Из предварительных версий статей и из переписки (стр. 1 )

Из предварительных версий статей и из переписки

((2)) Введение Леонид Лейтес

(Неоконченная статья о героях книги от 26.7.2004).

Самуил Исаакович Рабинович (31.5.1905 – 14.4.1982) и Эмануил Абрамович Манькин (28.5.1905 – 20.4.1968).

Они были людьми с высоким творческим потенциалом и горячими сердцами, с жаждой творить добро и потребностью быть полезными обществу, в котором они жили. Именно эти их черты, а также революционные изменения в стране, помогли им, родившимся в маленьких городках черты оседлости, получить образование в Москве и выдвинуться в первые ряды создателей новой промышленности, новой жизни.

Оба они закончили электромашиностроительный институт имени -Шабшая, необычный по своей методике и сроку обучения (2 – 3 года), а также по блестящим результатам. Во время учебы студенты 4 дня в неделю работали практикантами на заводах и 2 дня занимались в институте. При этом институт выпускал отличных инженеров, хотя формального диплома инженера выпускники не получили. Очень многие из окончивших этот институт быстро стали выдающимися конструкторами, исследователями, организаторами производства и учеными.

Ещё будучи студентами, Рабинович и Манькин работали практикантами на том самом московском трансформаторном заводе, в создании которого они участвовали и который на долгие годы стал местом приложения их творческой энергии, выдающихся способностей и плодотворного труда. сразу попал в конструкторский отдел, называвшийся тогда техническим. Э. А Манькин первые 6 лет работал на испытательной станции, затем по полгода начальником отдела технического контроля завода и (в связи с постановлением ЦК ВКП(б) о переброске инженеров в цеха) начальником сборочного цеха мощных трансформаторов. Только после этого ему удалось перейти в конструкторский отдел.

Как бы ни назывался завод в разные годы (Трансформатор, отдел Электрозавода, МОТЭЗ, МТЗ, завод № 000, снова МТЗ, ...), это был всё тот же трансформаторный завод, который в течение многих лет был единственным в стране, а позднее – ведущим предприятием, на базе которого создавались последующие новые трансформаторные заводы страны и которое определяло техническую политику в трансформаторостроении.

Начинали они почти с нуля. В России практически не было собственного производства трансформаторов. Молодые инженеры быстро осваивали теорию и зарубежный опыт по литературе, чертежам и образцам, творчески перерабатывали известные конструкции трансформаторов, готовя их к серийному производству и переводя на отечественные материалы вместо импортных. Темп работы был чрезвычайно напряженным. Они делали расчеты первых трансформаторов (Рабинович), осваивали и развивали методы испытаний (Манькин).

Они оба знали иностранные языки, оба в первые же годы работы проявили свои недюжинные способности, самостоятельность в принятии решений, восприимчивость к новому и невероятное трудолюбие. Именно поэтому их обоих в числе первых специалистов направили за границу для освоения передового опыта. Особенно повезло – он имел возможность близко общаться с высококвалифицированным американским инженером (приглашенным на МТЗ для обучения советских специалистов), что способствовало его профессиональному росту. Рабинович тогда разрабатывал трансформаторы предельных мощностей и напряжений, и через 40 лет он гордился тем, что вопреки всем нормальным срокам службы еще работали машины, спроектированные им в молодости.

В возрасте 23-25 лет они оба женились, причем оба – на Мариях. Всю жизнь дружили семьями. Как правило, вместе отмечали свои дни рождения (по документам их возраст различался на 3 дня).

В возрасте 30 лет оба стали начальниками конструкторских бюро (назывались тогда инженерным или проектным бюро): Рабинович – силовых трансформаторов, причем сам он больше занимался предельно крупными машинами, а Манькин – бюро специальных трансформаторов (для питания электропечей, выпрямителей и других специфических установок) и реакторов (разнообразных индуктивных катушек).

Через 3-4 года стал Главным конструктором завода (напомню, тогда единственного трансформаторного завода в стране) и взял на себя ответственность за стратегию развития трансформаторостроения и за технический уровень всей выпускаемой продукции. Одновременно он остался непосредственным руководителем разработки трансформаторов и шунтирующего реактора для будущих электропередач класса напряжения 400 кВ, когда в мире было освоено оборудование лишь класса 220 кВ. Впоследствии за эту работу он получил высшую в стране награду – Ленинскую премию (1962).

((В предвоенные годы под руководством была создана конструкция обмоток, способная надежно выдерживать грозовые перенапряжения (Сталинская премия 1946 г.).- вставка здесь и годы других премий - 17.8.2005)).

В те же годы , выполнявший нелегкие обязанности непосредственного руководителя разработки и освоения множества сложных трансформаторов и реакторов, увлекся теоретическими методами решения насущных практических задач.

Развитие им классического метода Роговского для расчета индуктивности рассеяния сложных обмоток прекратило недопустимые отклонения расчетных значений от действительных. Благодаря тому, что подход Манькина был основан на глубоком понимании теории и картины магнитного поля рассеяния с одной стороны и потребностей и возможностей расчетчика – с другой, расчет по его методу не требовал чрезмерно точных и громоздких промежуточных вычислений. Эту работу Эмануил Абрамович защитил в качестве кандидатской диссертации.

Он объяснил причины аварий преобразовательных трансформаторов при обратных зажиганиях в ртутных выпрямителях и разработал метод проектирования практически безаварийных трансформаторов. За эту работу он (с коллегами) получил Сталинскую премию (1948).

Для трехобмоточных трансформаторов он разработал простой и достоверный метод расчета добавочных потерь в средней по расположению обмотке. Этот метод дал возможность повысить пропускную способность таких трансформаторов, то есть увеличить их мощность без вложения материалов. Он вывел формулы для расчета потерь от вихревых токов в проводах обмоток при несинусоидальных токах, имеющих место в преобразовательных трансформаторах и реакторах, применяющиеся и поныне.

Эмануил Абрамович создал основы теории подобия реакторов, вывел простую и точную формулу для расчета индуктивности стержневых реакторов с зазорами, исключив этим необходимость повторных расчетов при проектировании и переборке изготовленных реакторов для подгонки их индуктивности.

Ко всем перечисленным работам Манькина применимы прилагательные: простой и достоверный или надежный, для дилетанта взаимоисключающие друг друга. Как многократно писал инженер и математик академик , многие ошибочно полагают, что чем расчет сложнее, тем большего доверия он заслуживает. Это верно для тех, кто плохо понимает суть явления, а Манькин понимал хорошо.

Во время войны Манькин, которого завод во-время отозвал из ополчения, работал в оставшейся в Москве части завода, ..... ((Статья была отклонена, позже во Введении решили описать отрасль. Поэтому статья не окончена, подразделы про войну и последующие годы не написаны. Написанные позже раздельные мои статьи про двух героев книги также были отклонены.)) ………………

Несмотря на важность для страны работ, которыми они руководили и в которых участвовали, несмотря на высокие занимаемые должности, они сумели остаться беспартийными, не погрешили против своей совести. Конечно, тридцатые и пятидесятые годы легко могли искалечить их судьбы, но Бог миловал. Непререкаемый авторитет, высочайшая квалификация и необычайная трудоспособность сделали их лидерами трансформаторостроения, помогли решить насущные для отрасли и страны задачи, выйти на передовые рубежи науки и техники.

Их вычеркивали из списков на представление к премиям за работы, которыми они непосредственно руководили и в которые внесли значительный вклад, их сделали невыездными в конце жизни, не давая общаться с коллегами из других стран, но это все-таки наименьшее зло, по сравнению с тем, что могло бы быть в то непростое время. В таких случаях добивался справедливости, а Э. А Манькин считал нерациональным тратить свои силы не на работу и прятал обиду.

Они были замечательными учителями для молодёжи, и не потому только, что имели способность учить, а прежде всего потому, что рядом с ними нерешаемые задачи каким–то непостижимым образом решались, а непонятные явления находили своё логическое объяснение. Их кипучая деятельность и постоянный творческий поиск были примером активной жизненной позиции для многих.

Они были счастливыми людьми – востребованы на работе, чтимы и уважаемы коллегами и учениками, любимы в семьях. Они воспитали хороших детей. Внуки и правнуки могут гордиться ими – замечательными людьми, выдающимися трансформаторостроителями, оставившими значительный след в развитии этой отрасли. Леонид Лейтес 26.7.2004

(Почему евреи?)

Рабинович и Манькин – евреи, как и многие их друзья и коллеги. Процент евреев среди ведущих специалистов по трансформаторам, как и во многих других отраслях, по крайней мере на порядок выше, чем доля евреев в населении страны. Возникает вопрос, почему? Вряд ли правильно в книге о них не попытаться проанализировать причины этого факта, не рассмотреть вопрос, обычно либо замалчиваемый, либо перевернутый антисемитами с ног на голову. К сожалению, я не знаю научных исследований на эту тему и лишь высказываю свои наблюдения и предположения (гипотезы).

Евреи – единственный народ (история цыган заметно иная), который выжил два тысячелетия в рассеянии, изгнанный со своей земли, не имея своего государства, во враждебной среде, и при этом сохранил свою религию, мораль, а теперь даже оживил свой древний язык. Три тысячелетия или дольше этот народ считал обязательными всеобщую (поголовную) грамотность и знание истории и правил Торы (по крайней мере для мужчин), поддерживал культ благотворительности, честности и добросовестного труда. Вдобавок изучение Торы вели в духе дискуссий и логического анализа. Возможно, что за тысячелетия воспитываемые в каждом поколении черты, взгляды и способности в какой-то мере перешли во врожденные. Большую роль могло играть и то, что наиболее уважаемыми считали умных и ученых людей, а не сильных и богатых. Евреи были гонимы, дискриминируемы, и, чтобы выжить во враждебной среде, вынуждены были быть впереди, быть более способными и активными, учиться и работать лучше других. В России, когда после февральской революции были ликвидированы черта оседлости и процентная норма в учебных заведения, массы еврейской молодежи ринулись в центральные города и к высшему образованию, к активной деятельности во всех областях, особенно в областях, ранее для них недоступных. К сожалению, евреев очень привлекали красивые слова революционеров, и в этой области они были успешны не меньше, чем в производительном труде на благо человечества. В России широко распространено ложное мнение, что евреи – плохие земледельцы, трусливые солдаты, слабые спортсмены и так далее. Факты его убедительно опровергают. Например, по числу Героев Советского Союза, чемпионов – боксеров и тяжелоатлетов и т. д. Если взять наиболее сильных шахматистов – область, в которой относительно трудно подтасовать результаты, повлиять через коллег, тренеров и начальников, то процент евреев ошеломляющий.