Особенности международных конфликтов современности

ОСОБЕННОСТИ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОНФЛИКТОВ СОВРЕМЕННОСТИ.

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ..................................................................................................... 3

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ФЕНОМЕН МЕЖДУНАРОДНОГО КОНФЛИКТА 6

1.1 Проблема научного определения международного конфликта.......... 6

1.2 Структура и функции конфликта.......................................................... 9

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОНФЛИКТОВ ПОСТ-БИПОЛЯРНОГО ПЕРИОДА........................................................................ 14

ЗАКЛЮЧЕНИЕ............................................................................................. 21

ЛИТЕРАТУРА.............................................................................................. 23

ВВЕДЕНИЕ

На рубеже XX и XXI веков произошли фундаментальные изменения в сфере международной безопасности. Мировое сообщество встретилось с принципиально новыми вызовами и угрозами. Во многих регионах мира наблюдается межгосударственное соперничество, которое грозит вспышкой локальных войн и военных конфликтов, которые большей частью могут иметь форму вооруженного противостояния. В работе рассматриваются основные особенности локальных войн и военных конфликтов в современных условиях.

Глобальное геополитическое, экономическое, социокультурное взаимодействие на современном этапе характеризуется «силовой доминантой». События в районе Персидского залива, а также в Югославии и Афганистане, последние события на Ближнем Востоке (Египет, Ливия, Сирия) свидетельствуют, что однополярный мир стал даже опаснее, чем двухполюсный во времена «холодной войны». Наличие значительной военной силы и демонстрация решимости ее использования в одностороннем порядке в любом районе земного шара рассматривается как необходимое условие защиты интересов национальной безопасности США и распространение американского влияния в глобальном масштабе. В результате распада такой супердержавы, как СССР, международные отношения стали в «определенной степени безальтернативными».

Все государства мира, планируя свои действия на международной арене, должны учитывать теперь американский внешнеполитической курс. Отличительным признаком постбиполярной системы международных отношений стал рост напряжения, вызванный единоличным лидерством США в условиях глобальной взаимозависимости.

Формирование качественно новой системы международных отношений в условиях глобализации углубляет старые и создает новые проблемы и угрозы в сфере международной безопасности. Все больше стран вовлекается в локальные войны и военные конфликты. Существуют серьезные основания полагать, что новая мировая война в случае ее возникновения будет происходить в другой форме, чем предыдущие: с глобального биполярного столкновения она превратится в перманентные вооруженные конфликты, охватывающие весь мир.

Историки подсчитали, что за последние 5,5 тысячи лет на Земле произошло 15,5 тысячи войн и военных конфликтов (в среднем 3 войны в год). За 15 лет, с конца XIX века до Первой мировой войны, было зарегистрировано 36 войн и военных конфликтов (в среднем 2,4 в год). За 21 год между двумя мировыми войнами произошло 80 войн (4 в год). С 1945 по 1990 год произошло 300 войн (в среднем 7,5 - 8 в год). А за последние 12 лет произошло около 100 войн и военных конфликтов (10 в год).

Исследованию локальных войн и военных конфликтов в контексте глобальных изменений посвящено немало научных работ как отечественных, так и зарубежных авторов.

Учитывая актуальность проблемы, целью нашей работы является проанализировать и раскрыть основные особенности локальных войн и военных конфликтов в современных условиях.

За последние полтора десятилетия во всех локальных войнах и военных конфликтах решающим фактором было не военное уничтожение противника, а его политическая изоляция и мощнейшее дипломатическое давление на его руководство.

Если в прошлом в борьбе за раздел мира главную роль играла военная составляющая мощи государств, то в условиях глобализации наблюдается тенденция к расширению сфер влияния невоенными средствами. Речь идет о стратегии «непрямых действий». Она предполагает достижение победы без ведения (по возможности) вооруженной борьбы в обычном понимании и характеризуется, прежде всего, комплексным использованием методов экономического и информационного давления на противника в сочетании с операциями спецслужб, военными угрозами и демонстрациями военной мощи. В связи с этим появился новый, но уже довольно распространенный термин - информационно-психологическое противоборство. Его сущность заключается в том, что основные усилия в борьбе с врагом направлены не на физическое уничтожение средств вооруженной борьбы, а, прежде всего, на ликвидацию информационного ресурса органов и систем управления государства, существенное ослабление военного потенциала противника.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ФЕНОМЕН МЕЖДУНАРОДНОГО КОНФЛИКТА

1.1. Проблема научного определения международного конфликта

Несмотря на незримое присутствие конфликта во всех сферах общественной жизни, его точное и недвусмысленное определение остается предметом научного поиска. Отчасти это связано с многогранностью конфликта и разнообразием его форм. Другим и, возможно, более важным обстоятельством, что мешает общему пониманию этого феномена, является принципиальное различие между теми ролями и функциями, которыми конфликт наделяется в рамках различных подходов к изучению различных социальных процессов...

Под субъектами конфликта обычно понимают его непосредственных участников. Разъединяют их собственные системы интересов и ценностей, в данном случае - несовместимые; в то время как объект конфликта или совокупность таких объектов, объединяет их в единое целое, создавая систему конфликта. Субъекты конфликта добавляют к объективным противоречиям субъективные, превращая их в движущую силу конфликта.

Система существующих противоречий, превратившись в систему интересов субъектов конфликта, требует от них осознания несовместимости целей и невозможности одновременного полного их достижения. С момента такого осознания начинается конфликт, по крайней мере, в его латентной фазе. После этого формулируются стратегии действий субъектов конфликта.

Конфликт - ситуация, при которой участники отношений сочетаются единственным объектом, в отношении него существует осознанная каждым несовместимость их интересов; и действуют на основе такого осознания.

Этим определением подчеркивается дуалистическая природа конфликта: он существует как в сознании, так и в действиях участников. Эти две сферы протекания конфликта взаимосвязаны, а управление конфликтом является наиболее эффективным при условии распространения на обе. Кроме того, конфликт является динамическим, а не статическим явлением, которое проходит через ряд фаз развития, на каждой из которых ему становится характерным новые черты. Наконец, всеобщность приведенного определения позволяет охватить конфликт как обобщающее понятие, открыв перспективы если не создания, то хотя бы обсуждения общей теории конфликта[1].

Конфликтология имеет дело с различными типами международных конфликтов, среди которых наиболее универсальным является политический конфликт. Единого и общепризнанного определения феномена политического конфликта не существует, что, однако, не означает отсутствия некоторых общих элементов в понимании этого явления. Общим является признание существующего стойкого противостояния, ситуации напряжения, столкновение сторон, целей и интересов, а для политического конфликта характерно вынесение указанных противоречий в политический, властный уровень. Политический конфликт является социальным явлением, структурированным процессом, своеобразным средством решения важных для его участников политических вопросов, субъективно оцененных ими в качестве взаимоисключающих интересов.

Международный конфликт можно рассматривать:

1) как философскую категорию, обозначающую столкновение одной силы с другой;

2) как научную категорию, методологической функцией которой является операционализация основных признаков конфликтных ситуаций в мировой политике;

3) как категорию социального поведения для обозначения ситуации существование двух или нескольких сторон в борьбе за то, что не может принадлежать им всем одновременно;

4) как возможность или ситуацию;

5) как структуру;

6) как событие или процесс.

Приведенный список толкований конфликта свидетельствует о комплексности и системности этого явления, ведь для полного понимания конфликта необходимо его изучить во всех вышеупомянутых проявлениях.

Международным конфликтом является конфликт, который возникает при участии двух или нескольких международных игроков и имеет международно-политические последствия; объект конфликта при этом выходит за пределы юрисдикции любого из его участников.

Международному конфликту присущи следующие особенности:

– участниками конфликта могут быть как государства, так и другие международные игроки, способные преследовать политические цели;

– международный конфликт может начинаться как внутренний, но его эскалация способна выводить объект конфликта за пределы юрисдикции его участников, вследствие чего конфликт приводит к международным последствиям;

– развитие международного конфликта происходит в специфических условиях анархии международной системы, которая уменьшает эффективность международно-правовых инструментов решения;

– международный конфликт может принимать различные формы, и часто понятия, ассоциирующиеся с конфликтом, обозначают лишь один из возможных путей его решения (например, ультиматум).

Международным кризисом называется специфическая фаза международного конфликта, которая характеризуется 1) высокой ценностью интересов сторон, 2) коротким временем для принятия решений, 3) высоким уровнем стратегической неопределенности.

Часто кризис отождествляется с использованием военной силы в конфликте, хотя непосредственной связи между ними нет. Однако кризис, уменьшая имеющееся количество информации у сторон относительно действий и намерений друг друга, а также увеличивая антагонизм в конфликте, увеличивает также и вероятность перехода конфликта из латентной фазы к фазе открытого противостояния с использованием военной силы.

Если использование военной силы происходит в ходе кризиса, оно нередко носит спонтанный, неорганизованный характер и может включать мобилизацию регулярных войск, партизанских сил или освободительных армий; внедрение экономических или военных санкций; частичную оккупацию или нарушение статуса демилитаризованных зон; пограничные инциденты. В отличие от войны, использование военной силы в ходе международного кризиса не является систематическим. Однако, если принять во внимание давление временных ограничений, в условиях которого действуют участники кризиса, несистематическое использования военной силы способно спровоцировать полномасштабную войну.

1.2 Структура и функции конфликта

В современной политической науке существует целая система методов - методологических подходов - в основу которых положено выявление общих и стабильных черт принципиально изменчивых явлений.

Методологический подход называется системным, а среди различных методов в его рамках для наших задач оптимальным является структурный метод. Он позволяет выявить структуру международного конфликта и оценить его значение.

Международный конфликт, даже в сравнительно простой форме двустороннего противостояния суверенных государств, является сложной социальной системой. Всем социальным системам присуще высокая степень изменчивости, динамичности и открытости. Это означает, что такие системы активно обмениваются информацией со средой и обновляются под влиянием этого обмена. В этих условиях важной задачей является установление постоянных параметров, присущих международным конфликтам в целом, и на основе которых можно конфликт исследовать...

К важнейшим из них традиционно относят субъекты (стороны) конфликта, его объект или объектное поле (иногда и предмет), отношения между субъектами и участников (третьи стороны). Кроме того, необходимо также установить его рамки (временные, географические, системные) и среду, в которой конфликт протекает. После осуществления этих операций станет понятна имеющейся структура конфликта и его место в мире других социальных отношений.

Круг субъектов международного конфликта в основном состоит из суверенных государств. В современной теории международных отношений продолжаются масштабные дискуссии по изменению роли государства в международных отношениях.

Монополия государства на участие в международных конфликтах разрушается. Сегодня инициаторами и сторонами конфликтов, подпадающих под приведенное выше определение, могут быть, помимо суверенных государств, национально-освободительные движения, террористические группировки, сепаратистские силы, транснациональные корпорации и, вполне возможно, отдельные индивиды.

В целом справедлив вывод о том, что привычный субъект международного конфликта - суверенное государство - уступает место многочисленным конкурентам, которые, вследствие ослабления и эрозии государственного суверенитета, приобретают способность к формулировке собственных политических целей и потенциала для их достижения. Это затрудняет как диагностику, так и типологию международных конфликтов, а также разнообразит средства управления ими[2].

Субъекты международного конфликта характеризуются комплексом интересов и возможностями их защиты, то есть, силовыми возможностями, если силу понимать в современном, широком смысле. Комплекс интересов обусловливает цели каждого из субъектов, определяя, таким образом, объектное поле конфликта - множество целей, которые не могут быть достигнуты одновременно.

Объектом международного конфликта является материальная или нематериальная ценность, по поводу которой интересы его субъектов несовместимы; полное владение или контроль над которой не может быть достигнут одновременно всеми сторонами конфликта.

Объектом международного конфликта может быть территория, политическое влияние, военное присутствие, идеологический контроль и др.. Как правило, международный конфликт возникает вследствие переплетения нескольких различных противоречий, в результате которого образуется система взаимосвязанных объектов - объектное поле конфликта. Некоторыми исследователями выделяется также предмет конфликта, как конкретная, специфически определенная ценность, по поводу которой стороны вступают в конфликтные отношения...

В международном конфликте стороны преследуют несколько целей одновременно. Поэтому объектное поле конфликта, как правило, состоит из нескольких элементов, среди которых важнейшими являются: 1) власть (политический контроль, влияние) 2) ценности, 3) территория и другие физические ресурсы. Эти элементы являются взаимосвязанными, и, распространяя контроль на один из них, субъект конфликта может рассчитывать на укрепление влияния на другие. Такая взаимосвязь усложняет регулирование современных международных конфликтов.

В современных международных конфликтах, конечно, объектами могут быть все указанные группы ресурсов. Особое значение все же приобретают территориальные конфликты, т. е. конфликты, в которых основным объектом выступает территория. Значение и ценность территории обусловлены функциями, которые она выполняет в развитии силовых возможностей современного государства. Территория одновременно является местом размещения армий и вооружения, важным экономическим и геополитическим ресурсом. Это увеличивает ее политическую ценность и делает наиболее «популярным» объектом конфликтов, особенно между новыми или т. н. «слабыми» государствами. Кроме территории объектами конфликта могут выступать и другие материальные ценности.

Отношения между субъектами конфликта представляют собой практическое взаимодействие их стратегий.

В зависимости от фазы конфликта и его объекта, отношения между сторонами концентрируются преимущественно в одной или нескольких смежных сферах. Только масштабные конфликты («тотальные») затрагивают все сферы отношений между сторонами. Отношения между субъектами определяют тип конфликта.

По преобладающему значению отдельной сферы отношений можно выделить экономические, политические, военные, информационные конфликты и т. д.

Основные общие функции конфликта впервые выделены в работах основоположника т. н. «Позитивно-функционального» подхода в конфликтологии Льюиса Козера.

Их совокупность характеризует конфликт как особое состояние отношений между элементами общества, который, в силу выявления системных противоречий, способен решить некоторые из них, обеспечив таким образом поступательность и стабильность дальнейшего развития. Мы выделяем следующие основные функции конфликта.

1) Интегративная функция конфликта заключается в содействии преодолению внутренних противоречий и неувязок.

2) Информационная функция конфликта проявляется в его возможности способствовать обмену информацией между элементами социальных систем.

3) Выступая средством формулировки и разрешения противоречий, конфликт выполняет организационную функцию.

4) Конфликты выполняют другую функцию, которая связана с предыдущей - стабилизационную. Благодаря конфликтам находят выход острые противоречия, способные разрушить систему.

5) Инновационная функция конфликта, как и две предыдущие, связана с его вкладом в поддержание жизнеспособности систем общественных отношений. Конфликт заставляет субъектов и участников генерировать идеи относительно того как победить или разрешить конфликт.

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОНФЛИКТОВ ПОСТ-БИПОЛЯРНОГО ПЕРИОДА

После окончания холодной войны, вопреки многим либеральным, оптимистичным прогнозам о постепенном спаде международной конфликтности и конструировании более стабильного мирового порядка, мировая система международных отношений не стала менее конфликтной, равно как и не произошло «устаревания» или «отживания» международных конфликтов.

В то время как, действительно, в развитой части мира война между великими державами является анахронизмом, в других частях света - Африке, Южной Азии, Ближнем Востоке, на постсоветском пространстве - конфликты до сих пор являются неотъемлемой частью межгосударственных отношений и внутригосударственного развития, а вернее, деградации.

Международные конфликты настоящего принимают новую форму, несовместимую с традиционным восприятием понятия войны. Даже для наиболее развитых государств конфликты нового поколения составляют жизненную угрозу. «Новые формы войны и конфликты могут разрушить наше военное преимущество, если мы не обновимся и не адаптируемся», - признают американские военные[3]. Таким образом, данная тематика чрезвычайно актуальна как общецивилизационная проблема.

Основной особенностью развития международной конфликтности последних десятилетий является устойчивое закрепление тенденции на постоянное присутствие вооруженного насилия, что подтверждается данными большинства существующих баз данных по развитию конфликтов.

Согласно Программе данных по вооруженным конфликтам Уппсальского университета, большинство конфликтов последнего десятилетия носит внутренний характер (около 95%), причем их пик пришелся на начало 2010-х и годов по понятным причинам, в то время как традиционные межгосударственные войны почти сошли на нет.

 Количественные показатели также свидетельствуют стойкую тенденцию к уменьшению количества и интенсивности войн. Наблюдается четкая тенденция на стабильное уменьшение количества вооруженных конфликтов с участием государств - в 1991 году их количество в мире составляло 49, а в 2005 - 25[4]. При этом тревожной тенденцией является то, что количество государств, так или иначе вовлеченных в вооруженные конфликты, постоянно растет. Это является прямым результатом интернационализации некоторых конфликтов. Такую же противоречивую тенденцию можно проследить в человеческих потерях во время военных действий. В то же время количество потерь гражданского населения во время военных действий непропорционально возрастает. По некоторым подсчетам, потери гражданского населения в конфликтах составляет 80-90% всех жертв (для сравнения: во время Второй мировой войны - около 50%, в начале прошлого века - 20%)[5].

Те изменения, которые понесли международные конфликты после окончания холодной войны, заставило выделить их или радикально в совершенно новый кластер «новых» войн, конфликтов нового поколения, или более осторожно в группу конфликтов, которые лишь изменили свою форму, а не сущность. В профессиональной среде идут дебаты относительно «новизны» международных конфликтов современности. Так, например, считает разницу между старыми и современными войнами значительным преувеличением, подвергает сомнению устойчивость тенденций в развитии современных международных конфликтов, отмечает, что все проявления современного конфликта существуют много времени[6].

Наряду с термином «новые» войны (конфликты), в более широком политологическом и военно-стратегическом дискурсе в одном смысловом ряду используются такие термины как конфликты 4-го поколения, конфликты малой интенсивности, асимметричные конфликты, современные конфликты и пост-современные (post - modern), внегосударственные войны и т. д..

В современной военной науке широкое применение получил термин конфликт 4-го поколения. Его определяют как «форму конфликта, которая используется для достижения моральной победы, подрыва потенциального противника, путем использования слабостей его информационной инфраструктуры, асимметричными действиями, оружием и техникой, отличающейся от оружия и техники врага». По мнению военных специалистов, характерной чертой таких конфликтов является размывание различий между войной и преступностью, виртуальным и физическим, военными и преступниками т. д., «неконвенциональные и асимметричные действия, близкие к повстанческим и террористическим»[7]. Таким образом, вооруженная борьба принимает децентрализованную форму, которая отличается от открытой межгосударственной конфронтации предыдущих периодов.

По нашему мнению, конфликты пост-биполярной эпохи - не оторваное от предыдущей эпохи явление, они, несомненно, унаследовали большинство традиционных своих параметров, структуру в виде противоречия, враждебного отношения и поведения, как это определили еще классики. Но большинство качественных параметров международных конфликтов претерпело изменения именно после окончания холодной войны и кардинальной реструктуризации международной системы, развития процессов взаимозависимости и глобализации (и параллельно ее антипода - фрагментации). Таким образом, «новыми» эти конфликты можно назвать скорее по форме, а не по природе.

Характерно, что происходит «устаревание» классических межгосударственных форм вооруженных конфликтов и их постепенная замена другими формами конфликтов - чаще внутригосударственными. Это обусловлено, наряду с другими факторами, деградацией государственной власти, уменьшением роли государств как относительно автономных игроков международной системы, получением возможностей «новыми» игроками (в том числе криминальными военизированными группировками, террористическими организациями, движениями сопротивления и др.). Более или менее эффективно противодействовать легитимным в международно-правовом смысле правительствам, в том числе и влиять на мировую политику. Так, по словам конфликты новой эпохи происходят «в контексте эрозии монополии легитимного организованного насилия»[8].

Глобализация осуществляет двойной эффект на характер современных конфликтов и войн. Во-первых, она приводит эрозию государственной власти и социальную уязвимость, во-вторых создает новые возможности и экономические поощрения, возникающие во время гражданской войны, тем самым стимулируя их начало[9].

Основными типами конфликтов современности является гражданские войны низкой интенсивности и асимметричные войны, которые ведутся между более сильными и слабыми государствами или негосударственными игроками (Сирия, Ливия). Конфликты нового поколения - конфликты на основе сепаратизма, национализма, повстанческие движения и т. п. - имеют выразительный асимметричный характер, что значительно усложняет, а иногда и делает невозможным их быстрое и устойчивое решение. Затяжной характер большинства современных конфликтов является их характерной чертой.

Качественные параметры «новых» конфликтов.

Определяя вооруженные конфликты современности как качественно новое явление международной системы, авторы теории «новизны» современных войн опираются на такие переменные как игроки или стороны конфликта, причины или мотивы начала и ведения вооруженной борьбы, их пространственное размещение, средства борьбы, потери от конфликта (человеческие жертвы, материальные потери). Все эти факторы, по их мнению, претерпели кардинальных изменений.

Новые войны имеют более сложную многоуровневую структуру с точки зрения состава конфликтующих сторон. Сторонами большинстве внутригосударственных конфликтов являются негосударственные игроки, такие как организованная преступность, криминальные группы, религиозные движения, международные благотворительные организации, диаспора, повстанческие группы. Подобная диверсификация сторон конфликта, по нашему мнению, свидетельствует не только о новых возможностях и потенциалах, которые получили эти игроки благодаря объективным процессам, происходящим в международной системе, но и о многослойную структуру противоречий, лежащих в основе каждого из современных конфликтов и о сложности задачи их долговременного урегулирования на основе удовлетворения интересов всех сторон.

Меняется мотивация и причины начала и ведения боевых действий, использование насилия и т. д.. Как это ни парадоксально, но целью ведения военных действий часто является не победа над соперником, что характерно для традиционных конфликтов, а само состояние войны, его закрепление, то есть война как самоцель. Таким образом, новые войны имеют целью политическую мобилизацию, когда участие в военных действиях является едва ли не единственной формой социальной активности[10].

По мнению новые войны, в отличие от предыдущих эпох, имеют не геополитические или идеологические мотивы, а идут вокруг идентичности, причем эта идентичность в большинстве случаев не имеет связи с государством[11]. Подобное утверждение созвучно противоречивой теории С. Хантингтона о столкновении цивилизаций. Политические мотивы отходят на второй план, отсутствуют «четкие политические цели» и «определенная политическая идеология, которая оправдывала действия»[12].

Относительно влияния конфликтных действий на население, международные конфликты исследуемого периода характеризуются растущей зависимостью населения от конфликтных действий, «зашкаливание» уровня насилия, применяемого к некомбатантам, распространением этнических чисток, насильственного перемещения населения, и тому подобное. Жертвы среди гражданского населения являются преднамеренными, спланированными, а не просто побочными эффектами военных действий.

Развиваются новые способы и методы вооруженной борьбы, классические войны с использованием регулярных армий постепенно сменяются небольшими столкновениями малой интенсивности, формы борьбы близки к партизанским, или «чисткам» гражданского населения. Кроме этого, происходит развитие новых видов оружия, специалисты прогнозируют постепенную трансформацию традиционных форм вооруженной борьбы в бесконтактные и такие, которые не приводят к мгновенной гибели людей, а являются латентными, своеобразными «минами замедленного действия». Так, среди новых видов смертельного оружия специалисты выделяют геофизическое, лазерное, генетическое, акустическое, электромагнитное оружие и т. д.. Безусловно, это было бы более характерно для вооруженных конфликтов между богатыми и технологически развитыми странами.

Главная угроза в этой ситуации заключается в отсутствии международно-правового инструментария, который мог бы адекватно отслеживать и контролировать новые виды оружия, поскольку они чаще всего используют технологии двойного назначения[13].

Кроме того, по мнению многих либеральных авторов, важным фактором, который постепенно начинает проявляться, является такой морально-нормативный аспект как отношение к международным конфликтам (со стороны международного сообщества).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Все указанные в работе факторы стали основой для научных спекуляций относительно кардинально новой природы конфликтов пост-биполярной эпохи. По мнению автора, изменились не сущностные характеристики этого феномена (ведь тогда бы конфликт является конфликтом), а скорее масштабы и формы проявления конфронтационности. Термин «новые» войны (конфликты) является удобным для использования в научном и политическом дискурсе, но не должен означать нечто большее, чем модификация классического вооруженного конфликта.

Важно отметить, что конфликты пост-биполярного периода в силу ряда факторов, указанных выше, вывели на передний план угрозы гуманитарного характера, которые требуют немедленного решения[14]. Очевидно, методы урегулирования подобных конфликтов, как и научный инструментарий их анализа, не всегда соответствуют требованиям времени. Наиболее насущной необходимостью международного сообщества, как и каждого отдельного государства, является адаптация к изменениям, которые привнесли собой конфликты нового поколения, для обеспечения национальной и международной безопасности.

В постбиполярной системе международных отношений существует уникальное взаимодействие симметричных и асимметричных факторов. Это создает дополнительные угрозы, но одновременно и дополнительные возможности для системной стабильности. Общим является то, что в обеих формах конфликтов стороны достигают урегулирования в тот момент, когда стоимость дальнейшего спора превышает стоимость достижения соглашения.

Если средством взаимного давления сторон в симметричных отношениях является силовой потенциал во всех проявлениях и формах; то в ситуации асимметрии таким средством выступают асимметрии времени, целей и др.., а также влияние третьих сторон и взаимозависимость партнеров.

Особенно угрожающими являются конфликты, стороны которых слабо зависят друг от друга. Урегулирование таких конфликтов становится проблематичным, примером чего является международный терроризм, особенно если его рассматривать в контексте «столкновения цивилизаций».

Усиление взаимозависимости субъектов международных отношений и распространение международных режимов является одним из самых эффективных средств предотвращения асимметричных конфликтов.

ЛИТЕРАТУРА

1.  База даных UCDP/PRIO (Uppsala Conflict Data Program/ Peace Research Institute of Oslo) - “Number of state-based armed conflicts by type, 1946-2005” // http://www. humansecuritybrief. info/2006/figures. html

2.  Белоус XXI века // Международная жизнь. – 2009. - №1. – С. 104-129.

3.  Лебедева урегулирование конфликтов. – М.: Аспект-Пресс, 1999. – 271 с.

4.   Международное право.  и др.  4-е изд., стер. - М.: 2011. — 831 с. 

5.  Панова западные исследования международного конфликта // Международные процессы. - 2005. – Т. 3. – № 2(8) // http://www. intertrends. ru/seven/005.htm

6.  Степанова  и человек в современных конфликтах // Международные процессы. — 2008. — Т. 6. — № 1 (16) — C. 29–40.

7.  Цыганков международных отношений: Учеб. пособие - М.: Гардарики, 2003. - 590 с.

8.  Gray S. C. How Has War Changed Since the End of the Cold War? // Parameters. – Spring 2005. // http://www. carlisle. army. mil/usawc/parameters/ 05spring/gray. htm

9.  Kaldor M. New and Old Wars: Organized Crime in a Global Era. – Cambridge: Polity Press, 2001. – 216 p.

10.  Mial H., Ramsbotham O., Woodhouse T. Contemporary Conflict Resolution: The Prevention, Management and Transformation of Deadly Conflicts. – Malden: Blackwell Publishing Inc., 2003. – 270 p.

11.  Mueller J. The Obsolescence of Major War// The Global Agenda: Issues and Perspectives/ C. W. Kegley, E. R. Wittkopf. – 4th ed. – New York: McGraw-Hill, Inc., 1995. - P. 44 - 53.

12.  Newman E. The “New Wars” Debate: A Historical Perspective is Needed // Security Dialogue. – Vol.35 – 2004. - №2. – P. 173-189.

13.  Topor S. A New Generation of Military Conflict Technology – The Fourth Generation Warfare // Strategic Impact. – 2006. - №2. – P.85-90 // www.

14.  UCDP/PRIO Armed Conflict Dataset Codebook // http://www. pcr. uu. se/publications/UCDP_pub/Codebook_v4-2006b. pdf

15.  Wilson G. I., Bunkers F., Sullivan J. P. Anticipating the Nature of the Next Conflict. – 19 February 2001 // http://www. /Emergent-thrts. htm

[1] Международное право.  и др.  4-е изд., стер. - М.: 2011. – С. 117

[2] Международное право.  и др.  4-е изд., стер. - М.: 2011. – С. 121

[3] Wilson G. I., Bunkers F., Sullivan J. P. Anticipating the Nature of the Next Conflict. – 19 February 2001 // http://www. /Emergent-thrts. htm

[4] База даных UCDP/PRIO (Uppsala Conflict Data Program/ Peace Research Institute of Oslo) - “Number of state-based armed conflicts by type, 1946-2005” // http://www. humansecuritybrief. info/2006/figures. html

[5] Панова западные исследования международного конфликта // Международные процессы. - 2005. – Т. 3. – № 2(8) // http://www. intertrends. ru/seven/005.htm

[6] Newman E. The “New Wars” Debate: A Historical Perspective is Needed // Security Dialogue. – Vol.35 – 2004. - №2. – P. 173-189

[7] Topor S. A New Generation of Military Conflict Technology – The Fourth Generation Warfare // Strategic Impact. – 2006. - №2. – P.85-90 // www.

[8] Kaldor M. New and Old Wars: Organized Crime in a Global Era. – Cambridge: Polity Press, 2001. – С. 4

[9] Newman E. The “New Wars” Debate: A Historical Perspective is Needed // Security Dialogue. – Vol.35 – 2004. - №2. – С 177

[10] Панова западные исследования международного конфликта // Международные процессы. - 2005. – Т. 3. – № 2(8) // http://www. intertrends. ru/seven/005.htm

[11] Kaldor M. New and Old Wars: Organized Crime in a Global Era. – Cambridge: Polity Press, 2001. – С. 6

[12] Newman E. The “New Wars” Debate: A Historical Perspective is Needed // Security Dialogue. – Vol.35 – 2004. - №2. – С. 177

[13] Белоус XXI века // Международная жизнь. – 2009. - №1. – С. 104-129.

[14] Степанова  и человек в современных конфликтах // Международные процессы. — 2008. — Т. 6. — № 1 (16) — C. 39.