Другая правда (стр. 4 )

Кадма кивнула.

- Однажды Оракул понял, что Нерисса боль­ше не может быть Хранительницей Сердца Кондракара.

Кадма всё еще помнила тот день... когда-то Нерисса служила силам добра. Нo с годами она стала меняться и всё чаще использовала Сердце для достижения своих личных целей. Она обижала и унижала людей, чтобы укрепить свое положение или польстить своему самолюбию. Она исполь­зовала Сердце только для того, чтобы защитить себя, а не чтобы бороться со злом.

Оракул, конечно, всё это знал. Он наблюдал за Нериссой и ждал.

- Проверив Нериссу, Оракул решил, что един­ственным человеком, который мог бы хранить магический кристалл, была Кассиди, - сообщи­ла Кадма. - Он забрал Сердце у Нериссы и отдал его ей.

Кадма закрыла глаза и глубоко вздохнула, готовясь рассказать окончание истории.

- Ослепленная завистью, Нерисса заманила Кассиди в ловушку и расправилась с ней, - вос­поминания об этом ужасном моменте до сих пор преследовали Кадму.

- После того как Нериссу изгнали, мы с Ха­линор выступили перед Старейшинами Кондракара, - сказала Кадма Вилл и Хай Лин, - и обвинили Оракула. Он видел, что Нерисса была одержима Сердцем, и в то же время отдал его другой!

Слезы покатились по щекам Кадмы, когда она закончила свой рассказ.

- Поэтому вы не встретили меня среди Старейшин Кондракара. Мы поставили под сомнение авторитет Оракула.

Хай Лин посмотрела на нее с недоверием.

- Значит, вы так и не получили место в Со­вете? Вы были отлучены?

Кадма услышала сомнение в голосе юной Стражницы. не хотела принять жестокую правду об Оракуле. «Но это правда, - подумала Кадма. - Мы с Халинор были отлучены».

- Я не понимаю, - сказала Хай Лин, она явно была потрясена. - А как же моя бабушка?

Кадма повернулась к девочке и положила ей руку на плечо.

- Она не согласилась с нами, но мы остались подругами.

Затем Кадма повернулась к Вилл и увидела, что девочка была потрясена. Юная Хранительница Сердца стояла, широко распахнув глаза и рас­крыв рот, прижимая к груди дневник Халинор.

- Так это правда, - сказала Вилл едва слышным голосом. - Хранительница Сердца проклята!

Кадма переводила взгляд с Вилл на Хай Лин и обратно. Эти девочки набрались смелости и пришли сюда, они были достаточно умны, что­бы найти ее. Теперь, когда она знала, что им предстоит сразиться с Нериссой, Кадма испы­тывала к ним сочувствие.

«Я сосредоточилась на жалости к самой себе, - подумала она, - и забыла, каково это - нести такую большую ответственность в столь нежном возрасте. Этим девочкам не нужны мои грустные истории, им нужна моя поддержка».

«Правильно, Кадма! - Она ясно слышала голос Халинор, поддерживающий ее. - Хватит жалеть себя! Пора оказать нам с Кассиди услугу!»

В глубине души Кадма была согласна. Она повернулась к Вилл.

- Нет! Хранительница Сердца не проклята! - убедила она юную Стражницу. - Тебе выпала честь быть Стражницей, это твоя судьба. - Затем мягким, ободряющим голосом она добавила: - Ты родилась под счастливой звездой... звездой Кассиди.

Услышав эти слова, Вилл почувствовала, что ее потрясение постепенно проходит, и она даже улыбнулась.

Кадма видела, что Вилл по-прежнему стоит, прижав к себе дневник. Старая Стражница про­тянула руку и накрыла своей ладонью руку Вилл, прижав дневник Халинор и стараясь передать всю свою мудрость и свои добрые намерения сердцу Вилл... и Сердцу Кондракара!

Глава восьмая

Следующим днем была пятница. На этой неделе школьные занятия закончились, и во дворе Шеффилдской школы царило радостное оживление. Ученики покидали школу со смехом и веселыми криками. Дети катались на скейт­борде, играли в волейбол или футбол. Друзья и влюбленные строили планы на выходные или прощались до понедельника.

Но не все были захвачены общей атмосферой отдыха. На уединенной полянке под окном библи­отеки собрались Ирма и три ее лучшие подруги: Корнелия, Тарани и Хай Лин. Вилл тоже должна была бы оказаться среди них, но сегодня ее не было в школе. Поэтому Хай Лин одна рассказывала обо всём, что с ними случилось вчера в Фадден-Хиллзе.

«Невероятно!», - подумала Ирма, когда Хай Лин рассказывала о скворце - дворецком, судьбе Кадмы и Халинор. Она сомне­валась, что кто-то из ребят, находившихся на школьном дворе, говорил об этом.

«Однако, - подумала она, - это вполне соот­ветствует тому чудесному миру, в котором живут Стражницы... пока мои одноклассники отдыха­ют в торговых центрах, я сражаюсь с огромными людьми-змеями или, прячась в шкафу, наблю­даю за тем, как моя учительница превращается в какое-то существо, похожее на таракана, и переходит через портал в другое измерение».

И хотя Ирма продолжала слушать Хай Лин, она почувствовала, как ее приподнятое настро­ение начало меняться. История об убийстве Кассиди была совсем невеселой. А рассказ о том, как Кадма и Халинор были изгнаны из Кондракара, заставил ее кровь закипеть.

«Как мог Оракул отлучить Стражниц только за то, что те с ним не согласились?» - подумала она.

Когда Хай Лин закончила свой рассказ, Ирма откашлялась. Она картинно закрыла глаза, поднес­ла руку ко лбу и скрестила ноги в позе лотоса.

- Судьба Вселенной в наших руках! - нараспев сказала она, пытаясь изобразить великого и могуще­ственного Оракула. - Вы - избранные, да-да-да...

Ирма открыла глаза и увидела, что осталь­ные девочки смотрят на нее. Ни одна из них не улыбалась. «Ой, перестаньте, - подумала она. - Неужели мы не можем посмеяться над этим бес­смертным дядечкой? Если кто и заслуживает, чтобы над ним посмеялись, так это Оракул!»

- Я знала, что этому шишке Оракулу нельзя было доверять! - сказала она.

Хай Лин не согласилась. Она выглядела очень недовольной.

- Кадма и Халинор впали в его немилость. Но это ничего не значит! - заявила она. - Моя бабуш­ка доверяет ему, и я хочу поступать точно так же.

Корнелия кивнула:

- Правда. Мы слышали только часть истории. Не думаю, что мы можем так сразу делать выводы.

- Что? - воскликнула Ирма. Она не могла пове­рить, что Корнелия стала защищать Оракула после того, как он заставил ее забыть про Калеба.

«Хмм, - подумала Ирма, постукивая себя по подбородку. - Может, Корнелия и Хай Лин про­сто боятся Оракула? Может, они опасаются, что их тоже исключат? А вот я его не боюсь!»

- Мистер Всезнайка должен был предположить, что Нерисса попытается уничтожить Кассиди, - запротестовала Ирма. - Но он всё равно отдал ей Сердце Кондракара. Что вы на это скажете?

- Может, он хотел дать Нериссе шанс? - пред­положила Корнелия.

- Да, - сказала Хай Лин, - все совершают ошибки. Даже те, кто никогда их не делает.

Ирма сжала кулаки. «Они меня просто не понимают», - подумала она.

- То, что он вышвырнул Кадму и Халинор из Кондракара, подло! - сказала она.

Услышав эти слова, Хай Лин и Корнелия фыр­кнули и замолчали. Ирма решила, что они согласи­лись с ней, но не хотели говорить этого вслух.

Ирма бросила взгляд на Тарани, которая лежала, приподнявшись на локтях и вытянув ноги в траве перед собой. Девочка, повелевав­шая огнем, пока еще не высказала своего мне­ния, и Ирма обратилась к ней.

- Тарани, что ты думаешь.

Тарани подняла голову и посмотрела через свои большие круглые очки с видом разочаро­ванной учительницы.

- Думаю, сейчас нам стоит позаботиться о Вилл.

Хай Лин обняла свои колени.

- Она сказала, что попытается притвориться больной.

- Изобразит грипп? - рассмеялась Ирма. - У ме­ня никогда не получается. Моя мама слишком догадливая. - Она вскочила. - Можете считать меня дурой, но я хочу ее проведать. Что скажете?

- Я не могу. Я записана к зубному врачу, - сказала Хай Лин. Всю неделю Хай Лин жалова­лась подругам по поводу того, что ей предстоит надеть брекеты. Ирма знала об этом и постоян­но над ней подшучивала. Поэтому Хай Лин при­грозила ей пальцем. - И никаких шуточек!

Ирма пожала плечами.

- Корнелия? - спросила она, нагнувшись и опустив руки на плечи Корнелии.

Корнелия покачала головой.

- Я должна закончить домашнюю работу. Иначе мои родители не уедут из города.

«Родители уехали» - одно из самых счастли­вых выражений, какие только могут существо­вать. Второе - «сегодня занятия отменяются!».

- Правда? — спросила Тарани. — Они оставят тебя одну?

- Они уезжают на выходные, - сказала Корне­лия, - но мама попросила соседку присмотреть за мной. А самое замечательное то, что они забирают Лилиан.

Ирма сразу же приняла эту чудесную новость к сведению. Большая квартира Корнелии была прекрасным местом. И Корнелия остается одна на все выходные! Как здорово! Вечеринки, ноч­ные посиделки и всё в таком же духе! «Но, - напомнила себе Ирма, - сейчас не время для развлечений. Нужно выяснить, почему Вилл так расстроилась, что не пришла в школу!»

Хай Лин рассказала им не всё. Ирма была в этом уверена. И она намеревалась выяснить все подроб­ности. Но ей не хотелось делать это одной.

- Тарани, - улыбнулась Ирма. - Ты не хочешь пойти со мной и убедиться, что с Вилл всё в порядке?

Тарани посмотрела на нее с тревогой. Она

поправила очки.

- Да, - согласилась она, - но, может, она пока

хочет побыть одна?

Ирма сложила руки на груди. Тарани любила читать книги, и Ирма знала, на что она должна

непременно клюнуть.

- Значит, тебе совсем не любопытно, что написано в дневнике Халинор, который полу­чила Вилл?

Тарани с интересом подняла брови. «Попалась!» - подумала Ирма.

- Пошли! - сказала она со смехом. - Ты не сможешь притворяться, что тебе неинтересно. Твое лица само как открытая книга.

- Ну... - Тарани старалась не смотреть на нее. Но Ирма покачала головой:

- Можешь врать, сколько хочешь, меня не

проведешь.

Наконец Тарани сдалась и улыбнулась.

- Хорошо, - сказала она.

- Вот и славно! - воскликнула Ирма, помогая Тарани подняться. Ей не терпелось добрать­ся до дома Вилл и поскорее расспросить ее. - Пойдем!

Стражницы встали и пошли в разные сторо­ны. Ирма довольно потирала на ходу руки.

«Здорово! - подумала она. - Интересно, поче­му мне так нравятся тайны? Может, это из-за того, что мой папа - сержант полиции?»

Ирма улыбнулась. «Нет, - подумала она. - Всё дело в том, что я - Стражница, и мне нужно най­ти ответы на многие вопросы».

Глава девятая

Тарани зевнула, сидя на кушетке в комнате Вилл. «Мне нужно хорошо выспаться, - подумала она. - Эти кошмары не дают мне покоя. Если я не высплюсь хорошенько, то мои отметки в школе сдуются быстрее, чем воздушный шарик».

- Хотите соку? - спросила мама Вилл.

Ирма, сидевшая рядом с Тарани на кушетке, кивнула. Тарани тоже кивнула и снова зевнула. Миссис Вандом наполнила стаканы соком из графина, стоявшего на столике.

Тарани взяла стакан и поймала себя на мысли, что ей трудно смотреть на маму Вилл, не думая о мистере Коллинзе. Все знали, что миссис Вандом встречается с учителем истории. Миссис Вандом была очень симпатич­ной женщиной с длинными темными волосами, и она совсем не выглядела старой.

Ирма сделала глоток сока и улыбнулась маме Вилл.

- Спасибо, миссис Вандом, - сказала она. - А Вилл еще долго не будет?

- Нет, - ответила миссис Вандом. - Она закан­чивает принимать душ и сейчас придет к вам, а пока посидите здесь.

Мама Вилл поправила свои длинные волосы и указала на тарелку с только что приготовлен­ным шоколадным печеньем, которая стояла на столике перед ними. Тарани потерла свои уста­лые глаза. Ей показалось или мама Вилл только что посмеялась над ними?

Она покачала головой. «Наверное, мне это всё кажется, - подумала Тарани. - Мама Вилл всегда была такой доброй с нами! Из-за этих ночных кошмаров у меня скоро начнется паранойя!»

- Вкуснятина! - воскликнула Ирма.

Тарани не удивилась тому, как Ирма тут же поло­жила в рот два печенья и потянулась за третьим. «У Ирмы даже в такой момент остается прекрас­ный аппетит, - подумала она. - Если она и дальше будет продолжать в том же духе, то скоро ее можно будет назвать Стражницей еды». Возможно, Ирма мало ела в школе - что было довольно обычным делом, ведь в школьном буфете продавали доволь­но сомнительную еду.

- Эфи пефенья офень фкусные! Плавда, Талани? - спросила Ирма с набитым ртом.

У Ирмы щеки стали как у хомяка! Тарани не могла сдержать улыбку. «Что же, думаю, мне то­же стоит попробовать. Не хочу показаться невеж­ливой».

Тарани взяла одно печенье и откусила от него. Оно было приятно теплым, сладким и мягким. «Да, - подумала Тарани, - теперь я понимаю, почему Ирма сметает их с таким усердием!»

- Очень вкусно! - сказала она миссис Вандом. Съев одно печенье, она сразу же потянулась за вторым, а потом и за третьим.

Подняв глаза, чтобы улыбнуться маме Вилл, Тарани заметила что-то странное в выражении ее лица. Возможно, оно было немного серди­тым. Она села на ручку кушетки, сложив на гру­ди руки. Взгляд у нее был очень напряженный, словно она ждала, что вот-вот произойдет нечто интересное.

- Рада, что вам понравилось печенье, - ска­зала она девочкам. - Только, боюсь, я добавила слишком много... яда.

«Яда? - Тарани замерла. - Мне это послыша­лось? Или нет?»

- Что? - закричала Ирма и выплюнула остат­ки еды на пол. - Тьфу!

Неожиданно Тарани поняла, что от яда у нее уже перехватило горло. Она начала задыхаться. Она не могла дышать! Потом она оглянулась, и от того, что она увидела, у нее похолодела кровь. Женщина, сидевшая рядом с ними, была одета в ту же одежду, что и миссис Вандом. У нее были такие же длинные темные волосы. Но лицо было совсем другим. Миссис Вандом превратилась в...

- Нерисса! - воскликнула Ирма.

- Да, - сказала Нерисса. - Но успокойтесь! Вещество, которое вы приняли, подействует всего через несколько минут.

Тарани прижала руки к горлу. Она была страш­но испугана... она не могла дышать! Через пару минут она может задохнуться.

Нерисса даже не пыталась ей помочь. Нависая над девочками, она излучала чистую ненависть. Она смотрела на них со зловещей улыбкой и спрашивала:

- Не хотите чего-нибудь попить?

- Может, соку?

Тарани открыла глаза и увидела женщину с длинными темными волосами, которая склони­лась над ней.

- Ааааааа! - закричала она.

- Нет! - крикнула Ирма. Графин с соком упал на пол, и девочки в ужасе вскочили с кушетки.

- П-простите! - сказала мама Вилл, широко открыв от удивления глаза. - Я не хотела напу­гать вас. Думаю, вы... мм... задремали?

- Что? - спросила Тарани, почесав затылок.

- Да? - удивилась Ирма. - Мы заснули?

- И вы пытались разбудить нас, но при этом не сильно побеспокоить? - спросила Ирма. - Ну конечно!

Тарани с облегчением вздохнула. Сон был таким реалистичным.

- С-спасибо, миссис Вандом. Нам приснился кошмар и... ммм..., - Тарани была так напугана, что едва не разболтала о том, что бывшая Стражница Нерисса пыталась убить их, отравив шоколадным печеньем. К счастью, Ирма прервала ее.

- Мы хорошо пообедали! - солгала Ирма. - Поэтому нам нужно было немного вздремнуть!

- Понятно, - сказала мама Вилл, поднимая упавший графин. - Идите в комнату Вилл. Она скоро подойдет.

Быстро обменявшись взглядами, Ирма и Тарани вышли из гостиной и оказались в кори­доре. Тарани понимала, что они думали об одном и том же.

Когда они вошли в комнату Вилл, мысли Тарани переключились на Вилл. Именно ради этого они и пришли сюда. Тарани очень переживала за подругу. Вилл была не из тех, кто часто прогуливает школу. Поэтому, что бы с ней ни произошло, это было что-то очень нехорошее.

Вилл вошла в комнату в синем махровом хала­те и с полотенцем на голове.

Прежде чем Тарани успела спросить Вилл, как она себя чувствует, Ирма начала рассказы­вать о том, что только что с ними произошло. «Это вполне типично для девочки, управляю­щей водой», - подумала Тарани.

- Вам приснился одинаковый сон? - спросила Вилл, когда Ирма закончила.

- Это был необычный сон, - сказала Ирма. - Это дело рук Нериссы!

Тарани потерла подбородок и задумалась.

- Может, это случилось потому, что мы уснули рядом друг с другом?

Вилл прищурила глаза.

- Интересное наблюдение! - сказала она. - Мы должны рассказать об этом остальным.

- Давайте поговорим о магии позже, - пред­ложила Ирма, подмигнув Тарани. - Как ты себя чувствуешь?

Завязав большое белое полотенце тюрбаном вокруг мокрых волос, Вилл села на кровать.

- Мама поняла, что моя болезнь была просто предлогом, чтобы не ходить в школу.

- Так-так, - сказала Ирма, - и как тебя нака­зали?

- Никак, - ответила Вилл. - Она увидела, что я действительно не очень хорошо себя чувствую.

- Какая заботливая, понимающая мама, - ска­зала Ирма, громко вздохнув. - Тебе повезло.

- А что насчет... мм... дневника? - спросила Тарани. Она видела, что с Вилл всё в порядке. Даже лучше того. И это ее очень удивило в хоро­шем смысле слова.

- Хотите взглянуть на него? - спросила Вилл, указывая на стол. - Он там.

Тарани подошла к столу Вилл и увидела боль­шую книгу в кожаном переплете. Она взяла ее, поправила очки и стала листать.

- Ты точно не против? - спросила Ирма, гля­дя на Вилл. - Это не что-то личное, только для тебя и Халинор.

Вилл развела руками и пожала плечами:

- Может, да, а может, и нет. Я не могу сказать, потому что...

- Эй! - воскликнула Тарани. - На каком языке она написала? На марсианском?

- Именно об этом я и хотела вам сказать, - объяснила Вилл. - Я не могу понять ни слова.

Тарани вздохнула. Минуту назад она надея­лась, что дневник поможет ей узнать, как бороть­ся с Нериссой. Теперь она была разочарована, ведь Стражницы не смогут его прочитать.

Тарани снова зевнула и вздрогнула от страха. Сейчас ей меньше всего хотелось заснуть. Если она уснет, то будет видеть сны, а это значи­ло, что в своих кошмарах она может встретить Нериссу. Она понимала, что Ирма и Вилл чув­ствовали примерно то же самое.

«Так не может больше продолжаться! - поду­мала Тарани в растерянности. - Как нам спа­стись от Нериссы?»

- Ты точно понятия не имеешь о том, что в дневнике? - в отчаянии спросила Тарани Вилл. - Даже никаких предположений?

Вилл пожала плечами. Она прошлась по ком­нате и указала на страницы книги.

- Из картинок я поняла, что там говорится о планетах... и о звездах.

Тарани понимала, что этого ей недостаточно. Но одно она знала точно - ключ к пониманию всей этой истории с Нериссой спрятан сре­ди этих зашифрованных текстов. Стражницы должны были понять, что написано в этом днев­нике! Понять всё, до последнего слова...

Глава десятая

- Ни за что! - воскликнула Хай Лин. - Не может быть! Ты ведь несерьезно?

- Там очень много моделей, - говорила своей дочери мама Хай Лин, пока они шли по тро­туару. - Посмотри проспект, который дал тебе зубной врач!

Хай Лин закрыла глаза. «Я уже видела этот глупый проспект, - хотела крикнуть она. - Мы так долго ждали, пока нас пригласят в кабинет, что я почти выучила его наизусть!»

«Ох, - подумала она. - Просто не могу себе этого представить. Брекеты.

Целый год носить металлические пла­стинки и резинки. Целый год не есть поп-корна, карамели и жвачки.

Чистить их после каждого приема пищи. Целый год Урия и его компа­ния будут называть меня Железными

Зубами, Металлическим Ртом и Проволочной Королевой».

Но больше всего Хай Лин пугала мысль о том, что Эрик увидит ее с брекетами! Год назад Хай Лин даже не задумывалась над тем, что о ней подумают мальчики, ее это не особенно волновало.

Хай Лин влюбилась последней из команды «Ведьма». До встречи с Эриком все парни каза­лись ей глупыми и смешными, способными толь­ко на грубые шутки.

Но Эрик изменил ее мнение. Это случилось в тот момент, когда он сбил ее во время летних каникул. Точнее, она на него сама налетела.

Эрик ехал на своем мотоцикле. А она катилась на роликах по улице, пытаясь сохранить равновесие и удержать рожок с мороженым. И вдруг ремень ее фиолетовой сумочки зацепился за руль его мото­цикла, и она оказалась привязанной к нему.

Тем же вечером Эрик пришел в ресторан «Серебряный дракон», чтобы проведать Хай Лин. Она просто обомлела, когда он поздоровал­ся с ней и с их поваром Фэном по-китайски!

Эрик объяснил, что путешествовал по все­му миру с родителями. Он сказал, что знает несколько китайских слов, но на Фэна это про­извело большое впечатление. И на Хай Лин тоже. Потом Эрик отвел Хай Лин в обсервато­рию Хитерфилда, чтобы они могли посмотреть метеоритный дождь.

Падающие звезды были прекрасными, они сгорали в небе как фейерверк. И обсервато­рия, стоявшая на холме в парке Хитерфилда, оказалась замечательным местом, где можно было наблюдать за ними. Эрик жил в обсерва­тории вместе со своим дедушкой - астрономом Захарием Линдоном.

С той ночи сердце Хай Лин стало биться быстрее, когда она думала об Эрике Линдоне. Да, Эрик стал ее первой влюбленностью. Он очень нравился ей. И она знала, что нравится ему. Но насколько сильно он был увлечен ею и к чему приведут их отношения, по-прежнему оставалось неясным. Ведь никто лучше Хай Лин не знал, как быстро может поменяться направление ветра.

«Что, если я разонравлюсь Эрику после того, как он увидит меня в брекетах? - спрашивала себя Хай Лин. - А даже если этого и не случится, то захочет ли он целовать девушку, у которой весь рот в проволоке? Достаточно ли сильно я ему нравлюсь, чтобы он не испугался, что его ударит током?»

«Нет! - решила Хай Лин. - Я не стану засовы­вать себе в рот всякие железки!»

- Мама! Можешь читать по моим губам! - закричала она. - Я ни за что не надену брекеты!

Мама даже не оторвала глаз от проспекта.

- Если тебе не нравятся со звездочками, - сказала она, указывая на большие фотографии, показывающие разные типы брекетов, - мы попросим, чтобы тебе сделали такие, где на пластинках будет написано твое имя.

«Интересно, - подумала Хай Лин, - если я сейчас закричу во весь голос, мама услышит меня или нет?»

Уже не в первый раз Хай Лин чувствовала, как ей не хватает бабушки. Когда она была ребенком, ее родители всё время были заняты работой в ресторане. С утра до ночи у них было много дел: приготовить соусы, обслужить бан­кет, убрать грязную посуду. А потом еще были закупки продуктов, выписка счетов, выдача заработной платы. Столько дел!

Большую часть времени с Хай Лин проводила бабушка - выслушивала ее, давала советы или рассказывала волшебные истории, и все пере­живания уходили сами собой.

«Если бы она была сейчас со мной, то выслуша­ла бы меня, - подумала Хай Лин. - Но главное, она никогда бы не предложила такую глупую и детскую идею, как написать мое имя у меня на зубах!»

Хай Лин закатила глаза, услышав предложе­ние матери.

- Конечно! - ответила она. - И чтобы кому-нибудь представиться, мне будет достаточно улыбнуться!

В этот момент Хай Лин и ее мама дошли до угла улицы. Мама Хай Лин подошла к двери их ресторана и открыла ее. Хай Лин ворвалась внутрь, сердито надув губы.

Через пару часов обеденный зал «Серебряного дракона» заполнится посетителями. В воздухе запахнет чесноком и жареной свининой, ара­хисовым маслом и ароматным чаем. Гул голосов посетителей будет смешиваться со звоном таре­лок и стуком деревянных палочек.

Однако сейчас зал ресторана был пуст. Хай Лин прошла мимо столиков, на которых не было ниче­го, кроме чистых, отглаженных скатертей. Вскоре ее мама расставит на каждом столике тарелки, ста­каны и палочки. Чен, один из работников кухни, был уже здесь, готовый помочь ей. Сейчас он рас­ставлял по столам вазы с цветами.

- В любом случае, - сказала мама Хай Лин, идя по пятам за дочерью, - ты сможешь выбрать то, что тебе понравится больше всего. Твое здо­ровье - самое главное.

Хай Лин сжала руки в кулаки.

-Какая глупость! - ответила она. - Так может ска­зать только тот, кто никогда не носил брекетов!

Мама Хай Лин фыркнула и наконец-то пока­зала, что всё-таки слышит свою дочь.

- Я не разрешаю тебе разговаривать со мной в таком тоне. Когда я была в твоем возрасте, то про­сто не могла позволить себе такую роскошь!

«Роскошь?» - повторила про себя Хай Лин.

- Ну уж нет! - пробормотала она вслух. - Опять всё сначала?

Она видела, что мама готова сказать одну из тех старых истин о том, что нужно быть терпеливой и тогда всё получится. Хай Лин стиснула зубы.

«Я просто не смогу победить, - подумала она. - Моя мама говорит, что мне повезло, для того, чтобы я почувствовала себя виноватой и сделала всё, что она говорит!»

Чен начал смеяться. Он был большим и пол­ным, с темными бровями, такими же густыми, как его усы, и гладкой, как бильярдный шар головой. Он поправил свой большой синий фартук, повя­занный вокруг плотной талии.

- В мое время в таких изобретениях не было необходимости, - заявил он.

- Это ты ей скажи! - улыбнулась Хай Лин.

- И я всё равно улыбаюсь во весь рот! - Круп­ный мужчина широко улыбнулся.

Взглянув на его зубы, Хай Лин нервно вздрогнула. Улыбка Чена была жизнерадостной, но некрасивой. Некоторых зубов не хватало, а остальные были кривыми или сломанными.

- Да, Чен, - вяло протянула Хай Лин. - Спасибо за поддержку... - Она заставила себя улыбаться, пока мама не ушла из зала.

«Ладно, - со вздохом подумала Хай Лин. - Я не хочу, чтобы у меня были такие зубы, как у Чена. И, конечно, я уверена, что Эрик тоже не хочет, чтобы я выглядела так же! Но неужели брекеты - это единственный выход?»

- О! - воскликнул Чен, засунув руку в задний карман брюк. - Пока я не забыл! Тебе письмо.

- Что? Мне? - Хай Лин посмотрела на конверт. Она увидела знакомый значок в виде звезды и обратный адрес, и у нее перехватило дыхание.

- Из фонда «Восходящая звезда»? - сказала она.

Внезапно Хай Лин забыла о своих переживаниях

из-за брекетов. Если она чему-то и научилась, испол­няя роль Стражницы, так это тому, как забывать о своих проблемах, когда речь заходит о деле.

«А это имеет отношение к Стражницам, - ска­зала она себе. - Потому что я знаю только одно­го человека, который живет по этому адресу».

- Но чего Кадма хочет от меня? - шепотом спросила она.