Экспериментальная психология (стр. 30 )

Описанием одного из типичных для когнитивной психологии экспериментов продемонстрируем, в чем заключается прирост научного знания, если речь идет о механизмах переработки информации человеком (пример взят из методической разработки С. Капустина [46]).

Экскурс 5.2

Проблема механизмов избирательности восприятия наиболее интенсивно разрабатывалась и продолжает разрабатываться в рамках теоретико-информационного подхода. В исследованиях, проводимых в этом русле, были выдвинуты многочисленные модели механизмов избирательности.

Первая модель была предложена Д. Бродбентом в 1958 г. Данная модель основана на предположении об ограниченности пропускной способности перцептивной системы к параллельной переработке информации, поступающей одновременно по нескольким каналам. Это предположение было проверено экспериментально следующим образом.

Испытуемым с магнитофона дихотически предъявлялись три пары цифр. Цифры произносились одним и тем же диктором с интервалом 0,5 с, при этом предлагалось прослушать и воспроизвести все цифры в любом порядке. В 65% случаев испытуемые правильно воспроизводили весь материал. В 62% случаев они воспроизводили цифры не в порядке их предъявления, а поканально – вначале с одного канала, затем с другого. Если же в данной экспериментальной ситуации испытуемым предлагалось воспроизвести цифры попарно, т. е. в порядке их предъявления (1-я пара, 2-я пара, 3-я пара), то качество воспроизведения ухудшалось более чем в 3 раза.

Полученные результаты использовались Д. Бродбентом для разработки модели перцептивного внимания. Схематично эта модель представлена на рис. 5.1.

Рис. 5.1. Модель перцептивного внимания, по Д. Бродбенту.

Как видно из рис. 5.1, модель Д. Бродбента включает две стадии переработки информации. На I стадии осуществляется одновременная переработка всей поступающей информации. Она начинается с восприятия физических характеристик сообщений, на основе которых происходит выделение различных каналов информации. В данной модели каналы понимаются как потоки информационных сообщений, различающихся по одной или нескольким физическим характеристикам. Информация по каждому каналу поступает в кратковременную память, которая является последним звеном параллельной обработки.

Из блока кратковременной памяти информация поступает во II стадию переработки, в которой происходит ее опознание. Это стадия последовательной переработки информации. Перед блоком опознания находится система фильтра. Эта система регулирует очередность обработки каналов на основе фильтрации их физических признаков. После опознания информация может быть переведена на хранение в долговременную память или репродуцирована в виде речевого ответа.

Для проверки следствий из модели Д. Бродбента в качестве задания к практикуму был описан аналогичный эксперимент. Итак, управляемая переменная: два условия, в которых две группы испытуемых находились в условиях дихотического прослушивания информации. При одном условии испытуемые должны были обрабатывать информацию параллельно, при другом параллельный способ переработки перцептивной информации не задавался. Предполагается, что в условиях свободного выбора испытуемые предпочтут последовательную обработку информации. Показателем услышанных стимулов служила продуктивность воспроизведения (отчет испытуемого, т. е. названные им цифры).

Управление способом переработки информации экспериментатор может осуществить только путем инструкции, т. е. путем апелляции к сознательному, произвольному регулированию испытуемым способа восприятия. Следует учесть, что индуцирование путем инструкции способа восприятия не исключает ее невыполнения испытуемым. Кроме того, возможность сознательного управления порядком воспроизведения может порождать проблему несоответствия способа воспроизведения и способа восприятия, т. е. в данном эксперименте особенно остро возникает проблема соответствия НП и ЗП тем процессам переработки информации, которые происходят согласно теоретической модели Д. Бродбента.

Цель эксперимента заключается в проверке следствий теоретической модели об особенностях переработки информации в слуховой перцептивной системе, и предполагается обобщение выводов на человеческую популяцию в целом. Отсюда безразлично, будут ли использоваться межгрупповые или индивидуальные схемы. В принципе для проверки системы данных гипотез (ЭГ и КГ) возможно провести несколько интраиндивидуальных экспериментов.

В данном случае использовалось межгрупповое сравнение. Обобщение касалось не конкретного человека, а переносилось на всю популяцию людей. Обосновывать это обобщение позволяло следующее: условия получения экспериментального эффекта моделировали те способы регуляции психической реальности, которые соответствовали теоретической модели. Таким образом, обобщение происходило в 2 этапа: 1) от результатов эксперимента к оценке возможности согласиться с моделью Бродбента (или отвергнуть ее как не соответствующую эмпирии); 2) от теоретической модели распространялось на всех людей.

В экспериментах с практическими целями путь обобщения иной – от оценивания соответствия условий эксперимента тем реальным условиям (ситуациям, видам деятельности), в которых действует изучаемая закономерность, к распространению этих результатов за его пределы. Эти пределы ограничены. Напротив, рамки теоретических обобщений обычно преодолевают ограничения, касающиеся специфики популяций и ситуаций. Мир теории опосредует обобщения на мир психологической реальности. Существенное основание снятия ограничений переноса результатов за пределы эксперимента – это оценка его валидности. Раскрытию этого понятия посвящена глава 8.

5.4. Проблема идентичности экспериментальных условий

В экспериментах и с научными и с практическими целями предполагается сравнение экспериментальных и контрольных условий, которые экспериментатор считает эквивалентными для разных испытуемых. Однако это предположение об эквивалентности ситуаций, если рассматривать одно и то же условие, может оказаться ошибочным. Испытуемый активен в построении им образа ситуации, а разные испытуемые характеризуются разными образами мира.

Задать один и тот же уровень НП, даже если речь идет о восприятии испытуемыми, казалось бы, одного и того же признака или воздействия, довольно сложно. Разные люди реагируют на одни и те же описания ситуаций по-разному уже в силу «внешних» характеристик (богатые – бедные, красивые – некрасивые, толстые – худые и т. д.), социальной роли или статуса.

Повседневный опыт социальных взаимодействий кристаллизует совершенно разные ожидания относительно того, как поведут себя участники описываемых ситуаций. Л. Росс и Р. Нисбетт [57] приводят простой пример: восприятие поведения полицейских студентом и состоятельным президентом Лондонской торговой палаты.

Экскурс 5.3

Жалобы студента на недостойное и грубое обращение с ним полицейских Нью-Йорка и Лондона вызвало лишь недоверие со стороны второго мужчины – безупречно одетого средних лет англичанина, который встречал в этих же городах неизменно вежливых полицейских, всегда готовых прийти на помощь. Повседневно социальный опыт кристаллизовал у этих двух мужчин разного возраста и социального статуса совершенно разные ожидания относительно возможных действий полицейского. Соответственно описания одной и той же ситуации были бы восприняты ими в совершенно разных контекстах ожиданий действий со стороны этого персонажа (полицейского).

Понимание ситуаций, сформулированных, например, в вербальных заданиях, когда от испытуемого требуется выбор альтернатив или оценка происходящего, зависит от интеллектуальной проницательности испытуемого, его личностных ценностей. В исследовании Т. Корниловой и А. Кондратчика [26] юристам (студентам, преподавателям, экспертам-следователям) предъявлялись вербальные задачи, построенные как ситуации выбора возможных действий президента Советского Союза. Гипотеза предполагала позитивное влияние профессиональных знаний на процессы принятия решение (ПР). Оказалось, что юристы имели преимущество в правильности ПР (в заданных ситуациях возможных действий президента) только в легких задачах. Для средних и трудных задач не фактор профессиональной принадлежности, а индивидуальные особенности мышления оказались ведущими в том, попадал ли испытуемый в группу успешно или не успешно принимающих решения.

Экскурс 5.4

Исследование проводилось в 1990-1991 гг. Все испытуемые юристы предварительно изучили вышедший первый закон о полномочиях президента. Однако в трактовке возможных действий президента как основного действующего лица они полагались на свои, существенно отличающиеся представления о возможной и невозможной направленности действий главы государства. Неюристы были осведомлены об этом законе из средств массовой информации.

Во-первых, испытуемые могли по-разному понимать проблему, которую нужно было решать. Так, в случае бойкота совместных заседаний одной из двух палат Верховного Совета задача президента – нормализация деятельности законодательного органа страны. Эту задачу видели далеко не все испытуемые. Часть из них обсуждала частную проблему (предполагаемый закон), из-за которой возник конфликт, задачу же нормализации деятельности Верховного Совета действиями президента они вообще упускали.

Во-вторых, многие варианты возможных действий президента не принимались во внимание испытуемыми по принципу «такого не может быть, потому что не может быть никогда» или «наш президент не таков, чтобы мог выбрать такое решение». Речь шла, в частности, о ситуации, когда президент как главнокомандующий якобы отдает приказ о бомбежке городов, из которых насильно депортированы лица некоренной национальности. Исследование проводилось в 1990-1991 гг., когда социальная ситуация воспринималась жителями России еще достаточно идентично. Однако и тогда проявилось, что ценностные представления существенно определяют возможности мышления человека в восприятии ситуаций и предположениях об их разрешении (теми или иными действиями).

Итак, возможности мышления и личностные ценности существенно определяют восприятие человеком одной и той же ситуации, делая ее различной для разных людей.