Политическое знание и его структура (стр. 7 )

«Минимальное государство» предлагает защиту для каждого и провозглашает монополию на применение силы в том смысле, что лишает независимых лиц права на навязывание силой своих прав по отношению к другим индивидам.

Нозик также обращает внимание на то, что все человечество воплощается в каждом индивиде, и человек никогда не должен рассматриваться как средство, а не цель.

Тем самым он опровергает утилитаризм, ибо немногие люди могут быть использованы просто в качестве средства для увеличения благосостояния других; отрицает патернализм, так как человек может оказаться средством для себя самого и своего собственного благополучия; а также теорию справедливости Роулса, в особенности его принцип дифференциации, коль скоро таланты и собственность граждан могут быть направлены во благо наименее имущих групп.

Нозик также приводит теорию прав, на которых должно основываться справедливое общество. Он выделяет в ней три основных компонента:

1. Принцип исходного приобретения владения: наша власть распространяется на наше тело, его способности, благодаря этому мы овладеваем различными внешними объектами.

2. Принцип передачи владения: мы можем продать или иным способом избавиться от того, что мы имеем.

3. Принцип коррекции: необходимо исправлять последствия несправедливых действий, например, в случае воровства или нелегитимного приобретения собственности.

Суть этой теории заключается в следующем: любое распределение владений, появляющееся в результате законных трансакций в отношении легально приобретенных владений, само по себе является законным, поэтому никакое вмешательство на основе справедливости недопустимо. Такое вмешательство, например, налогообложение богатых ради помощи бедным, несправедливо. Иными словами, речь идет о возвращении к чистой капиталистической экономике. Однако не к реальной, а к идеальной модели.

«Хорошо организованное общество» Нозика во многом гипотетично. Возможно, оно было бы реальным, если бы все люди начали участвовать в конкуренции одновременно в одном и том же месте и при равных стартовых условиях. В действительности так не бывает, ибо люди изначально неодинаковы — одни более талантливы, другие менее.

Как мы уже показали выше, ограничения на пути концентрации большей власти у государства связаны с индивидуальными правами, а не с теорией естественного состояния. Наличие этих прав предполагает, что каждый человек должен в действительности выразить согласие с созданием государства, выходящего за рамки «минимального».

К неолиберилизму относится прежде всего так называемый деонтологический или реформистский либерализм, основу которого составляла критика утилитаризма. Представители данного течения противопоставляют деонтологическую этику (этику прав и обязанностей) телеологической этике (этике цели). Возникновение его можно отнести к 70м годам XIX века.

Одним из ярких представителей неолиберализма является Дж. Роулс, основу учения которого составляет разработанная им теория справедливости.

Роулс сконцентрировал свое внимание на том, что он называет главным предметом справедливости: основной структуре общества, под которой он понимает всю совокупность наиболее важных социальных, правовых, политических и экономических институтов (например, Конституцию, частную собственность на средства производства, конкурентную рыночную экономику, моногамный брак). Функцией этой основной структуры общества является распределение преимуществ и тягот, вытекающих из социального сотрудничества членов данного общества. В число преимуществ он включает доходы и богатство, питание и жилье, авторитет и власть, право и свободы. К «тяготам» причисляются различные обязанности и долг, включая, например, необходимость платить налоги. К числу социально-приоритетных благ относятся права, свободы, возможности самореализации, доходы, благосостояние, а также социальные основа­ния самоуважения.

Именно потому, что основная структура общества оказывает столь сильное влияние на жизнь каждого индивида, она и становится главным предметом справедливости. Принципы социальной справедливости должны конкретизировать, каким образом основная структура общества будет распределять возможности обладания тем, что Роулс назвал «приоритетными благами». По Роулсу, справедливым институтом будет такой, который избирается относительным большинством разум­ных и беспристрастных индивидов, свободно участвующих в обсужде­нии ситуации, предполагающей беспристрастность.

В качестве основных принципов справедливости Роулс выделяетс следующие:

1. Все люди обладают равными правами на максимально большую совокупность равных основных свобод, совместимую с аналогичной системой свобод для всех (Принцип свободы).

2. Социальное и экономическое неравенство должно регулироваться таким образом, чтобы: а) оно было направлено к наивысшей выгоде наименее преуспевающих; б) институты и положение в обществе должны быть открыты для всех при условии честного соблюдения равенства возможностей (Принцип дифференциации).

При этом потеря свободы, даже незначительная, не может быть компенсирована увеличением экономической эффективности. Благополучие не может быть обретено за счет свободы. Но и свобода — не безгранична. Основные свободы могут быть ограничены, однако только во имя обеспечения максимально широкой совокупной системы свободы для каждого.

19. Коммунитаризм (С. Макинтайр), неомарксизм (А. Грамши, Н. Пуланзас) и франкфуртская школа (М. Хоркмайер, Г. Маркузе, Х. Арендт) в политической теории.

Коммунитаристское движение направлено прежде всего на восстановление гражданских ценностей и коллективизма. Оно объединяет группу философов, теоретиков политики озабоченных упадком морали и недовольных проводимой политикой. Коммунитаризм видит смысл общества в моральных ценностях и общине, противопоставляя их государственности. Они полагают, что изменение морального климата в обществе в конечном счете приведет к снижению уровня государственного вмешательства, сбалансированности прав и обязанностей без сползания в сторону авторитаризма30.

Однако коммунитаристы избрали в качестве цели критики либерализм в целом.

По их мнению весь либерализм строится на ложных основаниях: для того, чтобы доказать абсолютный приоритет принципов справедливости, либералы вынуждены встать на метафизический фундамент рассмотрения человеческого «я». Макинтайр идет еще дальше, утверждая, что у либерализма вообще нет рациональных оснований.

Коммунитаристов не привлекла и идея «общественного договора».

Важное разногласие возникает также в связи с пониманием целей политической теории. Такие теоретики, как А. Макинтайр, помещают философию в сферу специфически общинных культурных традиций, которые, как они утверждают, придают наследующим их людям чувство идентичности и соответствующие нормы поведения.

При чем функцией политической философии становится исследование возможностей и желательности прогрессивных изменений и приспособлений, где под прогрессом понимается, прежде всего, демократия.

Коммунитаристы выступили против обоснования приоритета права по отношению к благу.

Коммунитаризм сумел выдвинуть целый ряд весьма важных идей и положений. Они заставили вернуться и еще раз переосмыслить влияние на формирование моральных аргументов традиций и обычаев. Они обратили внимание на проблему морального долга перед своим сообществом. Коммунитаристы восстановили значение семейных ценностей, дружбы, сотрудничества в сообществе, тем самым вернув традиционные ценности в сегодняшний атомизированный мир. Поэтому коммунитаризм сегодня оказался столь привлекательным для тех, кто, будучи либералом, выступает в защиту индивидуальных прав человека, но хочет дополнить их традиционными ценностями.

Грамши интересовала роль идей, сознания и человеческой субъективности. Грамши считал, что правление определенного класса имеет два от­дельных аспекта: принуждение (господство) и общественно-моральное лидерство. Классовое господство основывается не только на принужде­нии, но также и на культурных и идеологических аспектах молчаливого согласия подчиненных классов. Поэтому класс может стать геге­моном только, если он может добиться активного согласия подчиненно­го класса. Согласие, при этом, не является постоянным. Оно принимает форму классовой борьбы между конкурирующими идеологиями, посто­янно изменяющимися для того, чтобы соответствовать изменяющимся историческим обстоятельствам.

Взгляды Грамши на природу государства носят более широкий и ор­ганический смысл, чем тот, который вкладывался в это понятие маркси­стскими теоретиками до него. Государство — это альтернативная сцена борьбы. Государство, с его точки зрения, включает «весь комплекс политической и теоретической деятельности, с помощью которого правящий класс не только узаконивает и поддерживает свое господство, но и управляет получением активного согласия со стороны управляемых»3.

Он расширил концепцию власти, включив в нее множество институ­тов, через которые в обществе осуществляются властные отношения: образование, средства массовой информации, парламенты и суды, то есть все виды деятельности и инициативы, которые формируют аппарат политической и культурной гегемонии правящих классов. Возрастаю­щее значение государства обосновывается в трудах Грамши тем, что борьба за сознание людей имеет такое же значение как и борьба за собственность на средства производства.

Придавая борьбе более широкий, органический смысл, Грамши от­метил возрастающую роль интеллектуалов. Никакая организация без интеллектуалов невозможна, а следовательно, политическое единство любой революционной организации предполагает соответствующий уровень идеологического единства, в котором партия, интеллектуалы и массы устанавливают между собой органичные отношения. Таким образом, Грамши удалось восстановить роль субъективного фактора в марксизме.

ПУЛАНЗАС

Еще один крупный марксистский политический теоретик — это Никос Пуланзас.

Пуланзас сделал вывод о том, что если капиталистическое государство хочет ус­пешно действовать именно как классовое государство, защищая долго­срочные интересы буржуазии, то оно должно сохранять какую-то сте­пень автономии от правящего класса. Иными словами, если капитали­стическое государство исключит хотя бы один класс из управления, то у него не будет возможности скрыть свою классовую природу. Делая вид, что государство выражает интересы всех классов, оно может говорить об общем благе всего народа.