Оглавление (стр. 2 )

На закрытом заседании присутствуют судьи Конституционного Суда РФ, стороны и их представители. Возможность присутствия других участников процесса и сотрудников Секретариата Конституционного Суда, непосредственно обеспечивающих нормальный ход заседания, определяется председатель-ствующим по согласованию с судьями.

Принцип гласности нужен, чтобы придать авторитет выносимым решениям.

Следующий принцип – состязательность и равноправие сторон приводится в статье 35 Закона о Конституционном Суде. Смысл этого принципа состоит в том, что стороны должны пользоваться равными правами и возможностями по отстаиванию своей позиции на основе состязательности в заседания Конституционного Суда РФ.

В конституционном судопроизводстве состязательность такая же, как и в других судопроизводствах. Она не ограничивается признанием равноправия сторон участвующих в рассмотрении дел судами. Теперь функции Суда и сторон в конституционном судопроизводстве разграничены. Это исключает начало процесса по инициативе суда и исходит из принципа разделения властей. Иначе Конституционный Суд подменял бы законодательную и исполнительную власть, оценивая конституционность их актов и действий, вмешивался бы в законотворческую и исполнительную деятельность.

Состязательность в конституционном судопроизводстве имеет ту особенность, что стороной в деле нередко бывает орган государственной власти. В разбирательстве вообще может не быть спора, если это, например, разбирательство по запросу о толковании Конституции. Равноправие сторон предполагает, что стороны пользуются равными правами и возможностями по отстаиванию своей позиции. Стороны могут действовать в интересах третьих лиц или в общих интересах, могут отказаться отстаивать позицию, изменить её, стороны имеют равные права и при решении процедурных вопросов не связанных с их позицией по существу дела. Свидетели, эксперты, переводчики также пользуются равными правами. Процессуальные отношения строятся с ними на равной основе.

В ст. 32 Закона о Конституционном Суде говорится, о принципе устности разбирательства. В ходе заседания Конституционный Суд заслушивает объяснения сторон, показания экспертов и свидетелей, оглашает имеющиеся документы.

Этот принцип тесно связан с гласностью судопроизводства. Он обеспечивает судьям и участникам процесса непосредственное восприятие сведений о фактах и обстоятельствах дела. Но допускается и не оглашение документов, если они были представлены для ознакомления судьям и сторонам или их содержание излагалось на заседании по данному делу.

Язык конституционного судопроизводства - следующий принцип, обозначенный в статье 33 Закона о Конституционном Суде. Производство в Суде ведется на русском языке. Если участник процесса не владеет русским языком, он может давать объяснения на другом языке и обеспечивается услугами переводчика.

Принцип непрерывности судебного заседания. Он важен для объективного, своевременного и всестороннего анализа дел, рассматриваемых Конституционным Судом. Его цель обеспечить разрешение дела без волокиты и в наиболее благоприятных условиях для судей. Закон устанавливает, что заседания по каждому делу происходят непрерывно за исключением времени на отдых или на подготовку участников процесса к дальнейшему разбирательству, либо для устранения обстоятельств мешающих нормальному ходу заседания. Этот принцип исключает параллельное проведение судебных заседаний с участием тех же судей по нескольким делам. Но часть 4 статьи 34 Закона говорит, что до принятия решения по делу, рассматриваемому в пленарном заседании Конституционного Суда, возможно рассмотрение других дел в заседаниях палат и наоборот. Возможно из-за этого данный принцип, несмотря на всю его важность, не перечисляется в статье 5 Закона о Конституционном Суде, наряду с другими основными принципами.

Н. Громов и Е. Колесников считают, что такие принципы, как законность, презумпция истинности Суда также необходимо закрепить в Законе о Конституционном Суде. Риск судебной ошибки существует всегда, и ее вероятность в решении Конституционного Суда нельзя полностью исключить. Поскольку оно окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после провозглашения, постольку можно говорить о существовании принципа презумпции его истинности.[8]

Решения судов должны быть законными, справедливыми и обоснованными. Только при соблюдении этих принципов будет оправданно существование презумпции их истинности, которая должна означать, что вступившее в силу решение Конституционного Суда считается истинным до тех пор, пока оно не отменено этим судом в порядке, установленном Федеральным конституционным законом. Случаев пересмотра решений будет немного, но такая возможность в правовом государстве должна существовать.

Суммируя изложенное, можно сделать вывод, что в настоящее время проблемы законности и верховенства Конституции в России, являются наиболее актуальны. Для преодоления этого необходима эффективная работа Конституционного Суда, деятельность которого обеспечивается принципами конституционного судопроизводства, установленными Конституцией РФ и Законом о Конституционном Суде.

1.3 Становление конституционного контроля в России

Истоки, зачаточные формы конституционного контроля как самостоятельного вида государственной деятельности можно обнаружить уже в ряде государств эпохи средневековья. В Великобритании в ХVII веке Тайный Совет признавал законы законодательных собраний (легислатур) американских колоний недействительными, если они противоречили законам английского Парламента или общему праву. Распространение идей верховенства конституции и права привело к тому, что уже в конце ХVIII века некоторые английские акты были признаны судом не действующими на территории северо-американских штатов. Решающее влияние на формирование института судебного конституционного контроля оказало ставшее знаменитым дело «Мэрбери против Мэдисона» (1803 г.), в котором Верховный Суд США установил, что закон Конгресса, противоречащий федеральной Конституции, может быть признан судом неконституционным, то есть наделил себя полномочиями судебного контроля за соответствием законов Конституции.

После первой мировой войны идея судебного конституционного контроля активно развивается и воплощается в жизнь на европейском континенте в виде специализированных конституционных судов с исключительными полномочиями по проверке конституционности законодательных актов. Эта модель судебного контроля получила название «европейской» в отличие от «американской» (англосаксонской), согласно которой конституционный контроль осуществляют общие суды (суды общей юрисдикции).

Видную роль в формировании института судебного конституционного контроля сыграл профессор права Венского университета Ганс Кельзен. В сентябре 1919 года был создан Высший Конституционный суд Австрии, а институт конституционного судопроизводства был закреплен в Конституции 1920 года. Следуя австрийской модели, перед второй мировой войной судебный конституционный контроль был учрежден также в Чехословакии (1920 г.), Греции (1927 г.), Испании (1931 г.), Ирландии (1937 г.), Египте (1941).

Особо широкое распространение судебный конституционный контроль в различных модификациях получил после второй мировой войны. Он был введен в Бирме, Японии, Италии (1947 г.), Германии, Таиланде, Индии (1949 г.), Сирии, Люксембурге (1950 г.), Уругвае (1952 г.), на Кипре (1960 г.), в Турции (1961 г.), Алжире, Югославии (1963 г.). В некоторых странах конституционный контроль учрежден после свержения диктаторских режимов – в Греции (1968 г.), Португалии (1976 г.), Испании (1978 г.). В шестидесятые годы некоторые системы конституционного контроля были подвергнуты пересмотру в европейских государствах (Австрия, Бельгия, Германия, Франция, Чехословакия, Швеция), на латиноамериканском континенте (Аргентина и др.). В различных формах он утверждался в ряде других стран Азии, Африки, Центральной и Южной Америки.

Институт конституционного контроля в нашей стране прошел длительный путь развития. До февраля 1917 года формой правления в России была абсолютная монархия. Она сформировалась в первой четверти 18-го века при Петре I-ом. Абсолютная монархия и Конституция – два мало совместимых понятия. Поэтому нельзя было говорить ни о каком реальном конституционном контроле. Возникновение этого института связано с принятием в 1918 году Конституции РСФСР и конституций других советских республик.[9]

Но, тем не менее, советские конституции не играли существенной роли в жизни общества, установлении и распределении политической власти. В течение почти всех 75 лет Советской власти, они легко могли быть обойдены. Помпезные мероприятия по случаю их принятия контролировавшимися политической верхушкой, стремившейся, помимо прочего, продемонстрировать силу своего контроля. И если отдельные положения этих конституций могли быть интерпретированы как угрожающие институтам существующего режима (например, норма, провозглашающая право свободного выхода республик из Союза), то по неписаным правилам советской политики подобные «угрозы» не только не имели возможности быть реализованными, но даже не могли открыто обсуждаться.[10]

В 70-х годах ряд советских юристов выдвинули идею незави­си­мого конституционного контроля. Но только в период пере­стройки воз­никли условия, при которых предложения подобного рода могли встретить положительный отклик. Можно отметить, что вопрос о совершенствовании правовой охраны Конституции как одно из важнейших условий создания правового государства встал на повестку дня в самом начале перестроечных процессов. По суще­ству речь шла о радикальной реформе в данной области.

В резуль­тате был создан Комитет конституционного контроля–орган, час­тично при­крепленный к парламенту. Вопрос о его создании на офи­циальном уровне был поставлен на XIX Всесоюзной конференции КПСС. На ней отмечалось, что этот орган должен следить за соот­ветствием законов и других правовых актов Основному закону страны, для чего ему необходимы достаточные полномочия. Преду­сматривалось, что создание такого органа стало бы дополнительной гарантией демократического контроля за деятельностью всех долж­ностных лиц, включая занимающих самые высокие посты. Комитет избирался Съездом народных депутатов СССР сроком на 10 лет из числа специалистов в области политики и права. Его численный состав был 27 человек. Учитывая многонациональный характер СССР в состав Комитета были включены по одному пред­ставителю от каждой республики и по 4 представителя от каждого автономного образования. После избрания на должность члены Ко­митета приносили присягу. В целях обеспечения преемственности в деятельности этого органа его состав должен был обновляться напо­ловину каждые 5 лет. Решение о досрочном прекращении полномо­чий члена Комитета принимал Съезд по представлению Председа­теля Верховного Совета.

Комитет функционировал менее 2-х лет. С самого начала его юрисдикция была ограничена, а сфера его действия еще больше су­жена в результате протестов со стороны республик. Он не был наделен достаточными полномочиями по выполнению тех задач, которые перед ним стояли. Заключения Комитета влекли утрату силы нормативных актов лишь в случае, когда констатировали, что этими актами нарушаются основные права и свободы человека, закрепленные в Конституции СССР и в международных актах, участником которых являлся СССР. Остальные заключения Комитета о несоответствии нормативного акта Конституции СССР или закону СССР могли быть отклонены органом, издавшим акт, и окончательно - Съездом народных депутатов СССР.

Несмотря на эти ограничения, новый институт привлек к себе значительное внимание, как в Союзе, так и за рубежом.

Комитет конституционного надзора заслуживает высокой оценки за свои реше­ния относительно защиты индивидуальных и политических прав. Таким образом, несмотря на многие противоречия в своей дея­тельности Комитет конституционного надзора сыграл большую роль в становлении конституционного строя нового российского государ­ства.

Конституционный Суд был учрежден на основе Закона РСФСР от 15 декабря 1990 года «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) РСФСР», которым предусматривалось, что он избирается Съездом народных депутатов РСФСР, а порядок его избирания и деятельность определяется Законом о Конституционном Суде РСФСР, утвержденным Съездом народных депутатов РСФСР [11]. Названный закон был принят Верховным Советом РСФСР в первоначальном виде 6 мая 1991 года, а 12 июля 1991 года V (внеочередной) Съезд народных депутатов РСФСР утвердил этот закон в новой редакции, включив в него главу 3 раздела III «Рассмотрение дел о конституционности правоприменительной практики»[12]. Позднее, в компетенцию Конституционного Суда, привносились существенные новеллы, хотя сам Закон о Конституционном Суде не менялся.

30 октября 1991 года одиннадцать судей Конституционного Суда были приведены к присяге и торжественно поклялись честно и добросовестно исполнять обязанности судьей Конституционного Суда, защищать конституционный строй и верховенство Основного Закона, подчиняясь при этом только Конституции Российской Федерации, ничему и никому более. Эту дату можно считать днем рождения Конституционного Суда Российской Федерации, но фактически Суд начал действовать в январе 1992 года и по сентябрь 1993 года. Однако события сентября – октября 1993 года прервали относительно плавное течение политического процесса в стране. Указ Президента Российской Федерации от 21 сентября 1993 года № 000 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации» прекратил «осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функции Съездом народных депутатов Российской Федерации и Верховным Советом Российской Федерации» (пункт 1)[13].

Под угрозу было поставлено и существование Конституционного Суда Российской Федерации. В Указе Президента Российской Федерации от 7 октября 1993 года № 000 «О Конституционном Суде Российской Федерации» утверждалось, что Суд «оказался в глубоком кризисе. Дважды в течение 1993 года он своими поспешными действиями и решениями ставил страну на грань гражданской войны. Но когда угроза гражданской войны становилась реальной, Конституционный Суд из органа конституционного правосудия превратился в орудие политической борьбы, представляющее «исключительную опасность для государства»[14].

В связи с этим Президент Российской Федерации констатировал «невозможность деятельности Конституционного Суда в неполном составе». В Указе было прямо предписано, не созывать его заседания до принятия новой Конституции Российской Федерации. Будущему Федеральному Собранию, в свою очередь, было предложено рассмотреть в качестве первоочередного вопрос об организационно-правовых формах осуществления конституционного правосудия в Российской Федерации.

Это означало приостановление деятельности Конституционного Суда Российской Федерации по осуществлению судебного конституционного контроля в Российской Федерации. Указом Президента, исполняющему обязанности Председателя Конституционного Суда Российской Федерации, было предложено лишь обеспечить деятельность судей и аппарата Конституционного Суда по подготовке предложения для Федерального Собрания Российской Федерации об организационно-правовых формах осуществления конституционного правосудия в Российской Федерации, включая возможность создания Конституционной коллегии в составе Верховного Суда Российской Федерации; подготовки всех необходимых материалов по находящимся в производстве Конституционного Суда делам для последующего их рассмотрения; опубликованию решений и иных материалов Конституционного Суда Российской Федерации.

На заседаниях Рабочей группы Конституционного совещания неоднократно поднимался вопрос о будущем Конституционного Суда: должен ли он сохраниться в качестве самостоятельного института или функцию конституционного контроля следует возложить на Верховный Суд Российской Федерации, сформировав в его составе Конституционную коллегию. Несмотря на поддержку идеи создания Конституционной коллегии в составе Верховного Суда Российской Федерации некоторыми представителями Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда, а также Министерства юстиции Российской Федерации, большинство членов Рабочей группы во главе с ее председателем отвергли эту идею.

Институт конституционного контроля был сохранен. Референдум 12 декабря 1993 года конституировал самостоятельность Конституционного Суда, хотя его компетенция, порядок формирования и численный состав были существенно изменены. Принятие Конституции Российской Федерации открыло новый этап становления и развития конституционного правосудия в России.

Но понадобилось еще 7 месяцев, чтобы 12 июля Совет Федерации одобрил принятый Государственной Думой 24 июня 1994 года Федеральный конституционной закон « О Конституционном Суде Российской Федерации». 21 июля 1994 года этот закон, явившийся первым в ряду федеральных конституционных законов, принятие которых предусматривается Конституцией РФ 1993 год, был подписан Президентом Российской Федерации и со дня официального опубликования 23 июля 1994 года вступил в силу[15].

В феврале 1995 года завершилось формирование полного состава Конституционного Суда. Тем самым было положено начало реальному функционированию моделей конституционного строя России, базирующегося на принципе народовластия как основе государства, федерализме, государственном университете, правах и свободах человека как высшей ценности, верховенстве права, политическом плюрализме, разделении властей, многообразии форм экономической деятельности, полноправном участии России в мировом сообществе.

В деятельности судебного конституционного контроля начался новый этап. В обращении к судьям Конституционного Суда в марте 1995 года Президент Российской Федерации в связи с этим было подчеркнуто: «В стране идет процесс укрепления конституционных органов власти, формируется правовое государство. Роль Конституционного Суда при этом чрезвычайно важна. От Конституционного Суда в значительной степени зависят реальное действие Конституции Российской Федерации, упрочение основ конституционного строя, защита прав и свобод человека. Своими решениями судьи Конституционного Суда способны оказать большое влияние на воспитание в Россиянах уважения к праву, закону, правосудию»[16].

Была ли необходимость в создании именно специализированного органа либо достаточно было передать его функции судам общей юрисдикции, например, путем учреждения в составе Верховного Суда РСФСР Конституционной коллегии? Этот вопрос остается дискуссионным до настоящего времени, хотя для его иного решения теперь необходимо изменить Конституцию РФ. По мнению В. Жуйкова, с учетом конкретной исторической ситуации, сложившейся в России к началу 90-х годов, последствия которой в значительной степени сохраняются до настоящего времени (изменение политического строя и государственного устройства, состояние, в котором находились, да и во многом по-прежнему находятся суды общей юрисдикции и т. п.), лучшим способом реализации идеи осуществления эффективного конституционного контроля было создание именно специализированного органа, т. е. начать это дело "с чистого листа".[17]

Конституционному контролю в нашей стране изначально предстоял трудный путь. В то время, когда в России правила монархия, реально говорить о конституционном контроле было не возможно. А в советском государстве, где все находилось под контролем властвующей партии, где даже конституции того времени не играли существенной роли в жизни общества, в установлении и распределении политической власти, так же трудно говорить о реальном конституционном контроле. Конституционный контроль в советское время исполнял роль символа. Считалось, что Верховные Советы принимать неконституционные законы не могут, а для контроля за соблюдением Консти-туции вполне достаточно Президиума Верховного Совета СССР. Советская юридическая наука дружно критиковала западную конституционную юстицию за охрану интересов буржуазии и вторжение в прерогативы законодательных органов.[18] Но юристы того времени осторожно выдвинули идею о создании независимого органа конституционного контроля. С приходом перестройки появление такого органа стала необходимостью. Появилась необходимость в существовании в стране самостоятельного, авторитетного и независимого конституционного контроля, каким в настоящее время является Конституционный Суд Российской Федерации.

2. Компетенция Конституционного Суда Российской Федерации

2.1 Понятие и виды полномочий Конституционного Суда