Кто это? Истории для моей Маруси (стр. 5 )

- Книжка, это, конечно, хорошо. Но лучше, когда видишь всё своими глазами. Поэтому, мы должны обязательно сходить с вами в зоопарк и посмотреть всех этих животных. Решено, я попрошу бабушку, и мы непременно туда сходим в ближайшие выходные.

Очень обрадовавшись своей затее, Ирочка захлопнула книжку и поставила её обратно на полку.

Ну, что ж, будем ждать выходных!

8.Лесной ручеёк

В один из выходных всё семейство, взяв с собой и меня, направилось в лес. Ирочка говорила, что это будет Поход. Я слабо представлял себе, что такое поход, но то, что мы идём гулять в лес – очень меня радовало. Мячика Ирочка не взяла с собой, сказав, что он может там заблудиться и потеряться. Нюша тоже осталась дома. А меня взяли с собой. Я обещал моим друзьям обязательно рассказать всё, что увижу и узнаю в лесу. Мне самому натерпелось побыстрее оказаться там. Уж очень много было разговоров на эту тему. До леса мы добирались на машине. Я не любил кататься в машине, поэтому я буквально вылетел из неё, как только мы подъехали к месту, и Ирочка открыла дверь. Первое, что меня поразило – это лесной запах. Такого густого, сочного, тягучего запаха я никогда не ощущал. Пахло листвой, корой деревьев, теплом земли, ягодами, грибами, лесным зверьём. Я остановился, втягивая в себя новые запахи, прислушиваясь к новым звукам. Ирочка тоже выпорхнула из машины и побежала по тропинке к лесу. Я помчался за ней, обогнал и возвестил о своей победе заливистым лаем.

- Дурашлёп! Что ж ты так раскричался! – засмеялась Ирочка и, округлив свои лукавые глаза, добавила, - ты только послушай, какая тут Тишина!

Я замолчал и прислушался. Конечно, в лесу не было слышно ни шума машин, ни звонков трамваев, ни крика мальчишек, ни каких других обычных городских звуков, но сказать, что это была Тишина – я тоже не мог. Может быть, для Ирочки многие звуки были неслышны, но я всё различал прекрасно: пищит комар, стучит дятел, шуршит в кустах ёжик, карабкается, цепляясь за ствол коготками, белка, ветер колышет ветки деревьев. Всё это были непривычные для городского жителя звуки. Я, никого не дожидаясь, побежал по тропинке, ведущей вглубь леса. Я слышал, как Ирочка звала меня, и я время от времени останавливался, чтобы они от меня не отстали. Но они шли очень медленно. Пожалуй, даже Нюша могла бы их обогнать.

- Пусть себе бежит, куда хочет. – говорила Ирочке Бабушка,- он же собака, он не потеряется. А набегается – поспит дома лучше.

И я убежал в лес один.

Вокруг меня окружали огромные деревья. Они были колючие, как ёжики. Ёлки. В парке, в городе, тоже было много деревьев, но они нежно шелестели листвой и были светлы и прозрачны. Здесь же, в лесу, ёлки были темны и могучи, и воздух вокруг становился прохладным и как будто влажным. Вскоре я увидел между деревьями просвет и поспешил туда. Чем ближе я подходил, тем более отчётливо я слышал негромкие переливы воды. Речка? Можно искупаться? От неожиданной радости я припустил во всю прыть, и не прошло и минуты, как я уже стоял на берегу. Но это была не речка. Вернее это была маленькая речка. Я мог перепрыгнуть её в два счёта. К тому же она была неглубока. Вода в ней была до того прозрачная, что я мог видеть каждую песчинку на дне. Я попробовал воду лапкой. Ох, и холодная она оказалась!

- Привет! – тут же услышал я звонкий голос. - Ты кто? Ты тут один? Давай поиграем! Я думаю, что ты не откажешься побегать со мной.

Я вертел головой в разные стороны, пытаясь понять – откуда идёт голос. Серебристый смех зазвенел эхом в лесу:

-Это я, Лесной ручеёк. Я пробегаю вдоль всего леса, встречаю много кого на своём пути, но я очень холодный, поэтому никто не остаётся со мной надолго. Ну, побежишь со мной?

- Конечно!

Мне понравился ручеек, и мы наперегонки побежали до лужайки, которой заканчивался лес. Ручеёк брызгался всю дорогу студёной водой, мешая мне бежать. Мне приходилось останавливаться и стряхивать воду, попавшую мне в шерсть, в то время как он продолжал весело бежать по камушкам. Так он лукавил, чтобы первым добраться до лужайки. Лесной ручеёк был извилист и иногда пропадал за деревьями и кустарником. Я бежал дальше наугад и вскоре снова с ним пересекался. Я перепрыгивал через него, иногда даже шлёпал лапами по его студёной воде и снова выбирался на тропинку.

- Давай, давай быстрее, ещё быстрей! – подбадривая, кричал Ручеёк. И я старался изо всех сил.

-Я всё равно обгоню тебя! – я намеревался прибежать первым, а ручеёк только смеялся в ответ.

Вот, наконец, показалась лужайка. Мы оба остановились. Я запыхался, а ручеек, как ни в чём не бывало, плескался рядом со мной.

-А хорошо мы с тобой поиграли! Спасибо тебе за компанию!

- И тебе спасибо! Теперь мне надо найти своих, а не то они меня потеряют.

На том лугу мы и расстались с Лесным Ручейком. Но я думаю, что если мы опять наведаемся в лес, он обязательно меня вспомнит, и мы опять побежим с ним наперегонки.

9.Тесто

Моя Ирочка очень любила пирожки. Собственно говоря, я тоже был всегда не прочь полакомиться кусочком мягкой пахучей сдобы. Бабушка часто пекла пирожки и румяная горка в красочной расписной тарелке распространяла чудесный аппетитный запах по всему дому. Пирожки были с разной начинкой: и с мясом, и с грибами, и с ягодами, с маком, морковкой, джемом…

Однажды, когда все в доме ещё спали, я проснулся от того, что на кухне происходило какое-то движение. Тётушка Кастрюля охала и пыхтела, как будто она чайник, слышалось Бабушкино шарканье, но едой не пахло. Что же там происходило?? Сон сразу как рукой сняло. Я понял, что мне срочно нужно узнать, что происходит на кухне, иначе я места себе не найду. Я приоткрыл лапой дверь и прокрался в коридор. Ждать долго не пришлось: Бабушка, вытирая о фартук руки, вышла из кухни и перебралась в ванную комнату. Я тут же прошмыгнул на кухню. На первый взгляд ничего не привлекло моё внимание. Все полотенца, поварёшки, сковородки – всё было на месте. И тут я заметил, что на месте нет красавчика Табурета и Тётушки кастрюли. Поглядев по сторонам, я вдруг увидел их обоих стоящих у батареи. Тётушка Кастрюля, замотанная в огромное полотенце и накрытая сверху детским одеялком, стояла на табурете. Табурет был исполнен гордости и самоотречения, а Тётушка Кастрюля имела такой несчастный вид, что у меня навернулись слёзы:

-Тётушка Кастрюля, Вы заболели? Что с Вами? Вам так плохо?

Мой голос срывался, я почти плакал. Тётушка Кастрюля пыталась мне что-то сказать, но она вся была замотана, поэтому у неё выходило только:

- Мя момошу мефто.

Я совсем перепугался. Что это за странные звуки она произносит. Да, значит дело совсем плохо!

-Да что же делать-то?

Я был просто в отчаянии. Я перетаптывался с места на место и тихонечко скулил. И тут Табурет подал голос. С чувством собственного достоинства и сознания важности своей миссии он лениво произнёс:

- Она говорит, что она сторожит тесто. Ты же видишь, что она вся замотана и не может ничего внятно сказать.

Ой, правда, как это я сразу не догадался! Сейчас же размотать, спасти Тётушку Кастрюлю! Я схватился за краешек одеяла и стянул его вниз. Потом я ухватил зубами толстое полотенце и начал стаскивать его с Тётушки Кастрюли. Она что-то мычала в ответ на мои действия и округляла глаза, но я был полон решимости её освободить. Полотенце было очень большим и очень тяжёлым. Мотая головой и рыча, я продолжал бороться за свободу Тётушки Кастрюли, и тут… она упала. Она опрокинулась вместе с Табуретом. На пол. Я едва успел отскочить, чтобы меня не придавило. Полотенце отлетело в сторону, и кастрюлина крышка с весёлым звяканьем покатилась по кухне. Покружившись на месте, она угомонилась. И тут я увидел, как из кастрюли вытекает ОНО: белое, тягучее и кисло пахнущее нечто.

- Что это, Тётушка Кастрюля??!!

Белая масса вяло приподняла один глаз:

- Я тесто. Меня замесили, и я должно было подняться. А ты меня вывалил, и теперь я убежало.

Тесто устало закрыло глаз и тяжело вздохнуло. Я ничего не понимал. Что эта тягучая масса делала в кастрюле? И как оно могло в кастрюле подниматься, если кастрюля была закрыта крышкой! Но вскоре мне всё стало ясно. На грохот, устроенный мною, прибежала бабушка. Увидев опрокинутый табурет, валяющуюся кастрюлю и убежавшее тесто, она всплеснула руками:

-Батюшки мои! Ты что же это, баловник, наделал!? Как же теперь мы будем пирожки печь?

Ну вот, теперь ещё пирожки! А пирожки-то тут при чём?

Бабушка подобрала тесто, запихала его обратно в кастрюлю, замотала полотенцем и поставила на табурет к батарее.

- Воот, моё хорошее! Давай расти, испечём всё ж таки сегодня пирожки для Ирочки!

Бабушкина руки продолжали гладить кастрюлю, как будто Бабушка хотела загладить вину перед тестом, что его так грубо опрокинули.

Это что же, подумал я, из этого липучего, толстого и кислого теста делаются такие вкусные, румяные и ароматные пирожки?? Вот так дела! Я хотел, было спросить про это Тётушку Кастрюлю, но она же была замотана и только мычала в ответ.

Весь в смятении, и потрясённый увиденным и услышанным, я побрёл к себе на место. Долго ещё я думал про тесто и пирожки, пока не уснул. Проснулся я уже от манящих запахов, доносившихся из кухни. Я вскочил и помчался прямиком туда.

Бабушка как раз ставила перед Ирочкой стакан тёплого молока и пододвигала огромную тарелку с горой аппетитных пирожков:

- А ну-ка, полакомись бабушкиными пирожками, и дружка своего угости. Видишь, уже прибежал, шельмец. Ждёт, когда ты ему кусочек отломишь. Да уж сильно-то не корми, а то толстый будет, да ленивый.

Бабушка рассмеялась, а я даже не обиделся. У меня просто слюнки текли и я переступал с ноги на ногу в нетерпении, когда же мне дадут пирожок. Ирочка не была жадиной и я вдоволь напузырился пирогами. Запив съеденное из своей мисочки водичкой, я, переваливаясь, поплёлся в комнату.

Да какая разница, что тесто было такое кислое и уродливое. Главное, что то, что из него получилось, было выше всяких похвал.

10.Как я узнал, что я полезный

Однажды завтракая на кухне, я услышал, как бабушка уговаривает Ирочку:

- Не капризничай. Надо кашу кушать. Она не только вкусная, но ещё она полезная.

Когда я был совсем маленький, мне тоже давали кашу. Я мог сказать, что она вкусная, но вот чем она полезная – я не знал. Судя по тому, что Ирочка никак не хотела приступать к поеданию каши, она тоже не знала, чем она полезна, и я решил спросить это у самой каши. Кашу варили в маленькой блестящей кастрюльке, и теперь она стояла на плите и дулась, что её не любят. Я подошёл поближе. Стол был высокий, и мне трудно было бы разговаривать с кашей, поэтому я попросил господина Табурета помочь мне добраться до своей собеседницы. Каша грустно лежала в кастрюльке, поглядывая в потолок.