Стенограмма cто двадцать пятого заседания Совета федерации (стр. 4 )

Важнейших направлений государственной политики в области развития науки и технологий в этом документе выделено семь. Это развитие в фундаментальной науке важнейших прикладных исследований и разработок, совершенствование государственного регулирования в области развития науки и технологий, формирование национальной инновационной системы, повышение эффективности использования результатов научной и научно-технической деятельности, сохранение и развитие кадрового потенциала, интеграция науки и образования, расширение международного научно-технического  сотрудничества. Я скажу несколько слов о каждом из этих направлений по порядку.

В ряде областей фундаментальной науки мы не только имели, мы до сих пор имеем, сохраняем передовые позиции. В наследство от советского периода нам достался уникальный научно-технический комплекс. В него было вложено очень много. И на начальном этапе реформ, несмотря на очень тяжелые времена для науки, нам удалось в основном этот потенциал сохранить. Более того, в каких-то вопросах нам даже удалось этот комплекс оптимизировать.

Но теперь перед нами стоят принципиально новые задачи. Мы должны перейти от психологии сохранения, сбережения к психологии развития и эффективного использования этого научно-технического комплекса.

Мы более или менее стабилизировали финансирование науки. Но рассчитывать только на бюджетное финансирование не приходится. Абсолютно ясно, что в разы финансирование науки не изменится, не увеличится, а это означает, что мы должны принципиально по-иному подходить к сохранению, развитию научно-технической сферы.

Если говорить о фундаментальной науке, то тут есть две стороны. Первое – это создание и развитие уникальной научно-образовательной среды, которая была характерна и для России, и для Советского Союза, а теперь, опять же, для новой России.

Мы должны добиться того, чтобы наши научные школы, организации, в которых сосредоточена современная приборная база, образовательные организации были ограждены от необоснованных структурных и институциональных преобразований, с одной стороны, а с другой стороны, чтобы они имели возможности для развития.

Для поддержки молодых специалистов в последнее время создано несколько программ, в том числе выделены гранты Президента Российской Федерации для поддержки молодых ученых. На эти цели в 2003 году было выделено около 400 млн. рублей. 1,2 млрд. рублей было выделено на поддержку и развитие материальной базы науки.

С одной стороны, это немалые деньги, с другой стороны, не удается достигнуть определенного перелома. Почему? Потому, что эти деньги распыляются. Помимо того, что с помощью законодательной власти мы должны увеличивать объем финансирования на эти цели, мы еще должны проводить и внутреннюю реструктуризацию, добиваться того, чтобы размеры конкретных грантов и объемы финансирования конкретных проектов увеличились. Да, это произойдет за счет сокращения количества проектов, это должно произойти за счет ужесточения отбора. Но только таким образом мы можем обеспечить должную концентрацию средств и действительно обеспечить какую-то поддержку прорывных направлений.

Ближайшая задача, как мы видим, – выстроить план действий, методологию совершенствования государственного сектора науки, отработать особенности приватизации в научно-технической сфере, внести необходимые изменения в федеральный закон о науке и научно-технической политике, дающий новые возможности развития государственным академиям, ГНЦ, ведущим университетам.

Сохранение среды, обеспечивающей воспроизводство знаний, должно быть дополнено выбором прорывных научных направлений, по которым российская наука не только сохраняет, но и будет в обозримом будущем сохранять приоритет, иметь долгосрочные перспективы.

В этой области нам тоже есть что делать, и одна из задач, которую мы видим перед своим министерством, – ужесточение работы по отбору прорывных направлений, при этом, может быть, надо уменьшить количество приоритетов, потому что именно через уменьшение количества приоритетов мы можем позволить себе большую концентрацию средств на прорывных направлениях.

Абсолютно ясно, что отбор приоритетов должен совершаться не сотрудниками министерств. Это задача научного сообщества, Российской академии наук, других академий, имеющих государственный статус, наших ведущих университетов, наших национальных лабораторий, государственных научных центров.

Именно научное сообщество должно определять приоритеты, но при этом точно оговаривать, что этих приоритетов не может быть много. А государство должно создать эффективную систему финансирования приоритетных работ, отделенную от системы поддержки существующих научных институтов. Мы должны переходить в вопросах поддержки приоритетов от финансирования организаций к финансированию конкретных программ.

Что касается государственного регулирования в области развития науки и технологий, то существуют разные точки зрения на то, в какой степени государство может вмешиваться в экономические процессы.

Конечно, государство не должно управлять всеми этими процессами, но наша позиция состоит в том, что государство не имеет права отказываться от участия в регулировании научно-технической сферы, в регулировании экономики в области научно-технической сферы. Одной из важнейших задач государства является анализ и долгосрочный прогноз перспектив социально-экономического развития вообще и в научно-технической сфере в особенности. Мы должны учитывать, с одной стороны, мировые тенденции, а с другой стороны, – требования нашего и мирового рынков.

В среднесрочном периоде предстоит пересмотреть специализацию и общее количество государственных научных организаций, осуществляющих исследования, опытно-конструкторские и экспериментальные разработки.

Конечным результатом мероприятий по оптимизации структуры и состава госсектора должен стать компактный, оптимально функционирующий в условиях современной экономики комплекс, позволяющий получать результаты научной и научно-технической деятельности мирового уровня.

Я хочу еще раз подчеркнуть: нет ни одной страны в мире, где государство не брало бы на себя ответственность в случае необходимости за уточнение экономической направленности своего развития. И мы тоже не имеем права отказываться от такой ответственности.

В Основах политики Российской Федерации в области развития науки и технологий до 2010 года большое внимание уделяется формированию национальной инновационной системы и коммерциализации знаний. Проводится эффективная работа по созданию и совершенствованию инновационной инфраструктуры.

Министерство промышленности и науки, в котором я работал, еще в 2003 году начало формировать межведомственную региональную программу формирования и развития инновационной инфраструктуры на период 2004–2006 годов. Мы эту работу сейчас продолжили. Одновременно, помимо формирования программы, мы занимаемся реализацией конкретных проектов.

Уже сегодня в 24 регионах России успешно действуют более 60 технологических парков и 56 инновационных технологических центров.

Для улучшения вопросов коммерциализации разработок и технологий в шести федеральных округах было создано шесть центров трансферотехнологий. Не менее 10 таких центров мы собираемся создать в 2004 году.

Именно эти центры должны стать мостом между наукой и промышленностью по коммерциализации результатов научно-технической деятельности. Они должны повысить инновационную активность, инвестиционную привлекательность промышленности России.

Начато создание финансовых инструментов, включая фонды начального финансирования, а также венчурные фонды с долевым участием государства. В ряде регионов страны были проведены инвестиционные инновационные выставки и ярмарки.

Однако наличие элементов национальной инвестиционной системы еще не означает, что у нас в этом смысле все в порядке. Мы имеем практически все элементы, но у нас нет сегодня целостной структуры. Это принципиально важный вопрос.

Очень важно, что эта система создавалась не как некая система, организованная из центра, а как система, которая с самого начала имела черты саморегулирования, как сетевая система. Мы эту работу будем продолжать и рассчитываем, что к концу 2004 года контуры такой единой целостной системы уже будут достаточно четко очерчены.

Следующий вопрос – это коммерциализация результатов интеллектуальной деятельности и введение результатов интеллектуальной деятельности в хозяйственный оборот.

Мы много раз говорили о том, что у нас есть разрыв между научными разработками и тем, что получается на выходе. В настоящее время проведена достаточно большая подготовительная работа по формированию единого механизма вовлечения в хозяйственный оборот результатов научно-технической деятельности.

Главная идея, основа этого механизма – принцип закрепления распоряжения правами на эти результаты, полученные за счет федерального бюджета, за организациями-исполнителями. Эта система работает во всем мире. И мы считаем, что это основной стимул, основная мотивация для разработчиков — действительно заниматься введением результатов своей деятельности в хозяйственный оборот, в экономику страны.

Мы начали проработку большого комплекса нормативно-правовых актов. В качестве первоочередной задачи мы ставим перед собой наработку правоприменительной практики, в том числе формирование рынка интеллектуальной собственности и создание инновационной инфраструктуры.

Наша задача – сохранить и приумножить интеллектуальную среду, которая всегда была конкурентным преимуществом России и должна стать основой новой экономики. В последние годы процесс сокращения численности научных кадров прекратился. Более того, увеличиваются конкурсы в научно-технические вузы. Наконец увеличился приток молодежи в научные организации.

Этот вопрос, может быть, касается другой сферы деятельности нашего министерства — вопросов, связанных с образованием. Но хочу сказать, что те программы, которые мы сегодня готовим в рамках единого министерства, учитывают необходимость улучшения кадрового обеспечения научно-технической и инновационной деятельности, в том числе и деятельности в промышленности. И те программы, которые у нас есть и которые предусмотрены в федеральном бюджете, направлены именно на это. Именно на это направлена и интеграция науки и образования, которая определена как одно из важнейших направлений государственной научно-технической политики.

Мы считаем, что не существует единого инструмента по интеграции научных и образовательных организаций. На сегодняшний день у нас есть несколько подходов. Эти подходы согласовываются и с Российской академией наук, и с вузами, и с ведущими научными центрами страны. Мы полагаем, что первые интегрированные структуры должны появиться уже в этом году.

Уже несколько тысяч студентов и аспирантов из вузов системы Минобразования и других проходят подготовку в научно-учебных комплексах, получили доступ к уникальным установкам и оборудованию институтов Российской академии наук.

Мы здесь не придумываем ничего нового. На самом деле эта система работала и хорошо себя показала в свое время в Советском Союзе. Мы все помним систему базовых кафедр. Мы считаем, что эти подходы надо развивать, усиливать, учитывая новое построение нашей экономики.

Существенную роль в построении инновационной экономики, особенно на ранних стадиях, играет международное научно-техническое сотрудничество. Здесь речь идет и о нашем равноправном сотрудничестве с ведущими научными центрами США, Японии, стран Евросоюза, участии в многосторонней научной кооперации. Я хочу сказать, что эти контакты дают возможность российским ученым вести исследования на современном оборудовании, открывают доступ к самой свежей научной информации.

Одновременно научные контакты со странами – Китаем, Индией, странами Латинской Америки и Юго-Восточной Азии – позволяют нам продвигать свои разработки по всему миру, участвовать в их коммерциализации как в промышленно развитых странах, так и в странах, которые я перечислил, то есть в странах третьего мира.

Кроме того, мы максимально расширяем участие нашей промышленности в выполнении заказов научных центров зарубежных стран, базируясь на сотрудничестве с ЦЕРНом, Брукхейвенской национальной лабораторией, нейтронной лабораторией в Гран-Сассо в Италии, ускорителем в Японии.

Я хочу сказать, что уже сегодня объем заказов лабораторий, научных организаций других стран нашим научным организациям превышает десятки миллионов долларов. И это тоже очень важно, потому что таким образом мы внедряем свои научные стандарты в научных центрах других стран.

В настоящее время действует более 50 межправительственных соглашений о научно-техническом сотрудничестве со странами ближнего и дальнего зарубежья. Но, развивая международное сотрудничество, мы должны уделять особое внимание защите прав российских разработчиков и организаций на результаты научно-технической деятельности. Сегодня те, кто обладают, распоряжаются правами на интеллектуальную собственность, определяют будущее развитие мировой экономики.

Важной составляющей государственной научно-технической политики является региональный аспект. Основные направления совместной работы по развитию научно-технического потенциала регионов в текущем году были рассмотрены и одобрены 27 февраля 2004 года на совещании с участием федеральных органов государственной власти и представителей 49 субъектов Российской Федерации.

На совещании было отмечено, что прежде всего необходимо улучшать координацию взаимодействия всех заинтересованных лиц, органов власти всех уровней, организаций и предприятий, научной общественности и предпринимателей по разработке и реализации региональной научно-технической политики. Я думаю, что в первую очередь это относится к инновационной политике, к вопросам использования результатов научно-технической деятельности в экономике.

В апреле 2004 года Министерство организовало работу по мониторингу научно-технической и инновационной сферы регионов. В настоящее время организовано анкетирование субъектов Российской Федерации.

Важным направлением региональной научно-технической политики является поддержка наукоградов Российской Федерации и других территорий с высоким научно-техническим и образовательным потенциалом.

При этом хочу сказать: мы не считаем, что принципиально важно делать абсолютно одинаковые программы в каждом регионе России. Каждый регион имеет свои особенности. Именно учет сильных сторон регионов должен быть нашей совместной работой – работой федеральных и региональных органов власти.

Подводя итог своему выступлению, повторю, что ключевые проблемы развития сферы науки и технологий, за решение которых несет ответственность государство и , – это сохранение и поддержание интеллектуальной среды, создание адекватной инновационной инфраструктуры, выбор приоритетов развития сферы науки и высоких технологий. Плюс к этому огромная ответственность государства – это обеспечение и поддержка примеров успехов в построении экономики, основанной на знаниях.

Председательствующий. Уважаемые коллеги, прежде чем вы начнете задавать вопросы, хочу вас проинформировать, что здесь также присутствует руководитель Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки .

А теперь, пожалуйста, вопросы.

, пожалуйста.

Андрей Александрович, я сам после окончания института восемь лет работал в академии наук и имею представление о работе научных и учебных организаций изнутри. И, кроме того, мне удалось поработать три месяца в американской научной организации.

Вы знаете, у меня в этот период сложилось твердое убеждение, что наши научные учреждения страдают от отсутствия соединения образовательной части, то есть университетов, и научных центров. В Америке довольно распространено, когда академические исследования проводятся именно учебными заведениями. У нас была принята схема, согласно которой научные подразделения были отделены от учебных заведений. Хотя сейчас современная жизнь подсказывает, что проблем, которые возникают от разделения, больше, чем издержек, которые мы понесем от объединения научных центров и учебных заведений.

В первую очередь это связано с тем, что в академические научные центры приход новых молодых кадров, как правило, довольно затруднен. В случае если это совместно учебное заведение и академический научный центр, то там эта проблема гораздо меньше. Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к идее совмещения учебных заведений и ведущих академических учебных центров? Насколько я знаю, такие идеи некоторыми крупными учеными выдвигаются. Каково ваше отношение?

Мы относимся положительно. Более того, я хочу сказать, что, несмотря на то, что у нас были свои особенности в развитии научно-технических и образовательных центров, у нас была такая интеграция. Мы все помним о так называемой базовой кафедре, когда ведущие вузы страны имели базовые кафедры ведущих академических институтов.

Там были перегибы. Вы помните, тогда было просто запрещено ученым совмещать свою научную деятельность с преподаванием в вузах. Сегодня эти ограничения сняты. С точки зрения кооперации более или менее все идет нормально.

Теперь более формальные вещи. Мы сейчас рассматриваем пилотный проект об объединении ряда ведущих академических институтов и образовательных центров. Лидером является Новосибирский университет, который был создан как часть Академгородка и который, на мой взгляд, должен быть (вы спросили мое личное мнение) частью академической науки.

Я не берусь сейчас говорить по поводу организационной формы. Потому что там есть определенные ограничения. Но мы эти ограничения сегодня снимаем, так же как мы снимаем ограничения по аккредитации научных организаций с тем, чтобы любая организация, в том числе образовательная, могла заниматься научной работой. Точно так же мы делаем все возможное, чтобы ведущие научные центры могли заниматься образовательной деятельностью.

Я думаю, что уже в этом году первые интегрированные структуры появятся. Речь идет не только об объединении академических институтов и ведущих вузов. Речь идет о том, что, например, Томск предлагает некую интеграцию создания инновационного университета, когда будет объединен университет с ведущими отраслевыми структурами. Такие же предложения есть и в Москве. Поэтому общий ответ на ваш вопрос – я абсолютно положительно воспринимаю это не только как человек, но и как министр, как и наше министерство в целом. Первые проекты такого типа, я думаю, уже в этом году будут соответствующим образом оформлены. Но при этом я сразу хочу сказать, что нельзя одним декретом взять и всех объединить. Есть исторические корни, у нас ведущим научным центром является Российская академия наук, и нельзя ее превратить в образовательное учреждение, так же как нельзя наши университеты сделать частью академии.

Председательствующий. Пожалуйста, , Ваш вопрос.

Андрей Александрович, пользуясь случаем, от имени нашего Комитета по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экологии хотелось бы поздравить Вас с назначением на этот высокий пост. И мы надеемся на очень плодотворное сотрудничество с вами. Хотел поблагодарить за то, что Вы нашли возможность выступить сегодня перед нами.

А теперь вопрос. Президент Российской Путин на совместном заседании Совета Безопасности и Госсовета отметил, что несмотря на то, что мы имеем достаточно большое количество научных работников, в общем объеме наукоемкой продукции на мировом рынке Россия имеет менее 1 процента, фактически 0,3 процента.

В этой связи у меня к Вам вопрос: что нужно сделать нам, законодателям, чтобы повысить отдачу научных работников в государственных академических институтах, государственных научных центрах и вузовских научных работников? Как привлечь интеллектуальную собственность в эту деятельность, в инновационную деятельность в целом? Все-таки, какие задачи хотели бы вы решить вместе с нами в законотворческой деятельности?

Спасибо большое за поздравление и за вопрос.

По поводу рынка. Хочу сказать одну основную вещь: нас на мировом рынке никто не ждет вообще. И если мы станем увеличивать нашу долю на этом рынке, то это будет происходить в очень жесткой борьбе, потому что рынок конкурентный и очень привлекательный. И, конечно, все, что можно, будет сделано для того, чтобы мы туда не вошли, не попали вообще.

Поэтому, на наш взгляд, первое, что надо сделать, – создавать для наших ученых, специалистов, институтов мотивацию выхода на этот рынок. Это с одной стороны.

А с другой стороны, добиваться по крайней мере равных конкурентных условий по сравнению с учеными и институтами других стран. Именно поэтому мы считаем принципиально важным принятие нового подхода в законодательстве к использованию интеллектуальной собственности. Я об этом уже упоминал и еще раз хочу повторить.

Весь мир работает на базе того, что интеллектуальная собственность, созданная за государственный счет, передается разработчикам бесплатно. Абсолютно ясно, что на определенных условиях, заключающихся в том, что эта собственность должна использоваться для развития национальной экономики.

Мне кажется очень важным то, чтобы соответствующее законодательство было принято. Наше министерство предлагает соответствующие законопроекты, мы очень рассчитываем на вашу поддержку.

Председательствующий. Пожалуйста, , Ваш вопрос.

, думаю, все члены Совета Федерации присоединяются к поздравлению, которое только что высказал председатель комитета.

А вопрос мой заключается в следующем. В народе распространяется упорный слух о том, что в министерстве рассматриваются варианты присоединения к министерству Российской академии государственной службы и, скажем так, других отраслевых и вневедомственных высших учебных заведений. Имеется ли почва под такими слухами или нет?

Если есть слухи, то какая-то почва под этим всегда есть. Я Вам выскажу свою точку зрения насчет такого присоединения или объединения.

Считаю, что образовательные стандарты во всей стране должны быть едины для всех образовательных учреждений. Это значит, что образовательные подходы (независимо от ведомственной принадлежности, подчиняется ли данная структура Минобразованию или другому ведомству) должны точно контролироваться нашим министерством с точки зрения образовательных стандартов. Это наша задача. И образовательная политика должна вырабатываться нашим министерством.

Что касается ведомственной подчиненности, то мне кажется, что это вопрос вторичный. Вторичность заключается в том, что университеты, образовательные учреждения вообще, чем дальше, тем больше, должны быть саморегулируемыми организациями. Не должно быть очень жесткого государственного диктата. Другое дело, что должны быть точно определены рамки, в которых они должны развиваться.

Поэтому, если для того, чтобы обеспечить независимость, надо каким-то образом выстроить систему, которая бы курировалась агентством по образованию, значит, надо посмотреть, что это даст. Что это даст прежде всего университетам, а не какой-то государственной структуре того или иного ведомства.

Вот общий подход, а конкретно это будет рассматривать Правительство, видимо, не без участия законодателей, потому что, я думаю, это потребует определенных изменений, в том числе и в законодательстве.

Председательствующий. , пожалуйста.

Андрей Александрович, всем известно, что конкурентоспособная промышленность базируется на результатах деятельности прикладной науки, а прикладная наука базируется на результатах деятельности фундаментальной, поэтому именно фундаментальная наука лежит в основе всего. Вместе с тем ситуация с фундаментальной наукой чрезвычайно плохая. Вы совершенно справедливо сказали, что молодежь наконец начала понемногу притекать туда, но я очень хорошо знаю ситуацию. К сожалению, у нас возраст основной массы научных сотрудников за 60 лет. У нас нет среднего звена, которое служило бы обучающим, направляющим компонентом для молодых научных сотрудников. Для того чтобы люди работали в науке, нужны две вещи: приличная зарплата и достаточно приличные условия для работы, экспериментальные установки и так далее.

Какая сегодня зарплата? Могу привести пример. Я пришел из фундаментальной науки, доктор физико-математических наук, продолжаю оставаться на полставки сотрудником Института теоретической и экспериментальной физики. Я главный научный сотрудник и получаю полставки, 628 рублей. (Оживление в зале.) Это, по-моему, достаточно веский пример.

Что Вы предполагаете сделать для того, чтобы именно фундаментальная наука, которая с трудом поддается коммерциализации, была бы не сохранена, а возрождена по существу? Как Вы предполагаете восполнить недостаток самых работоспособных кадров среднего возраста и финансирования, прежде всего, экспериментальной базы фундаментальной науки?

Спасибо за вопрос, я постараюсь на него ответить. Первое, я думаю, Вы знаете лучше меня, что ожидать увеличения бюджетного финансирования науки в разы не приходится. Вы проводите бюджет страны каждый год и знаете, что существуют, как бы мы ни боролись за это, определенные ограничения.

Второе. Даже в том не очень большом бюджете, который есть, мы не можем все деньги отдать только на фундаментальную науку, потому что при отсутствии мостов, связи фундаментальной науки с прикладной, с выходом на инновационную деятельность мы потеряем даже то, что сегодня имеем.

Третье. Сегодня ни одно государство в мире не может вести исследования по всему фронту работ, включая те же самые Соединенные Штаты Америки. Поэтому, отвечая на Ваш вопрос, я хочу повторить еще раз некоторые тезисы из доклада. Есть две составляющие части. Есть поддержание среды, той среды для фундаментальной науки в ведущих институтах, которая должна существовать, с нее нельзя ни в коем случае требовать никаких рыночных результатов. Доля на финансирование науки, поддержание среды должна быть сохранена или увеличена в рамках бюджета. Вот это точно, это императив. Уменьшиться эта доля не может.

Ее нужно увеличить в несколько раз.

А в несколько раз ее невозможно увеличить, потому что у нас нет… Я говорю о доле, а не об объеме. Давайте увеличивать общий объем на науку, и при увеличении доли не в несколько раз, а может быть, на проценты, может быть, на десятки процентов это может принести определенные деньги в науку.

Но хочу сказать о другом. Без реформирования фундаментальной науки мы не решим вопрос достойного существования ведущих научных институтов. Поэтому вторая часть работы заключается в том, что мы должны (мы – это научное сообщество) определить, какие институты должны развиваться, а какие мы сегодня, к сожалению, развивать не можем. Принципиально важно, чтобы те средства, которые не только высвобождаются, но и образуются, может быть, при переводе какой-то отрасли науки в корпоративную, оставались в секторе фундаментальной науки и шли на развитие материально-технической базы фундаментальной науки. Я считаю, что это в первую очередь задача реформирования внутри Российской академии наук. Именно академия наук должна определить, что у нее является приоритетом и куда направлять свои средства. К сожалению, другого варианта нет. Мы не сможем сегодня поддержать всех, даже весьма достойных ученых и весьма достойные институты. Мы должны определить, кого мы будем поддерживать в первую очередь.

Еще один вопрос: не считаете ли Вы правильным привлечение к финансированию фундаментальной науки средств, скажем, таких министерств, как Министерство обороны? Ведь не секрет, что вся наша фундаментальная наука, или почти вся, выросла из так называемой оборонки.

Министерство обороны утверждает, что оно финансирует фундаментальную науку.

Свою.

Нет, но оно утверждает, что финансирует… Крайне важно, чтобы были выработаны единые критерии того, что является фундаментальной наукой, какие направления являются действительно прорывными. Именно поэтому я и говорю, что определять, какие институты имеют право на первоочередную поддержку, какие приоритеты надо выбирать, это в первую очередь задача научного сообщества. Здесь есть одна опасность. Я просто хочу, чтобы все об этом помнили. Научное сообщество с огромным трудом идет на выработку приоритетов. Это – очень болезненный процесс. И тем не менее, если ученые не будут выбирать приоритеты, то за них их выберет неизвестно кто. Поэтому тут вариантов нет.

Председательствующий. Вячеслав Александрович Новиков, Ваш вопрос.

Андрей Александрович, Вы рассказали о направлениях деятельности министерства по реализации научной политики. Они подкреплены достаточно правдоподобными рассуждениями о том, что эта деятельность правильная, разумная, полезная и так далее. Скажите, пожалуйста, есть ли у Вас хотя бы какой-нибудь внутренний документ, в котором были бы изложены результаты этой деятельности? Я не говорю, конечно, что в 2007 году все научные сотрудники, уехавшие за рубеж, возвратятся назад или в 2010 году 40 процентов мирового рынка наукоемкой продукции будет принадлежать России и так далее. Хотя бы в каком-то варианте есть документ, чтобы можно было понять, когда мы получим какой-то результат? Вы говорите: вот мы это делаем, это вроде бы полезно, а что получится в результате – как Бог даст.

Я так не говорил.

Складывается впечатление, что это так.

Это моя вина, и я приношу извинения высокому собранию, если мои слова понимаются именно таким образом. Я могу сказать, что было несколько документов, был доклад по развитию именно этого сектора экономики и науки 22 января 2004 года на заседании Правительства. Мы представили соответствующий документ, в котором было указано не только то, что мы сделали, что мы делаем и должны делать, но и какие результаты мы ожидаем. Это первое.

Второе. Было объединенное заседание Совета Безопасности и Президиума Госсовета 24 февраля, на котором обсуждалось развитие научно-технического сектора, инновационной экономики, национальной инновационной системы, где тоже были поставлены задачи. Сейчас этот документ, подписанный Президентом, отправлен для исполнения в Правительство. Те работы, которые велись, они велись другими министерствами, к примеру, Министерством промышленности, науки и технологий. Но, во-первых, есть преемственность в части науки того министерства и нашего. Во-вторых, есть личная преемственность. Потому что, как вы знаете, начиная с октября я исполнял обязанности министра. Министерство промышленности, науки и технологий отвечало за это направление. У нас есть для себя, и не только для себя, контрольные цифры. Я могу какие-то цифры назвать сейчас, могу более подробно это доложить всему Совету Федерации и Вам лично.

Думаю, что достаточно просто документ прислать в Совет Федерации.

Те документы, которые я перечислил, мы перешлем в Совет Федерации, так же как и те планы, которые на сегодняшний день мы строим. Единственное, что я хочу сказать, если говорить о новом министерстве, – сегодня министерство формируется. В его штате, если я не ошибаюсь, пока шесть человек. Поэтому, если Вы хотели бы получить новые документы, которые разрабатываются, то, видимо, все-таки реально это будет в конце мая – начале июня.

Председательствующий. , пожалуйста, Ваш вопрос.

Коллеги, я обращаю ваше внимание: у нас 10 минут до конца "правительственного часа". Поэтому покороче формулируйте вопросы, пожалуйста.

, представитель в Совете Федерации от Народного Собрания Республики Ингушетия.

Андрей Александрович, два очень коротких, но важных вопроса. Первый вопрос: как Вы оцениваете эффективность международного научного сотрудничества? Ведь не секрет, что договоров, соглашений на данную тему в этой сфере очень много, а отдача, кажется, недостаточно высока, в том числе по такой актуальной проблеме, как защита интеллектуальной собственности.

Я полностью согласен с тем, что Вы высказали, даже процитирую Вас: "Министерству необходимо обеспечить учет сильных сторон регионов в научно-технической политике". Думаю, что прежде чем доходить до этой стадии, министерству, наверное, надо заниматься как бы взращиванием этих сторон.

Второй вопрос такого рода. Я представляю Республику Ингушетия, проблем у нас очень много, в том числе по тем вопросам, за которые отвечаете Вы, как министр Российской Федерации. Не считаете ли Вы нужным создание неких специальных систем для подобного рода субъектов Российской Федерации, проблемных регионов, которые охватывали бы комплекс вопросов средней школы, высшей школы, подготовки научных кадров и так далее?

Сначала по международному сотрудничеству. Мы в Правительстве и в министерстве довольно существенно пересмотрели список наших международных договоров, скажем так, переоценили их, постаравшись оставить только те соглашения и комиссии, которые реально работают. Потому что не секрет, у нас были соглашения, которые только подписывались, но после этого по ним не то чтобы месяцами, годами ничего не делалось.

Могу сказать, что однозначно есть несколько достаточно успешных направлений деятельности. Пожалуй, в качестве самого успешного я могу назвать наше сотрудничество с Европейским сообществом. Например, первый конкурс по шестой рамочной программе привел к тому, что, по-моему, 53 коллектива российских ученых оказались победителями и в рамках консорциума работают по наиболее актуальным темам. Могу сказать, что по нанотехнологии работают по 16 проектам. Это очень интересное направление. Я считаю, что это правильное направление совместной работы.

Могу сказать: в принципе успешно и (что для нас очень важно) на равноправной основе сейчас организовывается сотрудничество с Соединенными Штатами Америки, в том числе по коммерциализации технологий, по сотрудничеству в области защиты и использования интеллектуальной собственности. При этом, когда мы выстраиваем приоритеты сотрудничества, мы с самого начала ставим вопрос таким образом, что обеспечиваем софинансирование, поддержку проектов не только потому, что эти проекты приняты в рамках какого-то международного соглашения. Мы готовы поддерживать только те договоры и соглашения, которые соответствуют нашим внутренним приоритетам и интересам. Тема очень большая, я могу конкретно ее обсуждать, но думаю, что лучше это оставить.

По второму вопросу. Он, может быть, в большей степени касается другой стороны нашей деятельности, так как для министерства вопрос образования – это вопрос очень серьезный. Вопрос о том, какова задача образования вообще, не каковы инструменты, а какова именно задача российского образования – это вопрос, который требует достаточно существенного обсуждения, а в некоторых вопросах даже пересмотра.

Могу сказать, что по крайней мере ясны две стороны. Это улучшение качества профессиональной подготовки и решение вопросов, связанных с молодежной политикой, воспитательной работой. Видимо, и в том, и в другом вопросе так называемые (не знаю, насколько это корректное название) проблемные регионы, сложные регионы требуют особого внимания.

Я могу сказать, что в составе нового министерства будут работать два департамента. Один из них — Департамент по воспитанию, молодежной политике и социальной поддержке обучающихся, второй — Департамент по образованию. В значительной степени их деятельность будет направлена на учет особенностей различных регионов.