льготного финансирования, передачи штаммов продуцентов производствам по итогам их проверки эффективности не только технической, но немаловажно, экономической, что получим в итоге, какой препарат, будут ли созданы рынки в России?
Вы меня извините, мне сегодня легче работать за границей. У меня сейчас 55 процентов продукции идёт за границу. Там приняли решение о резком ужесточении требований к химикатам. Туда идёт наша биология, а сюда идёт в Россию химия, ну по части пестицидов. И вопрос принятия законодательных актов, связанных, вот здесь предлагается в проекте решения, да, но они должны ведь идти на самом деле, я считаю, в целом пакетом к программе. Ну я уверен, что она всё-таки будет утверждена программа развития биотехнологии в комплекте. Если мы там сегодня наметили 5 секторов, кроме фармы, да, агротехнология, пищевые, промышленные, экология там и лесной сектор, соответственно, по каждому должна быть целевая программа, так же, как, безусловно, вместе с ними должна быть целевая программа по работе с коллекциями. Это один момент.
И второй момент. Я считаю, мы, вообще, сегодня никак не затронули тему работы с национальными коллекциями биоматериалов, видов и пород сельскохозяйственных животных и птиц, вообще, эту тему мы не трогали ни каким образом.
Вот я попросил здесь быть Зиновьеву Наталью Анатольевну, они как раз готовят эти материалы. Мы пытаемся их включить в эту концепцию. Но я считаю, в каком-то виде в рекомендации "круглого стола" это тоже должно быть учтено и с точки зрения биоразнообразия, и с точки зрения концептуального подхода ко всей программе. Всё, спасибо на этом.
Председательствующий. Спасибо, Александр Николаевич.
Ну и я уже объявил, профессор Василов Раиф Гаянович, президент Общества биотехнологов России. Пожалуйста.
Спасибо, Валерий Александрович.
Уважаемые коллеги, прежде всего, я бы хотел поблагодарить Комитет по науке и наукоёмким технологиям, Валерия Александровича за то, что вот сегодняшнее мероприятие состоялось.
Напомню, что Общество биотехнологов России рассматривает работу по биологическим коллекциям и биоресурсным центрам как одно из важнейших направлений для развития отечественной биотехнологической промышленности. Напомню, что за последние шесть лет, начиная с 2005 года, ровно в этой аудитории мы провели первый в Думе, в стенах Думы "круглый стол" по законодательному обеспечению развития биотехнологической отрасли промышленности, потом парламентские слушания, где главным докладчиком был Валерий Александрович, и вот сегодняшнее мероприятие.
И в этой связи вот очень показательно, что наше сегодняшнее заседание идёт, как говорят, в унисон с общественными слушаниями в Общественной палате, которые Надежда Васильевна провела. То есть градус повышается, и мы усиливаем движение и давление в этом направлении. И, собственно говоря, вот всё, что сегодня говорилось нашими специалистами, экспертами, я считаю, что вот отражено в той или иной степени в проекте рекомендаций, они очень конкретные и очень чёткие. Собственно, две задачи сегодня стоят у нас.
Первая задача – это сохранить коллекции, не дать им погибнуть, ведь было в одном из докладов отмечено: Россия единственная страна, где отрицательный тренд по биологическим коллекциям, они исчезают, они уничтожаются. Это мы должны остановить как минимум, да? Это первое.
И второе – это то, что сказал Лев Владимирович, коллекции, если они не будут преобразованы в соответствии с современными требованиями, если на их основе не будет создана эффективная система биоресурсных центров как основа развития биотехнологической промышленности, они обречены, они никому не нужны. То есть это вторая важнейшая задача. Вот здесь прописано, что и как нужно в этой связи делать. И в этой связи вот три момента, на которые я хотел просто обратить внимание.
Первое. Александр Николаевич Кричевский сейчас упомянул, что буквально в эти дни впервые за 20 лет идёт работа по формированию государственной программы развития биотехнологии. И мы считаем, что раздел по биологическим коллекциям, биоресурсным центрам должен быть обязательно в этой программе. Это первый момент.
Второй момент. Когда мы ставим вопрос о том, а для чего нам вообще развивать биотехнологию и биотехнологическую промышленность, мы говорим, что главная цель – это развитие нашей страны, а в первую очередь, регионов. Биотехнология - это мощнейший инструмент развития нашей страны и сохранения её в 21 веке на основе ее колоссального биоресурсного потенциала. На карте, которую Валерий Александрович показывал - "Распределение биологических коллекций по территории нашей страны", - отмечены очень многие регионы страны. Поэтому сегодня биоколлекции и биоресурсные центры могут стать эффективными инструментами развития регионов на основе использования их биоразнообразия.
И третий момент, конечно, самый главный, собственно говоря, что мы здесь обсуждаем, в Государственной Думе, это - обеспечение законодательной базы этих вещей. В проекте рекомендаций обозначены два ключевых закона, которые, если они будут приняты, могут кардинально изменить всю ситуацию. Это закон об обороне генетических ресурсов и закон о государственной политики Российской Федерации в сфере биотехнологии.
Безусловно, ещё и другие, наверное, нужны будут законы, это уже дело специалистов определить. Но если мы сейчас сможем всю совокупность наших рекомендаций принять и реализовать, я думаю, что мы сделаем колоссальный вклад в развитие того дела, ради которого мы все и собрались, и работаем. Спасибо большое.
Председательствующий. Спасибо большое, Раиф Гаянович.
Желает кто-то ещё добавить что-то? По одной минуте, пожалуйста. Кто по порядочку? Пожалуйста.
. Я хотел бы два слова сказать об общих впечатлениях того, о чём сегодня шёл разговор. Но перво-наперво всё моё нутро протестует против того, чтобы мы называли сегодня микробными делами. Речь идёт о сохранении и обороте генетических ресурсов страны. Сюда микробы попадают, сюда культуры животных клеток, сюда попадают так называемые стволовые целиком, с потрохами, и такие вещи нужны. Сюда попадают ещё вирусы и фаги, о которых говорил Анатолий Иванович. И здесь чрезвычайно важно не только, это ещё и биологическая безопасность страны, очень важно. Кто занимается вирусами? Есть вот... институт, фитопатогенными вирусами, которые приносят чрезвычайно большой урон нашему сельскому хозяйству, просто жуткий, дело в очень плохом состоянии, нет коллекции.
Вот в институте сельскохозяйственной биотехнологии получено задание относительно получения коллекции вирусов...
Такой есть вирус, поражающий косточковые. Ну, чем заниматься? У нас нет денег. Есть задачи, есть, ставят. Американцы продают эту сливу во всех отелях, если хотите, всё это есть. У них всё это дело поражено и у нас поражается тоже, но нет коллекции, и нет денег, чтобы заниматься этим делом.
Я очень многие годы занимался метилированием ДНК и эпигенетикой. Мало кто знает, даже в Академии наук нашей большой, что такое эпигенетика, да? Но мы знаем, что хранение коллекций, да, хранение организмов сопровождается мощными соматическими изменениями. И они могут небезвредными оказаться после того, как вы используете. Нужен очень хороший научный контроль в этих организациях, контроль за сохранением и продвижением этих вещей.
И ещё одна вещь, которая мне страшно удивляет, что на сегодня никак не затрагивается - это трансгенный организм. Ну, с бактериями мы согласны, Вадим... получает прекрасный суперпродуцент соответствующих аминокислот, антибиотиков и так дальше, всё запатентовано. Там вопросов нет. Вы прекрасные вещи получаете с инсулином и так дальше. Это всё трансгенные микроорганизмы. Но сегодня весь мир занимается трансгенными растениями и трансгенными животными, и прогресс нации, в основном, будет обеспечен тем, что есть защитные механизмы, связанные с получением устойчивых растений и животных. Вот к этим опасным инфекциям самым разнообразным, молчок полный.
Из зала. Ну, чего? Трансгенная коза у Георгиева есть.
. Да, но у Георгиева трансгенная, а я вам говорю, например, о трансгенных растениях, которые окажутся максимально устойчивы к разнообразным поражениям. Я не буду сейчас приводить работы китайских исследователей, которые сделали рис, практически устойчивый ко всем инфекциям. Это трансгенный рис. Но вот это тоже должно быть внесено в наше решение относительно коллекций и развития исследований, и главное, внедрения, и главное, законодательного разрешения использования этих трансгенных организмов. Это специальный интерес. Этих трансгенных организмов на наших полях.
Сегодня... всё ворованное, не известно, что, кто выращивает, кукуруза содержит или другие организмы содержат явственно, какие-то элементы ГМО и так дальше. За этим нужен контроль, и этот контроль очень важный. Значит, трансгенные организмы должны быть отмечены в нашем решении, потому что прогресс нации, развитие невозможно в этом столетии и в будущем для развития экономики биотехнологий страны, сельского хозяйства, здравоохранения, и вообще биобезопасности во многих отношениях. Вот поэтому я хотел подчеркнуть вот эту вещь, что здесь должна быть общая тенденция, общая идея о сохранении, развитии и манипуляции генетических ресурсов страны, которые включают в себя всё.
Спасибо.
Председательствующий. Спасибо большое. И ваша ремарка. Вы хотели, по-моему, да? Вы хотели что-то сказать. Пожалуйста.
. Уважаемые коллеги, я хотел сказать об одной вещи. Академик-секретарь отделения растениеводства Россельхозакадемии.
Вот многие выступающие здесь говорили о том, что вот, что там с законом о генресурсах растений? Ну, вот директор ВИР сидит рядом, мы хотим сказать, что этот закон практически готов, в общем, прошёл ряд согласований в министерствах, ведомствах и так далее. И мы бы хотели вот в пунктах-просьбах правительству 2, 5 ускорить рассмотрение и принятие, дальше продвижение этого закона по инстанциям. Вот такая у нас просьба от Россельхозакадемии.
Спасибо.
Председательствующий. Спасибо большое.
. Валерий Александрович, у меня есть предложение. Давайте, поручим Обществу биотехнологов, Василову, чтобы он подготовил материалы для законодательных инициатив, если вы не возражаете.
Председательствующий. Да нет, это кто-то тут возражать будет? ... всё правильно.
. Нет, всё правильно, потому что, хотя бы организацию всю этого сделать.
Председательствующий. Безусловно, то есть, все материалы, пожалуйста, создадим рабочую группу, как это обычно делается, и начнём работать, и начнём работать. Все, по-моему, желающие выступили, да? Подводим итоги, завершаем.
Вы видели, что схема рекомендаций, которые разработаны, уже об этом сказали, что, в общем, достаточно полно охватывают. Но, конечно, есть пробелы, и всё, что коллеги считают нужным сюда внести, давайте. Рабочая группа всё это посмотрит. Но в письменном виде надо написать, чтобы это было сформулировано и так далее с тем, чтобы уже можно было над этим работать. Те мысли и предложения, которые были сделаны, мы стенограмму ведём, вы видели, каждый включает микрофон, поэтому расшифровано всё. Ну и после того, как рабочая группа, я думаю, её продолжит возглавлять Раиф Гаянович, как и до этого, когда мы готовились к этому "круглому столу". Всё внесём и всем участникам разошлём, как это обычно и делается.
Ну а законодательные инициативы - это вопрос, безусловно, непростой и в самом начале, и в продолжении, поскольку, повторяю, здесь должно быть полное согласование с правовыми управлениями, полное согласование с заинтересованными министерствами и ведомствами, все должны дать своё согласие ..., особенно главное заключение, заключение правительства на тот или иной закон, потому что последний параграф в каждом законе пишет, что на внедрение этого закона не требуется никаких дополнительных средств. Или, чтобы этот закон заработал, нужно на этот год столько-то, столько-то, потому что это же пересмотр бюджета всего и так далее. То есть это временные характеристики, ну год, так получается?
Поэтому всё должно быть просчитано, согласовано, потому что Минфин всегда накладывает визу, просьба: из каких источников просите 10 миллиардов? Что вы в Думе посмотрели, согласовали с бюджетным комитетом, откуда вы это забираете и предлагаете...? В общем, это сложные вещи, но всё равно постепенно всё делается, всё пересматривается, потому что все начинают отлично понимать. Вот я был на этом совещании, я член комиссии по высоким технологиям и инновациям. И когда Эльвира Сахипзадовна Набиуллина докладывала по биотехнологии, во-первых, она хорошо владеет этой всей терминологией нашей.
И, во-вторых, она очень убеждённо доказывала, посмотрела записки соответствующие, побывали за рубежом, поглядели, а где же мы, где же мы? У нас ещё там есть остатки институтов вакцин и сывороток, а на Западе это биотехнологии. У нас это на периферии города и сов. секретно, там и так далее, где сохранилось там, ну что-то в таком духе серьёзное и большое, а там это в центре города, один этаж института занят и биотехнологическая продукция идёт и нарабатывает всё и моноклональные антитела, и препараты, и что хотите. Всё поменялось, всё, полностью.
И поэтому, конечно, и руководители это видят, но надо постоянно, постоянно будировать, постоянно, потому что новые проблемы приходят, новые проблемы отвлекают, они требуют соответствующих вложений. Ну вы сами видите, только что дали детский онкогематологический центр, четыре года, 12,5 миллиарда рублей. 20 лет об этом говорили, 20 лет. Потому что для населения вот так выступаешь, где-то чего и... "Зачем там деньги вкладывать - это же неизлечимое?" - Я говорю: "Что неизлечимое?" - "Лейкозы - это же неизлечимое, это же рак, лейкоз. Как это?" Рак там на первой и второй степени, у меня дискуссия была, ещё захватите, это пора, вырезать можно, там и так далее. А третья, четвёртая - уже метастазы, всё. А лейкоз, когда вся кровь и так далее. Как, что там вырежешь? Костный мозг, кровь... как? Причём я говорю об этом в соответствующих учреждениях, в научных...
За последние 20 небо и земля. То есть если раньше 10 процентов спасали детей, особенно, сегодня 90. Методики разработаны... мозга, с супрессией, со всем, всё, всё. Что на самом деле? Да. Это сделано за последние 10-15 лет. Вы посмотрите, гематологический центр, сейчас онкогематологический для детей Румянцева, центр Воробьёва Андрея Ивановича, всё перевернулось. И надо, чтобы люди-то об этом знали широко. Поэтому чтение чтениями, слушания слушаниями, на сайте, а многие или на сайте будут смотреть, о чём там слушали на "круглом столе" по микробным коллекциям, генетическим ресурсам по биотехнологиям? Специалисты же опять. А это надо доносить до всех, чтобы это звучало, чтобы это действительно, не просто говорили о платформах, о программах и так далее, а это мощнейший, совершенно новый путь в развитие промышленности в стране. Это совершенно новая культура.
Мы говорим о лекарствах. Вот только что мы приехали из Индии и посмотрели на..., все, оказывается, можно. Как в своё время писали о победе возможности социализма в отдельно взятой стране, так вот мы в Индии убедились: возможна победа биотехнологической науки в отдельно взятой стране. Информационные... Вот коровы ходят, люди в грязи по горло стоят, а напротив два комплекса. И что это такое? Биотехнологический центр, фармакологический и центр информационных технологий.
И сколько там заработная плата? 5-10 тысяч долларов. А здесь? А здесь минимально 100 долларов на пропитание. Всё, разделено государство. Вот так сложилось. И они спокойно выстраивают, идут. Сегодня 20 процентов международного рынка - Индия, фармацевтического. А у нас с вами 95 процентов ввозим, а 5-10 процентов своих.
Ведь по сути сегодня ни одного производства биотехнологического, производства антибиотиков нет в стране. Вот мы говорим проблема безопасности. Вот не поставят антибиотики, и всё. Во всех хирургических отделениях будет сепсис, это, это, это и так далее. Вот вам безопасность. Ни одного производства антибиотиков, ни одного своего.
Раньше, Курган производил, Пермь производила, Томск производил, Новосибирск производил... Ну, я уж не говорю Москва и Санкт-Петербург. Всё работало. А сегодня как вот так... Нет собственных... Всё ввозим. Я уж не говорю там инсулин, безопасность, ну, и так далее, и тому подобное.
Поэтому задача к 2020-му году - чтобы поменялось всё это, 60-70 процентов своих препаратов, своих лекарств, и только там 20-30 ввозимых. 2020-й год - это так быстро оказывается проходит, мы ещё в 2000 году говорили: к 2010-му году удвоение ВВП. Помните всё ведь? Все слышали? 2010-й год. И где, чего? Кризис же. Так, а мы что прогнозы тогда без кризисов делаем, всё? Только если будут аплодисменты сплошные, тогда да. А ведь и кризисы бывают оказываются. Но ведь они не только у нас, они везде. А минус 0,2 процента только у нас. А у всех идёт, идёт, идёт.
Кризис прошёл - 2009 год. Почему? Россия - минус 8 процентов ВВП, Китай - плюс 8 процентов ВВП, Америка - минус 2 процента ВВП, Индия - плюс 4 процента ВВП. В Китае - миллиард 330 миллионов, в Индии - миллиард 210 миллионов. А посмотрите раскладку демографическую: мы потеряли 2 миллиона с 2002 года, мы, а Индия сегодня, вдумайтесь в эту цифру, нет аналогов. 52 процента населения моложе 25-ти лет. Работники, страна, и куда устремлена? В будущее. Вот так мир развивается, вот так мир идёт.
Поэтому хочу сказать всем большое спасибо за участие, мы выслушали с вами 24 выступления. Но, по-моему, с удовольствием это сделали. Спасибо всем, что большинство соблюдало регламент. Ну, а тех, кто не соблюдали, мы чувствовали их порыв и желание эмотивное выступить и донести то, что наболело, то, что наработано за последние годы.
Спасибо всем большое. Всего доброго. Спасибо.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
