Взгляды на отечественные вооруженные силы (стр. 2 )

Собственно зарубежная историография. Некоторые размышления по теме, являющейся предметом исследования настоящей выпускной квалификационной работы, изложены в книге У. Черчилля «Мировой кризис», изданной в СССР в 1932 г. Автор показывает, как генерал при помощи Британии занимался военным строительством на территории, подконтрольной белым[35]. Американский историк П. Кенез утверждает, что взгляды на состояние Русской армии в 1917 г. отличались бескомпромиссностью и смелым осуждением военной политики Временного правительства. Так, он пишет, что речь генерала в июле 1917 г. на совещании высших военачальников, собранном А. Ф. Керенским, после позорного провала летнего наступления русской армии была «самая смелая и агрессивная»[36]. Есть опосредованные небольшие фрагменты по рассматриваемой теме и в фундаментальном исследовании американского историка Р. Пайпса, посвященном российской революции 1917 года[37].

Таким образом, историографический обзор, изложенный выше, дает основания для такого заключения: рассматриваемая в нашей дипломной работе тема нашла некоторое отражение как в отечественной, так и в зарубежной историографии. Между тем, комплексных исследований здесь пока что нет.

Источниковая база исследования. Естественно, что анализируя взгляды на отечественные вооруженных силы, автор настоящей выпускной квалификационной работы опирался, в первую очередь на деникинские труды, да­леко не полная библиография которых, составленная мною, включает в себя, по подсчетам , более 40 наименований изданий[38]. И в их числе ведущее место занимают, конечно же, знаменитые «Очерки Русской Смуты»[39]. Они представляют собой мемуарно-исследовательский труд, который сегодня является предметом самостоятельного исследования для современных ученых[40]. , давая обобщенную характеристику «Очеркам Русской Смуты», пишет буквально следующее: это «са­мое крупное произведение из написанных лидерами Белого дви­жения. Они имеют большую познавательную и научную цен­ность. Но необходимо подчеркнуть, что современный исследо­ватель, работая с деникинским трудом, должен учитывать сле­дующие обстоятельства: 1) в нем содержатся уникальные доку­менты, оригинальные мемуарные зарисовки, небесспорные ав­торские оценки событий, вытекающие из их анализа; 2) от­сутствует научно-справочный аппарат; 3) есть факты, до­стоверность которых вызывает сомнение; налицо субъекти­вистские трактовки исторических явлений; 4) труд выполнил не профессиональный историк.»[41].

В контексте раскрываемой темы больший интерес вызывает Том I «Крушение власти и армии. Февраль-сентябрь 1917 год». В данной книге автор рассказывает о событиях, происходивших в России в феврале – сентябре 1917 года: предреволюционная смута, военные реформы Временного правительства, потеря армией управления и, как следствие, – ее развал. В Томе III «Белое движение и борьба Добровольческой армии» рассматриваются события формирования Добровольческой армии под началом , , . Здесь затрагиваются первоначальные принципы и идейные предпосылки формирования Добровольческой армии. В IV и V томах описаны события, связанные с ВСЮР под началом генерала Деникина.

В книге «Старая армия»[42], впервые изданной в Париже в 1929 – 1931 гг., раскрываются различные аспекты жизни Русской Армии с 90-х годов XIX века до Первой мировой войны. В воспоминаниях кадрового офицера предстают яркие картины жизни и быта военной среды — от юнкерского училища до Академии Генерального штаба, от службы в артбригаде в захудалом местечке на западной границе Империи до военных смотров в столичном Петербурге. Очень ценными представляются наблюдения автора о взаимоотношениях Армии и общественности накануне революции 1905 г. и Первой мировой войны. Отчуждение образованного слоя русского общества от Армии обернулось впоследствии непоправимой трагедией для всей страны.

Представляет повышенный интерес крупная незавершенная последняя литературная работа «Путь русского офицера», впервые изданная в США в 1953 г. после смерти генерала[43]. Его последняя неоконченная рукопись носит характер автобиографический, хотя весь центр тяжести он переносит на общероссийские обстоятельства и события, рассматривая их с точки зрения русского офицера и военного писателя. Закончить эту свою работу он предполагал так, чтобы «Очерки русской смуты» являлись ее естественным продолжением, осветив, таким образом, эпоху жизни России от 1870-х до 1920-х годов.

Интерес представляют воспоминания и политические очерки конца 30-х годов, среди которых особое место занимают статьи «Кто спас Советскую власть от гибели?»[44] и «Мировые события и русский вопрос»[45], где автор пытается дать оценку состоянию вооруженных сил Советского государства и проанализировать причины победы большевиков.

В качестве эгоисточника использовано произведение дочери бывшего вождя белого движения «Мой отец генерал Деникин»[46]. В нем освещена жизнь и деятельность генерала в период немецкой оккупации Франции. Примечательно, что в данной книге описываются факты из биографии генерала, которые не освещены (особенно жизнь отца, матери, жены ), или в недостаточной мере затронуты самим в своих воспоминаниях. Сюда же примыкают Письма Марины Грей, дочери генерала , профессору , опубликованные в журнале для ученых «Клио»[47], а также и Стенограмма беседы профессора с Мариной Антоновной Деникиной (Грей), опубликованная в этом же журнале[48].

В качестве документальных источников использовались, в частности некоторые указания, циркуляры, приказы, распоряжения во время его командования Добровольческой армией и главнокомандования в ВСЮР. Многие из них представлены в учебном пособии [49]. Кроме того, использована научно-справочная литература.

Таким образом, источниковая база выпускной квалификационной работы разнообразна и репрезентативна.

ГЛАВА I. Кто такой . Эскиз историко-психологического портрета

1.1 Мировоззренческие основы и шкала нравственных ценностей

Изучение субъективных взглядов на Русскую императорскую армию, Вооруженные силы белого движения; РККА требует краткой характеристики личности , поскольку к перечисленным вооруженным силам у исторического деятеля складывались различные взгляды и следовательно, неоднозначное отношение.

Для изучения мировоззренческих основ и нравственных ценностей , следует обратиться к анализу понятия «мировоззрение», «ценности».

Мировоззрение, согласно , это система принципов, взглядов, убеждений, ценностей, идеалов, определяющих как отношение к действительности, общее понимание мира, так и жизненные позиции, программы деятельности людей[50]. Составляющими основами мировоззрения выступают принципы, взгляды, убеждения, ценности, идеалы. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать те принципы, взгляды, убеждения, ценности, идеалы, которые позволяют нам изучить мнение о вооруженных силах России разных эпох. Это, прежде всего, политические, социальные, экономические взгляды, убеждения и идеалы, на основании которых создавал свою систему власти и высказывал мнение о предшественнике (Императорская армия) и противнике (РККА). Важное значение имеют нравственные ценности генерала, поскольку ценности формируют отношение человека к действительности, участвуют в регулировании деятельности людей[51]. Ценности – это личностно окрашенное отношение к миру, возникающее на основе не только знания и информации, но и собственного жизненного опыта людей[52]. Другими словами, ценности – это отношение человека к различным событиям, явлениям, на основе которого строится позиция по тому или иному вопросу. Поэтому мы акцентируем внимание на тех явлениях и событиях, которые каким-то образом оказали влияние на формирование мировоззренческих основ и нравственных ценностей .

В исследовании мировоззренческих основ и ценностей следует основываться на изучении воспоминаний свидетелей, мемуаров самого генерала. На становление как личности и военного профессионала оказали влияние его происхождение, семейное воспитание, воспитание в образовательном учреждении, военное образование.

История семьи Деникиных, в частности очерки по биографии отца и матери Антона Ивановича, позволят понять происхождение будущего генерала, некоторые особенности его семейного воспитания.

Иван Ефимович Деникин родился 26 сентября 1807 года в Саратовской губернии, воспитывался в семье крепостного крестьянина в рамках строгих моральных норм и ценностей крестьянской жизни начала XIX века. В 1834 г. Иван Ефимович был определен в рекруты Русской императорской армии по воле своего помещика, но отнесся к этому, по мнению М. Грей, спокойно[53]. Вероятно именно эти обстоятельства позволили с честью выполнять свой воинский долг. Прапорщик Русской императорской армии, Иван Ефимович Деникин служил в Польше, проникся любовью к польскому народу и считал, что совместное проживание поляков и русских в Империи, – это естественное и плодотворное сожительство. По словам самого , «не раз он [отец] спасал поляков-повстанцев – зеленую молодежь» во время польского восстания, на свой страх и риск Иван Ефимович существенно смягчал наказание для польских студентов – мятежников[54]. Любовь и уважение к польскому народу, вероятно и предопределили его выбор на молодой польке Елисавете Федоровне Вржесинской[55].

4 (16) декабря 1872 года в семье Деникиных родился мальчик, которого вскоре обратили в православную веру и назвали Антоном. Иван Ефимович Деникин, находясь уже в отставке, тайно от супруги, написал прошение о возвращении в ряды Русской армии в связи с началом Русско-турецкой войны. Этот поступок отца Антон Иванович прокомментировал в своей автобиографии следующим образом: «в глубине душонки гордился тем, что папа мой идет на войну»[56]. Из вышесказанного следует, что гордился и ставил в пример своего отца, который, несмотря на преклонный возраст и маленького сына стремился исполнить свой воинский долг до конца.

Большое впечатление в памяти Антона Ивановича оставили следующие поступки отца: «в день получки пенсии отец ухитрялся раздавать кое-какие гроши еще более нуждающимся – в долг, но, обыкновенно, без отдачи... Это выводило из терпения мать, оберегавшую свое убогое гнездо»; «солдатская прямота, с которой отец подходил к людям и делам. Возмутится человеческой неправдой и наговорит знакомым такого, что те на время перестают кланяться»[57]. Гуманистическое отношение к людям, особенно беднякам, отсутствие склонности к лести, прямая критика поступков людей, – все эти личностные качества будут воспитываться у , и как отмечает , «...нетерпимость к несправедливости сочетались с излишней солдатской прямолинейностью...»[58]. Подтверждение вышесказанному мы находим у самого : «...и я потребовал «равноправия»; при встречах с бывшими товарищами заговорил с ними по-русски, предоставляя им говорить на их родном языке. Одни примирились с этим, другие обиделись, и мы расстались навсегда.»[59].

Семья Деникиных жила скромно и в постоянной нужде, но на судьбу жаловалась только Елисавета Федоровна, Иван Ефимович отвечал спокойным молчанием. Достоинство и значительность этого молчания во впечатлительной душе ребенка вызывали глубокое уважение[60].

был верующим человеком и часто брал с собой на церковную службу сына, где Антон, впоследствии, начал петь в хоре. Антон вместе с матерью также посещал службы в католическом костеле, хотя, по мнению самого Антона Ивановича Деникина, православные службы в полковой церкви вызывали родные и близкие чувства, а службы в костеле воспринимались как интересное зрелище[61].

Свое обучение начал в «немецкой» городской школе, а с 1882 года учился в Влоцлавском реальном училище. Поскольку после смерти отца материальное положение семьи значительно ухудшилось, мальчик стал подрабатывать репетиторством[62].

В училище Антон Иванович проявил особые способности в математике, что позволило ему поступить в Ловичское училище в механико-техническое отделение. Здесь учились евреи, русские и поляки. Данное обстоятельство показало юноше сложность национального вопроса Российской империи, поскольку в своей русско-польской семье никаких разногласий по национальному вопросу не было. Примечателен факт, отмеченный в автобиографии: «так как многие из них [русских учащихся] действительно ополячились, я не раз подтрунивал над ними, поругивал их, а иногда в серьезных случаях и поколачивал, когда позволяло «соотношение сил». Помню, какое нравственное удовлетворение доставило мне однажды (в 6-м классе), когда мой приятель – серьезный юноша и добрый поляк – после одной такой сценки пожал мне руку...»[63].

Кроме этого, замечает, что в ученическом коллективе евреев оценивали исключительно согласно их моральным, товарищеским качествам. Именно в межнациональных отношениях внутри училища проявилисьнекоторые нравственные качества будущего генерала. Так, будучи «старшим на ученической квартире», ему поручили следить за внутренним распорядком, в том числе и за «уличные разговоры на польском языке», что значило прямой донос на товарищей. Но на свой страх и риск, «старший» не сдавал провинившихся, а оставлял отметку, что «таких случаев не было»[64]

В училище юноша проявил интерес к литературным произведениям, философии, социальным проблемам, но особые успехи проявил в математике, что и позволяло ему поступить в высшее техническое образовательное учреждение. Но выбрал военную карьеру[65].

поступил в Киевское юнкерское училище. Антон Иванович отмечает некоторые моральные нормы, существовавшие в юнкерской среде. Так, обман, вообще и в, частности наносящий кому-либо вред, считался нечестным. Но обманывать учителя на репетиции или экзамене разрешалось. Самовольная отлучка или рукопашный бой с «вольными», с употреблением в дело штыков, где-нибудь в подозрительных предместьях Киева, когда надо было выручать товарищей или «поддержать юнкерскую честь», вообще действия, где проявлены были удаль и отсутствие страха ответственности, встречали полное одобрение в юнкерской среде. И наряду с этим кара за них, вызывая сожаление, почиталась все же правильной... Особенно крепко держалась традиция товарищества, в особенности в одном ее проявлении – «не выдавать». Когда один из моих товарищей побил сильно доносчика и был за это переведен в «третий разряд», не только товарищи, но некоторые начальники старались выручить его из беды, а побитого преследовали[66]. Таким образом, в юнкерском коллективе высоко ценились честность по отношению к товарищу, отсутствие страха ответственности, храбрость в бою, осуждались доносчики, воры. Можно заметить, что перечисленные качества будущих офицеров проявились у Антона Ивановича еще во время обучения в училище.

Молодые люди спорили о военном искусстве, литературе, теологии, о любви. Социальные и политические интересы оставались для них чуждыми. Их окружение не позволяло им интересоваться политикой: всякая склонность подобного рода квалифицировалась как «низкая» и недостойная. В Российских университетах дело обстояло иначе: большинство студентов придерживались левых идей, участвовали в манифестациях, митингах, выдвигали политические и социальные требования. Не зная об этом, юнкера Киева и других городов не проявляли к ним никакого интереса[67]. Позже генерал в своих мемуарах будет приписывать всему русскому кадровому офицерскому составу характеристику аполитичности. По мнению , «государственный строй был для офицерства фактом предопределенным, не вызывающим ни сомнений, ни разнотолков. «За веру, царя и отечество». Отечество воспринималось горячо, как весь сложившийся комплекс бытия страны и народа – без анализа, без достаточного знания его жизни. Офицерство не проявляло особенного любопытства к общественным и народным движениям и относилось с предубеждением не только к левой, но и к либеральной общественности. Левая отвечала враждебностью, либеральная – большим или меньшим отчуждением»[68].