Фридрих Август фон Хайек - индивидуализм и экономический порядок (1948) (стр. 42 )

10

Не претендуя на полноту нашего обсуждения псевдоконкуренции, можно, по крайней мере, заявить, что, как было показано, успешное управление ею сталкивается со значительными препятствиями и что это порождает многочисленные трудности, которые надо преодолеть, прежде чем мы сможем поверить, что ее результаты могут хотя бы приблизиться к результатам конкуренции, основанной на частной собственности на средства производства. Надо сказать, что в своем нынешнем состоянии все эти предложения, даже с учетом их предварительного и пробного характера, представляются скорее менее, чем более осуществимыми, нежели прежние социалистические предложения централизованно планируемой экономической системы. Верно, причем даже более, чем в случае планирования в узком смысле, что все рассмотренные трудности обусловлены "только" несовершенством человеческого разума. Но хотя это не дает оснований говорить, что подобные предложения "невозможны" в некоем абсолютном смысле, тем не менее остается справедливым, что очень серьезные препятствия к достижению желанной цели существуют и что, по-видимому, их никак нельзя преодолеть.

Вместо дальнейшего подробного обсуждения трудностей, вызываемых этими предложениями, интереснее, вероятно, будет поговорить о другом: что реально скрывается за тем фактом, что столь многие социалисты более молодого поколения, серьезно изучавшие сопряженные с социализмом экономические проблемы, оставили веру в централизованно планируемую экономическую систему и возложили надежды на то, что конкуренцию можно сохранить, даже если будет отменена частная собственность? Давайте на минуту допустим, что таким путем можно в большой мере приблизиться к результатам, которых достигает конкурентная система, основанная на частной собственности. Вполне ли осознается, сколь многие надежды, обычно связываемые с социалистической системой, уже оставляются, когда предлагается заменить централизованно планируемую систему, считавшуюся намного превосходящей любую конкурентную систему, более или менее удачной имитацией конкуренции? Каковы преимущества, компенсирующие потери в эффективности, которые, приняв во внимание высказанные выше возражения, нужно признать неизбежным следствием того факта, что без частной собственности конкуренция непременно будет ограниченной в каких-то отношениях и что, следовательно, некоторые решения придется оставить на произвольное усмотрение центральной власти?

Иллюзии, оставляемые вместе с идеей централизованно планируемой системы, действительно весьма велики. Надежда на полное превосходство в производительности плановой системы над "хаотической" конкуренцией должна будет уступить место надежде, что по производительности социалистическая система может почти не уступать капиталистической. Надежду на то, что распределение дохода может осуществляться совершенно независимо от цен на оказываемые услуги и основываться исключительно на соображениях справедливости, предполагающих, как правило, эгалитарное распределение доходов, придется заменить надеждой на возможность использования части дохода от материальных факторов производства для увеличения доходов труда. Ожидания того, что "система наемного труда" будет упразднена и что менеджеры социализированной отрасли или фирмы будут действовать по совершенно иным принципам, нежели стремящийся к прибыли капиталист, оказались равно ошибочными. То же самое нужно сказать и о надежде, что подобная социалистическая система могла бы избежать кризисов и безработицы, хотя у нас нет возможности рассмотреть этот вопрос подробно. Хотя система централизованного планирования не могла бы избежать совершения еще более серьезных ошибок того рода, что ведут к кризисам при капитализме, она имела бы, по крайней мере, преимущество в том, что могла бы равномерно распределять потери между всеми членами общества. Ее превосходство могло бы заключаться в возможности в приказном порядке снижать заработную плату, когда это было бы сочтено необходимым для исправления ошибок. Однако нет никаких оснований считать, что конкурентная социалистическая система более способна, чем конкурентный капитализм, избегать кризисов и безработицы. Вероятно, разумная денежная политика может смягчить остроту этих проблем в обеих системах, но при конкурентном социализме в этом отношении нет таких возможностей, которые равно не существовали бы при капитализме.

Конечно, вопреки всему этому остается еще то преимущество, что при социализме можно было бы улучшить относительное положение рабочего класса, предоставив ему долю в доходах от земли и капитала. В конечном счете это и есть его главная цель. Но существование возможности улучшить положение трудящихся по отношению к тем, кто были капиталистами, не означает, что возрастет их абсолютный доход или что он останется хотя бы на том же уровне, что и прежде. Все, что произойдет в этом отношении, зависит исключительно от того, насколько понизится общая производительность. Следует еще раз подчеркнуть, что общие соображения, высказанные в таком кратком очерке, не могут привести к каким-либо окончательным выводам. Только последовательно подвергая подобному анализу феномены реального мира, можно прийти к приблизительным количественным оценкам значимости обсуждаемых здесь явлений. Естественно, мнения по этому поводу будут расходиться. Но даже если бы удалось достичь согласия относительного того, как именно будет воздействовать любая из предложенных систем на национальный доход, все равно останется следующий вопрос: не является ли любое данное его сокращение, будь то падение сегодняшнего абсолютного уровня или замедление будущих темпов роста, слишком дорогой ценой за осуществление этического идеала большего равенства в доходах? В этом вопросе, безусловно, научные доводы должны уступить место личным убеждениям.

Нельзя, однако, вынести решения, пока неясны альтернативы, пока хотя бы приблизительно не понято, какую цену придется уплатить. Все еще существующая в этой области огромная путаница и отказ признать невозможность иметь лучшее из обеих систем обусловлены, главным образом, тем, что большинство социалистов имеют очень слабое представление о том, какова реально должна быть предлагаемая ими система -- плановой или конкурентной. В настоящее время действенная тактика современных социалистов состоит в том, чтобы не прояснять этот вопрос и, провозглашая все преимущества, которые обычно связывались с централизованным планированием, ссылаться на конкуренцию, когда их спрашивают, как они собираются справляться с той или иной трудностью. Но никто еще не показал, как можно рационально соединить планирование и конкуренцию. И пока этого не сделано, любой имеет полное право настаивать на том, что надо четко разделять эти две альтернативы и что всякий сторонник социализма должен выбрать одно из двух, а затем показать, как он предлагает преодолеть трудности, присущие избранной им системе.

11

Я не претендую на то, чтобы считать выводы, сделанные при рассмотрении различных социалистических построений, непременно окончательными. Тем не менее из дискуссий последних лет неопровержимо вытекает одно: сегодня мы все еще интеллектуально не оснащены для того, чтобы усовершенствовать нашу экономическую систему посредством "планирования", или для того, чтобы решить проблему социалистического производства любым иным путем, избегнув при этом серьезнейшего падения производительности. Нам не хватает не "опыта", а интеллектуального овладения проблемой, которую пока мы научились только формулировать, но не отвечать на нее. Никто не помышляет отбросить всякую вероятность, что решение все-таки будет найдено. Но при нынешнем состоянии нашего знания все же должны оставаться серьезные сомнения в том, что его можно найти. Мы должны, по крайней мере, считаться с возможностью, что последние пятьдесят лет мысль шла в неверном направлении, увлеченная надеждой, оказавшейся при ближайшем рассмотрении неосуществимой. Но даже если и так, отсюда еще не следует, что нам нужно было оставаться там, где мы находились до того, как заявила о себе эта тенденция. Это означает только, что движение в ином направлении могло бы быть более полезным. В самом деле, есть основания полагать, что, к примеру, было бы разумнее стремиться к более ровному функционированию конкуренции, чем препятствовать ей всяческими попытками планирования так долго, что почти любая альтернатива стала казаться предпочтительнее существующих условий.

Однако если наши выводы о существе убеждений, представляющих, несомненно, одну из главных движущих сил современности, являются негативными, то это, конечно, не повод для удовлетворения. В мире, увлеченном планированием, ничто не может быть более трагичным, чем вывод, доказывающий неизбежность того, что неуклонное следование этим курсом должно привести к экономическому упадку. И хотя какая-то интеллектуальная реакция уже есть, почти нет сомнений, что еще долгие годы будет продолжаться движение в направлении планирования. Следовательно, развеять абсолютное уныние, с которым экономист вынужден сегодня смотреть на будущее мира, можно, только показав, что есть возможный и практически осуществимый путь преодоления трудностей. Даже у тех, кто не симпатизируют всем высшим целям социализма, есть серьезное основание желать, чтобы, раз уж мир движется в этом направлении, он оказался осуществимым, а катастрофа -- предотвращенной. Однако следует признать, что перспектива найти такое решение сегодня представляется крайне маловероятной. Знаменательно, что пока наименьший вклад в его поиск внесен сторонниками планирования. Если решению предстоит быть когда-либо найденным, то это будет больше заслуга критиков, по крайней мере прояснивших характер проблемы, пусть даже они и отчаялись найти решение.

Глава IX. Экономический расчет при социализме (III): конкурентное «решение»

Перепечатано из: Economica, Vol. VII, No. 26 (new ser.; May, 1940). Две книги, с которыми в основном связана данная глава: Oskar Lange and Fred Taylor, On the Economic Theory of Socialism, ed. B. E.Lippincott (Minneapolis, 1938), и H. D.Dickinson, Economics of Socialism (Oxford, 1939), будут упоминаться везде соответственно как «LT» (Ланге-Тэйлор) и «D» (Диккинсон).

1

Две главы в обсуждении экономической теории социализма можно отныне считать закрытыми. Первая связана с убеждением, что социализм полностью обойдется без расчета в единицах ценности и заменит его неким видом расчета in natura, выраженным в единицах энергии или какой-то другой физической величины. Несмотря на то, что такая точка зрения пока не исчезла и ее все еще разделяют некоторые ученые-естествоиспытатели и инженеры, она определенно оставлена экономистами. Вторая закрытая глава касается предложений, чтобы цены устанавливались с помощью расчетов, выполняемых планирующей властью с применением методов математической экономики, вместо того, чтобы их определяла конкуренция. По поводу этого предложения Парето (которого, что любопытно, иногда цитируют как сторонника подобного взгляда) уже сказал, по-видимому, последнее слово. Показав, как можно использовать систему уравнений для объяснения того, чем определяются цены на рынке, он добавляет: