Кто это? Истории для моей Маруси (стр. 7 )

- Ну, сладу с тобой нету! Для тебя тут ничего интересного. Это для Ирочки.

Она отобрала у меня коробочку и понесла в детскую. Я не отставал ни на шаг. Меня разбирало любопытство. Надо же, подарок! Как же мне поскорее узнать, что это за подарок? Что таит в себе коробочка? Бабушка принесла её и положила Ирочке на стол.

-Смотри, - сказала она мне, строго погрозив пальцем, - не вздумай снова её грызть!

И ушла. Я потоптался вокруг стола, походил по комнате кругами, и, наконец, залез под кровать, чтоб не видеть этой притягательной коробочки. Но любопытство не оставляло меня и под кроватью тоже. Я выбрался и снова подошёл к столу. Посидев с минуту, я запрыгнул на стул. Коробочка стала ближе. Она стояла прямо перед моим носом и так и манила, словно дразнила меня. Я пододвинул её лапой к себе. Потом ещё поближе. И ещё поближе. Я так и двигал её, пока она с грохотом не свалилась на пол и крышка коробки отлетела. Из тайной коробочки высыпалось несколько разноцветных баночек. Они раскатились по полу в разные стороны, закатились под шкаф, под кровать, под стол. Я в испуге отступил к двери. Баночки замерли на своих местах и неожиданно разговорились между собой:

- Вот так полёт! Куда нас всех разбросало? А ну-ка, ребята, собирайтесь вместе.

Они начали выкатываться из своих тайников и собрались вместе. Их было 6 штук и все они были разных цветов. Я подошёл поближе и принюхался:

- Кто это вы такие? Вы не игрушки, не еда – как вы называетесь?

- Мы – краски. – Дружно ответили баночки. Нами рисуют.

- А что вами рисуют?

- Да всё что угодно!

- Всё-всё-всё?

- Всё-всё-всё, - так же дружно ответили краски

-Я, например, желтая краска. Мною рисуют солнышко. Я очень тёплая краска.

- А я – красная краска. Я рисую цветы и смеющиеся ротики, спелые яблоки и флажки.

- А мной рисуют траву и листья деревьев. Потому, что я - зелёная краска.

- А мой мир – это вода: море, речку, дождик – всё это рисуют мной. Я краска синяя. А если меня разбавить водой, то я стану голубой, и мною тогда раскрасят небо.

- И мной тоже рисуют, хотя я и не видна на белой бумаге, потому что я белая краска. Но если мною нарисовать на цветной бумаге, то меня видно. Я рисую снег, снежинки, зайчиков и ромашки.

- А я, а я – чёрная краска. Я рисую тучи, дым, ночь, могу закрасить весь листочек так. Что не будет видно ни ромашек, ни речек, ни травы, ни солнышка. Вот я какая сильная краска!

Я недовольно зарычал:

- Ты не сильная, а злая краска! Кому ты нужна, если ты всё портишь?

В этот момент в комнату вошли бабушка и Ирочка:

- Ой, новые краски! – Ирочка захлопала в ладоши и запрыгала на месте от радости.

– Бабушка, спасибо. У меня новые краски!

Бабушка, с упрёком посмотрев на меня, стала собирать их с полу:

- Да, кого-то надо наказать за непослушание.

Я попятился от неё и, спрятавшись за стул, стал наблюдать из-за ножки. Ирочка расставила краски на столе, принесла стакан с водой, разложила бумагу для рисования, залезла на стул и, закусив губу, стала обдумывать, что бы такое нарисовать. В руках у неё были палочки с хвостиками, которые она называла кисточками и макала в стаканчик с водой. Я подумал, что у меня тоже есть хвостик, значит, я тоже могу рисовать красками! Тут Ирочка обмакнула кисточку в желтую краску и начала рисовать. Она рисовала долго, увлечённо, высунув язык и ёрзая на стуле. У неё получалась яркая, тёплая, весёлая картинка. Она использовала все краски, кроме одной. Она не рисовала чёрной краской. Мне стало немного грустно. Ведь наверняка было что-то хорошее, что можно было нарисовать чёрным. Вот только что?? Может быть, вы мне поможете?

13.Медвежонок потерялся

Я никогда не думал, что могу быть героем и храбрецом. Я, конечно, частенько влипал в разные ситуации, которые требовали от меня мужества и смекалки. Но однажды случилась одна история, после которой я стал гордиться собой без опаски прослыть хвастунишкой, и поднял свою репутацию в глазах моих друзей.

Продолжалось лето, и мы все отдыхали в деревне. Погода держалась прекрасная: солнышко грело мягко, иногда по широким улицам гулял свежий ветерок, пробираясь дальше на поля и луга, речка блестела на солнце, и только лес хранил прохладу и полудрёму. Мне нравилось иногда убегать в лес, чтобы побродить по тенистым тропинкам и отдохнуть от летнего зноя. В лесу у меня были и друзья, с которыми я любил проводить время. На опушке леса жили муравьишки в большом муравейнике. На большой еловой лапе жил паук Мося в своём домике из паутины. Я научился находить по следам норку Зайчонка, он жил на краю Цветочной лужайки и жилище Бельчонка, который жил в Еловой аллее, дерево номер 4. В проулке Папоротников жило семейство Ёжиков, и я тоже частенько их навещал. А иногда мы собирались все вместе и устраивали шумные игры с беготнёй и криками на весь лес, так что многие были нами недовольны и выговаривали нам за наше поведение. Так было и в этот раз. Мы собрались на полянке и играли в догонялки. Бегать мы все были мастера, поэтому игра была по настоящему весёлой. Мы громко друг друга подбадривали, визжали и смеялись. Две сороки, сидевшие на нижних лапах ели, недовольно ворчали:

- На весь лес расшумелись. Никакого уважения. – говорила одна.

- Что поделать, малыши. Им невдомёк, что другие могут в это время отдыхать.- вторила другая.

Паук Мося, нахмурясь, выполз на солнышко:

- Всех мух распугали своим гиканьем. Придётся сегодня без обеда обойтись.

А мы, никого и ничего не замечая, продолжали веселиться. Вдруг, среди наших ликующих голосов, мы услышали громкий рёв. Мы остановились на своих местах как вкопанные. Рёв раздавался откуда-то из глубины леса. Мы переглянулись испуганно, т. к. не знали, то мог так страшно реветь в лесу. Я первый пришёл в себя:

-Надо пойти посмотреть, что там случилось!

- Нееет, я боюсь, - Зайчонок попятился, поджав хвост.

Я повернулся к Бельчонку, но тот вдруг вспомнил, что мама не разрешала ему далеко уходить от дома, и тоже отказался со мной идти. Поэтому мне пришлось отважиться и идти одному. Я, конечно, мог тоже не пойти, но рёв в чаще был такой отчаянный, что я не мог усидеть на месте и поборов страх, отправился в лес. Сначала бежать было довольно легко и приятно, дорога была свободная, чистая, светлая. Я быстро бежал, время от времени прислушиваясь к рёву, чтобы не сбиться с пути. Но чем дальше я бежал, тем хуже становилась дорога. Солнце почти не проглядывало уже сквозь огромные лапы елей, поэтому с каждым шагом становилось всё темней и темней. На дороге стали попадаться сначала небольшие ветки, принесённые сюда, вероятно какими-то животными, а потом вообще дорогу перегородили поваленные деревья. Стволы были большие, высокие, мне было трудно перебираться через них, тем более, что стало уже совсем темно и холодно. Ко всему прочему ещё и дождь пошёл. Конечно, наверное, это был тёплый летний дождик, который принёс массу радости всем, кто уже вдоволь насладился жарким солнышком. Но на меня, в этой чаше, капали холодные, тяжелые, унылые капли и в момент мои уши, лапы и хвост промокли до нитки. Бурелом тоже намок, и приходилось подлезать под поваленные деревья, цепляясь за колючки и ветки. Рёв слышался всё ближе и ближе и поэтому я не отступал и продвигался вперёд. Наконец, выбравшись на более или менее чистое место, я увидел сидящего у поваленного ствола маленького медвежонка. Он поднимал морду кверху и ревел в небо что было сил, махая толстыми лапами, как будто звал кого-то. Я не сразу до него докричался, потому что не мог его перекричать. Да и он меня не сразу заметил, потому что я был чёрным, и вокруг тоже всё было чёрное.

- Ты чего ревёшь на весь лес?

- А ты кто такой?

- Я Билли, я приехал погостить в деревню. Мы с друзьями играли на полянке, когда ты начал реветь. Что случилось?

- Я потерялся. Я к маме хочу. – Медвежонок выпятил нижнюю губу, собираясь снова разрыдаться.

- А где ты живёшь? Как ты потерялся?

- Мы шли, шли с мамой, потом я услышал запах малины и пошёл туда, где она росла. Малины наелся, а маму потерял. Я пробовал вернуться назад по тропинке, но я сам всё кругом истоптал и заблуди-ился!!!

Мишка снова в отчаянии замотал головой.

- А где твой дом?

-Я не знаю точно. Там речка недалеко течёт. Но я боюсь идти через тёмный лес.

- Такой большой, а боишься?

- Это я с виду большой, а так – я ещё маленький.

- Ладно, не реви. Давай выбираться на свет, там легче будет найти речку и твой дом.

- А ты знаешь, как отсюда выбраться?

- Раз сумел тебя найти, то сумею и обратно выйти. Пошли.

Мишка неохотно встал и побрёл за мной. Всю дорогу он пыхтел и охал, что на дороге много навалено деревьев и надо из перелезать, что вокруг темно, и он вот-вот меня потеряет. Я старался не слушать его жалобы, иначе я просто бы разозлился на него.

Обратный путь показался мне короче и легче, и уже совсем скоро мы увидели просвет между деревьями. Мишка встал на задние лапы и радостно захлопал:

- Ура, мы дома!!

-Ну, ещё не дома, но уже близко, – поправил я его.

- Да нет, я же говорю, что дома. Я слышу речку, а во-о-он там – моя мама.

Вдалеке я действительно увидел огромное тёмное пятно. Ничего себе мама!! Мне стало не по себе, но раз уж я вывел медвежонка из чащи, я должен был передать его из рук в руки его маме. Вскоре Мишкина мама и сама нас заметила и огромными скачками устремилась к нам. У меня подкосились лапы, когда я увидел эту несущуюся на нас гору. Мишкина мама подбежав, подхватила Мишку и прижала к себе. Мишка радостно заурчал. Потому его мама поставила его на землю и широко замахнувшись, дала ему такого шлепка, что Мишка даже подпрыгнул. Но он даже не заплакал. Он понимал, почему мама сердится, хоть и очень рада, что он нашёлся.

А вы как думаете, почему Мишкина мама отшлёпала своего сынишку?

14.Снег

Я никогда не думал, что лето может когда-нибудь закончится. Мне казалось, что мир состоит только из летнего тёплого солнышка, иногда из весёлых дождиков, ласковой речки и бесконечных прогулок. Но однажды мне пришлось убедиться в обратном. После того, как мы уехали из деревни - в город пришла осень, с её дождями, первыми холодами, опавшей листвой и унылым настроением. Я всё время придумывал, чем же мне таким заняться, чтобы переждать это время года, и снова дождаться милого лета. Но я и не предполагал, что осень – это только начало всех неприятностей.