Напутственные таинства (стр. 3 )

Третий актёр. Впечатления!

Второй актёр (Третьему актёру). Впечатления на хлеб не намажешь. На службу надо определяться.

Третий актёр (Второму актёру). Определяйся. Я, например, тоже хочу служить. (Пауза. Едва не расплакался.) Журналы скупил со своими стихами. Все до единого сжёг!

Гаснет свет в окне, за которым Петербург. Странный персонаж идёт к дивану.

Странный персонаж. С Пушкиным на дружеской ноге!.. Пушкин чувствует изъян в этом городе. А я, разве я не чувствую? Петербург никогда не был реальностью, никогда.

Странный персонаж лёг на диван, отвернулся лицом к его спинке. Прибежал Мальчонка, глянул на Странного персонажа, уткнулся головой в живот Третьего актёра.

Третий актёр. Матушка, спаси меня!..

Мальчонка (Третьему актёру). Подписал дарственную?

Третий актёр. Принадлежащие мне по завещанию отца дом, сад, лес, пруды в имении, оставляю, матушка, вам в вечное владение… Матушка, предлагают мне в Петербурге место. Жалование такое, что едва хватит за квартиру платить. Могу ли я тратить на это время своё и здоровье? Может, откроется другая вакансия. Милая, добрая, великодушная маменька, вынужден я просить у вас помощи. Хоть немного, хоть самую малость!

Мальчонка. Матушка, спаси!..

6. Невский проспект.

Дальний говор толпы за окном. Диван со Странным персонажем. Бледные лица лекарей.

Первый лекарь. С прирождённой невропатией субъект.

Второй лекарь. Вы полагаете, обречён?

Первый лекарь. Холодно, сыро.

Второй лекарь. Говорят, он ещё в детстве правый башмак надевал на левую ногу, а левый на правую. Сапоги с него снять? Который день лежит в халате и сапогах. Да нет, правый – на правой, левый – на левой. Снять сапоги?

Первый лекарь (философски). Художник, кому ты нужен?..

В зябком тумане виден Невский проспект, а на нём Второй и Третий актёры. Промелькнула Вторая актриса.

Третий актёр (Второму актёру). Стой! Видел? Чудесная!

Второй актёр. Ты о ком говоришь?

Третий актёр. О той, что с тёмными волосами. Какие глаза!

Второй актёр. Забилось сердечко?

Третий актёр. Божественная! Оглянулась, положила на губы палец, дала знак следовать за собой. Боже, сколько счастья!

Третий актёр идёт за Второй актрисой. Она ускорила шаг, он отстал.

Второй актёр (Третьему актёру). Сударь, вы проводили барышню к дому на Литейном, в четвёртый этаж?

Третий актёр. Я проводил.

Второй актёр. Она желает вас видеть.

Второй актёр уходит вдаль по проспекту.

Третий актёр. Ночь просидел я перед свечой, не в силах уснуть. Боже!

На проспекте появляется Странный персонаж.

Странный персонаж (Третьему актёру). Вам было скучно?

Третий актёр оглянулся – рядом с ним Вторая актриса.

Вторая актриса (Третьему актёру). Вам было скучно? А я скучала.

Странный персонаж. Странная улыбка так шла к её лицу!

Вторая актриса (Третьему актёру). Я замечаю, вы меня ненавидите.

Третий актёр. Вас ненавидеть? Мне?

Странный персонаж (Третьему актёру). Наивный ребёнок!

Вторая актриса исчезла в тумане.

Третий актёр. Где она, где? Пропала!

Странный персонаж. Дайте мне её, дайте!

Третий актёр. Где же она? Боже, какой сон!

Странный персонаж. Может быть, опиум?

Третий актёр. На что мне опиум?

Странный персонаж. Красавица, говоришь?

Третий актёр. Где она, где? Я не могу жить без неё!

Странный персонаж. Опиум на что? А вы женитесь на ней, женитесь!..

Туман стал гуще, в нём исчезли и Странный персонаж, и проспект.

Третий актёр. Прошла неделя, комната была заперта. Дверь взломали, нашли бездыханный труп с перерезанным горлом. Бритва валялась тут же. Робкий, тихий, молодой петербургский художник. И никто не поплакал над ним. Никто!.. Не люблю покойников. Всегда неприятно, когда переходит мою дорогу погребальная процессия… Теперь вот и я…

Громче говор толпы за окном. Диван со Странным персонажем и лекари.

Третий актёр. Кто поплачет надо мной? Двадцатилетний мальчик попал в этот город для развития его ни на что не похожего дарования. Петербург! Разве рядом с ним может ли кто-нибудь быть счастлив?..

7. Актёр-любитель.

В дальней комнате, закончив молитву, встают с колен Первая и Вторая актрисы.

Вторая актриса. Матушка, говорят, Никоша сбежал за границу!

Первая актриса. Деньги ему нужны, я послала.

Вторая актриса. Говорят, он где-то в Германии. Слышите вы?

Первая актриса. Деньги ему нужны.

Вторая актриса. Вы ему послали или в опекунский совет, в счёт долга? Матушка, с молотка пойдёт имение! Всё продадут – дом, сад, платья наши! Кругом долги у нас!

Первая актриса. Где, говоришь, Никоша? В Германии? Лишь бы на пользу!

Вторая актриса. Андрей Андреевич обещал, ежели до торгов дойдёт, выкупить всё. Даст Бог, спасёмся. Слышите вы меня?..

В дальней комнате появляются Странный персонаж и Третий актёр.

Странный персонаж. Редкая, великодушная мать!

Третий актёр. Маменька! Простите меня, редкая, великодушная мать!

Странный персонаж. Не знаю, какие чувства…

Третий актёр. Не знаю, какие чувства будут волновать вас при чтении моего письма. Перо дрожит в руке, мысли налегают тучами. Здешние молодые люди беспрестанно кричат, что служат не для чинов. Спросите их, для чего? Они не ответят. Я в угодность вам больше решился служить, но Богу не было это угодно. Наконец, поверите ли, кто бы мог ожидать от меня такой слабости... Если грешникам уготован ад, то мне он не так мучителен. Я и не слыхал о такой любви. Это божество! Это было божество, маменька! Выезд за границу так труден, много хлопот! Вдруг получаю от вас деньги под залог имения в опекунский совет. Деньги я оставил себе и более от вас не требую. Поступок отчаянный, но что мне было делать? Не ужасайтесь разлуке, я в Любеке. Город приморский, в Германии, четыре дня езды от Петербурга. Писать мне можно в Петербург, Прокоповичу, мне перешлют. Да, прошу вас, если случатся деньги, вышлите Данилевскому сто рублей. Я ему задолжал.

Странный персонаж. Сестриц моих милых целую.

Третий актёр. Сестриц моих милых целую тысячу раз!.. Да, я, кажется, забыл объявить вам истинной причины, заставившей меня ехать в Любек. Я был болен. Теперь здоров, но высыпала у меня по лицу и рукам сыпь.

Первая актриса (Второй актрисе). Так он влюблён или болен? Пишет – страдает от болезни!

Странный персонаж. Матушка, я…

Вторая актриса. Не ездил он никуда, всё лето был в Петербурге. Враль, каких мало, актёр!

Там, где был Невский проспект, распахивается театральный занавес.

Третий актёр. Я желал бы поступить на сцену.

Второй актёр. Фамилия ваша?

Странный персонаж подходит к занавесу, с радостью трогает его.

Третий актёр. Гоголь-Яновский. Дворянин.

Второй актёр. Что побуждает вас идти на сцену? Как дворянин, вы можете служить.

Третий актёр. Могу.

Странный персонаж. Но я мечтаю о другом!

Третий актёр. Я о другом мечтаю.

Второй актёр. Однако, для театра вы робкий, вялый. Какой из вас актёр!

Третий актёр. Память у меня не самая хорошая, это верно.

Второй актёр. Вы дворянин, определяйтесь на службу. Театр, знаете ли, не для вас.

Третий актёр. Я небогат, служба вряд ли обеспечит меня.

Второй актёр. Хотите уклониться от государственной службы?

Третий актёр. Я рад служить!

Из ближней комнаты выбегает босоногий Мальчонка. Слышна работа гробовщика.

Странный персонаж. Пульс слабеет.

Третий актёр. Пульс слабеет, как я люблю театр!..

Свет на театральном занавесе гаснет.

8. Карты и чернослив.

В ближней комнате Первый и Второй лекари играют в карты.

Второй лекарь. Пульс слабеет. Приходской священник навещал его. Я распорядился нарочно подать чернослив. Священник начал первый, со вкусом.

Первый лекарь. И он ел?

Второй лекарь. Не вставая с постели. Ел неохотно.

Первый лекарь. Лекарств не глотает – пост!

Второй лекарь. Чернослив умял почти весь. Убедили выпить ложку масла, но после вовсе перестал слушать, что ему говорят.

Первый лекарь. Кровь пустить разве что?..

В ближнюю комнату с листами рукописи в руках вбегает Мальчонка, садится на диван к Странному персонажу.

Мальчонка. Псевдоним! Псевдоним!

Первый лекарь. В молодости я тоже писал.

Второй лекарь. Стихи? Прозу?

Первый лекарь. В печать не взяли.

Мальчонка. Отчего же не берут в печать? Роман написан легко, ярко. Провал, совершенный провал! Кто виноват? Неужели псевдоним? Что должно быть занятно, так это подпись – четыре нуля – интрига!

Первый лекарь. Друзья у него настоящие есть? Картишки? Амурные дела?

Второй лекарь. Была у него одна.

Первый лекарь. Кто такая?

Второй лекарь. Литература. Приятели были, свели его с Пушкиным. Пушкин сошёл с ума! Женился, нет чтоб супругу в тёмный чулан запереть, привёз её из Москвы в столицу! Восторгался тогда всем! «Ваш Гоголь, – говорил, – юморист редкий! «Вечера на хуторе», – это необыкновенно!»

Первый лекарь. Не знаю, не знаю.

Второй лекарь. Он ведь у нас педагог, да! Допущен был к преподаванию истории в классах Патриотического Института. Прелесть что за учитель! Из трёх лекций пропускал две. Говорил, шептал так, что ни слова не разберёшь. На экзамене сидел, платком повязанный, словно зубами мучился, и всё молчал, вопросов не задавал. Он и сам в своём предмете ничего не смыслит!

Первый лекарь. Всё-то вы знаете! А враги? Недоброжелатели?

Второй лекарь. У него? Этого добра хватает. «Ревизор», к примеру. Комедия «Ревизор». Если бы один-два ругали, а то все!

Первый лекарь. Государь исполнением комедии на театре остался доволен, велел благодарить артистов.