Социально-инновационное управление туризмом в динамически развивающейся России (стр. 3 )

Проделанный диссертантом анализ современного состояния социокультурной динамики и сферы туризма привел к осознанию изменений как инновационного вызова, который влечет за собой не имеющую прецедента проблему и лежит в основе растущей необходимости придать происходящим в туризме инновационным процессам социальную направленность. Новым является размах и скорость развития процесса современных изменений в сочетании с его растущей сложностью, что представляет социально-инновационный вызов прежнему управлению туристическим бизнесом. К числу самых значимых факторов, оказавших наиболее существенное влияние на социальные изменения и продолжающих играть немалую роль в современных процессах, относится самоорганизующаяся среда в туризме, а также новый фактор неопределенности и рисков, который продуцирует инновационные процессы и в сфере модернизации производства для туризма, и в управлении туристическими компаниями. Уровень внедрения технологических инноваций в современной индустрии в настоящее время несоизмеримо выше, чем за всю историю промышленного производства.

Весьма ценными и в теоретическом, и в практическом отношениях являются методологические подходы к изучению инноваций, делающие акцент на интегральный фактор. Для интерпретации взаимодействия внешних и внутренних факторов новой социальной динамики был востребован постпарсонианский неофункционализм Дж. Александера и его сподвижников[19]. Постоянно совершенствующиеся коммуникационные технологии предоставляют новые возможности и расширяют географические границы для осуществления управленческих решений в различных сферах деятельности, финансовых операций, культурного и межличностного общения, что не может не влиять на структуры и функции туризма. Так, новые реалии «демократизации демократии» учитывают особенности как мужской, так и женской индивидуальности, динамику их самоидентификаций, что, в частности, реализуется через многообразные и специфичные культурные и развлекательные туры. Диссертант полагает, что в результате начался процесс формирования бинарной туристической реальности, которая

основывается на эмансипации женщин. По существу, имеет место разрушение культурных и институциональных сдержек, препятствующих развитию собственно женского туризма.

Вместе с тем, сложно, с разрывами идет процесс интеллектуально-инновационной деятельности человека. Мышление современного индивида и восприятие им окружающего мира формируется под влиянием коммуникационных технологий, позволяющих ему осуществлять коммерческую деятельность практически в любых пространственных координатах. При этом люди сталкиваются с увеличивающейся экспансией самых разных культур. Этот процесс амбивалентен: он не только порождает проблемы необходимости адаптации к новым культурным ценностям и нормам, но и востребованность культурного плюрализма, приобщение к которому идет и через количественно-качественное развитие туристической сферы, и через сложное утверждение в ней новшеств.

В диссертации учтены новейшие методологические подходы к осмыслению социальной-культурной мобильности, предложенные всемирно признанным специалистом по социологии туризма Дж. Урри. Отправным пунктом анализа современной ситуации служат следующие моменты: нет единого глобального общества; существуют «исключительные уровни» взаимозависимости; непредсказуемые «ударные волны» из какой-то одной части расходятся по всей системе; на планете есть не только «общества», но и могущественные «империи», охватывающие ее; наблюдается массовая мобильность людей, вещей, а также экологически опасных отходов[20].

Учтены также проблемы социального времени и новых типов рациональности, проникающих в сферу туризма. Многие инновации связаны с тем, что туристам приходится иметь дело с множественностью сущностей времени, а также с социальным конструированием времени. Социально-инновационные вызовы туризму также обусловлены тенденцией перехода от фордистской рациональности к рациональности постфордистской. Туризм в эпоху постфордизма ориентирован на динамическую социальную организованность, широкий круг потребителей с разнообразными стилями жизни, которые, соответственно, нуждаются в разнообразии видов туристической деятельности и услуг.

Второй параграф «Глоболокальное взаимодействие социальных и культурных туристических реалий» посвящен анализу новаций многоаспектной глобализации, принимающей специфические формы глоболокализации, сказывающейся на характере туристической индустрии и требующей инновационных подходов к управлению. Диссертант отмечает, что глоболокализация, способствующая как развитию новых технологий мировой значимости, так и расширению локальных рынков, привела к значительному повышению спроса на туризм и путешествия. В работе анализируется комплексное влияние глоболокализация на инновации в туризме. Во-первых, изменения в характере информации и знании на глобальном уровне порождают экономические и социальные последствия, которые влияют на локальные производственные и рыночные структуры, их функции. Возникает взаимозависимость глобального и локального факторов в туризме. Во-вторых, эти изменения все более приобретают вид упорядоченного хаоса (И. Пригожин). Современный туризм, становящийся сложнейшей самоорганизующейся системой, создает новые функциональные возможности для развития глобальных и локальных рынков. Но в то же время он может проявляться в виде дезинтеграционного фактора, особенно для местной культуры. Важной утверждающейся инновационной тенденцией является глоболокальная консолидация, возникающая в хаосе и из хаоса, что проявляется в переплетении частных капиталов, усилении связей между монополиями разных стран, в широком развитии транснациональных компаний в сфере туристического бизнеса. Образование транснациональных компаний – это тенденция, характерная сегодня для всего туристического рынка, становящегося восприимчивым, открытым для глоболокальных инноваций. В-третьих, подобное объединение туристических компаний имеет реальные социально-инновационные последствия – снижаются цены как на внутренних, так и на международных туристических направлениях, появляются новые возможности для развития социального туризма. В-четвертых, социально-инновационные последствия образования транснациональных туристических компаний имеют амбивалентный характер и проявляются как на глобальном, так и на локальном уровнях в виде новых социальных дифференциаций, «парадоксального единства туристов и бродяг» (З. Бауман). Туристы из высокоиндустриальных стран могут путешествовать по всему миру, а жителей развивающихся стран выдавливают из родных мест, что латентно порождает нелегальную миграцию. Более того, отрицательные инновационные последствия для локальных сообществ от роста масштабов туриндустрии могут проявляться в создании «запретных зон» - гетто для местного населения, ограничении его доступа к природным ресурсам, деградации традиционной системы ценностей и культуры. В-пятых, сетевое взаимодействие, формирующееся в туризме, предполагает принципиально новую культуру доверия, ибо ни один производитель услуг (индустрия развлечений, транспортные компании, распределительные цепочки, гостиницы, туристические ассоциации и т. д.) не может в одиночку принимать туристов и обеспечивать комплексное развитие туристического комплекса. Культура доверия также способствует утверждению и распространению международных стандартов туристического обслуживания на локальном уровне, что является инновационным фактором порядка. В-шестых, происходит перераспределение потоков клиентов между традиционными и новыми туристическими направлениями, сопровождающееся популяризацией и развитием периферийных когда-то видов туризма – экотуризма, сельского туризма, экстремального туризма. В итоге международный туризм представляет собой сложную инновационную самоорганизующуюся систему, которая функционирует благодаря взаимодействию глобальных структур с внешней локальной средой.

Третий параграф «Экотуризм: потребность инновационного диалога человека с природой» посвящен анализу уникальной инновации в самоорганизации и общества, и природы, возникшей в конце ХХ-го – начале XXI веков. На фоне глобальных изменений природной среды идет формирование общественного сознания инновационного типа, отражающего как современное знание о природе, так и принципиально новые потребности людей. Одной из его особенностей является возрастающая тяга к экотуризму. Диссертант этот феномен анализирует в качестве глоболокального примера и вскрывает объективные и субъективные факторы, способствующие потребности инновационного диалога человека с природой, опираясь на методологический постулат И. Пригожина и И. Стенгерс: «Наше видение природы претерпевает радикальные изменения в сторону множественности, темпоральности и сложности. Долгое время в западной науке доминировала механистическая картина мироздания… Ныне мы видим, сколь важную роль играют повсюду необратимые процессы и флуктуации»[21]. До наступления глобализации социум развивался главным образом в контексте локальных факторов и относительной культурной закрытости. Это предопределяло в принципе обратимое, механистическое видение мира – воздействие человека на природу не влечет ее коренных перемен. Кроме того, человеческий интеллект рассматривался как выражение «универсальной рациональности», способной «гармонизировать» социальные отношения, в том числе за счет «покорения» природы. Природе отводилась лишь роль «среды жизнедеятельности человека» - таким было общее видение мироздания, распространявшееся на все сферы жизни людей, включая туризм и отдых.

Сегодня стало очевидным, что подобные подходы к туризму создали невиданные ранее проблемы, проявившиеся в весьма неблагоприятном воздействии на самоидентификации и потребности людей. Резко меняются представления о «нормальной» человеческой жизни, пределах рациональности человеческого интеллекта, значимости локальных культур, самоценности природных экосистем. Организация мировой туриндустрии на глобальном уровне во многом осуществляется за счет дезорганизации культуры и природной среды на локальном уровне. Но эти же процессы дают толчок к самоорганизации туристических структур, которые в настоящее время все более учитывают сопротивление и самоорганизацию природной среды, от которой исходят инновационные вызовы. Появляется осознание того, что самоорганизация природы может и должна быть дополнена адекватной управленческой деятельностью со стороны человека[22]. Все это привело к созданию во многих странах мира национальных парков (НП), локальных оазисов, имеющих особую ценность для рекреации человека и развития туризма. В России, например, известно движение за сохранение озера Байкал, активно поддерживаемое нынешним политическим руководством страны. Существенное влияние на состояние и функционирование НП оказывает форма управления охраняемыми парковыми территориями. В настоящее время происходит процесс трансформации системы управления парками в сторону увеличения роли новых, более гибких и экономически эффективных структур и механизмов регулирования. При этом значение традиционного государственного менеджмента остается значительным. Проведенный сравнительный анализ форм управления НП позволил диссертанту утверждать, что диверсификация структуры управления на локальном уровне, в который в той или иной форме присутствует государственный контроль, представляет собой сегодня наиболее оптимальный способ решения задач эффективного рекреационно-туристического функционирования на природных территориях, что также позволяет обеспечить значительное финансирование природоохранных мероприятий на локальном уровне.