Стенограмма семинара председателей комитетов по проблемам коренных малочисленных народов и руководителей аппаратов законодательных (представительных) органов власти Севера, Сибири, Дальнего Востока Российской Федерации (стр. 2 )

Я на этом остановлюсь. Но если будут вопросы, готов на них ответить. Я хочу повторить, что теоретизировать я могу очень долго. И эти вот фрагменты, поскольку Север является не просто моей жизнью, но моей судьбой, и о нем знаю не понаслышке и не из книг, а сам их много написал. Спасибо.

тк

Есть предложение обменяться мнениями. У кого-то возникли вопросы, кто-то хочет какие-то предложения внести. Я еще раз хочу подчеркнуть, что из-за того, что Россия является северной страной, а две трети ее территории относятся к северным районам и 10,5 млн. человек проживают на этих территориях, то по определению, если две третьих государства относится к Северу, то государство это и обязано заниматься северными проблемами. Если оно не будет заниматься северными проблемами, то пройдет не так много времени, может быть, 5, 10 лет и жизнь жестоко за это дело накажет, накажет обезлюденьем огромных территорий, огромных северных пространств, которые просто обезлюдеют, накажет истощением ресурсов, которые сейчас кормят всю страну, северные ресурсы, вот об этом мы должны всегда помнить.

Пожалуйста, кто хотел бы высказаться по данной тематике.

________

Обратите внимание, я законотворческий процесс территорий не затрагивал, поскольку есть коллеги, которые будут эту проблему поднимать.

вопрос

Вопрос такого рода. Комиссия, которая занималась районированием, работала при Министерстве экономического развития, потом, по-моему, Валентина Николаевна в большей степени инициативу взяла. Мне приходилось на нескольких совещаниях выслушивать очень интересные доклады ученых различных институтов, несколько, может быть, разные концепции, но, тем не менее, удалось ли воссоединить это воедино и вынести уже в какой-то документ и перспективы его рассмотрения?

По этому вопросу я могу сказать следующее. Первоначально эту комиссию возглавлял Циканов. А вы знаете позицию господина Циканова, что или уже только то, что можно признать, это он считал, арктические районы, а все остальные – их нет, это все такое. Он подошел механистическим способом, разделил на шесть районов. Ну, вы знаете, тогда шум большой был. И на том этапе удалось, это вам тоже известно очевидно, привлечь внимание к тому, что не только природно-климатические условия, но и медико-биологические и, самое главное в рыночной экономике, социально-экономические условия проживания человека на Севере, существования человека на Севере, подчеркиваю, социально-экономические. Потому что у нас экономика рыночная, и это решающий фактор, который сказывается на самочувствии человека.

И все эти три раздела начали разрабатываться в отличие от одного, который разрабатывал Циканов. И поскольку я постоянно интересуюсь Валентиной Николаевной Камененко, то по ее информации на 95 процентов эта работа уже завершена и, видимо, в мае уже будет готовый продукт деятельности этой комиссии. Где, правильно говорил Александр Сафронович, с научной точки зрения, с учетом всех этих трех основных факторов, а их еще масса, факторов этих, но это три основных, о которых я сказал, и будут даны предложения Правительству Российской Федерации по принятию постановления нового и всеобъемлющего по районированию Севера Российской Федерации.

То есть, мы считаем, что в этом году вопрос перейдет в практическую плоскость. Конечно, Правительство будет возражать, это вы понимаете, да? Будет какие-то территории считать обжитыми, какие-то чрезмерно отнесенными к Северу, но к практической работе уже мы приступим.

________

Прошу прощение, Геннадий Дмитриевич, я несколько как бы упустил проблему, которая еще поставлена вопросы недропользования, а сейчас посмотрел, с комитета нашего, недропользования, никто не выступает. Я скажу не недропользования надо говорить, а о природопользовании. Смотрите, сейчас идет два кодекса: водный и лесной, и идет закон о недрах. Причем, отмечу, что все три законопроекта природопользования субъектами Федерации категорически концептуально не приемлются. Причем, как-то сложилось, вот у нас огромная территория, субъекты, как я уже говорил, по своей не только северные, а вообще субъекты отличаются один от другого значительно. Мы пытаемся в законе расписать все так, чтобы этот закон был хорош и на 3 млн. квадратных метров в Якутии, и, допустим, на 18 тыс. квадратных километров в Чувашии.

Унифицировать законодательство.

________

Это никогда невозможно. Для одних, как сейчас в прессе пишут, допустим, Ингушетия и Осетия там водоохранную зону городу Владикавказу определяют, что она выходит за территорию вообще. Ну, это как пишут в прессе, я по прессе сужу, выходит вообще за территорию Северной Осетии, выходит на Ингушетию. И в то же время в Якутии установить такую же зону, когда там 800 тыс. озер с площадью больше 10 тыс. квадратных метров, и их привести к двум тысячам квадратных метров. Да это у нас лужи, которые у каждого … (неразборчиво), и тогда по этой лужи, которая около деревни, на берегу которой стоит, тогда надо будет за разрешением, чтобы из этого озера воду взять, этому сюда приезжать и здесь доказывать, или здесь, или представителю министерства на территории, приезжать и доказывать.

То есть, эти законы, во-первых, исключают субъекты Федерации из управления природными ресурсами, причем о недрах ладно, оставим за скобками. Но это исключили и из леса, исключили и из воды, и вообще нарушили конституционное право, которое записано в Конституции. Да, Конституция, может быть, …(неразборчиво), в 1993 году вы знаете в каких условиях она принималась. Но в то же время разработчики закона, и к несчастью, я глубоко в этом убежден, что разработка трех законов по природопользованию разделилась. Одним законом по недропользованию занимается Министерство по природным ресурсам, которое создано вот таким образом, а водный и лесной кодексы, они разрабатываются Министерством экономики и торговли.

Причем концептуально, и идеология у каждого министерства совершенно разная. Во-первых, когда еще Артюхов был министром, они очень долго бодались, и закон о недрах тоже разрабатывался в недрах первоначально, и он у нас ходил, вы знаете, по территориям рассылался закон, который был разработан в недрах Минэкономразвития. Потом этот тяни-толкай закончился, наконец-то, недровый закон перехватило к себе Министерство по природным ресурсам. На Правительстве его рассмотрели и Правительство его вносит в Государственную Думу. Водные и лесные кодексы так и вышли из недр Министерства экономики, хотя департаменты и водный, и лесной находятся в Министерстве по природным ресурсам.

Я вам уже приводил примеры, что практически валютные поступления в страну на 60 процентов обеспечиваются за счет реализации природных ресурсов, а поскольку они являются еще и основой бюджетов территорий, если изымается все, управление уходит этими природными ресурсами в федеральный центр, то, естественно, населенные пункты и территории, регионы остаются без средств, без источников к существованию.

Поэтому нам представляется, и предстоит, мы свое заключение комитета и по водному, и по лесному кодексам высказали о том, что мы концептуально, ну, головным выступает Комитет по природным ресурсам, но надо сказать, что, и это я отношу к нашей огромной заслуге наших председателей двух комитетов о том, что мы практически эти проблемы недропользования сегодня ведем одномоментно, параллельно, то есть не перетягиваем, кто из нас главнее, кто выше, у кого труба выше.

св

Мы в Петропавловск-Камчатский выезжали с выездным заседанием комитета, председатель Комитета по природным ресурсам присутствовал. Там мы смотрели рыбные проблемы, они относятся у нас к аграрному комитету. И, наконец, после этих парламентских слушаний был импульс подан, закон о рыболовстве был продвинут. Далее Лесной кодекс, недавние парламентские слушания, которые организовывал Комитет по природным ресурсам. Закон о недрах, парламентские слушания, которые проводил Комитет по природным ресурсам. Мы в этих слушаниях принимали самое непосредственное участие, делегируя представителей субъектов Федерации, северных территорий, чтобы они аргументированно доказывали свою точку зрения на этих парламентских слушаниях и присылали сюда свои замечания и предложения к этим законам.

Виктор Петрович Орлов, председатель комитета, особо подчеркнул, что два субъекта Федерации, которые не просто написали – поддерживаем или не поддерживаем эти законопроекты, но прислали развернутую характеристику законопроектов с конкретными предложениями, с формулировкой статей закона. Это Республика Саха (Якутия) и Республика Татарстан. Потому что эти две республики в значительной степени, но Якутия особенно, живут только за счет того, что у них есть недровые богатства.

Пожалуйста, вопросы. Или все согласны с тем, что здесь было сказано? Все понятно? Пожалуйста.

с места

Александр Сафронович, Вы привели очень хороший пример по поводу Канады как опыта, который нам бы стоило применить. Вы сказали о том, что аборигенное население не дало властям проложить ту самую злосчастную трубу. То есть то законодательство, которое существует в Канаде, настолько сильно и защищает коренные народы.

Вы сказали, что на сегодняшний день отсутствие четкого понимания, что такое Север, приводит к разным проблемам, рождает эти проблемы. Так вот, отсутствие четкого понимания, что такое коренной, малочисленный народ и его статус (и заявлена программа семинара взаимодействия с малочисленными народами) тоже приводит не к разрешению проблем, а к их усугублению.

Вы сказали о том, что нужно не осваивать, а обживать. Очень красивая, сильная фраза. Но Вы забыли о том, что на Севере, в Сибири, на Дальнем Востоке живут эти самые аборигенные народы, коренное население, и сейчас думают о том, что коль не могут нам сделать законы, чтобы мы там жили, а не выживали, не мешайте. Люди сами будут там не обживаться, а жить и осваивать те ресурсы, которые у них сегодня пытаются отобрать.

Поэтому я буду крайне признательна, если вы помогли бы немножечко сделать крен в сторону коренных малочисленных народов и сказать конкретно, что сегодня готовится и в Госдуме, и в Правительстве. Я поняла, что лоббируется закон о том, чтобы Тыва, Архангельская область, как бы отодвинуть территорию Севера чуть-чуть повыше. А насколько это согласуется с теми людьми, которые там живут? Насколько слышно их мнение? Вы говорите на основе научных разработок, какие институты привлекаются.

Отвечаю. Единственный в России институт, который находится в Республике Саха (Якутия), целевой институт, который занимается проблемами коренных малочисленных народов Севера всей России.

У нас неделю назад закончился Пятый съезд коренных малочисленных народов Севера, были сформированы органы управления.

нт

Боле того, у нас закончился, в прошлом году закончилось 10-летие, объявленное ООН, 10-летие коренных малочисленных народов мира, аборигенов народов мира. И сейчас ООН продлевает еще снова на эти 10 лет. Совет Федерации

Позавчера вот здесь, на встрече с депутатами Ил Тумэн Республики Саха (Якутия) заявлено здесь, с высокой трибуны в Совете Федерации о том, что сейчас будет создана специальная рабочая группа. В составе Правительства будет создана, распоряжение о том, что рабочая группа обязана, как всегда у нас, разработать программу и так далее, которая будет руководить этом процессом в рамках вот этого объявленного ООН 10-летия.

То есть, это не только внутренняя наша, внутрироссийская проблема, но это проблема Земного шарика. И аборигенное население имеется не только у нас в России. У нас сейчас, как привел пример на этих "слушаниях", у нас сегодня около 10 народностей, в России которые имеются, насчитывают менее тысячи человек. Можно тафалары привести, можно юкагиры привести, можно нивхи привести. Их остается очень мало.

Евдокия Гаер, которая у нас была, помните, первой. Я с ней вот недавно, когда ей тут 70 лет было, я говорил: Вы помните, все время не слезали не с трибун и говорили, что вот Советский Союз малые народы задавил совсем. Я говорю: к чему Вы привели? Если в Советском Союзе четко было, ясно выверено. У нас Институт Герцена готовил специалистов, его филиалы работали у нас в Хабаровске. Сегодня Институт Герцена тех, кого он выпустил, учителям, которые работают с этими коренными народами, они уже стали пенсионерами, им уже по 60 лет. Завтра, как раз сейчас поставлена проблема о том, чтобы возродить в Институте Герцена эту подготовку кадров. И эта проблема обсуждалась, кстати, на совещании, которое проходило в Якутске под руководством Касьянова. И Болотов, который у нас представлял Министерство образования, вот эти, во-первых, малокомплектные школы, кочевые школы, о которых надо говорить.

Я убежден, что, хочу в это верить, и хочу сам верить и убедить других, что, если только мы возьмем эту проблему представителей коренных малочисленных народов. Их не так много. Саами у финнов 25 тысяч живут. В Швеции мы были, они нормально, саами и к нам уже переместились. Мы – государство, и в законодательном порядке есть у нас концепция о развитии территорий традиционного природопользования.

В законе, который прошел, по недрам сейчас идет, там эта проблема тоже, кстати, учитывается тот же опыт Канады. Поэтому я еще раз говорю, что хотел бы верить о том, что вот эта проблема будет в это десятилетие реализована, если государство будет оставаться… Я всегда привожу пример. Если государство является государством, называется государством, а не просто собранием группы заинтересованных лиц, то тогда оно будет реализовывать эту проблему.

с места

Для того, чтобы… (говорит без микрофона, не слышно) как-то улучшилось положение людей?

И не только коренных, я бы сказал, а всех нас.

Пожалуйста, еще какие будут соображения по данному выступлению? Или, может быть, мы в проблематике своей, которую мы видим, не всех вопросов коснулись? Может быть, есть острые моменты, которые… Я напомню, что мы проводили "круглый стол" по проблемам авиации на Севере. Потому что авиация, к сожалению, зачастую является единственным видом транспорта, который связывает Север, северные населенные пункты между собой и с большой землей, так называемой. И авиация та же самая с каждым днем становится все дороже и дороже. И для северян фактически вид транспорта становится недоступным. Это тоже большая проблема.

Да, пожалуйста.

С. С.ИВАНОВ, представительство Ямало-Ненецкого автономного округа.

Прежде всего, мне хотелось поблагодарить руководство комитета и весь комитет. Это наш комитет, потому что проблемы Севера для членов комитета – это их жизнь, это наша жизнь.

ау

Поэтому достаточно часто мы встречаемся, и многие лица, которые я здесь вижу, мы часто бываем на разного рода совещаниях, семинарах, обсуждаем эти проблемы. Может быть, поэтому сейчас не все так активно хотели бы высказываться, потому что много мы об этом говорим.

Я хотел бы сегодня несколько собственных соображений высказать по обсуждаемым вопросам.

Первое. Мне кажется, что мы в наших встречах, в наших обсуждениях, к великому сожалению, немножко даем больший крен проблемам. Да, они у нас есть, мы все их прекрасно знаем, но каждый раз, повторяя и повторяя их, мы не приходим к их разрешению. То есть в наших обсуждениях позитивная составляющая их решения занимает меньшее место. Даже недавно закончившийся съезд коренных малочисленных народов показал, что у них произошел некий положительный позитивный перелом. Если вы помните, на всех предыдущих съездах выходили представители народов, говорили о том, как им плохо, проблемно, и просили, просили, то на этом съезде, на последнем, уже произошел такой момент, что, да и это тоже присутствовало, но присутствовала и большая другая составляющая позитивная о том, что делается, как делается и по каким направлениям нужно все решать.

Конечно, вопросов много и действительно в таком кратком сообщении очень трудно охватить все проблемы. Поскольку комитет достаточно целенаправленно все эти вопросы отслеживает, решает и на выездных заседаниях. Вы все, наверное, знаете, и сегодня об этом говорилось, и на последнем выездном заседании, которое состоялось у нас в округе решали вопросы поддержки экономики традиционных отраслей. Но даже такое достаточно глубокое рассмотрение не всегда все вопросы охватывает.

Мы все много говорим о том, что надо поддерживать традиционные отрасли, нужно поддерживать коренные национальности малочисленные. Я сейчас живу в городе Москва, налогоплательщик. И я задаю сам себе вопрос: почему я должен со своих собственных налогов, со своих собственных средств деньги куда-то там на Север выплачивать для того, чтобы поддерживать оленеводство где-то в Эвенкии, скажем? Почему мне это должно быть интересно, как налогоплательщику и жителю города Москва. И вы знаете, я нашел для себя этот ответ. И ответ звучит следующим образом, потому что территория нашей страны огромная, Север огромен, тысячи квадратных километров, население очень маленькое. Территория жива пока там есть люди. Люди, занимающиеся традиционными отраслями, они оживляют эту территорию, они не дают. Если у нас уйдут оттуда люди, у нас есть наши братья и коллеги, и друзья чуть-чуть пониже на территорию расположенные, у которых не хватает места для расселения. Они очень быстро могут все эти территории занять.

Меня на съезде совершенно потрясло одно выступление американца, который приехал с Аляски, зовут его Майкл Захаров. Фамилия очень популярная у нас в Якутии. Захаровых много в Якутии. Майкл Захаров сказал: вы знаете, а наша родина здесь, на этой стороне. А мы-то там всего присутствовали в русской Америке совсем немного времени. Только в конце поза-позапрошлого века Америка была продана. У нас там было акционерное общество "Русская Америка". То есть мы на этой территории работали. Россия работала очень мало. И память об этом сохранилась в людях, в фамилиях и так далее.

Мы здесь на своей территории почему должны к людям, которые сохраняют, охраняют, одухотворяют эту территорию, должны относиться… То есть они получается, выступают у нас в роли неких просителей, что подайте, Христа ради, нам на жизнь.

С точки зрения, если таким образом идеологию этого дела повернуть, то мне, как налогоплательщику интересно, чтобы эта территория была жива. И поэтому за занятие традиционным образом жизни, я считаю, что нужно платить. Именно за занятие традиционным образом жизни. Если коренной человек коренного народа выходит в другую жизнь, он получает высшее образование, он начинает конкурировать со мной, потому что… Как все выступают, коренные малочисленные народы, мне всегда хочется встать и сказать: я, Иванов, я представитель коренного, становящегося все более малочисленным народом. Но там, именно в тех тяжких условиях Севера, невыносимо тяжелых, помочь этим людям очень важно.

Мы это провозглашаем, с одной стороны, а с другой стороны, проблема… Мы знаем, что основа – это оленеводство, северное оленеводство. Смешные деньги у нас выделялись последние годы на поддержку северного оленеводства. По 70 миллионов – год, потом немножко добавили, по 100 миллионов. В этом году, несмотря на все совещания, Президент провел у нас в Салехарде, все было под аплодисменты. Не выносимо, какие усилия принимал комитет Совета Федерации, Государственной Думы, наши депутаты. В этом году на оленеводство у нас ноль. А раз ноль, значит у нас на многих территориях, вы знаете, оленей практически не осталось, жить не с чего.

У нас на сегодняшний день в округе благодаря усилиям законодательных и исполнительных органов власти удалось сохранить оленей. Есть возможность этих оленей распространить по всем другим территориям, чтобы сохранить традиционный образ жизни.

Но и у нас проблемы. Кто на съезде присутствовал, наверное, обратили внимание, когда полномочный представитель Президента Латышев выступал на съезде. Он привел цифру…(?), что оленеводы зарплату получают ниже прожиточного минимума. У нас точно такая же картина. На самодостаточной территории и то мы с другом можем обеспечить законно зарплату для оленеводов. Оленевод получает меньше прожиточного минимума, это зарплата. Это не считают, что у него семья и так далее.

Я помню, в советские времена, когда на Севере работал. В мой период работы как раз была введена должность чумработницы. До этого не было. Да, женщины вообще ничего не получали, и пенсии им нельзя было оформить. Это трагедия была. И потом уже на эту должность чумработницы там 5 человек оформляли. Но неважно, важно, что было признано государством, что это важно.

Я считаю, что на сегодняшний день, может быть, с помощью комитета и всех нас поставить вопрос о том, чтобы традиционный образ жизни был признан точно таким, как чумработница. Потому что это важно для нас, для каждого. Иначе мы потеряем территорию, потеряем Россию на той территории, с которой мы сейчас кормимся и все получаем.

Много можно, конечно, говорить о всех этих проблемах. Я думаю, что на сегодняшний день у нас сложились очень хорошие, деловые отношения и с комитетом, и взаимоотношения, по крайней мере, я могу говорить о нашей территории и с представительными (законодательными) органами. Вопросов очень много. Действительно, очень хорошо, что было создано Министерство регионального развития. Мы тоже с ними пытаемся сейчас выстраивать. Вчера я провел совещание с руководителями ряда представительств территории, в том числе и глава нашего представительства тоже принимал участие в этом совещании. Там были высказаны очень серьезные проблемы и тревоги в связи с муниципальной реформой, которая сейчас тоже, если срочно не принять меры, может привести к более серьезным потрясениям нежели, чем монетизация. Масса всяких вопросов.

Я думаю, что такие встречи, которые комитет здесь организует, нужно их продолжать, это очень важно, нужно. И, спасибо, вам за такого рода работу. Спасибо.

Спасибо, Вам за добрые слова. Сейчас у нас по нашему регламенту перерыв. Есть предложение всем спуститься в 217 комнату попить кофе.

Потом вернуться в этот кабинет и продолжить наше обсуждение. Будет очень интересное сообщение замруководителя департамента Минфина перед вами выступит, Бешаев(?) Олег Георгиевич.

(Перерыв)

ще

Вы знаете, если взять стенограмму, то к 2010 году, потом пошло, что за 10 лет удвоение ВВП. В принципе это все дефиниции, которые если мы и решим эту проблему к 2012 году хотя бы за 10 лет после постановки задачи об удвоении ВВП, то будем считать, что поставленные Президентом России задачи реализованы в рамках государства. Но в рамках Байкальского форума, многие присутствовали на этом форуме, академик Конторович заявил следующее, я процитирую, выписал, и для меня это было открытием, что если мы будем расти по 10 процентов ВВП в год, то уровня СССР 1990-ого года мы достигнем к 2030 году. Вот тут вот и вопросы возникают о том, каким образом, какими темпами развивается наша экономика? В каком направлении идет структурная перестройка этой экономики?

Обратите внимание, во всех посланиях Президента, вот, сколько их было, и , первый Президент, и сейчас Владимир Владимирович Путин, постоянно высказывает мысль о том, что государственная политика должна быть направлена на структурные преобразования экономики.

Однако уже и самые ярые наши либералы в правительстве, которыми являются министр финансов и министр экономики заявляют, уже в публичных, и не просто в выступлениях, а и в печати, а что написано пером, не вырубишь топором, о том, что в ближайшие 15-20 лет основой и развитием экономики российского государства являются природные ресурсы.

Поскольку природные ресурсы являются основой и доминантой развития экономики страны, то Север в этой части занимает главенствующее положение. Опять напомню несколько цифр, они в аналитических записках есть комитет, который представил, смотрите, 100 процентов платиноидов и алмазов добывается на Севере, 93 процента газа добывается на Севере, 82 процента нефти добывается на Севере. И можно этот ряд додвигать, там 63 процента золота, 82 процента серебра и так далее, и так далее. Лес, рыба – это все Север.

Более того, что на российском Севере сосредоточены запасы мирового уровня и значения, самое главное, углеводородного сырья. Вот по разным оценкам, которые дают геологи о том, что у нас российский Север располагает 100-110 млрд. тут, углеводородов, тонн условного топлива. То можно судить о том, что эта часть будет в дальнейшем превалировать и, самое главное, в одной из статей лет 5 назад было декларировано вашим покорным слугой о том, что битва за природные ресурсы земного шарика, она будет ужесточаться и, мы с вами являемся свидетелями сего. Вот ту новейшую историю, не надо уходить далеко в прошлое, новейшая история. У нас практически сегодня идет перераспределение транснациональных корпораций по миру.

Почему оно идет? Почему, допустим, и ТНК, ВР, который к нам идет, другие сырье добывающие компании, все идут сюда, а политику в этой части, как бы обеспечение продвижения сюда к нам, и естественно обеспечивают государства.

Не будем называть государства, которые сегодня доминируют и пришли на Ближний Восток не для того, чтобы демократию устанавливать.

Поэтому наш Север, я, почему вот так несколько отвлеченно, может быть, говорю. Но почему проблемы Севера являются проблемой не просто тех субъектов федерации, о которых Геннадий Дмитриевич сказал, сколько их, а являются проблемой нашего Российского государства, его роли и значения в мировом распределении труда, роли и значения того, как мы в ближайшие годы будем видеть свое экономическое развитие.

Так вот, возвращаясь к теме о том, что нам нужны структурные преобразования экономики, мы должны говорить о том, что пока природные ресурсы, которые идут на экспорт не стали локомотивом вот в этих структурных преобразованиях. Решаются краткосрочные задачи и эффект, который мы получаем из того, что мы продаем природные ресурсы не направляемых на реализацию этих структурных преобразований.

Если сейчас мы для стерилизации денежной массы для того, чтобы инфляцию подавить, стерилизуем эту денежную массу через Стабилизационный фонд и в тоже время нет внятной краткосрочной политики в том, чтобы эту стерилизованную массу направить для решения стратегической задачи.

Опять возвращаюсь к тому, чтоб структурно перестроить экономику, это не только, допустим, в обрабатывающую отрасль направить, но и в целом решить проблему перераспределения всех наших трудовых ресурсов. И надо помнить, если в нашей социалистической экономике было как, темпы роста средств производства – группы "А", должны всегда опережать темпы роста товаров потребления группы "В".

На 25 съезде КПСС, вот это попытались развернуть на противоположную сторону, товары народного потребления должны опережать темпы роста средств производства. И тогда не просто это стало элементом стагнации экономики Советского Союза, но и привнесло в развитие нашего могучего государства негативные процессы. Сейчас при их переходе к рынку является обновой не то, что мы произведем, а то, что как мы его купим.

А мы с вами в сложившейся структуре и потребления в России, и в сложившейся структуре производства не можем обеспечить, академик Львов говорит о том, что у нас заработная плата в разы: в 4, в 5 раз ниже, чем должно было бы обеспечить движение вперед всего производства.

И говорим, вот у нас по 2004 году официальная инфляция 11,7 процента, вы помните, она была поставлена задача 10 процентов, а она составила 11,7 процента. Но дефлятор был определен 20 процентов, а оптовые цены составили 30 процентов. Вот арифметика сама по себе показывает, что зажатые в прошлом году инфляции в 11,7 процента, она не является легитимной или реальной.

Вот почему у нас в первый январь, февраль инфляции уже за 2 месяца выпрыгнула за те рамки, которые ни коем образом не планировались. И хотя сейчас опять продекларировано о том, что инфляция будет зажата в рамках обозначенных Президентом 8 -ми процентов, но если мы уже сейчас имеем больше 5 процентов за квартал, то достичь этого показателя будет чрезвычайно сложно, хотя вроде бы там рассчитываем на временные, на природные, на овощную и прочую продукцию, когда у нас несколько может быть дешевле.

Но в связи с тем, что мы с вами видим рост цен на нефтепродукты уже вначале, то надеяться на то, что будет зажата инфляция в течение года в рамках установленных Президентом в своем послании, представляется весьма проблематичным.

Более того, мы должны учитывать в общих рассуждениях или в общем подходе к структурным преобразованиям, к нашим показателям развития экономики государства тот момент о том, что мы совокупный валовой продукт в России то, что нам РОССТАТ дает и то, что как бы когда глубоко научно просчитываешь вот темпы роста нашего производства, то мы опять увидим несколько искаженную картину. Поскольку вот за второй, у нас берется год отсечки, сейчас мы темпы роста за год отсечки приняли 2000-ый. 2006 год темп роста будет формироваться по году отсечки 2005 год.

Так вот между 2000 и 2005 годом структура реализации товарной массы в стране, она различается. Вот за 2002 и 2003 год у нас с вами внутренний валовой продукт возрос, совокупный рост производства составил 90 процентов. Но в совокупном продукте 90 процентов составили у нас экспортные, то есть реализация, продажа природных ресурсов.

вш

А товары, я их назову товары народного потребления, темпы роста составили всего лишь 1,6% внутри. Поэтому говорить о том, что даже если бы темпы роста составили около 7%, то среди них реальный рост, который мы с вами приобрели, произвели, что внутри России произвели, темпы роста составили всего лишь 1,6%.

Что необходимо в рамках реализации проблемы, обозначенной нами в теме, по поводу государственного регулирования структурных преобразований экономики в районах, я напомню, что в 1996 году был разработан закон о государственной поддержке и развитии северных территорий. Это в марте было. В декабре того же года была принята программа Правительства, в которой была разработана концепция развития северных территорий. И вот уже прошли эти годы. К сожалению, определенные в Правительстве задачи по дифференцированному подходу к северным территориям, Север у нас разный, по дифференцированному подходу к северным территориям яркой и четко выработанной государственной позиции в настоящее время нет.

У нас есть сугубо депрессивные территории. Если говорить еще о северной проблематике, то мы еще должны учитывать следующее, что в течение, наверное, десяти лет пытаемся в государстве определить, что же все-таки такое у нас Север. Определить либо постановлением Правительства, постановлением Правительства определены районы, но они не определены как северные районы. Я всегда привожу пример о том, что Республика Алтай, есть там Кошагайский(?) район, это крайний юг нашей России по территории, но он относится к северным территориям. Республика Тыва – крайний юг нашей России, к северным территориям относится. И ряд районов, которые внутри субъектов Федерации. А собственно северных территорий… Но это же не определено ни законом, ни научным обеспечением.

Это все базируется на данных 60-х годов, когда можно волевым решением после посещения, допустим, Никитой Сергеевичем Хрущевым Дальнего Востока и Сахалина сказать, что тут яблони цветут, тут районный коэффициент не нужен, и его ликвидировать. Потом опять волевым решением со следующей сменой государственного лидера опять восстановить. И таким образом, когда территории заходили в определенные госплановские или госкомценовские кабинеты, добивались того, чтобы установить районные коэффициенты. Причем, районные коэффициенты не являлись районными, а являлись коэффициентами сугубо отраслевыми.

Приведу пример. В Республике Саха – Якутия, тогда она была Якутская автономная советская социалистическая республика, районы на Севере, вот ….(?) район возьмем, геологи имели районный коэффициента единицу, цветная металлургия, золотишники, оловодобыча имели коэффициент 0,7, речной флот имел районный коэффициент 0,6, бюджетники имели коэффициент 0,5, геологи получали коэффициент в одной и той же экспедиции, имели разный коэффициент: от 1 до 0,7. Потому что районный коэффициент нес одну смысловую нагрузку – восполнить воспроизводство рабочей силы, возместить дополнительные энергозатраты, которые человек несет, проживая на Севере.

Плюс к этому опять решением Правительства устанавливались так называемые надбавки, процентные надбавки. Они уже несли другую функцию. Если районный коэффициент возмещал природно-климатические условия и затраты на воспроизводство рабочей силы, то районная надбавка являлась главным фактором закрепления рабочей силы на территориях со сложными климатическими условиями.

То есть я говорю о том, что, говоря о наших проблемах по Северу, по государственному регулированию структурных преобразований, мы должны учитывать фактор того, что на сегодняшний день отсутствие четкого понимания, что такое Север, отсутствие четкого понимания, как на этом Севере нужно сегодня вести хозяйственную деятельность, приводит к заметным перекосам в том, что у нас происходит на нашем Севере. Два комитет выездных мы провели: в январе 2003 года провели в Мурманске, в июне следующего года провели в Петропавловске Камчатском. Оба, и тот, и другой регион отнесены к Крайнему Северу. Но природно-климатические условия там и там заметно отличаются. Если посмотреть по карте, мы спустимся вниз с севера на юг, мы увидим, что и в Приморском крае есть районы, отнесенные к Крайнему Северу, и в Хабаровском крае у нас эти территории есть. Я уже называл и Республику Тыва, и Кошагайский район Республики Алтай.

Попытки государства, причем, не такие постоянные, а импульсивные попытки государства упорядочить эту работу, тем более, что вносимая масса законопроектов, а их много, чтобы их принять на уровне закона, на сегодняшний день, по моему глубокому убеждению, хотя я сторонник и выступаю в печати о том, что этот нормативный акт должен быть принят. Но вот мы сидим тут – представители северных территорий. У Юрия Сергеевича в Архангельске интересы в принятии закона разные, чем у Республики Саха – Якутия. Корякия присутствует. У них тоже. А у Бойцова, Петропавловск Камчатский, у него тоже другие интересы. У нашего Ханты-Мансийского тоже другие. И это все увязать в законе, а многие знают технологию прохождения закона, для того, чтобы на эту кнопку нажали хотя бы в Думе 50 плюс 1, а потом тем более в палате регионов, в палате регионов территорий хоть и много, но сенаторов меньше трети, и наш голос при нажатии кнопки тоньше комариного писка.

Следовательно, я возвращаюсь к тому, что закон "продавить" будет чрезвычайно сложно. Вот почему комитет по Северу, когда принимался закон № 000, в котором, как вы помните, в первой редакции, который пришел к нам после рассмотрения в первом чтении в Думе, там вообще районные коэффициенты отводились… они устанавливаются, и надбавки устанавливаются местным органом управления. Ну, я понимаю, что все представляют Север, по крайней мере, четко знают, что такое Север. Представим себе на селе в Республике Саха – Якутия, где живет около 800 человек, а тем более сейчас в связи с переходом на местное самоуправление по закону…

реплика

Тысяча.

Я говорю на селе. В Республике 950, я округляю, 1000 человек, а населенный пункт, который будет сейчас по закону о местном самоуправлении верстать свой бюджет. И как он установит районный коэффициент своему работнику, когда у него на заработную плату, которую установило Правительство законом, минимальную зарплату, которая является социальной по всей России, у него на это денег нет.