Вестник Адвокатской палаты Иркутской области / №стр. 17 )

В п.6 Обзора практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений части первой Налогового кодекса РФ, направленного Информационным письмом Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 17.03.01г. №71, указано, что пропуск налоговым органом срока направления требования об уплате налога, установленного статьей 70 Кодекса, не влечет изменения порядка исчисления срока на принудительное взыскание налога и пеней.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в Постановлении от 06.11.07г. № 000/07 указал, что после истечения пресекательного срока взыскания задолженности по налогу пени не могут, служить способом обеспечения исполнения обязанности по уплате налога и с этого момента не подлежат начислению.

При таких обстоятельствах пени на задолженность по налогу, право на взыскание которого в судебном или бесспорном порядке налоговый орган утратил, начисляться не должны и требования об уплате такой пени являются незаконными.

Принимая во внимание отсутствие у налогового органа доказательств соблюдения установленного статьей 70, пунктом 3 статьи 46 Налогового кодекса РФ совокупного срока на принудительное взыскание недоимки по НДФЛ, суд приходит к выводу, что принудительный порядок исполнения обязанности по уплате пени налоговым органом также не соблюден, что привело к незаконному начислению суммы пени по НДФЛ в размере руб.69 коп.

Статьей 46 Налогового кодекса Российской Федерации установлен порядок взыскания налога, сбора, а также пени за счет денежных средств, находящихся на счетах налогоплательщика (плательщика сборов) - организации или налогового агента-организации в банках.

В соответствии с пунктом 3 статьи 46 Налогового кодекса Российской Федерации решение о взыскании принимается после истечения срока, установленного в требовании об уплате налога, но не позднее двух месяцев после истечения указанного срока. Решение о взыскании, принятое после истечения указанного срока, считается недействительным и исполнению не подлежит. В этом случае налоговый орган может обратиться в суд с иском о взыскании с налогоплательщика (налогового агента) - организации или индивидуального предпринимателя причитающейся к уплате суммы налога. Заявление может быть подано в суд в течение шести месяцев после истечения срока исполнения требования об уплате налога. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Направление налогоплательщику требования об уплате налога в порядке, предусмотренном статьей 69 Налогового кодекса Российской Федерации, выполняет роль специального досудебного урегулирования спора между налогоплательщиком и налоговым органом по вопросу уплаты налогов, пени, штрафов.

Вместе с тем, досудебное урегулирование возможно в период существования права налогового органа на обращение в суд с иском о взыскании недоимки по налогам, пени и штрафам.

С момента пропуска налоговым органом срока для принудительного взыскания налога у налоговой инспекции отсутствуют основания для начисления пени за просрочку уплаты этого налога.

Поскольку сроки для взыскания с недоимки по налогу на доходы физических лиц в размере 5 руб. истекли, то истекли и сроки взыскания пени, начисленной на эту недоимку.

В требовании № 000 об уплате налога, сбора, пени, штрафа по состоянию на 15.09.2008г. в графе «Установленный срок уплаты» указана дата - 01.01.2003 г., между тем, в требовании не указано, за какой налоговый период начислены пени.

При таких обстоятельствах, требование № 000 об уплате налога, сбора, пени, штрафа по состоянию на 15.09.2008г. выставленное налоговым органом в адрес , не соответствует положениям ст. ст,46, 69, 70, 75 Налогового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, у налогового органа отсутствовало право начислять пени на задолженность по налогу на доходы физических лиц в размере 5 руб., возникшей в период с 1996 год по 2001 год, поскольку требования об уплате пени, начисленной с недоимки по налогу на доходы физических лиц в сумме 5 руб., ранее направлялись инспекцией, оспаривались заявителем в судебном порядке и были признаны судом недействительными в связи с истечением на дату выставления соответствующих требований сроков для взыскания задолженности по налогу. Данное обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах дела и вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Иркутской области от 01.01.2001 г. по делу /08-50, от 01.01.2001 г. по делу № А/06-50, от 01.01.2001 г. по делу № А/06-18 от 01.01.2001 г. по делу /03-15, от 01.01.2001 г. по делу № А/04-20, от 01.01.2001 г. по делу № А/04-24, от 01.01.2001 г. по делу № A3 9-4484/03-15, от 01.01.2001 г, по делу /08-51, от 01.01.2001 г. по делу № А/07-П; от 01.01.2001 г. по делу /07-41; от 01.01.2001 г. по делу /07-15; от 01.01.2001 г. по делу № А/06-15. Приведенными выше судебными актами установлены обстоятельства, связанные с возникновением задолженности по налогу на доходы физических лиц в размере 5 руб., невозможностью ее взыскания и невозможностью начисления и взыскания пени на эту задолженность.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Налоговый кодекс Российской Федерации не предоставляет налоговому органу право направлять налогоплательщику повторное требование, за исключением случаев, когда направление уточненного требования обусловлено изменениями обязанности по уплате налога и сбора (статья 71 Налогового кодекса Российской Федерации). В рассматриваемом случае доказательств такого изменения налоговая инспекция не представила.

Неоднократное направление налогоплательщику требований по уплате налога и пени за один и тот же период и по одному и тому же налогу влечет нарушение прав и законных интересов последнего, позволяя налоговому органу взыскать налоги и пени, срок принудительного взыскания которых пропущен.

Анализ собранных по делу доказательств, исследованных и оцененных судом с соблюдением требований ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствует о том, что действия налогового органа, выраженные в начислении пени на недоимку по налогу на доходы физических лиц в размере 5 руб. 00 коп., пропущенную ко взысканию, являются незаконными, как несоответствующие положениям статьями 46,69,70,75 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 ст.201 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что требования заявителя о признании недействительным требования № 000 об уплате налога, сбора, пени, штрафа по состоянию на 15.09.2008г. и незаконными действий Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому округу г. Иркутска, выразившихся в начислении пени на недоимку по налогу на доходы физических лиц в размере 5077435 руб. 00 коп., подлежат удовлетворению, поскольку указанные действия нарушают права и законные интересы налогоплательщика в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании п. 3 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ, п. 5 ст.333.40 Налогового кодекса РФ, п.5, 16 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.03.07г. № 000 «Об отдельных вопросах практики применения главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации» с Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому округу г. Иркутска в пользу заявителя подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4000 рублей, уплаченная за рассмотрение требований о признании недействительными (незаконными) ненормативного правового акта и действий (бездействий) налогового органа.

Руководствуясь статьями 167-170,176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил :

заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным требование Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому округу г. Иркутска № 000 «Об уплате налога, сбора, пени, штрафа по состоянию на 15.09.2008», которым Открытому акционерному обществу «Х» предложено уплатить пени по налогу на доходы физических лиц в сумме руб. 69 коп., начисленную на недоимку по налогу в сумме 5 руб. 00 коп., как несоответствующее положениям ст. ст.46, 69, 70, 75 Налогового кодекса РФ.

Признать незаконными действия Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому округу г. Иркутска по начислению Открытому акционерному обществу «Х» пени на недоимку по налогу на доходы физических лиц в размере 5 руб. 00 коп., просроченную ко взысканию, как несоответствующие положениям ст. ст.46, 69, 70, 75 Налогового кодекса РФ.

Обязать Инспекцию Федеральной налоговой службы по Свердловскому округу г. Иркутска устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Открытого акционерного общества «Х»,

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому округу г. Иркутска в пользу Открытого акционерного общества «Х» судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья

* * *

В адрес Адвокатской палаты Иркутской области поступило предложение адвоката с просьбой предпринять меры к урегулированию коллизий ФЗ РФ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», предоставляющего адвокату право собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, а также общественных объединений и иных организаций, и ФЗ РФ «О персональных данных», на основании которого адвокатам отказывают в предоставлении запрашиваемой информации.

С проблемой, связанной с реализацией права на получение адвокатом информации по запросу, сталкиваются практически все адвокаты.

Эта проблема проанализирована в статье адвоката Адвокатской палаты города Подосинниковой, опубликованной в журнале "Право и жизнь", N 6 за 2009 год, которая публикуется далее.

С точки зрения редакционного совета Вестника эта проблема может быть решена путем дачи разъяснений Конституционным Судом России по конкретному делу о разумном соотношении права личности на неразглашение персональных данных и права личности на судебную защиту.

Реализация права адвоката на истребование информации (доказательств) по делу как необходимое условие процессуального равенства сторон

Согласно ст. 6 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", право адвоката собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций, не действует. Государственные органы либо отказываются получать адвокатский запрос, либо игнорируют его, либо отвечают, что информация может быть предоставлена только по запросу суда.

Согласно ст. 131, 132 ГПК РФ, к исковому заявлению в обязательном порядке должны быть приложены документы, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования. Неисполнение данного требования в соответствии со ст. 136 ГПК РФ влечет за собой оставление искового заявления без движения.

Таким образом, лицо, нуждающееся в судебной защите прав и интересов, попадает, по мнению , в порочный круг: суд не возбуждает гражданского судопроизводства, оставляя иск без движения по причине отсутствия необходимых документов, подтверждающих исковые требования; без возбужденного гражданского дела не может быть вынесен судебный запрос на истребование соответствующих документов; органы власти и должностные лица, в чьем распоряжении находятся необходимые истцу документы, отказываются выдать их без судебного запроса. Круг замыкается: гражданин либо организация не получают доступа к правосудию, а провозглашенные Конституцией и Гражданским процессуальным кодексом РФ декларации остаются пустыми словами.

В подобном случае выявляется противоречие законодательства и практики его применения. Однако можно предположить, что судья должен выяснить причины непредставления истцом в суд документов, на которых он основывает свои требования и которые указаны в ст. 131, 132 ГПК РФ. Если истец не представил документы по причине отказа, игнорирования органов власти, в компетенцию которых входит обязанность по представлению определенных документов, суд должен возбудить судопроизводство и истребовать необходимые документы. Отказ представить ему документы должен быть подтвержден документально. Если судья выяснит, что истец не использовал возможность истребования документов, предусмотренных ст. 131, 132 ГПК РФ, то он должен оставить исковое заявление без движения и предоставить истцу разумный срок для их получения и исправления недостатков.

Здесь возникает вопрос о том, как судья может определить, использовал ли истец возможность истребования документов. Поскольку в большинстве случаев органы государственной власти не дают отчет о причине отказа, то истец не может представить судье документарное подтверждение.

Думается, предложение об установлении административной ответственности за незаконный отказ в предоставлении доказательств и отсутствие ответа на адвокатский запрос - целесообразное разрешение проблемы. Административная ответственность послужит общественным интересам, устраняя препятствия на пути к защите прав и свобод граждан и организаций во всех судах Российской Федерации.

В случае если истцом не оплачена или оплачена в меньшем размере государственная пошлина, суд вправе на основании ст. 136 ГПК РФ оставить заявление без движения. Для того чтобы определить, подлежит ли исковое заявление принятию или оно должно быть оставлено без движения по мотиву неоплаты государственной пошлины, суд обязан установить спорные правоотношения, возникшие между сторонами, определить норму материального права, подлежащую применению в данном случае.

Так, например, по правилам ст. 91 ГПК РФ размер государственной пошлины по искам о взыскании алиментов связан с ценой иска, тогда как подп. 14 п. 2 ст. 333.9 НК РФ определяет размер пошлины в твердой фиксированной сумме. Причем указанная норма не была ни изменена, ни отменена. Таким образом, неясно, какое определение будет принимать суд налицо противоречие законодательства. Если правоприменитель отдаст приоритет Налоговому кодексу, в любом случае последствия неуплаты государственной пошлины будут процессуальные - оставление искового заявления без рассмотрения.

Обратим внимание на возможность разрешения коллизии норм материального и процессуального права. По мнению , в отношении исков о взыскании алиментов следует говорить о пропорциональной государственной пошлине, т. е. в таких исках их цену составляет совокупность алиментных платежей за один год и, следовательно, государственная пошлина определяется по правилам ст. 91 ГПК РФ.

Думается, данная позиция является верной, поскольку в соответствии со ст. 1 ГПК РФ порядок гражданского судопроизводства в федеральных судах общей юрисдикции определяется Конституцией Российской Федерации, Федеральным конституционным законом "О судебной системе", Гражданским процессуальным кодексом и другими федеральными законами.

Таким образом, при решении вопроса о возможности применения норм материального или процессуального права к судопроизводству по гражданскому делу стоит применять нормы материального права только в той части, в которой они не противоречат нормам процессуального права.

Обратим внимание на то, что если дело, в связи с наличием спора, подлежит рассмотрению и разрешению в порядке искового производства в суде по месту жительства или нахождения ответчика, то лицо, обратившееся в суд, не вправе подать заявление по месту своего жительства или нахождения в порядке производства по делам, возникающим из публичных правоотношений.

В данном случае, по мнению , заявление оставляется без движения в связи с несоблюдением требований, установленных в ст. 131, 132 ГПК РФ, а в случае нарушения правил о подсудности в принятии искового заявления суд отказывает.

Однако это мнение в настоящее время не соответствует ст. 247 ГПК РФ в измененной редакции, где указано, что судья при нарушении правил о подсудности возвращает заявление. Что касается процессуального порядка оставления искового заявления без движения, то судья выносит определение об оставлении искового заявления без движения и предоставляет заинтересованному лицу право исправить недостатки заявления в определенный срок и представить необходимые документы, которые должны быть приложены к исковому заявлению. В случае устранения недостатков заявления в установленные сроки оно будет считаться принятым в день первоначального обращения, в противном случае заявление будет считаться неподанным и возвращается истцу.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" сказано, что в случае своевременного исполнения истцом всех требований, изложенных в определении об оставлении заявления без движения, данное заявление считается поданным в день его первоначального представления в суд и именно с этого времени прерывается течение срока исковой давности.

В процессуально-правовой науке категории "собирание", "представление доказательств" связываются с деятельностью но привлечению доказательств в процесс, т. е. с формированием доказательственной базы. В то же время вопросы о том, какой смысл и содержание имеют данные виды деятельности, в чем их отличие, какие субъекты их осуществляют, являются дискуссионными. Так, существует мнение о том, что представление доказательств и их сбор суть одна деятельность.

М. Покровская полагает, что "представлять доказательства - значит участвовать в их собирании". По мнению ряда авторов, представление доказательств является логическим результатом их сбора. пишет, что представлению доказательств предшествует деятельность по их собиранию и закреплению посредством процедур внесудебного доказывания. указывает, что "если адвокату-защитнику в соответствии с УПК 1960 г. разрешалось "представлять доказательства", то, само собой разумеется... до этого он должен был иметь право их собирать". Таким образом, представление доказательств понимается указанными авторами исключительно как завершающая стадия их собирания. Если следовать данной концепции, можно прийти к выводу, что законодатель, закрепляя за определенными субъектами одно из правомочий - представлять или собирать доказательства, подразумевает наделение их обоими этими правомочиями. Такой вывод представляется логичным, поскольку невозможно представить доказательства, которые не были собраны надлежащим образом. Впрочем, нельзя говорить и о состоявшемся сборе доказательств, если они не были "введены" в процессуальную орбиту (представлены суду). Начиная свою активную деятельность по сбору доказательств, субъект только предполагает (а может и не предполагать), какой характер имеет документ.

Например, запрашиваемые документы не обязательно станут впоследствии доказательствами: решать, представлять или не представлять собранные документы суду в качестве доказательств, - право доказывающего субъекта. Суд может никогда и не узнать, материалы какого содержания в действительности имелись у сторон. В то же время, если субъект желает, чтобы полученный материал был включен в доказательственную базу, он должен представить его суду. В противном случае вся деятельность, которая была проведена для получения доказательств (направление запросов, обращение к специалистам и т. д.), не получит процессуального значения. В этом отношении следует согласиться с тем, что представление доказательств есть логический результат их сбора.