Кто это? Истории для моей Маруси (стр. 10 )

Мы направлялись погулять в парк. Мне нравились прогулки по парку. Там было много опавшей листвы, которую дворники тщательно собирали в кучки. И самым моим любимым делом было набрасываться на эти кучи и разносить их в пух и прах. Я любил догонять падающие листочки, которые гнал ветер. Иногда кленовые листы были такие большие, что сидели на мне как береты. Они были хитрые, эти листы, так и норовили упасть мне на нос и кататься на нём. Короче говоря, я очень был рад, что мы пошли гулять именно в парк. Я бежал с Ирочкой рядом, иногда приглядывая за ней, как велела мне Бабушка, и всегда чуя её запах. Вдруг я почуял запах другой. Не могу объяснить какой именно. Это ведь не запах котлет или булочек, или, например, колбасы. Одно могу сказать, что запах был несъедобный. Сначала я хотел его пропустить, но почему-то почувствовал, что обязательно должен посмотреть, что это я такое унюхал. Я пошел по следу. Я представлял себя сыщиком, ищущим спрятавшегося преступника или, может быть, ещё кладоискателем. Кстати, что касается кладов – если вы надумаете искать клад, позовите меня, Я - то, что вам потребуется больше всего! Так вот, иду я, значит, по следу и чую уже, что клад где-то близко. Я нервно верчу хвостом и от нетерпения начинаю урчать. Ирочка обернулась:

- Что ты опять ищешь? Опять вкусные палочки?

Но я её не слышал уже, т. к. я нашёл, откуда шёл запах. Он шёл из-под листвы, намокшей под дождём. Я начал разрывать носом свою находку. Листва полетела в стороны. Нос мой тут же превратился в земляную грязную точку, но я нашёл то, что искал. Я залаял и Ирочка поспешила ко мне. Она опустила Нюшу на листву погулять, а сама принялась с интересом разглядывать то, что я нашёл.

Маленький железный человечек. Ручки, ножки и голова на шарнирах, глазки бусины, дырочка-рот, даже уши были у этого красавчика, а также кнопка-нос. Ирочка очистила его от земли и оглядела со всех сторон:

- Ой, да ты весь заржавел. Как же ты здесь оказался? Видно забыли тебя или ты выпал из чьего-то кармана. В любом случае хозяина уже не найти, поэтому придётся забрать тебя с собой, уж больно ты хорошенький. Мои куколки будут от тебя просто в восторге!

И с этими словами, Ирочка положила железного человечка в карман плащика и закрыла карман на кнопку.

Придя домой Ирочка первым делом показала нашу находку Дедушке. Он покачал головой, нахмурил лоб, надел очки, сел за стол и придвинул к себе поближе лампу:

- Ну что ж, можно вылечить вашего больного. Смазать, начистить и будет как новенький.

Я сидел рядом и мне показалось, что человечек даже попытался улыбнуться.

Весь вечер Дедушка возился с железным человечком. Ирочка сидела всё время рядом и спрашивала:

- Ой, деда, а ему не больно? А это ты зачем делаешь? А этот винтик для чего?

В конце концов, Дедушка отослал Ирочку помогать Бабушке, а сам спокойно закончил починку железного бедняги.

На ночь он посадил его на стопку газеток на кухне, чтобы с него стекло лишнее масло, и строго-настрого приказал не падать на пол.

Конечно, когда все улеглись спать, я не мог больше терпеть и пробрался на кухню. К моему удивлению я был не первый, кто захотел узнать историю железного человечка.

На кухне меня уже ждала Нюша и все кухонные граждане. Железный человечек сидел на кучке газет и изумлённо смотрел на публику.

- Где я? – проговорил он и голос у него был на удивление мягкий и приятный.

Нюша выползла вперёд:

- Тебя Билли нашёл в парке, под кучей листвы, на земле. Ты был ржавый и грязный. Наша Ирочка тебя отмыла, а Дедушка отремонтировал и смазал маслом. Теперь ты, будешь жить у нас.

Человечек забеспокоился:

- Нет, нет, нельзя. Мне надо вернуться к Мите. Иначе он разозлится.

- А кто такой Митя?

- О! Я был его игрушкой. Митя очень злой мальчик. Он обижает свои игрушки и наказывает их. Если он обнаружит, что я потерялся, то страшно разозлится и накажет меня, или опять выбросит на улицу и я заржавею.

Кастрюльки, вазочки, мы с Нюшей, Мячик и даже гордец Табурет просто рты пораскрывали от удивления. Никто не мог поверить, что на свете может твориться такое беззаконие, что игрушки настолько беззащитны. Наступила тишина. Все переживали и думали, что же делать бедняге человечку. И тут я сказал:

- А как тебя зовут?

- Айрон!

- Послушай, Айрон, а ведь твой Митя тебя не найдёт. Как же он тебя найдёт, если ты будешь жить у нас?

- А ведь и правда! Просто я так боялся Мити, что до сих пор боюсь, что снова попаду к нему. А теперь, я счастлив. Я нашел новых друзей и новый дом.

Все были рады за Айрона и от радости и переполнявших их эмоций стали смеяться, плясать. Хлопать в ладоши и под конец так расшумелись, что разбудили Бабушку. В коридоре послышалось шарканье её тапочек. На кухне зажёгся свет. Когда бабушка открыла дверь, все были уже на своих местах. Даже я тихонько лежал на коврике у плиты. Бабушка подошла к окну, посмотрела на улицу, проверила, закрыто ли окно и задёрнула штору. Когда она ушла, мы тоже тихо пожелали друг другу спокойной ночи и попрощались до утра.

Так, наш дом приобрёл ещё одного верного товарища.

19.Паучок

В каждом доме, кроме его основных обитателей, всегда живёт ещё кто-то таинственный. Он редко появляется на глаза всем окружающим, если не сказать, что он вообще старается не попадаться на глаза. И только немногие знают о его существовании.

В нашем доме тоже был такой жилец.

Уже долгое время, ложась спать, мне не давала уснуть какая-то возня. Я не мог понять, откуда она берётся. Облазив и обнюхав все углы и закоулки нашей комнаты, я возвращался на своё место ни с чем. Тихое шуршание не мешало мне спать, просто оно разжигало любопытство. Мне непременно хотелось докопаться до причины этих шорохов.

Я растолкал Мячика:

- Эй, соня, проснись.

Мячик перекатился с боку на бок и зевнул:

- Ну, что тебе опять не спится?

- Мячик. Ты слышишь, кто-то все время шебуршит где-то у стенки. Слышишь?

- Ну, слышу. – Мячику явно не хотелось просыпаться. – Спи давай, Дались тебе эти шорохи.

- Нет, Мячик, это совершенно особенные шорохи. Как будто кто-то никак с чем-то не может справиться!

Мячик понял, что спать ему сегодня просто не дадут, поэтому окончательно проснулся:

- Ну, где тут твои таинственные шорохи?

Друзья прислушались к тишине. Сначала ничего не было слышно, но потом, потихоньку, в углу комнаты раздалось робкое шуршание, потом громче… и опять всё затихло.

- Во! Слыхал?

- Слушай, - Мячик испуганно покосился на меня, - а может ну их, эти шорохи, может всё таки спать пойдём?

- Мячик, ну неужели тебе не интересно что там шуршит?

- Мне? Ну, вообще-то не очень.

- Ну и зря. А я пойду, узнаю.

Я осторожно приблизился к углу, из которого недавно мы слышали шорох. Сунув нос за штору, я внимательно оглядел угол. Чисто. Никого нет. И тут, я чуть не подскочил от страха, что-то опять зашуршало. Чуть выше моей головы. Я поднял голову и увидел незнакомое мне существо. Черная точка, на ней два огромных глазища и, вы не поверите, шесть ног. Существо тоже заметило меня и сверкнула в мою сторону злобным взглядом. Мы долго рассматривали друг друга, прежде чем существо заговорило:

- Что тебе тут надо? Я тебя не звал!

- Прости, пожалуйста, просто ты шуршал и мешал мне спать. Мне захотелось узнать, что происходит.

- Что происходит, что происходит! – передразнило меня существо. – Я не могу научиться паутинку плести. А если я не сплету паутинку, то не смогу ни есть, ни спать?

- А что такое паутинка? И почему ты не сможешь ни есть, ни спать?

Существо скривило рот и вытаращило глазищи:

- Потому, что я паук! Мы, пауки, плетём паутинки, ловим в них мух и всяких мошек и ими питаемся. А ещё я очень люблю спать в паутинке, она тоненькая и качается, как колыбелька. Так я засыпаю. – Паучок закрыл глаза и представил себе, как он качается в колыбельке. – А теперь я не могу сплести эту противную паутину, она слипается и комкается.

Мне стало обидно за Паучка, что ж он такой голодный, усталый ходит.

- А может быть я смогу тебе помочь?

- К сожалению – нет, я должен сделать это сам. Но пока я маленький, я учусь. А потом я стану большим и буду плести большие кружевные паутинки. Только вот научиться надо.

И Паучок снова с рвением принялся за дело. Он перебирал лапками, кружился, помогал себе носом, подпрыгивал, но у него ничего не получалось.

Я тихонько, чтобы его не потревожить, отошел в сторону и отправился к себе на место. «Завтра я тоже попробую сплести себе паутинку», решил я и спокойно заснул.

Наутро, проверив, чтобы в бабушкиной комнате никого не было, я разыскал корзинку с вязанием. Это была плетёная корзинка, с кучей всяких клубков и ниток, из которых Бабушка вязала всякие вещи для себя, Дедушки и для Ирочки. Клубки все были таких замечательных цветов, что я решил, что моя паутинка должна быть из всех этих цветов. Как плести паутинку по правилам я не знал, но видел, как это делает Паучок. Поэтому я вывалил из корзинки все клубочки и начал по ним прыгать, кружиться, подбрасывать вверх, тянуть и затягивать. Но к моему удивлению, у меня получалось нечто мало похожее на колыбельку, скорее на кокон, который связал мне все лапы так, что я не мог ими даже двинуть. Я, пытаясь высвободиться из него, стал дёргаться, чем ещё сильнее затягивал разноцветные узлы. Я испугался, что сейчас придёт Бабушка, увидит весь этот переполох и станет ругаться, а я даже не смогу убежать!! Я отчаянно заскулил. На мой зов прибежали все: Бабушка, Деда, Ирочка, Мячик, даже Нюша приползла. Да как начали все надо мной смеяться!!! Хохотали и диван с креслом, и лампочки на люстре, даже очки на бабушкином носе прыгали от смеха. Мне и самому стало смешно. Вот тебе и колыбелька, вот тебе и паутинка!!

А в углу, под самым потолком сидел Паучок и держась за бока, хохотал до слёз. Только его никто не слышал, потому что никто не должен был знать, что он живёт у нас в доме и плетёт свои паутинки, избавляя нас от мух и мошек. Он был нашей тайной!

20.Шалунья Кисточка

Как вам уже известно, наша Ирочка любила рисовать. Она рисовала карандашами, авторучками, мелками, красками, рисовала в альбомах, на простых бумажках, в блокнотах, в тетрадках. На улице она могла рисовать палочкой на земле, или, когда была зима, на белоснежных сугробах. Ирочка неплохо рисовала, с увлечением. Частенько я садился подле неё, около лампы и наблюдал как она рисует. Время от времени я так увлекался, что наступал лапами на её рисунок. Тогда Ирочка отпихивала меня назад: