Всегда в пути (стр. 1 )

Пятидесятилетию

золотой промышленности

трижды орденоносной Якутии

и ее первенца – горного Алдана

посвящается

Всегда в пути

В. Семин,

секретарь Алданского райкома КПСС

Алдан вошел в историю как первенец золотодобывающей промышленности. В его становлении и развитии большую роль сыграли виднейшие деятели Коммунистической партии и советского государства – Михаил Иванович Калинин и Серго Орджоникидзе. В стране после гражданской войны была разруха, а партия вплотную приступила к выполнению Ленинского плана построения социализма. Накопления были ограничены, и Алдан, занимая в то время ведущее место по добыче золота в стране, сыграл немалую роль в создании этих нужных накоплений.

В те суровые годы первопроходцам и строителям не хватало даже продовольствия, даже одежды. Но вся страна помогала Алдану. И по сегодняшний день он многими прочными связями соединен со всей нашей многонациональной страной. Без этих связей, без тесного экономического сотрудничества, не могло бы быть сегодняшнего индустриального Алдана.

Алдан является первенцем промышленности Якутии, известной теперь своими достижениями всему миру. Здесь впервые появились и ковались кадры национального рабочего класса. Рабочие-якуты самоотверженно трудились на Алданских приисках, внесли большой вклад в становление промышленности района. Среди почетнейших и наиболее уважаемых людей Алдана мы видим посланцев якутского комсомола 30-х годов Героя Социалистического Труда Прокопия Гуляева и Кирилла Борисова.

За полвека Алдан из старательского превратился в высокомеханизированный, на смену ручному труду пришли драги, экскаваторы, обогатительные фабрики, где все процессы механизированы. И неслучайно, только за прошлую пятилетку добыча золота сильно возросла, из года в год увеличивается производительность труда, энерговооруженность. Алданцы всегда в поисках, всегда в пути, вот и сейчас на золотоизвлекательных фабриках успешно внедряется новейшая сорбционная технология извлечения золота.

Высокую оценку труду алданцев и их вкладу в развитие золотодобывающей промышленности страны дали наша партия и правительство, наградив комбинат «Алданзолото» по итогам восьмой пятилетки орденом Октябрьской Революции.

Сегодняшний Алдан – это не только золото. Успешно трудится коллектив горно-обогатительного комбината «Алданслюда», дающий стране более половины слюды-флогопита. Несколько тысяч геологов продолжают разведку недр. Разведаны огромные запасы коксующихся углей и богатой железной руды. Сегодня эти запасы лежат нетронутыми, но скоро до них дойдет очередь, и здесь вырастут новые крупные промышленные предприятия.

Но основное богатство – люди. За пятьдесят лет сложились крепкие рабочие коллективы со своими трудовыми традициями, главной из которых является постоянное перевыполнение государственных планов и заданий.

Еще в тридцатые годы алданцы первыми в золотой промышленности поддерживали зародившееся стахановское движение. Горняки устанавливали рекорд за рекордом. Производительность труда на приисках только за четыре месяца 1936 года выросла на 35,6 процента. Этой традиции «впереди идущих» трудящиеся Алдана верны и поныне. Все предприятия Алдана справились с планом восьмой пятилетки, успешно работают в девятой. За годы восьмой пятилетки производительность труда на промышленных предприятиях возросла на 28,7 процента, а весь прирост производства валовой продукции достигнут за счет роста производительности труда. Рост же производительности труда на одного работающего в комбинате «Алданзолото» за этот же период составил свыше 50 процентов.

Рабочие и специалисты Алдана славятся высокой квалификацией, высокой сознательностью, высоким трудовым энтузиазмом. Пятеро из них удостоены высшего трудового отличия нашей страны – звания Героя Социалистического Труда, группе специалистов присуждена Государственная премия, по итогам только восьмой пятилетки более 270 рабочих и служащих награждены правительственными наградами.

У алданцев есть еще одна хорошая традиция – ветераны труда постоянно передают свой богатый опыт молодежи. Более сорока лет назад на всю страну прославился молодежный коллектив шахты, ударным трудом завоевавший право носить имя Генерального секретаря ЦК ВЛКСМ Александра Косарева и выполнивший наказ райкома партии: «Пусть на копре вашей шахты будет вечно гореть звезда пролетарских побед в борьбе за золото!»

Трудовую эстафету комсомольцев 30-х годов приняли в свои руки комсомольцы и молодежь 70-х, которые работают на передовых участках борьбы за выполнение решений XXIV съезда КПСС. И как перекличка поколений, как возрождение славных дел косаревцев, прозвучал призыв одной из лучших в районе комсомольско-молодежных бригад, руководимой коммунистом Геннадием Глазовым – «Зажги свою звезду». И как в тридцатые годы, наставниками к молодежи идут коммунисты, опытнейшие и заслуженные рабочие. Среди сегодняшних наставников молодежи и Герой Социалистического Новгородцев, работающий экскаваторщиком карьера Куранах. Не один десяток звезд, зажженных комсомольцами, горит сейчас на предприятиях района.

Очень характерным для Алдана является интернациональный состав трудящихся. Сейчас на предприятиях района работают представители почти сорока национальностей и народностей нашей страны. Трудовые успехи Алдана, как и вся его история, неотделимо связаны и питаются дружбой русского и якутского народов, дружбой украинцев, белорусов, татар, эвенков, мордвинов и других, кто живет и работает на Алдане.

Многолетняя братская дружба и деловое сотрудничество связывает горнопромышленный Алданский район с сельскохозяйственным Мегино-Кангаласским. Эта дружба год от года крепнет и обогащается по содержанию, помогает обоим районам добиваться высоких результатов в развитии производительных сил и культуры районов. К месту будет вспомнить, что в годы становления Алдана большая помощь молодой промышленности республики была оказана не только посылкой в Алдан якутской молодежи, но и тем, что создаваемые колхозы своим гужевым транспортом обеспечивали перевозку значительной части грузов для Алдана, а также выделяли продовольствие для снабжения горняков. По тем временам это была неоценимая помощь.

За полвека изменился не только облик промышленных предприятий Алдана, но и условия труда, быт трудящихся, значительно изменился культурный и моральный облик самого человека. Повышается материальное благосостояние трудящихся, происходят социальные изменения. Старательские землянки давно вытеснены современными благоустроенными домами, ведь ежегодно вводится 10-15 тысяч квадратных метров нового жилья. Все дети дошкольного возраста имеют возможность посещать детские сады. В поселке имеются клубы с киноустановками, библиотеки, магазины, столовые, учреждения бытового обслуживания, осуществлена электрификация. Ко всем предприятиям проведены хорошие дороги, а в поселки, до которых нельзя доехать на автомашине, самолеты совершают регулярные рейсы.

Сегодняшний Алдан создал Советский народ под руководством Коммунистической партии. Коммунисты были в числе первооткрывателей, они были организаторами первой промышленной добычи золота, коммунистами были первые стахановцы. Коммунисты районной партийной организации, а их около трех тысяч, сегодня идут впереди соревнующихся за досрочное выполнение заданий девятой пятилетки, за выполнение решений XXIV съезда КПСС.

В. Анохин

Золото

Вехи

Добрые вести всегда оказываются быстрее других вестей. Видимо, потому, что они нужны, что несут они людям радость. Нередко они даже опережают события, так сказать, официальное открытое сообщение об этих вестях. И когда это случается, значит – совершается то, что должно было свершиться.

Так произошло и на этот раз. Разговоры в рабочих цехах о возможном награждении комбината правительственной наградой начались задолго до официального сообщения. Они велись накоротке, при встречах в предположительной форме: «А правда, что…?», не слышал, говорят, что…?». При этом не было ни удивления, ни восклицаний.

Похоже было, что награду ждали. Нескромно? Не думаю. Напротив: коли ждали, значит, считают – заслужили. В этом сила коллектива, а не слабость его. И здесь нет ничего такого, от нескромности, что могло бы огорчить, вызвать вопросы.

Каждый рабочий, техник, инженер, тем более коллектив в целом должны знать, каков их рабочий путь, как оцениваются результаты их трудовой деятельности. Ведь оценка – это всегда указатель направления, она придает силу, создает уверенность, без нее немыслим труд, труд вдохновенный, творческий, с живинкой.

И все же, когда весть обратилась фактом, когда вначале московское радио, а затем газеты объявили Указ о награждении комбината «Алданзолото» орденом Октябрьской Революции, как-то все стало по-иному. Люди застеснялись, заскромничали.

Победа окрыляет. Радость и гордость за себя, за свой родной многотысячный коллектив, за свой и его вдохновенный труд не могли долго оставаться скрытыми. Люди больше не хотели быть одни, ими овладела непреодолимая потребность поделиться мыслями, радостью. На возникших таким путем митингах в честь награды они благодарили партию и правительство за высокую оценку их труда, давали слово быть достойными ее, заверяли в верности делу партии. И вспоминали, спрашивали: откуда идут пути победы, каковы этапы и где истоки этого пути?

указом объявлено, что коллектив комбината получает высокую награду за выдающиеся успехи, достигнутые в борьбе за перевыполнение заданий восьмой пятилетки. Да, восьмая пятилетка – выдающаяся в истории комбината. Большой рост самых важных показателей, большинство из которых увеличены в два и даже четыре раза, - дело непростое. Оно потребовало большой энергии, организованности и творчества коллектива. Но вместе с тем, путь к победе не был коротким. Он прошел через полувековую историю золотого Алдана.

С благодарностью вспоминаем мы сегодня первооткрывателей – коммуниста Вольдемара Петровича Бертина и его товарищей, Михаила Прокопьевича Тарабукина, - положивших начало нашему предприятию.

Первые освоители с первых дней выделяют главное. Их основной работой становится задача механизации горных работ, задача, которая в своей остроте и значении дошла до наших дней.

В невероятно трудных условиях бездорожья и почти полного отсутствия механизированного транспорта строится и, в рекордный по тому времени срок, в августе 1926 года, входит в строй первая паровая драга, через год – вторая.

В годы первых пятилеток на Алдане зарождается и получает мощное развитие ударничество, а затем стахановское движение, возглавляемое такими знатными рабочими, как Симон Васильев, Семен Чернов, Иван Куликов. Примером и маяком для всех является прославленный коллектив шахты им. Косарева.

Годы войны. Какой-то неумолимой суровостью и тяжестью веет от этих двух, рядом стоящих слов. Заботы о судьбах Отчизны подымали трудовой подвиг. Горняки Алдана совершили этот подвиг. Впрочем, если быть точным, то надо сказать, что среди горняков много стало горнячек и их не по годам повзрослевших детей, заменивших мужей, отцов, братье, ушедших на войну. Взваливши на себя непосильную ношу, тяжелый горняцкий труд, они с честью выполняли гражданский и рабочий долг, содержащийся в призыве партии к народу: «Все для фронта! Все для победы над врагом!».

Завоеванные на вечное хранение Красные Знамена Наркомата и ЦК профсоюза цветной металлургии и Государственного Комитета Обороны – высокая оценка трудового подвига золотодобытчиков Алдана, совершенного в годы войны.

И так от этапа к этапу, от пятилетки к пятилетке до дней сегодняшних расставляли вехи трудовых побед золотодобытчики горного Алдана. Назовем еще наиболее знаменательные из них.

Год 1957. Коллективу комбината присуждается Знамя Чехословацкой Социалистической Республики.

Год 1967. В соревновании за достойную встречу 50-летия Великого Октября золотодобытчики Алдана вновь побеждают и завоевывают Красное Знамя Якутского обкома КПСС, Совета Министров Якутской АССР, ЯОСПС.

Год 1970. Ленинский юбилейный год. ЦК КПСС, Президиум Верховного Совета СССР, Совет Министров СССР и ВЦСПС присуждают коллективу комбината Ленинскую Юбилейную Почетную грамоту.

Год 1971. Комбинат награждается орденом Октябрьской Революции.

Четыре Героя Социалистического Труда из пяти в районе – золотодобытчики: дражники Михаил Осипович Шишлянников, Иосиф Тимофеевич Власов, шахтер-косаревец Прокопий Васильевич Гуляев, механизатор-экскаваторщик Павел Андреевич Новгородцев. Это тоже вехи на пути к награде.

Чувство нового, передового, прогрессивного, высокая активность и организованность, трудовое содружество – отличительная черта в характере коллектива золотодобытчиков Алдана. Эта славная поступательная традиция прошла полувековой путь. Жива, как никогда, она и сегодня.

Открытие

С каждым днем солнце подбиралось все ближе к зениту, словно решило после нескончаемых зимних дней показать свою мощь. Благодарная земля всеми силами помогала светилу, при любом подходящем случае охотно открывала свои земные прелести и чудеса. На первых едва появившихся лужайках и проталинах она щедро разбрасывала нежные, хрупкие цветочки, начинающие жизнь еще под толщей снега – подснежники. Эти маленькие предвестники шагающей по земле весны, робко, не споря, подчинялись каждому дуновению ветерка, о чем-то шептались и волновались, сгрудившись стайками, но делали свое доброе дело: распускались, набирали сил, тянулись к солнцу.

Была та пора, когда земля, почувствовав заботу своего могучего друга, сама начинает проявлять активность, постепенно меняя свое белое одеяние на яркое, нарядно-цветастое. В это время продвижение пот тайге становится особенно трудным, а в ряде мест и невозможным, на пути – массивы рыхлого водянистого снега, наледи и уже бурные потоки набирающих силу ручейков, таежных ключей и речушек. Шел последний месяц весны – май, но это был северный май.

Несколько пар оленей, навьюченных тюками, поднялись по крутому склону и сами остановились у кромки вскрывшейся от снега лужайки. Весеннее солнце, оставив заметный след своей дневной работы, уходило за горы. В тайгу входили сумерки.

Не сговариваясь, путники стали готовиться к ночлегу. Развьючивать оленей, готовить дрова, разжигать костер, варить ужин. И лишь молодой якут извлек из мешка необычные для охотника предметы: лопату и искусно выдолбленное из дерева маленькое, неглубокое корытце, собрался было в путь, туда, откуда доносилось сердитое ворчание горной речки. Но, посмотрев вверх, увидел, что приближается ночь, с трудом отложил в сторону инструмент, присел к дереву, раскурил трубку, задумался.

Путники эти не охотники-кочевники, а искатели золота. И корытце в руках Михаила Прокопьевича Тарабукина – это вовсе не корытце, а старательский промывальный инструмент, лоток. Сам Тарабукин, хотя и родился в семье охотника, но с ранних лет познал нелегкий труд золотоискателя и зачарованную тягу к этим желтым, всесильным крупицам.

Михаил Прокопьевич Тарабукин

А назавтра судьбе стало угодно осчастливить искателя и круто изменить его дальнейший жизненный путь. Это безлюдное и глухое место, где впоследствии вырос город, стало для Михаила Прокопьевича Тарабукина до конца жизни родным и близким.

Назавтра утром тот самый ручей, который вчера дразнящее ревел, немного поубавил неистовый бег, посветлел и показал золотоискателю едва прикрытые водой сокровища. После десятка-двух промытых лотков Тарабукин ощутил на ладони заметную тяжесть маленькой кучки металла.

Набирал силы весенний день. Значительно оторвавшись от горизонта, солнце вонзало щедрые, живительные лучи в плотную стену тайги, образуя над ней серо-дымчатую завесу. Тайга встречала утро, тянулась к нему охотно, подставляя себя, продрогшую за ночь, теплу и свету. Тарабукин встал, отложил в сторону лоток. С удовольствием разогнул уставшую спину, потянулся. Такая удача!

Можно от радости прыгать, кричать, звать спутников, а Тарабукин молчал, думал. Один за другим вставали прожитые годы. Трудными и безрадостными были они.

Голодное и холодное детство, приходилось работать в небольшом хозяйстве отца, который сам недавно вышел из батраков местных торговцев-спекулянтов. Но и после власть имущих постоянно сказывалась в семье. Изредка появлялись они, хитрые, с лукавым прищуром, предлагали товары. И как-то получилось, что отец всегда был у них в долгу.

Особенно запомнился один, с широким лицом, он приносил «огненную воду». Пили, гуляли неделями и больше, а потом Тарабукины со своими оленями долго и много работали в хозяйстве торговца. «Показать бы им всем сейчас это богатство, - зло подумал Михаил, - с зависти бы подохли, кулачье проклятое».

Нет, о ручье он никому ничего не скажет, слишком много сил он ему стоил, слишком долго он за ним ходил. Вот только разве буягинцев позвать...

Тарабукин стоял у набирающегося сил весенними водами ручья, которому он и названия не знал. А мысли уводят в прошлое, ворошат прожитую нелегкую жизнь. Только начиналась молодость, когда умер отец, а затем мать. Не захотел Михаил разделять участь своих родителей - гнуть спину на богачей и спекулянтов, забрал с собой малолетнюю сестру, отправился в Якутск.

Работая скотогоном, по переправке скота из Якутска на Витим, молодой Тарабукин встречался с разными людьми, бродившими по северу в поисках счастья. От них-то и услышал Михаил, что есть места, богатые золотом, и что если найти эти места, можно стать сказочно богатым.

Жаркие и как всегда преувеличенные рассказы таежников-искателей о земных кладах сделали свое дело. Осенью 1913 года Тарабукин снова отправляется на Витим, на знаменитые Ленские золотые прииски. Но в жизни все оказалось сложнее, чем в рассказах золотоискателей. Нет, не нашел на Лене счастья Тарабукин.

Потерявший веру в успех, он возвращается в Якутию, и здесь новые слухи о Зейских приисках захватывают его. Едет на Зею. Четыре года тяжелой и безуспешной работы в шахтах и артелях Зейских золотопромышленников и снова в путь, снова в родную Якутию.

Остановился в Буяге у эвенков. Подружился с ними. Женился. Здесь и прослышал, как старики рассказывают легенду о золотых богатствах речки Орто-Сала, что впадает в Селигдар – правый приток Алдана.

Знаем мы цену этим золотым речкам, не веря, горько усмехался Тарабукин. Но рассказы повторялись с настойчивой последовательностью. Уже назывались имена, кто видел и даже приносил золотые камешки. Сдался Михаил, не выдержал, слишком велик был соблазн, чтобы могла устоять уже чуть тронутая золотой лихорадкой душа.

И вот этот, полный яркого солнца, весенний день. Наконец-то судьба щедро улыбнулась ему. Вот он стоит у найденного им богатства, один и никто еще не знает, что открытие произошло. Медленно поворачиваясь всем телом, пристальным взглядом оглядел все вокруг, словно желая убедиться, что он действительно один, а значит – первый.

Не мог знать Михаил Тарабукин, что разные люди и в разные времена знали или предполагали о богатствах недр Алданской земли и каждый по-своему делали неоднократные попытки, чтобы обнаружить и взять их.

Несколько раз пытался проникнуть к алданскому золоту один из крупных Амурских золотопромышленников, владелец многих Зейских приисков, купец Иван Опарин. Это был энергичный, жадный до богатства, расчетливый предприниматель. Начав свою карьеру с мелкого торгаша на тех же зейских приисках, он вскоре побивает в конкуренции незадачливых соперников, в его руках оказываются наиболее перспективные и богатые зейские, а позднее и тимптонские прииски, приносящие огромные прибыли.

Опарин понимал, что стоять на одном месте в его деле нельзя. Либо ты пойдешь вперед, откроешь новые золотоносные районы, либо, сидя на старых выработках, истратишь капитал и в конце концов тебя с удовольствием проглотят, как малявку, те же твои друзья – «столбопромышленники», которые сегодня заискивающе дерут пьяные глотки: «Ох, и хитер же ты, Ванька, черт».

Хорошо знал Опарин цену этим похвалам. Знал по собственному опыту, испытал, как он говорил, «на собственной шкуре». Он тоже шептал в пьяные лица некогда всесильным «золотым королям» такие вот сладкие слова, а приходило время – жестоко и безжалостно разорял их, пускал по миру, делая их «Митьками-приказчиками» или «Васьками-копачами».

Не хотел такой участи Опарин и потому искал, всю свою жизнь искал, не давая покоя ни себе, ни своим людям. А слухи, мало проверенные, бог весть откуда взявшиеся, передаваемые через многих лиц, слухи, доходившие до Опарина, будоражили душу, лишали сна. Где-то там, в районе большой излучины верхнего течения реки Алдан, есть речки и ручейки с какими-то странными загадочными названиями «Селигдар», «Толмут», «Орто-Сала» и, если верить слухам, они сказочно богаты золотом.

«Вот бы заглянуть этому королю в бороду», - тяжко вздыхал Опарин, прибегая к жаргону бывалых таежников, старателей-одиночек, которые так определяли попавшийся им в руки фарт.

Судя по отрывочным, иногда разноречивым в датах и деталях сообщениях различных авторов очерков, путевых заметок, научных статей об истории Алдана, Опарин начал свои походы на север еще в конце прошлого века и повторял их несколько раз.

И вот удача. Охотники эвенки Николай Сафронов и Иннокентий Павлов пришли в контору Опарина в разное время. А весть принесли одну. Определив опытным взглядом золото, принесенное эвенками, приемщик сообщил хозяину: «золото не наше, не Тимптонское».

охотно рассказал, что золото взято на одной из отмелей речки Толмут (так тогда называли речку Томмот, а некоторые алданцы и в настоящее время зовут ее Усмункой, по названию бывшего поселка Усмун).

Опарин спешит. Через несколько месяцев, летом 1916 года направляется на Томмот первая небольшая группа разведчиков, во главе с Виктором Сикорским, знающим тайгу и горняцкое дело. Задача – без промедления поставить заявочные столбы «починный» и «окончательный», т. е. определить границы отвода. Не дожидаясь возвращения первой, Опарин снаряжает и отправляет в октябре того же года вторую поисковую партию из 9 человек под начальством своего служащего Татаринова и промывальщика проб Степана Флусова. Весь зимний сезон партия вела шурфовочные работы, удачно опробовала русло реки в верхнем ее течении. Но ненадежными слугами оказались опаринские посланники за золотом. В сговоре с управляющим приисков Староватовым, Татаринов скрывает результаты поисков партии, решая оставить найденные россыпи «за собой».

Опоздал «столбопромышленник» Иван Опарин. Просчитались и его хитрые, неверные слуги. Весть, пришедшая в тайгу с поразительной быстротой, ошеломила всех. В стране свершилась Октябрьская социалистическая революция. Отныне вся власть и все богатства страны принадлежали трудовому народу. Тимптонские прииски вошли в подчинение управления снабжением 5 армии. Заведующим приисками был назначен .

Шло время. Еще раз сходил на во главе артели из 8 человек, заглянули и в верховья Орто-Салы, побывали там также приискатели Николай Марьясов и Филипп Викторов. Они-то и рассказали новой администрации Тимптонских приисков о богатствах этих мест, и в частности о том, что отдельные пробы показывают довольно высокое содержание золота на кубометр. Флусов составил глазомерный план месторождения с соответствующими на нем записями по опробованию.

В марте 1922 года экспедиция упрснаба 5 армии в составе 70 человек двинулась в путь с целью приступить к добычным работам на р. Томмот. Отряд сопровождал Марьясов в качестве проводника.

Но судьба решила по-своему. В пути разыгралась трагедия. Рыскавшие по Тимптоно-Алданской тайге недобитые шайки белобандитов напали в районе ключа Керак и почти полностью уничтожили отряд разведчиков. Погибли начальник экспедиции Емешев и начальник охраны Чикин. Спастись удалось немногим. В их числе был и проводник Марьясов с семьей.

Вновь на некоторое время Алданская тайга, на этот раз рукою злых людей, прикрыла доступ к своим богатствам.

Не знал об этом Михаил Тарабукин, стоя в раздумье у найденного им золотого ручья. Не знал он и о том, что всего в двух километрах ниже по ручью и дальше по той самой «средней речке», как переводится с якутского «Орто-Сала», идет вверх от Селигдара экспедиция, официально названная Якутской первой Трудовой артелью. Идет и разведует золотые залежи, чтобы отдать их, или, как значилось в документе – договоре «застолбить деляны в пользу Якутской Автономной Советской Социалистической Республики». И что люди эти, разведчики, посланцы молодой Советской Якутии, через несколько дней придут сюда и будут с ним вести разговор и расспрашивать о его открытии.

Ничего этого не знал и не мог знать Тарабукин. Он долго сидел, раскуривал трубку за трубкой и мучительно соображал, как же поступить дальше. Пришел он к табору уставший, но довольный, когда солнце лениво склонилось к горным вершинам. Встретили его встревожено. Не могли дозваться к обеду, и вот теперь Иван, брат жены, собирался идти его разыскивать.

Односложно и загадочно отвечал на вопросы Михаил, не спеша поел, не спеша набил трубку, достал из затухающего костра тлеющую хворостинку, с наслаждением затянулся и лишь после этого нехотя достал мешочек, высыпал золото на ладонь.

- Вот, нашел, - буднично сообщил он.

До поздней ночи обсуждали, как быть дальше, как поступить. Прежде всего надо обследовать весь ручей, застолбить месторождение. Если золотая деляна окажется большой, сходить в Тырканду к бывалым старателям, пригласить их.

Серая весенняя ночь опустилась над тайгой, а Тарабукин все сидел у тихо дымящегося костра и с удовольствием вслушивался в доносившееся из ночной тиши ворчание ручья. Теперь он знал: там есть золото.

Трудовая артель

Как бывшему партизану, рабочему по происхождению, коммунисту Бертину поручили в Якутске ответственную работу – заведовать оружейными мастерскими. Но деятельная натура Вольдемара Петровича искала большего, просила размаха, широты. Еще будучи в партизанах, он был наслышан о золотых залежах в верховьях Алдана. Со временем, собирая и изучая различные вести и толки об этом районе, проверяя и сопоставляя услышанное, Бертин приходит к выводу – найти эти места, разведать. Созревает план организации поисковой экспедиции. В январе 1923 года он выступил в газете «Автономная Якутия» со статьей и решительно заявил: «Вышеуказанный район имеет серьезное значение для Якутии, во-первых, потому, что золото залегает неглубоко, можно организовать трудовые артели для добычи»...

В городе распространились слухи, что сотрудники Губчека задержали бандитов, которые где-то в Алданской тайге промышляли золото, а их главарь выдает себя за красного партизана. Бертина эти сообщения заинтересовали, он решил взглянуть на главаря и если удастся, кое о чем расспросить его. Каково же было его удивление, когда он узнал в нем бывшего сослуживца по партизанским отрядам, смелого и находчивого красного разведчика Михаила Игнатковича. Ошибка была исправлена, в чем заверения Бертина сыграли основную роль, и Игнаткович был освобожден.

Рассказам и воспоминаниям не было конца. Игнаткович подтвердил, что, пробираясь в Якутск с семьей и несколькими сослуживцами, они много слышали от охотников-кочевников о золотых ручьях Алданской тайги и что сам с товарищами тоже пробовал поискать фарт. В беседе была названа фамилия Николая Марьясова, неутомимого таежника, бывавшего в тех местах и знавшего их. Того самого Марьясова, который был проводником в разведывательной экспедиции 5-й снабармии и которому чудом удалось уйти от смерти.

- Он где-то в Якутске, я его немного знаю и думаю, что его разыскать нетрудно, - обещающе закончил Игнаткович.

Встреча состоялась на квартире Марьясова. В неторопливой, обстоятельной беседе собеседники старались узнать друг о друге как можно больше, с каждой минутой проникаясь взаимной симпатией и доверием. Только после этого последовали практические выводы и предложения. «Хорошо бы иметь такого в артели проводником и даже производителем работ», - думал Бертин и сказал об этом.

Марьясов ответил согласием.

принимает окончательное и твердое решение – добиться отправки на Орто-Салу и Толмут (Томмот) поисковой и одновременно добычной партии.

Начинаются организационные хлопоты, где вопросом номер один были деньги, нужные на снаряжение и продукты. Не сразу и не все приняли предложение Бертина. Были и скептики, и просто противники.

- Вы просите деньги и снаряжение, а если вы не найдете золото, тогда как? – холодно и спокойно спрашивали они.

Что мог ответить на это Бертин, какие мог выставить «вещественные» доказательства? И он в который раз принимался горячо объяснять свои доводы, пересказывая услышанные им сообщения, делая выводы и заключения. Конечно, допускал Бертин, известная доля риска здесь есть. В конце концов, не к теще на блины собираемся. Возможно, и не сразу удастся найти промышленное золото. Но где, когда, какое большое или малое открытие проходило без этого риска – опасности сходить впустую.

И все же скептики продолжали сомневаться и спрашивать: «А если не найдете?». И тогда Вольдемар Петрович, потеряв терпение, обратился непосредственно к руководителям республики. Они и раньше слышали от Бертина о его затее, но тогда был самый разгар борьбы с белобандитами колчаковского генерала Пепеляева. Сейчас обстановка была иной, стоило подумать о предложении.

Вскоре Вольдемара Петровича вызвали в Наркомторгпром республики. Как и во всякой деловой беседе, разговор был конкретным и коротким. По договору экспедиция Бертина, официально названная первой Якутской Трудовой артелью, получала товарный кредит, в виде инструментов, снаряжения, продовольствия на 12 тысяч рублей. Артель обязывалась все найденные и разведанные золотые месторождения передавать в пользу Якутской республики. Своим уполномоченным и контролером Наркомторгпром направил в артель коммуниста Кузьму Федоровича Нисковских.

Начались горячие дни подготовки к походу. Руководители республики внимательно следили за сборами артели, специально поручили заниматься этим ответственному работнику губсовнархоза Алексею Алексеевичу Семенову.

Главное, на что было обращено внимание – подбор людей в артель. Ошибок здесь быть не должно. Каждый понимал, что в конечном счете люди будут решать и определять успех задуманного дела. Из этой суровой необходимости определился и принцип отбора желающих поступить в артель: смелость, выносливость, наличие жизненного опыта, верность пролетарскому делу. И еще одно условие было соблюдено – добровольность, ознакомление каждого с примерным маршрутом и поставленной задачей.

Возможные трудности похода не только не умалчивались, а скорее преувеличивались. Рассказывалось, что километровый путь предстоит совершить по последнему весеннему снегу, большей частью по бездорожью, на пути, возможно, и даже наверняка будут встречаться наледи, труднопроходимые лесные трущобы и другие препятствия. Упоминалось и о том, что в тайге много еще недобитых белогвардейцев, которые организуются в шайки, и что вполне вероятна встреча с ними, а потому артель должна быть хорошо вооружены винтовками, винчестерами, наганами и даже гранатами, что каждый член артели должен уметь владеть оружием и быть бойцом, если придется.

Список открывали Бертин – председатель, Нисковских – уполномоченный и Марьясов – прораб. Затем шли рядовые Гаврила Метелев, Григорий Комаров, Семен Жмуров, Георгий Замарацкий, Степан Шнитский, Николай Васильев, Михаил Маркин, Петр Попов, Трофим Нефетьев – это русские. Татар было четверо – Галей Ибатулин, Газис Шаймутдинов, Галей Гайнутдинов и Кимербай Галеев, якутов трое – Даниил Владимиров, Петр Иванов, Дмитрий Сафронов, эстонец – Иван Сокикас. Завершали список женщины.

«Двадцать два» - отметил про себя Семенов.

- Когда думаете выходить?

- В начале апреля надо, - неопределенно ответил Бертин.

- Не захватят вас в пути весенние разливы?

- Не должны. Советовались, прикидывали.

- Ну что ж, народ вы, вижу, бывалый, таежный, цель видите хорошо. В добрый путь.

Задержав руку Бертина в своей, Семенов несколько раз торжественно сказал:

- Товарищи Аммосов и Аржаков просили сказать вам, что они верят в вас и ваших людей и желают вам удачи.

Вольдемар Петрович Бертин

Может быть, только сейчас во всей полноте и значимости Вольдемар Петрович понял ту ответственность, которую он взвалил совершенно добровольно на свои плечи, и каких результатов ждут от артели.

Не привыкший по своему характеру к торжественному выражению чувств, Бертин не мог сдержать волнения.

- Передайте товарищам, что артель сделает все, чтобы достигнуть цели.

Ранним весенним утром 6 апреля 1923 года первая Якутская Трудовая артель тронулась из Якутска в далекий путь за золотом. Первый этап пути до Джеконды был сравнительно легким. Дорога пролегала по обжитым местам. В Джеконде заменили лошадей оленями, повернули строго на юг, оставили хорошо проложенный и накатанный зимник и вошли в снежную целину, чтобы пройти по ней несколько сот трудных километров, прежде чем достигнуть цели.

Бертин внимательно присматривался к людям. Знать поближе каждого не помешает. Бог весть, какие испытания предстоят впереди. Бертин присматривался, делился мыслями с Нисковских и Марьясовым, считая их первыми своими помощниками.

«Очень уж вспыльчивый, легко ранимый душевно этот Галей Ибатулин. Как порох. Но быстрый в движениях и, видать, смекалистый. Другое дело – Комаров, бодайбинец, спокойный, рассудительный. Однако не всегда можно понять, чему он улыбается. Как-то с хитринкой он это делает. Видимо, чувствует силу, считает себя бывалым приискателем. Любит подтрунивать над молодыми, легко берется поучать их и даже может покрикивать. А вот один из тех, кого называют человек – душа нараспашку: Даниил Владимиров. Сын якутской тайги. Бывалый таежник, отличный охотник. С широкой и мягкой улыбкой, умеет спокойно и быстро выполнять поручения и просьбы. Даниил – старый друг и спаситель Марьясова от расправы белобандитов. Они как-то трогательно дружны, понимают друг друга с полуслова».

Бертин работал над тем, что мы называем сейчас сплачиванием, организацией коллектива. И как-то сама по себе пришла простая мысль: чем ближе знакомы, тем больше дружны. Значит, надо, чтобы члены артели узнали больше друг о друге. Так родились тихие, иногда до шепота взволнованные рассказы о самих себе, о прожитом, о пережитом. Странное дело – детали в биографиях были разными, а суть их у всех с фатальной неизбежностью сводилась к одному: беспросветная бедность, извечная мечта и забота о хлебе насущном. Люди вдруг почувствовали, что они схожи чем-то, что в главном их судьбы одинаковы. Стали ближе друг к другу, словно чья-то добрая рука убрала невидимый барьер.

- Эх, ты, горе луковое, - бывало, говорил Григорий Комаров самому молодому члену артели Петру Попову, замечая, как он по неопытности неладно справлял какое-нибудь дело. Но после того как Петр рассказал свою короткую, но полную драматизма судьбу, сердце старого приискателя окуталось сплошною теплотой.

- Отца застрелили бандиты. Он был коммунистом и был первым председателем Совета в нашем селе, - глотая подступающие к горлу комки, рассказывал Попов. – А после и вовсе хату сожгли. Пустили нас по миру. Тогда и прибился я к партизанам, а потом перешел в действующую Красную Армию и стал чоновцем. С этим и пришел в Якутск.