Соотношение феномена самоотчуждения с образом я личности (стр. 3 )

состояние (самоотчужденность) распада целостного Я.

При рассмотрении самоотчуждения как психологического феномена все указанные характеристики интегрируются, так как феномен многомерен, как многомерна и феноменология его проявления у разных людей.

Для понимания специфики феномена самоотчуждения особенно важна концепция обособления как конверсивы идентификации. Обособление и идентификация рассматриваются в рамках этой концепции как две стороны единого процесса: личность либо идентифицирует себя с какими-либо объектами или феноменами во внешней и внутренней среде, либо обособляется от них. Однако при нарушении этого процесса идентификация может перейти в слияние, а обособление – в отчуждение. Длительное состояние слияния или отчуждения переходят в самоотчуждение – утрату контакта с самим собой (, , ).

Состоянием, противоположным самоотчуждению, выступает аутентичность – как способность к осознанному балансу между обособлением и идентификацией, тогда как самоотчуждение связано с нарушением этого баланса в сторону либо отчуждения от людей или внешних объектов, либо слияния (полной идентификации) личности с другим человеком или объектом.

В третьем параграфе «Признаки и феноменология самоотчуждения» представлен анализ самоотчуждения как психологического феномена. После определения смыслового поля самоотчуждения ставилась задача конкретизировать собственно психологическое содержание самоотчуждения и его феноменологию – представленность самоотчуждения в сознании и в переживаниях индивида.

Нами были выявлены инвариантные характеристики, объединяющие большинство авторских вариантов использования дефиниции «самоотчуждение»:

1.     Отчуждение и самоотчуждение рассматриваются в рамках

оппозиции «свой-чужой». Для самоотчуждения эта оппозиция звучит как «Я – не Я». Иными словами, проблема самоотчуждения связана с внутренними психологическими границами.

2.     Самоотчуждение – это всегда нарушение целостности самой

личности, возведение внутренних границ между отдельными ее частями (что подчеркивает термин «изоляция») или же ослабление связей между ними.

3.     Самоотчуждение сопровождается частичной утратой чувства

собственной субъектности. Если отчуждение возникает между субъектом (личностью) и объектом во внешнем мире (отчуждение от людей, государства, семьи, труда и др.), то при самоотчуждении происходит объективация части самого субъекта, от которой и происходит отчуждение. «Опредмечиванию» могут подвергнуться потребности, эмоции, тело, травмирующие переживания или же личность в целом, в результате чего они либо вовсе не осознаются субъектом (вытесняясь), либо осознаются как нечто внешнее, не имеющее источника в активности самого субъекта.

4.     Самоотчуждение понимается и как процесс, и как результат

нарушения внутренней цельности личности. Самоотчуждение – процесс, а не стабильное качество. Этот процесс может иметь два крайних полюса. С одной стороны – клиническая деперсонализация, когда самоотчуждение достигает своего «апогея», с другой – слияние с другим человеком, невозможность отличить свои потребности от чужих (например, психологическое слияние матери и ребенка).

5.      Самоотчуждение связано с нарушениями процессов

самоидентификации и смыслообразования. При утрате контакта с внутренним Я, своими потребностями и эмоциями, индивид не способен не только ответить на вопрос «Кто я?», не отождествляя себя с внешними социальными ролями, но и затрудняется ответить на вопрос «Чего я хочу?» и «К чему я стремлюсь?». Утрата смыслов собственной жизнедеятельности приводит к целому комплексу разнообразных негативных переживаний и состояний – одиночеству, бессилию, аномии, апатии, депрессии и др.

6.     Самоотчуждение имеет отношение и к механизмам психологической

защиты личности. Чаще всего самоотчуждение позволяет избежать негативных переживаний, связанных с чувствами ответственности и вины (так как отказ от собственной субъектности автоматически перекладывает ответственность на другого субъекта или вовсе «растворяет» ее в безличном пространстве).

7.     Самоотчуждение в большинстве подходов рассматривается как

негативный процесс, препятствующий адаптации и развитию человека, в отличии от отчуждения.

Анализ описаний собственного состояния, которые давали посетители психологического форума В.Леви, показал, что чаще всего при описании состояний, близких к описываемому феномену, используются словосочетания, отражающие:

1.     Чувство утраты себя («потерял себя», «ищу себя», «кто я?», «отстраненность» и т.п.);

2.     Утрата смыслов, ценностей, надежды («не вижу никакого смысла»);

3.     Трудность осознания собственных желаний («не знаю, чего хочу», «как отличить свои желания от чужих» и т.п.);

4.     Ощущение пустоты, незаполненности («пустой внутри»);

5.     Ощущение «объективации» собственной деятельности («живу на автомате», «выполняю схему жизни» и т.п.).

Проведенный нами теоретический анализ и анализ описаний переживания отчуждения и языковых феноменов, отражающих самоотчуждение, позволил сделать вывод, что основными процессами, связанными с самоотчуждением, являются смыслоутрата, деидентификация (утрата личностной идентичности) и утрата чувства субъектности (суверенности).

В четвертом параграфе «Позитивные аспекты влияния самоотчуждения на личность» рассмотрены варианты конструктивных возможностей самоотчуждения. Конструктивные возможности самоотчуждения раскрываются в двух аспектах.

Во-первых, это возможность временного обособления личности от привычного восприятия и самовосприятия. использует в данном случае термин «остранение» (от «странный»), который означает разрыв привычных связей, в результате которых знакомое, привычное явление кажется странным, необычным, требующим объяснения. Так, личность может обнаружить в себе качества или чувства, которые в себе не ожидала увидеть («сам от себя не ожидал»), и «остранение», являясь, в сущности, тесно связанным с рефлексией, позволяет совершать познание себя самого как другого, неизвестного себе же человека (И.Кон, Д.Трунов, Л.Шнейдер).

Во-вторых, самоотчуждение может выступать как составная часть самотрансценденции личности, то есть выхода интересов, мотивов, смыслов личности за пределы себя самой. Это «переживание, как опыт в моменты перехода жизни человека из одного измерения в другое» (Т.Карпунькина). Самотрансценденция личности сама по себе подразумевает самоотчуждение, иногда даже пренебрежение собой самим ради более значимой, чем собственное Я, цели. Свое Я становится не целью, а инструментом реализации смысла, лежащего во внешнем мире. В данном контексте самоотчуждение близко к самоотречению, к альтруизму в его абсолютной форме (Р.Грановская, Т.Карпунькина, К.Уилбер, С.Гроф).

В целом главный позитивный аспект самоотчуждения заключается в том, что личность освобождается от прежних, очень прочных, в первую очередь негативных идентичностей, что позволяет ей через дискомфорт «утраты себя» обретать новые идентичности.

В выводах по 1 главе, на основе проведенного теоретического анализа были уточнены определения понятий «отчуждение» и «самоотчуждение». Отчуждение - психологический феномен, заключающийся в обособлении личности от своих связей с внешним миром. Самоотчуждение – это психологический феномен, заключающийся в изоляции и объективации личностью своего Я или же отдельных составляющих Я, несущих конфликтный потенциал, и сопровождающийся частичной (в отличие от деперсонализации) утратой личностной идентичности, смыслов и чувства субъектности.

Во второй главе «Образ Я как объект психологических исследований» рассмотрено понятийно-смысловое пространство феномена образа «Я», его структура и показаны его особенности при самоотчуждения личности.

В первом параграфе «Образ Я как психологический феномен и его структура» рассмотрены различные подходы к дефиниции «образа Я». Отмечено, что, во-первых, употребление данного термина в современной психологии не систематизировано, несмотря на достаточно долгую историю его существования. Можно выделить два основных подхода к пониманию образа «Я». Одни авторы используют понятия образ «Я» и «Я-концепция» как синонимы (К.Роджерс, Л.Зурхер, И.Кон, Е.Соколова, Л.Шнейдер, , Г.Залесский и др.), другие разводят эти понятия (Р.Бернс, Р.Грановская, и др.).

Во-вторых, проблема образа «Я» и Я-концепции выступает в неразрывной связи с проблемой самосознания личности и его структуры («что осознает личность в самой себе?»).

В данной работе используется понятие «образ Я», так как оно, на наш взгляд, более точно обозначает феномен представления личности о самой себе. «Я-концепция» самой формулировкой, семантикой понятия подчеркивает рациональный, когнитивный аспект, тогда как понятие «образ», близкое по одному из значений к понятию «гештальт», фиксирует внимание на целостности «картины себя».

При анализе образа Я рассмотрены три базовых компонента: когнитивный (знание о себе), аффективно-оценочный (отношение к знанию о себе) и поведенческий (Р.Бернс, М.Ярошевский, И.Кон, Е.Соколова и др.). В контексте исследования самоотчуждения наибольший интерес представляет аффективно-оценочный уровень, выражающий самоотношение, степень сопричастности личности самой себе.

В параграфе рассмотрены такие составляющие «образа Я», как социальное Я, физическое Я, идеальное Я, актуальное Я, прошлое Я. Согласно принятой в исследовании позиции, в структуру образа Я необходимо включить еще экзистенциальное и рефлексивное Я. Экзистенциальное Я – это источник личной активности, точка осуществления выбора различных идентичностей. Рефлексивное Я выступает как основа самосознания, когда личность способна частично отчуждаться от своих идентичностей и рассматривать их со стороны. Это «Я, которое осознает». Включение экзистенциального и рефлексивного Я в структуру образа Я объясняется тем, что самоотчуждение тесно связано с самосознанием, а экзистенциальное и рефлексивное Я человека нередко являются и субъектами, и объектами самоотчуждения.