Кожевников: Все претензии к совету директоров.
Киселев: У меня нет претензий, я отвечаю на вопрос.
Кожевников: Вы не вмешивайтесь в наши вопросы. Вы кто в этом вопросе? Вы посторонний человек, но почему-то взяли на себя роль третейского судьи. Вы сами сказали, вы посторонний человек «РМГ», вы посторонний человек сделки.
Киселев: Я разве об этом говорил?
Собчак: Да.
Киселев: Я говорил об отношении к старшим акционерам.
Собчак: Вы сказали, что вы не имеете отношения.
Киселев: Стоп, стоп. Я по газетам это читаю. Смотрите, тексты.
Собчак: Какое отношение вы имеете к старшим акционерам?
Киселев: Отвечаю. Как гражданин, который находится в информационном поле…
Кожевников: Видимо, у старших акционеров нет больше защиты.
Киселев: Поэтому я читаю то, что я читаю. Я читаю, что в кабинете…
Собчак: Помимо того, что вы читаете, вы встречаетесь с Федуном, с Алекперовым?
Киселев: Конечно, и с Федуном, и с Алекперовым.
Собчак: То есть вы видитесь?
Киселев: Конечно, видимся.
Собчак: Когда вы в последний раз виделись с этими людьми?
Киселев: С Федуном вчера встречался.
Собчак: И что вы обсуждали?
Киселев: Помните мой ответ? Я вам уже сказал, вам ключи от квартиры, где деньги лежат, тоже дать заодно?
Собчак: Понятно. Тогда конкретизирую.
Киселев: Пожалуйста.
Собчак: Во время вашей вчерашней встречи или, может, несколько встреч до этого обсуждали ли вы с ним месторождение имени Корчагина, имени Филановского в Каспийском море? Вагит Алекперов, насколько мы знаем, добивается продления льгот по налогу на добычу полезных ископаемых для этих месторождений. Цена вопроса — минимум 9 миллиардов долларов. И, по нашей информации, собственно, ваше вхождение в эту большую сделку по «РМГ» связано именно с тем, что вы взяли на себя какие-то обязательства и обещания помочь пролоббировать продление льготных налогообложений для этих двух месторождений.
Киселев: Только что, Ксения, ты сказала о том, что мне заблокировали встречу с Путиным, и я с Путиным не вижусь. Один маленький вопрос: кто такие вещи вообще может решать, кроме, допустим, уважаемых господ министров или президента страны?
Собчак: Я сказала, что заблокировали вам на какое-то время, потом вы опять, насколько я знаю, отношения наладили.
Киселев: Мне очень приятно, конечно, что ко всей моей демонизации еще добавятся новые.
Собчак: То есть вы месторождения никогда ни с Путиным, ни с Алекперовым не обсуждали?
Киселев: Месторождениями я не занимаюсь. Это уж точно. Этим тем более.
Собчак: Просто, понимаете, остается загадкой, почему именно с вами.
Киселев: Мы берем деньги в банке. И, кстати, по этому поводу…
Собчак: Но ВТБ же не выдал пока кредит.
Киселев: Но мы берем. Я не сказал, что взяли. Мы берем.
Собчак: В каком?
Киселев: В ВТБ. Мы находимся в нормальной стадии. Более того, вы же отлично знаете, что господин на интервью с Буниным на РБК заявил о том, с усмешкой, как он мне сейчас говорит, что я смотрю бумаги. Он заявил: «Что это за залоговые аукционы, я вернулся в 90-е». Во-первых, человек десять лет проработал генеральным директором, явно не в коня корм, потому что речь идет не о залоговых аукционах, а речь идет о кредите под залог акций. Нас дискредитировали со всех сторон, сказав о том, что это за бизнесмены, которые берут под залог акций кредит. Но теперь что мы читаем? Господа артисты берут кредит под залог акций. То есть когда мы берем, мы рейдеры, когда мы берем, мы неправильными путями берем, а когда берут артисты… Я это вам все, кстати, оставлю.
Собчак: Мы знаем об этой оферте, которая действительно поступила от…
Киселев: Да, но только когда берет кто-либо другой, то это залоговый аукцион.
Собчак: Уточняющий вопрос: Как вы считаете, почему господин Федун и господин Алекперов захотели продать захотели продать, собственно, эти акции именно «Госконцерту», а не артистам или не господину Кожевникову? Как вы думаете, если месторождения тут ни при чем?
Киселев: А почему господин Маслов продал «Шансон» господину с месторождениями?
Кожевников: Там хорошие деньги.
Киселев: Все наоборот, правда ведь? Там все теперь хорошие деньги. Письмо артистов президенту Путину о том, что Киселев покупает или хочет купить в три раза дешевле цены. Сколько господа артисты объявили? Ту же самую цену. Ведь что говорят, за хорошую цену. Значит, хорошая цена — 5 миллиардов. Она же определена не только нами, она определена и той стороной. По поводу залоговых я уже сказал, что за генеральный директор, который не знает разницу между залоговым аукционом и получением кредита акции залога.
Собчак: прокомментирует, и мы перейдем к вопросам телезрителей.
Кожевников: Дело в том, что опять подмена понятий происходит. Дело в том, что нет до сих пор никакой оферты от «Госконценрта» или от любой другой организации. И ссылка уничижительная в сторону артистов, она не правомочна, потому что собрались продюсеры и сказали: «Мы не хотим господина Киселева, мы лучше сами найдем деньги». Они взяли деньги в банке и сделали официальную оферту ИФД «Капиталъ». И эта официальная оферта на 5 миллиардов за 78%. Нет никакого другого предложения на рынке пока, кроме этого. Поэтому неразумно.
Собчак: Хорошо. Ваша версия, почему Федун и Алекперов хотят продать эти акции именно Киселеву?
Кожевников: Для меня это загадка. Я считаю, что если это рыночная история, то правильно господину Федуну и Алекперову сделать тендер. Даст господин Киселев больше, купит господин Киселев. Дадут больше продюсеры, купят продюсеры. Все очень просто.
Собчак: Версия про месторождения кажется вам состоятельной?
Кожевников: Я не готов комментировать месторождения, потому что нефть — не моя сфера деятельности.
Собчак: Понятно. Мы переходим к вопросам наших телезрителей, и также у нас будет скайп от каждого из участников. Итак, у нас есть вопрос из нашего твиттера, вопрос Антона Зайнуллина: «Я представляю будущее «Русского радио» в патриотическом формате, но как эта патриотическая концепция может быть реализована на максимум?». Вопрос Владимиру Владимировичу Киселеву.
Киселев: Тот фейк, который появился примерно на полтора часа в информационном пространстве о том, что радио MAXIMUM и «Монте-Карло» заявили о нежелании работать с Киселевым, правда, это продолжается тот же самый разговор, что это за работа с Киселевым, если я повторяю, я с господами артистами, и я затребую телефонные распечатки и любую мою встречу на протяжении последних пяти лет, что это за такое знание меня, как человека, что я буду делать. Так вот если даже взять во внимание этот фейк, который вышел, я позвонил лично в редакцию и написал лично. Кстати, обратите, Ксения, внимание, и человек, который задал вопрос, что мы посредством агентства ТАСС и посредством агентства РИА «Новости» обратились ко всем творческим людям, включая Пахмутову, Нетребко, Добронравова и главного репера страны, скульптора о том, что…
Собчак: Кого?
Кожевников: Кого?
Киселев: Зураба Церетели, один из подписантов писем.
Собчак: Главный рэпер страны, скульптор?
Киселев: Я не знаю, в каком он стиле поет. Поэтому я предположил рэп.
Кожевников: Еще Плющенко подписал, он и на коньках.
Киселев: Поэтому я отвечаю вам дальше. Я объявил этим редакциям, что я плоть от плоти рок-н-ролла, я вырос на западной музыке.
Собчак: Хорошо. Это фейк, на MAXIMUM не будет никакого патриотического радио.
Киселев: Более того, я хочу закончить мой ответ. Это ровно из той же серии, как вторая сторона заявляет о том, что письмо артистов он не инициировал, что артисты, правда, случайно получили все внутренние документы, артисты приписали господину лишних орденов парочку, артисты все одинаково написали одинаковые тексты.
Собчак: Почему? Это как раз естественная ситуация. Сергей Кожевников давно дружит с артистами, он поговорил, рассказал ситуацию, они решили его каким-то образом. То есть я по-человечески это понимаю.
Киселев: Я об этом и говорю.
Собчак: Вы считаете это какой-то криминал?
Киселев: Нет. Я говорю о том, что я цитирую фразу: «Я не имел к этому никакого отношения, узнал из прессы, газеты «Ведомости».
Собчак: Понятно. Второй вопрос…
Кожевников: Тем не менее, у господина Киселева три варианта, он узнал из «Ведомостей», но у него три варианта, которые даже не опубликованы.
Собчак: Откуда у вас, действительно, три варианта?
Киселев: У меня друзей много очень. Так же как я знаю, как оплачивались артисты.
Собчак: А вы можете нам документально показать эти три варианта?
Киселев: Подарить могу.
Собчак: Мы обязательно покажем.
Киселев: Так же как я знаю, как оплачивались…
Собчак: А где вы такую информацию находите? Это же все закрыто.
Киселев: Девочка моя дорогая, мне 63 года.
Собчак: То есть у всех людей в 63 года возможность к таким источникам присоединиться.
Кожевников: Есть такая информация.
Собчак: Вопрос Андрея Галереевского, он к вам обоим. Что в понимании уважаемых оппонентов патриотизм, в чем именно он должен проявляться на радио, и почему сегодня это так важно? Сергей Витальевич, начнем с вас.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 |
