Ошейник для Лайлапа (стр. 3 )

***

Саша шел по незнакомой части КБ в сопровождении двух сотрудников первого отдела. Впервые он опустился на лифте так глубоко. Противоположный конец длиннющего слабоосвещённого коридора терялся где-то в полумраке. Стены и потолок были опутаны разноцветными трубами и кабелями. По сторонам изредка попадались тяжелые металлические двери с ничего не значащими для постороннего сочетаниями цифр и букв. Из одной двери вышли два сотрудника в масках и лёгких матерчатых скафандрах – верный признак того, что за этими дверями находятся герметические чистые зоны. Люди пересекли коридор и исчезли в двери напротив.

– Не иначе, куют ядерный щит Родины, – неприязненно подумал Саша. Они шли уже долго, а коридор всё не кончался. Ещё и особисты, как мумии – ни слова не сказали с самого начала. Начинали сдавать нервы.

Наконец они остановились у ещё одной такой же зашифрованной бронированной двери. Дверь открылась, и Саша зашел в просторный рабочий кабинет, сотрудники первого отдела остались снаружи. Вдоль правой стены на длинном столе в ряд лежали макеты узлов и агрегатов неизвестного назначения. Посреди комнаты стоял интерактивный стол-экран огромного размера и несколько стульев.  У противоположной находился стоял рабочий стол с компьютером и черный сейф в углу. На самой стене на уровне лица имелось небольшое окошко, похожее на иллюминатор батискафа, покрытый снаружи тонкой прозрачной металлической сеткой. Окно ярко светилось.

Человек, сидевший за столом, делал пометки красным карандашом в каких-то бумагах. Закончив, он отложил карандаш, снял изящные очки в латунной оправе и положил их в нагрудный карман тёмно-синего пиджака, поправил галстук, снова взял в руки красный карандаш и посмотрел на Сашу.

– Ну и что стряслось? – прямо начал куратор. – Нервы не выдерживают, или на самом деле трудности в реализации задания? Только прямо говори! Мы примем окончательное решение с тобой в этом кабинете, и до окончания проекта изменений не будет.

– Анатолий Владимирович, последние четыре недели мне мешают продуктивно работать внешние обстоятельства, – начал Александр, – в связи с подходом проекта к этапу сдачи в КБ твориться сущий дурдом. Раньше я спокойно работал сразу после окончания основной смены. Но теперь она продолжается до часов восьми – девяти. Плюс я и сам начинаю опаздывать по срокам. Даже в ночную смену кто-нибудь постоянно заходит в центр моделирования. Не осталось никаких временных периодов, в которые я могу быть уверен, что работаю тайно!

В этот момент за окошком что-то проехало вверх, на пару секунд закрыв свет.

– Понимаю, – сказал куратор, – главный рвёт и мечет, но давай мы с тобой отвлечемся от эмоций и пробежимся снова по пунктам. Может, не всё так страшно, как тебе кажется. Министерство обороны ставит задачу создания ракеты-носителя «Энергия-2М», способную вывести 300 тонн на низкую опорную орбиту. Прошло уже несколько успешных испытаний промежуточных образцов. Шансы на успех оцениваются очень высоко, поэтому финальные испытания планируются с реальной нагрузкой. Наша задача – сделать так, чтобы ракета не взлетела, был потерян выводимый объект, а разработка из-за поисков причины аварии носителя затянулась на годы. Было решено перемоделировать несущую раму нового носителя под заведомо несуществующую марку титанового сплава с завышенными механическими характеристиками. Был бы я главным конструктором, нашел бы способ уронить ракету попроще. Но я имею доступ к документации только по конструкционным элементам. Может, у тебя есть идеи лучше? Я слушаю.

– Я просто боюсь, – честно признался Саша, – боюсь, что нас раскроют, что подлог вскроется на стадии приемки, что кто-нибудь случайно заглянет мне через плечо и сообщит в первый отдел, что я имею несанкционированный доступ к конструкторской документации! – его вдруг осенило, – Да у нас же ГэБэшники под дверью стоят! А мы тут с вами такое обсуждаем!

Саша замер с раскрытым от ужаса ртом.

– А, не волнуйся, – хитро подмигнул Анатолий Владимирович, – это необычные ГэБэшники. Ладно, давай я тебе покажу кое-что.

Куратор вышел из-за стола и направился к сейфу в углу. Воспользовавшись моментом, сгорающий от любопытства молодой человек подошел к иллюминатору и в очередной раз обомлел от удивления. Гигантская бетонная шахта уходила вверх и вниз на сотни метров от того места, где он стоял. Круглая, диаметром метров тридцать, она была выкрашена в белый цвет, и освещена по всей длине мощными лампами. Ряд чисел шел по возрастанию сверху вниз на противоположной стене. Прямо напротив иллюминатора было нарисовано число «10».

Вдруг в этот самый момент какая-то огромная цилиндрическая конструкция пронеслась мимо окошка вниз на огромной скорости. Саша лишь успел заметить красную звезду на белой обшивке корпуса и что-то напоминающее направленную антенну. Через секунду он ощутил лёгкую вибрацию стен, как будто где-то внизу включился гигантский трансформатор.

– Что это? … – только и смог выдавить из себя шокированный молодой человек.

– А… Ладно. Тебе всё равно никто не поверит, – начал Анатолий Владимирович, – так что можно рассказать. Видел башню на территории производственного комплекса КБ?

Саша молча кивнул.

– Это наши пятнадцать секунд на орбите. Давление – десять мили паскаль. Проверяем срабатывание механических систем в условиях вакуума и невесомости. Срабатывание происходит на десятой секунде, то есть перед нашим иллюминатором. Обычно все узлы проходят тысячи сбрасываний для исключения отказов. Торможение производится электромагнитным парашютом. Почувствовал вибрацию

– Что это за корабль? – еле слышно проговорил Александр, – в он же размером как половина МКС без батарей!

– А это и есть «наш ответ Чемберлену», «кузькина мать» и «царь пушка» в одном лице, – дал волю сарказму куратор. – Это именно он весит триста тонн. Улавливаешь? Триста тонн РЭБ аппаратуры над потенциальным театром боевых действий. Слышал о ещё доперестроечной системе «Периметр»?

Саша помотал головой.

– Она нужна была для того, чтобы ракеты точно взлетели, а эта нужна для того, чтобы они их боевые части точно долетели. А то распустил тут сопли. Война идет!

Саша беспомощно опустился на стул.

– Вот смотри, – Анатолий Владимирович протянул Молодому человеку пачку старых бумажных фотографий, – Это мы с твоим отцом на огневых испытаниях двигателей для второй «Энергии». Двадцать первый год ещё на дворе. Он тебе рассказывал, почему в Штаты уехал?

– Да всё как-то отмалчивался. Понял, что, мол, не оценят, что станет не нужным в новой системе.

– Он уехал, когда Роскосмос полностью перешел в подчинение министерства обороны. Не мог смириться с милитаризацией космоса и не хотел в этом участвовать. Надо было и мне сваливать, но духу не хватило всё бросить. Если ты не успеешь, то в конструкторскую документацию пойдет рама от предыдущего образца. Будет некоторый проигрыш по грузоподъёмности, но техзаданию соответсвует.
Повисло молчание. Свет в окошке снова погас на пару секунд. Испытываемый образец повезли на платформе наверх для сборки и нового сброса.

– Вот что, – нарушил тишину куратор, – скажи мне прямо. Ты полностью овладел средой Эйлер-К?

– Для данного проекта достаточно.

– Что у тебя реально готово?

– Готово всё, кроме самого верхнего кронштейна.

– Сколько тебе нужно времени?

– Две недели, чтобы всё проверить.

– Прекрасно! А отец тебя отлично натаскал по моделированию, да? Поддельный сплав уже введен в стандартную номенклатуру материалов. Справишься?

– Справлюсь.

– Почему они так работают? – Уже почти выйдя из комнаты, Саша вдруг, обернулся и задал всё время мучавший его вопрос.

– Все ресурсы этой страны уходят на восстановление военного паритета и реализацию геополитического реванша. А они – авангард этой борьбы.
 

***

Прошла неделя со времени того разговора, а последний кронштейн всё не удавался. То какие-то килограммы лишние вылезали, то диаметры выходили за допустимые пределы и мешали уже другим компонентам. Времени оставалось в обрез. Саша решил, что это всё от ночной работы, нервов и недосыпания. Поэтому он пошел на крайние меры – выспался, запустил Эйлер-К просто посреди рабочего дня на свежую голову и положился на судьбу.     Терять ему уже было нечего. Стоило рискнуть.

– А я и не знала, что ты тоже работаешь над «Энергией», – за спиной Саши послышался звонкий женский голос. – А у тебя точно есть допуск?

Молодой человек медленно повернулся. С бешеной скоростью его мозг придумывал и отметал самые безумные оправдания. Это был провал.

Даша смотрела на Александру в упор. На губах её застыла лукавая улыбка.

– Ой-ой-ой!!! Не делай такие страшные глаза! – девушка замахала руками, – не скажу я американцам, что ты нам помогаешь. Покажи лучше, что ты моделируешь.

«Не скажет американцам?.. Что она несёт?» – подумал Саша, – «Она или вообще ничего не понимает, или играет со мной в кошки-мышки.»

Отпираться было бессмысленно, и Саша решил сыграть. Он отодвинулся на пол корпуса в сторону, давая коллеге придвинуть второй стул.

– Ой, как интересно, силовая рама! – Даша одну за другой разворачивала трёхмерные модели и со страшной скоростью вертела их вокруг всех осей.

– А это что?! – глаза девушки прямо вспыхнули от интереса, – Делаешь ошейник для моего Лайлапика?

– Лайлапика?

– Ну, Лайлапа, – поправилась Даша, – Это чудесный пёс, которого Зевс подарил Европе после того, как привез её на Крит. От него не мог укрыться ни один зверь. Мы так между собой называем низкоорбитальный разведывательный спутник нашей новой станции.

– А почему ошейник? – Саша никак не мог понять, шутит девушка, или нет.

– Ну смотри, – Даша снова взяла мышку, – Лайлап находится на самом верху выводимого пакета модулей и стоит на последнем опорном кольце. А твой верхний кронштейн крепится как раз к этому кольцу. Получается будто бы ошейник! Только почему ты сделал его так некрасиво? Тут же сразу видно, что всё неправильно и нерационально.

– Да вот неделю не получается ничего, – честно признался Александр, и сам удивился, что нисколько не обиделся на прямую критику.

– Так. Такое чувство, что ты Эйлера осваивал методом научного тыка. Признавайся!

– Вообще-то так и было. А как ты узнала?

– А ты элементы используешь в той же логике, как и в своей американской программе, а она несколько иная.