Бакалаврская работа на тему “Эффекты избирательных систем России и Казахстана” (стр. 3 )

Таким образом, “Единая Россия” потеряла конституционное большинство (сохранив при этом парламентское), что отличает выборы 2011 г. от выборов 2007 г.

Тем не менее, фракционный состав Государственный Думы после выборов 2011 г. остался прежним, и в 2007 г. избирательный барьер преодолели также только 4 партии.

Таким образом, можно рассчитать индекс партийной фрагментации и индекс эффективного числа партий (табл.4).

Таблица 4

Партийная фрагментация и эффективное число партий (Россия)

Выборы	Число парламентских партий	Число электоральных партий	Избирательный барьер	Индекс Херфиндаля-Хиршмана	Индекс Лааксо-Таагеперы
Россия, 2003 г.	4	23	5%	1782,229	2,79 (пропорциональная система) 3,12 (мажоритарная)
Россия, 2007 г.	4	11	7%	4394,522	2,27556
Россия, 2011 г.	4	7	7%	3112,205	3,213156

Заметно, что выборы по смешанной системе гораздо в большей степени, чем по пропорциональной, создавали основу для включения партий в парламентскую политику. Даже учитывая снижение показателя индекса партийной фрагментации в 2011 г. можно заметить, что он далек от значения, позволяющего говорить о межпартийной конкуренции. С точки зрения эффективного числа парламентских партий и уровня партийной фрагментации, самыми “неудачными” оказались выборы в первый год применения пропорциональной системы, а последние выборы продемонстрировали самое низкое число электоральных партий.

Для Казахстана будут рассмотрены выборы в Мажилис 2007 г. и 2012 г., прошедшие по пропорциональной системе, и выборы 2004 г., прошедшие по смешанной системе.

В выборах в Мажилис Парламента Казахстана в 2004 г. принимали участие 12 партий (4 – в составе избирательных блоков[114]). Результаты выборов представлены в таблице (табл.5):

Таблица 5

Результаты выборов в Мажилис Парламента Казахстана в 2004[115]

Партии и блоки	Голоса, %	Места в Мажилисе по спискам,%	Места в Мажилисе по одномандатным округам, %
“Отан”	60,62	70	57,77
“Ак Жол”	12,04	10	-
“Асар”	11,38	10	4,44
Аграрная партия + ГПК (блок “АИСТ”)	7,07	10	20
Независимые	5,4	-	17,77

Выборы в 2007 г. впервые прошли по пропорциональной системе. Их проведение связано с внесением поправок в Конституцию, которые, помимо изменения избирательной системы, подразумевали увеличение числа депутатов Мажилиса до 107 человек[116]. Результаты представлены в таблице (табл.6):

Таблица 6

Результаты выборов в Мажилис Парламента Казахстана в 2007 г.

Партия	% на выборах
Нур Отан	88,41
ОСДП	4,54
Ак Жол	3,09
Ауыл	1,51
КНПК	1,29
Партия патриотов Казахстана	0,78
Руханият	0,37

В выборах приняли участие семь партий. По итогам выборов избирательный барьер удалось преодолеть только одной партии – “Нур Отан”, набравшей 88,05%  голосов избирателей и получила 98 мест в Мажилисе. Отсутствие оппозиции в составе Мажилиса оказалось неожиданностью[117].

Осенью 2011 г. было введено требование как минимум двухпартийного парламента[118] и подписан указ[119] о роспуске нижней палаты парламента. Новые выборы были назначены на 15 января 2012 г. Результаты представлены в таблице (табл.7):

Таблица 7

Результаты выборов в Мажилис Парламента Казахстана в 2012г[120].

Партия	% на выборах
Нур Отан	80,99
ОСДП	1,68
Ак Жол	7,47
Ауыл	1,19
КНПК	7,19
Партия патриотов Казахстана	0,83
Адилет	0,66

В состав Мажилиса республики Казахстан пятого созыва вошли три партии. На выборах победу одержала НДП “Нур Отан”, набрав 88,99% голосов и 83 депутатских мандата. На втором месте – ДПК “Ак жол” - 7,47% и 8 мест; на третьем – КНПК - 7,19% и 7 мест. Кроме того, 9 мест получили независимые беспартийные кандидаты.

7%-й избирательный барьер не удалось преодолеть четырем партиям.

Можно рассчитать индекс партийной фрагментации и эффективного числа парламентских партий (табл.8):

Таблица 8

Партийная фрагментация и эффективное число партий (Казахстан)

Выборы	Число парламентских партий	Число электоральных партий	Избирательный барьер	Индекс Херфиндаля-Хиршмана	Индекс Лааксо-Таагеперы
Казахстан, 2004 г.	4	12	7%	4028,395	1,92307 (пропорциональная система) 2,45527 (мажоритарная система)
Казахстан, 2007 г.	1	7	7%	7816,328	1,279373
Казахстан, 2012 г.	3	7	7%	6666,877	1,499953

Можно заметить, что по сравнению с 2004 г., снизилось число как парламентских, так и электоральных партий. Кроме того, понизился индекс эффективного числа партий (хотя на последних выборах он выше, чем на предпоследних, что связано с увеличением числа партий в парламенте).

Что касается индекса партийной фрагментации, то во всех случаях он значительно превышает значение, согласно которому можно было бы говорить о наличии партийной конкуренции в Казахстане. Как бы то ни было, при смешанной системе значение индекса самое низкое.

Полученные показатели индекса для России и Казахстана позволяют говорить о высокой концентрации власти в обоих случаях, при этом в казахстанском случае монополия на властный ресурс доминирующей партии близится к абсолютному показателю. Стоит заметить, что по сравнению с первыми выборами, прошедшими по пропорциональной системе, в обоих случаях показатель снизился из-за снижения результатов доминирующих партий. Применение смешанной системы дает показатели, более близкие к тому, чтобы можно было говорить о существовании партийной конкуренции.

Таким образом, можно заключить, что общеполитической тенденцией в России является снижение многопартийности и повышение влияния партии власти. Политическая система современной России характеризуется усилением процессов, связанных с концентрацией власти и тенденцией к ее расширению. Снижение индекса партийной концентрации по сравнению с выборами 2007 г. можно объяснить повышением доли протестного голосования в городах, и, как следствие, снижение поддержки “Единой России”. Не стоит, однако, забывать о лояльности парламентской оппозиции к наиболее важным предложениям доминирующей партии.

В Казахстане по сравнению с выборами 2007 г. также можно наблюдать снижение индекса концентрации, поскольку по итогам этих выборов в парламенте была представлена только партия власти.

Связка “лидер-партия” и использование ресурсов “Единой России” и “Нур Отан” как инструментов проведения правительственного курса обеспечивает поддержку президента в регионах, а также практически дает гарантию парламентского большинства. Снижение парламентского числа партий, а также повышение электорального барьера оказывает негативное влияние на представительность законодательного органа и подрывает роль партий в политическом процессе.

Итак, в обоих случаях в разной степени можно отметить понижения индекса фрагментации партий по сравнению с первыми выборами по пропорциональной системе.

При применении пропорциональной системы показатели индексов значительно превышают значение, определяющее ситуацию высокой партийной конкуренции, что не позволяет отвергать предположение об обратном эффекте пропорциональной системы в условиях сильной президентской власти. Отличием Казахстана является то, что показатели индексов при применении смешанной системы на выборах также далеки от ситуации существования конкуренции

Таким образом, введение пропорциональной системы при сильной президентской власти приводит к снижению партийной конкуренции, уменьшает роль партий и обеспечивает сохранение монополии на власть доминирующей партии.

Также можно утверждать, что связка “лидер-партия” и поддержка президентская поддержка партии на предыдущих выборах при существующем в России и Казахстане институциональном дизайне обеспечивает победу партии.

Глава 3. Мотивы изменения избирательного законодательства

В данной главе будут сравниваться официально заявленные мотивы проведения избирательных реформ в России и Казахстане, а также анализироваться их результаты после проведения последних парламентских выборов.

Согласно заявлениям глав обоих государств, целью перехода к пропорциональной системе являлась демократизация политических систем[121][122]. Кроме того, важно отметить, что в обоих случаях внимание акцентируется на сохранении “стабильности”: в России – как “поступательного развития нашей страны”, в Казахстане – как “обеспечения наиболее эффективной системы управления”. Председатель Конституционного Совета Республики также отмечает, что Закон "О внесении изменений в Конституцию Республики Казахстан", принятый 21.05.2007 г., стал началом нового этапа "демократического развития и политической модернизации суверенного Казахстана"[123].

Специфическая особенность реформы в Казахстане заключались в том, что по форме система осталась смешанной, но из нее была исключена мажоритарная часть при формировании Мажилиса.

Также одной из заявленных причин преобразований избирательных систем являлось усиление роли партий, а в России - развитие межпартийной конкуренции. Помимо этого, Президент Казахстана отметил, что партия большинства будет нести ответственность за действия правительства[124].

Репрезентативность парламентов, согласно заявлениям, также стала одной из причин перехода к пропорциональной системе, так как последняя будет способствовать расширению представительства оппозиции и обеспечивать “отражение расклада политических сил”[125]. Переход к пропорциональной системе в российском случае также мотивировался преодолением недостатков мажоритарной части смешанной системы, действовавшей до 2007 г.

В России необходимость отхода от недостатков системы большинства в виде мажоритарной части смешанной системы обуславливалось также влиянием бизнес-элит и групп лоббирования на деятельность кандидатов, и использование административного ресурса. Президент также отметил, что депутаты-одномандатники не учитывают общенациональные интересы, акцентируясь на задачи своего округа[126].

Функционирование как пропорциональной, так и мажоритарной систем во многом зависит от специфики механизмов, комбинация которых позволяет получить разные результаты. Кроме того, на эффекты избирательной системы, помимо непосредственно избирательного законодательства в узком смысле, будут оказывать влияние вводимые цензы, барьеры, процедура проведения выборов, партийное законодательство и общий характер действия институтов[127]. Таким образом, озвученная Президентом РФ критика функционирования мажоритарной системы выглядит несколько неуместной, поскольку не учитывается право граждан свободно баллотироваться, создавать и регистрировать партии. Кроме того, действие избирательных систем будет искажаться фальсификациями, зависимостью избирательных комиссий от влияния исполнительной ветви власти и прочими факторами.

В России согласно Федеральному закону “О политических партиях”[128] предусмотрено государственное финансирование партий, которое с 2012 г. было увеличено. По заявлению президента на 2007 г., по новому порядку выборов финансирование партий не только обеспечит уверенность налогоплательщиков в том, что средства не будут расходоваться на “раскачивание основ государственного строя”, но и будет препятствовать вмешательству иностранных государств и использование денег из-за рубежа.

В Казахстане отказ от запрета на государственное финансирование общественных объединений был предложен Президентом в 2007 г. в послании, изменения избирательной системы. Запрет на финансирование виделся как форма реакции на однопартийную систему, а частичное финансирование деятельности политических партий обуславливалось как инструмент становления и развития многопартийности.

При реформировании избирательного и партийного законодательства важной становится тема нижних и верхних барьеров как границ монополизма.

Утверждается, что заградительный барьер служит инструментом препятствия проникновения в законодательный орган экстремистских партий, а также используется для укрупнения партийных фракций. Лейпхарт писал, что избирательный порог свыше 4% является барьером для малых партий[129] и сказывается на представительстве общественных интересов.

Для демократической системы оказывается странной ситуация, когда партия набирает 80% голосов, поэтому основная дискуссия ведется на тему нижнего барьера. Эта проблема напрямую связана с государственным финансированием партий, поскольку доминирующая партия оплачивает сохранение статуса-кво за счет выделяемых средств. Как в России, так и в Казахстане, существующие верхние границы декоративны и не отрицают возможности абсолютного доминирования одной партии, при этом вторая может иметь одно место в парламенте. То есть, создается ситуация формальной многопартийности при отсутствии реальной конкуренции и сложностью в создании и развитии партий.

Таким образом, для систем разной степени авторитарности необходимо учитывать не только нижние, но и верхние барьеры как инструмента развития многопартийной системы.

Переход к пропорциональной системе в Казахстане обусловил изменение режима с президентского на президентско-парламентский с усилением роли парламента и увеличением численности депутатского корпуса до 107 депутатов. Тем не менее, в данном ключе примечательным становится то, что Парламент Казахстана принял поправку, касающуюся сроков полномочий Главы государства, по которой Н. Назарбаев получил исключительной право баллотироваться на президентский пост более двух сроков подряд.

Необходимость этого, согласно заявлению, заключалась в обеспечении “учета интересов крупных этносов” и консолидации общества.

Согласно Посланию Президента РФ от 5 ноября 2008 г.[130], были отменены избирательные залоги, которые в условиях ужесточения правил, касающихся регистрации партий, являлись своеобразной страховкой для оппозиционных партий.

Стоит отметить, что законы о жестких ограничениях на численность при создании партий характеризуют направление развития партийного законодательства во многих постсоветских государствах и странах третьего мира. Ориентиром становится не современная Европа, а Мексика середины 20-го века, что отражает динамику изменений. Примечательно и то, что согласно заявлениям, вводимые ограничения являются разумными и отражают политические реалии государств.

В России содержанием масштабной избирательной и партийной реформы стал переход к пропорциональной системе. Увеличение государственного контроля над деятельностью партий заключалось в постоянном ужесточении законодательства, что привело к сокращению их числа. Принятый в 2001 г. закон “О политических партиях”[131] стал первым шагом на пути к существенному изменению избирательной и партийной систем: согласно этому закону, партии становились единственным возможным видом объединений для участия в выборах.

На снижение межпартийной конкуренции также повлияло ужесточение партийного законодательства. Если на начальном этапе реформирования. в России имелось 44 партий, к концу 2007 г. осталось 15, к началу 2012 г. – всего 7 партий. Таким образом, по итогам реформирования избирательного законодательства в гг. оппозиционные малые партии вытеснялись на периферию политического процесса.

Под действием акций протеста гг. законодательство было либерализовано, и по состоянию на май 2013 г. в РФ официально зарегистрировано 71 партия[132].

В Казахстане на 2002 г. действовали 19 партий, но перерегистрацию в 2002 г. прошли только 7. На настоящий момент официально зарегистрировано 9 партий.

В Казахстане в 2002 г. минимальная численность партии была увеличена с 3 тыс. до 50 тыс. человек (при этом в 2009 г. она снижена до 40 тыс. членов). В России в 2001 г. минимальная численность должна была составлять 10 тыс. человек, с 2006 г. – до 50 тыс. С 2010 г. минимально допустимая численность снизилась до 45 тыс. человек, с 2012 г. – до 40 тыс. членов. На данный момент минимально допустимая численность партий составляет 500 человек.

В результате возникает ситуация искажения самой сути многопартийности как права граждан объединяться для защиты своих интересов при минимальном участии государства. Государственный контроль над созданием и деятельностью партий превращает последних в способ контроля государства над гражданской активностью.

Среди черт, объединяющих производные эффекты избирательной системы в России и Казахстане, можно выделить проведение выборов в нижнюю палату парламентов на пропорциональной основе (в случае Казахстана как небольшое исключение – 9 депутатов от АНК), особое положение пропрезидентских партий. Избирательный барьер в обоих случаях составлял 7%. По сравнению с 2007 г. в Конституцию Казахстана были внесены поправки, касающиеся состава Мажилиса – он обязательно должен был быть двухпартийным. Если 7% барьер преодолевает только одна партия, вторая по числу голосов должна получить возможность представительства. Этот шаг был обусловлен критикой со стороны партнеров Казахстана, и требование о представленности как минимум двух партий напоминает российское законодательство.

В отличие от России, в Казахстане выборы проведение выборов имело досрочный характер по указу “О роспуске Мажилиса Парламента Республики Казахстан четвертого созыва и назначении внеочередных выборов депутатов Мажилиса Парламента Республики Казахстан” от 01.01.2001 г. в связи с требованием представленности минимум двух партий в Мажилисе[133].