Соколиная охота (стр. 24 )

Есть отличия в напряжённости процесса выноски и по видам соколов. Так, из наших соколов наиболее легко вынашивается сапсан. Гораздо труднее выносить кречета, и, особенно, балобана. Но именно из представителей последнего вида получаются наиболее преданные ловцы.

Использование соколов в качестве ловчих птиц связанно с большими трудностями, чем представителей семейства ястребиных. Очень важна зона концентрации внимания хищника во время охоты. Таких зон можно выделить 3.

Зона 1 – это сам человек (сокол считает единственным источником получения корма сокольника и концентрирует всё своё внимание на нём).

Зона 2 – приближённая к человеку (или легавой собаке) зона охотничьих угодий (сокол ожидает, когда будет поднята дичь).

Зона 3 – все окрестности в поле зрения сокола (сокол бросается в погоню за дичью, взлетевшей как угодно далеко).

Сконцентрированный на зоне 1 сокол для охоты не пригоден – это пискун. В более старшем возрасте случается, что подобная птица начинает ловить дичь, но только если её пускает из своих рук сокольник. Поэтому, при обучении охоте, важно подпускать подставную дичь незаметно, не на глазах сокола, а когда он отвлечётся. В идеале птица должна думать, что вы не выпустили дичь, а просто вспугнули её.

Сокол, сконцентрированный на зоне 2 – это рабочая птица, которая может служить вам долгие годы.

Сокол, бросающийся за любой дичью в пределах видимости - без телеметрии будет очень скоро потерян.

Поэтому задача сокольника – постоянно работать над правильной концентрацией внимания птицы, не фиксируя его на себе, но и не позволяя отвлекаться слишком далеко.

Важность работы с вабилом для сокола очень часто сильно преувеличивают. Вабило для сокола - это, прежде всего тренажёр, позволяющий поддерживать хорошую физическую форму ловчей птицы, но опыт реальной ловли оно не заменит ни в коем случае. Мало охотившийся в природе сокол, обученный хорошо атаковать вабило, нередко совершает ошибки. Во-первых, он считает, что у него есть возможность атаковать добычу несколько раз, редко вылаживаясь в первом броске до конца. Во-вторых, он привыкает кружиться в атаке на одном месте, что приводит к запоздалой погоне за взлетевшей дичью. Таким образом, сокола надо гонять на вабиле не постоянно, но и временами притравливать его на подставную дичь. Хотя для реальной охоты нет ничего лучше, чем многочисленные реальные напуски в природе.

Следует признать, что при современной плотности дичи в большинстве конкретных угодий настоящая охота с соколом не возможна. В отличие от охоты с ястребом, который остаётся при любых условиях, прежде всего добытчиком, сокол в лучшем случае со временем становится птицей - компаньоном, годным разве что для прогулок в природе и притравок на подставную дичь…

Нюансы обучения ловчих птиц в различных

школах соколиной охоты.

Как уже говорилось, приведённая выше методика, не принадлежит ни к какой одной школе, а является, хотя и построенной по классическим канонам, но искусственной, "синтетической". Все нюансы работы с птицами во всех школах соколиной охоты описать, наверное, невозможно, и точно невозможно передать все индивидуальные особенности стиля работы с пернатыми хищниками каждого сокольника. Но, в известных нам школах имеется ряд совпадений, по которым можно провести некоторые обобщения, чем мы далее и займёмся.

Большинство азиатских школ (на примере Среднеазиатской и Арабской) нацелены в первую очередь на результат, имеют, условно говоря, "промысловое" направление. В них птиц вынашивают относительно недолго, но за короткое время дают интенсивную нагрузку, не считаясь с риском погубить слабую птицу. В Азии изобрели прообраз наших "качелей", там практикуются такие методики, как содержание птицы в полной темноте (Туркмения), или временное зашивание глаз (Арабские страны). Хотя это исключения, но они ясно подчёркивают приоритет охоты над самой хищной птицей как таковой. Возможно, в прежние, далёкие средневековые времена, такова была и Западноевропейская сокольничья школа, но современные веяния в области охраны природы изменили ситуацию в пользу хищных птиц. Большинству европейцев важнее сохранить птицу, чем "выжать" из неё максимум на охоте, поэтому их способы выноски явно мягче азиатских и рассчитаны на гораздо более длительные сроки - не на считанные дни, а на месяцы. При таком подходе слабые птицы, как правило, не рискуют погибнуть, но растёт процент так называемых "не поддающихся обучению" пернатых хищников.

Как уже догадался внимательный читатель, предложенная нами методика как раз

является средней по "жёсткости" между двумя приведёнными полярными подходами.

Интересный метод применяют базиери при ускоренном вынашивании перепелятника.

Спелёнутого ястребка выносят на базар, в самую толчею людей, и через пару

суток человек вызывает у него не больше эмоций, чем дерево.

В арабской методике обучения соколов их не вынашивают, вместо этого птицам зашивают, «запечатывают», на время глаза тонкой шёлковой нитью. Первые дни неволи хищник абсолютно слеп и беззащитен, затем нить растягивается, и сокол снова начинает видеть, вначале слабо и расплывчато, затем всё чётче. К концу недельного - десятидневного срока самая злобная птица становится абсолютно ручной. Нить снимают, и сразу же начинают учить её лететь на руку и атаковать вабило.

В среднеазиатской методике тоже иногда зашивают соколу глаза (этот метод здесь называют "тирнэ", тирнэвание), но чаще вынашивают, не давая спать и не кормя несколько суток. Эта методика наиболее близка к приведённой нами, но ещё более жёсткая, и позволяет обучить даже взрослую птицу за декаду, а то и неделю.

В европейской методике нагрузка дозируется малыми порциями, даже на самых начальных этапах обучения птицам обычно дают по несколько часов спать и кормят, поэтому большинство европейцев хорошо обучает только достаточно молодых птиц. Подготовка хищника, пойманного взрослым, при подобном подходе затягивается на месяцы и нередко вообще бесполезна.

Исключения составляют хищники, попавшие к человеку из-за серьёзных травм. В подобном случае лечение может заменить выноску - видя, что люди не только

не воспользовались его слабостью, а наоборот, кормят и помогают, хищник нередко начинает считать их своими друзьями. Но это касается ослабевших птиц, не

испытывающих резких приступов острой боли, источником которой пернатый охотник обычно склонен считать находящихся в этот момент поблизости людей.

В старой русской методике птиц перед обучением "выдерживали". Вначале одни

люди доводили до полной потери сил, беспрестанно дразня и теребя, когда хищник становился безразличен к тормошению, появлялся сокольник, и забирал, как бы

"спасал" его, поэтому сокол быстро становился послушным.

Подзывы на руку.

Завершающей стадией выноски являются подзывы птицы на руку или вабило. Быстрый прилёт хищника на зов очень важен в процессе охоты. Поэтому тренировать прилёту на руку надо тщательно и постоянно во время охоты подкреплять этот навык.

Начинают призывать хищника на руку или приучать к вабилу в квартире. Вначале его зовут на небольшое расстояние не более 2 – 4 раз за тренировку. Затем, очень постепенно, расстояние прилёта увеличивают, перенося занятия на улицу. Птица зовётся с привязанным к опутенкам шнуром.

Нередко птица очень быстро понимает, что её вознаграждают кормом за прилёт. В таком случае она начинает лететь за сокольником, не дожидаясь зова. Сокольники говорят – птица «липнет» к хозяину, не отпускает того от себя долее нескольких метров. Бороться с этим недостатком следует таким образом: принимать хищника на руку, но кормом прилёт не поощрять. Ни в коем случае нельзя отмахиваться от птицы или сбрасывать с перчатки. Рано или поздно пернатый ловец должен усвоить, что свой кусок мяса он получит, только прилетев на подзыв.

Особенности обучения птиц разных видов после выноски.

Мы уже говорили о том, что при выноске с птицами разных видов обращаются

приблизительно одинаково. Но, уже на стадии полётов на руку, начинаются

различия. Так тетеревятник тем неохотнее идёт на руку, чем больше расстояние

подзыва. Плохо выношенный ястреб начинает колебаться, " думать ", после

зова на руку уже с 25 - 30 метров, а на пол километра может и не пойти.

Сокол же, охотно летящий на зов с 25 метров, с такой же лёгкостью пойдёт и

на 500 и на километр - на любое расстояние в приделах прямой видимости.

Вот только подлетевший тетеревятник, если он, конечно, вас уже не боится, почти

наверняка сядет на перчатку, а разогнавшийся сокол вполне способен попытаться

на лету выхватить из руки приманку (особенно если он подлетел к вам сверху вниз, спикировав).

Всё дело в том, что скорость подлёта сокола может быть слишком большая, и жёсткое соприкосновение с перчаткой опасно для его лап. Позднее, когда (если) сокол убедится, что вы вполне в состоянии погасить силу удара, мягко принимая его на не напряжённую руку, он станет прилетать на зов лучше. Можно также держать руку впереди своего тела так, чтобы оно находилось на пути подлетающей птицы, на одной линии. Видя, что пролететь над перчаткой невозможно, сокол поневоле вынужден будет заранее притормаживать, и садиться мягче. Подобная неуверенность при посадке на руку особенно типична для мелких соколков и сапсана.

А сейчас рассмотрим ещё одну подобную ситуацию на практике: допустим вы

выносили сапсана. Птица отлично идёт на шнуре на руку на 200 метров (двойная длина 100 м. шнура). Пора её звать свободной. Вы вышли в природу, посадили

сокола на присаду, отошли для начала на 50 метров, и позвали его. Сокол,

как обычно, мгновенно среагировал на зов, будто тугой пружиной сорвало его

с пня, в короткое мгновение преодолел он разделяющее вас пространство... А

далее происходит то, о чём мы писали ранее. Сапсан молнией проносится мимо

перчатки, либо попытавшись на лету выдернуть из кулака приманку, либо ударив

по перчатке с лёту когтями; а может даже, в последний момент, шарахнувшись от

руки, как чёрт от ладана. Далее возможно два варианта поведения сокола: или

он всё - таки вернётся на перчатку, погасив скорость в развороте, или сразу же, либо после повторной атаки (атак) отлетит, что наиболее вероятно в этой ситуации.